Вит721

User
  • Content Count

    9
  • Joined

  • Last visited

Recent Profile Visitors

The recent visitors block is disabled and is not being shown to other users.

  1. Некоторое время Ку смотрел, как чиновник скребется в луже своей крови и жалобно причитает, как ни в чем не бывало, спросил: — Что дальше? Бьянка сосредоточенно молчала. — Мерзавцам очень везет. Даже слишком. Та-ак. Что нам известно? — принялась вслух рассуждать фаворитка, — Четверка сепаратистов завладела доказательством существования магнитного города. Мы знаем, что они попытаются проникнуть туда. Чтобы это сделать – нужно собрать жезл Фиреза. Но мы не знаем, как его собрать. Возможно, Лоурент раскрыл эту загадку… А-а, черт. Ясно, что они направились в Бушующий. Но куда? — Может, нам нужно потрясти авиаков? Ведь у них останавливались беглецы, — осторожно предложил Ку. Бьянка впервые за долгое время облегченно вздохнула. — Точно. Нанесем им визит. Никто не выдержит палача-мистика. *** Белка смотрела на Готиса наполненными кровью глазами. Зрелище жуткое, но комботант был не из пугливых. — Уважаемые дамы, — обратился гибби к друидке и некомантке — Мы не желаем вам зла. Прибыли просто прочесать Землю Тысячи Крыльев. Будем рады, если вы присоединитесь к нам. — Добыча пополам, — поддакнул Михей «Дамы» переглянулись. Нет, они не были настроены на драку. Это обнадеживало. — У нас на корабле изрядные запасы сушеных фруктов из джунглей Ирдриха, — продолжал уговаривать Готис, — не откажут ли нам в совместной трапезе столь прекрасные девы? — У котика язык подвешен, — хихикнула друидка. Некромантка тоже одобрительно хмыкнула, затем, глядя на Жука черными, как ночь глазами, спросила: — Как это возможно: гибби, зэм и лигийский лучник в одной компании? Готис заулыбался в три рта и ответил: — Мы обо всем вам расскажем за мирным завтраком. Ну же. Соглашайтесь, принцессы. Видимо, любопытство все же взяло свое и друида, не слишком грозно, предупредила: — Надеюсь, мне не придется спускать с цепи свою зверушку. Она давно не кушала. — Моему и кушать не надо, — намекнула некромантка, — он и так готов головы сносить, если что. — Я не сомневаюсь в вашей компетентности и кровожадном характере, — продолжал трещать гибби, — Но прошу на борт. Михей, что ты стоишь столбом? Дай дамам пройти. Прошу. Прошу. Жук, ну сделай лицо попроще. Готис, Тирс и Гирс расшаркивались, неуклюже исполняли книксены и вообще вели себя как пораженный в голову стрелой Амура кот. Михей заметил взгляд зеленых глаз друидки и отчего-то тоже заулыбался как идиот. — Какая прекрасная белочка, — проблеял он, — что она любит? — В основном, человечину — улыбаясь, сказала друидка. — Как мило. Меня зовут Михей. — Элеонора Тамбовская. — Какое прекрасное имя, — вскричал гибби. — А вас, Ваше Темнейшество? — Багира. — О-о. Держите меня семеро. Такие имена под стать, — заорал гибби, — Мы Тирс-Гирс-Готис. Это Жук 17. А это наш корабль «Алмазный». Кают кампания наверху. Проходите. Стол гибберлинги накрыли быстро и умело. Михей вытащил изрядную четверть запасов из закромов и даже нашел старый аккордеон. Готис считал, что гостей нужно поразить роскошью и тягой к искусству. Гибби каким-то образом удалось убедить жреца надеть венок. Тирс считал, что зэм не слишком чарующ. Но самым удивительным фактом было то, что гибби наступили на горло собственной жадности и откупорили единственный на корабле бочонок наливки от вождя Брагга. Дамы вели себя немного скованно, но когда стол был накрыт, стало ясно, почему они согласились. Обе были изрядно голодны и несмотря на то, что старались держать марку, по их глазам было видно, что не ели они, как минимум, пару дней. После первой кружки наливки подобие благочестивой трапезы в кают-кампании корабля стало исчезать. После второй — гибби мурлыкал какой-то пошлый анекдот, поглаживая руку друидки мохнатой лапкой, после третьей очнулся Зэм и, глядя в черные глаза, некромантки рассказал жуткую историю про эльфику, влюбившуюся в человека Зэм и возжелавшая, чтобы стать вровень с любимым, самой лишиться жизни. — Смерть и любовь. Тьма и свет, — напыщенно сказал гибби. — Вечно у этих Зэм, не как у людей, — надув губки, сказала Элеонора. — Да. И на вопрос наш так до сих пор ответа нет, — подчеркнула Багира. — Мы ищем магнитный город Чингирь, — сказал Михей, — Слышали о таком? Хмель слетел с лица некромантки. — Значит, это правда, — прошептала она. — Мирабелла нам не врала, — глядя на Багиру, кивнула друидка. — Мне кажется, вам пора объяснится. Как вы оказались на острове? Без корабля. Без припасов. Дамы переглянулись. Вздохнули. — Я расскажу? — спросила Тамбовская. Некромантка едва заметно кивнула. — Нас было трое. Кроме меня и Багиры, еще Мирабелла, маг высшей ступени. С недавних пор, она подхватила где-то идею о существовании магнитного города. Какой-то эльф, Лоуренций или Лорентай рассказал ей, в пьяном угаре… — Лоурент, — поправил Михей. — Да. Возможно, так. В библиотеке Смеяны она отыскал информацию о порталах на Землю Тысячи Крыльев и Лумисаар, раздобыла активатор. Убедила нас слетать в это приключение. Но два дня назад, в бою с Арейсией, мы проиграли. Мирабелла мертва. Лежит под лапами дракона. Из-за того, что активатор остался у нее, мы не можем вернуться, как, впрочем, и дать новый бой Арейсии. — Мы и втроем-то с ней справиться не смогли, — заметила Багира, — поэтому пришлось выбрать скудный и малопитательный рацион. Некоторое время над столом висело молчание. — Вы не представляете, в какую опасную игру вы ввязались, — глухо заметил Жук. — Из-за этой тайны погиб наш друг, — грустно сказал Тирс. — По крайней мере, у нас сейчас есть две причины одолеть Арейсию, — хмыкнул лучник, — награда и активатор. — Нужно изучить тактику, — сказал Жук 17, — Расскажете? — Да, конечно, — сказала Багира, — Мы этого дракона давно хотим разделать на жаркое. — Только, чур, на трезвую голову, — вскричал Готис. Просмотреть полную запись
  2. Некоторое время Ку смотрел, как чиновник скребется в луже своей крови и жалобно причитает, как ни в чем не бывало, спросил: — Что дальше? Бьянка сосредоточенно молчала. — Мерзавцам очень везет. Даже слишком. Та-ак. Что нам известно? — принялась вслух рассуждать фаворитка, — Четверка сепаратистов завладела доказательством существования магнитного города. Мы знаем, что они попытаются проникнуть туда. Чтобы это сделать – нужно собрать жезл Фиреза. Но мы не знаем, как его собрать. Возможно, Лоурент раскрыл эту загадку… А-а, черт. Ясно, что они направились в Бушующий. Но куда? — Может, нам нужно потрясти авиаков? Ведь у них останавливались беглецы, — осторожно предложил Ку. Бьянка впервые за долгое время облегченно вздохнула. — Точно. Нанесем им визит. Никто не выдержит палача-мистика. *** Белка смотрела на Готиса наполненными кровью глазами. Зрелище жуткое, но комботант был не из пугливых. — Уважаемые дамы, — обратился гибби к друидке и некомантке — Мы не желаем вам зла. Прибыли просто прочесать Землю Тысячи Крыльев. Будем рады, если вы присоединитесь к нам. — Добыча пополам, — поддакнул Михей «Дамы» переглянулись. Нет, они не были настроены на драку. Это обнадеживало. — У нас на корабле изрядные запасы сушеных фруктов из джунглей Ирдриха, — продолжал уговаривать Готис, — не откажут ли нам в совместной трапезе столь прекрасные девы? — У котика язык подвешен, — хихикнула друидка. Некромантка тоже одобрительно хмыкнула, затем, глядя на Жука черными, как ночь глазами, спросила: — Как это возможно: гибби, зэм и лигийский лучник в одной компании? Готис заулыбался в три рта и ответил: — Мы обо всем вам расскажем за мирным завтраком. Ну же. Соглашайтесь, принцессы. Видимо, любопытство все же взяло свое и друида, не слишком грозно, предупредила: — Надеюсь, мне не придется спускать с цепи свою зверушку. Она давно не кушала. — Моему и кушать не надо, — намекнула некромантка, — он и так готов головы сносить, если что. — Я не сомневаюсь в вашей компетентности и кровожадном характере, — продолжал трещать гибби, — Но прошу на борт. Михей, что ты стоишь столбом? Дай дамам пройти. Прошу. Прошу. Жук, ну сделай лицо попроще. Готис, Тирс и Гирс расшаркивались, неуклюже исполняли книксены и вообще вели себя как пораженный в голову стрелой Амура кот. Михей заметил взгляд зеленых глаз друидки и отчего-то тоже заулыбался как идиот. — Какая прекрасная белочка, — проблеял он, — что она любит? — В основном, человечину — улыбаясь, сказала друидка. — Как мило. Меня зовут Михей. — Элеонора Тамбовская. — Какое прекрасное имя, — вскричал гибби. — А вас, Ваше Темнейшество? — Багира. — О-о. Держите меня семеро. Такие имена под стать, — заорал гибби, — Мы Тирс-Гирс-Готис. Это Жук 17. А это наш корабль «Алмазный». Кают кампания наверху. Проходите. Стол гибберлинги накрыли быстро и умело. Михей вытащил изрядную четверть запасов из закромов и даже нашел старый аккордеон. Готис считал, что гостей нужно поразить роскошью и тягой к искусству. Гибби каким-то образом удалось убедить жреца надеть венок. Тирс считал, что зэм не слишком чарующ. Но самым удивительным фактом было то, что гибби наступили на горло собственной жадности и откупорили единственный на корабле бочонок наливки от вождя Брагга. Дамы вели себя немного скованно, но когда стол был накрыт, стало ясно, почему они согласились. Обе были изрядно голодны и несмотря на то, что старались держать марку, по их глазам было видно, что не ели они, как минимум, пару дней. После первой кружки наливки подобие благочестивой трапезы в кают-кампании корабля стало исчезать. После второй — гибби мурлыкал какой-то пошлый анекдот, поглаживая руку друидки мохнатой лапкой, после третьей очнулся Зэм и, глядя в черные глаза, некромантки рассказал жуткую историю про эльфику, влюбившуюся в человека Зэм и возжелавшая, чтобы стать вровень с любимым, самой лишиться жизни. — Смерть и любовь. Тьма и свет, — напыщенно сказал гибби. — Вечно у этих Зэм, не как у людей, — надув губки, сказала Элеонора. — Да. И на вопрос наш так до сих пор ответа нет, — подчеркнула Багира. — Мы ищем магнитный город Чингирь, — сказал Михей, — Слышали о таком? Хмель слетел с лица некромантки. — Значит, это правда, — прошептала она. — Мирабелла нам не врала, — глядя на Багиру, кивнула друидка. — Мне кажется, вам пора объяснится. Как вы оказались на острове? Без корабля. Без припасов. Дамы переглянулись. Вздохнули. — Я расскажу? — спросила Тамбовская. Некромантка едва заметно кивнула. — Нас было трое. Кроме меня и Багиры, еще Мирабелла, маг высшей ступени. С недавних пор, она подхватила где-то идею о существовании магнитного города. Какой-то эльф, Лоуренций или Лорентай рассказал ей, в пьяном угаре… — Лоурент, — поправил Михей. — Да. Возможно, так. В библиотеке Смеяны она отыскал информацию о порталах на Землю Тысячи Крыльев и Лумисаар, раздобыла активатор. Убедила нас слетать в это приключение. Но два дня назад, в бою с Арейсией, мы проиграли. Мирабелла мертва. Лежит под лапами дракона. Из-за того, что активатор остался у нее, мы не можем вернуться, как, впрочем, и дать новый бой Арейсии. — Мы и втроем-то с ней справиться не смогли, — заметила Багира, — поэтому пришлось выбрать скудный и малопитательный рацион. Некоторое время над столом висело молчание. — Вы не представляете, в какую опасную игру вы ввязались, — глухо заметил Жук. — Из-за этой тайны погиб наш друг, — грустно сказал Тирс. — По крайней мере, у нас сейчас есть две причины одолеть Арейсию, — хмыкнул лучник, — награда и активатор. — Нужно изучить тактику, — сказал Жук 17, — Расскажете? — Да, конечно, — сказала Багира, — Мы этого дракона давно хотим разделать на жаркое. — Только, чур, на трезвую голову, — вскричал Готис.
  3. Стрелка, показывающая перезарядку астролябии, едва ползла. Гибби нервно постучал по лафету пушки. Зачем-то смахнул с нее несуществующую пыль и спросил: — Ну? — 20 минут еще — обескураженно отметил Михей. Жук-17 поднял задумчивый взгляд и спокойно сказал: — Не волнуйся, гибб, они не успеют уже никак. Если канцелярия порта в Новограде работает так же плохо, как в Империи, то мы скоро отправимся в Бушующий. — Напомни курс, который тебе посоветовал Брагга, — попросил Михей. — Ничего сложного. Прыжок к кладбищу. Дальше ныряем в левую червоточину. Там, правда, дежурит у выхода спрут. Но под инвизом должны проскочить. В центре хаба проход к аллоду Земли Тысячи Крыльев. — Кладбище. Налево и центральный. — повторил лучник — Только спрута лучше не злить. Идем на всех парах, на тапке и под инвизом, — дополнил человек Зэм. — Щит выдержит? — Вряд ли. — «окрылил» Жук. — Может поменять на другой? — Нет. Из ангара ни ногой. Ищейки фаворитки наверняка уже в порту. Если бы они выяснили номер ангара в канцелярии, давно были бы здесь. — Не пойму, в чем интерес Бьянки? Она ведь охраняет чужую тайну, — сказал Готис. — Мы же это обсуждали, — вздохнул Жук — ШША не нужен под боком объединенный Сарнаут. Если Чингирь будет доступен всем — власти паразитов придет конец. — Нет. Самой фаворитке какой резон? Она знает про Чингирь? — Наверняка знает, — сказал Зэм. — А какой резон Яскеру и Айденусу хранить чужие тайны? Тот же резон и у Бъянки. Страх. За себя. За близких. За более или менее упорядоченную жизнь. Страх перед неизвестным, наконец. — Может быть, они знают то, что не знаем мы, — осторожно сказал Михей — Может быть, Чингирь — город, который не должен быть открыт? Жук встал. Слишком резко для человека Зэм. В его глазах читалась холодная ненависть. Лучник понял, что Жук пойдет до конца. Чего бы это ему не стоило. И любые препятствия на пути к цели — Бъянку, Айденуса и его, Михея, он сметет, не задумываясь. — Чингирь — моя родина. Дом. - раздельно сказал Зэм — Магнитный город тысячи лет назад «держал» Сарнаут. Он опасен лишь для наших врагов и... трусов. Михей аж крякнул от такой честности. — Сколько там осталось? — деликатно «перевел» тему Тирс. Лучник бросил взгляд на астролябию. — Минута. Все по местам. Готовимся к прыжку. Михей встал за штурвал. Гибби побежали к сканеру, а Зэм поднялся к визору. Прыжок прошел благополучно. В дымке астрала Михей увидел плавающие обломки кораблей. — Налево, — сказал он себе, переключил тягу и заложил поворот. «Алмазный», с трудом набирая скорость, пошел к левой червоточине. Мелкие обломки кораблей встречающиеся на пути, лениво бились о невидимый заслон энергетических щитов и уходили к корме. Корабль уже взял полный ход, когда они входили в следующий хаб. Спрут был тут как тут. — Готис, инвиз и тапок! — заорал Жук-17. Монстр был слишком близко. Михей без труда мог разглядеть выпученные монохромные глаза гиганта и покрытые жесткой щетиной щупальца. — А-а-арррх!!! — заорало чудовище, словно удивляясь новому знакомству. Вокруг него появилось несколько мелких демонов и принялись выпускать заряды. Энергетический кокон от щитов лопнул с первого удара спрута. Со второго затрещал корпус. «Еще удар, максимум два, и нам конец.» —подумал Михей. — Дам разряд. Оглушу. — предложил Жук. — Давай, — ответил лучник. И тут «Алмазный» погрузился в призрачный инвиз и, спустя секунду, включился форсаж. Спрут разочарованно взвыл, сотрясая астрал своим негодованием. Михей подкрутил руль, направляя нос «Алмазного» в центральную червоточину. Промурлыкал правый щит, возвещая о своей готовности принимать любые удары. Гибби не сидел без дела. — Проскочили. Хыхыхы. Проскочили! — радостно возопил Жук. «Впервые слышу, как смеется Зэм», - подумал лучник. Сквозь стелющуюся дымку он увидел аллод Земли Тысяч Крыльев. Постепенно сбрасывая скорость, Михей осторожно притулил корабль поближе к острову. — Еще немного левее. Видишь площадку? — не без удовольствия командовал Жук. Прыжковая площадка работала исправно. Они поочередно приземлились на аллод. Огляделись. Перед ними лежал густой прилесок с торчащими остовами домов и какими-то руинами. Звенящая тишина острова напрягала. — Стоим, не двигаемся! — вдруг раздался резкий девичий голос, — Вы все на мушке. Из кустов показалась девушка-друид. Ее бешеная белка скалила зубы и пучила налитые кровью глаза. Справа показалась девушка в одеянии, которое могли носить только некроманты. Платье из крови, накидка из тьмы и шлем из костей. Её фамилиар стоял скособочившись, держа огромный двуручный меч. *** Бьянка наотмашь ударила работника канцелярии второй раз. — Обождите. Не надо. Обождите, — чиновник с лысой головой, на которой отчетливо читалось красное пятно, трусливо закрылся ладошками. — Что тебе не ясно? — с глухой яростью спросила Бъянка — Мы у тебя битый час хотим узнать номер ангара «Алмазного», а ты бумажки перебираешь. — Так недолго и того — на тот свет, — поддакнул капитан Ку. В одетом на имперский китель балахоне Лиги он выглядел смешно. — Номер? — грозно приближаясь, повторила фаворитка. — Но я не могу вам сказать без дозволения… Ку достал кривой ятаган. — Тридцать два, — чуть не плача, поскулил чиновник. — Прирежь скотину! — велела Бъянка. Ку коротким движением вонзил ятаган. Просмотреть полную запись
  4. Стрелка, показывающая перезарядку астролябии, едва ползла. Гибби нервно постучал по лафету пушки. Зачем-то смахнул с нее несуществующую пыль и спросил: — Ну? — 20 минут еще — обескураженно отметил Михей. Жук-17 поднял задумчивый взгляд и спокойно сказал: — Не волнуйся, гибб, они не успеют уже никак. Если канцелярия порта в Новограде работает так же плохо, как в Империи, то мы скоро отправимся в Бушующий. — Напомни курс, который тебе посоветовал Брагга, — попросил Михей. — Ничего сложного. Прыжок к кладбищу. Дальше ныряем в левую червоточину. Там, правда, дежурит у выхода спрут. Но под инвизом должны проскочить. В центре хаба проход к аллоду Земли Тысячи Крыльев. — Кладбище. Налево и центральный. — повторил лучник — Только спрута лучше не злить. Идем на всех парах, на тапке и под инвизом, — дополнил человек Зэм. — Щит выдержит? — Вряд ли. — «окрылил» Жук. — Может поменять на другой? — Нет. Из ангара ни ногой. Ищейки фаворитки наверняка уже в порту. Если бы они выяснили номер ангара в канцелярии, давно были бы здесь. — Не пойму, в чем интерес Бьянки? Она ведь охраняет чужую тайну, — сказал Готис. — Мы же это обсуждали, — вздохнул Жук — ШША не нужен под боком объединенный Сарнаут. Если Чингирь будет доступен всем — власти паразитов придет конец. — Нет. Самой фаворитке какой резон? Она знает про Чингирь? — Наверняка знает, — сказал Зэм. — А какой резон Яскеру и Айденусу хранить чужие тайны? Тот же резон и у Бъянки. Страх. За себя. За близких. За более или менее упорядоченную жизнь. Страх перед неизвестным, наконец. — Может быть, они знают то, что не знаем мы, — осторожно сказал Михей — Может быть, Чингирь — город, который не должен быть открыт? Жук встал. Слишком резко для человека Зэм. В его глазах читалась холодная ненависть. Лучник понял, что Жук пойдет до конца. Чего бы это ему не стоило. И любые препятствия на пути к цели — Бъянку, Айденуса и его, Михея, он сметет, не задумываясь. — Чингирь — моя родина. Дом. - раздельно сказал Зэм — Магнитный город тысячи лет назад «держал» Сарнаут. Он опасен лишь для наших врагов и... трусов. Михей аж крякнул от такой честности. — Сколько там осталось? — деликатно «перевел» тему Тирс. Лучник бросил взгляд на астролябию. — Минута. Все по местам. Готовимся к прыжку. Михей встал за штурвал. Гибби побежали к сканеру, а Зэм поднялся к визору. Прыжок прошел благополучно. В дымке астрала Михей увидел плавающие обломки кораблей. — Налево, — сказал он себе, переключил тягу и заложил поворот. «Алмазный», с трудом набирая скорость, пошел к левой червоточине. Мелкие обломки кораблей встречающиеся на пути, лениво бились о невидимый заслон энергетических щитов и уходили к корме. Корабль уже взял полный ход, когда они входили в следующий хаб. Спрут был тут как тут. — Готис, инвиз и тапок! — заорал Жук-17. Монстр был слишком близко. Михей без труда мог разглядеть выпученные монохромные глаза гиганта и покрытые жесткой щетиной щупальца. — А-а-арррх!!! — заорало чудовище, словно удивляясь новому знакомству. Вокруг него появилось несколько мелких демонов и принялись выпускать заряды. Энергетический кокон от щитов лопнул с первого удара спрута. Со второго затрещал корпус. «Еще удар, максимум два, и нам конец.» —подумал Михей. — Дам разряд. Оглушу. — предложил Жук. — Давай, — ответил лучник. И тут «Алмазный» погрузился в призрачный инвиз и, спустя секунду, включился форсаж. Спрут разочарованно взвыл, сотрясая астрал своим негодованием. Михей подкрутил руль, направляя нос «Алмазного» в центральную червоточину. Промурлыкал правый щит, возвещая о своей готовности принимать любые удары. Гибби не сидел без дела. — Проскочили. Хыхыхы. Проскочили! — радостно возопил Жук. «Впервые слышу, как смеется Зэм», - подумал лучник. Сквозь стелющуюся дымку он увидел аллод Земли Тысяч Крыльев. Постепенно сбрасывая скорость, Михей осторожно притулил корабль поближе к острову. — Еще немного левее. Видишь площадку? — не без удовольствия командовал Жук. Прыжковая площадка работала исправно. Они поочередно приземлились на аллод. Огляделись. Перед ними лежал густой прилесок с торчащими остовами домов и какими-то руинами. Звенящая тишина острова напрягала. — Стоим, не двигаемся! — вдруг раздался резкий девичий голос, — Вы все на мушке. Из кустов показалась девушка-друид. Ее бешеная белка скалила зубы и пучила налитые кровью глаза. Справа показалась девушка в одеянии, которое могли носить только некроманты. Платье из крови, накидка из тьмы и шлем из костей. Её фамилиар стоял скособочившись, держа огромный двуручный меч. *** Бьянка наотмашь ударила работника канцелярии второй раз. — Обождите. Не надо. Обождите, — чиновник с лысой головой, на которой отчетливо читалось красное пятно, трусливо закрылся ладошками. — Что тебе не ясно? — с глухой яростью спросила Бъянка — Мы у тебя битый час хотим узнать номер ангара «Алмазного», а ты бумажки перебираешь. — Так недолго и того — на тот свет, — поддакнул капитан Ку. В одетом на имперский китель балахоне Лиги он выглядел смешно. — Номер? — грозно приближаясь, повторила фаворитка. — Но я не могу вам сказать без дозволения… Ку достал кривой ятаган. — Тридцать два, — чуть не плача, поскулил чиновник. — Прирежь скотину! — велела Бъянка. Ку коротким движением вонзил ятаган.
  5. Жук-17 встретил их на пороге. — Мне уже сообщили — отрывисто сказал он — Как некстати. Гирс еще слишком слаб. Но впрочем… Помните план? — Поднимаемся к клетунам и разлетаемся — ответил Готис. — Нет. Мы летим разными маршрутами. Ты, Готис, возьмешь Гирса и двигаете по самому безопасному. Пепельная плешь — Бухта Рокота — Радужный атолл. Ты, Михей, через Плешь к Зубастому острову, потом на Скалу мертвеца и финиш — Радужный атолл. Я полечу через Барсучий остров. Помните главное. Нам нельзя попасть на Зеленый мыс. Там, как сказали авиаки, уже девять ястребов. Видимо, они копят силы, чтобы перекрыть все пути. Приблизительно через час все мы должны быть на Радужном аттоле. Оттуда на «Алмазном» уходим в Бушующий астрал. Пусть рыщут по изведанному. Жук после потери соратника стал очень сосредоточен и порой чересчур суров. Но спорить с ним было бессмысленно. План отхода они обсуждали летними ночами много раз и отточили его до совершенства. Два авиака, торгующие с чужаками на Зеленом мысу, регулярно снабжали их самыми свежими сведениями по приказу вождя Брагга Легкое крыло. Если бы не Гирс, они бы давно отправились на поиски артефактов, которые были необходимы для поиска ключа. Вождь Брагг был настолько любезен, что отдал карту какого-то старого астрального волка. С ее помощью попасть на землю Тысяч крыльев можно было за два перехода в Бушующем. Приключенцы вытащили на свет Божий Гирса. Поднялись к гонгу, который вызывал клетуна. Гибби отправились первыми, бережно придерживая перевязанного Гирса. Михей дождался своего клетуна и запрыгнул к нему на широкую спину. Ухватился за поводья и шепнул - «Пепельная плешь». Клетун мощно оттолкнулся четырьмя когтистыми лапами, сделал взмах крыльями, от которого Михея прижало к холке. За пару секунд деревня авиаков стала крошечным набором кукольных домиков внизу. Теплый воздух вмиг сменился холодным ветром. Клетун расправил крылья, планируя в восходящих потоках. Было в этом звере что-то добродушно могучее. Он наслаждался своим странным долгом. Отвезти незнакомца в пункт назначения и при этом продемонстрировать, как хорошо он это делает — приблизительно такими были мысли в голове клетуна.Михей улыбнулся и ласково похлопал «транспорт» по загривку. На Зубастом острове он пересел на другого клетуна. У этого был характер похуже. Он пару раз шарахнулся, когда лучник пытался взобраться на него. Лишь после окрика, клетун встал смирно. Стремительный взлёт. Парение. Разглядывая простирающиеся внизу озера и острова, Михей вдруг увидел три плохо различимых силуэта. Пришлось напрячь зрение, чтобы понять, что внизу на чопперах «Гордость Империи» были ястребы. Они двигались по направлению к Зеленому мысу. Михей прижался к холке птицы, чтобы его не заметили. Когда клетун спускался к Скале мертвеца, лучник увидел еще одну троицу ястребов. Но на этот раз они его заметили. Имперцы сразу стали палить из арбалетов. Один болт просвистел в полуметре от Михея. Второй с глухим стуком вонзился в грудь клетуна, третий навылет прошил его крыло. Птица протяжно крикнула и стала падать на площадку рядом с гонгом. «Как же мне повезло» – подумал Михей. Соскочив с раненного клетуна, он в два шага подбежал к гонгу, вызвал следующий «транспорт». Затем взвел подготовленный заранее сюрприз для преследователей. Все получилось, как в киношном боевике. Едва Михей запрыгнул на спину следующего, трусливо хлопающего крыльями клетуна, как на тропинке, ведущей к площадке, показалась троица ястребов. Лучник уже без труда мог различить их озлобленные лица и сверкающие легированной сталью наконечники болтов. Но на тропке сработала ловушка. Три разнонаправленных взрыва разбросали чопперы и преследователей в разные стороны. — Радужный атолл — шепнул лучник, холодно улыбаясь. Клетун оторвался от земли. Воспарил так высоко, что Михей с легкостью мог обозреть треть Ирдриха. Увидел он и еще две троицы имперцев. Одна шла от Зеленого мыса, другая от Ветреного взгорья. По тому, как хаотично двигаются преследователи, Михей понял, что ястребы не знают, где искать «добычу». Клетуны запутают любого. — Быстро соображают — не без иронии вслух сказал клетуну лучник, - но им все равно не успеть. Дальнейший полет прошел благополучно.Спрыгнув на землю Радужного атолла, Михей сразу увидел гибби. Гирс был с ростком. Он уже открыл глаза и даже улыбался, щеря мелкие белые зубки. — Ты видел имперцев? - спросил Готис. — Да. Три тройки. Быстро же они развернули поиск. — Три тройки — покачал головой Тирс — где Жук? Все сразу подняли голову к небу. Но хрустальное небо, залитое солнечным светом, было пустынно. — Гляди — сказал Готис — это ястреб? По ровной глади озера мчался чоппер. «Гордость Империи» шла с такой скоростью, что поднимала за собой небольшой водный ураган. Вглядевшись, Михей без труда узнал зеленоватую морду Жука. — Это наш. Жук-17 влетел на радужный атолл, подняв за собой вихрь песка и прибрежной гальки. — Прыгайте — крикнул он. Росток гибби немедленно взгромоздился на плечи человека Зэм. Михей поспешно залез на заднее сиденье, попутно отметив, что Жук весь в крови. — Ты ранен? – перекрывая шум взревевшего чоппера, спросил лучник — Нет. Это не моя кровь. До подготовленной астральной шлюпки они добрались за считанные минуты. Затем на утлом суденышке отправились к последнему пункту назначения. Михей уже различал в голубой дымке Острова Свободы покачивающийся в астральном потоке «Алмазный», когда слева показался стальной имперский корвет. Жук-17 прорычал какое-то ругательство. Готис оскалился. Тирс и Гирс обреченно вздохнули. Это была минута отчаяния. Корвет шел слишком быстро. Даже если бы они успели взобраться на «Алмазный», долететь до ближайшей червоточины было невозможно. — Прыгнем в ангар! — осенило Михея. Жук удивленно посмотрел на него. Готис отвесил оплеуху Тирсу. — Не ныть. — Сказал самый главный гибби, — Фарт снова с нами. *** Имперский корвет «Яростный орк» шёл к Острову свободы. — Ты их видишь — спросила Бьянка у капитана, ястреба со странным именем Ку. — Да. Высадились на пирсе. Бегут к кораблю. Да только им никак не успеть — сказал Ку. — Блокируй. Берем мерзавцев. — Штурвал налево! Сбросить скорость! Готовим пушки и абордажную команду! — заорал капитан. Многочисленный топот ног возвестил о том, что команды Ку неукоснительно исполняются. Бьянка подняла к глазам подзорную трубу. На ее губах играла легкая ухмылка. «Алмазный» был в каких-то сотнях метров от «Яростного орка». Абордажная команда уже стала раскачивать абордажные крюки, а канониры считали последние метры, чтобы лигийский корабль оказался в зоне досягаемости пушечных выстрелов. Но вдруг «Алмазный» с легким хлопком ...исчез Капитан Ку отвесил челюсть. Бьянка матернулась так, что рулевой испуганно покосился на нее. — Где они?! — немного оправившись, спросила фаворитка короля. — Так быстро можно отправится только в собственный ангар — растерянно ответил Ку. Бьянка коротко взглянула на капитана. Тот поежился. — Быстро все данные на «Алмазный» порт приписки, номер ангара. Просмотреть полную запись
  6. Жук-17 встретил их на пороге. — Мне уже сообщили — отрывисто сказал он — Как некстати. Гирс еще слишком слаб. Но впрочем… Помните план? — Поднимаемся к клетунам и разлетаемся — ответил Готис. — Нет. Мы летим разными маршрутами. Ты, Готис, возьмешь Гирса и двигаете по самому безопасному. Пепельная плешь — Бухта Рокота — Радужный атолл. Ты, Михей, через Плешь к Зубастому острову, потом на Скалу мертвеца и финиш — Радужный атолл. Я полечу через Барсучий остров. Помните главное. Нам нельзя попасть на Зеленый мыс. Там, как сказали авиаки, уже девять ястребов. Видимо, они копят силы, чтобы перекрыть все пути. Приблизительно через час все мы должны быть на Радужном аттоле. Оттуда на «Алмазном» уходим в Бушующий астрал. Пусть рыщут по изведанному. Жук после потери соратника стал очень сосредоточен и порой чересчур суров. Но спорить с ним было бессмысленно. План отхода они обсуждали летними ночами много раз и отточили его до совершенства. Два авиака, торгующие с чужаками на Зеленом мысу, регулярно снабжали их самыми свежими сведениями по приказу вождя Брагга Легкое крыло. Если бы не Гирс, они бы давно отправились на поиски артефактов, которые были необходимы для поиска ключа. Вождь Брагг был настолько любезен, что отдал карту какого-то старого астрального волка. С ее помощью попасть на землю Тысяч крыльев можно было за два перехода в Бушующем. Приключенцы вытащили на свет Божий Гирса. Поднялись к гонгу, который вызывал клетуна. Гибби отправились первыми, бережно придерживая перевязанного Гирса. Михей дождался своего клетуна и запрыгнул к нему на широкую спину. Ухватился за поводья и шепнул - «Пепельная плешь». Клетун мощно оттолкнулся четырьмя когтистыми лапами, сделал взмах крыльями, от которого Михея прижало к холке. За пару секунд деревня авиаков стала крошечным набором кукольных домиков внизу. Теплый воздух вмиг сменился холодным ветром. Клетун расправил крылья, планируя в восходящих потоках. Было в этом звере что-то добродушно могучее. Он наслаждался своим странным долгом. Отвезти незнакомца в пункт назначения и при этом продемонстрировать, как хорошо он это делает — приблизительно такими были мысли в голове клетуна.Михей улыбнулся и ласково похлопал «транспорт» по загривку. На Зубастом острове он пересел на другого клетуна. У этого был характер похуже. Он пару раз шарахнулся, когда лучник пытался взобраться на него. Лишь после окрика, клетун встал смирно. Стремительный взлёт. Парение. Разглядывая простирающиеся внизу озера и острова, Михей вдруг увидел три плохо различимых силуэта. Пришлось напрячь зрение, чтобы понять, что внизу на чопперах «Гордость Империи» были ястребы. Они двигались по направлению к Зеленому мысу. Михей прижался к холке птицы, чтобы его не заметили. Когда клетун спускался к Скале мертвеца, лучник увидел еще одну троицу ястребов. Но на этот раз они его заметили. Имперцы сразу стали палить из арбалетов. Один болт просвистел в полуметре от Михея. Второй с глухим стуком вонзился в грудь клетуна, третий навылет прошил его крыло. Птица протяжно крикнула и стала падать на площадку рядом с гонгом. «Как же мне повезло» – подумал Михей. Соскочив с раненного клетуна, он в два шага подбежал к гонгу, вызвал следующий «транспорт». Затем взвел подготовленный заранее сюрприз для преследователей. Все получилось, как в киношном боевике. Едва Михей запрыгнул на спину следующего, трусливо хлопающего крыльями клетуна, как на тропинке, ведущей к площадке, показалась троица ястребов. Лучник уже без труда мог различить их озлобленные лица и сверкающие легированной сталью наконечники болтов. Но на тропке сработала ловушка. Три разнонаправленных взрыва разбросали чопперы и преследователей в разные стороны. — Радужный атолл — шепнул лучник, холодно улыбаясь. Клетун оторвался от земли. Воспарил так высоко, что Михей с легкостью мог обозреть треть Ирдриха. Увидел он и еще две троицы имперцев. Одна шла от Зеленого мыса, другая от Ветреного взгорья. По тому, как хаотично двигаются преследователи, Михей понял, что ястребы не знают, где искать «добычу». Клетуны запутают любого. — Быстро соображают — не без иронии вслух сказал клетуну лучник, - но им все равно не успеть. Дальнейший полет прошел благополучно.Спрыгнув на землю Радужного атолла, Михей сразу увидел гибби. Гирс был с ростком. Он уже открыл глаза и даже улыбался, щеря мелкие белые зубки. — Ты видел имперцев? - спросил Готис. — Да. Три тройки. Быстро же они развернули поиск. — Три тройки — покачал головой Тирс — где Жук? Все сразу подняли голову к небу. Но хрустальное небо, залитое солнечным светом, было пустынно. — Гляди — сказал Готис — это ястреб? По ровной глади озера мчался чоппер. «Гордость Империи» шла с такой скоростью, что поднимала за собой небольшой водный ураган. Вглядевшись, Михей без труда узнал зеленоватую морду Жука. — Это наш. Жук-17 влетел на радужный атолл, подняв за собой вихрь песка и прибрежной гальки. — Прыгайте — крикнул он. Росток гибби немедленно взгромоздился на плечи человека Зэм. Михей поспешно залез на заднее сиденье, попутно отметив, что Жук весь в крови. — Ты ранен? – перекрывая шум взревевшего чоппера, спросил лучник — Нет. Это не моя кровь. До подготовленной астральной шлюпки они добрались за считанные минуты. Затем на утлом суденышке отправились к последнему пункту назначения. Михей уже различал в голубой дымке Острова Свободы покачивающийся в астральном потоке «Алмазный», когда слева показался стальной имперский корвет. Жук-17 прорычал какое-то ругательство. Готис оскалился. Тирс и Гирс обреченно вздохнули. Это была минута отчаяния. Корвет шел слишком быстро. Даже если бы они успели взобраться на «Алмазный», долететь до ближайшей червоточины было невозможно. — Прыгнем в ангар! — осенило Михея. Жук удивленно посмотрел на него. Готис отвесил оплеуху Тирсу. — Не ныть. — Сказал самый главный гибби, — Фарт снова с нами. *** Имперский корвет «Яростный орк» шёл к Острову свободы. — Ты их видишь — спросила Бьянка у капитана, ястреба со странным именем Ку. — Да. Высадились на пирсе. Бегут к кораблю. Да только им никак не успеть — сказал Ку. — Блокируй. Берем мерзавцев. — Штурвал налево! Сбросить скорость! Готовим пушки и абордажную команду! — заорал капитан. Многочисленный топот ног возвестил о том, что команды Ку неукоснительно исполняются. Бьянка подняла к глазам подзорную трубу. На ее губах играла легкая ухмылка. «Алмазный» был в каких-то сотнях метров от «Яростного орка». Абордажная команда уже стала раскачивать абордажные крюки, а канониры считали последние метры, чтобы лигийский корабль оказался в зоне досягаемости пушечных выстрелов. Но вдруг «Алмазный» с легким хлопком ...исчез Капитан Ку отвесил челюсть. Бьянка матернулась так, что рулевой испуганно покосился на нее. — Где они?! — немного оправившись, спросила фаворитка короля. — Так быстро можно отправится только в собственный ангар — растерянно ответил Ку. Бьянка коротко взглянула на капитана. Тот поежился. — Быстро все данные на «Алмазный» порт приписки, номер ангара.
  7. «Алмазный» был припаркован в восточном Эгладиэне. Михей предусмотрительно полагал, что являться на Айрин и регистрироваться в основном порту опасно. На гондоле он спустился к первой остановке, затем на второй гондоле причалил к месту назначения. Его корабль, мягко покачиваясь в астральном потоке, стоял на пирсе. Первым делом лучник проверил реактор и рули, затем поднялся на палубу и увидел как к пирсу приближается гибби с мистиком и жрецом. Они шли быстрым шагом, настороженно оглядываясь. Но с корабля было видно — преследователей нет. Едва друзья запрыгнули на борт, Михей отчалил. — Куда сейчас? — спросил подошедший гибби. — Нам нужно затеряться где-нибудь — неопределенно ответил лучник — выждать паузу. С ястребами шутки плохи. — Согласен — подтвердил Жук, который исправлял барахливший энергощит — их в «Розе и шиповнике» было двенадцать. Столько я насчитал. Если у Бъянки в подчиненных бегают такие спецы, нам связываться с ней рановато. — Это ясно — поморщился Готис — Куда сейчас-то? — Правь на Ирдрих — минуту поразмыслив сказал Жук-17 — На Жемчужное кольцо. — Почему туда? - спросил Крусг. — Клетуны запутают кого угодно — загадочно ответил Жук — к тому же авиаки мне задолжали. — Жук, ты сбрендил? На Жемчужное нет перехода — удивился Михей. — Есть. Просто о нем мало кто не знает. Пойдём, покажу. Они направились к сканеру. — Оборудованный порт для кораблей есть на острове Свободы у Жемчужного кольца — стал показывать на сканере Жук — Нужно от Перекрестка прыгнуть вот сюда. — Там нет ничего — возмутился Михей, вглядываясь в астральную карту. — Уверяю тебя. Есть. — Жук, Михей! — услышали вдруг крик Крусга приключенцы — У нас гости! Выскочив на палубу Михей увидел шесть патрульных катеров, стоящих у червоточины перехода. От них отделились несколько точек. Вглядевшись, лучник понял — ястребы, надев реактивные ранцы, шли на абордаж. — Каковы засранцы — сказал Жук — они заранее перекрыли червоточину. Захлопнули ловушку. — Михей, иди за руль и прибавь ходу! - заорал Готис — Крусг на пушки. Жди 600 метров. Жук, жахни с луча и потом бери под контроль нижние пушки на правом борту. От командного тона гибби все словно очнулись. Михей бегом спустился в рулевую и дал полный ход. Краем глаза он видел, как Жук-17 со знанием дела взвел лучемет. — Градусов десять влево дай — крикнул он. Михей подкрутил руль влево и увидел, как в раскаленном добела луче сгорело несколько ястребов. «Поздравляю тебя — сказал себе лучник — теперь ты официальный заклятый враг Яскера». — Михей, крути еще влево, - продолжал командовать жрец - Дай с нам с правого борта пострелять. Лучник дал влево еще на двадцать градусов. Теперь «Алмазный» по инерции шел на приближающихся абордажников правым бортом. Пушки начали отрабатывать вразнобой. Нижние отстреляли первыми. Едва залп сделала последняя верхняя пушка, лучник дал крен вправо, направляя корабль в червоточину. — Внимание! Выброс! - заорал сверху стоящий на визоре гибби. Высвобожденная энергия реактора молочным ковром расстелилась вокруг «Алмазного». Страшно представить, что сейчас было с беззащитными ястребами. Видимо, они не рассчитывали на отпор. Червоточина приближалась. Михей направил нос корабля прямо в ее центр. — Жук. Двое на палубе! -заорал Готис. Раздался треск молнии. Совсем близко просвистел кинжал, с силой ударился об обзорное стекло и, потеряв энергию броска, скользнул вниз. Михей удивленно оглянулся. За его спиной стоял ястреб. С искаженным ненавистью и болью лицом. Окровавленные мордочки Тирса и Готиса, озлобленные и сосредоточенные, выглядывали из-за спины имперца. С невероятной скоростью они били ястреба четырьмя руками, в которых были зажаты кинжалы. Второй ястреб лежал сбитый и оглушенный молнией. Голова его была свернута набок от страшного удара двуручной палицы. «Алмазный» вошел в червоточину. — Ушли вроде - сказал Жук-17, закрепляя на спине орудие убийства. — Жрец, посмотри Гирса. Ястреб его отравленным кинжалом задел — сказал гибби. Жук склонился над перепачканными кровью гибберлингами. — Как там Крусг? - спросил Михей. Но ему не ответили. Тогда лучник зафиксировал руль и поднялся на палубу. Крусг лежал у пушки. Он был мертв. «Куда заведет меня эта дорога? - спросил себя Михей, глядя на мистика — к нему?» *** Ирдрих ласкал солнечными лучами и морским бризом. Михей и гибби лениво глядели на мягко накатывающий прибой. В полосатом купальнике гибнрлинги смотрелись потешно. Если бы в памяти не всплывало то, с каким остервенением эти мохнатые убийцы расправились с ястребом, лучник бы улыбнулся. — Как там Гирс? — Жук говорит, что выживет — ответил Готис. — Какой умелый ястреб попался — с непонятной интонацией сказал Тирс. В ней было и сожаление, и уважение. Лучник не стал комментировать это замечание. На Ирдрихе они были уже неделю. Гостили у друзей Жука — авиаков. Жрец не мог вылечить Гирса. Рана, нанесенная ястребом, была слишком опасной. Михей не представлял, что делать дальше. Перед его глазами часто возникала картина — лежащий у пушки мистик со скошенными в вечность глазами. — Крусга жаль — немного помолчав, сказал Готис. — Если мы будем бесконечно сидеть тут, ястребы доберутся и сюда — с неожиданной злостью процедил Тирс. — Смотрите - указал Михей на приближающегося авиака — Что-то случилось. — Да уж, он к нам летит не для трёпу. Авиак, запыхавшись, подлетел к гостям: — На Зеленом мысе заметил трех имперцев. Все мистики. — Поисковый отряд — сокрушенно сказал Михей. — Пошли к Жуку — сказал Готис, вставая и отряхиваясь от золотого песка. Просмотреть полную запись
  8. «Алмазный» был припаркован в восточном Эгладиэне. Михей предусмотрительно полагал, что являться на Айрин и регистрироваться в основном порту опасно. На гондоле он спустился к первой остановке, затем на второй гондоле причалил к месту назначения. Его корабль, мягко покачиваясь в астральном потоке, стоял на пирсе. Первым делом лучник проверил реактор и рули, затем поднялся на палубу и увидел как к пирсу приближается гибби с мистиком и жрецом. Они шли быстрым шагом, настороженно оглядываясь. Но с корабля было видно — преследователей нет. Едва друзья запрыгнули на борт, Михей отчалил. — Куда сейчас? — спросил подошедший гибби. — Нам нужно затеряться где-нибудь — неопределенно ответил лучник — выждать паузу. С ястребами шутки плохи. — Согласен — подтвердил Жук, который исправлял барахливший энергощит — их в «Розе и шиповнике» было двенадцать. Столько я насчитал. Если у Бъянки в подчиненных бегают такие спецы, нам связываться с ней рановато. — Это ясно — поморщился Готис — Куда сейчас-то? — Правь на Ирдрих — минуту поразмыслив сказал Жук-17 — На Жемчужное кольцо. — Почему туда? - спросил Крусг. — Клетуны запутают кого угодно — загадочно ответил Жук — к тому же авиаки мне задолжали. — Жук, ты сбрендил? На Жемчужное нет перехода — удивился Михей. — Есть. Просто о нем мало кто не знает. Пойдём, покажу. Они направились к сканеру. — Оборудованный порт для кораблей есть на острове Свободы у Жемчужного кольца — стал показывать на сканере Жук — Нужно от Перекрестка прыгнуть вот сюда. — Там нет ничего — возмутился Михей, вглядываясь в астральную карту. — Уверяю тебя. Есть. — Жук, Михей! — услышали вдруг крик Крусга приключенцы — У нас гости! Выскочив на палубу Михей увидел шесть патрульных катеров, стоящих у червоточины перехода. От них отделились несколько точек. Вглядевшись, лучник понял — ястребы, надев реактивные ранцы, шли на абордаж. — Каковы засранцы — сказал Жук — они заранее перекрыли червоточину. Захлопнули ловушку. — Михей, иди за руль и прибавь ходу! - заорал Готис — Крусг на пушки. Жди 600 метров. Жук, жахни с луча и потом бери под контроль нижние пушки на правом борту. От командного тона гибби все словно очнулись. Михей бегом спустился в рулевую и дал полный ход. Краем глаза он видел, как Жук-17 со знанием дела взвел лучемет. — Градусов десять влево дай — крикнул он. Михей подкрутил руль влево и увидел, как в раскаленном добела луче сгорело несколько ястребов. «Поздравляю тебя — сказал себе лучник — теперь ты официальный заклятый враг Яскера». — Михей, крути еще влево, - продолжал командовать жрец - Дай с нам с правого борта пострелять. Лучник дал влево еще на двадцать градусов. Теперь «Алмазный» по инерции шел на приближающихся абордажников правым бортом. Пушки начали отрабатывать вразнобой. Нижние отстреляли первыми. Едва залп сделала последняя верхняя пушка, лучник дал крен вправо, направляя корабль в червоточину. — Внимание! Выброс! - заорал сверху стоящий на визоре гибби. Высвобожденная энергия реактора молочным ковром расстелилась вокруг «Алмазного». Страшно представить, что сейчас было с беззащитными ястребами. Видимо, они не рассчитывали на отпор. Червоточина приближалась. Михей направил нос корабля прямо в ее центр. — Жук. Двое на палубе! -заорал Готис. Раздался треск молнии. Совсем близко просвистел кинжал, с силой ударился об обзорное стекло и, потеряв энергию броска, скользнул вниз. Михей удивленно оглянулся. За его спиной стоял ястреб. С искаженным ненавистью и болью лицом. Окровавленные мордочки Тирса и Готиса, озлобленные и сосредоточенные, выглядывали из-за спины имперца. С невероятной скоростью они били ястреба четырьмя руками, в которых были зажаты кинжалы. Второй ястреб лежал сбитый и оглушенный молнией. Голова его была свернута набок от страшного удара двуручной палицы. «Алмазный» вошел в червоточину. — Ушли вроде - сказал Жук-17, закрепляя на спине орудие убийства. — Жрец, посмотри Гирса. Ястреб его отравленным кинжалом задел — сказал гибби. Жук склонился над перепачканными кровью гибберлингами. — Как там Крусг? - спросил Михей. Но ему не ответили. Тогда лучник зафиксировал руль и поднялся на палубу. Крусг лежал у пушки. Он был мертв. «Куда заведет меня эта дорога? - спросил себя Михей, глядя на мистика — к нему?» *** Ирдрих ласкал солнечными лучами и морским бризом. Михей и гибби лениво глядели на мягко накатывающий прибой. В полосатом купальнике гибнрлинги смотрелись потешно. Если бы в памяти не всплывало то, с каким остервенением эти мохнатые убийцы расправились с ястребом, лучник бы улыбнулся. — Как там Гирс? — Жук говорит, что выживет — ответил Готис. — Какой умелый ястреб попался — с непонятной интонацией сказал Тирс. В ней было и сожаление, и уважение. Лучник не стал комментировать это замечание. На Ирдрихе они были уже неделю. Гостили у друзей Жука — авиаков. Жрец не мог вылечить Гирса. Рана, нанесенная ястребом, была слишком опасной. Михей не представлял, что делать дальше. Перед его глазами часто возникала картина — лежащий у пушки мистик со скошенными в вечность глазами. — Крусга жаль — немного помолчав, сказал Готис. — Если мы будем бесконечно сидеть тут, ястребы доберутся и сюда — с неожиданной злостью процедил Тирс. — Смотрите - указал Михей на приближающегося авиака — Что-то случилось. — Да уж, он к нам летит не для трёпу. Авиак, запыхавшись, подлетел к гостям: — На Зеленом мысе заметил трех имперцев. Все мистики. — Поисковый отряд — сокрушенно сказал Михей. — Пошли к Жуку — сказал Готис, вставая и отряхиваясь от золотого песка.
  9. Лоурент смотрел золотыми глазами на Бъянку с нежностью. Даже, скорее, не смотрел. Любовался. «Прости меня — прошептал он одними губами — дальше я не смогу тебе помогать.» «В чём дело, Лоу?» Бъянка с удивлением огляделась. Она твердо была уверена, что это сон. Но окружающее... Каюта лигийского корабля. Лежащий в проходе витязь с коротким стальным болтом застрявшем в панцире. Бирюзовый астрал, который угадывался снаружи. И даже ветерок, несущий запах недавнего яростного боя. Все было таким реалистичным. Словно наяву. «Убит. Мы все убиты» – ответил маг. И только тогда Бъянка увидела торчащий из груди, когда-то любимого эльфа, окровавленный арбалетный болт. Комок сдавил дыхание фаворитки короля. Она с огромным трудом проглотила его, чувствуя как слезы катятся по лицу. - Кто? - выдавила из себя вопрос Бъянка. - Они в нашем городе. Там, где мы вместе гуляли. Помнишь? Слабым движением руки, маг развеял астральную пыль вокруг себя и Бъянка увидела в облаке лицо пожилого мужчины с тремя глубокими складками на лбу и тяжелым имперским арбалетом. На его губах застыла холодная безжалостная улыбка. «Арбалеты чем-то лучше луков» - ветерком пронеслась мысль в голове у Бъянки. Его мысль. Последняя мысль, услышанная Лоурентом, который практиковался у имперских мистиков. Сон стал уноситься во тьму. Утонул в сумраке корабль. Погасли золотые глаза мага. «Лоу. Милый Лоу» - подумала фаворитка и окончательно проснулась. Лежа в роскошной кровати, она долго не могла сосредоточится, пытаясь объяснить свой сон. Но, кроме странной смеси нежности и печали, ничего не испытывала. Лоурент был верным, умным собеседником, иногда удивляющим своей циничностью. И он любил её. Достаточно было взглянуть ему в глаза, в океан ласки и страсти. Она была неравнодушна к нему. И кто знает, до чего бы довели встречи под луной с этим утонченным эльфом. «Лоу. Милый Лоу» – повторила вслух Бъянка, стараясь в мельчайших подробностях запомнить образ пожилого мужчины. Убийцы эльфийского мага. В одном она утверждалась все больше – этот лучник больше не жилец. Но если он на Айрине, то где его искать? Все, кто прибывает в город эльфов, идут в таверну. Оттуда и начнем. *** В таверне «Роза и Шиповник» гремела музыка. Разношерстный люд — прайдены, имперцы, люди, орки — «культурно отдыхал». В этой картине абсолютно несуразно выглядели два человека Зэм, с недоумением оглядывающихся в этом средоточии разврата и порока. – Что она делает? – спросил Крусг, указывая на изгибающуюся на шесте эльфийку. – Вульгарно танцует — ухмыляясь сказал Готис. – Зачем? – Денег хочет заработать – объяснил Тирс. – Разве на этом можно заработать? – О да, – грустно подтвердил Жук-17 – Самки пляшут для самцов, чтобы прокормить детей, которых родили от других самцов. Крусг завис, осмысливая слова соратника. – Завидуй молча — усмехнувшись, сказал Михей, размешивая дольки листа иридрих-дерева в ореховом пиве — вы же детей делать не можете. Жук-17 поднял глаза на лучника. Было в его взгляде что-то такое, от чего мороз пробегал по коже. Михей невольно поёжился. – Действительно. Не можем. Но я тебе открою одну истину, которой никто никогда не интересовался, как, впрочем, и тайнами народа Зэм. Ты ведь знаешь как меня зовут? – Жук – сказал Михей, твердо глядя в мрачноватую маску имперца. – 17 — дополнил жрец — я семнадцатый из Жуков, понимаешь? – Не понимаю. Вас что целый взвод? Жук-17 вздохнул и пояснил: – Магнитный город Чингирь не просто место, где мы жили. Он позволял людям Зэм с помощью этическо-нравственных побед взращивать свою искру. А когда она становилась достаточно крупной, её делили на две. Из второй искры конструировали следующего Зэм. Конструировал его тот, кто взрастил искру. Это похоже на то, как люди воспитывают детей? Михей ошарашенно молчал. Об этой тайне Зэм он не знал. – Все мои конструкторы погибли в известном памятном всем событии. Я последний из Жуков. Гибби, видимо, напротив – все было известно, поэтому он только завопил: – Жук, не нагоняй тоску. Добуду я тебе твой город. Эй, милая — крикнул он танцующей эльфийке — Поди сюда. Трое мужчин хотят нежности. Когда сильно накрашенная блондинка с худенькими ножками с улыбкой спустилась с подиума, Готис, жадно мурлыча, взял её за такую же худенькую ручку. – Ого, котик. Ты слишком долго плавал? – хохотнув, сказала эльфийка тоненьким голосом, совсем не подходящим к ее профессии. – Ты не справишься с нашей страстью — пригрозил ей Готис. Посмеиваясь и угрожая друг другу страшными издевательствами они удалились в будуар. – Ей и гибби подходит? — оклемавшись, вновь спросил Крусг. – Да уж , она не слишком разборчива. Голод не тётка – объяснил жрец. Удивленная рожа мистика немного вернула к действительности Михея. Он залпом допил ореховое пиво. Зажевал его терпким листком дерева Иридриха и уже собрался заказать еще одну порцию, как вдруг его взгляд наткнулся на троих типов. Их выправка, осанка, то, как они держат правую руку, словно на рукоятке кортика, смутно напоминали что-то. – Жук. Эй — наклонившись к жрецу, шёпотом сказал Михей — Глянь на тех троих. Зэм бросил взгляд на троицу. Его глаза расширились. Он взглянул на лучника и голосом, очень похожим на шипение, сказал: – Ястребы Незеба. Какого черта они тут делают? – Вон еще трое — кивнув в другой конец таверны, сказал лучник. Он внимательно вгляделся в ближайших ястребов и на один только миг то ли почувствовал, то ли уловил быстрый профессиональный ответный взгляд. Ему стало ясно — ястребы пришли за ними. – Жук. Это за нами. - быстро сказал лучник — Сейчас я выйду и если я не прав, то все ястребы останутся на месте. Но если кто-то из них последует за мной, предупреди Крусга и гибби. Встречаемся на «Алмазном». Понял? Семнадцатый кивнул. Михей неспешно поднялся и походкой подвыпившего человека направился к выходу. В дверях он столкнулся с закутанной в плащ незнакомкой. Она с удивлением вгляделась в его лицо. – Замираю в пардоне — сказал Михей, улыбаясь и помаргивая. А сам подумал: «Чёрт, это же, всего вернее, сама Бьянка. Как она узнала? И ястребы! Дёру! Дёру!» Элегантно обойдя незнакомку, лучник, пошатываясь, направился к центральной улице. – Эй, лучник — окликнули сзади. Прикинувшись глухим, Михей немного прибавил шаг. Когда он услышал сзади топот нескольких ног, он стремглав побежал во тьму засыпающего города.
  10. Лоурент смотрел золотыми глазами на Бъянку с нежностью. Даже, скорее, не смотрел. Любовался. «Прости меня — прошептал он одними губами — дальше я не смогу тебе помогать.» «В чём дело, Лоу?» Бъянка с удивлением огляделась. Она твердо была уверена, что это сон. Но окружающее... Каюта лигийского корабля. Лежащий в проходе витязь с коротким стальным болтом застрявшем в панцире. Бирюзовый астрал, который угадывался снаружи. И даже ветерок, несущий запах недавнего яростного боя. Все было таким реалистичным. Словно наяву. «Убит. Мы все убиты» – ответил маг. И только тогда Бъянка увидела торчащий из груди, когда-то любимого эльфа, окровавленный арбалетный болт. Комок сдавил дыхание фаворитки короля. Она с огромным трудом проглотила его, чувствуя как слезы катятся по лицу. - Кто? - выдавила из себя вопрос Бъянка. - Они в нашем городе. Там, где мы вместе гуляли. Помнишь? Слабым движением руки, маг развеял астральную пыль вокруг себя и Бъянка увидела в облаке лицо пожилого мужчины с тремя глубокими складками на лбу и тяжелым имперским арбалетом. На его губах застыла холодная безжалостная улыбка. «Арбалеты чем-то лучше луков» - ветерком пронеслась мысль в голове у Бъянки. Его мысль. Последняя мысль, услышанная Лоурентом, который практиковался у имперских мистиков. Сон стал уноситься во тьму. Утонул в сумраке корабль. Погасли золотые глаза мага. «Лоу. Милый Лоу» - подумала фаворитка и окончательно проснулась. Лежа в роскошной кровати, она долго не могла сосредоточится, пытаясь объяснить свой сон. Но, кроме странной смеси нежности и печали, ничего не испытывала. Лоурент был верным, умным собеседником, иногда удивляющим своей циничностью. И он любил её. Достаточно было взглянуть ему в глаза, в океан ласки и страсти. Она была неравнодушна к нему. И кто знает, до чего бы довели встречи под луной с этим утонченным эльфом. «Лоу. Милый Лоу» – повторила вслух Бъянка, стараясь в мельчайших подробностях запомнить образ пожилого мужчины. Убийцы эльфийского мага. В одном она утверждалась все больше – этот лучник больше не жилец. Но если он на Айрине, то где его искать? Все, кто прибывает в город эльфов, идут в таверну. Оттуда и начнем. *** В таверне «Роза и Шиповник» гремела музыка. Разношерстный люд — прайдены, имперцы, люди, орки — «культурно отдыхал». В этой картине абсолютно несуразно выглядели два человека Зэм, с недоумением оглядывающихся в этом средоточии разврата и порока. – Что она делает? – спросил Крусг, указывая на изгибающуюся на шесте эльфийку. – Вульгарно танцует — ухмыляясь сказал Готис. – Зачем? – Денег хочет заработать – объяснил Тирс. – Разве на этом можно заработать? – О да, – грустно подтвердил Жук-17 – Самки пляшут для самцов, чтобы прокормить детей, которых родили от других самцов. Крусг завис, осмысливая слова соратника. – Завидуй молча — усмехнувшись, сказал Михей, размешивая дольки листа иридрих-дерева в ореховом пиве — вы же детей делать не можете. Жук-17 поднял глаза на лучника. Было в его взгляде что-то такое, от чего мороз пробегал по коже. Михей невольно поёжился. – Действительно. Не можем. Но я тебе открою одну истину, которой никто никогда не интересовался, как, впрочем, и тайнами народа Зэм. Ты ведь знаешь как меня зовут? – Жук – сказал Михей, твердо глядя в мрачноватую маску имперца. – 17 — дополнил жрец — я семнадцатый из Жуков, понимаешь? – Не понимаю. Вас что целый взвод? Жук-17 вздохнул и пояснил: – Магнитный город Чингирь не просто место, где мы жили. Он позволял людям Зэм с помощью этическо-нравственных побед взращивать свою искру. А когда она становилась достаточно крупной, её делили на две. Из второй искры конструировали следующего Зэм. Конструировал его тот, кто взрастил искру. Это похоже на то, как люди воспитывают детей? Михей ошарашенно молчал. Об этой тайне Зэм он не знал. – Все мои конструкторы погибли в известном памятном всем событии. Я последний из Жуков. Гибби, видимо, напротив – все было известно, поэтому он только завопил: – Жук, не нагоняй тоску. Добуду я тебе твой город. Эй, милая — крикнул он танцующей эльфийке — Поди сюда. Трое мужчин хотят нежности. Когда сильно накрашенная блондинка с худенькими ножками с улыбкой спустилась с подиума, Готис, жадно мурлыча, взял её за такую же худенькую ручку. – Ого, котик. Ты слишком долго плавал? – хохотнув, сказала эльфийка тоненьким голосом, совсем не подходящим к ее профессии. – Ты не справишься с нашей страстью — пригрозил ей Готис. Посмеиваясь и угрожая друг другу страшными издевательствами они удалились в будуар. – Ей и гибби подходит? — оклемавшись, вновь спросил Крусг. – Да уж , она не слишком разборчива. Голод не тётка – объяснил жрец. Удивленная рожа мистика немного вернула к действительности Михея. Он залпом допил ореховое пиво. Зажевал его терпким листком дерева Иридриха и уже собрался заказать еще одну порцию, как вдруг его взгляд наткнулся на троих типов. Их выправка, осанка, то, как они держат правую руку, словно на рукоятке кортика, смутно напоминали что-то. – Жук. Эй — наклонившись к жрецу, шёпотом сказал Михей — Глянь на тех троих. Зэм бросил взгляд на троицу. Его глаза расширились. Он взглянул на лучника и голосом, очень похожим на шипение, сказал: – Ястребы Незеба. Какого черта они тут делают? – Вон еще трое — кивнув в другой конец таверны, сказал лучник. Он внимательно вгляделся в ближайших ястребов и на один только миг то ли почувствовал, то ли уловил быстрый профессиональный ответный взгляд. Ему стало ясно — ястребы пришли за ними. – Жук. Это за нами. - быстро сказал лучник — Сейчас я выйду и если я не прав, то все ястребы останутся на месте. Но если кто-то из них последует за мной, предупреди Крусга и гибби. Встречаемся на «Алмазном». Понял? Семнадцатый кивнул. Михей неспешно поднялся и походкой подвыпившего человека направился к выходу. В дверях он столкнулся с закутанной в плащ незнакомкой. Она с удивлением вгляделась в его лицо. – Замираю в пардоне — сказал Михей, улыбаясь и помаргивая. А сам подумал: «Чёрт, это же, всего вернее, сама Бьянка. Как она узнала? И ястребы! Дёру! Дёру!» Элегантно обойдя незнакомку, лучник, пошатываясь, направился к центральной улице. – Эй, лучник — окликнули сзади. Прикинувшись глухим, Михей немного прибавил шаг. Когда он услышал сзади топот нескольких ног, он стремглав побежал во тьму засыпающего города. Просмотреть полную запись
  11. Ярость Два шага вперед. Уклон влево. Перекат. Короткий удар в плечо. Витязь, громыхая доспехами, валится на землю, одновременно загораживаясь барьерами. Сейчас его не достать. Справа возникает ненавистная фигура псионика. Она еле заметно дрожит и лучник понимает, что это фантом. Маг остервенело швыряет фаейрболы. Один. Второй. Третий. Разведчика спасает маятник. На шесть секунд он становится размытой тенью. «Как же тут тесно» думает Михей. «Нужно вырваться на палубу». Слух подсказывает, что и снаружи каюты кипит бой. Витязь уже встал и загородив выход, взял наперевес огромную палицу. По лицу видно, что он сосредоточен и ловит каждое движение лучника. Шаг навстречу. Стоп. Остановись. Он промахнется. Прыжок. Подсечка. Но витязь на этот раз готов к подлостям. Он вовремя убирает ногу и, развернувшись, бьёт закованным в броню локтем, метясь в зубы. Нет. Он слишком неповоротлив. Поднырнув под руку, Михей выбивает палицу из рук витязя, пытается подхватить ее и чуть не падает лицом вниз. Палица фантастически тяжела. Воздух вокруг вдруг превращается в кисель. Становится нечем дышать. Чёртов псионик! Михей отталкивается от витязя и кувырком «выходит» через правый проход на палубу. Удушье пропадает. Едва окинув взглядом палубу лучник понял, что недавние преследователи повержены. На всей палубе от правого до левого борта валялось пять трупов. Гибби яростно наскакивали на шамана. Тот вместе со своей шавкой сражался отчаянно, постоянно подлечивая то себя, то питомца. Сухой залп молнии, выданный Жуком, «уронил» на палубу Школьника. Впрочем, хадаганский разведчик уже не сопротивлялся, измотанный боем. Крусг безжалостно сжал ослабшего врага в удушье, не без удовольствия наблюдая, как тот извивается и хрипит. Выскочив из каюты, Михей подскочил к падающему Школьнику и снял с него имперский тяжелый арбалет с выгравированной мордой Яскера. Несмотря на существенный вес, оружие удобно лежало в руке. Имперская эргономика, чёрт её возьми. Подхватив колчан с короткими стальными болтами, Михей развернулся к выходу. Витязь стоял в левом проходе. Свирепая морда псионика показалась в правом. Не раздумывая, лучник вложил тяжелый болт в желоб, натянул тетиву и выстрелил. Болт с режущим звуком пронзил воздух и вонзился в стену в паре метров от псионика. «Совсем не умею» лихорадочно подумал лучник, наблюдая как витязь, поднимая палицу, мчится на него. Второй болт удалось зарядить быстрее. Михей спустил тетиву арбалета, когда витязь был в метре от него. Промахнуться в этом случае было практически невозможно. Болт с тугим звуком пробил панцирь нападавшего и тот, выпучив глаза, по инерции пробежал оставшееся расстояние и упал на Михея, выронив свое огромное орудие. Между тем мистик совсем запутал шамана в своих фантомах. Получил окончательный контроль над его разумом и сломил волю к сопротивлению. Шаман только уселся на палубу, тихо скуля вместе со своей шавкой. – Жук, ослепи орка! – проорал гибби. На мгновенье яркая вспышка выжигает светом все близ псионика, да так, что длинные черные тени от фигур на корабле словно падают в бирюзовый астрал за бортом. Два кинжала, которые метнул Готис, вонзаются в грудь и в шею Ургаха. Истекая кровью, орк с хрипом валится ничком. «Остался маг» подумал Михей, вкладывая очередной болт в ложе. К нему подбежал запыханный гибби. – Лоурент внутри? Лучник только кивнул. – Давай-ка аккуратно. Крыса прижатая в углу дерется еще отчаяннее прежнего. Гибби подошел к поверженному орку, резким движением вытащил кинжалы из ран и, вытерев их от труп, взял на изготовку. «Так, он пойдет через правый» подумал и, вскинув арбалет, посмотрел в черный провал левого прохода. Прижав приклад к щеке, Михей, глядя через мушку, вошел в каюту. Он услышал звенящий гул работающей джунской монеты. Маг пытался сбежать! В три прыжка лучник влетел на второй этаж каюты. Увидел мага. С размаху вытолкнул его из телепортационного круга и хотел было ударить его тяжеленным прикладом прямо между двух золотистых глаз, но Лоурент исчез. Да, маг был не промах. Он вышел из астральной тени уже внизу, за спиной гибби. Двумя щелчками превратил бегущий росток в каменное изваяние. Кометой сшиб появившегося в проходе Крусга. Но против тяжеленного болта, выпущенного ему вдогонку, он сделать уже ничего не мог. С легкостью прошив кружевные слои шелка, стальная стрела на треть длины вышла из груди Лоурента. «В принципе, арбалет, чем-то и лучше лука. Но уж больно долго заряжается» холодно подумал Михей, глядя как маг корчится в луже собственной крови. Когда тот затих, лучник подошел к нему, присел на корточки и обшарил карманы поверженного врага. Так, что тут у нас: джунская монета уже без энергии, квадратный томик с заклинаниями, флакон духов «Айринский ловелас», блокнот исписанный мелким почерком. – Перстень сними. На нем печать дома на Айрине, — посоветовал подошедший Жук. – Посмотри блокнот... Ничего не понимаю... — Протягивая одну из находок, сказал Михей. – Только трехзначные наборы цифр и чисел. Он снял изящный перстень с печатью дома ди Дазирэ. – Вот ведь, вражина... — Поднимаясь и пошатываясь, злобно сказал Крусг. Он держался за плечо, в которое угодила комета. Внезапно с хлопком закончился каменный плен у гибби. Весь росток тоже, покачиваясь, подошел к Михею. – Вот это я называю бой! – с ухмылкой сказал Тирс. – Фарт снова с нами. – подтвердил Готис. *** – Это не ваше исподнее лежит там? – Язвительно осведомилась желтоглазая дуэлянтка у добродушного прайдена. Тот прорычал что-то благожелательное. И все. «Айрин» подумал Михей, озираясь вокруг. Столица эльфов тонула в ненужной роскоши. Проститутки, шум и музыка, разношёрстые маги, прирученные ездовые львы с золочеными седлами, роскошные дома, больше похожие на дворцы, нежели на жилые помещения... – Эльфы... — брезгливо процедил Крусг. – Богачи без средств. — не менее брезгливо вторил ему Жук. Михей с удивлением увидел в глазах обоих людей Зэм не только неприязнь, но и плохо скрываемую ненависть, если не сказать ярость. – Так, други. Не ерепенимся. Идем в «Розу и шиповник». Сегодня эльфийские женщины будут служить нам. Готис, хихикая, потер ладошки. Крусг и Жук только удивленно переглянулись. – Да, надо осмотреться. — поддакнул Михей. — Бьянку нужно застать врасплох. А для этого придется придумать план. К ним подошла дуэлянтка. – Эй, говорят лучники – отвратительные любовники… Жук не раздумывая врезал эльфийке закованной в сталь рукавицей. – Никчемное убожество в роскошных подштанниках. — только и сказал он. Но сказал с такой яростью, что лучник посочувствовал задиристой дуэлянтке. Просмотреть полную запись
  12. Ярость Два шага вперед. Уклон влево. Перекат. Короткий удар в плечо. Витязь, громыхая доспехами, валится на землю, одновременно загораживаясь барьерами. Сейчас его не достать. Справа возникает ненавистная фигура псионика. Она еле заметно дрожит и лучник понимает, что это фантом. Маг остервенело швыряет фаейрболы. Один. Второй. Третий. Разведчика спасает маятник. На шесть секунд он становится размытой тенью. «Как же тут тесно» думает Михей. «Нужно вырваться на палубу». Слух подсказывает, что и снаружи каюты кипит бой. Витязь уже встал и загородив выход, взял наперевес огромную палицу. По лицу видно, что он сосредоточен и ловит каждое движение лучника. Шаг навстречу. Стоп. Остановись. Он промахнется. Прыжок. Подсечка. Но витязь на этот раз готов к подлостям. Он вовремя убирает ногу и, развернувшись, бьёт закованным в броню локтем, метясь в зубы. Нет. Он слишком неповоротлив. Поднырнув под руку, Михей выбивает палицу из рук витязя, пытается подхватить ее и чуть не падает лицом вниз. Палица фантастически тяжела. Воздух вокруг вдруг превращается в кисель. Становится нечем дышать. Чёртов псионик! Михей отталкивается от витязя и кувырком «выходит» через правый проход на палубу. Удушье пропадает. Едва окинув взглядом палубу лучник понял, что недавние преследователи повержены. На всей палубе от правого до левого борта валялось пять трупов. Гибби яростно наскакивали на шамана. Тот вместе со своей шавкой сражался отчаянно, постоянно подлечивая то себя, то питомца. Сухой залп молнии, выданный Жуком, «уронил» на палубу Школьника. Впрочем, хадаганский разведчик уже не сопротивлялся, измотанный боем. Крусг безжалостно сжал ослабшего врага в удушье, не без удовольствия наблюдая, как тот извивается и хрипит. Выскочив из каюты, Михей подскочил к падающему Школьнику и снял с него имперский тяжелый арбалет с выгравированной мордой Яскера. Несмотря на существенный вес, оружие удобно лежало в руке. Имперская эргономика, чёрт её возьми. Подхватив колчан с короткими стальными болтами, Михей развернулся к выходу. Витязь стоял в левом проходе. Свирепая морда псионика показалась в правом. Не раздумывая, лучник вложил тяжелый болт в желоб, натянул тетиву и выстрелил. Болт с режущим звуком пронзил воздух и вонзился в стену в паре метров от псионика. «Совсем не умею» лихорадочно подумал лучник, наблюдая как витязь, поднимая палицу, мчится на него. Второй болт удалось зарядить быстрее. Михей спустил тетиву арбалета, когда витязь был в метре от него. Промахнуться в этом случае было практически невозможно. Болт с тугим звуком пробил панцирь нападавшего и тот, выпучив глаза, по инерции пробежал оставшееся расстояние и упал на Михея, выронив свое огромное орудие. Между тем мистик совсем запутал шамана в своих фантомах. Получил окончательный контроль над его разумом и сломил волю к сопротивлению. Шаман только уселся на палубу, тихо скуля вместе со своей шавкой. – Жук, ослепи орка! – проорал гибби. На мгновенье яркая вспышка выжигает светом все близ псионика, да так, что длинные черные тени от фигур на корабле словно падают в бирюзовый астрал за бортом. Два кинжала, которые метнул Готис, вонзаются в грудь и в шею Ургаха. Истекая кровью, орк с хрипом валится ничком. «Остался маг» подумал Михей, вкладывая очередной болт в ложе. К нему подбежал запыханный гибби. – Лоурент внутри? Лучник только кивнул. – Давай-ка аккуратно. Крыса прижатая в углу дерется еще отчаяннее прежнего. Гибби подошел к поверженному орку, резким движением вытащил кинжалы из ран и, вытерев их от труп, взял на изготовку. «Так, он пойдет через правый» подумал и, вскинув арбалет, посмотрел в черный провал левого прохода. Прижав приклад к щеке, Михей, глядя через мушку, вошел в каюту. Он услышал звенящий гул работающей джунской монеты. Маг пытался сбежать! В три прыжка лучник влетел на второй этаж каюты. Увидел мага. С размаху вытолкнул его из телепортационного круга и хотел было ударить его тяжеленным прикладом прямо между двух золотистых глаз, но Лоурент исчез. Да, маг был не промах. Он вышел из астральной тени уже внизу, за спиной гибби. Двумя щелчками превратил бегущий росток в каменное изваяние. Кометой сшиб появившегося в проходе Крусга. Но против тяжеленного болта, выпущенного ему вдогонку, он сделать уже ничего не мог. С легкостью прошив кружевные слои шелка, стальная стрела на треть длины вышла из груди Лоурента. «В принципе, арбалет, чем-то и лучше лука. Но уж больно долго заряжается» холодно подумал Михей, глядя как маг корчится в луже собственной крови. Когда тот затих, лучник подошел к нему, присел на корточки и обшарил карманы поверженного врага. Так, что тут у нас: джунская монета уже без энергии, квадратный томик с заклинаниями, флакон духов «Айринский ловелас», блокнот исписанный мелким почерком. – Перстень сними. На нем печать дома на Айрине, — посоветовал подошедший Жук. – Посмотри блокнот... Ничего не понимаю... — Протягивая одну из находок, сказал Михей. – Только трехзначные наборы цифр и чисел. Он снял изящный перстень с печатью дома ди Дазирэ. – Вот ведь, вражина... — Поднимаясь и пошатываясь, злобно сказал Крусг. Он держался за плечо, в которое угодила комета. Внезапно с хлопком закончился каменный плен у гибби. Весь росток тоже, покачиваясь, подошел к Михею. – Вот это я называю бой! – с ухмылкой сказал Тирс. – Фарт снова с нами. – подтвердил Готис. *** – Это не ваше исподнее лежит там? – Язвительно осведомилась желтоглазая дуэлянтка у добродушного прайдена. Тот прорычал что-то благожелательное. И все. «Айрин» подумал Михей, озираясь вокруг. Столица эльфов тонула в ненужной роскоши. Проститутки, шум и музыка, разношёрстые маги, прирученные ездовые львы с золочеными седлами, роскошные дома, больше похожие на дворцы, нежели на жилые помещения... – Эльфы... — брезгливо процедил Крусг. – Богачи без средств. — не менее брезгливо вторил ему Жук. Михей с удивлением увидел в глазах обоих людей Зэм не только неприязнь, но и плохо скрываемую ненависть, если не сказать ярость. – Так, други. Не ерепенимся. Идем в «Розу и шиповник». Сегодня эльфийские женщины будут служить нам. Готис, хихикая, потер ладошки. Крусг и Жук только удивленно переглянулись. – Да, надо осмотреться. — поддакнул Михей. — Бьянку нужно застать врасплох. А для этого придется придумать план. К ним подошла дуэлянтка. – Эй, говорят лучники – отвратительные любовники… Жук не раздумывая врезал эльфийке закованной в сталь рукавицей. – Никчемное убожество в роскошных подштанниках. — только и сказал он. Но сказал с такой яростью, что лучник посочувствовал задиристой дуэлянтке.
  13. Любовь Михей вздохнул и спросил у висящего близ него разноцветного дракончика: — Опять оплата за воздух? Мы платили в прошлом месяце. Дракончик закатил фиолетовые глаза и, утерев сизый нос короткой лапкой, пояснил: — Это авансовый платеж. Вы же планируете жить дальше? — Жить? С такими пошлинами? - проворчал Михей, но приложил свою монограмму к кристаллу на шее дракончика. — Прекрасно. — дыхнул жаром крылатый сборщик пошлин. От него несло тяжелым пивным духом — Желаете посетить лавку редкостей? — Нет. — Желаете займ? — Знаете, что… Летите-ка вы к пиву… Дракончик обиженно хмыкнул и, тяжело взмахивая крыльями, улетел. Михей посмотрел на жену. Она сидели на краю аллода и беззаботно болтала босыми ногами. Лучник подошел и сел рядом, свесив ноги в розовую бездну астрала. — Сколько на этот раз? — спросила она грустно. — Порядочно. Они замолчали, разглядывая переливающуюся всполохами бездну под ногами. — Мне вчера привиделся необычный сон — сказала она — странная звезда упала яркой вспышкой прямо за домом. Когда я пошла отыскать ее, вдруг увидела в траве младенца. Голубоглазого. Улыбающегося. Он был так похож на тебя. Я сразу подумала — это знак нам. Нужно счастье в дом. Дети ведь счастье, милый? — Конечно, — согласился Михей и взглянул на любимую — я очень хочу, чтобы у нас был малыш. Ты прекраснее всех женщин. Но я должен довести дело до конца. Смотри! Михей расстегнул один из подсумков и достал астральную карту. — Я не зря учил джунский язык. Осталось два сектора. Если я найду Ижицу, мы больше никогда не будем платить. Ни за землю. Ни за воду. Ни за воздух. Ни за мысли. Ни за что! Понимаешь! Небо идей будет нашим навсегда. Наше чадо вырастет на воле. -Не говори!.. Не говори! - закричала вдруг Лия. Она смотрела куда-то мимо Михея. Лучник прихватил кинжал и полуобернулся. Навстречу страху. Ничего. Только темный взор, почти невидимый на фоне тьмы. С противным холодком внизу живота Михей ощутил этот жутковатый взгляд. Серые стальные льдинки глаз буравили мозг. Обман? Ложь? Провокация? Воздуха!!! Дайте вздохнуть!!! Лучник не знал, сколько он простоял ледяной статуей. Не помнил он, когда холодные оковы перестали держать его. Он чувствовал, что в его изможденное тело медленно возвращается жизнь. Кровь тугими толчками растекается по жилам. Дыхание судорожно расправляет легкие. А мозг вновь стремится найти выход. Загремел засов. Тяжелая дверь камеры распахнулась. Тяжело ступая, к пленнику подошел рыхлый хадаганец с глазами-льдинками. — Повторяю. У меня только один вопрос — где дневник? — Не знаю. — мрачно сказал Михей. — Неправильный ответ. Будем искать правильный. Ментальная волна накрыла лигийца. Обрывки образов, в которых смешались окна родного дома на домашнем аллоде, улыбка жены, тихий закат, отраженный в глади озера и огненные глаза колдуна, внимательно и бесстрастно следящие за жертвой. Казалось, череп готов был взорваться и Михей не выдержал. Закричал от боли. — Где? — приблизившись к нему, повторил вопрос хадаганец. — Подожди, Ургах. Только сейчас Михей увидел темную фигуру эльфа, отделившуюся от стены. Айринец. Худощавый. Утопающий в изящных кружевах. — Значит, тебе знаком джунский язык? И тебе известно про Ижицу. Ну парень...Попал, так попал. Наверное, ты думаешь, что твои руки скручены, а мозг ищет выход? Ну? Ответь? «Они в моих мыслях. Не думай о доме. Не думай о ней» — приказал себе Михей и крикнул из последних сил: — Небо станет нашим! А ты сдохнешь. Замрешь в пардоне, целуя сраку господина. В глазах эльфа сверкнула ярость. — Ургах! Новый удар ментальной волны скрючил Михея. Было так больно, что лучник постарался увести внимание от этой пульсирующей агонии нервов. «Бить Ужас из глубины нужно с группой надежных товарищей. Не скованных цепями. Да. Нужно освободиться. Опять? Нет. Я же был свободен. Что за чертовщина?» Сознание ускользало в темноту. Порывами он что-то видел и не мог понять, где явь, а где морок, наведенный псиоником. Подняв глаза, пленник увидел, что в помещении пусто. Видимо, его палачи пошли перекусить. «Нужно освободиться» — подумал он. Но вдруг понял, что он все же не один. Лоурент стоял сбоку. Старый лучник Михей почти не чувствовал рук. Они были скручены за спиной так, что неясно было, где пальцы, а где веревки. Он с бессильной ненавистью посмотрел на эльфийского колдуна. Худощавый, с утомленным выражением лица айринец не смотрел на пленника. Он рассуждал, ничуть не думая о каких-то там руках. — Бабло давно победило зло. А вместе с ним любовь, ярость, отвагу. Эльф неспешно, прихрамывая на левую ногу, прошелся по каменному полу тюремной камеры. Его шаги глухим эхом тонули в сумраке. — Кому сейчас нужна воля? Там ветер и дождь. Нет теплых магазинов и красивых женщин. Зачем тебе воля, лучник? Айринец прямо посмотрел на Михея. В его золотых глазах плясала плохо скрываемая злость. — Как это у вас лукаво выходит — с трудом ворочая языком, сказал плененный — Оболгав людей и украв у них небо, вы искренне думаете, что им достанет комфортной жизни? И за это регулярно собираете дань со всех вассалов и колоний. Вы обычные паразиты и не… Глыба льда выросла за секунды, и Михей застыл сверкающей снежной фигурой. — Сможете сдержать стремления людей— закончил за обледеневшего лигийца айринец — Идиот! Жить надоело? Поразмысли пока. Коротким взмахом руки он сотворил напротив Михея отполированную до зеркального отражения ледяную стену. Лучник увидел себя — избитого, заиндевевшего, жалкого. В стальных глазах отчаяние, смешанное со страхом. «Помоги, мне, защитник Хос — взмолился лигиец, чувствуя подступающий к жилам холод, — если я выживу, обязательно вернусь к ней.» — Ургах, продолжай. — услышал Михей. Свирепая морда псионика появилась с другой стороны. Волной накатил морок. Лия доверчиво взглянула ему в глаза. Он так любил ее. — Звезда упала прямо за нашим домом, — сказала она. И вдруг ее лицо стало рваться и уноситься обрывками губ, глаз, щек в бездну. Михея выдернули в темный мир яви. Ургах придвинулся к самому лицу и, воняя своими соплями, прорычал: — Дневник! — Да, крепкий орех — промулыкал Лоурент. — Сейчас мы его еще подморозим. «Холод. Боже, как я ненавижу холод» — чуть не рыдая, думал Михей. Лучник не знал, сколько он простоял ледяной статуей. Не помнил он, когда холодные оковы перестали держать его. Он чувствовал, что в его изможденное тело медленно возвращается жизнь. Кровь тугими толчками растекается по жилам. Дыхание судорожно расправляет легкие. А мозг вновь стремится найти выход. Загремел засов. Тяжелая дверь камеры распахнулась. Тяжело ступая, к пленнику подошел рыхлый хадаганец с глазами-льдинками. Ургах вонял, как и все орки. Михей обреченно наблюдал за псиоником. Дородный, кряхтящий суставами хадаганец не походил на палача. Скорее напротив, добродушная улыбка, не сходящая с его уст, говорила о кротком нраве. Если бы не глаза. Две стальные льдинки. — Где дневник? — холодно спросил орк. В голове пронеслись странные образы: имперская лаборатория, орк-лейтенант, орущий на зазевавшегося гоблина. И снова. Дом. Аллод… Лия влюбленно смотрит на Михея: — Звездочка прочертила красивую дугу и упал за наш дом. Я пошла посмотреть. Зеленая морда орка-псионика вылезла справа снизу. — Дневник!!! Иначе она сдохнет. Лия не обратила на морду никакого внимания. Она продолжала щебетать. Беззаботно и доверчиво. Сердце замерло, когда Михей увидел три темные фигуры с обнаженными клинками. Они шли к его дому. «Лия!!!» — пытался закричать Михей. Но только услышал заикающийся смех псионика и хихиканье айринца. «Это же ловушка. Обычная ловушка из воспоминаний.» — убеждал себя Михей. Но страх за любимую не давал сосредоточиться. Михей с силой дернул руку из веревки и вдруг понял, что свободен. Веревок не было. Лии не было. Даже камеры не было. Он находился в капитанской каюте лигийского корабля. Через секунду стало ясно, почему морок пропал. Лучник услышал, как в каюту, гремя сапогами, ворвался витязь в сияющих доспехах и громогласно объявил: — Господин. Тут двоих наших бешеные гибби положили. Орки их боятся. Шаман в контроле. Школьник долго не продержится. Помогите. — Идиот!!! — загремел маг. Почувствовав свободу, Михей в одном прыжке сбил хадаганца. Не удержал свою ярость и, развернувшись, врезал добротным пинком ему под пятую точку. Перекатился ближе к двери, увернувшись от подлого разряда Лоурента. Витязь, хэкнув, махнул палицей опять совсем близко. Этот ветерок от чудовищного взмаха совсем отрезвил Михея. Теперь им владела только холодная и расчетливая ярость.
  14. Любовь Михей вздохнул и спросил у висящего близ него разноцветного дракончика: — Опять оплата за воздух? Мы платили в прошлом месяце. Дракончик закатил фиолетовые глаза и, утерев сизый нос короткой лапкой, пояснил: — Это авансовый платеж. Вы же планируете жить дальше? — Жить? С такими пошлинами? - проворчал Михей, но приложил свою монограмму к кристаллу на шее дракончика. — Прекрасно. — дыхнул жаром крылатый сборщик пошлин. От него несло тяжелым пивным духом — Желаете посетить лавку редкостей? — Нет. — Желаете займ? — Знаете, что… Летите-ка вы к пиву… Дракончик обиженно хмыкнул и, тяжело взмахивая крыльями, улетел. Михей посмотрел на жену. Она сидели на краю аллода и беззаботно болтала босыми ногами. Лучник подошел и сел рядом, свесив ноги в розовую бездну астрала. — Сколько на этот раз? — спросила она грустно. — Порядочно. Они замолчали, разглядывая переливающуюся всполохами бездну под ногами. — Мне вчера привиделся необычный сон — сказала она — странная звезда упала яркой вспышкой прямо за домом. Когда я пошла отыскать ее, вдруг увидела в траве младенца. Голубоглазого. Улыбающегося. Он был так похож на тебя. Я сразу подумала — это знак нам. Нужно счастье в дом. Дети ведь счастье, милый? — Конечно, — согласился Михей и взглянул на любимую — я очень хочу, чтобы у нас был малыш. Ты прекраснее всех женщин. Но я должен довести дело до конца. Смотри! Михей расстегнул один из подсумков и достал астральную карту. — Я не зря учил джунский язык. Осталось два сектора. Если я найду Ижицу, мы больше никогда не будем платить. Ни за землю. Ни за воду. Ни за воздух. Ни за мысли. Ни за что! Понимаешь! Небо идей будет нашим навсегда. Наше чадо вырастет на воле. -Не говори!.. Не говори! - закричала вдруг Лия. Она смотрела куда-то мимо Михея. Лучник прихватил кинжал и полуобернулся. Навстречу страху. Ничего. Только темный взор, почти невидимый на фоне тьмы. С противным холодком внизу живота Михей ощутил этот жутковатый взгляд. Серые стальные льдинки глаз буравили мозг. Обман? Ложь? Провокация? Воздуха!!! Дайте вздохнуть!!! Лучник не знал, сколько он простоял ледяной статуей. Не помнил он, когда холодные оковы перестали держать его. Он чувствовал, что в его изможденное тело медленно возвращается жизнь. Кровь тугими толчками растекается по жилам. Дыхание судорожно расправляет легкие. А мозг вновь стремится найти выход. Загремел засов. Тяжелая дверь камеры распахнулась. Тяжело ступая, к пленнику подошел рыхлый хадаганец с глазами-льдинками. — Повторяю. У меня только один вопрос — где дневник? — Не знаю. — мрачно сказал Михей. — Неправильный ответ. Будем искать правильный. Ментальная волна накрыла лигийца. Обрывки образов, в которых смешались окна родного дома на домашнем аллоде, улыбка жены, тихий закат, отраженный в глади озера и огненные глаза колдуна, внимательно и бесстрастно следящие за жертвой. Казалось, череп готов был взорваться и Михей не выдержал. Закричал от боли. — Где? — приблизившись к нему, повторил вопрос хадаганец. — Подожди, Ургах. Только сейчас Михей увидел темную фигуру эльфа, отделившуюся от стены. Айринец. Худощавый. Утопающий в изящных кружевах. — Значит, тебе знаком джунский язык? И тебе известно про Ижицу. Ну парень...Попал, так попал. Наверное, ты думаешь, что твои руки скручены, а мозг ищет выход? Ну? Ответь? «Они в моих мыслях. Не думай о доме. Не думай о ней» — приказал себе Михей и крикнул из последних сил: — Небо станет нашим! А ты сдохнешь. Замрешь в пардоне, целуя сраку господина. В глазах эльфа сверкнула ярость. — Ургах! Новый удар ментальной волны скрючил Михея. Было так больно, что лучник постарался увести внимание от этой пульсирующей агонии нервов. «Бить Ужас из глубины нужно с группой надежных товарищей. Не скованных цепями. Да. Нужно освободиться. Опять? Нет. Я же был свободен. Что за чертовщина?» Сознание ускользало в темноту. Порывами он что-то видел и не мог понять, где явь, а где морок, наведенный псиоником. Подняв глаза, пленник увидел, что в помещении пусто. Видимо, его палачи пошли перекусить. «Нужно освободиться» — подумал он. Но вдруг понял, что он все же не один. Лоурент стоял сбоку. Старый лучник Михей почти не чувствовал рук. Они были скручены за спиной так, что неясно было, где пальцы, а где веревки. Он с бессильной ненавистью посмотрел на эльфийского колдуна. Худощавый, с утомленным выражением лица айринец не смотрел на пленника. Он рассуждал, ничуть не думая о каких-то там руках. — Бабло давно победило зло. А вместе с ним любовь, ярость, отвагу. Эльф неспешно, прихрамывая на левую ногу, прошелся по каменному полу тюремной камеры. Его шаги глухим эхом тонули в сумраке. — Кому сейчас нужна воля? Там ветер и дождь. Нет теплых магазинов и красивых женщин. Зачем тебе воля, лучник? Айринец прямо посмотрел на Михея. В его золотых глазах плясала плохо скрываемая злость. — Как это у вас лукаво выходит — с трудом ворочая языком, сказал плененный — Оболгав людей и украв у них небо, вы искренне думаете, что им достанет комфортной жизни? И за это регулярно собираете дань со всех вассалов и колоний. Вы обычные паразиты и не… Глыба льда выросла за секунды, и Михей застыл сверкающей снежной фигурой. — Сможете сдержать стремления людей— закончил за обледеневшего лигийца айринец — Идиот! Жить надоело? Поразмысли пока. Коротким взмахом руки он сотворил напротив Михея отполированную до зеркального отражения ледяную стену. Лучник увидел себя — избитого, заиндевевшего, жалкого. В стальных глазах отчаяние, смешанное со страхом. «Помоги, мне, защитник Хос — взмолился лигиец, чувствуя подступающий к жилам холод, — если я выживу, обязательно вернусь к ней.» — Ургах, продолжай. — услышал Михей. Свирепая морда псионика появилась с другой стороны. Волной накатил морок. Лия доверчиво взглянула ему в глаза. Он так любил ее. — Звезда упала прямо за нашим домом, — сказала она. И вдруг ее лицо стало рваться и уноситься обрывками губ, глаз, щек в бездну. Михея выдернули в темный мир яви. Ургах придвинулся к самому лицу и, воняя своими соплями, прорычал: — Дневник! — Да, крепкий орех — промулыкал Лоурент. — Сейчас мы его еще подморозим. «Холод. Боже, как я ненавижу холод» — чуть не рыдая, думал Михей. Лучник не знал, сколько он простоял ледяной статуей. Не помнил он, когда холодные оковы перестали держать его. Он чувствовал, что в его изможденное тело медленно возвращается жизнь. Кровь тугими толчками растекается по жилам. Дыхание судорожно расправляет легкие. А мозг вновь стремится найти выход. Загремел засов. Тяжелая дверь камеры распахнулась. Тяжело ступая, к пленнику подошел рыхлый хадаганец с глазами-льдинками. Ургах вонял, как и все орки. Михей обреченно наблюдал за псиоником. Дородный, кряхтящий суставами хадаганец не походил на палача. Скорее напротив, добродушная улыбка, не сходящая с его уст, говорила о кротком нраве. Если бы не глаза. Две стальные льдинки. — Где дневник? — холодно спросил орк. В голове пронеслись странные образы: имперская лаборатория, орк-лейтенант, орущий на зазевавшегося гоблина. И снова. Дом. Аллод… Лия влюбленно смотрит на Михея: — Звездочка прочертила красивую дугу и упал за наш дом. Я пошла посмотреть. Зеленая морда орка-псионика вылезла справа снизу. — Дневник!!! Иначе она сдохнет. Лия не обратила на морду никакого внимания. Она продолжала щебетать. Беззаботно и доверчиво. Сердце замерло, когда Михей увидел три темные фигуры с обнаженными клинками. Они шли к его дому. «Лия!!!» — пытался закричать Михей. Но только услышал заикающийся смех псионика и хихиканье айринца. «Это же ловушка. Обычная ловушка из воспоминаний.» — убеждал себя Михей. Но страх за любимую не давал сосредоточиться. Михей с силой дернул руку из веревки и вдруг понял, что свободен. Веревок не было. Лии не было. Даже камеры не было. Он находился в капитанской каюте лигийского корабля. Через секунду стало ясно, почему морок пропал. Лучник услышал, как в каюту, гремя сапогами, ворвался витязь в сияющих доспехах и громогласно объявил: — Господин. Тут двоих наших бешеные гибби положили. Орки их боятся. Шаман в контроле. Школьник долго не продержится. Помогите. — Идиот!!! — загремел маг. Почувствовав свободу, Михей в одном прыжке сбил хадаганца. Не удержал свою ярость и, развернувшись, врезал добротным пинком ему под пятую точку. Перекатился ближе к двери, увернувшись от подлого разряда Лоурента. Витязь, хэкнув, махнул палицей опять совсем близко. Этот ветерок от чудовищного взмаха совсем отрезвил Михея. Теперь им владела только холодная и расчетливая ярость. Просмотреть полную запись
  15. Отвага Стрекочущий шаг ловчих, Михей услышал, наверное, первым. Он только устало подумал: «Кто на новенького?» Преследователи даже если и услышали эти шаги, не придали им значения. Ведь почти весь их отряд пользовался этими механизмами. Поэтому внезапное появление двух людей Зэм на ловчих и одного суматошно орущего комботанта-гибби на плечах «здоровяка» произвело эффект «ментального взрыва». Все четверо преследователей застыли в недоумении, едва поняв, что на «их» ловчих восседают беглецы. Быстрее всех сообразил, что происходит, маг. Сделав сложный жест, он выдал в небо сигнальную ракету и прыгнул на своего ловчего. Орка и витязя в невод Ловчего «взял» жрец, а Школьник был попросту сбит летящим на всех парах мистиком. – Хватай Михея – заорал Жук-17 и старый лучник совсем близко увидел шесть мохнатых рук ростка гибби. Они подхватили его и, с необыкновенной точностью, перебросили связанного лучника на подоспевшего к ним второго ловчего, которым управлял Крусг. Мистик, полуобернувшись, отточенным кинжалом срезал еще не зафиксированные толком путы, и, натянув поводья, снизил скорость. Между тем, жрец развернул машину так, чтобы опутанные сетью орк и витязь, словно колобок, прокатились по опушке. Отстегнув невод Зэм, отправил вояк в ближайшие кусты. Только руки-ноги замелькали. Затем, набычившись, он взглянул на мага. Его руки разошлись в стороны, вторя ритму заклинания. Зрачки жреца побелели, вместе с вырвавшимся рыком только ему ведомой руны. Сухой залп молнии выбил Лоурента из седла и сбросил в низкую траву. Гнев стал овладевать жрецом, и гибби, чувствуя скорое преследование, ткнул его в бок: – Не увлекайся, Жук. Потом достанем его. Жрец выдохнул, взглянул на мага, который, на всякий случай, исчез за одним из своих многочисленных колдовских зеркал. – Да, потом — сказал Жук-17 и пришпорил ловчего. За ним в чащу углубился и второй Зэм. Михей кинул взгляд на поле битвы. Школьник уже поднимался, покачиваясь. Маг постепенно выходил в реальность, напряженно глядя вслед четверке беглецов. Он что-то сказал Школьнику, с отвращением счищая траву со своего костюма. Но лучник уже не услышал этого. Ветви сайвы сомкнулись. – Куда вы? – спросил Михей, обращаясь к мистику. – Отсидимся в тайнике — неопределенно сказал Крусг. Старый лучник ничуть не удивился, когда совсем близко услышал шум водопада, а затем и увидел низвергающуюся с покатого уступа реку. Водяная пыль стояла вокруг мириадами капель. Лучник увидел, как гибби и Зэм впереди прижались к корпусу Ловчего и прыгнули вниз. Прямо в эту пыль. За ними последовал и мистик. Лучник едва успел набрать воздуха в легкие, как их Ловчий, поджав все лапы, кинжалом вошел в невидимое за брызгами озеро. Напор воды ударил в грудь и Михей, что было силы, вцепился в имперский китель. «Попал как кур в ощип — невесело подумал он — за имперца хватаюсь». Подтянувшись, он выглянул из-за плеча Крусга вперед. Ловчий, мощно разрезая воду, шел под своды пещеры. Через несколько секунд он выскочил на ровную площадку перед титанической дверью, почти заросшей сталагмитами и сталактитами. Росток гибби и Жук-17 уже стояли перед дверью. Их ловчий замер без управления. – Не туда жмешь — ворчал гибби, переворачивая дневник — вот так, так и сюда. Скрип какого-то неведомого механизма заставил отступить всю четверку к самой воде. Титаническая дверь, осыпая все, что на ней наросло, с грохотом отодвигалась в сторону, пряча свое «тело» в паз. – Вы же говорили, что дверь запечатана. – Береженого Бог бережет — с издевкой заметил Готис. – Да там, все равно, нет ничего — сказал Крусг. Но Михей уже не слышал их, вглядываясь во тьму за титанической дверь. Оттуда несло сыростью, запахом мха и металла. Гибби деловито и уверенно прошел вглубь пещеры, чертыхнулся и щелкнул чем-то. Серые своды озарились тусклым светом от висящих под потолком гирлянд ламп. –Заходите живее. Дверь нужно закрыть — скомандовал Тирс. Но все и так уже были внутри.. – Этот рычаг? - спросил Крусг -указывая на неприметный рубильник на полу. Гибби кивнул. Едва дверь с хрустом встала на место, мистик подскочил к Жуку-17 и со странным выражением лица, которое чем-то напоминало ухмылку мертвеца, удивленно сказал: –Ну вы и наглые, товарищи. Гибби мелко затрясся от хохота, а жрец, цокнув языком, резюмировал: – Молодой еще. У нас выбора не было. Михей понял, что обмен репликами означал недавние события, когда троица, вместо того, чтобы тикать от ловчих, развернулась и атаковала преследователей. – Никогда не забуду морду того орка-шамана — захлебываясь, причитал Готис — с перепугу он свою шавку на инженера натравил. –А я, а я! – перебил мистик — фантомами их совсем сбил, а хадаганца удушением, удушением... Жук-17 молча наблюдал за этим хвастливым бульканьем. В глазах его читалось: «пфф, раскудахтались». Впрочем, гибберлингам, не привыкшим сдерживать эмоции, веселая болтовня шла. – Благодарю, что вытащили меня — выдержав паузу, сказал Михей. – Сочтемся — парировал Готис и вместе с Тиросм и Гирсом снова закатились мяукающим хохотом, вспоминая былой подвиг. – Да — прервал свое скептическое молчание Жук-17 — разумная отвага — это хорошо. Но что делать дальше? Мы в ловушке. Или кто-то знает отсюда другой выход? Ведь тот, который мы только что прошли, наверняка взят на мушку. – Ну вот. Не дадут моментом насладиться — капризно сказал Гирс и закатил глаза. – Да уж, полегче. Братия Лоурента зайти сюда не сможет. Без дневника – поддакнул Готис. Тирс похлопал своих родственников по плечам и дополнил: – Жук, ты же знаешь, другого выхода не было. Хорошо. что фарт улыбнулся нам и мы соскочили с погони. – Надолго ли? – скривился жрец. – Попробую вас окрылить. – сказал лучник, оглядывая спутников — Гнаться будут до тех пор, пока не прикончат. Это ясно как дважды два. Судя по всему, вы, а точнее мы, помешали очень могущественным силам. Отряд из десяти человек мог прибыть сюда минимум на двух кораблях. Кто может позволить потратить столько золота на то, чтобы снарядить такую погоню? Лоурент? Он ведь был там. – Лоурент лишь исполнитель. Как и весь этот сброд с ним. Они и драться толком не умеют. Кто в лес, кто по дрова — ответил Жук-17. – Есть идея — сказал гибби — выключим свет и откроем дверь. Если контролировать рубильник, в темноте у нас есть шанс их перещелкать, усыпить. А потом дёру до корабля. – Вы же говорили тут есть проход — сказал Михей. – Да есть. Но это не проход. Росток гибби просеменил во тьму и подозвав лучника указал на камень в форме ромба, исписанный рунами и резами. Он едва выглядывал из каменного завала одним боком. – Что там написано? – вглядываясь в руны, спросил Михей. – Чёрт разберет. Это язык джунов — ответил гибби. Лучник молча вгляделся в надписи: – Я, один из последних джунов — сбиваясь и чертыхаясь, прочитал Михей – Туи-Лен, попав в рабство лукавому Фирезу, запечатал… Не разберу дальше. – О, я чувствовал, что нам повезет — заулыбался гибби во все три рта — но чтобы так. Многие ли знают язык джунов? Жук гляди. Он умеет читать на забытом языке. Жрец уже стоял рядом, с восхищением глядя на Михея. – Нужно разгрести завал — вздохнул лучник. Жук-17 молча стал снимать камни. Через минуту к нему присоединились мистик и комботант. Они работали около получаса, взмокнув в душной и влажной пещере. – Стоп — вдруг сказал Михей – можно взглянуть на дневник. Глаза лучника лихорадочно блестели. Видимо, ему пришла какая-то мысль. Гибби незамедлительно повиновался, вытащив книжицу в кожаном переплете. Вместе они склонились над потертыми листами, стараясь не загораживать тусклый свет от ламп. Перелистнув на две последние страницы, которые Михей еще не изучал, он, долго шевеля губами, вглядывался в текст. – Вот. Я так и знал. «Аллод в третьем секторе водопада — наконец начал цитировать он — ментальный след не показывает. Однако, судя по записям раба Фиреза Туи-Лена, именно здесь сокрыт портал в город Чингирь. Мы обыскали все пещеры, облазили весь аллод, но то, что нужно Бъянке не нашли». – Ну и? – Они не нашли джунский портал — ответил лучник — потому что он не откалиброван в эфирном потоке. – Какие потоки? Что за черт? — загремел жрец — не понимаю. Объясните! Мистик, отвесив челюсть, смотрел на Михея. – Да. Все правильно – наконец сказал он — Джунские порталы должны быть подключены к стихии мыслей. Пятой стихии. Это знает каждый мистик. И не только. Как я не смог сложить два и два? – Они не обнаружили ментальный след и не нашли «мертвый» джунский портал. Зря мы тут все разгребаем? Нужно подумать, как выйти отсюда и не попасть в лапы айринцам. – А ключ? – спросил гибби. Столкнувшись лбами с гибби, лучник снова вгляделся в страницы дневника. – Эта пирамида снизу. Она перевернута. Ключ в ней — объяснил жрец. – «Но облетая аллод на астральном корабле, мы обнаружили описанную Туи-Леном чудовищных размеров пирамиду, заросшую травой. В ней должен быть ключ. Придется вернуться к Бьянке с одной хорошей новостью» - прочел Михей и задумчиво посмотрел на Жука. – Ах. Да! Вспомнил! Бьянка? Фаворитка короля эльфов? – заорал мистик. Все повернулись к нему. – Да, Михей прав. Теперь нам путь на Айрин — вздохнул Готис. – Нет — твердо сказал жрец — нужно раскрыть эту тайну. Надо прочесть запись. Неизвестно, удастся ли нам всем сбежать. А если мы попадемся? Глупо терять козырь в рукаве. – Да. Давайте раскопаем этот секрет — сказал мистик и принялся ворочать камни. Вскоре к нему присоединились и остальные. Джунский портал был завален основательно. Через полтора часа интенсивной работы, взмокшие от пота, приключенцы освободили его лишь наполовину. Во время отдыха, Михей, тщательно сдувая пыль с многовековых надписей, прочел дальше: – Запечатал ворота в город Зэм жезлом Фиреза. Лишь мудрый и настойчивый найдет его в магнитных дебрях. Попасть в пирамиду живых стен поможет мертвый дракон и магнитный тролль. – Это – все? – спросил мистик. – Ниже просто какие-то символы и стрелки. Отерев камень, гибби удрученно сказал: – Чепуха какая-то. Тут рисунки хлама – «неизвестный минерал», «золотая цепь». – Давайте не унывать. Копаем — сказал товарищам жрец и тут же наткнулся на еще один рисунок старой чаши, которую он не раз просто выбрасывал после перебора добычи с астрального острова. Чувствуя скорую разгадку, четверка с удвоенным рвением принялась разгребать завал. Вскоре весь джунский портал был освобожден. Он не вибрировал и не гудел, как большинство действующих порталов, но все надписи при должной сноровке на нем можно было прочесть. Михей старательно переводил: «Пробудить мертвого дракона придется с помощью капли крови дракона, смешанной в старой чаше с неизвестным минералом. Привести в действие тролля можно при помощи говорящего краба и золотой цепи». – Проклятые загадки. Какой краб? Его что, смешать с золотой цепью? – возопил жрец. – Эй, Жук, ты что, не слышал истории про краба и Тролля — с улыбкой спросил гибби. Это ж друзья не разлей вода. – «Отыскать компоненты для активации стражей врат Дебрей можно в пещерах Хозяйки Медной горы, Земле Тысячи крыльев и Лумисааре». – А это что за стрелки? – спросил мистик. – Похоже на инструкцию по нахождению – ответил лучник. Готис вздохнул и резюмировал: – Выходит, обычный хлам с островов тут не пригодится. Только на опасных аллодах найдем то, что нужно. Он завалился всей троицей прямо на сырой пол пещеры. Жрец и мистик последовали его примеру, вытянувшись и хрустя сочлененьями. Михей чувствовал, как ломит мышцы от долгого напряжения и ноет спина. Он привалился к джунскому порталу и устало сомкнул веки. – Гибби, Лоурент точно не сможет зайти? – сонно спросил Крусг. – Без дневника — нет. – Но, кажется, нам все равно придется снова обнаглеть и атаковать. – Стемнеет еще не скоро — устало сказал Михей. Он с удивительной ясностью понял, что его мысль – дождаться ночи и напасть на преследователей в темноте — разделяют все. Через какое-то мгновенье Михей уснул. Сон-воспоминание привиделся ему. Отец, молодой и полный сил воин с исполосованным шрамами лицом с ласковой улыбкой, говорил ему «Настоящая отвага сынок, это не ор на поле брани, а шаг навстречу любимой. Той, которую ты боишься больше всего. Боишься ее отказа, ее презрительного взгляда. Но, собрав волю в кулак, подходишь, с одной целью — вызвать у нее улыбку». Вдруг снаружи что-то со страшным грохотом громыхнуло. Потом еще. Еще! Лучник подскочил. – Успокойся — сказал гибби – у идиотов пара бочек динамита, видимо, была. Михей прислушался. На пределе слышимости, там, за стеной, кто-то ругался на изящном айринском языке. Хотели войти? Больше ему не спалось и он принялся вновь изучать надписи на джунском портале. Не помогло. Тогда он встал и прошелся по пещере. Что-то было не так. Хос шептал «Опасность! Беги!» Но в чем опасность? Михей взглянул наверх и обомлел. Во тьме с трудом различались неожиданные ответы. На джунской мозаике, с Заком, сражавшимся с Заклятьем, был третий. Человек Зэм. И вдруг потолок вспух, с натужным стоном разорвался на каменную сыпь. – Берегись!!! –только и успел заорать лучник. Первыми вскочили гибби. Затем жрец. Мистик только поднял башку. – Наверху! Наверху! – кричал Михей. Задрав головы, они увидели в зияющем провале потолка морды Школьника, Лоурента, двух орков и инженера. Они ухмылялись. Гибби метнулся к рычагу и рванул его. – Снаружи пять лохов. Выходим! Дверь с натугой пошла в паз. Мистик наконец-то встал на ноги и огляделся. Жук-17 дал свет. На секунду пещера озарилась ослепительной вспышкой. Дверь уже открылась достаточно, чтобы Готис с криком «Чау-чинга!!!» вырвался из пещеры. «Их же трое — с кристальной ясностью понял вдруг Михей — а там осталось пятеро. Чертовы гибби с ума сведут». Он ушел от молнии Лоурена, накинул яду орку с двуручником. И вдруг увидел лучника, выходящего из инвиза. Школьник кинулся на Михея с торжествующим криком, ослепил вспышкой, бросил путы. «Не успею — только подумал Михей, наблюдая как Лоурент, опять испачкав свой костюм грохнулся в сырую мглу пещеры. Инженер, приземлившись, атаковал Зэм. Но каких Зэм? Их было 12 штук. Фантомы! Вся пещера стала полем битвы. Бегали пауки инженера. Шавка шамана грызла фантом, маг метал кометы. Но бой уходил в сторону к титанической двери. «Попался» – только и успел подумать лучник — «я опять попался, они, надеюсь, нет». Орк с двуручным мечом, хэкнув, ударил эфесом так, что в глазах потемнело.