Вит721

User
  • Content Count

    5
  • Joined

  • Last visited

Recent Profile Visitors

The recent visitors block is disabled and is not being shown to other users.

  1. Лоурент смотрел золотыми глазами на Бъянку с нежностью. Даже, скорее, не смотрел. Любовался. «Прости меня — прошептал он одними губами — дальше я не смогу тебе помогать.» «В чём дело, Лоу?» Бъянка с удивлением огляделась. Она твердо была уверена, что это сон. Но окружающее... Каюта лигийского корабля. Лежащий в проходе витязь с коротким стальным болтом застрявшем в панцире. Бирюзовый астрал, который угадывался снаружи. И даже ветерок, несущий запах недавнего яростного боя. Все было таким реалистичным. Словно наяву. «Убит. Мы все убиты» – ответил маг. И только тогда Бъянка увидела торчащий из груди, когда-то любимого эльфа, окровавленный арбалетный болт. Комок сдавил дыхание фаворитки короля. Она с огромным трудом проглотила его, чувствуя как слезы катятся по лицу. - Кто? - выдавила из себя вопрос Бъянка. - Они в нашем городе. Там, где мы вместе гуляли. Помнишь? Слабым движением руки, маг развеял астральную пыль вокруг себя и Бъянка увидела в облаке лицо пожилого мужчины с тремя глубокими складками на лбу и тяжелым имперским арбалетом. На его губах застыла холодная безжалостная улыбка. «Арбалеты чем-то лучше луков» - ветерком пронеслась мысль в голове у Бъянки. Его мысль. Последняя мысль, услышанная Лоурентом, который практиковался у имперских мистиков. Сон стал уноситься во тьму. Утонул в сумраке корабль. Погасли золотые глаза мага. «Лоу. Милый Лоу» - подумала фаворитка и окончательно проснулась. Лежа в роскошной кровати, она долго не могла сосредоточится, пытаясь объяснить свой сон. Но, кроме странной смеси нежности и печали, ничего не испытывала. Лоурент был верным, умным собеседником, иногда удивляющим своей циничностью. И он любил её. Достаточно было взглянуть ему в глаза, в океан ласки и страсти. Она была неравнодушна к нему. И кто знает, до чего бы довели встречи под луной с этим утонченным эльфом. «Лоу. Милый Лоу» – повторила вслух Бъянка, стараясь в мельчайших подробностях запомнить образ пожилого мужчины. Убийцы эльфийского мага. В одном она утверждалась все больше – этот лучник больше не жилец. Но если он на Айрине, то где его искать? Все, кто прибывает в город эльфов, идут в таверну. Оттуда и начнем. *** В таверне «Роза и Шиповник» гремела музыка. Разношерстный люд — прайдены, имперцы, люди, орки — «культурно отдыхал». В этой картине абсолютно несуразно выглядели два человека Зэм, с недоумением оглядывающихся в этом средоточии разврата и порока. – Что она делает? – спросил Крусг, указывая на изгибающуюся на шесте эльфийку. – Вульгарно танцует — ухмыляясь сказал Готис. – Зачем? – Денег хочет заработать – объяснил Тирс. – Разве на этом можно заработать? – О да, – грустно подтвердил Жук-17 – Самки пляшут для самцов, чтобы прокормить детей, которых родили от других самцов. Крусг завис, осмысливая слова соратника. – Завидуй молча — усмехнувшись, сказал Михей, размешивая дольки листа иридрих-дерева в ореховом пиве — вы же детей делать не можете. Жук-17 поднял глаза на лучника. Было в его взгляде что-то такое, от чего мороз пробегал по коже. Михей невольно поёжился. – Действительно. Не можем. Но я тебе открою одну истину, которой никто никогда не интересовался, как, впрочем, и тайнами народа Зэм. Ты ведь знаешь как меня зовут? – Жук – сказал Михей, твердо глядя в мрачноватую маску имперца. – 17 — дополнил жрец — я семнадцатый из Жуков, понимаешь? – Не понимаю. Вас что целый взвод? Жук-17 вздохнул и пояснил: – Магнитный город Чингирь не просто место, где мы жили. Он позволял людям Зэм с помощью этическо-нравственных побед взращивать свою искру. А когда она становилась достаточно крупной, её делили на две. Из второй искры конструировали следующего Зэм. Конструировал его тот, кто взрастил искру. Это похоже на то, как люди воспитывают детей? Михей ошарашенно молчал. Об этой тайне Зэм он не знал. – Все мои конструкторы погибли в известном памятном всем событии. Я последний из Жуков. Гибби, видимо, напротив – все было известно, поэтому он только завопил: – Жук, не нагоняй тоску. Добуду я тебе твой город. Эй, милая — крикнул он танцующей эльфийке — Поди сюда. Трое мужчин хотят нежности. Когда сильно накрашенная блондинка с худенькими ножками с улыбкой спустилась с подиума, Готис, жадно мурлыча, взял её за такую же худенькую ручку. – Ого, котик. Ты слишком долго плавал? – хохотнув, сказала эльфийка тоненьким голосом, совсем не подходящим к ее профессии. – Ты не справишься с нашей страстью — пригрозил ей Готис. Посмеиваясь и угрожая друг другу страшными издевательствами они удалились в будуар. – Ей и гибби подходит? — оклемавшись, вновь спросил Крусг. – Да уж , она не слишком разборчива. Голод не тётка – объяснил жрец. Удивленная рожа мистика немного вернула к действительности Михея. Он залпом допил ореховое пиво. Зажевал его терпким листком дерева Иридриха и уже собрался заказать еще одну порцию, как вдруг его взгляд наткнулся на троих типов. Их выправка, осанка, то, как они держат правую руку, словно на рукоятке кортика, смутно напоминали что-то. – Жук. Эй — наклонившись к жрецу, шёпотом сказал Михей — Глянь на тех троих. Зэм бросил взгляд на троицу. Его глаза расширились. Он взглянул на лучника и голосом, очень похожим на шипение, сказал: – Ястребы Незеба. Какого черта они тут делают? – Вон еще трое — кивнув в другой конец таверны, сказал лучник. Он внимательно вгляделся в ближайших ястребов и на один только миг то ли почувствовал, то ли уловил быстрый профессиональный ответный взгляд. Ему стало ясно — ястребы пришли за ними. – Жук. Это за нами. - быстро сказал лучник — Сейчас я выйду и если я не прав, то все ястребы останутся на месте. Но если кто-то из них последует за мной, предупреди Крусга и гибби. Встречаемся на «Алмазном». Понял? Семнадцатый кивнул. Михей неспешно поднялся и походкой подвыпившего человека направился к выходу. В дверях он столкнулся с закутанной в плащ незнакомкой. Она с удивлением вгляделась в его лицо. – Замираю в пардоне — сказал Михей, улыбаясь и помаргивая. А сам подумал: «Чёрт, это же, всего вернее, сама Бьянка. Как она узнала? И ястребы! Дёру! Дёру!» Элегантно обойдя незнакомку, лучник, пошатываясь, направился к центральной улице. – Эй, лучник — окликнули сзади. Прикинувшись глухим, Михей немного прибавил шаг. Когда он услышал сзади топот нескольких ног, он стремглав побежал во тьму засыпающего города.
  2. Лоурент смотрел золотыми глазами на Бъянку с нежностью. Даже, скорее, не смотрел. Любовался. «Прости меня — прошептал он одними губами — дальше я не смогу тебе помогать.» «В чём дело, Лоу?» Бъянка с удивлением огляделась. Она твердо была уверена, что это сон. Но окружающее... Каюта лигийского корабля. Лежащий в проходе витязь с коротким стальным болтом застрявшем в панцире. Бирюзовый астрал, который угадывался снаружи. И даже ветерок, несущий запах недавнего яростного боя. Все было таким реалистичным. Словно наяву. «Убит. Мы все убиты» – ответил маг. И только тогда Бъянка увидела торчащий из груди, когда-то любимого эльфа, окровавленный арбалетный болт. Комок сдавил дыхание фаворитки короля. Она с огромным трудом проглотила его, чувствуя как слезы катятся по лицу. - Кто? - выдавила из себя вопрос Бъянка. - Они в нашем городе. Там, где мы вместе гуляли. Помнишь? Слабым движением руки, маг развеял астральную пыль вокруг себя и Бъянка увидела в облаке лицо пожилого мужчины с тремя глубокими складками на лбу и тяжелым имперским арбалетом. На его губах застыла холодная безжалостная улыбка. «Арбалеты чем-то лучше луков» - ветерком пронеслась мысль в голове у Бъянки. Его мысль. Последняя мысль, услышанная Лоурентом, который практиковался у имперских мистиков. Сон стал уноситься во тьму. Утонул в сумраке корабль. Погасли золотые глаза мага. «Лоу. Милый Лоу» - подумала фаворитка и окончательно проснулась. Лежа в роскошной кровати, она долго не могла сосредоточится, пытаясь объяснить свой сон. Но, кроме странной смеси нежности и печали, ничего не испытывала. Лоурент был верным, умным собеседником, иногда удивляющим своей циничностью. И он любил её. Достаточно было взглянуть ему в глаза, в океан ласки и страсти. Она была неравнодушна к нему. И кто знает, до чего бы довели встречи под луной с этим утонченным эльфом. «Лоу. Милый Лоу» – повторила вслух Бъянка, стараясь в мельчайших подробностях запомнить образ пожилого мужчины. Убийцы эльфийского мага. В одном она утверждалась все больше – этот лучник больше не жилец. Но если он на Айрине, то где его искать? Все, кто прибывает в город эльфов, идут в таверну. Оттуда и начнем. *** В таверне «Роза и Шиповник» гремела музыка. Разношерстный люд — прайдены, имперцы, люди, орки — «культурно отдыхал». В этой картине абсолютно несуразно выглядели два человека Зэм, с недоумением оглядывающихся в этом средоточии разврата и порока. – Что она делает? – спросил Крусг, указывая на изгибающуюся на шесте эльфийку. – Вульгарно танцует — ухмыляясь сказал Готис. – Зачем? – Денег хочет заработать – объяснил Тирс. – Разве на этом можно заработать? – О да, – грустно подтвердил Жук-17 – Самки пляшут для самцов, чтобы прокормить детей, которых родили от других самцов. Крусг завис, осмысливая слова соратника. – Завидуй молча — усмехнувшись, сказал Михей, размешивая дольки листа иридрих-дерева в ореховом пиве — вы же детей делать не можете. Жук-17 поднял глаза на лучника. Было в его взгляде что-то такое, от чего мороз пробегал по коже. Михей невольно поёжился. – Действительно. Не можем. Но я тебе открою одну истину, которой никто никогда не интересовался, как, впрочем, и тайнами народа Зэм. Ты ведь знаешь как меня зовут? – Жук – сказал Михей, твердо глядя в мрачноватую маску имперца. – 17 — дополнил жрец — я семнадцатый из Жуков, понимаешь? – Не понимаю. Вас что целый взвод? Жук-17 вздохнул и пояснил: – Магнитный город Чингирь не просто место, где мы жили. Он позволял людям Зэм с помощью этическо-нравственных побед взращивать свою искру. А когда она становилась достаточно крупной, её делили на две. Из второй искры конструировали следующего Зэм. Конструировал его тот, кто взрастил искру. Это похоже на то, как люди воспитывают детей? Михей ошарашенно молчал. Об этой тайне Зэм он не знал. – Все мои конструкторы погибли в известном памятном всем событии. Я последний из Жуков. Гибби, видимо, напротив – все было известно, поэтому он только завопил: – Жук, не нагоняй тоску. Добуду я тебе твой город. Эй, милая — крикнул он танцующей эльфийке — Поди сюда. Трое мужчин хотят нежности. Когда сильно накрашенная блондинка с худенькими ножками с улыбкой спустилась с подиума, Готис, жадно мурлыча, взял её за такую же худенькую ручку. – Ого, котик. Ты слишком долго плавал? – хохотнув, сказала эльфийка тоненьким голосом, совсем не подходящим к ее профессии. – Ты не справишься с нашей страстью — пригрозил ей Готис. Посмеиваясь и угрожая друг другу страшными издевательствами они удалились в будуар. – Ей и гибби подходит? — оклемавшись, вновь спросил Крусг. – Да уж , она не слишком разборчива. Голод не тётка – объяснил жрец. Удивленная рожа мистика немного вернула к действительности Михея. Он залпом допил ореховое пиво. Зажевал его терпким листком дерева Иридриха и уже собрался заказать еще одну порцию, как вдруг его взгляд наткнулся на троих типов. Их выправка, осанка, то, как они держат правую руку, словно на рукоятке кортика, смутно напоминали что-то. – Жук. Эй — наклонившись к жрецу, шёпотом сказал Михей — Глянь на тех троих. Зэм бросил взгляд на троицу. Его глаза расширились. Он взглянул на лучника и голосом, очень похожим на шипение, сказал: – Ястребы Незеба. Какого черта они тут делают? – Вон еще трое — кивнув в другой конец таверны, сказал лучник. Он внимательно вгляделся в ближайших ястребов и на один только миг то ли почувствовал, то ли уловил быстрый профессиональный ответный взгляд. Ему стало ясно — ястребы пришли за ними. – Жук. Это за нами. - быстро сказал лучник — Сейчас я выйду и если я не прав, то все ястребы останутся на месте. Но если кто-то из них последует за мной, предупреди Крусга и гибби. Встречаемся на «Алмазном». Понял? Семнадцатый кивнул. Михей неспешно поднялся и походкой подвыпившего человека направился к выходу. В дверях он столкнулся с закутанной в плащ незнакомкой. Она с удивлением вгляделась в его лицо. – Замираю в пардоне — сказал Михей, улыбаясь и помаргивая. А сам подумал: «Чёрт, это же, всего вернее, сама Бьянка. Как она узнала? И ястребы! Дёру! Дёру!» Элегантно обойдя незнакомку, лучник, пошатываясь, направился к центральной улице. – Эй, лучник — окликнули сзади. Прикинувшись глухим, Михей немного прибавил шаг. Когда он услышал сзади топот нескольких ног, он стремглав побежал во тьму засыпающего города. Просмотреть полную запись
  3. Ярость Два шага вперед. Уклон влево. Перекат. Короткий удар в плечо. Витязь, громыхая доспехами, валится на землю, одновременно загораживаясь барьерами. Сейчас его не достать. Справа возникает ненавистная фигура псионика. Она еле заметно дрожит и лучник понимает, что это фантом. Маг остервенело швыряет фаейрболы. Один. Второй. Третий. Разведчика спасает маятник. На шесть секунд он становится размытой тенью. «Как же тут тесно» думает Михей. «Нужно вырваться на палубу». Слух подсказывает, что и снаружи каюты кипит бой. Витязь уже встал и загородив выход, взял наперевес огромную палицу. По лицу видно, что он сосредоточен и ловит каждое движение лучника. Шаг навстречу. Стоп. Остановись. Он промахнется. Прыжок. Подсечка. Но витязь на этот раз готов к подлостям. Он вовремя убирает ногу и, развернувшись, бьёт закованным в броню локтем, метясь в зубы. Нет. Он слишком неповоротлив. Поднырнув под руку, Михей выбивает палицу из рук витязя, пытается подхватить ее и чуть не падает лицом вниз. Палица фантастически тяжела. Воздух вокруг вдруг превращается в кисель. Становится нечем дышать. Чёртов псионик! Михей отталкивается от витязя и кувырком «выходит» через правый проход на палубу. Удушье пропадает. Едва окинув взглядом палубу лучник понял, что недавние преследователи повержены. На всей палубе от правого до левого борта валялось пять трупов. Гибби яростно наскакивали на шамана. Тот вместе со своей шавкой сражался отчаянно, постоянно подлечивая то себя, то питомца. Сухой залп молнии, выданный Жуком, «уронил» на палубу Школьника. Впрочем, хадаганский разведчик уже не сопротивлялся, измотанный боем. Крусг безжалостно сжал ослабшего врага в удушье, не без удовольствия наблюдая, как тот извивается и хрипит. Выскочив из каюты, Михей подскочил к падающему Школьнику и снял с него имперский тяжелый арбалет с выгравированной мордой Яскера. Несмотря на существенный вес, оружие удобно лежало в руке. Имперская эргономика, чёрт её возьми. Подхватив колчан с короткими стальными болтами, Михей развернулся к выходу. Витязь стоял в левом проходе. Свирепая морда псионика показалась в правом. Не раздумывая, лучник вложил тяжелый болт в желоб, натянул тетиву и выстрелил. Болт с режущим звуком пронзил воздух и вонзился в стену в паре метров от псионика. «Совсем не умею» лихорадочно подумал лучник, наблюдая как витязь, поднимая палицу, мчится на него. Второй болт удалось зарядить быстрее. Михей спустил тетиву арбалета, когда витязь был в метре от него. Промахнуться в этом случае было практически невозможно. Болт с тугим звуком пробил панцирь нападавшего и тот, выпучив глаза, по инерции пробежал оставшееся расстояние и упал на Михея, выронив свое огромное орудие. Между тем мистик совсем запутал шамана в своих фантомах. Получил окончательный контроль над его разумом и сломил волю к сопротивлению. Шаман только уселся на палубу, тихо скуля вместе со своей шавкой. – Жук, ослепи орка! – проорал гибби. На мгновенье яркая вспышка выжигает светом все близ псионика, да так, что длинные черные тени от фигур на корабле словно падают в бирюзовый астрал за бортом. Два кинжала, которые метнул Готис, вонзаются в грудь и в шею Ургаха. Истекая кровью, орк с хрипом валится ничком. «Остался маг» подумал Михей, вкладывая очередной болт в ложе. К нему подбежал запыханный гибби. – Лоурент внутри? Лучник только кивнул. – Давай-ка аккуратно. Крыса прижатая в углу дерется еще отчаяннее прежнего. Гибби подошел к поверженному орку, резким движением вытащил кинжалы из ран и, вытерев их от труп, взял на изготовку. «Так, он пойдет через правый» подумал и, вскинув арбалет, посмотрел в черный провал левого прохода. Прижав приклад к щеке, Михей, глядя через мушку, вошел в каюту. Он услышал звенящий гул работающей джунской монеты. Маг пытался сбежать! В три прыжка лучник влетел на второй этаж каюты. Увидел мага. С размаху вытолкнул его из телепортационного круга и хотел было ударить его тяжеленным прикладом прямо между двух золотистых глаз, но Лоурент исчез. Да, маг был не промах. Он вышел из астральной тени уже внизу, за спиной гибби. Двумя щелчками превратил бегущий росток в каменное изваяние. Кометой сшиб появившегося в проходе Крусга. Но против тяжеленного болта, выпущенного ему вдогонку, он сделать уже ничего не мог. С легкостью прошив кружевные слои шелка, стальная стрела на треть длины вышла из груди Лоурента. «В принципе, арбалет, чем-то и лучше лука. Но уж больно долго заряжается» холодно подумал Михей, глядя как маг корчится в луже собственной крови. Когда тот затих, лучник подошел к нему, присел на корточки и обшарил карманы поверженного врага. Так, что тут у нас: джунская монета уже без энергии, квадратный томик с заклинаниями, флакон духов «Айринский ловелас», блокнот исписанный мелким почерком. – Перстень сними. На нем печать дома на Айрине, — посоветовал подошедший Жук. – Посмотри блокнот... Ничего не понимаю... — Протягивая одну из находок, сказал Михей. – Только трехзначные наборы цифр и чисел. Он снял изящный перстень с печатью дома ди Дазирэ. – Вот ведь, вражина... — Поднимаясь и пошатываясь, злобно сказал Крусг. Он держался за плечо, в которое угодила комета. Внезапно с хлопком закончился каменный плен у гибби. Весь росток тоже, покачиваясь, подошел к Михею. – Вот это я называю бой! – с ухмылкой сказал Тирс. – Фарт снова с нами. – подтвердил Готис. *** – Это не ваше исподнее лежит там? – Язвительно осведомилась желтоглазая дуэлянтка у добродушного прайдена. Тот прорычал что-то благожелательное. И все. «Айрин» подумал Михей, озираясь вокруг. Столица эльфов тонула в ненужной роскоши. Проститутки, шум и музыка, разношёрстые маги, прирученные ездовые львы с золочеными седлами, роскошные дома, больше похожие на дворцы, нежели на жилые помещения... – Эльфы... — брезгливо процедил Крусг. – Богачи без средств. — не менее брезгливо вторил ему Жук. Михей с удивлением увидел в глазах обоих людей Зэм не только неприязнь, но и плохо скрываемую ненависть, если не сказать ярость. – Так, други. Не ерепенимся. Идем в «Розу и шиповник». Сегодня эльфийские женщины будут служить нам. Готис, хихикая, потер ладошки. Крусг и Жук только удивленно переглянулись. – Да, надо осмотреться. — поддакнул Михей. — Бьянку нужно застать врасплох. А для этого придется придумать план. К ним подошла дуэлянтка. – Эй, говорят лучники – отвратительные любовники… Жук не раздумывая врезал эльфийке закованной в сталь рукавицей. – Никчемное убожество в роскошных подштанниках. — только и сказал он. Но сказал с такой яростью, что лучник посочувствовал задиристой дуэлянтке. Просмотреть полную запись
  4. Ярость Два шага вперед. Уклон влево. Перекат. Короткий удар в плечо. Витязь, громыхая доспехами, валится на землю, одновременно загораживаясь барьерами. Сейчас его не достать. Справа возникает ненавистная фигура псионика. Она еле заметно дрожит и лучник понимает, что это фантом. Маг остервенело швыряет фаейрболы. Один. Второй. Третий. Разведчика спасает маятник. На шесть секунд он становится размытой тенью. «Как же тут тесно» думает Михей. «Нужно вырваться на палубу». Слух подсказывает, что и снаружи каюты кипит бой. Витязь уже встал и загородив выход, взял наперевес огромную палицу. По лицу видно, что он сосредоточен и ловит каждое движение лучника. Шаг навстречу. Стоп. Остановись. Он промахнется. Прыжок. Подсечка. Но витязь на этот раз готов к подлостям. Он вовремя убирает ногу и, развернувшись, бьёт закованным в броню локтем, метясь в зубы. Нет. Он слишком неповоротлив. Поднырнув под руку, Михей выбивает палицу из рук витязя, пытается подхватить ее и чуть не падает лицом вниз. Палица фантастически тяжела. Воздух вокруг вдруг превращается в кисель. Становится нечем дышать. Чёртов псионик! Михей отталкивается от витязя и кувырком «выходит» через правый проход на палубу. Удушье пропадает. Едва окинув взглядом палубу лучник понял, что недавние преследователи повержены. На всей палубе от правого до левого борта валялось пять трупов. Гибби яростно наскакивали на шамана. Тот вместе со своей шавкой сражался отчаянно, постоянно подлечивая то себя, то питомца. Сухой залп молнии, выданный Жуком, «уронил» на палубу Школьника. Впрочем, хадаганский разведчик уже не сопротивлялся, измотанный боем. Крусг безжалостно сжал ослабшего врага в удушье, не без удовольствия наблюдая, как тот извивается и хрипит. Выскочив из каюты, Михей подскочил к падающему Школьнику и снял с него имперский тяжелый арбалет с выгравированной мордой Яскера. Несмотря на существенный вес, оружие удобно лежало в руке. Имперская эргономика, чёрт её возьми. Подхватив колчан с короткими стальными болтами, Михей развернулся к выходу. Витязь стоял в левом проходе. Свирепая морда псионика показалась в правом. Не раздумывая, лучник вложил тяжелый болт в желоб, натянул тетиву и выстрелил. Болт с режущим звуком пронзил воздух и вонзился в стену в паре метров от псионика. «Совсем не умею» лихорадочно подумал лучник, наблюдая как витязь, поднимая палицу, мчится на него. Второй болт удалось зарядить быстрее. Михей спустил тетиву арбалета, когда витязь был в метре от него. Промахнуться в этом случае было практически невозможно. Болт с тугим звуком пробил панцирь нападавшего и тот, выпучив глаза, по инерции пробежал оставшееся расстояние и упал на Михея, выронив свое огромное орудие. Между тем мистик совсем запутал шамана в своих фантомах. Получил окончательный контроль над его разумом и сломил волю к сопротивлению. Шаман только уселся на палубу, тихо скуля вместе со своей шавкой. – Жук, ослепи орка! – проорал гибби. На мгновенье яркая вспышка выжигает светом все близ псионика, да так, что длинные черные тени от фигур на корабле словно падают в бирюзовый астрал за бортом. Два кинжала, которые метнул Готис, вонзаются в грудь и в шею Ургаха. Истекая кровью, орк с хрипом валится ничком. «Остался маг» подумал Михей, вкладывая очередной болт в ложе. К нему подбежал запыханный гибби. – Лоурент внутри? Лучник только кивнул. – Давай-ка аккуратно. Крыса прижатая в углу дерется еще отчаяннее прежнего. Гибби подошел к поверженному орку, резким движением вытащил кинжалы из ран и, вытерев их от труп, взял на изготовку. «Так, он пойдет через правый» подумал и, вскинув арбалет, посмотрел в черный провал левого прохода. Прижав приклад к щеке, Михей, глядя через мушку, вошел в каюту. Он услышал звенящий гул работающей джунской монеты. Маг пытался сбежать! В три прыжка лучник влетел на второй этаж каюты. Увидел мага. С размаху вытолкнул его из телепортационного круга и хотел было ударить его тяжеленным прикладом прямо между двух золотистых глаз, но Лоурент исчез. Да, маг был не промах. Он вышел из астральной тени уже внизу, за спиной гибби. Двумя щелчками превратил бегущий росток в каменное изваяние. Кометой сшиб появившегося в проходе Крусга. Но против тяжеленного болта, выпущенного ему вдогонку, он сделать уже ничего не мог. С легкостью прошив кружевные слои шелка, стальная стрела на треть длины вышла из груди Лоурента. «В принципе, арбалет, чем-то и лучше лука. Но уж больно долго заряжается» холодно подумал Михей, глядя как маг корчится в луже собственной крови. Когда тот затих, лучник подошел к нему, присел на корточки и обшарил карманы поверженного врага. Так, что тут у нас: джунская монета уже без энергии, квадратный томик с заклинаниями, флакон духов «Айринский ловелас», блокнот исписанный мелким почерком. – Перстень сними. На нем печать дома на Айрине, — посоветовал подошедший Жук. – Посмотри блокнот... Ничего не понимаю... — Протягивая одну из находок, сказал Михей. – Только трехзначные наборы цифр и чисел. Он снял изящный перстень с печатью дома ди Дазирэ. – Вот ведь, вражина... — Поднимаясь и пошатываясь, злобно сказал Крусг. Он держался за плечо, в которое угодила комета. Внезапно с хлопком закончился каменный плен у гибби. Весь росток тоже, покачиваясь, подошел к Михею. – Вот это я называю бой! – с ухмылкой сказал Тирс. – Фарт снова с нами. – подтвердил Готис. *** – Это не ваше исподнее лежит там? – Язвительно осведомилась желтоглазая дуэлянтка у добродушного прайдена. Тот прорычал что-то благожелательное. И все. «Айрин» подумал Михей, озираясь вокруг. Столица эльфов тонула в ненужной роскоши. Проститутки, шум и музыка, разношёрстые маги, прирученные ездовые львы с золочеными седлами, роскошные дома, больше похожие на дворцы, нежели на жилые помещения... – Эльфы... — брезгливо процедил Крусг. – Богачи без средств. — не менее брезгливо вторил ему Жук. Михей с удивлением увидел в глазах обоих людей Зэм не только неприязнь, но и плохо скрываемую ненависть, если не сказать ярость. – Так, други. Не ерепенимся. Идем в «Розу и шиповник». Сегодня эльфийские женщины будут служить нам. Готис, хихикая, потер ладошки. Крусг и Жук только удивленно переглянулись. – Да, надо осмотреться. — поддакнул Михей. — Бьянку нужно застать врасплох. А для этого придется придумать план. К ним подошла дуэлянтка. – Эй, говорят лучники – отвратительные любовники… Жук не раздумывая врезал эльфийке закованной в сталь рукавицей. – Никчемное убожество в роскошных подштанниках. — только и сказал он. Но сказал с такой яростью, что лучник посочувствовал задиристой дуэлянтке.
  5. Любовь Михей вздохнул и спросил у висящего близ него разноцветного дракончика: — Опять оплата за воздух? Мы платили в прошлом месяце. Дракончик закатил фиолетовые глаза и, утерев сизый нос короткой лапкой, пояснил: — Это авансовый платеж. Вы же планируете жить дальше? — Жить? С такими пошлинами? - проворчал Михей, но приложил свою монограмму к кристаллу на шее дракончика. — Прекрасно. — дыхнул жаром крылатый сборщик пошлин. От него несло тяжелым пивным духом — Желаете посетить лавку редкостей? — Нет. — Желаете займ? — Знаете, что… Летите-ка вы к пиву… Дракончик обиженно хмыкнул и, тяжело взмахивая крыльями, улетел. Михей посмотрел на жену. Она сидели на краю аллода и беззаботно болтала босыми ногами. Лучник подошел и сел рядом, свесив ноги в розовую бездну астрала. — Сколько на этот раз? — спросила она грустно. — Порядочно. Они замолчали, разглядывая переливающуюся всполохами бездну под ногами. — Мне вчера привиделся необычный сон — сказала она — странная звезда упала яркой вспышкой прямо за домом. Когда я пошла отыскать ее, вдруг увидела в траве младенца. Голубоглазого. Улыбающегося. Он был так похож на тебя. Я сразу подумала — это знак нам. Нужно счастье в дом. Дети ведь счастье, милый? — Конечно, — согласился Михей и взглянул на любимую — я очень хочу, чтобы у нас был малыш. Ты прекраснее всех женщин. Но я должен довести дело до конца. Смотри! Михей расстегнул один из подсумков и достал астральную карту. — Я не зря учил джунский язык. Осталось два сектора. Если я найду Ижицу, мы больше никогда не будем платить. Ни за землю. Ни за воду. Ни за воздух. Ни за мысли. Ни за что! Понимаешь! Небо идей будет нашим навсегда. Наше чадо вырастет на воле. -Не говори!.. Не говори! - закричала вдруг Лия. Она смотрела куда-то мимо Михея. Лучник прихватил кинжал и полуобернулся. Навстречу страху. Ничего. Только темный взор, почти невидимый на фоне тьмы. С противным холодком внизу живота Михей ощутил этот жутковатый взгляд. Серые стальные льдинки глаз буравили мозг. Обман? Ложь? Провокация? Воздуха!!! Дайте вздохнуть!!! Лучник не знал, сколько он простоял ледяной статуей. Не помнил он, когда холодные оковы перестали держать его. Он чувствовал, что в его изможденное тело медленно возвращается жизнь. Кровь тугими толчками растекается по жилам. Дыхание судорожно расправляет легкие. А мозг вновь стремится найти выход. Загремел засов. Тяжелая дверь камеры распахнулась. Тяжело ступая, к пленнику подошел рыхлый хадаганец с глазами-льдинками. — Повторяю. У меня только один вопрос — где дневник? — Не знаю. — мрачно сказал Михей. — Неправильный ответ. Будем искать правильный. Ментальная волна накрыла лигийца. Обрывки образов, в которых смешались окна родного дома на домашнем аллоде, улыбка жены, тихий закат, отраженный в глади озера и огненные глаза колдуна, внимательно и бесстрастно следящие за жертвой. Казалось, череп готов был взорваться и Михей не выдержал. Закричал от боли. — Где? — приблизившись к нему, повторил вопрос хадаганец. — Подожди, Ургах. Только сейчас Михей увидел темную фигуру эльфа, отделившуюся от стены. Айринец. Худощавый. Утопающий в изящных кружевах. — Значит, тебе знаком джунский язык? И тебе известно про Ижицу. Ну парень...Попал, так попал. Наверное, ты думаешь, что твои руки скручены, а мозг ищет выход? Ну? Ответь? «Они в моих мыслях. Не думай о доме. Не думай о ней» — приказал себе Михей и крикнул из последних сил: — Небо станет нашим! А ты сдохнешь. Замрешь в пардоне, целуя сраку господина. В глазах эльфа сверкнула ярость. — Ургах! Новый удар ментальной волны скрючил Михея. Было так больно, что лучник постарался увести внимание от этой пульсирующей агонии нервов. «Бить Ужас из глубины нужно с группой надежных товарищей. Не скованных цепями. Да. Нужно освободиться. Опять? Нет. Я же был свободен. Что за чертовщина?» Сознание ускользало в темноту. Порывами он что-то видел и не мог понять, где явь, а где морок, наведенный псиоником. Подняв глаза, пленник увидел, что в помещении пусто. Видимо, его палачи пошли перекусить. «Нужно освободиться» — подумал он. Но вдруг понял, что он все же не один. Лоурент стоял сбоку. Старый лучник Михей почти не чувствовал рук. Они были скручены за спиной так, что неясно было, где пальцы, а где веревки. Он с бессильной ненавистью посмотрел на эльфийского колдуна. Худощавый, с утомленным выражением лица айринец не смотрел на пленника. Он рассуждал, ничуть не думая о каких-то там руках. — Бабло давно победило зло. А вместе с ним любовь, ярость, отвагу. Эльф неспешно, прихрамывая на левую ногу, прошелся по каменному полу тюремной камеры. Его шаги глухим эхом тонули в сумраке. — Кому сейчас нужна воля? Там ветер и дождь. Нет теплых магазинов и красивых женщин. Зачем тебе воля, лучник? Айринец прямо посмотрел на Михея. В его золотых глазах плясала плохо скрываемая злость. — Как это у вас лукаво выходит — с трудом ворочая языком, сказал плененный — Оболгав людей и украв у них небо, вы искренне думаете, что им достанет комфортной жизни? И за это регулярно собираете дань со всех вассалов и колоний. Вы обычные паразиты и не… Глыба льда выросла за секунды, и Михей застыл сверкающей снежной фигурой. — Сможете сдержать стремления людей— закончил за обледеневшего лигийца айринец — Идиот! Жить надоело? Поразмысли пока. Коротким взмахом руки он сотворил напротив Михея отполированную до зеркального отражения ледяную стену. Лучник увидел себя — избитого, заиндевевшего, жалкого. В стальных глазах отчаяние, смешанное со страхом. «Помоги, мне, защитник Хос — взмолился лигиец, чувствуя подступающий к жилам холод, — если я выживу, обязательно вернусь к ней.» — Ургах, продолжай. — услышал Михей. Свирепая морда псионика появилась с другой стороны. Волной накатил морок. Лия доверчиво взглянула ему в глаза. Он так любил ее. — Звезда упала прямо за нашим домом, — сказала она. И вдруг ее лицо стало рваться и уноситься обрывками губ, глаз, щек в бездну. Михея выдернули в темный мир яви. Ургах придвинулся к самому лицу и, воняя своими соплями, прорычал: — Дневник! — Да, крепкий орех — промулыкал Лоурент. — Сейчас мы его еще подморозим. «Холод. Боже, как я ненавижу холод» — чуть не рыдая, думал Михей. Лучник не знал, сколько он простоял ледяной статуей. Не помнил он, когда холодные оковы перестали держать его. Он чувствовал, что в его изможденное тело медленно возвращается жизнь. Кровь тугими толчками растекается по жилам. Дыхание судорожно расправляет легкие. А мозг вновь стремится найти выход. Загремел засов. Тяжелая дверь камеры распахнулась. Тяжело ступая, к пленнику подошел рыхлый хадаганец с глазами-льдинками. Ургах вонял, как и все орки. Михей обреченно наблюдал за псиоником. Дородный, кряхтящий суставами хадаганец не походил на палача. Скорее напротив, добродушная улыбка, не сходящая с его уст, говорила о кротком нраве. Если бы не глаза. Две стальные льдинки. — Где дневник? — холодно спросил орк. В голове пронеслись странные образы: имперская лаборатория, орк-лейтенант, орущий на зазевавшегося гоблина. И снова. Дом. Аллод… Лия влюбленно смотрит на Михея: — Звездочка прочертила красивую дугу и упал за наш дом. Я пошла посмотреть. Зеленая морда орка-псионика вылезла справа снизу. — Дневник!!! Иначе она сдохнет. Лия не обратила на морду никакого внимания. Она продолжала щебетать. Беззаботно и доверчиво. Сердце замерло, когда Михей увидел три темные фигуры с обнаженными клинками. Они шли к его дому. «Лия!!!» — пытался закричать Михей. Но только услышал заикающийся смех псионика и хихиканье айринца. «Это же ловушка. Обычная ловушка из воспоминаний.» — убеждал себя Михей. Но страх за любимую не давал сосредоточиться. Михей с силой дернул руку из веревки и вдруг понял, что свободен. Веревок не было. Лии не было. Даже камеры не было. Он находился в капитанской каюте лигийского корабля. Через секунду стало ясно, почему морок пропал. Лучник услышал, как в каюту, гремя сапогами, ворвался витязь в сияющих доспехах и громогласно объявил: — Господин. Тут двоих наших бешеные гибби положили. Орки их боятся. Шаман в контроле. Школьник долго не продержится. Помогите. — Идиот!!! — загремел маг. Почувствовав свободу, Михей в одном прыжке сбил хадаганца. Не удержал свою ярость и, развернувшись, врезал добротным пинком ему под пятую точку. Перекатился ближе к двери, увернувшись от подлого разряда Лоурента. Витязь, хэкнув, махнул палицей опять совсем близко. Этот ветерок от чудовищного взмаха совсем отрезвил Михея. Теперь им владела только холодная и расчетливая ярость.
  6. Любовь Михей вздохнул и спросил у висящего близ него разноцветного дракончика: — Опять оплата за воздух? Мы платили в прошлом месяце. Дракончик закатил фиолетовые глаза и, утерев сизый нос короткой лапкой, пояснил: — Это авансовый платеж. Вы же планируете жить дальше? — Жить? С такими пошлинами? - проворчал Михей, но приложил свою монограмму к кристаллу на шее дракончика. — Прекрасно. — дыхнул жаром крылатый сборщик пошлин. От него несло тяжелым пивным духом — Желаете посетить лавку редкостей? — Нет. — Желаете займ? — Знаете, что… Летите-ка вы к пиву… Дракончик обиженно хмыкнул и, тяжело взмахивая крыльями, улетел. Михей посмотрел на жену. Она сидели на краю аллода и беззаботно болтала босыми ногами. Лучник подошел и сел рядом, свесив ноги в розовую бездну астрала. — Сколько на этот раз? — спросила она грустно. — Порядочно. Они замолчали, разглядывая переливающуюся всполохами бездну под ногами. — Мне вчера привиделся необычный сон — сказала она — странная звезда упала яркой вспышкой прямо за домом. Когда я пошла отыскать ее, вдруг увидела в траве младенца. Голубоглазого. Улыбающегося. Он был так похож на тебя. Я сразу подумала — это знак нам. Нужно счастье в дом. Дети ведь счастье, милый? — Конечно, — согласился Михей и взглянул на любимую — я очень хочу, чтобы у нас был малыш. Ты прекраснее всех женщин. Но я должен довести дело до конца. Смотри! Михей расстегнул один из подсумков и достал астральную карту. — Я не зря учил джунский язык. Осталось два сектора. Если я найду Ижицу, мы больше никогда не будем платить. Ни за землю. Ни за воду. Ни за воздух. Ни за мысли. Ни за что! Понимаешь! Небо идей будет нашим навсегда. Наше чадо вырастет на воле. -Не говори!.. Не говори! - закричала вдруг Лия. Она смотрела куда-то мимо Михея. Лучник прихватил кинжал и полуобернулся. Навстречу страху. Ничего. Только темный взор, почти невидимый на фоне тьмы. С противным холодком внизу живота Михей ощутил этот жутковатый взгляд. Серые стальные льдинки глаз буравили мозг. Обман? Ложь? Провокация? Воздуха!!! Дайте вздохнуть!!! Лучник не знал, сколько он простоял ледяной статуей. Не помнил он, когда холодные оковы перестали держать его. Он чувствовал, что в его изможденное тело медленно возвращается жизнь. Кровь тугими толчками растекается по жилам. Дыхание судорожно расправляет легкие. А мозг вновь стремится найти выход. Загремел засов. Тяжелая дверь камеры распахнулась. Тяжело ступая, к пленнику подошел рыхлый хадаганец с глазами-льдинками. — Повторяю. У меня только один вопрос — где дневник? — Не знаю. — мрачно сказал Михей. — Неправильный ответ. Будем искать правильный. Ментальная волна накрыла лигийца. Обрывки образов, в которых смешались окна родного дома на домашнем аллоде, улыбка жены, тихий закат, отраженный в глади озера и огненные глаза колдуна, внимательно и бесстрастно следящие за жертвой. Казалось, череп готов был взорваться и Михей не выдержал. Закричал от боли. — Где? — приблизившись к нему, повторил вопрос хадаганец. — Подожди, Ургах. Только сейчас Михей увидел темную фигуру эльфа, отделившуюся от стены. Айринец. Худощавый. Утопающий в изящных кружевах. — Значит, тебе знаком джунский язык? И тебе известно про Ижицу. Ну парень...Попал, так попал. Наверное, ты думаешь, что твои руки скручены, а мозг ищет выход? Ну? Ответь? «Они в моих мыслях. Не думай о доме. Не думай о ней» — приказал себе Михей и крикнул из последних сил: — Небо станет нашим! А ты сдохнешь. Замрешь в пардоне, целуя сраку господина. В глазах эльфа сверкнула ярость. — Ургах! Новый удар ментальной волны скрючил Михея. Было так больно, что лучник постарался увести внимание от этой пульсирующей агонии нервов. «Бить Ужас из глубины нужно с группой надежных товарищей. Не скованных цепями. Да. Нужно освободиться. Опять? Нет. Я же был свободен. Что за чертовщина?» Сознание ускользало в темноту. Порывами он что-то видел и не мог понять, где явь, а где морок, наведенный псиоником. Подняв глаза, пленник увидел, что в помещении пусто. Видимо, его палачи пошли перекусить. «Нужно освободиться» — подумал он. Но вдруг понял, что он все же не один. Лоурент стоял сбоку. Старый лучник Михей почти не чувствовал рук. Они были скручены за спиной так, что неясно было, где пальцы, а где веревки. Он с бессильной ненавистью посмотрел на эльфийского колдуна. Худощавый, с утомленным выражением лица айринец не смотрел на пленника. Он рассуждал, ничуть не думая о каких-то там руках. — Бабло давно победило зло. А вместе с ним любовь, ярость, отвагу. Эльф неспешно, прихрамывая на левую ногу, прошелся по каменному полу тюремной камеры. Его шаги глухим эхом тонули в сумраке. — Кому сейчас нужна воля? Там ветер и дождь. Нет теплых магазинов и красивых женщин. Зачем тебе воля, лучник? Айринец прямо посмотрел на Михея. В его золотых глазах плясала плохо скрываемая злость. — Как это у вас лукаво выходит — с трудом ворочая языком, сказал плененный — Оболгав людей и украв у них небо, вы искренне думаете, что им достанет комфортной жизни? И за это регулярно собираете дань со всех вассалов и колоний. Вы обычные паразиты и не… Глыба льда выросла за секунды, и Михей застыл сверкающей снежной фигурой. — Сможете сдержать стремления людей— закончил за обледеневшего лигийца айринец — Идиот! Жить надоело? Поразмысли пока. Коротким взмахом руки он сотворил напротив Михея отполированную до зеркального отражения ледяную стену. Лучник увидел себя — избитого, заиндевевшего, жалкого. В стальных глазах отчаяние, смешанное со страхом. «Помоги, мне, защитник Хос — взмолился лигиец, чувствуя подступающий к жилам холод, — если я выживу, обязательно вернусь к ней.» — Ургах, продолжай. — услышал Михей. Свирепая морда псионика появилась с другой стороны. Волной накатил морок. Лия доверчиво взглянула ему в глаза. Он так любил ее. — Звезда упала прямо за нашим домом, — сказала она. И вдруг ее лицо стало рваться и уноситься обрывками губ, глаз, щек в бездну. Михея выдернули в темный мир яви. Ургах придвинулся к самому лицу и, воняя своими соплями, прорычал: — Дневник! — Да, крепкий орех — промулыкал Лоурент. — Сейчас мы его еще подморозим. «Холод. Боже, как я ненавижу холод» — чуть не рыдая, думал Михей. Лучник не знал, сколько он простоял ледяной статуей. Не помнил он, когда холодные оковы перестали держать его. Он чувствовал, что в его изможденное тело медленно возвращается жизнь. Кровь тугими толчками растекается по жилам. Дыхание судорожно расправляет легкие. А мозг вновь стремится найти выход. Загремел засов. Тяжелая дверь камеры распахнулась. Тяжело ступая, к пленнику подошел рыхлый хадаганец с глазами-льдинками. Ургах вонял, как и все орки. Михей обреченно наблюдал за псиоником. Дородный, кряхтящий суставами хадаганец не походил на палача. Скорее напротив, добродушная улыбка, не сходящая с его уст, говорила о кротком нраве. Если бы не глаза. Две стальные льдинки. — Где дневник? — холодно спросил орк. В голове пронеслись странные образы: имперская лаборатория, орк-лейтенант, орущий на зазевавшегося гоблина. И снова. Дом. Аллод… Лия влюбленно смотрит на Михея: — Звездочка прочертила красивую дугу и упал за наш дом. Я пошла посмотреть. Зеленая морда орка-псионика вылезла справа снизу. — Дневник!!! Иначе она сдохнет. Лия не обратила на морду никакого внимания. Она продолжала щебетать. Беззаботно и доверчиво. Сердце замерло, когда Михей увидел три темные фигуры с обнаженными клинками. Они шли к его дому. «Лия!!!» — пытался закричать Михей. Но только услышал заикающийся смех псионика и хихиканье айринца. «Это же ловушка. Обычная ловушка из воспоминаний.» — убеждал себя Михей. Но страх за любимую не давал сосредоточиться. Михей с силой дернул руку из веревки и вдруг понял, что свободен. Веревок не было. Лии не было. Даже камеры не было. Он находился в капитанской каюте лигийского корабля. Через секунду стало ясно, почему морок пропал. Лучник услышал, как в каюту, гремя сапогами, ворвался витязь в сияющих доспехах и громогласно объявил: — Господин. Тут двоих наших бешеные гибби положили. Орки их боятся. Шаман в контроле. Школьник долго не продержится. Помогите. — Идиот!!! — загремел маг. Почувствовав свободу, Михей в одном прыжке сбил хадаганца. Не удержал свою ярость и, развернувшись, врезал добротным пинком ему под пятую точку. Перекатился ближе к двери, увернувшись от подлого разряда Лоурента. Витязь, хэкнув, махнул палицей опять совсем близко. Этот ветерок от чудовищного взмаха совсем отрезвил Михея. Теперь им владела только холодная и расчетливая ярость. Просмотреть полную запись
  7. Отвага Стрекочущий шаг ловчих, Михей услышал, наверное, первым. Он только устало подумал: «Кто на новенького?» Преследователи даже если и услышали эти шаги, не придали им значения. Ведь почти весь их отряд пользовался этими механизмами. Поэтому внезапное появление двух людей Зэм на ловчих и одного суматошно орущего комботанта-гибби на плечах «здоровяка» произвело эффект «ментального взрыва». Все четверо преследователей застыли в недоумении, едва поняв, что на «их» ловчих восседают беглецы. Быстрее всех сообразил, что происходит, маг. Сделав сложный жест, он выдал в небо сигнальную ракету и прыгнул на своего ловчего. Орка и витязя в невод Ловчего «взял» жрец, а Школьник был попросту сбит летящим на всех парах мистиком. – Хватай Михея – заорал Жук-17 и старый лучник совсем близко увидел шесть мохнатых рук ростка гибби. Они подхватили его и, с необыкновенной точностью, перебросили связанного лучника на подоспевшего к ним второго ловчего, которым управлял Крусг. Мистик, полуобернувшись, отточенным кинжалом срезал еще не зафиксированные толком путы, и, натянув поводья, снизил скорость. Между тем, жрец развернул машину так, чтобы опутанные сетью орк и витязь, словно колобок, прокатились по опушке. Отстегнув невод Зэм, отправил вояк в ближайшие кусты. Только руки-ноги замелькали. Затем, набычившись, он взглянул на мага. Его руки разошлись в стороны, вторя ритму заклинания. Зрачки жреца побелели, вместе с вырвавшимся рыком только ему ведомой руны. Сухой залп молнии выбил Лоурента из седла и сбросил в низкую траву. Гнев стал овладевать жрецом, и гибби, чувствуя скорое преследование, ткнул его в бок: – Не увлекайся, Жук. Потом достанем его. Жрец выдохнул, взглянул на мага, который, на всякий случай, исчез за одним из своих многочисленных колдовских зеркал. – Да, потом — сказал Жук-17 и пришпорил ловчего. За ним в чащу углубился и второй Зэм. Михей кинул взгляд на поле битвы. Школьник уже поднимался, покачиваясь. Маг постепенно выходил в реальность, напряженно глядя вслед четверке беглецов. Он что-то сказал Школьнику, с отвращением счищая траву со своего костюма. Но лучник уже не услышал этого. Ветви сайвы сомкнулись. – Куда вы? – спросил Михей, обращаясь к мистику. – Отсидимся в тайнике — неопределенно сказал Крусг. Старый лучник ничуть не удивился, когда совсем близко услышал шум водопада, а затем и увидел низвергающуюся с покатого уступа реку. Водяная пыль стояла вокруг мириадами капель. Лучник увидел, как гибби и Зэм впереди прижались к корпусу Ловчего и прыгнули вниз. Прямо в эту пыль. За ними последовал и мистик. Лучник едва успел набрать воздуха в легкие, как их Ловчий, поджав все лапы, кинжалом вошел в невидимое за брызгами озеро. Напор воды ударил в грудь и Михей, что было силы, вцепился в имперский китель. «Попал как кур в ощип — невесело подумал он — за имперца хватаюсь». Подтянувшись, он выглянул из-за плеча Крусга вперед. Ловчий, мощно разрезая воду, шел под своды пещеры. Через несколько секунд он выскочил на ровную площадку перед титанической дверью, почти заросшей сталагмитами и сталактитами. Росток гибби и Жук-17 уже стояли перед дверью. Их ловчий замер без управления. – Не туда жмешь — ворчал гибби, переворачивая дневник — вот так, так и сюда. Скрип какого-то неведомого механизма заставил отступить всю четверку к самой воде. Титаническая дверь, осыпая все, что на ней наросло, с грохотом отодвигалась в сторону, пряча свое «тело» в паз. – Вы же говорили, что дверь запечатана. – Береженого Бог бережет — с издевкой заметил Готис. – Да там, все равно, нет ничего — сказал Крусг. Но Михей уже не слышал их, вглядываясь во тьму за титанической дверь. Оттуда несло сыростью, запахом мха и металла. Гибби деловито и уверенно прошел вглубь пещеры, чертыхнулся и щелкнул чем-то. Серые своды озарились тусклым светом от висящих под потолком гирлянд ламп. –Заходите живее. Дверь нужно закрыть — скомандовал Тирс. Но все и так уже были внутри.. – Этот рычаг? - спросил Крусг -указывая на неприметный рубильник на полу. Гибби кивнул. Едва дверь с хрустом встала на место, мистик подскочил к Жуку-17 и со странным выражением лица, которое чем-то напоминало ухмылку мертвеца, удивленно сказал: –Ну вы и наглые, товарищи. Гибби мелко затрясся от хохота, а жрец, цокнув языком, резюмировал: – Молодой еще. У нас выбора не было. Михей понял, что обмен репликами означал недавние события, когда троица, вместо того, чтобы тикать от ловчих, развернулась и атаковала преследователей. – Никогда не забуду морду того орка-шамана — захлебываясь, причитал Готис — с перепугу он свою шавку на инженера натравил. –А я, а я! – перебил мистик — фантомами их совсем сбил, а хадаганца удушением, удушением... Жук-17 молча наблюдал за этим хвастливым бульканьем. В глазах его читалось: «пфф, раскудахтались». Впрочем, гибберлингам, не привыкшим сдерживать эмоции, веселая болтовня шла. – Благодарю, что вытащили меня — выдержав паузу, сказал Михей. – Сочтемся — парировал Готис и вместе с Тиросм и Гирсом снова закатились мяукающим хохотом, вспоминая былой подвиг. – Да — прервал свое скептическое молчание Жук-17 — разумная отвага — это хорошо. Но что делать дальше? Мы в ловушке. Или кто-то знает отсюда другой выход? Ведь тот, который мы только что прошли, наверняка взят на мушку. – Ну вот. Не дадут моментом насладиться — капризно сказал Гирс и закатил глаза. – Да уж, полегче. Братия Лоурента зайти сюда не сможет. Без дневника – поддакнул Готис. Тирс похлопал своих родственников по плечам и дополнил: – Жук, ты же знаешь, другого выхода не было. Хорошо. что фарт улыбнулся нам и мы соскочили с погони. – Надолго ли? – скривился жрец. – Попробую вас окрылить. – сказал лучник, оглядывая спутников — Гнаться будут до тех пор, пока не прикончат. Это ясно как дважды два. Судя по всему, вы, а точнее мы, помешали очень могущественным силам. Отряд из десяти человек мог прибыть сюда минимум на двух кораблях. Кто может позволить потратить столько золота на то, чтобы снарядить такую погоню? Лоурент? Он ведь был там. – Лоурент лишь исполнитель. Как и весь этот сброд с ним. Они и драться толком не умеют. Кто в лес, кто по дрова — ответил Жук-17. – Есть идея — сказал гибби — выключим свет и откроем дверь. Если контролировать рубильник, в темноте у нас есть шанс их перещелкать, усыпить. А потом дёру до корабля. – Вы же говорили тут есть проход — сказал Михей. – Да есть. Но это не проход. Росток гибби просеменил во тьму и подозвав лучника указал на камень в форме ромба, исписанный рунами и резами. Он едва выглядывал из каменного завала одним боком. – Что там написано? – вглядываясь в руны, спросил Михей. – Чёрт разберет. Это язык джунов — ответил гибби. Лучник молча вгляделся в надписи: – Я, один из последних джунов — сбиваясь и чертыхаясь, прочитал Михей – Туи-Лен, попав в рабство лукавому Фирезу, запечатал… Не разберу дальше. – О, я чувствовал, что нам повезет — заулыбался гибби во все три рта — но чтобы так. Многие ли знают язык джунов? Жук гляди. Он умеет читать на забытом языке. Жрец уже стоял рядом, с восхищением глядя на Михея. – Нужно разгрести завал — вздохнул лучник. Жук-17 молча стал снимать камни. Через минуту к нему присоединились мистик и комботант. Они работали около получаса, взмокнув в душной и влажной пещере. – Стоп — вдруг сказал Михей – можно взглянуть на дневник. Глаза лучника лихорадочно блестели. Видимо, ему пришла какая-то мысль. Гибби незамедлительно повиновался, вытащив книжицу в кожаном переплете. Вместе они склонились над потертыми листами, стараясь не загораживать тусклый свет от ламп. Перелистнув на две последние страницы, которые Михей еще не изучал, он, долго шевеля губами, вглядывался в текст. – Вот. Я так и знал. «Аллод в третьем секторе водопада — наконец начал цитировать он — ментальный след не показывает. Однако, судя по записям раба Фиреза Туи-Лена, именно здесь сокрыт портал в город Чингирь. Мы обыскали все пещеры, облазили весь аллод, но то, что нужно Бъянке не нашли». – Ну и? – Они не нашли джунский портал — ответил лучник — потому что он не откалиброван в эфирном потоке. – Какие потоки? Что за черт? — загремел жрец — не понимаю. Объясните! Мистик, отвесив челюсть, смотрел на Михея. – Да. Все правильно – наконец сказал он — Джунские порталы должны быть подключены к стихии мыслей. Пятой стихии. Это знает каждый мистик. И не только. Как я не смог сложить два и два? – Они не обнаружили ментальный след и не нашли «мертвый» джунский портал. Зря мы тут все разгребаем? Нужно подумать, как выйти отсюда и не попасть в лапы айринцам. – А ключ? – спросил гибби. Столкнувшись лбами с гибби, лучник снова вгляделся в страницы дневника. – Эта пирамида снизу. Она перевернута. Ключ в ней — объяснил жрец. – «Но облетая аллод на астральном корабле, мы обнаружили описанную Туи-Леном чудовищных размеров пирамиду, заросшую травой. В ней должен быть ключ. Придется вернуться к Бьянке с одной хорошей новостью» - прочел Михей и задумчиво посмотрел на Жука. – Ах. Да! Вспомнил! Бьянка? Фаворитка короля эльфов? – заорал мистик. Все повернулись к нему. – Да, Михей прав. Теперь нам путь на Айрин — вздохнул Готис. – Нет — твердо сказал жрец — нужно раскрыть эту тайну. Надо прочесть запись. Неизвестно, удастся ли нам всем сбежать. А если мы попадемся? Глупо терять козырь в рукаве. – Да. Давайте раскопаем этот секрет — сказал мистик и принялся ворочать камни. Вскоре к нему присоединились и остальные. Джунский портал был завален основательно. Через полтора часа интенсивной работы, взмокшие от пота, приключенцы освободили его лишь наполовину. Во время отдыха, Михей, тщательно сдувая пыль с многовековых надписей, прочел дальше: – Запечатал ворота в город Зэм жезлом Фиреза. Лишь мудрый и настойчивый найдет его в магнитных дебрях. Попасть в пирамиду живых стен поможет мертвый дракон и магнитный тролль. – Это – все? – спросил мистик. – Ниже просто какие-то символы и стрелки. Отерев камень, гибби удрученно сказал: – Чепуха какая-то. Тут рисунки хлама – «неизвестный минерал», «золотая цепь». – Давайте не унывать. Копаем — сказал товарищам жрец и тут же наткнулся на еще один рисунок старой чаши, которую он не раз просто выбрасывал после перебора добычи с астрального острова. Чувствуя скорую разгадку, четверка с удвоенным рвением принялась разгребать завал. Вскоре весь джунский портал был освобожден. Он не вибрировал и не гудел, как большинство действующих порталов, но все надписи при должной сноровке на нем можно было прочесть. Михей старательно переводил: «Пробудить мертвого дракона придется с помощью капли крови дракона, смешанной в старой чаше с неизвестным минералом. Привести в действие тролля можно при помощи говорящего краба и золотой цепи». – Проклятые загадки. Какой краб? Его что, смешать с золотой цепью? – возопил жрец. – Эй, Жук, ты что, не слышал истории про краба и Тролля — с улыбкой спросил гибби. Это ж друзья не разлей вода. – «Отыскать компоненты для активации стражей врат Дебрей можно в пещерах Хозяйки Медной горы, Земле Тысячи крыльев и Лумисааре». – А это что за стрелки? – спросил мистик. – Похоже на инструкцию по нахождению – ответил лучник. Готис вздохнул и резюмировал: – Выходит, обычный хлам с островов тут не пригодится. Только на опасных аллодах найдем то, что нужно. Он завалился всей троицей прямо на сырой пол пещеры. Жрец и мистик последовали его примеру, вытянувшись и хрустя сочлененьями. Михей чувствовал, как ломит мышцы от долгого напряжения и ноет спина. Он привалился к джунскому порталу и устало сомкнул веки. – Гибби, Лоурент точно не сможет зайти? – сонно спросил Крусг. – Без дневника — нет. – Но, кажется, нам все равно придется снова обнаглеть и атаковать. – Стемнеет еще не скоро — устало сказал Михей. Он с удивительной ясностью понял, что его мысль – дождаться ночи и напасть на преследователей в темноте — разделяют все. Через какое-то мгновенье Михей уснул. Сон-воспоминание привиделся ему. Отец, молодой и полный сил воин с исполосованным шрамами лицом с ласковой улыбкой, говорил ему «Настоящая отвага сынок, это не ор на поле брани, а шаг навстречу любимой. Той, которую ты боишься больше всего. Боишься ее отказа, ее презрительного взгляда. Но, собрав волю в кулак, подходишь, с одной целью — вызвать у нее улыбку». Вдруг снаружи что-то со страшным грохотом громыхнуло. Потом еще. Еще! Лучник подскочил. – Успокойся — сказал гибби – у идиотов пара бочек динамита, видимо, была. Михей прислушался. На пределе слышимости, там, за стеной, кто-то ругался на изящном айринском языке. Хотели войти? Больше ему не спалось и он принялся вновь изучать надписи на джунском портале. Не помогло. Тогда он встал и прошелся по пещере. Что-то было не так. Хос шептал «Опасность! Беги!» Но в чем опасность? Михей взглянул наверх и обомлел. Во тьме с трудом различались неожиданные ответы. На джунской мозаике, с Заком, сражавшимся с Заклятьем, был третий. Человек Зэм. И вдруг потолок вспух, с натужным стоном разорвался на каменную сыпь. – Берегись!!! –только и успел заорать лучник. Первыми вскочили гибби. Затем жрец. Мистик только поднял башку. – Наверху! Наверху! – кричал Михей. Задрав головы, они увидели в зияющем провале потолка морды Школьника, Лоурента, двух орков и инженера. Они ухмылялись. Гибби метнулся к рычагу и рванул его. – Снаружи пять лохов. Выходим! Дверь с натугой пошла в паз. Мистик наконец-то встал на ноги и огляделся. Жук-17 дал свет. На секунду пещера озарилась ослепительной вспышкой. Дверь уже открылась достаточно, чтобы Готис с криком «Чау-чинга!!!» вырвался из пещеры. «Их же трое — с кристальной ясностью понял вдруг Михей — а там осталось пятеро. Чертовы гибби с ума сведут». Он ушел от молнии Лоурена, накинул яду орку с двуручником. И вдруг увидел лучника, выходящего из инвиза. Школьник кинулся на Михея с торжествующим криком, ослепил вспышкой, бросил путы. «Не успею — только подумал Михей, наблюдая как Лоурент, опять испачкав свой костюм грохнулся в сырую мглу пещеры. Инженер, приземлившись, атаковал Зэм. Но каких Зэм? Их было 12 штук. Фантомы! Вся пещера стала полем битвы. Бегали пауки инженера. Шавка шамана грызла фантом, маг метал кометы. Но бой уходил в сторону к титанической двери. «Попался» – только и успел подумать лучник — «я опять попался, они, надеюсь, нет». Орк с двуручным мечом, хэкнув, ударил эфесом так, что в глазах потемнело.
  8. Отвага Стрекочущий шаг ловчих, Михей услышал, наверное, первым. Он только устало подумал: «Кто на новенького?» Преследователи даже если и услышали эти шаги, не придали им значения. Ведь почти весь их отряд пользовался этими механизмами. Поэтому внезапное появление двух людей Зэм на ловчих и одного суматошно орущего комботанта-гибби на плечах «здоровяка» произвело эффект «ментального взрыва». Все четверо преследователей застыли в недоумении, едва поняв, что на «их» ловчих восседают беглецы. Быстрее всех сообразил, что происходит, маг. Сделав сложный жест, он выдал в небо сигнальную ракету и прыгнул на своего ловчего. Орка и витязя в невод Ловчего «взял» жрец, а Школьник был попросту сбит летящим на всех парах мистиком. – Хватай Михея – заорал Жук-17 и старый лучник совсем близко увидел шесть мохнатых рук ростка гибби. Они подхватили его и, с необыкновенной точностью, перебросили связанного лучника на подоспевшего к ним второго ловчего, которым управлял Крусг. Мистик, полуобернувшись, отточенным кинжалом срезал еще не зафиксированные толком путы, и, натянув поводья, снизил скорость. Между тем, жрец развернул машину так, чтобы опутанные сетью орк и витязь, словно колобок, прокатились по опушке. Отстегнув невод Зэм, отправил вояк в ближайшие кусты. Только руки-ноги замелькали. Затем, набычившись, он взглянул на мага. Его руки разошлись в стороны, вторя ритму заклинания. Зрачки жреца побелели, вместе с вырвавшимся рыком только ему ведомой руны. Сухой залп молнии выбил Лоурента из седла и сбросил в низкую траву. Гнев стал овладевать жрецом, и гибби, чувствуя скорое преследование, ткнул его в бок: – Не увлекайся, Жук. Потом достанем его. Жрец выдохнул, взглянул на мага, который, на всякий случай, исчез за одним из своих многочисленных колдовских зеркал. – Да, потом — сказал Жук-17 и пришпорил ловчего. За ним в чащу углубился и второй Зэм. Михей кинул взгляд на поле битвы. Школьник уже поднимался, покачиваясь. Маг постепенно выходил в реальность, напряженно глядя вслед четверке беглецов. Он что-то сказал Школьнику, с отвращением счищая траву со своего костюма. Но лучник уже не услышал этого. Ветви сайвы сомкнулись. – Куда вы? – спросил Михей, обращаясь к мистику. – Отсидимся в тайнике — неопределенно сказал Крусг. Старый лучник ничуть не удивился, когда совсем близко услышал шум водопада, а затем и увидел низвергающуюся с покатого уступа реку. Водяная пыль стояла вокруг мириадами капель. Лучник увидел, как гибби и Зэм впереди прижались к корпусу Ловчего и прыгнули вниз. Прямо в эту пыль. За ними последовал и мистик. Лучник едва успел набрать воздуха в легкие, как их Ловчий, поджав все лапы, кинжалом вошел в невидимое за брызгами озеро. Напор воды ударил в грудь и Михей, что было силы, вцепился в имперский китель. «Попал как кур в ощип — невесело подумал он — за имперца хватаюсь». Подтянувшись, он выглянул из-за плеча Крусга вперед. Ловчий, мощно разрезая воду, шел под своды пещеры. Через несколько секунд он выскочил на ровную площадку перед титанической дверью, почти заросшей сталагмитами и сталактитами. Росток гибби и Жук-17 уже стояли перед дверью. Их ловчий замер без управления. – Не туда жмешь — ворчал гибби, переворачивая дневник — вот так, так и сюда. Скрип какого-то неведомого механизма заставил отступить всю четверку к самой воде. Титаническая дверь, осыпая все, что на ней наросло, с грохотом отодвигалась в сторону, пряча свое «тело» в паз. – Вы же говорили, что дверь запечатана. – Береженого Бог бережет — с издевкой заметил Готис. – Да там, все равно, нет ничего — сказал Крусг. Но Михей уже не слышал их, вглядываясь во тьму за титанической дверь. Оттуда несло сыростью, запахом мха и металла. Гибби деловито и уверенно прошел вглубь пещеры, чертыхнулся и щелкнул чем-то. Серые своды озарились тусклым светом от висящих под потолком гирлянд ламп. –Заходите живее. Дверь нужно закрыть — скомандовал Тирс. Но все и так уже были внутри.. – Этот рычаг? - спросил Крусг -указывая на неприметный рубильник на полу. Гибби кивнул. Едва дверь с хрустом встала на место, мистик подскочил к Жуку-17 и со странным выражением лица, которое чем-то напоминало ухмылку мертвеца, удивленно сказал: –Ну вы и наглые, товарищи. Гибби мелко затрясся от хохота, а жрец, цокнув языком, резюмировал: – Молодой еще. У нас выбора не было. Михей понял, что обмен репликами означал недавние события, когда троица, вместо того, чтобы тикать от ловчих, развернулась и атаковала преследователей. – Никогда не забуду морду того орка-шамана — захлебываясь, причитал Готис — с перепугу он свою шавку на инженера натравил. –А я, а я! – перебил мистик — фантомами их совсем сбил, а хадаганца удушением, удушением... Жук-17 молча наблюдал за этим хвастливым бульканьем. В глазах его читалось: «пфф, раскудахтались». Впрочем, гибберлингам, не привыкшим сдерживать эмоции, веселая болтовня шла. – Благодарю, что вытащили меня — выдержав паузу, сказал Михей. – Сочтемся — парировал Готис и вместе с Тиросм и Гирсом снова закатились мяукающим хохотом, вспоминая былой подвиг. – Да — прервал свое скептическое молчание Жук-17 — разумная отвага — это хорошо. Но что делать дальше? Мы в ловушке. Или кто-то знает отсюда другой выход? Ведь тот, который мы только что прошли, наверняка взят на мушку. – Ну вот. Не дадут моментом насладиться — капризно сказал Гирс и закатил глаза. – Да уж, полегче. Братия Лоурента зайти сюда не сможет. Без дневника – поддакнул Готис. Тирс похлопал своих родственников по плечам и дополнил: – Жук, ты же знаешь, другого выхода не было. Хорошо. что фарт улыбнулся нам и мы соскочили с погони. – Надолго ли? – скривился жрец. – Попробую вас окрылить. – сказал лучник, оглядывая спутников — Гнаться будут до тех пор, пока не прикончат. Это ясно как дважды два. Судя по всему, вы, а точнее мы, помешали очень могущественным силам. Отряд из десяти человек мог прибыть сюда минимум на двух кораблях. Кто может позволить потратить столько золота на то, чтобы снарядить такую погоню? Лоурент? Он ведь был там. – Лоурент лишь исполнитель. Как и весь этот сброд с ним. Они и драться толком не умеют. Кто в лес, кто по дрова — ответил Жук-17. – Есть идея — сказал гибби — выключим свет и откроем дверь. Если контролировать рубильник, в темноте у нас есть шанс их перещелкать, усыпить. А потом дёру до корабля. – Вы же говорили тут есть проход — сказал Михей. – Да есть. Но это не проход. Росток гибби просеменил во тьму и подозвав лучника указал на камень в форме ромба, исписанный рунами и резами. Он едва выглядывал из каменного завала одним боком. – Что там написано? – вглядываясь в руны, спросил Михей. – Чёрт разберет. Это язык джунов — ответил гибби. Лучник молча вгляделся в надписи: – Я, один из последних джунов — сбиваясь и чертыхаясь, прочитал Михей – Туи-Лен, попав в рабство лукавому Фирезу, запечатал… Не разберу дальше. – О, я чувствовал, что нам повезет — заулыбался гибби во все три рта — но чтобы так. Многие ли знают язык джунов? Жук гляди. Он умеет читать на забытом языке. Жрец уже стоял рядом, с восхищением глядя на Михея. – Нужно разгрести завал — вздохнул лучник. Жук-17 молча стал снимать камни. Через минуту к нему присоединились мистик и комботант. Они работали около получаса, взмокнув в душной и влажной пещере. – Стоп — вдруг сказал Михей – можно взглянуть на дневник. Глаза лучника лихорадочно блестели. Видимо, ему пришла какая-то мысль. Гибби незамедлительно повиновался, вытащив книжицу в кожаном переплете. Вместе они склонились над потертыми листами, стараясь не загораживать тусклый свет от ламп. Перелистнув на две последние страницы, которые Михей еще не изучал, он, долго шевеля губами, вглядывался в текст. – Вот. Я так и знал. «Аллод в третьем секторе водопада — наконец начал цитировать он — ментальный след не показывает. Однако, судя по записям раба Фиреза Туи-Лена, именно здесь сокрыт портал в город Чингирь. Мы обыскали все пещеры, облазили весь аллод, но то, что нужно Бъянке не нашли». – Ну и? – Они не нашли джунский портал — ответил лучник — потому что он не откалиброван в эфирном потоке. – Какие потоки? Что за черт? — загремел жрец — не понимаю. Объясните! Мистик, отвесив челюсть, смотрел на Михея. – Да. Все правильно – наконец сказал он — Джунские порталы должны быть подключены к стихии мыслей. Пятой стихии. Это знает каждый мистик. И не только. Как я не смог сложить два и два? – Они не обнаружили ментальный след и не нашли «мертвый» джунский портал. Зря мы тут все разгребаем? Нужно подумать, как выйти отсюда и не попасть в лапы айринцам. – А ключ? – спросил гибби. Столкнувшись лбами с гибби, лучник снова вгляделся в страницы дневника. – Эта пирамида снизу. Она перевернута. Ключ в ней — объяснил жрец. – «Но облетая аллод на астральном корабле, мы обнаружили описанную Туи-Леном чудовищных размеров пирамиду, заросшую травой. В ней должен быть ключ. Придется вернуться к Бьянке с одной хорошей новостью» - прочел Михей и задумчиво посмотрел на Жука. – Ах. Да! Вспомнил! Бьянка? Фаворитка короля эльфов? – заорал мистик. Все повернулись к нему. – Да, Михей прав. Теперь нам путь на Айрин — вздохнул Готис. – Нет — твердо сказал жрец — нужно раскрыть эту тайну. Надо прочесть запись. Неизвестно, удастся ли нам всем сбежать. А если мы попадемся? Глупо терять козырь в рукаве. – Да. Давайте раскопаем этот секрет — сказал мистик и принялся ворочать камни. Вскоре к нему присоединились и остальные. Джунский портал был завален основательно. Через полтора часа интенсивной работы, взмокшие от пота, приключенцы освободили его лишь наполовину. Во время отдыха, Михей, тщательно сдувая пыль с многовековых надписей, прочел дальше: – Запечатал ворота в город Зэм жезлом Фиреза. Лишь мудрый и настойчивый найдет его в магнитных дебрях. Попасть в пирамиду живых стен поможет мертвый дракон и магнитный тролль. – Это – все? – спросил мистик. – Ниже просто какие-то символы и стрелки. Отерев камень, гибби удрученно сказал: – Чепуха какая-то. Тут рисунки хлама – «неизвестный минерал», «золотая цепь». – Давайте не унывать. Копаем — сказал товарищам жрец и тут же наткнулся на еще один рисунок старой чаши, которую он не раз просто выбрасывал после перебора добычи с астрального острова. Чувствуя скорую разгадку, четверка с удвоенным рвением принялась разгребать завал. Вскоре весь джунский портал был освобожден. Он не вибрировал и не гудел, как большинство действующих порталов, но все надписи при должной сноровке на нем можно было прочесть. Михей старательно переводил: «Пробудить мертвого дракона придется с помощью капли крови дракона, смешанной в старой чаше с неизвестным минералом. Привести в действие тролля можно при помощи говорящего краба и золотой цепи». – Проклятые загадки. Какой краб? Его что, смешать с золотой цепью? – возопил жрец. – Эй, Жук, ты что, не слышал истории про краба и Тролля — с улыбкой спросил гибби. Это ж друзья не разлей вода. – «Отыскать компоненты для активации стражей врат Дебрей можно в пещерах Хозяйки Медной горы, Земле Тысячи крыльев и Лумисааре». – А это что за стрелки? – спросил мистик. – Похоже на инструкцию по нахождению – ответил лучник. Готис вздохнул и резюмировал: – Выходит, обычный хлам с островов тут не пригодится. Только на опасных аллодах найдем то, что нужно. Он завалился всей троицей прямо на сырой пол пещеры. Жрец и мистик последовали его примеру, вытянувшись и хрустя сочлененьями. Михей чувствовал, как ломит мышцы от долгого напряжения и ноет спина. Он привалился к джунскому порталу и устало сомкнул веки. – Гибби, Лоурент точно не сможет зайти? – сонно спросил Крусг. – Без дневника — нет. – Но, кажется, нам все равно придется снова обнаглеть и атаковать. – Стемнеет еще не скоро — устало сказал Михей. Он с удивительной ясностью понял, что его мысль – дождаться ночи и напасть на преследователей в темноте — разделяют все. Через какое-то мгновенье Михей уснул. Сон-воспоминание привиделся ему. Отец, молодой и полный сил воин с исполосованным шрамами лицом с ласковой улыбкой, говорил ему «Настоящая отвага сынок, это не ор на поле брани, а шаг навстречу любимой. Той, которую ты боишься больше всего. Боишься ее отказа, ее презрительного взгляда. Но, собрав волю в кулак, подходишь, с одной целью — вызвать у нее улыбку». Вдруг снаружи что-то со страшным грохотом громыхнуло. Потом еще. Еще! Лучник подскочил. – Успокойся — сказал гибби – у идиотов пара бочек динамита, видимо, была. Михей прислушался. На пределе слышимости, там, за стеной, кто-то ругался на изящном айринском языке. Хотели войти? Больше ему не спалось и он принялся вновь изучать надписи на джунском портале. Не помогло. Тогда он встал и прошелся по пещере. Что-то было не так. Хос шептал «Опасность! Беги!» Но в чем опасность? Михей взглянул наверх и обомлел. Во тьме с трудом различались неожиданные ответы. На джунской мозаике, с Заком, сражавшимся с Заклятьем, был третий. Человек Зэм. И вдруг потолок вспух, с натужным стоном разорвался на каменную сыпь. – Берегись!!! –только и успел заорать лучник. Первыми вскочили гибби. Затем жрец. Мистик только поднял башку. – Наверху! Наверху! – кричал Михей. Задрав головы, они увидели в зияющем провале потолка морды Школьника, Лоурента, двух орков и инженера. Они ухмылялись. Гибби метнулся к рычагу и рванул его. – Снаружи пять лохов. Выходим! Дверь с натугой пошла в паз. Мистик наконец-то встал на ноги и огляделся. Жук-17 дал свет. На секунду пещера озарилась ослепительной вспышкой. Дверь уже открылась достаточно, чтобы Готис с криком «Чау-чинга!!!» вырвался из пещеры. «Их же трое — с кристальной ясностью понял вдруг Михей — а там осталось пятеро. Чертовы гибби с ума сведут». Он ушел от молнии Лоурена, накинул яду орку с двуручником. И вдруг увидел лучника, выходящего из инвиза. Школьник кинулся на Михея с торжествующим криком, ослепил вспышкой, бросил путы. «Не успею — только подумал Михей, наблюдая как Лоурент, опять испачкав свой костюм грохнулся в сырую мглу пещеры. Инженер, приземлившись, атаковал Зэм. Но каких Зэм? Их было 12 штук. Фантомы! Вся пещера стала полем битвы. Бегали пауки инженера. Шавка шамана грызла фантом, маг метал кометы. Но бой уходил в сторону к титанической двери. «Попался» – только и успел подумать лучник — «я опять попался, они, надеюсь, нет». Орк с двуручным мечом, хэкнув, ударил эфесом так, что в глазах потемнело. Просмотреть полную запись
  9. Заброшенный аллод Старый лучник Михей почти не чувствовал рук. Они были скручены за спиной так, что не ясно было где пальцы, а где веревки. Он с бессильной ненавистью посмотрел на эльфиского колдуна. Худощавый, с утомленным выражением лица айринец не смотрел на пленника. Он рассуждал, ничуть не думая о каких-то там руках. – Бабло давно победило зло. А вместе с ним любовь, ярость, отвагу. Эльф неспешно, прихрамывая на левую ногу, прошелся по каменному полу тюремной камеры. Его шаги глухим эхом тонули в сумраке. – Кому сейчас нужна воля? Там ветер и дождь. Нет теплых магазинов и красивых женщин. Зачем тебе воля, лучник? Айринец прямо посмотрел на Михея. В его золотых глазах плясала плохо скрываемая злость. – Как это у вас лукаво выходит. – С трудом ворочая языком, сказал плененный. – Оболгав людей и украв у них небо, вы искренне думаете, что им достанет комфортной жизни? И за это регулярно собираете дань со всех вассалов и колоний. Вы обычные паразиты и не… Глыба льда выросла за секунды, и Михей застыл сверкающей снежной фигурой. – Сможете сдержать стремления людей. – Закончил за обледеневшего лигийца айринец – Идиот! Жить надоело? Поразмысли пока. Коротким взмахом руки он сотворил напротив Михея отполированную до зеркального отражения ледяную стену. Лучник увидел себя — избитого, заиндевевшего, жалкого. В стальных глазах отчаяние, смешанное со страхом. «Помоги мне, защитник Хос! – взмолился лигиец, чувствуя подступающий к жилам холод, – если я выживу, обязательно вернусь к ней». *** Аллод казался заброшенным. Михей спрыгнул на заросшую густой травой посадочную площадку и прислушался. Вдали шумел водопад. Вблизи — ни звука. Видимо, когда он швартовал свой корабль с многозначительным именем «Алмазный», распугал местную фауну. Сделав два шага, старый лучник почувствовал… Хм, не определить. Опасность? Нет. Скорее, чье-то внимание. Словно кто-то глазел на него из невидимого укрытия. – Кто здесь? – на общем языке крикнул он. Чаща, холм близ нее и мелководная речушка перед глазами безмолвствовали. Прошептав наговор, Михей погрузил свое внимание в орлиный взор. Теперь он видел часть леса, посадочную площадку и корабль как бы сверху. А за холмом он не без труда различил две неясные тени, скрывающиеся в разросшемся кустарнике. Выяснив направление, старый лучник вернул свое внимание «домой». Легко перепрыгивая через рытвины и поваленные стволы, он двинулся к таинственным незнакомцам. «Если они молчат, значит, либо враги, либо животные» на ходу размышлял он. «Или слишком слабы, чтобы нести какую-то угрозу». Михей вытянул сонную стрелу. «Надо бы выяснить». Первого незнакомца он увидел спустя минуту. В тени деревьев слева лязгнули две механические руки. Сверкнул зелено-белый череп. «Черт! Зэм?» Стрела с вибрирующим свистом ушла в сайву, вполногтя от иссиня-черного плеча человека Зэм. Второй прыгнул справа. Его клешня сдавила лук. Свободной рукой Зэм ударил Михея в скулу с такой силой, что лучник свалился на бок. Однако оружия не выпустил. «Ничего себе, слабачки» подумал Михей. Нащупал в подсумке мешочек с призрачной пылью и машинальным движением распылил облако вокруг себя. Откатившись на метр в сторону, Михей сквозь туман видел, как зэм, шумно пыхтя, ищет его. – Крусг! Эй, Крусг! Он где-то рядом! – заорал Зэм на своем языке. Его спутник, не менее шумно, протопал в полуметре от Михея. Был страшный соблазн сбить его с ног, но старый лучник удержался. Нужно, чтобы они оба были на линии огня, тогда можно одной стрелой усыпить обеих. – Где? Я включил маяк, на всякий случай — ответил второй. По шуму голосов и шороху кустов Михей догадался, что оба незнакомца совсем рядом друг с другом. Напряженно всматриваясь в медленно оседающий туман, Михей различил их в пяти метрах. Они крутили своими бело-зелеными черепами, вращая окулярами на все 360 градусов. Нет, они его не видели. Беззвучно сместившись влево, он вложил стрелу и привычным движением выпустил ее. Звук ядреного эфира, треугольным облаком расходящегося от стрелы, только насторожил зэм. Большего имперцы не успели. Упали они не менее шумно. Так же, как ходили. Зэм с черно-синими плечами повалился ничком, второй, с руками кувалдами, — на правый бок. Второго Михей мысленно нарек «здоровяк». Для людей Зэм он был слишком большим. Связывая пленников шипованной нитью, Михей размышлял — что тут могут делать два имперца. В этой части заброшенного астрала Михей давно не встречал ни лигийцев, ни аэдов, ни прайденов. И как они сюда попали? Ведь к посадочной площадке пришвартован «Алмазный». Или тут есть вторая посадочная площадка? Или джунские руины с прямым переходом? И о каком маяке они болтали? Звук шагов он услышал в последний миг. Резкий ток воздуха сзади. Удар. Свет померк. *** Сознание возвращалось медленно. Через тупую ноющую боль в затылке. Через придушенные голоса, растянутые в длинные предложения. И вдруг... Все стало чётко и ясно. – Мы не убийцы — говорил знакомый голос «здоровяка» – этот лигиец вряд ли знает, кто мы такие. – Крусг, лучник не хотел тебя убивать. – прозвучал странный мяукающий голос – А только усыпить. Я сам так часто делал… э-э с некоторыми жертвами. Михей немного ошалел от догадки. Такой бархатный акцент был только у одной расы — гибби. Но что эту троицу связывает с имперцами? – Вы не попадали в лапы к айринцам — зло прошептал голос того самого Крусга — эти интриганы в пытках знают толк. Кто мне гарантирует, что лигиец не от них? Мяукающий голос продолжал убеждать: – Я оглядел его корабль. Там запасов еды на 4-5 переходов. Щиты стоят слабенькие. В штурмующий астрал наш знакомый точно не собирался. Обычный охотник-одиночка. – Тогда что с ним делать? – спросил Крусг «Пора мне уже заявится, — подумал Михей — а то решат без меня.» – Неплохо бы поесть для начала и познакомиться — вполголоса сказал он, вставая и кряхтя. Руки были слабо затянуты наручниками. Он упер взгляд в троицу гибби и безошибочно определил — разведчик-комботант. Два сбалансированных сверкающих кинжала, легкий арбалет с ручкой-палицей, набор подсумков с пылью и шариками. Гибби осклабился в три рта. – Тирс-Грис-Готис, разведчик — представился он и шуточно поклонился всей семьей. Он подошел и ловко расстегнул наручники. – Жук-17, целитель — помахал рукой «здоровяк». Он был одет в походный мундир Зэм с нашивками лейтенанта. Череп был немного деформирован от молодецкого удара булавой. А глаза... Черт их разберешь, что таится в глубине глаз людей Зэм. Могильный холод? Мудрость? Тоска по неизведанному миру? – Крусг, мистик — сказал последний знакомый, разглядывая лучника тяжелым взглядом. Он был одет попроще — в походный китель Империи. Нашивки рядового, подсказывали, что в Сарнауте этот Зэм недавно. Михея привлекла только странная отметина на открытом левом плече. Тонкий шрам с изумрудным отливом. Такие «награды» раздавали только в одном месте — в пещерах Хозяйки Медной горы. – Меня зовут Михей. Что я умею, думаю, вы уже поняли. Гибби ехидно засмеялся, когда лучник, морщась, почесал затылок. Михей улыбнулся в ответ. У лигийцев не принято дуться по пустякам. – Коллега, я кое-что прихватил на вашем корабле. Вы же не против? – Нет. Это ведь уже произошло. Вяленая свинина и бутерброды с сыром уже порядком надоели Михею. Но деваться было некуда. Его угощали его же едой. Правда, гибби достал еще мех с вином. И беседа, с первой и единственной кружкой, которая пошла по кругу, потекла более непринужденно. Если не считать первые пару вопросов. – Что ты тут делаешь? – спросил Крусг. Разведчик почувствовал ментальный всплеск. Мистик очень топорно лез к нему в голову, ожидая, видимо, лжи. Но Михею нечего было скрывать. – Я тут случайно. Увидел пустой аллод. Хотел набрать пресной воды, подстрелить какую-нибудь живность. Но больше всего мне хотелось смыть всю астральную пыль, что я собрал за три дня переходов. – Да, водопад тут шикарный – отметил гибби. – Не болтал бы ты про водопад — недовольно процедил Жук-17. Он передал эмалированную кружку со звездой Империи на боку Крусгу. – А что там? — невинно тараща глаза спросил Михей. – Вода. Чистая и холодная. – Улыбаясь пояснил Тирс, принял кружку руками Готиса и лихо перевернул, умело расплескав по трем глоткам. – Гибби, помолчи! – завопил мистик. Михей взял от мохнатого коллеги кружку, наполнил ее красным вином и, медленно смакуя, выпил. Вино было легким и сладким. От него приятно зашумело в голове. – Зачем делать секрет из водопада? – рассеяно заметил лучник. – Да, и зачем делать тайну из того, что ты раб? – парировал гибби. Люди Зэм молчали, угрюмо переглядываясь. – Что ты хочешь сказать? Я себя рабом не чувствую — холодно заметил Михей. – Невидимые тюрьма и кандалы — лучше не придумаешь — грустно сказал Жук-17. Михей оглядел всех и с усмешкой сказал: – Тут что ни аллод — загадка. То жирный тролль кучку жаб сторожит, думая, что одна из них его суженная. То старый джин запутался, выполняя желания. То волк с лисой за прорубь не на жизнь, а на смерть бьются. И вы туда же? Новые знакомые молча смотрели на лучника. Было в их взгляде недоумение и понимание. Словно они вдруг осознали что-то важное. – Лигиец прав — глухо сказал Крусг — надо все рассказать. – А я о чем толкую? – поддержал гибби. – Скрывая эту тайну, мы льем воду на мельницу айринцам и их хозяевам. – Айринцам? – переспросил лучник. Гибби со странной улыбкой взглянул на Михея. – Я вижу, ты не новичок в Сарнауте. Знаешь, кто такие Скракан, Тенсес, Незеб, Смеяна, Нихаз, Архитекторы и прочие? Михей кивнул. – Так же ты знаешь, что когда-то Сарнаут был единым живым и огромным миром? – Да. До тех пор, пока Тенсес и Нихаз не рассорили конклав Великих магов окончательно. Это и школьнику известно. – А если я тебе скажу, что нам известно, как вновь собрать мир в единый и живой организм. Поверишь? – Нет. Как можно собрать миллиарды осколков? Невозможно! – Я тоже так думал — поддержал гибби Жук-17. — Но неделю назад в рудниках Хозяйки Медной горы мы нашли это. — Зэм дал Михею обветшалый дневник с танцующей эльфийкой на обложке. Лучник не спеша положил его на колени. – В нем некий Лоурент, – продолжил целитель – утверждает, что нашел первый город людей Зэм. Город, который с помощью магических механизмов удерживал весь Сарнаут в единстве. – А Нихаз и Тенсес разрушили эти связи? – Нет. – нетерпеливо сказал гибберлинг. — Они закончили начатое, ослепленные гордыней. Мир был расколот специально, чтобы подчинить многочисленных князьков. Разделяй и властвуй! Слышал такой девиз? – Кто же «владеет» Сарнаутом? – Шша – сказал Крусг. – Шша? Что это? – На другой стороне астрального клубка есть страна. – объяснил гибби. – Она расположена на едином аллоде-континенте. Там живут существа с телом змеи и головой льва. Их главное оружие — ложь. С ее помощью они взяли власть над Сарнаутом в свои руки. Ты каждый месяц отдаешь им дань, хотя думаешь, что делаешь взнос в строительство новых городов на Сарнауте. Михей взял протянутую Готисом кружку, наполненную до краев вином. – Мы ежемесячно платим взнос на строительство имперского флота — криво усмехнувшись сказал Жук-17. Лучник в три глотка выпил вино и медленно передал кружку Крусгу. – Слишком похоже на бред — прищурившись, сказал Михей. – Бред! – Гибберлинги аж подпрыгнули. Подбежав к лучнику и перелистнув несколько страниц дневника, мохнатая лапа ткнула заскорузлым пальцем в старинную иллюстрацию. Лучник вгляделся и не поверил глазам. На картинке был заброшенный аллод. Посадочная площадка и лес. Воспроизведено все было со скрупулезной точностью. Гибби, наблюдая за лучником, перелистнул страницу. – Вот водопад. За ним вход в катакомбы Зэм. Как утверждает Лоурент, в этих лабиринтах есть прямой портал в город Зэм. – Вы там были? – Спросил лучник. – Мы видели водопад и запечатанную дверь. Ключ должен быть на этом аллоде. Вот тут. Гибби перелистнул еще несколько страниц и показал на могильный склеп чудовищных размеров. Его верхушка терялась в облаках. Многовековая чаща у его подножья стелилась зеленой травкой. Михей отдал кружку целителю и, взвешивая каждое слово, сказал: – В откровениях Тка-Рика сказано, что Сарнаут был разрушен из-за вторжения демонов. Ни о каком Шша там не слова. – Приятно беседовать с эрудитом — жутко ухмыльнувшись, отметил Жук-17 — Сейчас ты скажешь, что Джунские врата были запечатаны, благодаря объединенным усилиям Империи и Лиги. – Именно. Угрозы вторжения демонов нет. – Демоны лишь исполнители — пробурчал Крусг — как айринцы и хадаганцы. Первые следят за территориями Лиги, вторые — Империи. Это нити управления, своды законов, административный аппарат, подчиненные Шша. Но не это важно. Сарнаут расколот, а значит, слаб перед любой крупной державой. Только этого факта было бы достаточно, чтобы начать объединение. Но о слабости Сарнаута отлично осведомлены и враги. Они пользуются этим, умело взращивая страхи за подданных в головах Яскера и Айденуса. Гибби продолжил тираду Зэм: – Правители знают, что противостоять могущественной стране Шша даже объединенный Сарнаут не в состоянии. А уж сейчас, когда элиты Сарнаута предпочитают работать на хозяев... Поэтому покорно платят, обманывая свои народы, чтобы избежать кровопролития. – Как же поможет город Зэм? – Тебе известно, у астрала две стороны – отхлебывая из кружки, продолжил беседу целитель. — Творческая и разрушительная. В творческую стадию и был основан город Зэм. У нашей расы есть легенда про магнитный мегаполис в Глубинном астрале. В дневнике описывается наверняка он. Мне неизвестно, как действует механизм города. Я не знаю, сумеет ли он вновь соткать Сарнаут. Но, глубоко в душе, я уверен — моя родина, мой город существуют. И верные сыны найдут свой дом. Восставшие еще не сказали последнего слова. Впервые лучник так близко увидел глаза Зэм. Глаза, в которых холодным зеленым огнем горела вера. Восставшие всегда считались немного не от мира сего. Попусту, как гибби, они не болтали, страстям, как эльфы, были не подвержены, а грубую силу орков и вовсе презирали. Заглянув в чистилище, они словно остались там, какой-то частью себя, предпочитая разум и науку вере в фарт. Но сейчас Михей увидел не только страсть и яростную веру. В глазах Зэм отразилось твердая решимость, которая, возможно, когда-то заставила отступить саму Смерть. – Теперь мне ясно — задумчиво сказал лучник. – Что? – Немедленно спросил гибби. – Что вас объединяет. Крусг неожиданно захохотал. – Каков фрукт — с понимающей улыбкой отметил целитель. — Думает в несколько логических рядов. Михею похвала Зэм была приятна, но затея новых знакомых его пугала. Наверняка у этой тайны есть могущественные защитники. Идти против неведомой силы было не в правилах старого лучника. Но, с другой стороны, новые приключения обещали новые награды. – На какую добычу вы рассчитываете? – Спросил он. – Механизмы Зэм работают на эмбриуме — сразу ответил Готис. – Лоурент пишет, что в городе сокрыт секрет бессмертия — добавил Жук-17. Крусг потянулся за мехом с вином и разочарованно потряс его. Там было пусто. – Думаю, пора поспать. Михей огляделся. Он и не заметил, как тихо подкрался вечер. Лес вокруг стал темным и непроницаемо таинственным. – И поразмыслить, стоит ли ввязывается в эту авантюру — резюмировал он. – Лучник, мы не настаиваем — зевая, сказал гибби. — Справимся сами. Я бы не оказался от пары сотен килограмм эмбры. И, уютно свернувшись всем ростком, гибби почти сразу всей троицей засопели. Лучник подкинул дров и растянулся у дрожащего огня. Он думал о прошедшем разговоре, о городе Зэм, об «Алмазном», о любимой жене. «Стоит ли игра свеч?» спрашивал он себя. И не находил ответа. Зэм еще долго шептались, помешивая угли с другой стороны кострища. Михей не заметил, как уснул. Проснулся он от прикосновения. – Михей, вставай. Мы не одни. — прошептал гибби, приблизив одну из мохнатых мордочек к его лицу. Лучник открыл глаза и вслушался. Кто-то, не таясь, пёр через лес. Переговариваясь и ломая ветви. Не меньше десятка существ. И они приближались. Слишком быстро. Зэм уже встали и спешно собирали вещи в ранцы. Астрал рождал новый день. Он осветился изнутри синим и розовым светом. Утро поднималось хрустально-свежее. Готис приложил палец к губам и знаками показал всем двинуться в гущу леса, с пути неожиданных визитеров. Но его усилия оказались напрасными. Михей услышал знакомый звук заклинания — клекот орла смешанный с выдохом рунического символа. «Орлиный взор. Сейчас нас обнаружат» только успел подумать Михей, крепя лук к корпусу. Словно угадав его мысли в чаще леса послышалось на общем языке: – На юго-западе! Четверо! – А, черт! Ходу! – Лязгнул челюстями Жук-17. И они помчались. Быстрее всех бежал, конечно же, гибби. Делая уморительные кульбиты, троица, несмотря на свои короткие ноги, легко вырвалась вперед. Михей только и успевал замечать мелькающую в листве семейку. Нетрудно было догадаться – Готис вел их к водопаду. Справа, тяжело и широко ступая, бежали оба Зэм. Они немного отставали. Вдруг краем глаза Михей уловил еще одно движение. Прямо за мистиком листву одного из деревьев взрезала клешня Ловчего. «Вот почему они так быстро догоняют» с досадой подумал Михей. Боевой механизм наверняка управлялся преследователями. Мешкать было нельзя. – Все налево! Справа Ловчий! – Крикнул Михей и сменил направление. Он не видел, как мистик выдал пять фантомов, а жрец разрядом молнии сбил наездника с Ловчего. Не видел, потому что его догонял второй ловчий. Михей и преследователь выскочили на относительно открытый участок леса. Доли секунды хватило лучнику, чтобы разглядеть на механизме худощавого эльфа-айринца. Только эти щеголи одевались в лесную чащу, как на бал. «Ладно, станцуем» холодно подумал Михей. Ледяной поток, льющийся от эльфа, он прервал инвизом. За пару секунд сообразив, что его оппонент ледяной маг, Михей выбросил горсть шариков под лапы Ловчего. Первой стрелой он отравил айринца, но второй выстрел ему сделать не дали. Маг сшиб лучника кометой и сдвигом ушел из зоны обстрела. В этом был только один плюс. Маг был не в седле. Но Михей ошибся. Ловчий продолжал охотиться на него. Вместе с магом. А не застыл, как большинство механизмов, лишившись управления. На опушку вылетел еще один лучник. На гончей. И витязь на носороге. «Совсем дело дрянь» подумал разведчик. Витязь на полном скаку лихо соскочил со своего «коня» и по инерции, не метясь, огромной двуручной палицей попробовал достать Михея. Шипастая «голова» просвистела в паре сантиметров. Отпрыгнув назад, Михей поскользнулся на наколдованном магом льду. Упал. Перекатился. Тут к бою присоединился огромный орк со сломанными клыками и накачанными боевой яростью глазами. Ломая ветви своим чоппером, он влетел в гущу боя. Сразу стало тесно. – Уааарр!!! - грозно орал орк, размахивая двуручным мечом. – Школьник, отрежь ему путь! – Верещал маг лучнику. – Аграх! – В очередной раз промахнулся витязь, и, едва устояв на ногах, лихо перенес вес тела, чтобы замахнуться вновь. Михей сделал два шага в сторону чащи и попал в силки, брошенные Школьником. Орк подлетел немедленно и, нависнув над лигийцем, прижал «добычу» двуручем к земле. – Прикончить мерзавца, Лоурент? – Спросил Школьник. – Не надо. Вяжите его. – Брезгливо сморщившись сказал маг и погладил левую ногу. Видимо, пытался унять боль. Просмотреть полную запись
  10. Заброшенный аллод Старый лучник Михей почти не чувствовал рук. Они были скручены за спиной так, что не ясно было где пальцы, а где веревки. Он с бессильной ненавистью посмотрел на эльфиского колдуна. Худощавый, с утомленным выражением лица айринец не смотрел на пленника. Он рассуждал, ничуть не думая о каких-то там руках. – Бабло давно победило зло. А вместе с ним любовь, ярость, отвагу. Эльф неспешно, прихрамывая на левую ногу, прошелся по каменному полу тюремной камеры. Его шаги глухим эхом тонули в сумраке. – Кому сейчас нужна воля? Там ветер и дождь. Нет теплых магазинов и красивых женщин. Зачем тебе воля, лучник? Айринец прямо посмотрел на Михея. В его золотых глазах плясала плохо скрываемая злость. – Как это у вас лукаво выходит. – С трудом ворочая языком, сказал плененный. – Оболгав людей и украв у них небо, вы искренне думаете, что им достанет комфортной жизни? И за это регулярно собираете дань со всех вассалов и колоний. Вы обычные паразиты и не… Глыба льда выросла за секунды, и Михей застыл сверкающей снежной фигурой. – Сможете сдержать стремления людей. – Закончил за обледеневшего лигийца айринец – Идиот! Жить надоело? Поразмысли пока. Коротким взмахом руки он сотворил напротив Михея отполированную до зеркального отражения ледяную стену. Лучник увидел себя — избитого, заиндевевшего, жалкого. В стальных глазах отчаяние, смешанное со страхом. «Помоги мне, защитник Хос! – взмолился лигиец, чувствуя подступающий к жилам холод, – если я выживу, обязательно вернусь к ней». *** Аллод казался заброшенным. Михей спрыгнул на заросшую густой травой посадочную площадку и прислушался. Вдали шумел водопад. Вблизи — ни звука. Видимо, когда он швартовал свой корабль с многозначительным именем «Алмазный», распугал местную фауну. Сделав два шага, старый лучник почувствовал… Хм, не определить. Опасность? Нет. Скорее, чье-то внимание. Словно кто-то глазел на него из невидимого укрытия. – Кто здесь? – на общем языке крикнул он. Чаща, холм близ нее и мелководная речушка перед глазами безмолвствовали. Прошептав наговор, Михей погрузил свое внимание в орлиный взор. Теперь он видел часть леса, посадочную площадку и корабль как бы сверху. А за холмом он не без труда различил две неясные тени, скрывающиеся в разросшемся кустарнике. Выяснив направление, старый лучник вернул свое внимание «домой». Легко перепрыгивая через рытвины и поваленные стволы, он двинулся к таинственным незнакомцам. «Если они молчат, значит, либо враги, либо животные» на ходу размышлял он. «Или слишком слабы, чтобы нести какую-то угрозу». Михей вытянул сонную стрелу. «Надо бы выяснить». Первого незнакомца он увидел спустя минуту. В тени деревьев слева лязгнули две механические руки. Сверкнул зелено-белый череп. «Черт! Зэм?» Стрела с вибрирующим свистом ушла в сайву, вполногтя от иссиня-черного плеча человека Зэм. Второй прыгнул справа. Его клешня сдавила лук. Свободной рукой Зэм ударил Михея в скулу с такой силой, что лучник свалился на бок. Однако оружия не выпустил. «Ничего себе, слабачки» подумал Михей. Нащупал в подсумке мешочек с призрачной пылью и машинальным движением распылил облако вокруг себя. Откатившись на метр в сторону, Михей сквозь туман видел, как зэм, шумно пыхтя, ищет его. – Крусг! Эй, Крусг! Он где-то рядом! – заорал Зэм на своем языке. Его спутник, не менее шумно, протопал в полуметре от Михея. Был страшный соблазн сбить его с ног, но старый лучник удержался. Нужно, чтобы они оба были на линии огня, тогда можно одной стрелой усыпить обеих. – Где? Я включил маяк, на всякий случай — ответил второй. По шуму голосов и шороху кустов Михей догадался, что оба незнакомца совсем рядом друг с другом. Напряженно всматриваясь в медленно оседающий туман, Михей различил их в пяти метрах. Они крутили своими бело-зелеными черепами, вращая окулярами на все 360 градусов. Нет, они его не видели. Беззвучно сместившись влево, он вложил стрелу и привычным движением выпустил ее. Звук ядреного эфира, треугольным облаком расходящегося от стрелы, только насторожил зэм. Большего имперцы не успели. Упали они не менее шумно. Так же, как ходили. Зэм с черно-синими плечами повалился ничком, второй, с руками кувалдами, — на правый бок. Второго Михей мысленно нарек «здоровяк». Для людей Зэм он был слишком большим. Связывая пленников шипованной нитью, Михей размышлял — что тут могут делать два имперца. В этой части заброшенного астрала Михей давно не встречал ни лигийцев, ни аэдов, ни прайденов. И как они сюда попали? Ведь к посадочной площадке пришвартован «Алмазный». Или тут есть вторая посадочная площадка? Или джунские руины с прямым переходом? И о каком маяке они болтали? Звук шагов он услышал в последний миг. Резкий ток воздуха сзади. Удар. Свет померк. *** Сознание возвращалось медленно. Через тупую ноющую боль в затылке. Через придушенные голоса, растянутые в длинные предложения. И вдруг... Все стало чётко и ясно. – Мы не убийцы — говорил знакомый голос «здоровяка» – этот лигиец вряд ли знает, кто мы такие. – Крусг, лучник не хотел тебя убивать. – прозвучал странный мяукающий голос – А только усыпить. Я сам так часто делал… э-э с некоторыми жертвами. Михей немного ошалел от догадки. Такой бархатный акцент был только у одной расы — гибби. Но что эту троицу связывает с имперцами? – Вы не попадали в лапы к айринцам — зло прошептал голос того самого Крусга — эти интриганы в пытках знают толк. Кто мне гарантирует, что лигиец не от них? Мяукающий голос продолжал убеждать: – Я оглядел его корабль. Там запасов еды на 4-5 переходов. Щиты стоят слабенькие. В штурмующий астрал наш знакомый точно не собирался. Обычный охотник-одиночка. – Тогда что с ним делать? – спросил Крусг «Пора мне уже заявится, — подумал Михей — а то решат без меня.» – Неплохо бы поесть для начала и познакомиться — вполголоса сказал он, вставая и кряхтя. Руки были слабо затянуты наручниками. Он упер взгляд в троицу гибби и безошибочно определил — разведчик-комботант. Два сбалансированных сверкающих кинжала, легкий арбалет с ручкой-палицей, набор подсумков с пылью и шариками. Гибби осклабился в три рта. – Тирс-Грис-Готис, разведчик — представился он и шуточно поклонился всей семьей. Он подошел и ловко расстегнул наручники. – Жук-17, целитель — помахал рукой «здоровяк». Он был одет в походный мундир Зэм с нашивками лейтенанта. Череп был немного деформирован от молодецкого удара булавой. А глаза... Черт их разберешь, что таится в глубине глаз людей Зэм. Могильный холод? Мудрость? Тоска по неизведанному миру? – Крусг, мистик — сказал последний знакомый, разглядывая лучника тяжелым взглядом. Он был одет попроще — в походный китель Империи. Нашивки рядового, подсказывали, что в Сарнауте этот Зэм недавно. Михея привлекла только странная отметина на открытом левом плече. Тонкий шрам с изумрудным отливом. Такие «награды» раздавали только в одном месте — в пещерах Хозяйки Медной горы. – Меня зовут Михей. Что я умею, думаю, вы уже поняли. Гибби ехидно засмеялся, когда лучник, морщась, почесал затылок. Михей улыбнулся в ответ. У лигийцев не принято дуться по пустякам. – Коллега, я кое-что прихватил на вашем корабле. Вы же не против? – Нет. Это ведь уже произошло. Вяленая свинина и бутерброды с сыром уже порядком надоели Михею. Но деваться было некуда. Его угощали его же едой. Правда, гибби достал еще мех с вином. И беседа, с первой и единственной кружкой, которая пошла по кругу, потекла более непринужденно. Если не считать первые пару вопросов. – Что ты тут делаешь? – спросил Крусг. Разведчик почувствовал ментальный всплеск. Мистик очень топорно лез к нему в голову, ожидая, видимо, лжи. Но Михею нечего было скрывать. – Я тут случайно. Увидел пустой аллод. Хотел набрать пресной воды, подстрелить какую-нибудь живность. Но больше всего мне хотелось смыть всю астральную пыль, что я собрал за три дня переходов. – Да, водопад тут шикарный – отметил гибби. – Не болтал бы ты про водопад — недовольно процедил Жук-17. Он передал эмалированную кружку со звездой Империи на боку Крусгу. – А что там? — невинно тараща глаза спросил Михей. – Вода. Чистая и холодная. – Улыбаясь пояснил Тирс, принял кружку руками Готиса и лихо перевернул, умело расплескав по трем глоткам. – Гибби, помолчи! – завопил мистик. Михей взял от мохнатого коллеги кружку, наполнил ее красным вином и, медленно смакуя, выпил. Вино было легким и сладким. От него приятно зашумело в голове. – Зачем делать секрет из водопада? – рассеяно заметил лучник. – Да, и зачем делать тайну из того, что ты раб? – парировал гибби. Люди Зэм молчали, угрюмо переглядываясь. – Что ты хочешь сказать? Я себя рабом не чувствую — холодно заметил Михей. – Невидимые тюрьма и кандалы — лучше не придумаешь — грустно сказал Жук-17. Михей оглядел всех и с усмешкой сказал: – Тут что ни аллод — загадка. То жирный тролль кучку жаб сторожит, думая, что одна из них его суженная. То старый джин запутался, выполняя желания. То волк с лисой за прорубь не на жизнь, а на смерть бьются. И вы туда же? Новые знакомые молча смотрели на лучника. Было в их взгляде недоумение и понимание. Словно они вдруг осознали что-то важное. – Лигиец прав — глухо сказал Крусг — надо все рассказать. – А я о чем толкую? – поддержал гибби. – Скрывая эту тайну, мы льем воду на мельницу айринцам и их хозяевам. – Айринцам? – переспросил лучник. Гибби со странной улыбкой взглянул на Михея. – Я вижу, ты не новичок в Сарнауте. Знаешь, кто такие Скракан, Тенсес, Незеб, Смеяна, Нихаз, Архитекторы и прочие? Михей кивнул. – Так же ты знаешь, что когда-то Сарнаут был единым живым и огромным миром? – Да. До тех пор, пока Тенсес и Нихаз не рассорили конклав Великих магов окончательно. Это и школьнику известно. – А если я тебе скажу, что нам известно, как вновь собрать мир в единый и живой организм. Поверишь? – Нет. Как можно собрать миллиарды осколков? Невозможно! – Я тоже так думал — поддержал гибби Жук-17. — Но неделю назад в рудниках Хозяйки Медной горы мы нашли это. — Зэм дал Михею обветшалый дневник с танцующей эльфийкой на обложке. Лучник не спеша положил его на колени. – В нем некий Лоурент, – продолжил целитель – утверждает, что нашел первый город людей Зэм. Город, который с помощью магических механизмов удерживал весь Сарнаут в единстве. – А Нихаз и Тенсес разрушили эти связи? – Нет. – нетерпеливо сказал гибберлинг. — Они закончили начатое, ослепленные гордыней. Мир был расколот специально, чтобы подчинить многочисленных князьков. Разделяй и властвуй! Слышал такой девиз? – Кто же «владеет» Сарнаутом? – Шша – сказал Крусг. – Шша? Что это? – На другой стороне астрального клубка есть страна. – объяснил гибби. – Она расположена на едином аллоде-континенте. Там живут существа с телом змеи и головой льва. Их главное оружие — ложь. С ее помощью они взяли власть над Сарнаутом в свои руки. Ты каждый месяц отдаешь им дань, хотя думаешь, что делаешь взнос в строительство новых городов на Сарнауте. Михей взял протянутую Готисом кружку, наполненную до краев вином. – Мы ежемесячно платим взнос на строительство имперского флота — криво усмехнувшись сказал Жук-17. Лучник в три глотка выпил вино и медленно передал кружку Крусгу. – Слишком похоже на бред — прищурившись, сказал Михей. – Бред! – Гибберлинги аж подпрыгнули. Подбежав к лучнику и перелистнув несколько страниц дневника, мохнатая лапа ткнула заскорузлым пальцем в старинную иллюстрацию. Лучник вгляделся и не поверил глазам. На картинке был заброшенный аллод. Посадочная площадка и лес. Воспроизведено все было со скрупулезной точностью. Гибби, наблюдая за лучником, перелистнул страницу. – Вот водопад. За ним вход в катакомбы Зэм. Как утверждает Лоурент, в этих лабиринтах есть прямой портал в город Зэм. – Вы там были? – Спросил лучник. – Мы видели водопад и запечатанную дверь. Ключ должен быть на этом аллоде. Вот тут. Гибби перелистнул еще несколько страниц и показал на могильный склеп чудовищных размеров. Его верхушка терялась в облаках. Многовековая чаща у его подножья стелилась зеленой травкой. Михей отдал кружку целителю и, взвешивая каждое слово, сказал: – В откровениях Тка-Рика сказано, что Сарнаут был разрушен из-за вторжения демонов. Ни о каком Шша там не слова. – Приятно беседовать с эрудитом — жутко ухмыльнувшись, отметил Жук-17 — Сейчас ты скажешь, что Джунские врата были запечатаны, благодаря объединенным усилиям Империи и Лиги. – Именно. Угрозы вторжения демонов нет. – Демоны лишь исполнители — пробурчал Крусг — как айринцы и хадаганцы. Первые следят за территориями Лиги, вторые — Империи. Это нити управления, своды законов, административный аппарат, подчиненные Шша. Но не это важно. Сарнаут расколот, а значит, слаб перед любой крупной державой. Только этого факта было бы достаточно, чтобы начать объединение. Но о слабости Сарнаута отлично осведомлены и враги. Они пользуются этим, умело взращивая страхи за подданных в головах Яскера и Айденуса. Гибби продолжил тираду Зэм: – Правители знают, что противостоять могущественной стране Шша даже объединенный Сарнаут не в состоянии. А уж сейчас, когда элиты Сарнаута предпочитают работать на хозяев... Поэтому покорно платят, обманывая свои народы, чтобы избежать кровопролития. – Как же поможет город Зэм? – Тебе известно, у астрала две стороны – отхлебывая из кружки, продолжил беседу целитель. — Творческая и разрушительная. В творческую стадию и был основан город Зэм. У нашей расы есть легенда про магнитный мегаполис в Глубинном астрале. В дневнике описывается наверняка он. Мне неизвестно, как действует механизм города. Я не знаю, сумеет ли он вновь соткать Сарнаут. Но, глубоко в душе, я уверен — моя родина, мой город существуют. И верные сыны найдут свой дом. Восставшие еще не сказали последнего слова. Впервые лучник так близко увидел глаза Зэм. Глаза, в которых холодным зеленым огнем горела вера. Восставшие всегда считались немного не от мира сего. Попусту, как гибби, они не болтали, страстям, как эльфы, были не подвержены, а грубую силу орков и вовсе презирали. Заглянув в чистилище, они словно остались там, какой-то частью себя, предпочитая разум и науку вере в фарт. Но сейчас Михей увидел не только страсть и яростную веру. В глазах Зэм отразилось твердая решимость, которая, возможно, когда-то заставила отступить саму Смерть. – Теперь мне ясно — задумчиво сказал лучник. – Что? – Немедленно спросил гибби. – Что вас объединяет. Крусг неожиданно захохотал. – Каков фрукт — с понимающей улыбкой отметил целитель. — Думает в несколько логических рядов. Михею похвала Зэм была приятна, но затея новых знакомых его пугала. Наверняка у этой тайны есть могущественные защитники. Идти против неведомой силы было не в правилах старого лучника. Но, с другой стороны, новые приключения обещали новые награды. – На какую добычу вы рассчитываете? – Спросил он. – Механизмы Зэм работают на эмбриуме — сразу ответил Готис. – Лоурент пишет, что в городе сокрыт секрет бессмертия — добавил Жук-17. Крусг потянулся за мехом с вином и разочарованно потряс его. Там было пусто. – Думаю, пора поспать. Михей огляделся. Он и не заметил, как тихо подкрался вечер. Лес вокруг стал темным и непроницаемо таинственным. – И поразмыслить, стоит ли ввязывается в эту авантюру — резюмировал он. – Лучник, мы не настаиваем — зевая, сказал гибби. — Справимся сами. Я бы не оказался от пары сотен килограмм эмбры. И, уютно свернувшись всем ростком, гибби почти сразу всей троицей засопели. Лучник подкинул дров и растянулся у дрожащего огня. Он думал о прошедшем разговоре, о городе Зэм, об «Алмазном», о любимой жене. «Стоит ли игра свеч?» спрашивал он себя. И не находил ответа. Зэм еще долго шептались, помешивая угли с другой стороны кострища. Михей не заметил, как уснул. Проснулся он от прикосновения. – Михей, вставай. Мы не одни. — прошептал гибби, приблизив одну из мохнатых мордочек к его лицу. Лучник открыл глаза и вслушался. Кто-то, не таясь, пёр через лес. Переговариваясь и ломая ветви. Не меньше десятка существ. И они приближались. Слишком быстро. Зэм уже встали и спешно собирали вещи в ранцы. Астрал рождал новый день. Он осветился изнутри синим и розовым светом. Утро поднималось хрустально-свежее. Готис приложил палец к губам и знаками показал всем двинуться в гущу леса, с пути неожиданных визитеров. Но его усилия оказались напрасными. Михей услышал знакомый звук заклинания — клекот орла смешанный с выдохом рунического символа. «Орлиный взор. Сейчас нас обнаружат» только успел подумать Михей, крепя лук к корпусу. Словно угадав его мысли в чаще леса послышалось на общем языке: – На юго-западе! Четверо! – А, черт! Ходу! – Лязгнул челюстями Жук-17. И они помчались. Быстрее всех бежал, конечно же, гибби. Делая уморительные кульбиты, троица, несмотря на свои короткие ноги, легко вырвалась вперед. Михей только и успевал замечать мелькающую в листве семейку. Нетрудно было догадаться – Готис вел их к водопаду. Справа, тяжело и широко ступая, бежали оба Зэм. Они немного отставали. Вдруг краем глаза Михей уловил еще одно движение. Прямо за мистиком листву одного из деревьев взрезала клешня Ловчего. «Вот почему они так быстро догоняют» с досадой подумал Михей. Боевой механизм наверняка управлялся преследователями. Мешкать было нельзя. – Все налево! Справа Ловчий! – Крикнул Михей и сменил направление. Он не видел, как мистик выдал пять фантомов, а жрец разрядом молнии сбил наездника с Ловчего. Не видел, потому что его догонял второй ловчий. Михей и преследователь выскочили на относительно открытый участок леса. Доли секунды хватило лучнику, чтобы разглядеть на механизме худощавого эльфа-айринца. Только эти щеголи одевались в лесную чащу, как на бал. «Ладно, станцуем» холодно подумал Михей. Ледяной поток, льющийся от эльфа, он прервал инвизом. За пару секунд сообразив, что его оппонент ледяной маг, Михей выбросил горсть шариков под лапы Ловчего. Первой стрелой он отравил айринца, но второй выстрел ему сделать не дали. Маг сшиб лучника кометой и сдвигом ушел из зоны обстрела. В этом был только один плюс. Маг был не в седле. Но Михей ошибся. Ловчий продолжал охотиться на него. Вместе с магом. А не застыл, как большинство механизмов, лишившись управления. На опушку вылетел еще один лучник. На гончей. И витязь на носороге. «Совсем дело дрянь» подумал разведчик. Витязь на полном скаку лихо соскочил со своего «коня» и по инерции, не метясь, огромной двуручной палицей попробовал достать Михея. Шипастая «голова» просвистела в паре сантиметров. Отпрыгнув назад, Михей поскользнулся на наколдованном магом льду. Упал. Перекатился. Тут к бою присоединился огромный орк со сломанными клыками и накачанными боевой яростью глазами. Ломая ветви своим чоппером, он влетел в гущу боя. Сразу стало тесно. – Уааарр!!! - грозно орал орк, размахивая двуручным мечом. – Школьник, отрежь ему путь! – Верещал маг лучнику. – Аграх! – В очередной раз промахнулся витязь, и, едва устояв на ногах, лихо перенес вес тела, чтобы замахнуться вновь. Михей сделал два шага в сторону чащи и попал в силки, брошенные Школьником. Орк подлетел немедленно и, нависнув над лигийцем, прижал «добычу» двуручем к земле. – Прикончить мерзавца, Лоурент? – Спросил Школьник. – Не надо. Вяжите его. – Брезгливо сморщившись сказал маг и погладил левую ногу. Видимо, пытался унять боль.