Быть женщиной с большой Жэ
Неплохое начало, впрочем, уже!
Мать её - не зря на свет родила!
Чтоб её - всюду творились дела!

Утром встала, Яскеру отдала честь
И не забыла в каждом квартале прочесть
Восхваление своему клану -
Всё должно быть чётко по плану!

ЦС, ОБС, Ал-Риат, острова, искажение -
У неё по порядку каждое телодвижение!
Днём фарм голды, шмота крафт, в лабу пати.
Вечером Домик, а после - немного объятий.

Афк две минуты и снова, как белка, крутиться -
Ей вся Империя смело может гордиться!

Так, выбив о ступеньки искру,
Я замуж выскочила быстро:
Спешат счастливцы под венец,
Ванильной сказочки конец.

Ха! Так случается порою, но, - видит Сарн, - не в этот раз.
А я про своего "героя" на этом завершу рассказ,
как демонолог искушает, не в пвп, а наяву.
Что он в награду получает? Какой с разбитой искры лут?

Я знаю. Знаю, что значит быть брошенным.
Когда наступит день, а у тебя внутри
Два катаклизма... И пеплом белым запорошенный
Тот ясный мир, где раньше были пышные сады.

Яркое солнце придавало парусам особое свечение и яркость, тем самым поднимая настроение перед отплытием из порта Новограда не только капитану Василию Хромову, но и остальным членам его бравой команды. Вот уже пятый год Василий был на должности капитана и почти восемнадцать служил на астральном флоте Кании. Бывало всякое: и набеги отчаянных имперских диверсантов, разоблачение разведчиков, внезапные вылеты к кордонам с целью отбить желание у демонов снова забредать к границам Кватоха... Но приключение, к которому собирались они сегодня, не сравнивалось ни с чем прежде. Ведь предстояло им идти почти в жерло тьмы и разрушения, а шансы спастись хоть кому-то были так ничтожны...

Василий был честен со своими ребятами, подробно изложив все нюансы и ожидающую опасность, а также, скрепя сердце, принял добровольный отказ двоих матросов от миссии, возложенной самим Избором Изверским. Он понимал, что рисковать мало кто хочет. Сам же он надеялся на лучший исход и возвращение, ведь тогда был огромный шанс, что его возлюбленная Рина наконец-то даст согласие на помолвку. Поэтому в то утро капитан был полон вдохновения и отваги – его ребята выбирались из самых сложных и опасных боёв, а предстоящая разведка в дальнем астрале хоть и таила в себе кучу опасностей, но имела все шансы завершиться благополучно.

***

Второй год Рина ди Дазирэ, дочь Рэно ди Дазирэ, хоть и проявляла свою благосклонность к Василию, но делала это порою столь высокомерно, что создавалось впечатление, словно Василий – всего лишь слуга капризной дамы. Конечно же, Рина знала от отца про служебную командировку своего поклонника. А после долгих расспросов и размышлений полностью осознала всю опасность, которая могла поджидать Василия в самых дальних глубинах Астрала. Девушка не на шутку встревожилась за его жизнь – мужчина был ей симпатичен, и она привыкла к его нежным, столь не показательным, но таким настоящим знакам внимания. Да и он, в отличие от ее эльфийского ухажёра, хотя бы не орал на каждом углу, что вот-вот сыграет с ней пышную свадьбу, куда пригласит только достойнейших. Поэтому она выпросила у отца для капитана защитный оберег, который мог очень пригодиться в бою и не только. 
Рина знала, что корабль будет отправляться через час после восхода солнца, поэтому собралась ещё с вечера, дабы успеть прискакать в Порт до отчаливания. Но не знала она, что в полночь поступит приказ отправляться сразу с восходом...

Лёгкий ветер играл в ее длинных волосах, когда эльфийка выехала за ворота мимо стражников, осоловело стоявших по обе стороны и почти с нетерпением ждавших смены. Рина видела, как солнце заливает площадь, а значит, по ее мнению, у нее есть час, чтобы проводить Василия и тихонько отдать ему оберег. Девушка уже почти пересекла портовую площадь на своей лошади, когда увидела, что корабль отчалил. Ее щеки запылали, сердце упало и раскололось на кусочки, а руки судорожно сжали уздечку. Пришпорив лошадь, эльфийка помчала к ступеням, которые вели вниз к причалу с прыжковыми устройствами. Едва не затоптав рабочих порта, лошадь бешено хрипела, перескакивая по пять степеней и круто неслась вниз. Но было поздно. В то утро она так и не успела сказать Василию всё, что хотела. 

Капитан внезапно посмотрел на отдаляющийся Порт столицы и увидел там худенькую фигуру в красном одеянии на вороной лошади, которая смотрела вслед уходившему кораблю. Ветер донёс всего одно слово, звучавшее таким знакомым голосом...
«Возвращайся».
Усмехнувшись, Василий отдал приказ на прыжок с помощью астролябии. Надежда превратилась в уверенность, а настроение поднялось ещё больше.

***

Вот уже второй день заканчивался, а никаких загадочных аномалий или червоточин команда корабля «Бравый витязь» так и не встретила. Сканер показывал только затерянные аллоды, древних спрутоглавов и шахты по добыванию метеоритного железа. Приказ был чёток и ясен: нужно пробыть в этой местности неделю, дабы иметь возможность засечь непонятные скачки энергии и внезапное образование червоточин. В червоточину ни в коем случае не залетать, от демонов отбиваться и обязательно попытаться прихватить с собой образцы: как демонические, так и энергетические, которые уловит сканер, закреплённый на мачте. Раз в три часа необходимо было перезапускать его, дабы избавиться от ненужной информации об излучениях и аномалиях, о которых и так уже было известно. 

На третий день случилось то, чего так ждали все: сканер дал тревожный сигнал о внезапном образовании червоточины всего в двух переходах от текущего местоположения «Бравого». Василий немедленно встал на курс, а команда приготовилась к худшему: неизвестность всегда страшит больше, чем враг, которого уже знаешь. Ускорившись, корабль пересёк сектор и нырнул в переход. Но тут сканер снова подал сигнал. Ещё одна червоточина, буквально там, где они только что были. И снова сигнал – уже третья червоточина, совсем рядом с первой... Создавалось впечатление, словно кто-то пытается прорвать материю и время, прорываясь в их мир с помощью этих брешей. 

Сообразив, что на месте оставаться нельзя, Василий круто развернул корабль и направил его обратно к переходу, из которого они только что вылетели. Разогнавшаяся махина не сразу набрала скорость, но едва ли успела отплыть, как люди увидали своими глазами темнеющую точку слева. Она начала трещать, искриться и разрастаться до размеров Новограда. Навигация ухудшилась, но Василий тоже был не профан: отдав приказ о Форсаже, он распорядился зарядить пушки и готовить лучемёт. 
А тем временем на палубе скрежетал сканер – он уловил всё, что излучала червоточина, и теперь был перенасыщен, как объевшийся лососем кот. 

Из червоточины хлынули демоны, вроде бы обычные, которых они часто встречали до того в астральных путешествиях. Но это лишь на первый взгляд. Демоны не издавали ни звука, но их энергетические плевки в два счёта снесли почти полностью кормовой щит. Некоторых матросов сбило с ног, сканер пищал и сигналил уже без остановки, но до него никому не было дело. Корпус начал покрываться трещинами, реактор внезапно перегревался и остужался без видимых на то причин, а оборудование то выходило из строя, то искрилось.

Круто развернув корабль, демонов расстреляли из лучемёта и добили выживших из пушек. А новые всё прорывались и прорывались, чуть ли не облепив собою корпус «Бравого». Капитан понял, что пора бы и честь знать, а потому распорядился на полный вперёд подальше от червоточины. Его план был прост: временная невидимость и запуск прыжка с помощью астролябии. Но плану не суждено было сбыться – впереди по курсу образовалась ещё одна чёрная точка и, подобно первой, так же начала разрастаться, искрясь и полыхая. Демоны не дожидались, пока червоточина станет огромной и прорывались уже, теряя при этом конечности и щупальца. Словно их кто-то силой выгонял из ниоткуда. Но зачем? И кто? 

Понимая, что осталась всего одна попытка, Василий изменил курс, приказав визору направить корабль на безвинно плававшего в сторонке от происходящего демона-разрушителя. Он находился совсем рядом с переходом в соседний сектор, а это значило отрыв от такой внезапной атаки. Сказать, что разрушитель был несказанно рад внезапному появлению корабля совсем рядом с его носом – ничего не сказать. Демон только было вознамерился сломать что-то или оторвать на память несколько сувениров, как его тут же бесцеремонно оглушили и стали удаляться восвояси. Он было разозлился, если демоны вообще умеют злиться, но внезапно ещё одна червоточина стала образовываться в том направлении, куда улетал «Бравый». 

Василий понял, что это конец. Они не успеют телепортироваться – мало энергии, а походный камень был так долго без подзарядки. Всей командой они решили быстро собрать необходимые данные в небольшой мешок и принудительно общими силами телепортировать в столицу самого младшего из команды – лучемётчика. Восемнадцатилетний юноша упрямился и говорил, что с командой останется до конца, но кто слушал мнение юнца? Да и если бы погибли все – задание было бы провалено. Напоследок Василий снял свой кулон, который носил под рубахой, и попросил его передать эльфийке по имени Рина ди Дазирэ, сказав, что даже после гибели Василий будет ее любить всем сердцем. 

Послышался скрежет и треск. Времени уже не оставалось. Десяток походных камней соединились воедино, несколько громких голосов произнесли заклинание телепортации и вот, спустя 10 секунд юный матрос с градом слёз на лице, но с такими важными для Кании данными, исчез. Телепортация удалась. А почти все камни треснули и потемнели, исчерпав всю свою магию и даже больше, чем магию.

Грустно поглядев на оставшихся, капитан вытащил свою саблю и сказал, что поймёт тех, кому страшно, ведь ему и самому страшно. Но вернуться домой хочется больше, а потому они должны отбить нападение и всё же попытаться спастись. Команда лишь молча переглянулась, а в следующую минуту на палубе кипело сражение с демоническим отродьем. Казалось, демоны почти не сопротивляются: они не кусались, не бежали рвать и царапать, а просто стояли и смотрели, словно сквозь, людей, которые рубали их тела налево и направо. Матросов начинало настигать подозрение, что в этой ситуации что-то идёт не так. А спустя минуту все услышали басистый смешок, который словно разносился эхом по Астралу, и увидели, как полыхнуло рядом с кораблём не то зарево, не то взрыв.
Огромный крылатый демон с огненным топорищем появился из червоточины и стал медленно облетать почти разрушенный корабль, словно изучая свою добычу перед ее уничтожением.

А дальше была боль, сжигающая и терзающая изнутри, но не причиняющая ущерба снаружи. Организм словно закипал и пытался взорваться, как вулкан, как гейзер. 

«Подчинись, смертный!» – звучало в голове у каждого. От дикой боли люди выпустили из рук всё оружие, никаких мыслей или заклинаний, только эти два слова волной накрывали всё сознание. В последний раз Василий взглянул на того, кто так умело играл с ними в догонялки последний час. Жаль только, что Рина так и не стала ему женой.

Послышался тот же короткий смешок, существо взмахнуло своим пылающим топором – и вот уже не Василий, а мерзкий демон с пылающими глазницами, с длинными щупальцами и без лишних мыслей о всяких эльфийках покорно парит рядом с Владыкой. Его цель – служить Хозяину. Убивать. Умирать за него. 

Так же, как некогда он умер и переродился во имя... любви?

Я - гордый мобоистребитель: медведей, белок, кабанов.
Я - неимущих утешитель, освободитель всех лесов.
Мой день геройствами насыщен, и всякому помочь я рад.
Телохранитель я и сыщик, а дом мой – славный Новоград!

Но быстро пролетает время, увы, ничто не удержать!
И я, неся хай лвла бремя, началку буду вспоминать.
И с ностальгической тоскою, украдкой, втайне ото всех,
Окно Создания открою и, отрешусь от прежних вех.

Создам я новенького твинка, пройду начальный островок.
Здесь у меня одна дубинка и старый добрый серый волк… 

И каждый вечер братья и сёстры Ритфа уходили гулять без него – Ритф очень боялся темноты, а ещё больше боялся страшных завываний ветра в горах. Его фантазия рисовала ему образы зубастых демонов, о которых ранее неоднократно рассказывал капитан семейки Смелых. Или пучеглазых йети, которые одним движением лапищ могли смести со своего пути троих гибберлингов. Почему именно пучеглазых – Ритф и сам не понимал, но уж очень страшно о них рассказывал местный торговец снастями Вуф, который в свою очередь никогда лично не встречал живого йети, но наслушался рассказов от таких же торговцев. Так и сидел бы Ритф до конца своих дней дома, если бы по осени однажды к ним в деревню не заехал один эльф-историк, который держал путь в сторону гор. Что именно он там хотел обнаружить никто так и не понял, но эльфы были хитры и в своё время именно благодаря им гибберлинги временно осели на Ингосе, пока не была найдена их родина – Ису.

Историку нужно было где-то переночевать и подкрепиться перед тем, как ступить на долгую горную тропу. А потому остановился он в доме у старосты, который повёл знакомить эльфа с сородичами в местный трактир – ещё бы, гости у них в деревушке уж очень нечасто бывают. Ритф тоже пошёл поглазеть на незнакомца, тем более на улице было светло, и он не хотел задерживаться надолго. Но после череды захватывающих баек, за шумными песнями и весельем пробежал вечер, а там и наступила глубокая ночь, тьма окутала аллод. Понемногу народ стал разбредаться по домам, ведь завтра у каждого были обязанности, заказы, работа и хлопоты. Засобирался и Ритф, да только ступил он на порог, как ужас охватил его маленькое сердце – шум ветра, шелест порядком подсохшей травы и непроглядная тьма вокруг опять стали давить на него. Гибберлинг очень быстро развернулся и побежал искать хозяина трактира, дабы упросить его разрешить остаться на ночь. 

Эту суматоху одного маленького существа заприметил эльф и, немного понаблюдав за ним, приподнялся и подошёл ближе, чтобы послушать что же так обеспокоило малыша. А узнав всю суть – вызвался помочь Ритфу, да не просто так, а путём некого эксперимента. Он предложил малышу сделку – если тот пересилит себя и пойдёт в сопровождении эльфа домой, то историк подарит ему одну захватывающую книгу со сказками. Если же останется у хозяина трактира на ночь – что же, придётся вписать малыша в историю Сарнаута как самого трусливого гибберлинга, который когда-либо жил. Сперва такая наглость очень возмутила малыша, но немного подумав, он решил, что до дому идти всего пару минут, а книга останется с ним навсегда. Да и к тому же не очень хотелось попасть в историю таким вот образом. 

По пути историк расспросил гибберлинга о причинах его страхов и сказал, что есть одно проверенное средство как же перестать бояться темноты и существ, обитающих в ней. Это средство очень простое – огонь. Ведь именно он помогает согреться, именно его жар запекает так вкусно рыбу. И дикий зверь боится огня, и тьма всегда убегает от туда, где пляшет огонь. А уж если совсем невмоготу – существует ещё один огромный секрет, но его эльф расскажет Ритфу только после того, как тот поклянётся больше не думать о демонах и йети. И любопытство Ритфа, которое и так достигло крайнего предела ещё в самом начале знакомства с этим странным эльфом, пересилило все страхи и опасения. Маленький гибберлинг пообещал, что отныне он будет смелым, ну или будет пытаться быть таковым. 

И тогда эльф поведал, что осенью, перед большим морозом, у них принято устраивать бал – дань благодарности великим Покровителям, которые когда-то одарили каждого жителя Сарнаута великой силой и талантами. И сила эта помогает справиться с любой напастью, любой нечистой силой и наполняет сердца надеждой, любовью и светом. А чтобы нечисть ещё больше боялась подходить к эльфийскому народу – они переодеваются в костюмы и украшают дома страшными узорами, украшениями и свечами с пугающим орнаментом. А потом громко поют, танцуют и веселятся до изнеможения, рассказывая друг другу страшные истории, дабы нечистая сила думала, что они тоже часть неё. Такой вот камуфляж.

После чего историк добавил, что народ гибберлингов тоже мог бы устроить подобное празднование через неделю, как раз перед большим морозом, а он в свою очередь бы с радостью помог после похода в горы. 

Ритф и не заметил, что слушая своего попутчика, он уже давно подошёл к дому, и как минимум несколько минут они просто стояли у ворот. Малыш понял, что все страхи были не снаружи, а внутри него, а этот странный эльф помог ему не только понять эту истину, но и подсказал решение. 

Спустя неделю вся деревня была украшена тыквами, яблоками и букетами из листьев, различными узорами на воротах и деревянными статуэтками. А сами жители переодевались в самодельные костюмы и напяливали маски и коры деревьев. В центре деревни развели огромный костёр, жарили рыбу и овощи, пели и танцевали, восхваляли погибших предков и благодарили за сегодняшний день. Среди молодёжи шутил и улыбался маленький гибберлинг Ритф, который поборол свой страх и стал отныне гулять по вечерам после тяжкой работы с сородичами.

И хотя Зэм уже давно отвыкли от вкуса еды, немного припасов, весьма съестных, найти удалось. Что-то было в походных сумках, что-то оказалось у торговца. Наскоро соорудив некое подобие обеденного стола, Дженни и Лиза молча уселись друг напротив друга. Обе с интересом глазели как друг на друга, так и на незнакомцев вокруг: Дженни на Зэмов, Лиза – на орков. 

Дженни понимала, что нужно время, дабы и ее товарищи привыкли, и ей стало комфортно находиться тут, и дело было вовсе не в окружающих условиях. Недоверие уже постоянно сопровождало девушку, так что она была не удивлена обострившемуся слуху и зрению. Она так же видела, что Елизавета долго шепталась с Ирфом, но судя по всему – ничего опасного или подозрительного они не обсуждали. В этом пригодился навык чтения по губам. А вот за Орка она переживала больше – он вроде как обрёл семью, нашёл сестру, но что-то вид имел не совсем радующий. Улыбнувшись, девушка молча встала с ящика, служившего временным стулом и направилась в другу. Легонько положив руку на его плечо, Дженни мягко, без тревоги в голосе, прошептала:

- Я думаю, вам нужно поговорить… Ну, вроде как познакомиться. Она же твоя сестра, хоть это и странно звучит, учитывая, что ты – орк, а она – человек. Вы же, по идее, должны быть полукровками. Ну да ладно, я к чему веду. Разузнай у нее о себе, о родителях, а заодно и о планах, кто этот Ирф на самом деле и что замышляет. Уж ли не очередных шпионов нам подослала судьба?

Орк глянул мутным взглядом на подругу и пробормотал что-то несвязное, кивнув пару раз. Девушка приняла этот ответ за согласие с ее предложением и, улыбнувшись, подошла к Ирфу, который как раз отдавал указания своим подчинённым. 

– …периметр, после чего просканируйте все входы и выходы в пирамиду. Не хочу, что бы за нами был «хвост», ребятам и Лизе это сейчас ни к чему... Да, Дженни, я слушаю, что ты хотела? – Зэм немного повернулся корпусом к подошедшей девушке, махнув рукой в сторону. – Ступайте, друзья, нельзя медлить. 

– Я могу узнать кто вы такой? Что задумали? Зачем мы все тут? – Дженни не хотела задавать сразу столько вопросов, но голова давно уже раскалывалась от мучений неведенья. 

– Хмм… Я вроде представлялся – моё имя Негус Ирф. Всю остальную информацию ты узнаешь буквально через пару минут. Присаживайся к столу, хотя это сложно так назвать. Пока вы будете подкрепляться, я всё поведаю и отвечу на все вопросы. 

Ответ оказался слишком исчерпывающий, но мягкая интонация и непринуждённость в движениях Ирфа не вызвали подозрений, поэтому пришлось сделать так, о чём просил Зэм. 

***

Орк не мог ни говорить, ни думать, ни двигаться. Образ этой симпатичной девушки снова и снова выплывал у него последние пару часов в голове, но встреча лично – это было нечто. Её волосы, судя по всему, были такими же, как у матери, потому что, глядя на них, Орк наблюдал в голове всплывающие картины из снов, где он видел маму и отца. А девушка была копией, только с другим носом и цветом глаз. Кое как сглотнув ком в горле, Орк переступил порог комнаты и лишь тихо произнёс:

– Здравствуй. Я… я помню тебя. Да… – И снова неловкое молчание. 

Обстановку разрядил Зэм, который их сюда привёл, он что-то говорил, потом пришли другие Зэм, и они все носили еду, ящики, куски ткани. А Орк не мог насмотреться на Лизу, но и подойти ужасно боялся, ведь не знал, что говорить, как и о чём. Поэтому отдал свою походную сумку Собакьену и присел в углу комнаты, прикрыв глаза, ссылаясь на усталость и ночь без сна. Задремать удалось, но в голове были странные картины лабораторий, людей в белых халатах и крик матери, от которого он вздрогнул и открыл глаза. Рядом стояла Дженни, она что-то говорила про Лизу, про Ирфа. Дрёма постепенно уходила, и он лишь кивнул пару раз. А спустя ещё пару минут его позвали за стол. 

*** 

– Друзья, – начал говорить Ирф. – Собрал я вас всех здесь не просто так. Как вы уже давно могли понять – ваш, и в том числе мой, общий враг Нефер Аргул. Ваши родители… – Ирф посмотрел сперва на Лизу, потом и на Орка. – Они пожертвовали собой не просто так. Они были моими добрыми друзьями, с которыми я прошёл огонь и воду, был в бою с опаснейшими чудищами Сарнаута и в таких местах, что сердце лишь от названия сжимается. И я доверял им, а они доверяли мне. Поэтому я считаю своим долгом защищать вас от беды сейчас. Лиза знала меня дольше остальных, она выросла у меня на глазах. К сожалению, вас, юноша, я не имел честь знать, но я вижу, что вы – сын Беляка, его достойное продолжение.

Ирф долго всматривался в лицо Орка, и все эти минуты никто не посмел проронить и слова. По большей части от голода, который внезапно пришёл при виде съестного. 

– Итак, друзья. Пару дней назад мне стала доступна информация, которую ведали всего три-четыре души в этом мире. И, так как я не должен был быть в числе знающих – моё существование оказалось под угрозой. Поэтому я перестал вести двойную игру и просто скрылся от шпионов «Сокола», прихватив с собой самое ценное – Елизавету. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. Дело в том, что Аргул обладает неким механизмом, который был разработан давным-давно в этих лабораториях. Именно учёные НИИМАНАНАЗЭМ, как бы не печально мне это было произносить, сотворили «Икросос 1.2» – устройство, которое пленяет искру живого существа, не давая ей ни уйти, ни воскреснуть. Аргул завладел этим устройством совсем недавно. Год назад. И Елена, ваша мама… Она жива. Ее искра находится в плену Аргула. 

*** 

Услышанное было как обухом по голове, но так же внезапно Лиза осознала, что мама почти жива, ее Искра где-то есть, и шанс на спасение вовсе не так призрачен, как мог показаться. Ведь ей помогают столько разных существ, она обрела брата, которого не знала, но чувствовала в нём что-то родное, теплое. 

Девушка открыла свою шкатулку с различными документами и осторожно выудила фотографию матери и отца, которую бережно хранила ещё с детства. Полюбовавшись с минуту, она отыскала глазами Орка и медленно подошла к нему, так, что бы он видел ее приближение. 

– Привет. Хотела показать тебе родителей. Вот. Они совсем молодые тут ещё, фотокарточку делали, когда меня ещё не было даже и они были не женаты.

Лиза протянула Орку снимок и застыла рядом, внимательно всматриваясь в его лицо. И не ошиблась, потому что Орк впился взглядом в совсем молодых Елену и Беляка, не веря своему счастью. Потом поднял глаза и тихонько произнёс:

– Знаешь, а ведь я видел их в своих снах. Это были не совсем радужные сны, но они очень точно передали их образ. Я думал, это игра воображения, очень часто не помнил и половины. Но теперь смотрю, и начинают всплывать иные образы, вовсе не из сна. Как будто бы…. 

– Как будто бы прошлое вспоминается? – перебила Лиза и улыбнулась. – Я тоже иногда вспоминаю то, что до этого раньше не знала и не догадывалась даже, что это у меня есть, в памяти. 

– Ты думаешь, это всё правда, что нам рассказал этот Зэм? – внезапно прямо спросил Орк, но потом добавил, вздохнув. – Я не знал, кто я есть, я искал хоть какие-то воспоминания о себе в документах или архивах, но везде было пусто. А недавно я узнаю, что мои родные – основатели шпионской конторы, а на меня охотятся головорезы по всему Сарнауту… 

Девушка осторожно прикоснулась к плечу Орка и твёрдо произнесла:

– Я верю Ирфу, он хороший. Он всегда помогал нам с мамой, даже в самые худшие времена. Он не станет мне врать. 

– А расскажи мне, какой она была, какой была… мама… – Внезапно перебил Орк. 

И они говорили еще несколько часов, пересматривая фотокарточки из шкатулки Елизаветы. 

*** 

Дженни тихонько выскользнула из комнаты вслед за Ирфом, который поманил ее пальцем, указывая на Орка и Лизу, мирно беседующих за столом и не замечающих никого вокруг. Зэм прошёлся коридором и свернул вправо, что и сделала Дженни, но более осторожно. За поворотом оказалась ещё одна такая же комната, наподобие предыдущей. 

– Я знал, что они найдут общий язык. Хотел переговорить с тобой на счет «Сокола». Ты уверена, что не было слежки или «хвоста»?

– На все возможные проценты уверена. Я не первый год уже в шпионах, знакома со всеми приёмами. 

– Хорошо, тогда тебе нужно знать, что мои помощники засекли двоих поблизости, но они уже ликвидированы. Их взяли в плен, и если хочешь – мы можем их допросить с твоим участием. А чтобы они рассказали побольше, стоит разыграть некую сцену. Побудешь временно пленной? – Ирф произнёс последние фразы с явной насмешкой в голосе, а девушка отметила про себя, что не так уж и глуп этот Зэм.

Продолжение следует...

Было уже за полночь, и трактир в порту Такалик Орку с друзьями рано или поздно пришлось бы покинуть. Тем более, что они были уже последними посетителями, и хозяин почти открыто просил их расходиться, ведь отдых нужен всякому живому. После рассказа девушки Орк долго размышлял о дальнейшем плане действий, пытался говорить, но слова застревали в глотке бульканьем и вздохами. Так и просидели товарищи по несчастью час с лишним времени до закрытия. 

Выйдя в прохладу ночи, которая выдалась ветреной, орки потерянно огляделись вокруг. Дженни же твёрдо направилась на запад, в сторону лесной тропы. 

– Погоди, зачем в лес? Там же поселение, люди, часовые шастают из местных. А мы вроде как беглецы, и светиться у Медвежьей Поляны нам не с руки, – промолвил ей в след Рвака.

– Я и не хочу посещать Медвежью, мы свернём там на развилке к заброшенной церкви и переночуем у ее стен. Тем более, что там располагается Лигийский пост, и логичнее всего было бы не нарываться на часовых. Поэтому мы не должны туда идти, – вздохнув, девушка посмотрела на звёздное небо и снова произнесла, но уже намного тише. – Но именно поэтому мы туда пойдём, потому как действовать нужно максимально непредсказуемо, дабы выиграть хоть чуточку времени. Такой ход от нас не будут ожидать, так что в путь.

И, не глядя на друзей, Дженни продолжила шагать по тропе. Собакьен и Орк молча переглянулись, словно пытаясь договориться о дальнейшем плане. Но иных планов не предвиделось, да и что спорить – задумка была стоящей, но что из нее выйдет… 

*** 

Орк долго не решался спросить, но желание знать о себе и своей семье ещё хоть каплю правды распирало и шуршало невидимым роем в груди. Удобный случай представился, когда спустя полчаса пути беглецы свернули на развилке в сторону заброшенного монастыря, где, по легенде, до сих пор можно было встретить заблудшую душу великого жреца. Правда вот, чем эта встреча может обернуться для путника – никто никогда не рассказывал. Именно потому Орк решил спросить у Дженни, а бывала ли она в этих краях ночью и к чему стоит готовиться.

– Не стоит бояться местных, они безобидны на самом деле, за исключением, разве что, разведчиков Лиги. Простой народ, живущий поблизости, придумал легенду для отпугивания любителей халявы: воров, злодеев, убийц, – промолвила Дженни и взглянула на Орка. – Я вижу, что тебя давно гложет что-то изнутри, но пока не поняла, что же это. Поделишься? Или это слишком личное? – мягко произнесла девушка и бросила мимолётный взгляд на Рваку. 

– О, нет, если ты намекаешь на Собакьена, то ему я доверяю целиком, – встрепенулся Орк и похлопал по плечу товарища. - Я хотел узнать у тебя, жива ли до сих пор моя мать и где ее найти, в случае положительного ответа. Просто ты многое рассказала о моих родных, вдруг и эта информация тебе так же… Была доступна.

Последнюю фразу Орк произнёс полушёпотом и внутренне замер от волнения.

Собакьен молчал всё это время, и лишь редкий хруст под ногами промёрзлой травы сопровождал путников в ночном спокойствии леса. Дженни не могла сказать ему правду, боясь слишком ранить чувства или натворить таким образом беды – кровная месть, необузданная ярость… Да мало ли что в голову может прийти. Но и врать было бы не к месту, ведь секретов и без того полным полно. Только девушка решила поведать горькую правду о смерти Елены, как внезапно сзади послышался скрип и шелест крыльев испугавшейся птицы, вероятно – спавшей на ветке у источника шума. 

– Быстро, сюда, – выдохнула фразу Дженни и резко рванула вправо, к зарослям малинника. – Ступайте очень широко, и поменьше шума. Сюда, живо.

Проскользнув у дерева, девушка резко присела, как сперва показалось. Но проследовав за ней, орки увидели, что малинник у дороги рос немного на возвышении, а дальше был ров к замёрзшему ручью. Русло ручейка уходило немного в сторону от дороги, а неровности рельефа позволили путникам быстро спрятаться за ближайшим поворотом. Но громкий окрик остановил всю троицу на полушаге:

– Евгения, не стоит меня опасаться! Да и Елизавета, думаю, будет не против увидеть потерянного, приобретённого и снова потерянного брата, – голос звучал ровно, но на имени интонация повысилась, словно выделяя его. Говоривший явно принадлежал к расе восставших. Быстро прикинув свои шансы, девушка кивнула товарищам, давая знать, что бежать они пока не будут, а подождут развития событий. 

Шорох опавшей листвы усиливался с каждой секундой, и вот из-за поворота показалась фигура, облачённая в длинный плащ с глубоким капюшоном. Зэм ступал размеренно, неторопливо и остановился в паре метров от ребят, тем самым давая понять, что нападать сразу он не собирается. Пока что. 

«Странно это всё, приготовьтесь к бою», – промелькнула фраза в головах у Рваки и Орка, а у девушки в этот момент погасла искорка от заклинания в районе пояса, где она носила волшебный жезл. 

– Дженни, правильно? – Зэм не спрашивал, а, скорее, утверждал. Плавным движением незнакомец поднял руки и стянул с себя капюшон. – Я давно уже наблюдаю за вами, друзья. Не стоит меня опасаться, по крайней мере пока что, ведь желать вам смерти я пока что не намерен, да и цель у меня совершенно иная, нежели у чистильщиков «Сокола». 

Дженни лишь слегка вздёрнула одну бровь, но и это было замечено незнакомцем в плаще. 

– Чего же ты хочешь? – кто-то громко и уверено произнёс вопрос, и лишь через несколько мгновений Орк понял внезапно для себя, что прозвучавший голос принадлежал ему самому.  

– Я уже говорил это – сестра хотела бы вновь встретиться с братом. Елизавета нынче находится в безопасном от «Сокола» месте, о котором мало кто мог бы подумать. Да, уж простите, что подслушал вас недавно, но я действую так же вопреки логике и с минимальными рисками быть заподозренным. Кстати, мы с вами знакомы, Дженни. Даже пару раз общались на собраниях. Но простите мое невежество. Меня зовут Негус Ирф.

***

Лиза проснулась весьма рано – это уже привычка с раннего детства, когда приходилось подрабатывать, дабы облегчить матери оплату по счетам за квартиру и городские услуги Незебграда. Непривычно было сейчас лишь окружение – зеленоватое свечение, сквозняки и причудливые артефакты вокруг в помещении, которое служило уже второй день ей в качестве жилища. Мимо входа в комнату постоянно кто-то сновал, но Лиза знала, что это местные сотрудники, которым поручено было Ирфом охранять ее жизнь любой ценой. 

В голове не укладывалось всё, что она узнала за эти дни – про маму и отца, тайные сообщества и заговоры, про существование брата, с которым она даже успела увидеться, но он внезапно исчез так же, как и появился в ее жизни. Сон не шёл, и поэтому девушка по новой стала перебирать в шкатулке бумаги и конверты, различные безделушки из детства и фотокарточки, которыми дорожила ещё мама. Там был снимок родителей – молодые, беззаботные, живые… Грусть накатила с новой силой, но сейчас не время расклеиваться, ведь друг и защитник ее жизни вот-вот должен быть прибыть: Ирф отбыл вчера в полночь и обещал вернуться сегодня поутру. 

В голове всплывали разговоры, и девушка принималась снова и снова их обдумывать…

«Храмик вовсе не тот, за кого себя выдаёт...»

« Ее родители были очень важными для комитета, но их жизни комитет в итоге и оборвал... Маму выследили всё-таки спустя столько лет, и умерла она вовсе не сама, как думали окружающие». 

«Ее жизнь также под угрозой. И всё из-за безумия некого учёного, жаждущего славы и власти».

«У нее есть брат. Брат? Это волнительно осознавать, ведь она даже видела его буквально на прошлой неделе и не поняла причину его внезапного бегства».

«Мог ли он знать, что она его сестра?»

«Храмик оказался шпионом, а ведь я даже симпатизировала ему, рассказывала немного о своей жизни за обедом, вот же дура...»
Внезапно из потока мыслей ее вывели голоса, доносившиеся где-то наверху. Один из них был явно женский, но никакой тревоги не было объявлено, и бежать явно не стоило. Зэм просто так бы не пропустили на нижние ярусы чужаков, а уж не бывавший здесь посетитель вряд ли бы смог не потеряться в лабиринтах коридоров. 

Голоса «приближались», и вот, пару секунд спустя, в помещение вошел Ирф в сопровождении девушки, которую Лиза уже видела, и двух орков, один из которых застыл в проходе, уставившись на Елизавету  удивлённо-сконфуженным взглядом.

***

В этот момент повисла неловкая молчанка, и Орка снова окутал запах земляники…

Продолжение