Sign in to follow this  
Скоро Зима

Аллоды Онлайн, ч.66-67

2 posts in this topic


Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
Автор: risovalkin

 

К ОГЛАВЛЕНИЮ

Глава 35. Отец


       Когда и как мы смели двух здоровых троллей, которые вызывали у меня опасения, я даже не понял. Но вслед за ними появился огр, от каждого шага которого сотрясалась земля. Голой рукой он сносил толстые стены, и каменный дождь накрывал и своих, и чужих. Я находился слишком далеко, а поднявшаяся пыль скрыла от меня даже то немногое, что еще можно было рассмотреть. Добраться до него я не смог — меня теснили демонопоклонники. И если с мечником я легко справился, мистик не представлял для меня большой угрозы, и даже засевшего в засаде лучника удалось выковырять из укрытия, то эльф некромант вымотал мне все нервы, пока его не убил шальной булыжник, так кстати свалившийся ему на голову.
      Я рванул поближе к центру, но увяз в атаке. Дрейки, демоны и демонопоклонники — вся это разнокалиберная масса мельтешила перед глазами, смешавшись с витязями и Хранителями, большая часть из которых уже не была верхом. Каменная площадка под ногами стала скользкой от крови и демоны сходили с ума от ее запаха.
      Я слышал рев носорога, с азартом топчущего противников. Где мой дрейк, я не представлял, но краем глаза вдруг заметив зеленое пятно и задрав голову, увидел, как Старик, намертво вцепившись в своего черного летающего собрата, изо всех сил дерет его когтями прямо в воздухе. Но за его спиной уже мелькал другой дрейк, стараясь ухватиться за порванные зеленые крылья. Втроем они единым клубком рухнули на землю и покатились по камням. Взревев и каким-то чудом растолкав всех, кто окружал меня, я кинулся на помощь Старику. Где голова, где крылья, где туловище было не разобрать, поэтому я просто воткнул меч в черное пятно, тут же получив удар хвостом. Меня отбросило к стене и я приложился плечом, но боли даже не почувствовал, сразу вскочив на ноги. Один дрейк бился в предсмертных конвульсиях — из его горла фонтаном хлестала кровь, и на него бросились ополоумевшие демоны. Второго Старик добил сам.
      После того, как я снова оседлал дрейка, дело пошло куда веселее. Он перемахнул через головы сражающихся, и мы оказались почти в самом центре, но внести свое веское слово в расправу над огром я все равно не успел — с ним уже разобрались. Благодарить за это, вероятно, стоило лигийского Великого Мага, для которого даже самый могучий огр не является непреодолимым соперником. Впрочем, лигийский маг, охраняемый витязями, был где-то вне пределов моего зрения.
      Как я и предполагал, основной напор на нас приходился с левой стороны, где я еще в первый свой визит заподозрил главное базирование демонопоклонников. И несмотря на все трудности, мы все же умудрились оттеснить противника, выдворив его с большой каменной площади, где завязался бой, обратно в «казармы». Это позволило нам немного сгруппироваться и вернуть атаке какое-то подобие порядка. Долго, правда, наше организованное наступление не продержалось.
      Арманд ди Дусер и его помощники вскоре напомнили о своем существовании. Я не был в первых рядах, но информация о том, что перешедший на сторону демонопоклонников Великий Маг ди Дусер использует особую магию, которая буквально вытягивает из всех кровь и осушает тело, превращая его в мумию, разнеслась очень быстро. Первая же наша атака разбилась, едва начавшись. А вскоре после этого из правого крыла города Демонов, где я не был, неожиданно повалила нежить, ударив нам в спины. Мы оказались зажатыми с обеих сторон и кажущееся преимущество растаяло, как снег под Игшским солнцем.
      Противников было несоизмеримо больше, чем нас. Но то ли на Язесе действительно оказались лучшие из лучших, то ли сыграло роль то, что отступать некуда, да и терять особо нечего, никакой паники не случилось. Даже наоборот! Удивительно быстро сориентировавшись, мы сумели перестроиться, разделившись на лигийскую и имперскую стороны. Поскольку Великий Маг лигийцев, под прикрытием витязей, вступил в схватку с ди Дусером, от которой вибрировал даже воздух, Хранителям пришлось отбиваться от неведомо откуда взявшейся нежити.
      — Лучники, стрелы на изготовку… ОГОНЬ!
      Характерный свистящий звук на секунду перекрыл весь остальной шум, и над головой, словно стая птиц, пронеслась темная волна, призванная снизить давление на тех, кто держал позиции в ближнем бою. Возможно часть нежити, перевшей на нас, действительно пала, но ее было так много, что уменьшения натиска я не почувствовал. При этом мы все равно продвигались вперед. Я не сразу это понял. Но когда на нас сверху полилась обжигающая магия и все бросились врассыпную, ища укрытие, до меня дошло, что вокруг одни астральные клыки, строений очень мало и спрятаться негде.
      Это было похоже то ли на звездопад, то ли на дождь из сверкающего, расплавленного металла, невыносимо горячего, но все равно красивого, не оставляющего следов, кроме ощущения сильнейшего ожога при прикосновении. На нежить магия не действовала, ведь боли они не чувствуют, зато нам пришлось туго. Звуки боя сменились криками.
      — А теперь вы умрете в муках!
      У меня даже не было времени, чтобы обратить внимание на то, чьи это слова и действительно ли их кто-то произнес. Я, как и все, искал укрытие, когда прозрачный фиолетовый купол появился над нашими головами, как мыльный пузырь, и раскаленный дождь, ударяясь об него, стал стекать по его бокам вниз, оставляя за собой тысячи сияющих дорожек. Это выглядело настолько странно и завораживающе, что на какое-то мгновение все даже забыли, что нежить никуда не делась, и глядели вверх, на защитившую нас полусферу. Но долго любоваться на нее нам не дали. Бой продолжился, и вскоре я увидел мага, наколдовывавшего волшебный «дождь». Это был демон! 
      Меня все больше накрывало ощущение неправильности происходящего: колдующий демон, армия нежити, накрывший нас купол… трудно даже выбрать, что из этого больше меня поражает. Как будто какие-то невидимые силы воюют друг с другом, а мы только путаемся под их ногами! Рациональная сторона моего разума уже начала придумывать всему объяснения: новый, еще более совершенный вид демонов, возможно созданный самим Гурлухсором; нежить скорее всего поднята им же, хотя у него могут быть в союзниках и другие Великие Маги; купол… наверное, это лигийский Великий Маг расправился с ди Дусером и теперь прикрывает нас?
      Я определил, что демон сейчас главная угроза, и пока держится защита, самое время эту угрозу устранить. Измученный Старик не подвел — ему не хватало места разбежаться и прыгнуть достаточно высоко, но демон сам метнулся в нужную сторону. Я забыл про нежить, забыл про окружающую меня магию — взгляд приклеился к астральной твари, как будто кроме нее рядом больше не было никого и ничего. Злой азарт распирал изнутри, ощущение собственной правоты не допускало и мысли, что может что-то не получиться. А демон стал до смешного медленным и неповоротливым… Старика повело куда-то в сторону, но я, уже видевший, что цель достаточно близко, прыгнул прямо на нее. Острое лезвие меча вспороло тварь так легко и плавно, будто демон состоял из желе. Под моими ногами не оказалось опоры, но я крепко держался за эфес двумя руками, и воткнутый в демона меч погасил скорость падения. Я рухнул на землю, успев сгруппироваться. Демон заверещал и попятился, но второго удара ему не требовалось — он растворился, превратившись в облачко светящегося тумана.
      Затопившее чувство удовлетворения сродни погружению в прохладную воду в знойный день. Я легко отбил подползающую ко мне нежить и огляделся в поисках Старика. Сейчас, на кураже, я бы, наверное, справился с любым демоном…
      Двое скелетов забрались на моего дрейка, пытаясь порвать его крылья. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что в этой сцене так пугает меня. Старик не сопротивлялся! Он лежал на земле, не шевелясь, и зеленое свечение, всегда окутывающее его легким ореолом, исчезало прямо на глазах, как затухающий костер.
      — Старик!
      Одним ударом сбросив с него нежить, я упал перед ним на колени и попытался приподнять его голову, чтобы поймать взгляд. Но взгляда не было. Открытые глаза дрейка взирали на мир с тем безразличием, которое бывает только у мертвых.
      — Старик! Старик!!!
      Навязчивая мысль, что животные не воскресают, а значит умирать ему никак нельзя, бешено пульсировала в моей голове и я продолжал трясти Старика, пытаясь предотвратить непоправимое. Надеясь, что он сейчас очнется.
      — Старик, вставай же, ну…
      Но дрейк молчал. Его последняя битва отгремела и магический зеленый свет окончательно растаял, будто сама душа дрейка растворилась в сумерках Язеса. Осознание произошедшего так сильно сдавливало горло, что я еще несколько мгновений боролся с этой удавкой, не в силах принять очевидное. Старик, мой верный напарник, умер.
      — Ник! НИК! Астрал бы тебя побрал… Подымайся!
      Откуда-то вынырнувший Лоб, отбрасывая нежить подальше, поднял меня на ноги рывком. Топор он где-то потерял и теперь орудовал щитом, как тараном. Его появление немного привело меня в чувство. Мне еще есть за что бороться! С болезненным ощущением, будто из моего тела живьем выдрали какую-то важную часть, я подобрал свой меч и отвернулся от дрейка, стараясь заполнить мысли боем, который все еще продолжался.
      Хотя нежити не было конца и края, а мы сильно проигрывали в количестве, каким-то образом нам удалось отбросить противника еще глубже. Тупость нежити и демонопоклонников, военные таланты Хранителей, или фантастическая удача — думать об этом было не время. Нужно скорее найти некроманта, иначе наше кажущееся превосходство в мгновенье ока может обернуться прахом!
      Мой взгляд зацепился за странное сооружение в центре большой площади, на которую выкатилось сражение. Вскарабкавшись на обломок колонны, я сумел немного перевести дыхание и осмотреть пространство.
      — Да их же здесь целое море!
      Чье-то восклицание потонуло в звоне мечей и хрусте разлетающихся скелетов. Меня пронзила неприятная, но закономерная мысль: столько нежити разом не способен поднять один некромант, если речь идет не о Великом Маге! Мертвецы падали и тут же поднимались — неубиваемые, бесстрашные солдаты. Теперь я уже не мог избавиться от удивления, что мы не просто выдерживали их натиск, а даже успешно атаковали. Взор влекло к большому постаменту с широкой лестницей. Что находится на верхней площадке я не видел — она была слишком высоко, а вот над ней на толстых цепях болталась целая глыба, с виду вроде бы каменная, но одновременно чем-то напоминавшая живой орган, сочащийся кровью.
      — Лоб, туда! К лестнице!
      Даже беглого взгляда мне хватило, чтобы понять: нежить защищает площадку. Подобраться поближе нам удалось, а вот подняться по ступеням — нет. Мертвяки стояли сплошной стеной!
      Я снова взобрался на какой-то обрубок стены, на этот раз значительно выше, и наконец увидел то, что находилось на верхней площадке.
      Это была чаша, куда стекала кровь из «каменного сердца», висящего сверху на цепях, а в этой чаше, по щиколотку в крови, стояла орчиха. Наверное, лимит удивлений я уже исчерпал, поэтому как-то спокойно воспринял то, что Жало Степных, наследница Великого Орка, погибшая под завалами на Хладберге, жива. И даже то, что она стала сильной настолько, что сумела подчинить себе столько нежити, не вызвало ничего, кроме злости.
      — Жало! — крикнул я, но мой голос утонул во всеобщем шуме. — ЖАЛО!
      Услышать она меня конечно не услышала, но, повернув голову, заметила и даже ухмыльнулась, когда узнала. Нежить передо мной вдруг расступилась, образуя коридор и как бы приглашая пройти. Поколебавшись, я спустился вниз и пошел прямо к Жало, ожидая, что мертвецы сейчас набросятся на меня и разорвут. Но этого не случилось. Я поднялся по ступеням, но ближе она меня не подпустила — мертвые огры преградили мне дорогу.
      По периметру площадки торчали острые камни, исписанные иероглифами. Рядом поскрипывали цепи, удерживающие каменную глыбу, из которой под ноги Жало капала кровь. Внизу, вокруг лестницы, продолжалось сражение, но даже сквозь его шум я слышал отвратительное, врезающееся в мозг «Кап… кап… кап…». И этот звук казался мне громче любого грома.
      — Опять ты! Одной моей смерти тебе оказалось недостаточно и ты пришел убить меня еще раз? — насмешливо произнесла орчиха.
      — Прекрати это, Жало! У тебя еще есть возможность вернуться назад. Ты достаточно наломала дров, но Коловрат сумеет тебя защитить! Он глава орков, Яскер его послушает…
      «Кап… кап… кап…».
      — Ты думаешь, мне нужна его защита? — расхохоталась она. — Защита старого, безумного шамана? Посмотри, у меня есть целое войско! Я смогу поднять столько солдат, что ни одному Великому Магу не хватит сил с ними справиться!
      «Кап… кап… кап…».
      — Но сейчас ты проигрываешь.
      Это было правдой. Хранители, вопреки всякой логике, уверенно приближались к постаменту, и войско Жало, каким бы многочисленным оно не было, казалось беспомощным.
      — Вы не сможете меня убить! Я все равно буду жить! — прошипела она. — Если бы ты знал правду, то ты бы был на моей стороне!
      «Кап… кап… кап…».
      — Никакая правда не заставит меня встать на сторону демонов, — проговорил я. — Это твой последний шанс, Жало, отведи свою нежить…
      — Умри!
      «Кап… кап… кап…».
      Мертвые огры кинулись ко мне, но я не стал ждать их приближения. Развернувшись, я рубанул мечом по цепи, в очередной раз вспомнив, что так и не узнал, из чего он сделан. Толстый металл не устоял перед его лезвием, и цепь, будто сделанная из картона, порвалась от одного удара. Каменная глыба накренилась и тяжело рухнула на Жало, взметнув пыль, каменную крошку и алые брызги. В эту же секунду вся нежить упала, как подкошенная, но я почему-то больше всего радовался тому, что капанье, наконец, прекратилось.
      Удивленно-ликующие возгласы снизу до моего сознания почти не долетали.
      Легкая победа. Но окончательная ли? Второй раз Жало погибает, погребенная под камнями. Две почти одинаковые смерти походили на карму — попытку судьбы исправить недоразумение… но как же можно было воскреснуть после такого?
      И как мы сумели продавить сопротивление нежити? В чем-то Жало была права: поднять армию не чувствующих ни боли, ни страха солдат и поставить на свою защиту — почти идеальная тактика. Но ей она не помогла.
      Я поглядел на Хранителей, настороженно ступающих по костям нежити в ожидании возобновления боя. Лба с трофейным топором обнаружил сразу. За ним Матрену среди лекарей, бросившихся помогать раненым, которых оказалось не так уж много, учитывая соотношение сил. А Лиза, Миша и Кузьма должны быть где-то позади и я надеялся, что их не затянуло в мясорубку ближнего боя. Проскользив по головам, мой взгляд остановился на башне — высокое, каменное строение, Рахл-Язес, находилось прямо перед нами и кто-то уже направлялся в его сторону.
      Голова была ужасно тяжелой, и я не стал мучить себя, пытаясь предугадать, какой приказ последует дальше. Возможно, стоит вернуться к лигийцам в левое крыло, чтобы не распылять силы, ведь по отдельности мы гораздо уязвимей. В наши планы вообще не входило разделяться, это получилось спонтанно! С другой стороны, башня рядом — и это отличная возможность попробовать прорваться внутрь, пока Лига сдерживает противника в «казармах». Второго шанса может и не представиться!
      Никаких новых приказов еще не прозвучало, но кто-то из Хранителей — маг, судя по мантии с накинутым капюшоном и посоху, — упрямо двигался к стене башни. Что-то мне казалось в нем знакомым. Я быстро спустился с лестницы, куда наоборот все с любопытством поднимались, и пошел за ним.
      — Ник!
      А вот и Лиза с Мишей.
      — Зизи, кто это? — спросил я, указав на повернутую к нам спиной фигуру.
      Она посмотрела туда, куда я указывал, и наморщила лоб.
      —Маг? — произнес очевидное вынырнувший с другой стороны Орел. — Ты не ранен?
      Он держал под уздцы своего лютоволка, и как бы я ни заставлял себя думать о том, что бой еще не окончен, и ни пытался сосредоточиться на этом, мысли все равно вернулись к Старику и сердце сжалось. Должно быть, вид у меня был крайне растерянный, потому что Миша тоже посмотрел на меня с беспокойством. Отвечать я ничего не стал. Фигура в плаще привлекала мое внимание, и я направился к ней, переступая через нежить и не глядя больше ни на кого. Маг остановился у стены башни и не оборачивался. Я не видел его лица, но шагах в десяти от него внезапно понял, кто передо мной. Все сразу встало на свои места: и спасший нас магический купол, и слабое сопротивление противника, которого мы сумели побороть уступающими силами… Магия разума может быть и поражающей взор, и наоборот — незаметной.
      — Товарищ Яскер.
      Он не повернул головы, разглядывая башню. Я пытался что-то прочитать по его задумчивому лицу, но не смог.
      — Остался последний шаг на пути к «Хозяину», — произнес он.
      — Это Гурлухсор?
      — Сомнений нет. Что еще ожидать от этого злопамятного старика? Если бы в свое время я проявил больше настойчивости, быть может, нам и не понадобилось бы возвращаться сюда.
      Я подумал, что для Яскера это уже стало чем-то большим, чем защита Империи от потенциальной угрозы. Гурлухсор — его личный враг. И поставить точку в их споре Яскер хотел лично. В особенности после того, как этого не смогли сделать ни Нефер Ур в Пирамиде Тэпа, ни Охотники на демонов, когда сразились с Гурлухсором в астрале, ни дракониха Силайя…
      Как выяснилось, присутствие Главы Государства для генерала Верховина секретом не являлось. Он подошел с вопросом о дальнейших действиях, точнее — не нужно ли нам вернуться и помочь витязям в борьбе с Армандом ди Дусером.
      — Заносчивый выскочка, как и все эльфы, — поморщился Яскер. — Не стоит, лигийцы уже научили его скромности.
      — Что ж, каждая сторона устранила свою проблему, — пробормотал Верховин. — Они в свое время упустили ди Дусера, мы — Жало Степных.
      — Тот факт, что она перешла на сторону врага, — наша большая оплошность.
      Мне показалось, что это частично камень и в мой огород, ведь это я нашел орчиху в шахте Мертвого Моря и опрометчиво оставил дожидаться меня в одном из местных поселений, откуда она благополучно сбежала к Гурлухсору.
      — Но это уже неважно, — продолжил Яскер. — Сейчас главное — уничтожить «Хозяина». Не просто убить его, а положить конец его воскрешениям. Можно только гадать, как он возрождался вопреки всем законам бытия. Я полагаю, что он обладает неким артефактом, позволяющим ему воскресать. Или он сконструировал какую-то магическую машину… Или еще что-то… Неважно. Мы должны уничтожить источник его возрождения.
      — Ворота в башню должны быть где-то рядом, но они перегорожены магической завесой, — сообщил Верховин, но Яскер лишь отмахнулся.
      — Мне не нужны ворота.
      После этого он поднял посох, и невидимая волна прокатилась вперед, будто искривилось само пространство, после чего каменная стена башни с грохотом разлетелась, взметнув облако пыли и крошки… Толстая, каменная стена, выдержавшая в свое время Катаклизм! У подножия башни образовалась дыра, и когда пыль немного улеглась, стала видна винтовая лестница.
      — Если нас не приглашают через парадный вход, зайдем с черного, — добавил Яскер и спокойно шагнул внутрь.
      Было в этом что-то особенное — идти в бой не просто за своим командиром, а за Лидером. Это вдохновляло и вселяло небывалую уверенность в своих силах. И дело даже не в том, что Яскер — один из самых сильных магов Сарнаута. А в том, что за ним действительно хотелось идти!
      Изнутри башня выглядела мрачной и требующей ремонта. Украшающие ее барельефы давно искрошились, ступени кое-где обрушились, некогда красивые колонны и арки покрылись трещинами и паутиной. При этом у меня появилось странное ощущение, что все вокруг живое. Башня гудела и как будто едва различимо вибрировала, словно мы находились внутри огромного механизма.
      Мы двигались вверх по лестнице. Демонопоклонники оказывали нам сопротивление, но после того, с чем мы столкнулись до этого, оно казалось мне слабым. Одного Яскера с лихвой хватило бы, чтобы разобраться со всеми, не говоря уже о следовавших за ним Хранителях! Я старался не расслабляться, прекрасно понимая, что ситуация может измениться в любую секунду, но все равно оказался не готов к тому, что мы увидели в огромном круглом зале. Точнее — не увидели, потому что для тех, кто увидел, это стало фатальным.
      Яскер среагировал быстро, но вспышка света была настолько ослепительной, что даже через темную пелену, отделившую нас от круглого зала, обожгла не только глаза, но и кожу. У тех, кто был впереди, почернели лицо и руки. Раздались крики. В нос ударил ужасающий запах горелого мяса. Мы попятились назад, за спасительные стены.
      — Проклятье! Это же Кровавое Око!
      Судя по возгласам, некоторым Хранителям это о чем-то говорило. Я же был среди тех, на чьем лице отразилось недоумение. Из зала продолжал литься свет, на который даже из коридора смотреть было невыносимо больно.
      — Гурлухсор глупец, если думает, что меня это остановит! — прошипел Яскер. — Мне нужны трое мечников…
      Его выбор пал на меня, Верховин кивнул еще двум Хранителям, среди которых оказался Лоб. Еще не понимая, что от нас требуется, мы шагнули к Яскеру.
      — Кровавое Око убивает взглядом все живое. Стрелами эту тварь не пробьешь, как и магией, но против меча и топора противоядия не существует… Я создам защитные руны, ступайте прямо по ним и старайтесь не выйти за границы защиты. Иначе сразу зажаритесь!
      Он дождался понимающего кивка и повернулся к залу, откуда непрерывным потоком бил обжигающий свет. Лицо Яскера одеревенело, глаза закатились и обрели золотистый оттенок. Посох начал испускать фиолетовое сияние, которое клубилось, как туман, и стелилось по полу, складываясь в иероглифы. Цепочки туманных знаков потянулись к свету, убегая в зал.
      Мы, переглянувшись со Лбом и еще одним орком с секирой, рефлекторно сжали в руках оружие покрепче, будто оно помогало сохранять баланс и не оступиться. Первым, ступая по рунам Яскера, в зал шагнул Лоб, за ним второй орк и сразу я.
      В первое мгновение показалось, что меня окатило огнем. Я не понимал, куда идти, потому что перед глазами все было невыносимо белым и они начали сильно слезиться. Ослепший, плачущий, с горящей кожей, я простоял на одном месте несколько секунд, пытаясь подавить панику, абстрагироваться от боли и разглядеть проклятые руны.
      — Куда ступать, …! Не демона не видно! — ругался где-то совсем рядом Лоб.
      Я его чувства полностью разделял. Свет жег тело даже сквозь форму, а с лица и вовсе словно сдирали кожу, но изо всех сил напрягая зрение, я все же разглядел почти теряющуюся в этом сиянии руну и сделал шаг. Глаза начали немного отходить от шока и стало видно чуть больше. Наколдованные Яскером иероглифы расплывались, а иногда и терялись совсем, и в такие моменты мне хотелось плюнуть на все, и просто побежать вперед, чтобы изрубить мечом неведомую тварь, ну или хотя бы выколоть ей глаза! Но я понимал, что один неверный шаг — и от меня останется горстка пепла, пусть даже сохранять спокойствие и терпение под раскаленными потоками магии — задача не из легких.
      Несмотря на все мои старания, дошел до цели я последним. Возможно, толстокожим оркам этот путь дался все же чуточку проще, чем мне. Я смутно видел их силуэты — то, как они замахивались на нечто шарообразное, панически мечущееся, но при этом не издающее ни звука. И это было так противоестественно, что я даже подумал, не начались ли у меня галлюцинации. Но когда поднял свой меч и ударил по непонятному, сверкающему шару, лезвие вошло во что-то мягкое и упругое.
      — Да сдохни ты уже!!!
      Я боялся оступиться и выйти за пределы защиты руны, но продолжал махать мечом. Тварь задергалась в конвульсиях и свет начал ослабевать. Но даже когда он исчез совсем, я все еще оставался слепым и едва не снес голову кому-то, положившему мне руку на плечо.
      — Ник, сюда!
      Куда — сюда?! Я не видел абсолютно ничего! Грохот и крики давали понять, что бой, с кем бы он ни был, продолжается. Пахло гарью. Пол под ногами заходил ходуном и в какой-то момент мне даже показалось, что башня падает и сейчас погребет нас всех под своими обломками. Чьи-то руки тащили беспомощного меня в неизвестном направлении. Я силился разглядеть хоть что-нибудь, но перед глазами лишь прыгали черно-белые пятна. И все то время, пока я приходил в себя под жуткий грохот, вдыхая дым от огня, и не в состоянии понять, что происходит вокруг, растянулось в вечность!
      В конце концов расплывчатое пятно передо мной превратилось в лицо Матрены, а мельтешащий светлячок — в ее лампадку.
      — Ну что вы там копаетесь? Здесь сейчас все рухнет!
      Я обнаружил, что сижу на полу, по которому, как змеи, ползли трещины. Рядом гремели взрывы, перекрывая шум боя. Какое-то время я никак не мог собраться с мыслями и разобраться, что здесь не так, пока до меня не дошло, с кем сражаются те Хранители, которые еще стоят на ногах.
      Это было похоже на безумие! Я потер глаза, не веря, что такое возможно. Может, я просто спятил?
      Не меньше дюжины магов атаковало Хранителей огненными проклятиями, из-за которых уже почернели пол и стены. Все бы ничего… но у магов было одно лицо!
      — Это Гурлухсор? — тупо спросил я.
      — Это не он! — крикнул Орел. — Он там!
      В той стороне, куда он указал, творилось настоящее безумие: что-то взрывалось, сверкали молнии, и все ходило ходуном. Орел дернул меня за руку и как раз вовремя — стена, на которую я опирался спиной, вдруг накренилась и потолок начал рушиться. Нам пришлось лавировать между огненными шарами и падающими сверху камнями. Это было непросто, потому что пол тоже перестал быть ровными и теперь мы бежали по наклонной поверхности.
      — Туда!
      Мы вместе с Кузьмой и Матреной заскочили в круглое помещение, где Хранители также сражались с магами, до абсурдности выглядящими одинаково. Гул механизмов, который я слышал с самого начала, как только мы вошли в башню, здесь стал оглушительным.
      — Уничтожайте их! Уничтожайте эту дрянь!
      Я находился в полной прострации, все еще силясь отыскать логику во всем происходящем, пока Орел чуть ли не ткнул меня носом в множество капсул, протянувшихся вдоль стен. Некоторые из них были открыты, некоторые сломаны, но внутри тех, где стекло оставалось целым, а паутина труб и проводов выбрировала и светилась магией, виднелись чьи-то силуэты.
      Позабыв и о бушующей вокруг схватке, и на глазах разваливающейся башне, я на негнущихся ногах подошел к одной из капсул и протер рукой запотевшее стекло.
      Гурлухсор!
      И в соседней.
      И в следующей…
      Крышка капсулы, перед которой я стоял, вдруг начала открываться, и находящийся внутри нее человек открыл глаза. Я не дал ему ничего сделать, сразу проткнув мечом. После чего принялся рубить все подряд капсулы, не разбирая, кто или что там внутри. Провода взрывались, из трубы выливалась отвратительные жидкости, ужасный запах дыма и химикатов бил в нос.
      Вероятно, все эти странные копии хотя и были похожи на Гурлухсора и обладали магией, все же Великими Магами не являлись, потому что нам удавалось справиться с теми, что вылезали из капсул. Остальных мы старательно добивали до того, как они оживут. Туда, откуда летели молнии и огненные шары, никто из нас даже не решался сунуться! Я не сомневался, что Яскеру по плечу одолеть своего главного врага в поединке, но лезущие ото всюду демоны и похожие на Гурлухсора маги могли создать неправильный перевес. Стараясь не попасть под сверкающие разряды, мы, как стражи, не подпускали никого к двум Великим Магам, битва которых грозилась не оставить здесь камня на камне!
      Каждый противник, до которого доставало лезвие моего меча, приносил мне облегчение своей смертью. И я вкладывался в каждый удар, как в последний, не чувствуя усталости. Я мстил за Старика. Мне казалось, что всякий раз, когда месть свершается, он воспаряет все выше и выше, возвращая себе давно утраченную способность летать. Поэтому мой меч так быстро порхал в поисках новой цели. И находил ее.
      В какой-то момент башню тряхнуло так сильно, что пол буквально раскололся надвое. Огромная трещина начала расширяться, противоположная стена отдаляться… А еще через секунду стало понятно, что это не стена отдаляется от меня, это отваливается кусок башни, на котором стою я! Когда до меня дошло это, я метнулся к противоположной стороне, но трещина уже была слишком большой, а зияющая дыра снизу слишком темной. Не перепрыгнуть! Нужно было что-то предпринять, но то ли неверие, что сейчас я упаду и разобьюсь, погрузило меня в ступор, то ли понимание, что я ничего не могу с этим поделать. Я стоял и смотрел, как пол наклоняется все сильнее и как растет трещина. Несколько капсул сорвалось вниз и исчезло в темноте…
      И вдруг все прекратилось. Пол перестал крениться и даже звуки словно бы замерли. Я было подумал, что это сознание играет со мной, но когда трещина начала обратно сужаться, оцепенение спало. Фиолетовый туман, похожий на прозрачные щупальца, впивался в камни, опутывал их и притягивал обратно, не давая башне рассыпаться. Через несколько секунд более устойчивая половина оказалась уже достаточно близко, чтобы перепрыгнуть на нее. И как только я это сделал, фиолетовые щупальца исчезли и часть комнаты за моей спиной резко ухнула вниз.
      Отчего-то я не сразу смог обернуться и посмотреть на то место, где только что стоял и где теперь зияла дыра. Вместо этого я поднял взгляд и увидел Яскера, светящиеся глаза которого медленно возвращали себе обычный вид, а магический посох втягивал остатки фиолетового тумана. Мой онемевший язык не шевелился, и я просто кивнул в знак благодарности.
      К тому моменту почти все капсулы оказались разбиты, а те, что уцелели, добивали другие Хранители и подоспевшие лигийцы, среди которых присутствие настоящего, живого Яскера вызывало смятение, на что тот, впрочем, не обращал внимания.
      — Нужно уходить отсюда. Башня может упасть в любой момент, — сухо произнес он и, взмахнув полами длинного плаща, пошел прочь.
      — Давайте, давайте, все наружу! Шевелитесь! — тут же раздался крик Верховина, подхваченный другими офицерами, как нашими, так и чужими.
      Было странно видеть, как витязи взваливают себе на плечи раненых имперцев, помогая им покинуть это место. И это режущее глаз единение удивляло не менее всего остального, что здесь случилось.
      — Ник, как ты? Идти можешь?
      Я обернулся и увидел всех, кого хотел. Матрена, Лиза, Кузьма, Миша, Лоб — все живы, спасибо Яскеру! Развалины, в которые превратилась комната с капсулами, красноречиво давали понять, что башня действительно была чем-то вроде огромной машины, но хитрые механизмы под потолком с убегающими в стены проводами замерли, валы и шестерни не вращались и гул прекратился.
      — Это… это дубли… десятки дублей! — наконец обрел я дар речи. — Вот как они все воскресали! Почему никто не подумал об этом?
      — Потому что считалось, что дубли — это пустышка с ограниченным сроком жизни, ума и способностей, — ответила Лиза, — но…
      — Помните того дубля, которого мы видели в НИИ МАНАНАЗЭМ? — произнес Миша. — Его интеллекта хватило, чтобы проявить волю! Гурлухсор очевидно еще дальше продвинулся в этом направлении. Он создал по-настоящему разумных дублей, более того, дублей обладающих магией, и он… научился пересаживать в них личность, память, Искру! Невероятно!
      — А где он сам? — спохватился я. — В смысле, где его Искра?
      — В Чистилище, вероятно. Они с Яскером разнесли тут все… Я думал, вся башня взлетит на воздух!
      — Надеюсь, мы уничтожили всех дублей Гурлухсора…
      — И дублей его союзников. Но давайте все же уйдем отсюда!
      Лоб прихрамывая, я ощупывая обожженное лицо, Орел держась за плечо и морщась, а в остальном относительно здоровые, мы поплелись вслед за остальными. Но меня не покидало странное ощущение незавершенности.
      — Разве нам не нужно осмотреть тут все?
      — О чем ты, Ник? Надо убираться поскорее отсюда!
      — Гурлухсор сделал большой прорыв в магии воскрешения. Мы что, просто уйдем?
      Я даже как-то растерялся от того, что спорю об этом ни с кем-нибудь, а с Мишей, никогда не упускающим возможности узнать что-то новое. Равнодушие командования к возможно настоящему перевороту в науке тоже вызывало вопросы. И все же — приказ прозвучал, и все покидали башню в спешном порядке.
      — Скорее, Ник, уходим!
      По инерции я следовал за всеми, хотя сопротивление внутри меня все нарастало. Мы покинули комнату с капсулами самыми последними, и Лоб с Орлом уже просто тащили меня за руки. В самом центре большого круглого зала, через который мы бежали к лестнице, лежало шарообразное существо, по всей видимости — то самое Кровавое Око. Глаза, которые можно было бы выколоть, у него отсутствовали. Оно само и было глазом! Ужасным, круглым глазом на тонкой ножке, будто вырванным из глазницы исполина. Хорошо, что я убивал эту дрянь вслепую! Такое и в кошмарном сне не привидится.
      Здесь тоже сквозь прорехи в стенах были видны части остановившихся механизмов. За любые артефакты отсюда наши ученые отдали бы если не все, то очень многое!
      — Да идем же, Ник! Ну что ты опять встал?!
      Я открыл было рот, чтобы снова попытаться призвать к здравому смыслу — вокруг кладезь информации! Как можно просто взять и уйти? Но увидев на лицах друзей чуть ли не панику, замер.
      — Уходите… Уходите по-хорошему…
      — Что? — я заозирался по сторонам. В зале уже остались мы одни. — Вы слышали это?
      — Слышали что? Уходим скорее…
      — Подождите!
      Но Лоб уже не церемонясь схватил меня за предплечье и с силой дернул к лестнице.
      — СТОП!
      Я кое-как вырвался, надеясь, что драться, отстаивая свою независимость, мне ни с кем не придется.
      — Ник, ты спятил? Уходим…
      — У меня такое чувство, что я здесь как раз единственный нормальный!
      — Мы должны покинуть это место…
      Новые попытки вцепиться в меня и потащить к выходу я пресек, отпрыгнув назад. Вертевшееся на языке возмущение так и застыло на нем. Рассеянные лица, немного расфокусированные взгляды и это бесконечное «уходим», как на заведенной пластинке граммофона, — я просто не узнавал своих друзей.
      — Это не ваши мысли, — наконец осенило меня. — Кто-то очень хочет, чтобы мы ушли!
      — Ник!
      Я снова отпрыгнул назад, потому что на этот раз Лоб кажется на полном серьезе вознамерился волочить меня силой.
      — Уходите. Эти тайны выше вашего понимания! Уходите…
      — Вы слышите это? — завопил я, испытывая острую потребность надавать всем пощечин, чтобы привести в чувство.
      Но желание уйти и утащить меня ни у кого не исчезло, и я чуть не завыл от бессилия.
      — Никита, пожалуйста, давай уйдем отсюда… — едва не плача, произнесла Матрена, в то время, как посох Миши начал испускать недоброе сияние. Проклясть он меня собрался что ли? Но теперь-то уж точно ничто не заставит меня уйти, пока я не докопаюсь до истины! Я развернулся, и побежал обратно в комнату с разбитыми капсулами.
      — Не понимаете… Сопротивляетесь… Как мне все это надоело!
      Вокруг было пусто. Но все же голос я слышал совершенно отчетливо! Казалось, он раздавался сразу повсюду, не имея конкретного источника.
      Потолок здесь обрушился и сверху над нами чернело небо Язеса. Часть комнаты просто отсутствовала — вместо нее торчали балки, трубы, куски каменных плит и веревками свисали оборванные провода. В полу зияла дыра. И когда я приблизился к ее краю, по коже забегали мурашки. Ощущение опасности перемешивалась с чем-то еще — необъяснимым, волнующим, от чего внутри все бушевало, как астральный шторм.
      Орел был уже рядом, за ним — Лоб, и их намерения были очевидны. Но и я сдаваться не собирался! Все мои самые безумные поступки в жизни меркли на фоне того, что я хотел сделать, — это был тот самый случай, когда телом руководит не разум, а интуиция.
      Я прыгнул вниз!
      — Непослушные… Ох, что же мне с вами делать?
      В голосе, кому бы он ни принадлежал, сквозили искренние боль и тоска. Это я отметил мимоходом, падая куда-то в бездну. В ушах свистел ветер, вокруг что-то мелькало с невообразимой скоростью, но полет не был слишком уж долгим. Я приземлился без тяжелых последствий для себя на что-то липкое, склизкое и упругое, что немного подкинуло меня обратно.
      — Ник! НИК!!!
      Должно быть, пролетел я не так уж и много, потому что крики сверху были совсем рядом. Или так казалось.
      — Я живой! Здесь что-то вроде… сетки.
      Как только я это сказал, ассоциация с сеткой исчезла. Это скорее походило на паутину, или даже на что-то живое, пульсирующее, как будто я провалился во внутрь какого-то существа. От этой мысли мне стало не по себе. И чем больше я об этом думал, тем увеличивалось сходство: красные стены, сокращающиеся, как живые мышцы, слизь и пористая мембрана под ногами, которая тоже шевелилась!
      Первым рядом со мной приземлился матерящийся Лоб, следующим Орел, тоже не стеснявшийся в выражениях, потом почти одновременно Миша и Матрена, и последней Лиза, раньше всех сумевшая вернуть себе равновесие и сразу набросившаяся на меня с кулаками.
      — Я убью тебя, Ник! Какого демона ты делаешь?! Не дай астрал мы тут умрем и я тогда точно тебя убью! — не совсем связно завопила она. Но по крайней мере с ее лица исчезло это глуповатое, рассеянное выражение.
      — Что это такое? Где мы?
      — Хороший вопрос. Мне кажется, что…
      Договорить я не успел, поскольку мембрана под ногами вдруг порвалась и мы все дружно снова полетели вниз.
      — А-А-А-А-А!!!
      Второе приземление было чуть более жестким, хотя упали мы на точно такую же упругую склизкую сетку. Но падали гораздо дольше.
      — Все живы?
      — Вроде, да.
      — Так что тебе там кажется?
      — Я говорю…
      — А-А-А-А-А!!!
      Мы снова полетели вниз. В третий раз свалившись на паутину, я первым делом крикнул:
      — Не шевелитесь! Эта штука легко рвется. Осторожно отползаем к сте…
      — А-А-А-А-А!!!
      — Проклятье! Куда нас несет?! Мы так сквозь весь Язес пролетим!
      Эти слова почему-то напомнили мне о воронке, которая крутилась снизу аллода, и я содрогнулся, как будто это было еще страшнее, чем просто свалиться в астрал.
      Очередное падение уже почти не вызвало всплеска адреналина. Только раздражение. У этой дыры вообще есть дно, или мы теперь будем падать бесконечно? К счастью, дно все же обнаружилось — пупырчатое, влажное, до омерзения похожее на живую плоть.
      — Ох… Зря вы заставляете меня наказывать вас за непослушание. Ох, зря! Хотя с другой стороны… Кому это делать, как не мне? Впрочем, похоже я только этим и занимаюсь…
      Крохотный, сморщенный старичок в длинной мантии, не достающей до плеча даже Матрене, с белоснежной бородой, волочащейся по полу, и такими же белоснежными усами, глядел на нас из-под густых бровей с такой жалостью во взгляде, будто пришел на похороны своих детей. Весь его вид был настолько трогательным и безобидным, что хотелось взять его на руки, унести куда-нибудь в безопасность и окружить заботой… Но почему же тогда мое сердце едва не выскакивает из груди, и все тело бросает то в жар, то в холод?
      — Слышь, отец, ты как тут очутился? — проговорил Лоб, не найдя в старике и тени угрозы.
      — Не бойтесь, мы вас здесь не бросим! — добавила сердобольная Матрена.
      Но я их эмоций не разделял.
      — Отойдите от него… — горло пересохло и слова давались с трудом.
      Старик понуро склонил голову.
      — Все-таки я еще слишком привязан к вам! — произнес он грустно.
      Все тело окоченело. Я вдруг обнаружил, что почти не могу шевелиться — ни сделать шаг, ни достать меч! Страх смысл все мысли одной волной. Снова эта невыносимая беспомощность! Но теперь я, по крайней мере, мог видеть. И даже яркая вспышка света после того, как Кровавое Око едва не выжгло мне глаза, уже не показалась такой уж ослепительной. На месте, где стоял старик, вдруг появилось две фигуры: человеческая и паучья. Сначала они выглядели расплывчатыми, и трудно было определить — обман зрения это, или силуэты действительно окутаны туманом. Но потом они обрели четкость.
      Мужчина, похожий на человека и эльфа одновременно, разве что несколько крупнее, был словно ожившая статуя талантливого скульптора: правильно сложенный, с красивыми чертами лица, бледной, светящейся кожей, чуть вьющимися светлыми волосами и фиолетовыми крыльями за спиной, будто сотканными из самого астрала. Белая тога, как вода, струилась по его телу.
      Вторая фигура казалась полным антиподом первой: отвратительный паук, быстро перебирая шестью лапами, заметался по кругу, стремительно увеличиваясь в размерах. Он рос до тех пор, пока его тело не поднялось выше нас всех! Гигантское чудовище — пульсирующий кокон, балансирующий на мохнатых с шипами ногах — нависло прямо над нами! Отталкивающее до тошноты, оно вызывало желание бежать от него без оглядки, в то время как от крылатого мужчины веяло умиротворением и защитой. Наверное, это почувствовал не только я, потому что едва получив возможность двигаться, все инстинктивно отступили к нему, напряженно глядя на монстра.
      Даже необычный вид паука не заставил меня перестать мыслить стереотипами, однако ни яда, ни паутины не было. Вместо этого нас ударило темной волной такой силы, что содрогнулось все вокруг. Но мерцающий свет, исходивший от незнакомца с крыльями, смягчил удар и нас просто откинуло назад, к его ногам.
      Огненный шар Миша наколдовал даже не вставая, за ним со свистом метнулись две стрелы, одна за другой, но пауку это не нанесло вреда. Он снова легко отшвырнул нас. На этот раз я не успел сгруппироваться и на несколько мгновений потерял все ориентиры, не видя и не слыша ничего вокруг. Тело сковала темная магия, узлом завязавшись на шее. Стало отчаянно не хватать воздуха. Я старался разглядеть паука, боясь, что он раздавит нас, или разорвет на части.
      Касание мерцающего света освободило нас от оков. Я сумел схватиться за меч и даже успел подскочить к пауку и полоснуть лезвием по его лапам. Сгусток огня, ударившись об его тело, рассыпался фонтаном искр, а рядом воткнулась еще пара стрел… Но наша атака завершилась едва начавшись. Когда темный туман почти поглотил светлое мерцание, мы снова оказались на земле — беспомощные, как котята! И этот безумный танец тьмы и света закружился черно-белым калейдоскопом, поочередно меняя солиста. Паук давил нас своей магией, а крылатый незнакомец придавал сил. Один хотел нас убить, другой пытался спасти. Нас мотыляло из стороны в сторону. Я не всегда успевал даже подняться на ноги, как меня бросало то вперед, то назад. Иногда свет мага усиливался настолько, что нам удавалось атаковать паука, но тот как будто и не замечал этих тычков, и снова бил по нам темной, удушающей волной. Каждый раз мне казалось, что я уже не смогу подняться: либо этот монстр сотрет мои кости в пыль, либо я просто задохнусь! Но пока лился свет, я продолжал упрямо сопротивляться, хотя в какой-то момент выронил меч и мне стало нечем атаковать.
      Это походило на битву двух магов, в эпицентре которой мы оказались, и все же… атаковал только паук, а мужчина просто защищал нас! Если бы не он, мы бы погибли сразу, но даже с его защитой долго эту пытку нам не выдержать. Страшно болело все тело, как если бы меня методично избивали дубиной, хотя это было недалеко от истины. Во рту стоял вкус крови, одно ухо не слышало совсем, а перед глазами уже все расплывалось. Через некоторое время до меня дошло, что из нас шестерых все еще пытаются подняться на ноги и что-то сделать, только четверо. Матрена лежала, широко раскинув руки, и глядела стеклянными глазами в небо. А рядом лицом вниз, в луже крови, Орел с разодранной спиной. В их позах было что-то ужасающе трогательное: он тянулся к ее ладони, словно желая умереть рядом и держа при этом ее за руку. 
      Хотя было не место, и не время, но я вспомнил о Веронике — в хаотично мечущихся мыслях вдруг всплыл ее образ. Эгоистично желать, чтобы она оказалась здесь, я этого не хотел… И все же мне было жаль, что у меня нет возможности взять ее за руку. Все, к чему я мог прикоснуться, это маленькая уродливая кукла, которую она мне оставила, и с которой я не расставался.
      В отличие от Орла и Матрены, Мишину смерть я увидел — паук просто пригвоздил его своими шипами к стене, легко проткнув, как листок бумаги. Миша до последнего шептал слова проклятия, пытаясь наколдовать огонь, но его посох вывалился из ослабевших рук и погас. Несмотря на помощь незнакомца, несмотря на всю его защитную магию, паук убивал нас одного за одним. Мы были обречены, а маг с крыльями лишь откладывал неизбежное, продлевая нашу агонию!
      Когда упала и уже не поднялась Лиза, Лоб ухитрился намертво вцепиться в лапу паука. Тот дернул ей, и орка подбросило вверх, как пушинку, но приземлился он прямо на противника. И в отличие от меня, топор Лоб не потерял.
      — Умри, тварь, умри! — вопил он, со всей одури колошматя чудовище сверху, словно рубил дрова.
      Но даже это, казалось, совсем не причиняло пауку вреда. Он был неуязвим. Сколько бы он не получил ударов, стрел и проклятий, умирать тварь не собиралась! И если бы не этот маг… Но ведь это одно существо. Это был старик, на месте которого вдруг появилось две такие разные фигуры! Я видел это своими глазами, я же не сошел с ума?!
      Я вдруг нащупал свой меч и, опираясь на него, поднялся. Все тело взорвалось болью, от которой на несколько секунд мир для меня скрылся в тумане, но я заставил себя устоять на ногах. Сейчас мне казалось, что вся моя жизнь, все то, что со мной случилось, свелось к одному единственному моменту. К одному решению. И от того, каким оно будет, зависит все… Все правильно, товарищ Яскер?
      Рукоять меча приятно холодила пальцы, его привычная тяжесть придала немного сил — как раз для последнего рывка. Мне должно хватить! Паук с едва живым, но не сдающимся Лбом был в нескольких шагах, но я отвернулся от него, и сделав резкий выпад, вонзил лезвие до самой гарды в нашего защитника, проткнув его грудь насквозь.
      Не ожидавший нападения, маг удивленно уставился на торчащий из его тела меч, а потом поднял на меня источающие мягкий, теплый свет глаза.
      — Я знал, что это будешь ты, — прошептал он. — Вот только обрадуют ли тебя последствия?..
      В этот момент паук за моей спиной рухнул на пол вместе со Лбом и задергался в конвульсиях. Лоб, выронив топор, скатился с его спины и остался лежать без движения. Я снова посмотрел на мага. Он, шатаясь, сделал несколько шагов назад и упал на колени.
      — Вы всего лишь маленькие, глупые дети, поднявшие руку на своего хозяина и отца… Но мы еще встретимся.
      Силуэт незнакомца начал таять, пока не исчез совсем. Мой меч легонько звякнул, лишившись опоры и упав на пол. Именно так исчезали демоны, не оставляя после себя ничего! Именно так исчез и паук! И можно было даже подумать, что весь этот кошмарный бой только привиделся… Если бы не тела моих друзей. Я приблизился ко Лбу, надеясь, что хотя бы он еще жив, но глаза его были закрыты, а дыхание отсутствовало. Я остался один. Шум боя сменился шумом тишины — не менее оглушительной и душераздирающей.
 

Эпилог

 


Эпилог


       Астральный ветер шевелил мои волосы и приятно обдувал лицо. Я вдыхал полной грудью пахнущий грозой воздух — странно, что я только сейчас, покидая Язес, почувствовал его запах. Хотя внизу, на самом аллоде, было слишком пыльно, чтобы наслаждаться. Здесь же, в прибрежном астрале, мне не мешало ничего. Хоть какое-то приятное воспоминание я увезу отсюда!
      Всего два дня назад состоялась битва в городе Демонов. Два дня назад умерли мои друзья. Даже зная об обратимости смерти, о воскрешении, я все равно убеждал себя, что они просто спят, когда помогал поднимать их тела наверх из пропасти, в которую мы провалились. Это помогало сохранить рассудок, иначе я просто бы свихнулся. Хорошо, что нашли нас быстро! Опустошенный и раздавленный, я выбрался на поверхность и первое, что увидел, как разрезая стремительно бледнеющие тучи, к аллоду приближаются корабли! Пожалуй, самое красивое зрелище из всех, что мне доводилось наблюдать. Впервые за все то время, что мы находились на Язесе, астральный шторм вдруг притих. И хотя все еще пахло грозой, небо посветлело и ветер угомонился.
      Я был рад, что наконец-то покидаю это место, и надеялся, что больше сюда никогда не вернусь. Слишком много Язес забрал у меня сил, эмоций, нервов… И еще — Старика. С этой потерей смириться я не мог. В горле стоял комок, когда я смотрел с борта корабля на отдаляющийся аллод, ставший последним пристанищем моего дрейка. Огромный Имперский линкор вальяжно шевелил лопастями, разгоняя тучи и набирая скорость. Спи спокойно, Старик, я тебя никогда не забуду.
      — Зачем ты все-таки прыгнул туда? Это было твое решение?!
      Я повернул голову и поглядел на задумчивого Яскера. Облокотившись о борт корабля, он прищуренными глазами глядел в пустоту, наверное уже в сотый раз проворачивая в голове все услышанное.
      — Да, мое. Не знаю, зачем. Интуиция.
      — Больше похоже на сумасшествие или чей-то приказ, — засомневался Яскер.
      — Нет, — качнул я головой. — Я что-то чувствовал, когда стоял на краю пропасти. Мне кажется, я знал, что там, внизу, нечто большее, чем Гурлухсор со всеми его дублями.
      Произнеся это, я вдруг понял, что что-то подобное уже ощущал, но где и когда, вспомнить не мог.
      — То, что ты не поддался гипнозу, меня не удивляет. Эта твоя особенность уже известна. Поражает другое. Я думал, в мире не существует мага, способного заставить меня плясать под свою дудку. Но выходит, я ошибался. Это было очень сильное желание — поскорее покинуть башню. И при этом настолько естественное, что мне и в голову не пришло, что оно не мое.
      Тут и правда было чему удивляться. Залезть в мозг самому сильному магу разума в Сарнауте так, что он даже не почувствовал этого! Разве что…
      — А если это был не маг?
      — Есть идеи? — заинтересовался Яскер.
      — Слишком безумные, чтобы говорить о них серьезно, — покачал я головой.
      — Давай еще раз. Это был старик, похожий…
      — На человека, да. Только очень немощного. Потом он как бы… разделился надвое.
      — И одна сторона нападала на вас, а другая защищала?
      — Так точно, — подтвердил я и немного смущенно добавил: — Звучит, как бред, но так и было. Это существо как будто и уничтожить нас хотело, и в то же время жалело нас. Мы пытались убить паука, но пока была жива одна сущность, вторая не умирала.
      — А после смерти они растворились, как демоны…
      Яскер замолчал, задумавшись. Мне больше было нечего добавить, я и так уже пересказал все, что произошло, несколько раз. Какой-то новый вид демонов, более совершенный, с высоким интеллектом, обладающий невероятной силой?.. А может, это и есть то самое знаменитое Проклятие джунов, уничтожившее их великую цивилизацию? Хотя сами джуны изображали проклятие, как обычного демона, да и Зэм с плато Коба говорил, что отличали его только размеры. С другой стороны, это существо могло менять форму — как минимум я видел целых три: старик, молодой мужчина и паук!
      Мы простояли в тишине довольно долго, и когда Язес скрылся из вида, я снова нарушил ее.
      — Что теперь будет с башней, и с этим… механизмом в ней, который вселяет Искру в дубли?
      — Если бы не лигийцы, мы бы вплотную занялись изучением. Но их присутствие кардинально меняет дело! Формально, вопросом теперь займутся Историки, все-таки они нейтральная сторона, и несмотря ни на что, какое-никакое доверие к ним все еще сохраняется и у нас, и у Лиги.
      — А почему — формально?
      — Потому что на деле мы все основательно разбомбили в башне и, я надеюсь, восстановлению там уже ничего не подлежит. Пусть лучше все остается, как есть. Ни к чему нам новые потрясения.
      Я согласно кивнул. Бессмертие — штука интересная, но все же хочется иметь возможность убивать отдельных индивидуумов с концами.
      — Кстати, там, на дне, мы еще обнаружили некий предмет. То ли звено цепи, то ли часть чего-то… хм… — Яскер пошевелил пальцами в воздухе, пытаясь подобрать слово.
      Удивленный, я вопросительно посмотрел на него. В башне было полно всяких предметов!
      — Очень сильный предмет, — добавил он, в ответ на мой взгляд. — Пышет магией!
      — Я не чувствую магии в предметах, — пожал плечами я. — Даже в самых значительных.
      — У тебя другие преимущества. Если бы не твоя сопротивляемость магии разума, мы бы все просто ушли и так и не узнали, что под башней сидит настоящий «Хозяин»… Не представляю, к чему бы это в итоге привело!
      Я тяжело вздохнул. К чему привело мое вмешательство, пока тоже не ясно. Этот «Хозяин» говорил что-то о последствиях, которые мне не понравятся, и в мыслях я все время возвращался к этим его словам. Все-таки одна часть этого существа пыталась нас спасти. А вдруг я сделал что-то непоправимое, когда проткнул ее мечом?
      — Ладно, — сказал Яскер, хлопнув ладонями по борту корабля. — Одно я могу сказать точно: за эти два дня мы и лигийцы перевернули всю башню — все капсулы с дублями уничтожены. Так что хотя бы наши старые друзья мертвы уже наверняка. А кто такой «Хозяин», мы еще будем разбираться. И очень внимательно!
      — Коловрат знает о том, что мы снова убили Жало? — с интересом спросил я. Верховный Шаман орков когда-то считал меня Избранным, но теперь, после того, как я раз за разом прикладываю руку к смерти потомков Великого Орка, он, наверное, уже меня проклял.
      — Знает. Но Жало предала всех, даже самих орков! Не думаю, что он будет слишком горевать по ней. Хотя… Коловрат очень упрям. Я надеюсь, что осложнений не возникнет, ситуация между кланами только-только подуспокоилась.
      — Неужели разборки между шаманами и воинами прекратились?
      — Не уверен, но, как минимум, Коловрат начал здороваться со Штурмом.
      — Это прогресс, — согласился я, невольно улыбнувшись.
      — Но в любом случае, с праздничной демонстрацией по поводу нашей окончательной победы над демонами и с чествованием причастных придется повременить, — продолжил Яскер и иронично добавил: — Ты же не против?
      — Никогда не любил шумные парады, — ответил я. — Мне нужно проведать своих. Разрешите идти?
      — Иди. И сам постарайся выспаться до того, как мы прибудем домой. Лига перестанет нас бояться, если увидит, какие у Империи замученные герои.
      Я кивнул и поплелся в лазарет, где набирались сил воскрешенные Кузьма, Миша, Лоб, Матрена и Лиза. Яскер остался стоять на палубе, вновь погрузившись в свои мысли. Ему было над чем подумать. Демоническое логово мы разворошили и убили всех, кто там находился, но слишком много вопросов так и остались открытыми.
      Корабельная лечебница отличалась повышенным классом комфортности. Своих друзей я разыскал в одной из палат сидящими возле кровати Орла — его ранения оказались довольно серьезными, был сильно поврежден позвоночник, и лекари запрещали ему вставать.
      — Тьфу, ты, Ник! Хоть бы хрюкнул перед дверью! Я думал, это врач, — возмутился Лоб и полез обратно за подозрительной флягой, которую быстро спрятал, когда я вошел. В ней явно плескалось не лекарство.
      — И ты разрешила? — усмехнулся я, поглядев на Матрену.
      — Я не разрешала, но я в меньшинстве, — откликнулась она и недовольно поджала губы.
      — Уж и расслабиться спокойно не дадут честному орку!
      Я взял стул и сел поближе. Странно было навещать всех в лазарете, сам при этом будучи на ногах — обычно бывало наоборот. Меня снова кольнуло чувство вины.
      — Как здоровье? — спросил я, обращаясь в большей степени у Кузьме, потому что остальные выглядели более или менее поправившимися.
      — Твоими молитвами. Видел приказ?
      — Видел, поздравляю нас всех с повышением!
      — Наконец-то Родина оценила наши заслуги, — приосанился Орел и сделал одухотворенное лицо, что вкупе с его перебинтованным телом выглядело особенно героически. — Всего-то надо было парочку Великих Магов завалить.
      — Почему же все-таки ди Дусер, Жало, Гурлухсор и все остальные стали поклоняться демонам? — произнесла Матрена. — Тем, кто несет гибель всему миру? И даже помогали им в этом! Неужели они просто сумасшедшие фанатики?
      — Или в их действиях есть какой-то смысл, — протянул я задумчиво. — Этот Хозяин… кто он?
      — Демон, маг и безумец, — высказал свое мнение Орел.
      — Он сумел околдовать даже Яскера! Возможно, он сильнее любого Великого Мага Сарнаута.
      — Но это же не исключает того, что он может быть безумцем.
      — Это невероятно могущественное существо, и оно называло нас своими детьми…
      — И что ты хочешь этим сказать? Что это… — Орел неловко улыбнулся, словно извиняясь за глупость, которую собирается произнести: — Бог?
      Несмотря на его скептицизм, я не стал торопиться с ответом.
      — Существо и впрямь непростое, — согласился Миша, поправляя очки на носу. — Но при всем его могуществе, на Бога оно все равно не тянет.
      — Я тоже так думаю, — кивнула Матрена. — Разве Бога можно убить, просто проткнув мечом?
      — Не знаю, с Богами я раньше не встречался, — буркнул я, но решил не развивать тему.
      Разговор прервал лекарь, зашедший проведать больного. На это раз Лоб успел спрятать свое пойло незаметно. Матрена снова нахмурилась и поджала губы, но сдавать его не стала.
      — Что теперь? — спросила Лиза, когда лекарь вышел.
      — Отдых. Мы заслужили это!
      — Отдых — это хорошо, но я имела в виду в более глобальном смысле.
      — Ты же мистик, вот ты нам и предскажи! — развеселился Орел.
      — Я думаю, — снова заговорил Миша, — что нам нужно просто отпустить эту ситуацию. Если демонопоклонники и готовили второе нашествие демонов, то мы нарушили их планы. Тот, кого они называли Хозяином, мертв! Ты исполнил свою роль, Ник. За эти два дня демоническая активность резко упала даже в астрале — сейчас он спокоен, как никогда! Все закончилось. И нам всем действительно нужен отдых.
      — Да, наверное, — кивнул я и, поднявшись, выглянул в окно иллюминатора.
      Астрал как всегда был прекрасен. Он сиял радужными красками, переливаясь из одного цвета, в другой. Непостижимая сила, разрушительная и завораживающая. Сколько всего она скрывает в своих глубинах? И известна ли нам хоть сотая доля тайн Сарнаута — расколотого мира, продолжающего жить, несмотря ни на что?
      Я не стал делиться своими мыслями с остальными, чтобы никого не расстраивать. Это существо, Хозяин, кем бы он ни был, может и мертв, но вкуса победы я не ощущал. Может быть мне и не раскрыто многое, может быть я бреду в темноте с завязанными глазами, натыкаясь на стены. Но одно я знал точно: ничего еще не закончилось. Напротив!
      Все только начиналось…

Конец второй части

 

Глава 1 (книга третья)

 

 


Просмотреть полную запись

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now
Sign in to follow this