• Stories

    Sign in to follow this  

    Lafayette
    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
    Автор: risovalkin
    К ОГЛАВЛЕНИЮ
    Глава 59. Ключ Патриарха
     
    Вряд ли я мог предположить, что наша военная кампания на Авилон в итоге может оказаться такой скучной. Вот уже несколько дней здесь не происходило ровным счетом ничего. Историки сидели в своем лагере, изредка совершая вылазки в южном направлении, Найан защищал аллод от луча, авиаки держали оборону к северу аллода, сражаясь с обученными нетопырями, мы немного зачистили берега от мелких демонов, а наши корабли с успехом отстреливались от крупных. Капитаны обоих кораблей, обсудив стратегию, пришли к выводу, что с демонами нам справиться по силам, но стоит отчалить от земли и оказаться в открытом астрале, как нас скорее всего сразу атакует дворец Галеон, поэтому выдвигаться слишком опасно. Штаб с этим согласился, так что мы пока оставались на месте.
    Потрепанная нетопырями Фея быстро оклемалась, и от нечего делать я начал учить ее носить почту. Сорока оказалась очень умной и быстро сообразила, что от нее требуется. Игра ей понравилась и она стала носиться между кораблями и базой Историков с записками. За это ее кормили сахаром и мышами. Именно она принесла послание от Найана, в котором сообщалось, что группа ученых решилась отправиться к северо-западным раскопкам джунских руин, несмотря на опасность. Их будут сопровождать авиаки в качестве защитников.
    — Они говорили, что северная часть аллода кишит демонами, и боялись нос показать из своей базы, а теперь вдруг собрались идти к ним прямо в лапы. Это подозрительно! — нахмурился майор Монту, ознакомившись с посланием.
    — На северо-западе находятся какие-то очень важные раскопки, Историки переживали из-за того, что не смогли завершить там свои исследования, — произнес я. — Мы скажем свое веское слово?
    — Обязательно! Не доверяю я им. Мало ли, чем они там собираются заниматься, надо проконтролировать! Хоть мы их пока и не арестовываем, это не означает, что им можно ходить, где вздумается, без нашего ведома!
    Когда я сообщил своим друзьям о том, что нам предстоит рейд вместе с Историками до джунских руин, лежащих в опасной местности, меня сразу же раскусили.
    — Это к тем самым, где нашли червелицее существо? — усмехнулась Лиза. — Даже не вздумай сказать, что это не ты сам напросился туда идти.
    — Вам что, неинтересно узнать об этом?
    — Интересно, — кивнул Орел. — Но, Ники, милый, нас пугают твои суицидальные наклонности…
    — Можете оставаться здесь, я найду более лояльных, — спокойно сказал я, прекрасно зная, что они не останутся.
    — Ага, чтобы опять тебя потом вылавливать со дна какого-нибудь озера? Ну уж нет. Когда выдвигаемся?
    — Сейчас.
    В лагере Историков снова царила суета, как и в тот день, когда мы впервые попали туда. Группа ученых, собравшихся к руинам джунов, включала в себя гибберлингское семейство Ромашек, эльфа Людвига ди Грандера, двух девушек лаборанток, одинаковых на лицо, трех минотавров для тяжелой работы, и наверное с десяток авиаков — их я так и не сумел пересчитать, потому что они быстро порхали над нашими головами, все время перемещаясь.
    — Мы слышали, что вы нашли обломки корабля судебных исполнителей? — спросил старший из гибберлингов.
    — Да, он подвергся нападению демонов.
    — Соболезнуем. Эти бедняги должны были арестовать нас… И все равно, мы скорбим об их смерти. Они не были нашими врагами, и если бы оказались здесь, то встали бы плечом к плечу с нами — против вампиров и демонов!
    — А вы не боитесь сейчас столкнуться с вампирами и демонами? — спросила Лиза.
    — Это было бы крайне нежелательно, — сообщил Людвиг, — но у нас родилась идея. В донесениях наших коллег с Асээ-Тэпх я читал, что они подчинили джунских големов. Знаете ли вы, что големы создавались джунами для борьбы с Проклятьем? Согласно труду «Откровения Тка-Рика», джунское Проклятье и наши демоны — суть одно. Быть может, в наших силах и сейчас использовать големов для борьбы с демонами. Как вам такая идея?..
    — Учитывая, что джунов это не спасло…
    — В любом случае, другой идеи у нас нет.
    Я вспомнил демона из Тринадцатой лаборатории, которого уничтожили джунские големы. Империя тоже интересовалась таким вариантом борьбы.
    — Эти руины, где мы нашли големов, называются «Тотнум», что в переводе с джунского означает «крепкие стены», — продолжал Людвиг. — Судя по всему, там пролегала их линия укреплений.
    — А вы знаете, как оживить этих големов? — спросил я.
    — Думаю, да. Историки с Асээ-Тэпх управляли големами с помощью артефакта, мы тоже нашли нечто подобное, но опробовать не успели. Нам еще ужасно мешались мантисы, развелось их там… А характер у них — что у тещи из любого анекдота. Злые они, в общем.
    — Если там демоны разгуливают, то все мантисы уже точно разбежались.
    — Это очень разумно с их стороны! Я намерен запустить големов и, если получится, привести их на базу для дальнейшего изучения. Главное понять, как ими управлять. Вампирский луч взрезает плоть Авилона, как нож масло, я надеюсь, что западный рог еще не превратился в отдельный остров и мы сможем добраться до руин.
    К сожалению, эта надежда оказалась напрасной. «Западный рог» болтался рядом с аллодом, не соприкасаясь с ним, хотя и находясь довольно близко. Авиаки спокойно перелетели на другую сторону, Старик вместе со мной тоже легко, расправив широкие крылья, перемахнул через бездну (мое сердце екнуло), а вот для остальных пришлось сооружать мост: натянули канаты, связали бревна, закрепили концы… Переправа не казалась надежной, особенно подо Лбом и его носорогом. Бесстрашный в бою лютоволк Орла и вовсе отказывался идти вперед. Прошло не меньше десяти минут, пока его удалось лаской и уговорами, пинками и подзатыльниками, уговорить перейти на ту сторону через астральную бездну.
    Ветер раскачивал мост, канаты скрипели, бревна бились друг об друга, хотя стянули мы их довольно крепко. Когда все оказались на отколовшимся островке, вздох облегчения сам вырвался из моего горла. На все это ушло много времени и часы показывали глубокую ночь. И пусть на освещении, всегда походившем на утро, это никак не сказалось, всем уже откровенно хотелось спать. Пришлось разбивать лагерь и становиться на ночлег. Дежурили, правда, на этот раз только авиаки, так что я, быстро уснув на мягкой, словно перина, траве, благополучно продрых до утра, а потом еще и повалялся в ничегонеделанье, жуя травинку и глядя в прекрасное, рассветное небо. Дрейк, почуяв свободу, охотился на мантисов, Фея спала у меня на голове, недовольно закаркав, когда я все же поднялся, чтобы умыться в холодном озерце неподалеку и избавить организм от лишних жидкостей. Я даже успел побриться и насобирать неизвестных алых ягод (Матрена сообщила, что они ядовитые, и заставила все выбросить), прежде чем Историки наконец-то изволили проснуться и продолжить путь.
    Как выяснилось, нужные руины оказались почти на краю земли, потому что аллод крошился и уменьшался в размерах прямо на глазах. Но хуже всего то, что по берегу бродили демоны! И не только мелкие астральные бесы, но и крупные, по-настоящему опасные особи. Конечно, при помощи авиаков нам удавалось держать оборону и не подпускать их к руинам слишком близко, но и о том, чтобы разогнать их совсем, не могло быть и речи! Наши силы оказались неравны — демоны слишком превышали нас количеством. Кроме того, мы обнаружили еще одно червелицее существо, которое, проиграв схватку с демонами, буквально на наших глазах было разорвано на части. Это красноречиво говорило о том, что они не за одно! Впрочем, ни на какой союз мы не надеялись. Историки заверили, что к ним червелицые относятся так же враждебно, как и к демонам. Словом, опасаться нужно было и тех, и других.
    Сами руины представляли из себя груду камней вокруг относительно неплохо сохранившейся лестницы, ведущей в никуда. Но гораздо более интересным было то, что по бокам лестницы, почти сливаясь с каменными барельефами, возвышались големы — безжизненные и напоминающие просто статуи. Они походили на тех, что я видел в тринадцатой лаборатории и на Асээ-Тэпх, кроме одного — того, что стоял на самой вершине, возле чего-то, смахивающего на алтарь. Он был заметно больше остальных и, вероятно, сложнее — если, конечно, все эти иероглифы на нем являлись чем-то большим, чем украшения.
    — Вот и големы. Похоже, этот здесь главный. Надо попробовать применить артефакт… Посмотрим, что получится!
    У Историков сразу загорелись глаза и им стало все равно, что вокруг кишат демоны. Мы же — я со своей группой и авиаки — рассредоточились вокруг, чтобы контролировать любые демонические поползновения против науки. Я надеялся, что если червелицые и почтят нас визитом, то схлестнутся с демонами раньше, чем доберутся до нас. Трудно было сказать, кто из них вызывает у меня больше опасений. Однако червелицые не появлялись, а вот от демонов пришлось отбиваться довольно активно. Авиаки оказались очень умелыми вояками, так что мы сумели справиться и с несколькими волнами мелких астральных бесов, и с двумя крупными демонами. Когда натиск противников схлынул, я подал знак, что хочу проведать Историков, и поднялся по лестнице, не убирая меч в ножны.
    Ученые выглядели озадаченными. Людвиг чесал затылок, нарезая круги вокруг большого голема, которого, судя по всему, удалось «включить» — он испускал голубое сияние, а внутри него что-то щелкало и поскрипывало.
    — Работает! Голем явно что-то хочет сказать… Но понять его невозможно. Как же общаться с этим болваном? Быть может, с помощью другого голема…
    Гиббрелингское семейство Ромашек суетилось возле голема поменьше, с которым дела явно шли веселей. Каменный исполин послушно выполнял команды, а по бегущим светящимся иероглифам на его туловище можно было считывать информацию. Подстраховываемый двумя минотаврами, голем довольно бодро прошагал до своего «старшего» собрата, после чего Людвиг принялся вводить какие-то команды с помощью артефакта — по виду куска камня, так же сплошь изрезанного джунскими узорами. Для меня все это действо представляло из себя непонятный, сложный ритуал с танцами и бубнами, но было ужасно интересно! Какое-то время ученые возились с големами и я уже решил вернуться к своим, чтобы продолжить защищать руины от вражеских посягательств, как вдруг Людвиг издал радостный возглас.
    — Есть! ЕСТЬ! Сообщения большого голема можно расшифровать через малого. Большой называет его Младшим и… и… он говорит, что его силы прибывают, что он вновь в строю! Кажется, он рад, что может продолжить выполнение задач.
    — Каких задач? — оторопело спросил я.
    Голем все же искусственно созданный механизм, и наличие у него столь высокого интеллекта, способного чему-то радоваться, меня впечатлило.
    — Так-так-так… подождите, он проводит проверку системы после выхода из стазиса… — затараторил Людвиг, подпрыгивая на месте от нетерпения. Рядом с ним нервно топтались гибберлинги и обе лаборантки. Даже минотавры с интересом подошли ближе. — Какой-то сбой! Перезагрузка… Загружается память, идет проверка свода данных. Проверка выполнена. Проведен быстрый анализ местности. Обнаружено множество Проклятий…
    — Что? Проклятий?!
    Я заозирался, морально не готовый столкнуться с тем, что убило джунский народ, да еще и во множественном числе.
    — Они слабы, но могут представлять угрозу для Создателей, — продолжил Людвиг.
    — Это он о наших демонах говорит? — спросила одна из лаборанток.
    — Ну да! Если Проклятием джунов был невероятной силы демон, то теперь големы распознают в наших астральных демонах множество слабых Проклятий.
    А еще Саранг Птах — восставший с плато Коба, своими глазами видевший Проклятье джунов, утверждал, что оно живо до сих пор, что гигантский демон, истребивший целый народ, по-прежнему обитает где-то в астрале. И возможно даже не один.
    — Так-так, подождите, голему для дальнейшей работы необходимо присутствие Создателя. В противном случае возможен сбой системы. Старший приглашает Создателя…
    — Джуна? — задала риторический вопрос все та же лаборантка.
    — Ответа нет. Идет анализ местности… Создателей не обнаружено… Конечно не обнаружено, дубина ты каменная! Твои создатели давным-давно на том свете! Так… Согласно инструкции начинается самостоятельный анализ обстановки… Сбой! Для продолжения анализа необходимо заменить источники питания. Младший должен доставить три энергетических заряда для Старшего! Повторяю. Анализ обстановки невозможен. Требуется заменить источники питания.
    Все вокруг засуетились, как при пожаре. С проклятиями и воплями, спотыкаясь на ровном месте, сбивая с ног друг друга, роняя нужные инструменты, ученые отколупали от трех маленьких големов какие-то светящиеся куски, вероятно — те самые энергетические заряды, после чего начался не менее экспрессивный процесс вставки зарядов в большого голема.
    — Заряды приняты и установлены в блок питания. Начинался анализ… — облегченно выдохнул Людвиг. — Внимание. Обнаружена новая форма жизни. Начинается проверка в своде знаний…
    Что-то внутри голема защелкало и замигало с удвоенной силой, мы все забыли даже дышать, во все глаза глядя на него. Напряжение повисло в воздухе. Анализ длился, казалось, целую вечность…
    — Проверка закончена. Аналогов не выявлено. Требуется экземпляр существа для подробного изучения.
    — Какого существа? Кого он имеет в виду?
    — Понятия не имею… может демонов?
    — Их он определил, как «слабые Проклятия».
    — Может, нас?
    — Ну уж точно не меня! Эльфы самая древняя раса Сарнаута!
    — Но и люди не могут быть «новой формой жизни» для джунских големов. Сами джуны тоже были людьми…
    Мы покосились на гибберлингов и минотавров, но тут Старший голем снова замигал и защелкал, и Людвиг принялся расшифровывать хитрую вязь иероглифов, которой засветился малый голем.
    — Младший должен доставить Старшему один экземпляр новой формы жизни. Приметы: шевелящееся образование в нижней части головы. В случае сопротивления разрешается применить силу. Запрещается топтать и разрывать существо на части.
    — Червелицые! — в три голоса воскликнули гибберлинги.
    Людвиг, задумавшись, посмотрел в мою сторону. По дороге я рассказал историкам о том, что видел червелицего на плато Коба, и что в руинах Зэм удалось обнаружить его изображение. И если восставшие видели их еще при своей настоящей, первой жизни, то эти монстры точно существуют больше двух с половиной тысяч лет!
    — Быть может, червелицые появились, либо мигрировали на эти земли с каких-то далеких, неизвестных территорий после смерти джунов, но еще до вымирания Зэм?
    — Быть может, мы все-таки достанем для голема «экземпляр»?
    Эта задача оказалась сложнее, чем заменить энергетические заряды, ведь червелицего под рукой у нас не было. Пришлось прорываться с боем к тому, который трагически закончил свою жизнь на наших глазах в неравной схватке с демонами. Нам, конечно, повезло больше, чем ему, и его останки добыть удалось, правда мы поплатились за это одним сломанным рогом, потерянным тесаком, двумя разодранными плащами, четырьмя испорченными сбруями, и бесчисленному количеству вырванных перьев. Цена не такая уж и большая за честно отвоеванные трофеи: голову червелицего, руку и часть тела. Матрена и Лиза отвернулись, слегка позеленев, когда Лоб продемонстрировал то, что успел схватить. Даже Миша, предпочитающий смотреть на все с научным интересом, не смог побороть отвращения, отразившегося на его лице. Орел и вовсе не стал себя сдерживать.
    — Это какой-то гигантский слизень с руками, из которого растут черви. Не сочтите меня расистом и ксенофобом, но наш мир станет лучше, если мы истребим эту гадость под корень.
    — Пожалуй, в этот раз я с тобой соглашусь, — произнесла Лиза. — Это существо просто омерзительно!
    — Геноцид разумных существ, пусть даже… э-э-э… своеобразных на вид, запрещен всеобщей конвенцией… — неуверенно начал Миша, но Орел его перебил.
    — Для таких уродов не грех и сделать исключение!
    — Ладно, давайте отнесем это к голему, — сказал я, сам внутренне содрогаясь. Даже просто смотреть на червелицего было гадко, не то что трогать его руками.
    У историков червелицый тоже не вызвал восторга, тем более, что их глазам предстали только некоторые его части, вырванные весьма варварским способом. Обе лаборантки, синхронно зажав рты руками, убежали в кусты. Людвиг, проявляя чудеса профессиональной выдержки, разложил останки на камне, похожем на алтарь, после чего снова схватился за артефакт, который я про себя называл пультом управления. Старший голем, оглушительно заскрипев, зашевелился и, склонившись над алтарем, словно сканером провел над останками тем, что можно было назвать руками.
    — Начинается анализ, — провозгласил Людвиг. — Анализ костной структуры: выполнен. Анализ кожного покрова: выполнен. Анализ внутренних органов: выполнен. Анализ репродуктивной системы… Ждите. Анализ завершен.
    — Ну и?
    — Анализ образца закончен. Неизвестное существо, аналогов в своде данных нет. Существо агрессивно, обладает хорошо развитым мозгом. Высокий уровень потенциальной опасности. Рекомендуется уничтожение вида для обеспечения безопасности Создателей.
    — Вот! Что я вам говорил! Даже древние големы со мной солидарны, а в них, между прочим, мудрость джунов! — воскликнул Орел, но на него сразу зашикали ученые и он снова спустился вниз, защищать руины от нападений.
    — Краткий отчет будет передан Создателям после их обнаружения, — продолжил Людвиг. — Анализ обстановки продолжается. Создателей не обнаружено, поиск не закончен.
    — Как бы ему объяснить, что его Создателей искать уже бесполезно?..
    — Внимание. Окончательная оценка по результатам исследования местности. Неизвестные существа агрессивны и враждебны. Происхождение: не выяснено. Образ жизни: неизвестен. Проводят время в спячке под землей, в состоянии, схожем с магическим стазисом. Причина пробуждения: постороннее воздействие. Подлежат уничтожению.
    — Джуны, как я понимаю, дружелюбием не отличались, — пробормотал я.
    Голем продолжал мигать и издавать щелчки, но информация перестала поступать. С него сыпалась крошка и мы боялись, что он в любой момент заглохнет, но анализ все еще продолжался. Сначала все ждали с нетерпением, не отрывая глаз от голема, потом понемногу начали осматриваться, переговариваться и строить теории, а когда стало ясно, что анализ затягивается, то и вовсе занялись другими делами. Я вернулся на свой пост у подножия лестницы, но демоны уже не лезли столь же активно, и авиаки даже предложили сделать вылазку к берегу, чтобы отомстить за свои ободранные перья, но мне эта идея не понравилась.
    Я периодически бегал наверх узнать, есть ли какие-нибудь новости, но историки только пожимали плечами, пытаясь оживить других големов. Старший же все еще мигал и щелкал. Людвиг уже решил, что он, вероятно, сломался, чем разочарованно поделился со мной ближе к вечеру, и именно в этот момент щелчки вдруг прекратились, а по тому голему, через которого историки держали связь со Старшим, снова побежали, как по табло, яркие иероглифы. Все тут же подскочили ближе, и Людвиг принялся читать.
    — Внимание! Анализ обстановки завершен. Создатели мертвы, вероятность ошибки исключена. Мир обречен на уничтожение. Проклятие Сарна скоро исполнится. Вероятность ошибки исключена. Включаю программу окончательного стазиса. Младший, прощай. Мне было приятно работать с тобой!
    И на этом все големы разом потухли. Стало неожиданно темно и оглушающе тихо.
    — Что это сейчас было? — ошарашенно произнес Людвиг.
    — В смысле — мир обречен на уничтожение? — прорычал один из минотавров.
    Ответа ни у кого не нашлось. Один из авиаков поднялся наверх, узнать, что случилось, потому что снизу тоже заметили переменившуюся обстановку.
    — Наверное, голем был неисправен, да? — осторожно произнесла лаборантка.
    — Попробуем запустить их снова, — решительно сказал Людвиг, и ученые дружно принялись за работу.
    Я снова спустился вниз, и как раз во-время — дальнозоркие авиаки уже сообщили о приближении к руинам астральных бесов. Большого демона с ними не было, но и эти мелкие пакостники в большом количестве могли доставить проблем. Я вынул меч, но голова была занята отнюдь не боем, а информацией от голема. Тело двигалось механически, не осмысливая происходящее. Хорошо, что рефлексы никуда не делись, и никакой астральный бес не цапнул меня за ногу за то время, пока я вновь и вновь прокручивал и так, и эдак зловещее предзнаменование о каком-то Проклятии Сарна и уничтожении мира. И что это за слово такое — «Сарн»? Что оно означает? Может быть, джуны называли так наш мир? Когда с демонами было покончено, я спросил у Миши, откуда взялось название «Сарнаут».
    — Это знание утеряно. Существуют разные теории, но их так много, а доказательств так мало, что я бы не стал рассматривать на полном серьезе ни одну из них. А что?
    Я рассказал о том, что поведал голем, и теперь и мои друзья тоже впали в задумчивость.
    — Вот те на, — поморщился Орел, — только соберешься пожить вдоволь, так сразу конец света на носу замаячит.
    — Пойду узнаю, удалось ли им снова запустить големов…
    Поднявшись по лестнице, я обнаружил ученых в крайне удрученном состоянии. Пройдя все стадии — отрицание, злость, торг, депрессия, — им пришлось смириться, что големы джунов замолчали навсегда.
    — Похоже, мы уже не сможем использовать их для борьбы с демонами и вампирами, — скорбно констатировал Людвиг. — Однако слова Старшего ставят меня в тупик. Что это за Проклятие Сарна? Я никогда раньше не слышал о нем. Надо свериться с архивами: может быть, в них найдется ответ.
    Поникшие и разочарованные, мы засобирались обратно. Сооруженный нами мост все еще был жив и на этот раз эпопея с переправой на другой берег получилась значительно короче.
    — Эх, правду говорят, что аппетит приходит во время еды! Сейчас бы попасть на северо-восточный осколок, — сетовал Людвиг. — Там стояли весьма занимательные джунские стелы. Теперь они или погибли в астрале, или окружены демонами и вампирами. А вдруг это такое же мощное оружие против врага, как и големы? Вся логика развития событий, вся моя интуиция, весь мой опыт… одним словом, все говорит о том, что стелы имели военное назначение. Ох уж эти джуны! Такие выдумщики! Были…
    — Кажется, авиаки периодически делают рейды на захваченные вампирами территории.
    — Да, но нужна долгая исследовательская работа, прежде чем мы сможем разобраться в назначении стел и сумеем их активировать, если это вообще возможно, конечно… Как же не вовремя к нам пожаловали эти вампиры! Такая масштабная работа из-за них остановилась!
    В лагере Историков мы застали переполох. К своему удивлению я обнаружил там майора Саранга Монту в окружении его собственной группы Хранителей. Это навевало неприятные мысли о том, что ситуация усугубилась, но на самом деле все оказалось совсем наоборот. Наше возвращение тоже вызвало бурный интерес, и все вокруг поделились на две группы. Историки столпились у окраины лагеря, устроив стихийный научный диспут по поводу результатов нашей вылазки, авиаки и Хранители Империи в свою очередь собрались у неработающего портала.
    — Куарр… Я не мочь бросать Найан! Я дал слово! Слово авиака — кремень! Проклятье! Раньше нам помогать наемник Историков. Их быть семеро. Семеро великолепных орк! Но все они умереть храброй смерть. Нам не на кого больше рассчитывать, кроме мы! — верещал Милвус.
    — Что случилось? — шепнул я майору Монту.
    — Авиаки снова летали на Восточный Рог. Они так называют остров, который вампирский луч отрезал от Авилона… — начал было майор, но тут Милвус заметил меня и моих друзей.
    — О, это быть вы! Куарр! Сам старейшина говорить о вас! О-о! Вы завоевать его доверие, а это быть непросто!
    Я смекнул, что речь идет о Корвусе, старейшине авиаков, которого мы расположили к себе тем, что пытались помочь их зараженному вампиризмом собрату.
    — Так что случилось? — повторил я громко.
    — Старейшина посыласть разведка на северный осколок. Это есть очень хорошо! Давно пора не защищать себя и бить вампир в их логове! Да! Разведчики следить и обнаружить, как вампир телепортироваться! Куарр! Я быть уверен, что он переместиться во дворец Галеон! Вампиры и демоны есть хитрые бестии! Этот дворец выглядеть страшно. Даже подумать боюсь, что скрываться за его стенами.
    Мне вампирский дворец казался невероятно красивым творением, но о вкусах с авиаком я спорить не собирался и повернулся к майору.
    — Во дворце есть портал, — подвел итог Саранг Монту.
    — И именно это стало причиной того, что наш портал перестал работать! — горячо добавил присутствующий здесь же Иавер Мусэм. — Их технология глушила наш сигнал. Но я уже решил эту проблему! Принципы их телепортации не отличаются от наших… А камень Путешественника прекрасно находит следы телепортационных связей!
    — Вы сумели восстановить работу вашего портала?
    — Более того! Я сумел подключиться к порталу во дворце Галеоне! — засиял, как золотая монета, ученый. — Найан может гордиться мной! Теперь я могу переправить во дворец кого угодно, но вампиры еще пока об этом не знают! Но все же стоит поторопиться, они могут засечь наш портал в любой момент.
    — Отойдем, капитан, на пару слов, — кивнул мне Саранг Монту.
    Я догадывался, что он хотел мне сказать с глазу на глаз, и не ошибся.
    — Действовать надо быстро, чтобы не потерять фактор внезапности, но пока наши штабные разродятся решением, вампиры разрежут Авилон на лоскуты.
    — Согласен, — произнес я. Имперская бюрократия уже притча во языцех.
    — Если мы вернемся к кораблям, я обязан буду доложить обо всем, и мне прикажут оставаться на месте и не предпринимать ничего до принятия решения штабом…
    — Тогда нам не стоит возвращаться к кораблям. Я отправлю сообщение со своей сорокой, пусть высылают подмогу…
    — Слушай, капитан, я в любом случае возьму всю ответственность на себя: ты и твоя группа просто выполняли мой приказ. Но заставлять тебя штурмовать дворец я не буду, можешь вернуться со своими назад, доложить обо всем лично и ждать распоряжений из Незебграда.
    Майор Монту лишь закрепил мои симпатии к себе. Никогда бы не подумал, что мне будет настолько приятно иметь дело с восставшим Зэм. Естественно, возвращаться к кораблям я отказался. Нам представился шанс разобраться с вампирским дворцом и поквитаться за погибших собратьев, и упустить его из-за неповоротливой имперской машины было бы обидно.
    На отдых времени не было, как и на проработку плана. Роксана ди Дусер как могла нарисовала нам план того дворца, что был обезврежен Лигой на каком-то эльфийском аллоде… Тенебре, кажется. Но далеко не факт, что ее карта нам чем-нибудь поможет. Несмотря на внешнюю схожесть, внутри дворцы могли оказаться совершенно разными. Да и самой эльфийке я, если честно, не слишком доверял.
    Кроме двух групп Хранителей, к штурму дворца изнутри подключились шестеро наемников и, конечно, авиаки.
    — Мы находить злобный вампир и убивать его. Этот вампир убить много моих сородичей! Я хочу его смерть. Всех смерть! Самец и самка! Вы нам помогать. Мы благодарить. Мое гнездо — теперь твое гнездо! Друг!..
    — Но учтите, вы окажетесь в окружении врагов, будьте осторожны! От рук вампиров и демонов пало немало Историков и авиаков. Но я поклялся, что вампиры будут уничтожены! — от волнения не замолкал ни на секунду Иавер Мусэм, активируя портал, откуда мы будем отправляться один за другим. Жаль, что переместить сразу всех, ну или хотя бы группу, не получится. — Пепел разрушенного Авилона хранится в моем амулете. Он стучит мне в грудь и требует отмщения!
    — Отомстим, — сухо бросил майор и первым из Хранителей телепортировался. Затем с площадки телепорта исчезла и вся его группа, и потом на нее ступил я.
    Азарт и предвкушение вытеснили усталость, и я готов был сразу кинуться в бой вне зависимости от того, где окажусь и сколько врагов будет вокруг. Мои руки, крепко сжимающие меч, подрагивали от нетерпения, кровь кипела от адреналина, а неизвестность даже приятно щекотала нервы. Но когда я телепортировался, все было тихо. На мраморном полу, устланном ковровыми дорожками, покоились четыре эльфа, уже отправившихся в чистилище. Я осмотрелся. Мы находились в круглой комнате с розовыми стенами, позолоченными сложной вязью узоров. Откуда лился перламутровый свет я так и не понял, им был пропитан сам воздух, и пахло сладостью. Разбросанные повсюду большие бордовые подушки, выпивка и кальяны намекали на то, что эльфы приятно проводили время и не ждали вооруженных гостей. Это место чем-то напоминало мне бордель в Незебграде.
    На всех прибывающих грозно шикали, призывая к тишине. Тяжелые, бордовые портьеры с золотистыми помпонами, скрывавшие двери, громко зашуршали, когда авиаки раздвинули их и осторожно выглянули наружу.
    — Чисто.
    Мы прокрались по коридору, стараясь создавать как можно меньше шума. Коридор кончился винтовой лестницей.
    — Разделимся? Крылатые — наверх, бескрылые — вниз.
    — Хм! — подала голос Лиза.
    — Ты тоже вниз.
    Окон не было, и из-за этого тяжело было сориентироваться, в каком месте замка мы примерно находимся. Лиза сообщила, что впереди кто-то есть, и когда мы вломились в еще одну круглую комнату, только побольше, нас встретили мощным магическим залпом, так что пришлось отступить. Видимо, с той стороны тоже был мистик. Миша и еще один маг из группы Саранга Монту огрызнулись огнем, за которым последовали толстокожие наемники вместе со Лбом. Судя по звукам, сразу завязалась драка. Подождав пару мгновений, я юркнул следом и постарался быстро оценить обстановку.
    Трое эльфов, не шевелясь, лежали на полу почти у входа — они попали под раздачу первым. Двое наемников стояли парализованные, как статуи, и один даже начал делать попытки напасть на своих, хоть и пока довольно вялые, — это работа мистика. Я увидел тщедушного эльфа, который прикрывался могучими фигурами одурманенных им минотавров. Черный, вьющиеся колечками туман, тянущий к нам свои щупальца, напрягал больше всего. Похоже на некромантию. Эльфов, наколдовывахших это жуткое проклятие, оставляющее на теле ожоги, оказалось сразу пятеро! Но их внимание было поглощено оставшимися наемниками и Лбом, которые, чертыхаясь и рыча, прорывались к ним, несмотря ни на что. Седьмой эльф, затаившийся за портьерами почти у входа, был магом стихийником и уже готовился превратить кого-то в ледяную статую, когда я рубанул мечом по алому бархату, пополам разрезав штору вместе с эльфом.
    Где-то рядом засвистели стрелы, а боковое зрение ухватило золотые и фиолетовые вспышки… Нас было восемнадцать, вампиров — десять, и трое из них умерли почти сразу. Бой был коротким, итог — предсказуемым. Тела эльфов мы обыскали, но ничего интересного не нашли. Я внутренне ожидал сирены, или какого-нибудь сигнала, оповещающего о прорыве врага, но тревога то ли не была поднята, то ли передавалась невидимым посторонним способом. Но на всякий случай мы все еще старались двигаться тихо, хотя после шумного боя это и казалось бессмысленным.
    До того, как впереди возникла вторая винтовая лестница, мы сумели обезвредить еще группу вампиров, и только тогда свет вокруг стал неприятно красным, режущим. Нас заметили!
    — Вниз! — крикнула Лиза, и все, не задавая вопросов, бросились туда.
    Спустившись на один пролет, мы снова увидели большую круглую комнату, но Лиза опять скомандовала «Вниз!», так что на этом этаже я мало что разглядел. Догнали нас на третьем витке. Впереди двое наемников приняли на себя удар, затормозив всю следовавшую за ними процессию, и менее, чем через минуту, нас атаковали сзади. Мы оказались зажатыми на лестнице, ширина которой не слишком позволяла маневрировать. Матрена и жрец из группы майора Монту постарались укрыть нас щитом святой магии, но этого было мало. Проклятия сыпались на головы дождем, а увернуться и дать сдачи получалось плохо.
    В какой-то момент что-то черное и обжигающее прошлось по моей щеке, и мне показалось, что это лезвие топора раскололо голову надвое. В глазах потемнело, но я удержался на ногах, рефлекторно сжимая пальцы еще крепче, чтобы даже в полуобморочном состоянии не выпустить из них меч. Вспышка боли утонула в накатившей ярости, и когда проклятье задело мое плечо, я почти ничего не почувствовал. До некроманта добраться я ухитрился, и даже смог его ранить, но все же мы занимали невыгодную позицию, которая ухудшилась с появлением мелких, астральных бесов, так и норовящих перегрызть нам ноги.
    Нужно было срочно что-то предпринять, потому что бой оборачивался не в нашу пользу. И тут удача повернулась к нам лицом. Я попробовал ударить мечом ближайшего ко мне вампира, атаковавшего магией, не достал, но ему пришлось отпрянуть назад, сбив с ног другого мага. Их проклятья улетели в ступени сверху. И как раз в этот момент огненный шар, срикошетивший от щита жрецов, ударил в то же место. Лестница над головами покрылась сетью трещин от тройной силы магии. Несмотря на внешнюю хрупкость, она оказалась довольно прочной, но наши маги быстро сообразили, что еще пары таких ударов она не выдержит. Это же сообразили и противники и, не желая оказаться погребенными заживо, мгновенно отступили назад.
    Пыли, как ни странно, поднялось не очень много, когда ступени сверху обрушились вниз, и поэтому я в деталях разглядел, как они проломили лестничный пролет, на котором стояли мы, и улетели еще ниже. Конечно, противники атаковали нас еще и спереди, но хотя бы от тех, что были сзади, мы временно отделались.
    Наемники, тем временем, несли потери. Но зато они сумели пробиться к коридору, где уже стало полегче — мы смогли развернуться и атаковать уже в полную силу. В пылу боя я не сразу заметил, что окружающая обстановка здесь была менее изящной: пол не устилали ковры, стены не слепили глаза золотыми вензелями и алые портьеры тоже отсутствовали. И только когда мы прорвались еще вперед, стало понятно, что это тюрьма — хотя даже решетки на маленьких камерах оказались в искусных узорах.
    На отрезанную лестницу вряд ли стоило полагаться, как на надежную защиту. Мы еще сражались с вампирами и невесть откуда подоспевшими к ним на помощь астральными бесами, молясь, чтобы не явились большие демоны, как Михаил уже пытался взорвать решетки и выпустить пленных. И преуспел.
    — Ой, слава Яскеру, свои!
    Едва дым от проклятий рассеялся и я опустил меч, привалившись к стене, как на меня обрушилась адская боль на лице и в плече. Я прикрыл глаза, стараясь справиться с ней, но мой запас прочности был на исходе.
    — Мы плыли сюда, чтобы арестовать остававшихся на свободе Историков, а в результате сами оказались за решеткой. Демоны захватили наш корабль, а затем отдали экипаж и пассажиров вампирам. Они уже сожрали наших спутников. Нас оставили на сладкое. Патриарх вампиров обещал устроить праздничный ужин после гибели аллода…
    — Какой еще Патриарх?
    — Глава вампиров. Великий Маг!
    — Что?!
    — Здесь есть Великий Маг?
    — Это усложняет дело…
    — Не факт, что мы его обязательно встретим.
    Слова доносились до меня, как через толстый слой ваты, и ответа майора Монту я даже не расслышал. Хорошо, что сейчас есть кому принимать решения и отдавать приказы, потому что моя голова совсем перестала работать. Вроде бы нам удалось разобраться, в какой части замка мы находимся, и двигаться более осмысленно. У нас еще оставались силы дать бой, но главной целью было разыскать тот самый «дух корабля», о котором говорила Роксана, чтобы попробовать отключить разрушительный луч. Это освободило бы Найана от необходимости защищать аллод, и уж он-то — Великий Маг, самый древний из ныне живущих, сумел бы расправиться с вампирами во дворце. Но Найна с нами не было, и теперь, когда вампиры уже подняли тревогу, мы неслись по коридорам со всех ног, не скрываясь, но и не вступая в бой.
    Быть может, авиаки где-то наверху наводят шороху; быть может, оставшиеся у кораблей Хранители, получив сообщение, которое мы отправили с Феей, уже пришли нам на подмогу; быть может, удача все еще не отвернулась от нас, и мы сможем добраться до сердца дворца, чтобы убить его… Мысли путались, меня штормило, но упрямство, как батарейка, давало мне заряд энергии. Мы снова поднимались наверх, и то, что здесь на нас никто не нападал, зарождало неприятные подозрения. Уж лучше бы дорогу преграждали толпы вампиров и демонов, это хотя бы поддавалось объяснению. Но коридоры странно опустели, хотя мы двигались к центру дворца…
    — Вот оно! То есть… она?
    Большой зал, залитый светом множества хрустальных люстр, который, преломляясь, раскрасил все вокруг в цвета радуги, был пуст… если не считать призрачного женского лица, похожего на голубой, мерцающий мираж. Оно висело в воздухе в центре зала и смотрело на нас с вежливым вниманием. Это было так странно, что мы растерянно остановились, не зная, что делать дальше.
    — Это какая-то проекция…
    — Я, Сивилла, была создана специально для работы на этом корабле. Обладаю развитой интуицией, способна поддерживать рабочий диалог. Словарный запас — десять тысяч слов. Эмоции отключены. За подробной инструкцией обратитесь к моему разработчику.
    Голос у «проекции» был очень приятным, мелодичным и живым. Если закрыть глаза, то становится трудно поверить, что это всего лишь механизм.
    — А кто твой разработчик? — спросил майор.
    — Великий Маг Гурлухсор.
    Кто бы сомневался! Гурлухсор мертв, убит в Пирамиде Тэпа другим Великим Магом — Нефером Уром, но темные дела его продолжают жить.
    — Ладно, отключи луч, которым ты разрезаешь Авилон!
    — Для отключения лучевой установки назовите пароль.
    — Какой еще пароль?
    — Вы назвали неправильный пароль. У вас осталось две попытки.
    — Не знаю я никакого пароля!
    — У вас осталась одна попытка. Если вы снова назовете неправильный пароль, помещение будет заблокировано, а я вызову охрану. Спасибо за внимание!
    — Так, заткнулись все, — шикнул Саранг Монту, хотя все и так молчали.
    — Может, вправить ей мозги топором? — предложил кто-то из наемников негромко, чтобы Сивилла не приняла это за третью попытку назвать пароль.
    Все с сомнением посмотрели в ее сторону. Лицо было просто изображением, которое ни одним топором не возьмешь, но снизу виднелось что-то вроде постамента. Попробовать уничтожить его? Михаил подошел ближе и присел на корточки, чтобы получше все разглядеть.
    — Я не вижу здесь никаких механизмов или магии…
    — Надо уходить, — нервно сказал кто-то из освобожденных пленников. — Прямо сейчас!
    — Поддерживаю, — добавила Лиза, и для меня это было более весомым аргументом.
    Вообще, уже сам факт того, что нас никто не останавливал на пути сюда, предвещал неприятности. Распахнутая дверь в ловушку с надписью «добро пожаловать»… Но майор медлил.
    — Мы должны уничтожить эту тварь. Ма за этим и пришли!
    Я уже хотел был с ним согласится, как меня вдруг пронзило острое, как бритва, чувство опасности. Будто внутри завыла сирена. Ощущение было настолько сильным, что даже отодвинуло назад боль и прояснило разум. Я доверял своей интуиции и поэтому в ту же секунду гаркнул во всю мощь легких: «Бежим!», мимоходом схватив кого-то в охапку и толкнув к выходу.
    Никто еще не успел ни в чем разобраться, но громкая, уверенная команда сделала свое дело, и все бросились из зала. В какой-то миг яркая вспышка света ослепила глаза, и я потерял ориентиры. Споткнулся об кого-то. Упал. И на меня тут же налетел кто-то сверху. Грохот и ругань со всех сторон свидетельствовали, что эта участь постигла многих. Я постарался не делать резких движений, потому у всех в руках было оружие, в том числе и у меня — пораниться об собственный меч, или ранить других, не хотелось, но и медлить тоже было нельзя. Зрение еще не до конца вернулось в норму, перед взором прыгали пятна, но я сумел встать на ноги и удостовериться, что вход в зал заблокирован прозрачной стеной, похожей на очень прочное стекло. Большинство из нас успело выскочить наружу, но внутри остался Зэм из группы Саранга Монту, трое наемников Историков, двое хадаганцев — мужчина и женщина — вероятно, спасенные судебные приставы, и, к моему ужасу, Михаил. Судорожный вздох вырвался из горла Лизы, когда она поняла это.
    — Кажется, я немного опозда-а-ал? Приве-ет!
    Высокий эльф со светящимися красными глазами и снисходительно-усталым выражением лица неспешно вошел в зал, опираясь на красивую витую трость. Он был одет в вычурный фиолетовый камзол, богато усыпанный золотыми узорами, пояс и обувь украшали массивные пряжки с камнями, а от сверкающих наплечников и вовсе слезились глаза. Длинные волосы, завитые в ниспадающие на плечи локоны, стягивали шелковые ленты и золотые обручи так, что казалось, будто у него на голове корона. Сказать, что я оторопел, не сказать ничего.
    — А что это мы такие серьезные? Важное дело делаем, да? Мир спасаем? Как ми-и-ило!
    Эльф противно тянул слова, глядя на отрезанных ото всех «мышек в мышеловке». Лиза ударила проклятьем по разделяющему нас стеклу, но оно даже не треснуло.
    — Это Арманд ди Дусер. Великий Маг! — прошептал кто-то из освобожденных пленников. — Нам с ним не справиться, надо уносить ноги!
    А Роксана, дочь Арманда, говорила, что ее отцу отрубили голову! Это мысль едва промелькнула в моей голове и сразу исчезла, потому что Миша все еще был внутри, и вызволить его я не видел никакой возможности. В груди медленно, но верно, начала прорастать паника. Одно дело, когда все мы подвергаемся смертельной опасности, но продолжаем сражаться, и совсем другое — просто стоять и смотреть, как у твоего друга не остается ни малейшего шанса остаться в живых.
    — Мне как-то довелось уже столкнуться с такими спасателями, да-а-а. Убили они меня. И голову отрезали! Какие нехорошие, правда-а-а? Меня, красавца-умницу! Эх, не ценят меня в цивилизованном мире… А зря-а-а… — с этими словами Арманд резко вскинул свою трость и Зэм упал замертво.
    Отовсюду послышались крики. Трое наемников за прозрачной стеной бросились на эльфа, но тот легко отшвырнул их лишь взмахом трости. Лоб со всей силы ударил по стеклу топором, но и это не возымело никакого действия. Решение майора становилось очевидным.
    — Уходим, — гаркнул он.
    — Мы не можем уйти! — взвизгнула Лиза и перевела на меня полный ужаса взгляд. Никогда раньше я не видел ее такой. — Зачем мы тогда сюда шли?!
    — Мы вызволили выживших пленников и это уже не мало! Уходим! Это приказ!!!
    Большинству присутствующих не нужно было повторять дважды. Саранг Монту посмотрел на меня, но на моем лице наверняка все было написано — я не оставлю своего друга, пока он еще жив. Настаивать майор не стал и этим понравился мне еще больше.
    — Орел… — начал было я.
    — Я не уйду! — отрезал он сразу.
    Я положил ему руку на плечо и встряхнул.
    — Выведи хотя бы Матрену, иначе мы все погибнем здесь!
    Да, я знал, куда надавить, но угрызениями совести мучиться было некогда. На лице Кузьмы отобразилась мучительная внутренняя борьба, и, в конце концов, он, выругавшись сквозь зубы, схватил Матрену и грубовато потащил ее вслед за уже скрывшимся в коридоре майором и остальными.
    — Лоб, помоги им! — крикнул я.
    Остервенело колошматящий по стеклу топором Лоб оторвался от своего занятия и, поколебавшись, побежал за ними. Если бы я мог, я бы и Лизу отправил, но ее ничем не оторвать от проклятой преграды. Она в панике металась вдоль прозрачной стены, за которой на полу кроме восставшего лежали уже два наемника.
    — А вот мой новый хозяин ценит, да-а-а… А он посильней будет и Яскера, и Айденуса. Даже вместе взятых! Воскресил меня, помог новый кора-а-аблик построить. Надо бы отплатить ему…
    Щелк! И третьего наемника швырнуло на стену. Он сполз по ней, оставив за собой кровавое пятно.
    Безоружные судебные приставы жались друг к другу: женщина кричала, крепко зажмурив глаза, а мужчина пытался прикрыть ее собой. Миша огрызался огнем, который Арманд ди Дусер легко останавливал. Мы уже встречались в бою с Великим Магом — Гурлухсором, но тогда с нами тоже был Великий Маг. Нефер Ур, даже ослабший, уравновешивал наши силы. Сейчас же нас не поддерживал никто, и Арманд играл со своими пленниками, как с игрушками.
    Я осмотрел всю стену сверху донизу. Ни единой щели! Мысли метались, как подхваченные вихрем листья, но никаких идей в голову не приходило. Как же убрать эту преграду? Со психу я шваркнул по ней мечом… и неожиданно разрезал ее, как толстую резину. От удивления Лиза даже перестала голосить. Тратить на раздумья не стал даже секунды. Меч был великолепным, и кто-то говорил мне, что он сделан не из стали, но обо всем этом я подумаю потом, когда разберусь с этой преградой. Меч входил в нее туго. Стена сопротивлялась. Но я рубил ее со всей одури, словно встретил своего самого злейшего врага.
    Отверстие изяществом не отличалось — варварски прорубленная дыра, но ее хватило, чтобы протиснуться внутрь. Арманд, увлеченный своими пленниками, хохотал, стоя ко мне спиной и отбивая Мишины огненные проклятия одной рукой, как теннисные мячики. Одновременно с этим языки черного тумана тянулись к судебным приставам от второй его руки. Хадаганец, не выдержав, бросился на Арманда безоружным, с громким: «А-А-А!», но добежать не успел — Великий Маг отшвырнул его так же, как наемника, размазав по стене. И этого мгновения мне хватило, чтобы подобраться.
    Эльф обернулся в последний момент и успел заметить меня, но мой меч уж был занесен слишком высоко, а лезвие было слишком близко к его шее. Вместе с головой я отсек и его аккуратные локоны. Потому что не стоит поворачиваться к врагам спиной, надеясь лишь на сомнительные стены!
    Лиза подбежала к Михаилу, но он, хоть и вымотанный до предела, не был ранен. Возможно, Арманд хотел оставить его на десерт. Все остальные, кроме хадаганки, погибли. Возможно, кого-то из них еще можно было воскресить, но жреца среди нас не оказалось, и дотащить их до выхода мы тоже вряд ли бы смогли.
    Я склонился над эльфом и обыскал его. Ничего, кроме непонятного артефакта в нагрудном кармане, не нашел, и забрал его трость. Нашим магам будет интересно ее изучить. Ну и артефакт тоже, вдруг, это что-то важное…
    — Это ключ от портала! — воскликнула вдруг хадаганка. — Я знаю, я специалист по перемещениям!
    — И куда мы сможем переместиться?
    — У вас с собой персональные телепортаторы? — вместо ответа спросила она, заметно преобразившись. Еще минуту назад она в ужасе верещала, прячась за спину сослуживца, но теперь, оказавшись в своей профессиональной стезе, почувствовала себя уверенней.
    — Конечно, но к местным порталам они не подключены…
    — Давайте сюда!
    Хадаганка схватила наши телепортаторы и ключ Арманда, затем забрала телепортатор погибшего восставшего и разложила все это на полу. Все последовавшие за этим манипуляции мне были непонятны, и я, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, огляделся, тут только увидев, что лицо Сивиллы все еще продолжает безмятежно взирать на происходящее. Постамент под ней был сметен чуть ли не в пыль, но на ее работу это не повлияло. Заметив мой взгляд, она радостно сообщила, что уже вызвала охрану, которая спешит сюда.
    — Можно побыстрей? — поторопил я «специалиста по перемещениям».
    — Еще секундочку… сейчас я настрою… вот так…
    — Сюда уже идут, — предупредила Лиза, да я и сам уже слышал приближение кого-то вряд ли дружественного нам.
    — Готово! Телепортируемся!
    — Куда?!
    Но женщина, активировав телепортатор восставшего, уже исчезла. Деваться было некуда, и я, схватив свой телепортатор и закрыв глаза, представил площадку телепорта… ну хоть какую-нибудь! Меня окружило сияние, и через секунду я очутился в той же круглой комнате с разбросанными подушками, выпивкой и кальянами, куда нас отправил Иавер Мусэм со своего портала на Авилоне.
    — Сюда, конечно! — ответила мне на вопрос хадаганка, которая стояла здесь же, колдуя над порталом.
    Через мгновение рядом появились и Миша с Лизой.
    — Я наши имперские телепортаторы только к порталу дворца подключила. А теперь, внимание… Давайте, по одному! Я все настроила. Пора убираться из этого замка!
    Миша подтолкнул к площадке Лизу, затем, после того, как она исчезла в голубом сиянии, поднялся сам. Дальше подошла моя очередь.
    — Скорее, скорее, у нас мало времени!
    Когда телепортационная сеть понесла меня сквозь пространство, я успел почувствовать боль и усталость. Надеюсь, что Кузьме, Матрене и Лбу тоже удалось выбраться из дворца!
    Открыв глаза после того, как почва под ногами обрела твердость, я ожидал увидеть изящные домики базы Историков на Авилоне и намеревался сразу выяснить судьбу остальной своей группы… но я стоял на площадке телепорта в Незебграде.

    Dragon304
    Экстренное совещание
         В кабинете Яскера стояла мертвая тишина — никто не решался спросить Главу Империи о причине экстренного совещания. Даже Штурм Бешеных сидел тихо, сверля взглядом громадный стол. Вождь же стоял у полузашторенного окна и смотрел на спящий Незебград сквозь мутноватое стекло.       
         По крайней мере так казалось собравшимся. Но на самом деле Яскер всё это время прощупывал магические потоки, пронизывающие Око Мира насквозь, отфильтровывал информационные потоки ночных программ иллюзиона, фиксировал каждое перемещение с использованием порталов в столице — он ждал знакомую сигнатуру, магический отпечаток в портальном подпространстве башни. Каждая минута ожидания тянулась мучительно долго — Великий Маг ощущал, как болезненно пульсировала вена на его виске от перенапряжения, словно гудящий манапровод, пронизывающий город. Наконец, он почувствовал магическое возмущение портала где-то внизу, на втором этаже здания. Спустя мгновение в приёмной Яскера вспыхнул портал, являя высокую и статную рыжеволосую женщину в элегантном мундире.
          Выйдя из портала, Рысина полностью проигнорировала взволнованные вопросы секретаря и бодрой походкой, неся в руках несколько папок, влетела в кабинет Великого Мага.
         — Прошу прощения за опоздание. — Рапортовала хадаганка, интонационно нисколько не извиняясь.
         — Прошу. — Яскер, потеряв всякий интерес к окну, указал Главе Комитета Незеба рукой на свободный стул справа от своего кресла.
          Перед тем как сесть, Елизавета разложила папки перед каждым заседающим. Штурм Бешеных попытался сразу же взять бумаги в руки, но, испытав неодобрительный взгляд мистика, отложил папку обратно, разглядев на лицевой стороне один единственный штамп — «Совершенно секретно».
         — Начнем. — Глава Империи сел за стол последним. — Перед тем как зайти в кабинет, вы все подписали соглашение о неразглашении. Все сказанное здесь не подлежит никакому распространению и огласке. — После этого Яскер обратился к секретарю в приемной: — Закрыть портал и опечатать кабинет, никого не пропускать и не выпускать до окончания заседания.
         — Коловрат Северных не будет присутствовать? — Негус Хекет, внимательно изучавшая папку, обратила внимание собравшихся на пустующее кресло Верховного шамана Орков напротив себя.
         — Это заседание пройдет без него. — Сухо отрезала Рысина, и, получив одобрительный кивок Яскера, продолжила: — Перед вами находится доклад о последних событиях на Айрине, свидетелем которых стала я сама.
         — Какое нам дело до эльфийских шашней? — Презрительно фыркнул Штурм Бешеных, сидевший напротив Рысиной, и, соответственно, по левую руку от Яскера.
         — Мой дорогой друг, — тактично обратилась к нему Негус Хекет, сидевшая сбоку от него, — Все, что касается эльфов, рано или поздно, как бы нам это не хотелось, коснется нас. От нас же зависит — сможем ли мы это использовать в своих целях.
         — Прошу, продолжайте. — Яскер обратился к Главе Комитета, не отрывая взгляда от доклада. — Эпатажный до безумия Великий Бал наконец завершен. — Рысина продолжила. — Товарищи, начнем с менее значимых результатов: Великие Дома приняли решение амнистировать вампиров.
         — Вампиров? — Переспросил Штурм, перебирая в руках снимки джесеротипа, на которых были запечатлены значимые персонажи, в том числе Роксана ди Дусер и Аннет ди Тристес. — Это те кровососущие остроухие?
         — Да, можно и так сказать. Великие дома амнистировали Дом ди Дусер, вернув его в Большую Игру на правах Малого дома. — Продолжила свой доклад мистик. — Взамен, «кровососущие остроухие» отказываются от прав на владение аллодом Ноктурна и готовы передать технологии клонирования обществу, с помощью которых им удавалось поддерживать свою численность.
         — Технология клонирования? — Навострила слуховые сенсоры Негус Хекет. — Обладает ли Комитет Незеба возможностью заполучить образцы техники для клонирования?
         — Чем продиктован ваш интерес, Негус Хекет? — Яскер обратился к Восставшей.
         — Если НИИ МАНАНАЗЭМ сможет получить технологию клонирования, то мы могли бы изучить ее и адаптировать под свои нужды, — Вдохновенно продолжила Зэм, — Народ Зэм смог бы решить проблему репродукции, тем самым, увеличив свою численность… И, тем самым, увеличить интеллектуальный ресурс Империи.
         — Значит, достанем. — Кивнула ей Елизавета. — Продолжим, товарищи. Вернув Дом ди Дусер в Большую Игру, Антуанетте ди Делис удалось набрать большинство голосов. Тем самым, она стала новым монархом эльфов, сменив на этом посту Луи ди Дазирэ. Также известно, что она уже заявила о нейтралитете эльфов.
         — Значит, мы все-таки смогли развалить этих лягух? — Хохотнул командор Хранителей Империи.
         — Комитет продолжает собирать свежие данные с Айрина, но, похоже, эльфы остаются в составе Лиги, но при этом они перестают участвовать в любых войнах, тем самым, они остаются связаны с Лигой только экономическим и культурным союзами. — Уточнила хадаганка.
         — Это хорошая новость. Пусть мы и находимся в состоянии мира с Лигой, нам нужно быть наготове. Война с Нихазом рано или поздно закончится, и, в случае успеха, а Империя приложит все усилия для этого, нам придется разбираться с другими проблемами. В частности, с Лигой. — Довольно улыбнулся Яскер. — А от нейтралитета эльфов рукой подать до их полного выхода из союза. Разделяй и властвуй, как говорится.
         — А теперь поговорим о самом важном событии, произошедшем во время Великого Бала. Именно поэтому я и попросила Яскера собрать экстренное совещание. — Тяжело вздохнула Рысина. — На Айрине объявился некий Эллекен…
         — Элекен? Что еще за хмырь? — Прервал ее Штурм.
         — Эллекен. Один из первых Великих Магов. — В хриплом голосе из-за полуразрушенных связок Негус Хекет прозвучало удивление. — Неужели он жив?
         — Комитет проводит расследование. Предварительно можно заключить, что этот эльф действительно является Великим Магом древности. — Ответила ей Рысина.
         — Прихлопнем, гы! Если надо будет. — Штурм внимательно изучил снимок Великого Мага, приложенный к докладу. — Мой народ уже прихлопывал одного остроухого Великого Мага!
         — Боюсь, для устранения такого противника не хватит одних Хранителей Империи. — Яскер задумчиво всматривался в снимок джесеротипа. — Эллекен — не чета Клоду ди Вевр. Для его ликвидации нужно будет как минимум подключать элитные подразделения Ястребов и несколько Великих Магов…
         — В любом случае, Комитет Незеба не может установить местонахождение Эллекена. — Доклад Рысиной, похоже, был длинным. — В его театре на Айрине сейчас находится один из его «актеров», представляющийся Незнакомцем вместо него. А его дочь, Эвриаль, сейчас находится на аллоде Ней под бдительным присмотром Найана. Комитету потребуется время, чтобы связаться с ней и узнать местонахождение ее отца.
         — Разберемся. — Яскер отложил в сторону снимок Эвриали ди Велюнд. — Докладывайте дальше.
         — Товарищи, как уже вам известно из моих прошлых докладов, Каспаром ди Вевр, главой Дома ди Вевр, в том числе был приглашен Череп Степных. Моя агентурная сеть установила, что Каспар состоял в преступном сговоре с Эллекеном ди Велюнд и уже бывшим королем Луи ди Дазирэ.
         — Череп Степных? Преступный сговор? — Негус Хекет оторвалась от изучения бумаг и обратила все свое внимание на Главу Комитета.
         — Да. Король Луи ди Дазирэ, очевидно, заключил некоторую сделку с Эллекеном, содержание которой нам пока неизвестно, но Комитет уже работает над этим. Для осуществления этой сделки Каспар ди Вевр лично пригласил Черепа Степных на Бал. В момент кульминации, когда все внимание гостей, в том числе и мое, было обращено на подведение итогов Великого Бала и смену монарха, Череп Степных был похищен. — Голос хадаганки скрипел от недовольства собственным промахом.
         — Ну и хрен с ним! Если он куда-то делся, то так даже лучше. — Штурм Бешеных сначала обрадовался, но, завидев мрачные лица собравшихся, сник. — Или не делся?
         — Комитетом было установлено, что Череп Степных был похищен агентами Эллекена для проведения некоего ритуала. — Рысина подошла к финальной части доклада. — Итак, товарищи. Эллекен ди Велюнд, преследуя цели, не до конца понятные Комитету (но Комитет уже работает над этим), провел ритуал, напоив Черепа Степных драконьей кровью.
          На этом моменте лицо Яскера побелело, а вена на виске запульсировала еще сильнее, но ни одной эмоции Глава Империи не проявил.
         — Черепа Степных удалось вызволить из лап Эллекена, но мы, — Рысина подвела черту, — Стоим перед катастрофой. Череп Степных, наследник Легендарного орка, испил драконьей крови и, в данный момент, начал свое обучение у Великого Мага Найана.
         — Чё?! Чё?! — Штурм Бешеных вскочил со своего кресла, откинув его, и ударил кулаками по столу. — КАК КОМИТЕТ ДОПУСТИЛ ТАКОЕ?! ВЫ ЖЕ ПОНИМАЕТЕ, ЧЁ БУДЕТ С ОРКАМИ, ЕСЛИ ВСЕ УЗНАЮТ ОБ ЭТОМ!
         — Поэтому я попросила провести данное совещание без Коловрата. — Сухо ответила ему Рысина. — Комитет прилагает все усилия для сокрытия данной информации. Как мне известно, мы уже перехватили в прибрежной зоне Изуна один корабль контрабандистов, груженый свежим тиражом листовок и газет, распространяющих секретную информацию о Черепе.
         — Мы можем устранить Черепа? — Белый как бумага Яскер внимательно изучал последнюю страницу доклада.
         — Информация так или иначе дойдет до всех. — Негус Хекет констатировала факт. — Если бы это было внутреннее дело Империи, мы бы смогли скрыть эту тайну. В данном случае, мы можем лишь отложить неизбежное.
         — Если шаманы узнают, что Комитет замочил Черепа. — Штурм поднял кресло и сел в него обратно, — То это лишь еще больше разозлит их, как разорвуха на Игрищах.
         — В данный момент мы можем ликвидировать Черепа только в ходе полномасштабного вторжения на Ней. — Рысина отбросила идею об убийстве наследника Легендарного орка. — Но мы все прекрасно понимаем, что за такое действие Космос сотрет нас в вневременную пыль.
         — Что вы предлагаете? — Яскер потребовал ответа.
         — Шаманы не должны узнать о Черепе… — Штурм сокрушался. — Я не могу поверить, что это правда…
         — Рано или поздно они узнают, — Отрезала Зэм. — Мы не сможем вечно скрывать от орков существование их Великого Мага.
         — У орков НЕТ Великого Мага! — Рявкнул Яскер, после чего вернул себе свой холодный безэмоциональный тон. — Так что вы предлагаете?
         — Полностью засекретить любую информацию о Черепе Степных и о произошедшем на Айрине. — Ответила за всех Рысина. — И готовить войска для подавления бунтов.

    Lafayette
    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
    Автор: risovalkin
    К ОГЛАВЛЕНИЮ
    Глава 58. Дворец Галеон
    — Да упокоит астрал их Искры, — сказал капитан и вышел из кают-компании, оставив нас переваривать услышанное.
    Конечно, все мы так или иначе ждали нападения, но оно все равно стало внезапным. Авилон — большой, окутанный розоватой дымкой аллод — уже находился рядом, никаких кораблей в округе не было видно, и все уже гадали, придется ли нам сражаться после высадки, как палуба под ногами заходила ходуном. Нас атаковали!
    За эти, показавшиеся мне бесконечными, сорок минут, в который раз я осознал, что самое невыносимое — это сидеть в безвестности. Единственной задачей Хранителей было находиться в указанных местах и не мешать экипажу выполнять свою работу. Наша помощь понадобилась бы только в том случае, если б противник проник на борт. Но абордажа не случилось. Тряска закончилась так же неожиданно, как и началась, и какое-то время ничего не происходило. Затем офицеров Хранителей пригласили пройти в кают-компанию. Капитан корабля, передав управление старпому, лично пришел сообщить нам новости.
    Кто атаковал эскадру, так и осталось загадкой. Били по нам с аллода, и именно это поразило команду больше всего, потому что до него еще было довольно далеко. Дальнобойности наших орудий не хватало, чтобы ударить в ответ! Три современных боевых корабля Империи оказались беспомощными котятами в открытом поле. Поскольку бой мы навязать не могли, то вариантов оставалось всего два: развернуть эскадру и попытаться отлететь подальше, выходя из зоны поражения, либо уйти с линии огня, обогнув аллод и зайдя с другой стороны, в надежде, что не все берега Авилона утыканы загадочным оружием, способным стрелять на такие расстояния. Флагман принял решение прорываться к аллоду. Решение можно было бы считать верным: долетев до земли и поднырнув под остров, мы выскочили с другой стороны, где нас никто не атаковал. Но за это пришлось расплатиться одним из трех кораблей, который до Авилона так и не добрался. Вместе с ним навсегда в астрале остались и два из пяти отрядов Хранителей, и командующий нашим гарнизоном полковник Максим Прикладин — ветеран Великого Астрального Похода.
    Два оставшихся корабля с тремя отрядами солдат теперь осторожно ползли вдоль берега, подыскивая подходящее место для высадки десанта. Что ж, первое знакомство с Авилоном оказалось удручающим. Пусть ни полковника Прикладина, ни других Хранителей, ни членов экипажа погибшего корабля я не знал лично, невидимая стальная рука все равно сдавила мои ребра.
    Я повернул голову и посмотрел на майора Саранга Монту. С ним мы уже были знакомы: он командовал батальоном на берегу Эльджуна, когда я находился там же в поисках Великого Схимника Зосимы. На меня майор еще тогда произвел очень приятное впечатление, несмотря на то, что он Зэм. А вот прибывший на Эльджун эмиссар Яскера, помнится, остался им не очень доволен, причем не без моей помощи. Я не знал, понес ли Саранг Монту какое-то наказание за проявленное непочтение, но был рад, что он, как минимум, сохранил свое звание и не был отстранен от службы. Теперь, после смерти полковника Прикладина, именно он стал главным.
    — Товарищи офицеры, проверьте готовность своих солдат к высадке. Неизвестно, что нас ждет на земле, — произнес майор и поднялся с места. Скорбеть по погибшим было некогда, корабль уже ощутимо замедлил ход.
    Авилоном владели утренние розовые сумерки, и как я узнал позже — в этом состоянии остров находился постоянно. Аллод вечного рассвета. Здесь росли высокие, пушистые ели и кедры, между ними по земле стелился разлапистый папоротник и легкий ветерок делал его похожим на волны реки, на тропинках и полянах, куда проливалось слабое жемчужное сияние рассветного неба, цвели белые цветы. Это был красивый остров. И даже его враждебность не помешала мне отметить этот факт. Здесь было не холодно, как в Эльджунском лесу, но и не жарко, как в джунглях Асээ-Тэпх. Наверное как-то так и должен выглядеть рай, но мы ступали на него, крепко сжимая в руках оружие.
    Нас уже ждали. Точнее не ждали, а громко приветствовали, размахивая руками и не только. Странная компания, состоящая из эльфийки, троих гибберлингов, орка и двух необычных птиц, летевших у них над головами, неслась к кораблям, по виду не проявляя агрессии, а даже скорее наоборот — радуясь, словно мы были долгожданными гостями. Мы на это не повелись и оружия не опустили. Мали ли, кто затаился за их спинами среди кустов и деревьев?
    — О-о-о! Не верю глазам своим! Спасение! — запричитала эльфийка звонким голоском.
    Наверное, в этот момент всем нам стало не по себе. Что могло произойти на Авилоне, что ощетинившийся оружием отряд с одного из двух военных кораблей показался «спасением»?
    — Оставайтесь на месте! — гаркнул Саранг Монту. — И назовите ваши имена!
    — Я Камилла ди Вевр, — покорно выполняя приказ, заговорила эльфийка. — Это семейка Ромашек, Кулак Боевых, Мариус и Синар.
    Два последних имени принадлежали птицам, зависшим в полуметре над землей. Очевидно, это и была та самая раса авиаков. Впрочем, птицами их можно было назвать лишь условно — из-за крыльев, птичьей морды и перьев, покрывающих тело. При этом у них было четыре лапы: задние — непропорционально длинные и толстые, с мощными когтями, по виду очень сильные, и передние, чуть поменьше, но не менее грозные. Птицы явно обладали разумом, потому что они были одеты в кожаные одежды, увешаны амулетами и имели при себе по паре боевых тесаков, за которые, правда, они не спешили хвататься, несмотря на наш воинственный вид.
    — Вы даже представить не можете, как мы рады вашему появлению! — вдохновенно продолжила Камилла. — Все наши корабли уничтожены демонами, портал сломан, связь с цивилизованным миром прервана. И тут — вы!
    — Кто главный на острове?
    — Найан, наш глава. Авилон — старая база организации Историков, которую он основал. Найан — древнейший из живущих в мире разумных существ. Он давно уже живет здесь, вдали от интриг, войн и других тревог мира.
    Кто-то из Хранителей ехидно фыркнул, кажется — Орел.
    — Я знаю, почему вы здесь, Империя объявила нас преступниками, — поспешно затараторила эльфийка, будто боялась не успеть рассказать. — Этот предатель Гурлухсор использовал наше честное имя в своих грязных делах! Мы бежали сюда, надеясь на спасение. Но надежда наша была напрасной: к аллоду приплыл дворец Галеон, захваченный вампирами, и начал распиливать остров на куски жутким магическим лучом. То, что когда-то было цельным прекрасным аллодом, превратилось в почерневшие осколки! На остров набросились демоны и вампиры. Мы думали, что обречены! Но теперь мы сможем эвакуироваться. Уж лучше застенки имперского Комитета, чем этот кошмар!
    Все это она вывалила на одном дыхании и уставилась на нас своими большими глазами, ища поддержки или сочувствия. Хотя на наших лицах скорее всего читалось лишь недоумение. Какой луч, какой дворец, какие вампиры?
    — Я должен видеть Найана, — проговорил Саранг Монту. — Если все так, как вы утверждаете, то он будет рад наладить контакт со «спасителями». Пусть он придет сюда.
    — О, нет, это невозможно! Найан не может покинуть базу, он сдерживает луч, который пытается уничтожить остров! Если вы хотите поговорить с ним, вам придется отправиться туда! Это в нескольких часах езды.
    — Она говорит правду, — тихо шепнула Лиза.
    Я не сомневался, что это было авторитетное заключение от мага разума, а не предположение представительницы Дома ди Вевр, решившей быть солидарной со своей родственницей. Но и без того слова Камиллы показались мне правдивыми. Кто-то или что-то пытается уничтожить аллод Авилон? То же самое совсем недавно приключилось и с Хладбергом. К тому же на Асээ-Тэпх часть Историков помогала нам действовать против захватчиков Храма Тенсеса, а значит не все они были предателями! И поэтому, когда Саранг Монту повернулся к стоявшему за его спиной отряду Хранителей с вопросом, есть ли среди нас добровольцы, я не сомневался ни секунды. Майор кивнул и снова обратился к эльфийке:
    — А вы, Камилла ди Вевр, останетесь ждать здесь, с нами. Ваши друзья ведь сумеют найти дорогу до базы Историков без вас?
    — Да, конечно, — немного растерянно произнесла она и посмотрела на своих спутников, которые до этого момента так и не проронили ни слова. — Сообщите о появлении кораблей Иаверу Мусэму, пусть он немедленно отдаст приказ о всеобщей эвакуации!
    Как выяснилось, группу историков неподалеку от берега дожидались лошади. Но и мы на этот раз не были пешими. Ездовые питомцы Хранителей отправились на Авилон вместе со своими хозяевами, так что я с удовольствием оседлал своего дрейка, уже соскучившегося по свободе и простору. Мои друзья естественно отправились со мной. Фея же, оглушительно каркнув (и где она только пряталась на корабле?), унеслась по своим сорочьим делам, но я знал, что она вернется. Она всегда меня находила.
    Дорога отняла у нас чуть более четырех часов, и это время мы провели с пользой дела: пытались выяснить, что тут все-таки происходит, и что случилось с нашими судебными исполнителями. Авиаки летели чуть впереди нас, изредка вставляя в разговор что-то похожее на «Куарр».
    — Нет, к нашим берегам не приставало никаких кораблей, кроме ваших! Если не считать, конечно, вампирского дворца Галеона! — синхронно качали головами гибберлинги из семейки Ромашек. — О! Вы скоро увидите его! Чудо инженерной мысли, венец магического гения эльфов дома ди Ардер! Теперь он захвачен вампирами. Вы знаете, кто такие вампиры? Для поддержания жизни им необходимо пить свежую кровь. Жуткие порождения астрала! Неудивительно, что они действуют заодно с демонами. И похоже, что они хотят уничтожить этот аллод! Только ничего у них не выйдет! Мы, Историки, будем держаться до последнего. Вот только… Не обижайтесь, но ваше появление, ваш рассказ о судебных исполнителях… Может быть, нам всем проще подохнуть здесь? Ведь неизвестно, что ждет нас в Империи… Унижения, допросы, пытки?.. Кошмар!
    — Быть может, справедливое расследование? — сказала Матрена.
    — Что-то мы сомневаемся… Империя объявила всех Историков врагами! Эх, и как вам, имперцам, не стыдно?! Ведь большинство из нас не имело никакого отношения к заговору Гурлухсора! Мы мирные ученые, нам нет дела до политики! А вы присылаете судебных исполнителей, устраиваете травлю Историков по всем имперским аллодам! Совесть у вас где, а?
    — Империя разберется в произошедшем, и невиновные не будут наказаны, — вставил Миша, и мне очень хотелось быть таким же уверенным, как он.
    — Ладно… Жить нужно сегодняшним днем, а не вчерашними обидами. Это, кстати, народная гибберлингская мудрость. Запомните! Любопытно все-таки, что же стало с кораблем этих ваших судебных исполнителей? Может быть, демоны перехватили его возле нашего аллода?! Они все время настороже, патрулируют весь прибрежный астрал. Удивительно еще, как вам удалось миновать их когти!
    — На нас напали по дороге сюда, — произнес я. — Но это были не демоны. Если только они не научились стрелять неизвестным оружием.
    — Ох, это наверняка был проклятый дворец! Возможно, если обследовать берега, то можно найти какие-нибудь следы того корабля. Обломки могло выкинуть на берег, такое часто происходит.
    — Да как их теперь обследуешь-то? — вступил в разговор орк, представленный как Кулак Боевых. — Полострова захватили эти гады! Опасно!
    — И то верно. Перед появлением этого жуткого вампирского летающего замка, мы проводили археологические изыскания на северо-западе. Там находятся древние джунские руины. Мы их откапывали потихоньку… И тут прилетела эта громадина, стала все крушить… Еле ноги унесли. Теперь мы даже не знаем, уцелели ли те руины… Выглядели они вкусненько! Перспективненько!
    Я огляделся. Остатки джунских строений попадались здесь довольно часто. В некоторых местах было очень заметно, что их старательно откопали и очистили.
    — Простите, а вы тоже историк? — спросил Орел орка.
    — Ну-у… Я года два камни на раскопках таскал у Историков. Ты посмотри на них! В лучшем случае чародеи, колдуны, да маги. Мозгошныги, короче… Потом на Святой Земле их охранял, всяких гадов бил. Гляди, какие краги у меня. Кожаные! Это мне сам Найан подарил! Шикую в них теперь… Работа у меня сейчас непыльная, то да се, пятое-девятое. Не то, что раньше, на раскопках. Пылища там!.. Жуть. А теперь сильно далеко и от базы-то отходить нельзя. Разве что по эту сторону аллода.
    — Так ты тут типа охранник? — уточнил Лоб.
    — Не-е, я тут так, на подхвате. Здесь базу авиаки обороняют, — он кивнул на летящих впереди птицеподбных существ, и один из них, не то Синар, не то Мариус — я так и не понял, кто из них кто — обернулся.
    — Авиак помогать бескрыл победить опасных зверь, что жить здесь. Куарр! Мы убивать их и доказать свой отвага. Опасные твари помирать. Куарр! Авилон все быть хорошо. Долго. Пока не появляться кровавики. Вам-пи-ры звать их вы. Они Авилон прийти! Демоны привести!.. Авиак биться с ними будет. Без страха! Показать им, кто Авилон правит! Куарр.
    — Ваш народ очень смелый, — вежливо сказала Матрена.
    На это обернулся второй авиак.
    — Смерть. Вот что ждать мой народ! — грустно произнес он. — Авилон умереть, куарр! Нас разрезать луч! Но еще раньше мы умирать от лесной болезнь! Раньше гниющий осколок быть далеко от берега, и мы не бояться Гниль. Теперь, когда Авилон разрезан, восточный осколок очень близок. Гниющие древни попасть на Авилон. И тогда всем смерть! Куарр!
    На подходе к базе Историков нас встретили другие авиаки, охранявшие ее со всех сторон. А вскоре появился и самый главный — Милвус, который, отправив вперед двоих сородичей предупредить о нашем приходе, лично проводил нас до места со всевозможным почтением.
    — Приветствовать вас на аллоде Авилон! Куарр! Точней сказать, на том кусок земли, который от него остаться. Это все гадский луч вампирского дворца натворить! О, я плохо говорить на общем языке. Найан учить меня и других авиаков, но я плохо слушать. Зато я уметь хорошо сражаться. Потому я Страж и охранять Найан и его друзья. Куарр!
    — Крылья дают вам тактическое преимущество, — согласился я.
    — Да, в отличие от бескрыл, авиаки уметь летать, сражаться в воздухе и сбрасывать на голова врага всякий гадость. Куарр! Обычно это помогать, но сейчас врагов слишком много. Поэтому мы обороняться.
    — А кто ваши враги?
    — Вампиры из дворец лезть к нам, а по берег бродить демоны!
    На месте главной базы Историков я конечно ожидал увидеть нечто более основательное, нежели палаточный городок, ведь это постоянное местонахождение ученых, а не временный лагерь. Но все же увиденное превзошло любые ожидания. Необычные строения в форме куполов, испускающие мягкое золотистое свечение, балансировали над землей на тонких, закрученных спиралью ножках, нарушая все законы природы. К ним вели винтовые лестницы с тонкими, ажурными перилами. Хрупкие на вид, похожие на дорогие игрушки конструкции возвышались над множеством круглых площадок, выложенных мозаикой с замысловатыми узорами. Между ними зеленели ухоженные газоны, разбитые каменными лентами извилистых тропинок, и цвели цветы. Деревья цвета осени — с красными, оранжевыми и золотыми листьями, явно выращенные здесь искусственно, были аккуратно подстрижены со всех сторон. Картину дополняли щедро рассыпанные по всей территории круглые фонари, левитирующие вдоль дорожек, лестниц, мостиков, лавочек и беседок — таких же удивительно красивых, как и все вокруг.
    Навстречу нам вышел восставший Зэм, настолько измученный на вид, что мне даже стало его немного жаль. Он назвался Иавером Мусэмом, вторым лицом в городке историков — называть его «базой» не поворачивался язык — после Найана. Сам же Найан пока не мог уделить нам время, но восставший согласился тем не менее нас к нему проводить. Мы спешились, но с животными расставаться отказались. Старик был крайне недоволен, что я вел его под уздцы, но я не хотел, чтобы он топтался по газонам и клумбам.
    — Это хорошо, что связь с другими аллодами восстановлена. Наши корабли уничтожены, а портал перестал работать.
    — У вас есть портал? — перебил Михаил, нахмурившись. Я тоже заинтересованно задрал брови.
    — Он не подключен ни к Лигийской, ни к Имперской сетям, не волнуйтесь. Это всего лишь короткое сообщение между некоторыми осколками земли, которые мы изучаем. Но сейчас оно прервано. И никто не знает почему. Даже Найану это неизвестно! Происки вампиров, не иначе. Или Гурлухсора… Эх, вы только посмотрите, как все обернулось! А ведь еще совсем недавно дела у нас шли просто великолепно.
    — Как так получилось, что он оказался среди вас? — спросил я.
    — Это было ужасной ошибкой! Я говорил, что не нужно принимать в коллегию этого проклятого интригана, говорил же! Нам вполне хватало одного Великого Мага — Найана. Но меня не слушали. Сказали, что одна голова хорошо, а две лучше! А кто оказался прав? Я! Гурлухсор использовал фракцию в своих интересах и в результате подставил всех нас.
    Мусэм провел нас по тропинкам между круглых строений на другой конец лагеря, где мы наконец увидели его — дворец Галеон, парящий возле аллода. Изящный, то ли сотканный из кружев, то ли отлитый из хрусталя, он вонзался в астрал тонкими пиками множества башен. Сложная вязь барельефов обрамляла сотни цветных витражей, оплетала арки, мостики и постаменты каменных фигур. Дворец испускал перламутровое сияние, затмевающее астрал. Трудно было даже поверить, что это сооружение может таить какую-то опасность. Оно было слишком красивым для войны.
    — Это творение великого ума! — с восхищением произнес восставший, несмотря на то, что «творение» судя по всему пыталось уничтожить аллод, на котором он находится. — Пойдемте, Найан здесь, только отвлекать его пока не нужно. Он поговорит с вами позже.
    Великий Маг, глава Историков и вероятно самый старый представитель всем разумных рас в Сарнауте отнюдь не выглядел стариком. Это был очень высокий эльф, молодой на вид, с длинным светлыми волосами, бледной кожей и золотистыми крыльями. Он находился неподалеку от лагеря, на небольшой возвышенности, с которой хорошо был виден дворец Галеон. Найан плел какое-то заклинание, воздев к небу посох с фиолетовой сферой на конце, вокруг него гулял мерцающий вихрь, шевелящий его красно-синюю мантию, а над головой, едва различимая, переливалась прозрачная пелена, похожая на защитную сферу астральных кораблей.
    — Вы только посмотрите на него! Это как раз тот случай, когда понимаешь, почему он Великий… В одиночку удерживать разрушающий луч — я бы так не смог…
    Тут я наконец заметил и сам луч — действительно луч, прямой поток света, очень яркий и смертельно опасный. Он врезался в «щит» наколдованный Найаном и рассыпался тысячами ослепительных искр.
    — И долго он так будет стоять? — ошарашено произнес Орел.
    — Каждый раз все дольше. Найан лишь ненадолго отвлекается, чтобы хоть немного поспать, и снова возвращается сюда, потому что заклинание рассеивается. А хуже всего то, что вампиры усилили мощность разрушительного луча, и Найану уже с трудом удается сдерживать его. В свое время, при заключении союза с авиаками, Историки подарили им древний эльфийский артефакт, который наделяет его обладателей силой и мощью. Нам пришлось попросить вернуть его на время обратно нам. К счастью, авиаки хранили дар Найана с благоговением! Надеюсь, это поможет. Ну и кроме того мы отлавливаем элементалей в Пи-Квейа. Великий ты Маг или нет, силы все равно не безграничны. Подпитка магической энергией лишней не бывает. Вы знали, что народные целители традиционно прописывают заряженную магией элементалей воду при депрессии? При употреблении ее натощак наблюдается омолаживающий и освежающий эффект.
    — Очень интересно. А что такое Пи-Квейа?
    — Озерцо на западе. В переводе с джунского значит «лягушачье». Найан — ценитель древности, так что на Авилоне почти все называется по-джунски.
    — Мы заметили здесь много джунских руин.
    — Да, этот аллод — настоящий кладезь информации для нашего барта! Жаль только, что нам пришлось остановить почти все свои исследования. В особенности огорчает прерванные раскопки руин на северо-западе. А мы как раз нашли там джунских големов, возможно даже в рабочем состоянии! Сначала нам мешались агрессивные мантисы, потом мы обнаружили каких-то странных существ, а затем нас почтили визитом демоны и вампиры. Напасть за напастью!
    — Вы не против, если мы тут немного осмотримся?
    — Да-да, конечно. Только будьте осторожны, если решите выйти за пределы базы. Лес стал опасным.
    За пределы базы мы конечно вышли, но в лесу нас встретили только белки. Стражи Историков — авиаки несли дозор вокруг лагеря, но поскольку нас сопровождал Милвус, все было вполне мирно. По территории самого городка прогуливаться, конечно, было гораздо приятней. И интересней. Здесь находились представители всех разумных рас: люди, эльфы, восставшие Зэм, орки, гибберлинги, прайдены, даже пара минотавров, наверное нанятых для тяжелых работ. Новость о том, что на аллод прибыли имперские корабли, распространилась очень быстро, и на нас глядели с облегчением и интересом. Я не видел агрессии со стороны Историков глазами и не ощущал ее интуитивно. Нам были рады, хотя прилетели мы совсем не с дружественным визитом. В конце концов я все же принял решение отвести наших питомцев в загон, доверив их местному конюшему, а вот угощаться элем отказался.
    Вокруг царило оживление. Все интересовались у нас и друг у друга, когда начнется эвакуация с аллода, но мы только пожимали плечами. Ситуация выглядела почти комичной: мы прилетели, чтобы арестовать «преступников», а нас встречают, как спасителей. Впрочем, не все хотели покидать Авилон. И дело даже не в том, что в Империи, куда мы отвезем Историков, их ждет арест, а в научных изысканиях, которые они не хотели прерывать. За те полтора часа, что мы прождали Найана в лагере, я наслушался историй о невероятных открытиях, которые вот-вот уже должны были случиться и перевернуть мир, если бы не вот это вот все. Наверное в другое время мне было бы даже интересно все это послушать, особенно про джунов, но голова была занята далекими от науки мыслями, поэтому я почти все пропустил мимо ушей… пока один из историков не упомянул нечто, царапнувшее слух.
    — Простите, что вы сказали?
    — Я говорю, существо совершенно омерзительное! — воскликнул эльф. — Его лицо словно… покрыто червями. Кошмар!
    — Червелицый…
    — Что-то сразу показалось мне смутно знакомым. И не только мне! Но мы не сумели вспомнить ничего конкретного… Вероятно, была какая-то древняя книга в единственном экземпляре и все решили, что это фальшивка. Значит, можно считать, что это существо не известно нашей истории. По крайней мере, той истории, которую мы знаем… Так интригующе! Мы хотели изучить его, выяснить, откуда он взялся здесь и есть ли еще такие на нашем острове, но не успели… Интересно, где они могли прятаться?
    — Вероятно, под землей. Вы вели раскопки и потревожили его… или их, — произнес я.
    — Вполне вероятно, — горячо закивал ученый. — И чего нам от них ждать? Создала их природа или же чья-то злая воля? Загадка…
    — Полагаю, вы давно не получали новостей со Святой Земли, — медленно проговорил я.
    — Со Святой Земли в последнее время слишком много новостей, не успеваем уследить, а теперь еще и всякая связь оборвалась с внешним миром. А вам что-то известно об этом существе?
    Я открыл рот, чтобы ответить, но тут нас окликнул Иавер Мусэм: Найан уже вернулся в лагерь и готов встретиться с нами.
    Кажущаяся молодость Великого Мага и главы Историков рассеялась при общении с ним. Возраст был в его взгляде, в жестах, в манере разговаривать. Степенный эльф с глубоким голосом и умными глазами давно перестал торопиться куда-то, он прожил достаточно и уже не боялся чего-то не успеть. Он смотрел на нас с добротой, покровительством и легкой усталостью под тяжестью своих лет.
    — Прежде всего я хочу принести извинения от лица Историков за события на Святой Земле, — мягко и совсем непафосно произнес он. — Мы все очень разочарованы действиями Гурлухсора.
    — Почему вы приняли его? Он пытался совершить государственный переворот в Империи, Хранители давно разыскивают Гурлухсора за его преступления, — сказал я.
    — Это так, — согласился Найан. — Но иногда к нам приходят те, кто хочет начать новую жизнь с чистого листа и посвятить ее служению науке. Незаурядный ум и магический талант Гурлухсора могли оказать Историкам неоценимую помощь… Жаль, что он не захотел идти с нами одной дорогой. Это грязное пятно на нашем имени тяжело будет стереть.
    — Нам приказано произвести арест и доставить Историков на Игш, — немного извиняющимся тоном сказал я. Возможно, я излишне доверчив, но все эти ученые не вызывали у меня негатива.
    — Мне уже сообщили об этом. Но астрал вокруг Авилона небезопасен… я видел вспышку сегодня утром и почувствовал сильные астральные колебания. Ваш прилет не был гладким?
    — Не был. Нас атаковали, и у одного из кораблей взорвался реактор. Я так понимаю, в этом нам нужно винить дворец Галеон.
    — Это уникальное сооружение! И к сожалению, мне пока не удается с ним справиться. Луч, которым они пытаются разрезать аллод, опять усилился! Похоже, вампиры, вступив в сговор с демонами, испытывают мощь этого луча на моем острове. Если им удастся его разрушить… Что же, значит, в их распоряжении очень мощное оружие. Немыслимо мощное.
    — Иавер Мусэм говорил нам про какой-то артефакт… — протянул я, поглядев на молчавшего восставшего.
    — Да, подарок авиакам. Пришлось его одолжить… Но нас обманули! Вампиры догадались, что мы используем артефакт, и зарядили его темной энергией! Отныне магия артефакта не мешает разрушительному лучу, а напротив — усиливает его действие! Жаль, хороший был артефакт. Другого такого теперь не найдешь. Да и времени у нас не осталось! Я не смогу долго удерживать луч. Похоже, Авилон обречен, — Найан повернулся к Иаверу Мусэму и добавил: — Историки должны срочно эвакуироваться. Я останусь здесь и буду держать луч, сколько смогу, чтобы дать вам возможность спастись!
    — О, нет, — сокрушенно покачал головой Зэм. — Я до последнего надеялся… Что нас ждет в Империи? Арест, тюрьма и казнь! Лучше уж умереть здесь, сражаясь с врагами! А может быть… еще не все потеряно?
    — У вас есть хоть какая-то информация об этом дворце? — спросил я.
    — Очень скупая, — откликнулся Найан. — Мусэм, не затруднит ли тебя позвать Роксану?.. Это дочь Арманда ди Дусера, обратившего в вампиров весь свой Дом.
    — Она тоже…
    — Нет-нет, к счастью, ей удалось избежать этой печальной участи.
    Эльфийка, которую привел Иавер Мусэм, так испуганно глядела на нас, что мне сразу же захотелось сказать ей что-нибудь утешительное. Но возможно этот мой порыв был обусловлен ее яркой красотой. Она была одета в легкий сарафан и ее фиолетовые волосы ниспадали на голые плечи, невольно притягивающее взгляд. Найан попросил рассказать Роксану ди Дусер все, что она знает.
    — Этот Галеон как две капли воды похож на тот, что был захвачен моим отцом Армандом ди Дусером.
    — Так их еще и два? — буркнул за моей спиной Орел, не удержавшись.
    — Это произошло на Тенебре, аллоде, принадлежащем ди Дазирэ.
    — Правящий Дом, — негромко вставила Лиза.
    — Да, — кивнула Роксана. — Ди Дазирэ вместе с Домом ди Ардер построили великолепный корабль-дворец, но мой отец… он не только захватил его, он заразил вампиризмом весь остров. Ведь вампиром можно сделать любое существо. Абсолютно любое!
    — Так может быть этот Галеон и есть тот, что построили на этой… Тенебре? — спросил я.
    — Нет, Лиге удалось освободить тот корабль. Они схватили отца и отрубили ему голову… Позор моей семьи. Отец так жаждал власти и бессмертия, что пошел на сговор с Тэпом.
    — Тэп мертв, — резко сказал я, наверное несколько быстрее, чем следовало.
    — Но не его Искра, — задумчиво произнес Найан. — Кто-то считает, что Тэп до сих пор воскрешается и умирает в своей пирамиде на Асээ-Тэпх. Но все же… даже у нас, у Историков, изучающих Храм Тенсеса, нет точного ответа, где в данный момент находится Искра Тэпа. Есть даже основания полагать, что она давно уже за пределами пирамиды, в которой он умер.
    Конечно она за пределами той пирамиды. Более того, Искра Тэпа уже обрела тело, и теперь он, вполне живой, разгуливает неизвестно где! Я изо всех сил старался, чтобы мое лицо выглядело каменным.
    — Отец стал вампиром, кровососущей нечистью, а потом заразил весь наш Дом… Ну, почти. Мне удалось уцелеть. Я уверена, что кто-то еще смог спастись от этой участи! Отца больше нет в живых, но мне все время кажется, что его голос звучит в моей голове. Он называет меня предательницей и хочет, чтобы я присоединилась к нему… Это ужасно!
    — Кхм-кхм, простите, но может быть вы знаете что-то о самом дворце? Его устройство, какие-нибудь технические характеристики? — подал голос Михаил.
    — Я только знаю, что на том Галеоне, с Тенебры, было особое место, где находился дух корабля, который контролирует все происходящее на борту.
    — Надо как-то пробраться туда и убедить этого духа остановить луч — это наш единственный шанс! — принялся заламывать металлические пальцы Иавер Мусэм. — Знать бы только, как попасть в это проклятое место!
    — Либо я всю оставшуюся жизнь буду стоять и сопротивляться этому лучу, — горько усмехнулся Найан. — Мне несколько тысяч лет, и я всего второй раз в жизни не знаю, что делать! Прошу меня простить, господа, но я вновь должен вернуться к поддержанию защиты. Я не могу отвлекаться надолго.
    — Последний вопрос, — сказал я. — Еще до нас Империя посылала сюда корабль с судебными исполнителями, но мы потеряли с ними связь. Вам что-нибудь об этом известно?
    — Нет, увы. Но мы сейчас не ведаем, что происходит на аллоде, особенно в северной и северо-восточной частях. Ходить туда опасно. Но если вы захотите обследовать берега, авиаки могут вам в этом помочь.
    — Спасибо, я передам своему командованию. У вас есть карта аллода?
    Найан снабдил нас не обычной картой, а картой отражающей нынешние реалии — на ней еще даже не высохли чернила. Как выяснилось, дворец Авилон не просто маячил у берегов, он уже глубоко вгрызся в аллод, добравшись чуть ли ни до его центра.
    — На вот эти земли, по бокам дворца, еще есть доступ, хотя они частично осквернены и мы туда не суемся, — сказал Иавер Мусэм. — А вот эти куски уже полностью «отпилены» от аллода лучом и теперь просто дрейфуют рядом. Что сейчас там творится не знают даже авиаки.
    Я еще раз поблагодарил Историков за содействие и мы заспешили назад, к кораблям. Времени прошло довольно много, а дорога займет еще несколько часов. Майор Саранг Монту уже нас заждался.
    — Вы задержались.
    — Не сразу удалось поговорить с Найаном.
    Мы рассказали об обстановке в лагере Историков, и в свою очередь узнали, что здесь, на берегу, в наше отсутствие все было отнюдь не так безмятежно.
    — Нас атаковали демоны. К счастью, пока мы у берегов, им не так-то легко с нами справиться. Они не могут нас окружить, так что мы успешно отстреливаемся, но вот в открытом астрале уже будет непросто. Я связался с командованием, нам пока приказано оставаться у берегов Авилона. И они ждут информации о неизвестном оружии, которое уничтожило наш корабль. Нужно немедленно доложить об этом дворце Галеоне!
    На следующий день Иавер Мусэм и еще двое Историков в сопровождении авиаков совершили ответный «визит вежливости». Подавляющее число ученых и их помощников были очень даже не против, чтобы их арестовали и поскорее увезли с Авилона. Но пока к кораблям подтянулись демоны, наводнившие ближний астрал, отчаливать было слишком рискованно. Нам крупно повезло, что мы сумели проскочить к аллоду незамеченными ими. Командование тоже медлило с приказами в отношении Историков: разумно ли вступать в бой с их крылатыми стражами и пытаться брать под свой контроль лагерь, если над всеми нами, как рок, висит дворец Галеон?
    Помимо этого нас еще интересовала судьба первого корабля с судебными исполнителями. Разбившись на группы, решили прочесать прибрежную территорию — хотя бы ту часть, которую Историки считали менее опасной. Майор Монту не слишком доверял им и их карте, но ничего другого под рукой у нас не было, так что пришлось полагаться на нее. От помощи авиаков — стражей Историков и коренных жителей острова — пока решили отказаться.
    Аллод действительно оказался довольно большим, а нас было не так уж и много и дробить силы не слишком хотелось. Поэтому доставшийся каждой группе участок занимал очень приличную территорию. Вели мы себя осторожно: держались леса, двигались хоть и неспешно, зато почти бесшумно, в полном молчании, и в любой момент были готовы к нападению. Но обстановка вокруг оставалась спокойной. Приходилось даже встряхивать самих себя время от времени, потому что от скучных поисков бдительность притуплялась.
    Прошло несколько часов, на протяжении которых мы разыскали разве что джунские развалины, как вдруг ко мне вернулась Фея: потрепанная, со вздыбленными перьями, она с оглушительным карканьем спикировала вниз, прямо ко мне на колени, и попыталась спрятаться под плащом, дрожа своим маленьким тельцем. Я впервые видел, чтоб сорока была настолько напугана.
    Переглянувшись, мы осторожно двинулись в ту сторону, с которой она прилетела, решив немного углубиться в лес. Поначалу он был пуст, но через некоторое время до слуха стало долетать едва различимое эхо. Понять, с какой стороны идет шум, было трудно, и мы какое-то время топтались на месте. Шум прекратился, я уже решил, что возможность утеряна, и мы даже направились назад к кораблям, потому что времени прошло очень много и пора было возвращаться. Но вскоре мы услышали вполне различимое: «Куарр».
    Найти авиака оказалось несложно. Несмотря на серьезную рану и сломанное крыло, он из последних сил пытался защититься от нас. Нам понадобилось время, чтобы объяснить, что мы не враги.
    — Я идти к Милвус. Я сообщить о нападении вампир на мой поселок. Вампир догнать меня и ранить. Я странно чувствовать себя… Корвус предупреждать, что укус вампир очень опасно! Грамиа сенгх! Куарр! Сиварда проуш мин куас! Ниа сон?
    — Что?
    — О-о-о, не мочь сказать по-твоему. Я… умирать сам! Понимать меня? Я. Умирать. Сам. О-о-о, грамия леа! Милвус пусть идет дом. Надо спасать мой народ. Ниа сон?
    Авиак затих, прикрыв дрожащие веки. Матрена, осмотрев его, растерянно произнесла:
    — Я не знаю, как это лечить.
    — Нужно отвезти его в лагерь к Историкам, возможно они знают, что делать!
    — Не довезем.
    — Мне кажется, там еще кто-то есть…
    Не успела Лиза договорить, как в небо над лесом взметнулась и снова опустилась стая птиц — они были близко настолько, чтобы различить в них авиаков, но слишком далеко, чтобы понять, что происходит.
    — Его нужно отнести к своим, — уверенно сказал Матрена.
    Я посмотрел в ту сторону, где были авиаки — северное направление, куда Историки не рекомендовали ходить. Но довезти пострадавшего до лагеря мы и впрямь не успеем. Могут ли авиаки воскресать после смерти?
    — Ладно, давайте только уложим его осторожно в седло…
    Авиак оказался несколько тяжелее, чем выглядел, но Лоб легко справился с задачей. Мы двинулись на север, ловя каждый шорох в лесу и каждое движение. Но вокруг были только деревья, кустарники и развалины джунской цивилизации. И отдаленный птичий гвалт впереди.
    — Нам надо поторопиться, он умирает, — произнесла Матрена.
    Нестись во весь опор было неразумно, и все же мы ускорились еще. Шум уже стал довольно громким и ошибиться в направлении уже стало невозможным. Я подумал, что должно быть авиаки сражаются с вампирами, и почти оказался прав. Схватка имела место, только она уже закончилась. Джунские стеллы на большой каменной площадке, облюбованной авиаками, покрывал слой перемазанных в крови перьев. Здесь было множество убитых и раненных — при чем с обеих сторон, мертвых эльфов я тоже заприметил. Авиаки вели себя агрессивно, так что пришлось даже поднять пустые руки, показывая, что мы не собираемся атаковать. И только их раненый товарищ, которого мы привезли, убедил их в нашей правдивости. Однако тут же выяснилось, что спасти его вряд ли удастся — вампиризм неизлечим, хоть и не смертелен. Но авиаки предпочитали смерть, чем превращение в кровососущую нечисть.
    — Когда-то на наших землях царили мир и спокойствие, и никто не слышал о вампирах. А теперь здесь хозяйничают они… А с ними и нетопыри — верные сообщники. Нашим разведчикам едва удается унести от них крылья, — грустно рассказывал старейшина авиаков по имени Корвус, глядя на своих поверженных собратьев. — Авиаки — сильные и ловкие воины, но мы привыкли сражаться с наземными врагами. А вампиры используют нетопырей как ручных животных. Ухаживают за ними, кормят. И используют против нас. Стыдно признаться, но мы проигрываем воздушную битву.
    Говорил он хоть и гортанными, каркающими звуками, но все равно без ошибок. Я не знал, сколько ему лет, и вообще не представлял, сколько живут авиаки, для меня они выглядели все одинаково, но отчего-то держаться с Корвусом хотелось с максимальным почтением — как с мудрым, опытным стариком.
    — Очевидно, авиакам придется изменить свою тактику. Раньше я не поощрял схватки между сородичами. Потому у нас просто нет опыта в воздушных боях. Это надо изменить!
    — Демоны тоже нападают на вас? — спросил я.
    — Так глубоко на остров они не заходят, зато на северном берегу их много. Мои авиаки рвутся в бой, жаждут поквитаться с вампирами. Но враг хитер и опасен. Я посылал разведчиков к северным берегам и они заметили трех необычных вампиров, которые командовали демонами. Несомненно, эти трое — элита своего племени! Мы сделаем все, чтобы убить их! Я не знаю, какое место они занимают в вампирской иерархии, но их смерть поднимет боевой дух моего народа!
    Последние слова он произнес достаточно громко и они вызвали горячее одобрение среди других авиаков.
    — Но вам лучше уходить отсюда, бескрылые, — продолжил Корвус. — Вампиры и демоны постоянно прибывают на Авилон! Скоро нам снова придется обороняться. Я не говорю уже о том, что разрушительный луч из Галеона угрожает уничтожить аллод, развалить его до основания, а затем… Затем мы все погибнем в астрале, да. Но так легко мы не сдадимся! Мы полетим к этому дворцу и будем храбро сражаться до последнего!
    Со всех сторон послышалось восторженное «Куарр!», и все же последствия произошедшей здесь битвы, которыми были усыпаны древние джунские плиты, не позволяли мне вдохновиться этим призывам и поверить, что у авиаков есть хоть какой-то шанс.
    Вернулись обратно к своим кораблям мы чуть позже, чем было условлено, за что я получил выговор от майора. Но главной новостью стало то, что одна из групп все же нашла останки корабля, на котором летели судебные исполнители. Осмотр подтвердил, что его разрушили демоны, и нам осталось лишь почтить его скорбным молчанием.

    Lafayette
    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
    Автор: risovalkin
    К ОГЛАВЛЕНИЮ
    Глава 56. Приглашенные эксперты
    Как и лигийские церковники, и охотники на демонов, имперские ученые расположились за пределами шахтерского поселка, не желая пересекаться друг с другом. Перед нами встал вопрос, как добраться до своих по глубокому снегу, учитывая, что мы прибыли без ездовых животных. Одна только Фея преданно сопровождала меня. Прохиндей, оказывающий нам содействие не только на словах, пообещал предоставить транспорт.
    — Это нам э-э-эльфы подогнали. Странная штука, но со временем привыка-а-аешь.
    «Странная штука» называлась «Мираж», и была аналогом старых, добрых имперских быстролетов, на которых в основном рассекала Незебградская милиция. Ну и те, кто мог себе позволить столь дорогой для простых граждан агрегат. У Миража, в отличие от быстролета, манабатареи не были спрятаны в турбины по бокам. Две светящиеся голубые сферы удерживались лишь тонкими металлическими осями, закрепленными на двух дугообразных стержнях, похожих на торчащие вперед рога. Эти стержни стабилизировали энергетическое поле, которое, в свою очередь, удерживало Мираж на лету — это не я додумался, это Миша пояснил, заинтересовано осмотрев наш новый транспорт со всех сторон.
    — А крылья, насколько я понимаю, помогают сохранить равновесие и гасят инерцию.
    Четыре полупрозрачных трепещущих крыла находились сзади, и именно по ним сразу становилось понятно, что это творение эльфов. В целом Мираж чем-то неуловимо напоминал стрекозу. Я бы, если честно, предпочел быстролет, потому что он выглядел массивней и надежней, чем хрупкий с виду Мираж, но лучше так, чем пешком. Глава наемников, охраняющих Прохиндея и его остров, минотавр Суровотур показал, как управлять этим транспортом.
    — Я видел здесь водятся дикие рыси. Их стоит опасаться?
    — Опасаться стоит о-о-огров, сожрут и твоим же оружием в зубах поковыряются. Му-у-у-чение одно! Никак мы с ними справиться не можем. Особенно теперь, когда у нас такой бардак! Я дам вам проводника из ребят понадежней, чтоб проводил вас. Опа-а-асно здесь, особенно если не знать окрестностей.
    — А эти… цверги, часто они берут кого-то в плен?
    — Клянусь рогами, эти мелкие недоноски еще получат свое! Гаденыши! Му-у-у, ненавижу! Мы с ними раньше немножко воевали: думали, что там, в горах, где они живут, метеоритное железо есть. Но потом инженеры сказали, что железа нет, и войну мы сразу прекратили. Мы же не зве-е-ери! Одним словом, с цвергами замирились и перестали обращать на них внимание. И тут на-а-а тебе! На днях они не с того, ни с сего напали на поселок всем скопом. Мы, конечно, атаку отбили, но уве-е-ерен, что они еще нападут. Честно говоря, не хотелось бы мне воевать с ними снова. Дерутся они неважно, но горы свои назубок знают и ловушки ставить мастера-а-а! Я в их горах в свое время трех лучших наемников потерял. А теперь еще и нежить лезет.
    — Я думал, нежить только в шахте.
    — Нежить пасется и вокруг нее, и ждет, когда какой-нибудь дурак забредет на обе-е-ед. Хуже всего, что мертвецы и сюда заглядывают. Поэтому мы все время настороже! Думаю, надо не ждать сложа копыта, а нанести удар по шахте! Хотя… Мы пытались как-то прорваться внутрь. Скажу так: не му-у-у-дрое это было решение! И знаешь, что самое странное? Нежить быстро пополняет свои ряды. Не могу только понять, откуда же берутся эти новые мертвецы. Мы хорошо изучили этот аллод, пока воевали с горными цвергами. Здесь нет больших кладбищ, а сле-е-едовательно и нежити взяться неоткуда. Загадка!
    Суровотур отправился за нашим проводником, а мы остались ждать их возвращения, оглядывая небольшое поселение. Народу здесь было не сказать, что много. Мое внимание привлекла плачущая орчиха и трое прыгающих вокруг нее гибберлингов. Выглядело это необычно, и я невольно заинтересовался разговором.
    — Не хочу жить! Когда мертвецы двинулись к шахте, разве не я первой встретила их своей дубиной?! Гнилые черепушки так и летели во все стороны…
    — Ты очень храбрая! И сильная! Давай к нам, а? На шахте все равно сейчас делать нечего, а мы тебе хорошо заплатим!
    — Не-е-ет… Я труси-и-иха… я вдруг испугалась: нежити было слишком много! Я бросила оружие и… бежала, бежала так быстро, как только могла. Это значит, что я больше не воин, я не орк… Я — никто! Р-р-р!
    — Ну что ты! Ты отличный воин! А мы — прославленные охотники на белых медведей. Нас Сигурд специально с Новой Земли сюда зазвал, чтобы с белыми медведями разобраться. Только мы не справляемся. Много их, и злые они. Поможешь нам, а? А то вся наша слава бывалых полярных охотников растает, как прошлогодний снег…
    — Я знаю, кто мне поможет! Мне нужен Курган!
    — Шаман? А разве воины не держались всегда подальше от шаманов?
    — Да, шаманы слабые, шаманы хитрые, шаманы не настоящие орки… Но сейчас только шаман может спасти меня! Может, Курган найдет средство? Может, поможет мне пережить позор и преодолеть страх?
    — Э-э-э… но ты про медведей все равно подумай, ладно? В миг про нежить позабудешь! И никакой шаман не понадобится…
    Завывания орчихи и уговоры гибберлингов продолжались еще несколько минут, и наверняка не заканчивались бы еще долго, но тут появился орк — весь в амулетах, шкурах и с черепом рогатого животного на голове. Он нес в руках не меньше дюжины тушек мертвых рысей.
    — Опять ты?! — воскликнул он, завидев орчиху, и нахмурился.
    Та вскочила на ноги разревелась еще сильней.
    — Ладно, не реви! Помогу я тебе.
    — Спа… спасибо, Курган… — всхлипнула она.
    — Веками орки шли к шаманам за помощью: мы исцеляли, изгоняли злых духов, заклинали оружие и проклинали врагов! Разве я могу отказать в помощи своей сестре?! Есть один древний ритуал — Ритуал Силы Духа. Он должен вернуть тебе уверенность в себе. Но мне понадобится помощь.
    — Все, что угодно!
    — Для ритуала нужны звериные души. Не Искры, а души! Разницу понимаешь?
    — Нет.
    — Я, честно говоря, тоже не очень… Может, ее и нет. Только я, знаешь ли, привык называть вещи своими именами, и все эти новомодные рассуждения про Искры, жертвы Тенсеса, Незеба и Скракана — мне все это по барабану! — заворчал Курган, раскладывая рысей на снегу и осматривая их со всех сторон. — Лучше всего подойдут души рысей. Просто идеально подойдут!
    — Для чего? — заинтересованно спросила орчиха, перестав плакать.
    — Этот аллод не так уж и велик, но я не могу обследовать его в одиночку. Слишком много опасных тварей развелось на Хладберге. Здесь есть уголки, куда даже охотники на демонов не решаются заглядывать, а эти ребята всякое повидали и ко всему готовы!
    — А что нужно найти?
    — Скоро узнаешь, очень скоро! Души рысей будут нашими верными разведчицами! Мы выпустим их возле шаманских стел… Знаешь, где они?
    — Знаю!
    — Захваченные души покинут тела и отправятся на разведку. Они смогут проникнуть туда, куда никто не осмелится сунуться, и найти то, что нам нужно! Отнеси-ка пока этих рысей в мой дом.
    Орчиха с энтузиазмом подскочила, схватила тушки и исчезла в ближайшем деревянном домике. Я, Курган и трое гибберлингов проводили ее взглядами.
    — Прекрасно! Скоро решится судьба всех шаманов, более того — всех орков! — вдохновенно произнес Курган и оскалился в довольной улыбке.
    У меня появились смутные подозрения.
    — Чего-чего решится? — переспросил один из гибберлингов.
    — У меня хорошее предчувствие, и сон сегодня ночью снился добрый! Словно я стою перед Великим Шаманом и держу за руку орчиху, а у нее над головой горит яркая звезда! Это очень хороший сон, он предвещает удачу!
    — Что за орчиха, к чему этот сон? — не унимались любопытные гибберлинги, но орк махнул рукой и зашагал в дом.
    — Вы ищете орка, владеющего магией, по приказу Коловрата?
    Курган обернулся и посмотрел на меня.
    — Да, по велению Коловрата Северных, Верховного Шамана орков, я участвую в поисках последнего потомка Легендарного Орка. От этого зависит будущее моего народа. Согласно легенде, он должен обладать способностями к высшей Магии, он сумеет удержать любой аллод от поглощения астралом. А значит, орки не будут зависеть от Империи! — сказал он с вызовом.
    Я тихо выругался сквозь зубы. Похоже, призрак Легендарного Орка будет преследовать меня вечно!
    — Мы докажем остальным оркам, что были правы! Что мы можем быть свободными и в этом расколотом мире!
    — Рад за вас, — буркнул я и отвернулся.
    Пусть Курган ищет, кого хочет. Я лишь надеялся, что меня его поиски обойдут стороной, хотя в глубине души был уверен в обратном.
    Вскоре вернулся Суровотур с еще одним наемником, тоже минотавром, и мы сразу же, не теряя времени, отправились в путь, поскольку день на Хладберге был коротким и темнело очень быстро. Отъехали от шахтерского поселка мы не слишком далеко, когда я заметил ставку из нескольких палаток, над которыми развевался голубой флаг с двуглавым орлом. Прохиндей уверял, что мы можем поговорить со всеми вызванными им экспертами. Даже с лигийскими церковниками. На одной чаше весов находилась моя вполне закономерная неприязнь к врагу своего государства, на другой — любопытство. Мне было интересно узнать их версию происходящего. Я жестом показал остальным, что хочу заехать в лигийский лагерь, и развернул Мираж.
    Первым нас встретил орк-наемник, приставленный сюда Суровотуром для охраны. Прохиндей заботился о безопасности своих гостей, чем невольно вызывал у меня уважение.
    — Здорово! Хорошо, что вы тут — хоть есть с кем потрепаться. А то с этими священниками…
    — Что, грешить не позволяют? — усмехнулся Орел.
    — Угу… Мало того, что я орк, а значит потенциальный враг, так для них я еще заблудшая душа, которую надо наставить на путь истинный. Запарили мне мозг своими проповедями — ничего не соображаю! Вернусь — набью бычью морду Суровотуру за то, что отправил меня сюда.
    — Здесь опасно? — спросила Матрена.
    — Ну как сказать… Я здесь из-за огров. Головы у них пусты, как их котлы! Только одно на уме — жрать и жрать. Мы с ними давно воюем, но никак не выведем подчистую — плодовитые, гады! Раньше они то и дело нападали на шахту и уносили наших рабочих. А теперь на шахте ловить некого, там одни мертвецы бродят. На них не разжиреешь — кожа да кости… В общем, огры звереют, того и гляди сюда придут. Потому я тут.
    Наемник проводил нас к главному у церковников, им оказался священник Никифор Скрижалов — рыжеволосый, бородатый дед чудаковатого вида, отчаянно чихвостивший какого-то эльфа в тот момент, как мы подошли.
    — …отступники и нечестивцы! Вместо того, чтобы покаяться и вернуться к истинной вере, вы смеете нести эту ересь?! Я накладываю на вас епитимью!
    — Но…
    — Немедленно удалитесь и проведите остаток дня в молитвах!
    Эльф фыркнул и возмущенно скрестил руки на груди, но Скрижалов не стал дальше его слушать и обратил на нас свой горящий праведным гневом взор. Мне было немного не по себе от того, что я — Хранитель — должен обратиться к лигийцу, с которыми у нас вообще-то война. Правда это всего лишь священник, а не солдат, но с другой стороны, религия — это тоже один из краеугольных камней нашего конфликта.
    — Здравия желаю! Я капитан Хранителей Импе…
    — Если еще и вы мне скажете, что демоны захватили шахту, накажу! — перебив меня, гаркнул священник. — Эх, если бы не метеоритное железо, и вас, и этого Прохиндея давно пора было бы предать анафеме! Мало того, что он торгует метеоритным железом со всеми, так еще и выдвигает еретические теории! А вы потакаете ему, разносите ересь по Сарнауту, умы смущаете! Еретики и ослушники! За распространение панических слухов я накладываю на вас епитимью!
    — Мы просто хотели разобраться, что здесь происходит… — начала было Матрена.
    — Есть догмат Церкви Света, который гласит, что с демоническим нашествием было покончено, когда Незеб и Скракан заперли Врата джунов! Те демоны, что появляются здесь, — неорганизованные бродяги. Поэтому ни о каком «заговоре» не может идти и речи! Мы должны сохранять спокойствие и верить. Это главное! А посему приказываю вам смиренно очищать Искру молитвами два дня! — безапелляционно заявил Скрижалов и отвернулся к своем подопечным, прямо на наших глазах раздав еще штук пять епитимий.
    Вот и поговорили. Я растерянно повернулся к друзьям.
    — Лигийский священник приказал нам молиться два дня… если я доложу об этом в штаб, Штурм лопнет от смеха.
    — По крайней мере он не приказал нам смиренно взойти на костер и сжечь себя во имя Церкви Света, — хмыкнул Орел, а Лиза кивнула на эльфа, которому тоже досталось от Скрижалова:
    — Может, поговорим с ним?
    Эльф с надутым видом проверял крепления седла на виверне и кажется бормотал проклятия себе под нос.
    — Вы тоже фанатики Света, поборники чистоты и нравственности? Будете читать мне очередную проповедь? — заметив краем глаза наше приближение, сказал эльф, но повернувшись, осекся. — Ох, Империя… Это хорошо, а то, признаться, я уже на грани!
    — Вы ведь не церковник, — проницательно сказал Миша.
    — Я охотник на демонов. Густав ди Ардер, к вашим услугам. Берлогин отправил меня сюда, чтобы я попытался наладить контакт с экспертами Церкви Света, но я с самого начала подозревал, что это тухлое дело. Охотники для церковников как бельмо на глазу. Еще бы! Ведь это мы боремся с демонами, а не они! Мы очищаем мир, а не насаждаем веру и смирение! И вот, вместо того, чтобы заниматься делом, я вынужден сидеть здесь. Проклятье! Наверное, у Саранга Угуна дела обстоят получше?
    — Не имею понятия, — пожал плечами я.
    — Я думал, вы из имперского лагеря ученых.
    — Нет, мы только что прибыли и пытаемся понять, что тут происходит.
    Как нам объяснил Густав, группа охотников на демонов, под предводительством Тимура Берлогина, попыталась установить контакт со всеми прибывшими экспертами на Хладберг по приглашению Прохиндея. Как обстоят дела у второго «дипломата», отправившегося к нашим ученым, эльф не знал, а вот с лигийскими церковниками разговор не заладился.
    — А между тем, мы пытаемся проникнуть в стойбище огров и проверить, как там обстоят дела. Есть ли там эти жуткие Клыки, появились ли там демоны? Вот чем я должен заниматься, а не выслушивать истерики Скрижалова!
    — Вы уже видели на Хладберге демонов? — спросила Лиза.
    — Видели, как огры разодрали одного из них на берегу. Выходит, примитивные и тупые твари расправляются с демонами, в то время как Церковь Света не способна ни на что, кроме борьбы с еретиками. Так и передам Берлогину! — возмущался Густав, и злорадно добавил: — Вот бы еще пустить слушок по аллодам, что огры Хладберга обставили церковников в борьбе с демонами.
    — Тогда вам вовек не очистить Искру никакими епитимьями. Я бы хотел поговорить с вашим командиром, Берлогиным. Где вы остановились?
    Густав открыл было рот, но вдруг уставился куда-то нам за спины и замолчал. Мы обернулись. К лагерю приближались трое канийцев: двое мужчин и женщина, которые тоже заметили нас. Я бы не обратил на них внимания, но в отличие от других церковников — эти были вооружены. В общем-то, в этом не было ничего удивительного, ходить невооруженным по такой опасной местности глупо, и все же мне пришлось приложить усилие, чтобы не дернуться к мечу и сохранить если не доброжелательный, то хотя бы нейтральный вид. Канийцы тоже пока не проявляли агрессии, но спешившись, направились к прямо к нам с очень вопросительными лицами.
    — Что вы здесь делаете? — спросила женщина, приблизившись.
    — Епитимью отбываем, — не растерялся Орел. — А вы?
    Все невольно усмехнулись, потому что в этот момент от одной из палаток послышался звонкий голос Скрижалова — он снова кого-то отчитывал и приказывал неистово молиться. Окружившее нас напряжение немного спало.
    — Ох уж этот Скрижалов! Ортодокс — вот он кто! — сказала женщина уже менее воинственно. — Заставил нас освящать берег святой водой. Давнишняя практика, обычно помогает против демонов.
    — Помогло?
    — Не в этот раз. Если вы здесь по просьбе Прохиндея…
    — Да, у него пропала партия метеоритного железа, готовая к отправке, и он считает, что к этому напрямую причастны демоны или демонопоклонники.
    — А вы как считаете?
    — Никак. Мы только прибыли и еще не разговаривали с нашими учеными из НИИ.
    — Тогда вам будет интересно, что мы узнали.
    Она позвала нас за собой, махнув рукой, и мы снова зашагали к Скрижалову. Охотник на демонов Густав тоже заинтересованно последовал за канийцами. Признаться, я был несколько удивлен такой благосклонностью. Интересно, если бы лигийские военные пожаловали к нашим жрецам Триединой Церкви, как бы их встретили?
    — Вы уже освободили берег от астральной нечисти? Имейте в виду, я не потерплю никаких отговорок в борьбе за истинную веру в Свет! Мы должны избавить Сарнаут от остатков зла, кои еще водятся в астрале. На каждого, кто недобросовестно относится к нашему правому делу, я наложу епитимью! И можете сердиться на меня сколько хотите.
    — Мы освятили берег, — терпеливо произнесла канийка. — Только там, прямо посреди тверди, выскочили эти жуткие клыки. Во славу Света мы окропили святой водой и их, только на нас сразу напали демоны. А вместе с ними и нежить!
    — Что значит — вместе с ними? — озадаченно спросил Густав.
    — То и значит! — впервые подал голос один из спутников канийки. — Они действовали сообща!
    Скрижалов сдулся прямо на глазах, в момент растеряв благочестивый лоск.
    — Как сообща? Это точно?
    — Абсолютно! Те, кого мы считали паникерами и еретиками… были правы! Демоны не просто бродят по астралу, они нашли себе союзников — нежить!
    — Не может быть… этого не может быть… Нежить и демоны действуют вместе?! Неужели я ошибался?
    — Похоже на то! — раздраженно сказал Густав. — Пока вы здесь разглагольствуете, глупые огры уже вовсю воюют с демонами и нежитью! Мне кажется, пришло время действовать, а не бороться за чистоту веры.
    — Возможно, Прохиндей прав… мы не будем отметать эту версию… — забормотал Скрижалов. — Тем более что речь идет о защите шахты и метеоритного железа. Ошибка может нам дорого стоить, и я готов на время забыть о догматах… Прохиндей просит помощи? Что ж, он ее получит! Церковь Света готова помочь ему в борьбе за шахту! Вместе мы выступим против демонов и нежити и уничтожим всех врагов Света!
    Он, впав в религиозный экстаз, снова начал сыпать лозунгами и грозиться наказать тех, кто откажется от благого дела, а мы, не став прощаться, зашагали к своим Миражам, которые с флегматичным видом охранял сопровождавший нас минотавр, болтая о чем-то с наемником-орком. Скрижалов, кажется, даже не заметил, что мы ушли.
    — Вы хотели поговорить с Берлогиным, — сказал Густав.
    — Да, но сначала нам нужно добраться до имперских ученых…
    — Ваши ученые забрались в самую глушь в горах… уж не знаю, что они там изучают. А лагерь охотников здесь рядом, вам все равно по пути.
    Что ж, так даже лучше. Проехав небольшой, редкий лесок, мы увидели множественные проплешины, где не было ни снега, ни растений — только отравленная, мертвая земля. Жуткие клыки вылезали из этих ран, понемногу, шаг за шагом, разрушая аллод. Нам пришлось преодолеть полосу изуродованной земли, чтобы добраться до подножия гор, возле которых обосновались охотники на демонов. Путь занял всего около часа.
    Тимур Берлогин, руководитель экспедиции охотников на Хладберге, оказался смуглым, коренастым бородачом с очень хмурым выражением лица, которое не менялось ни на миг за все время нашего общения. При этом он был вполне дружелюбен и открыт для диалога.
    — Мы уже знаем, что демоны действуют заодно с нежитью. Для нас это не сюрприз, — произнес он, когда Густав пересказал все, что мы услышали от лигийских церковников. — Сначала я думал, что это какой-то новый вид нежити, что демоны вывели себе помощников, но… Мы применили наше старое проверенное оружие — антидемонический репеллент, отпугивающий астральных гадов, но оно не сработало. Нежить, в отличие от демонов, не стала разбегаться от репеллента как угорелая! Тогда мы проверили еще одну нашу разработку на основе метеоритного железа. Железо, как известно, отталкивает астрал и все, что с ним связано.
    — Дай догадаюсь, нежить не испугалась метеоритного железа, — заключил Густав.
    — Нет, не испугалась. Это значит, что нежить легко сможет уничтожить метеоритное железо в шахте, а это железо — единственное, что удерживает Хладберг от поглощения астралом!
    — Прохиндей уже не досчитался целой партии, готовой к отправке, — вставил я.
    — Проклятье! Здесь, на Хладберге, нет Великого Мага. Только метеоритное железо в шахте спасает остров и отпугивает демонов. Обычная нежить не боится железа и может уничтожить его запасы… Тогда аллоду придет конец! Нужно помочь Прохиндею освободить шахту.
    — Кхм-кхм… — деликатно прокашлялась девушка, скромно стоявшая за спиной Берлогина. — Если позволите…
    — Да, Милена.
    — С нежитью я встречалась, еще когда служила во флоте Лиги. Работенка была еще та — не всякий мужик выдержит! Так вот, помню, занесло нас как-то в Сиверию, мы там следы Ермолая-первопроходца искали. Нежити в Сиверии хватало, но мы справлялись! Помогала магия: из ледяных элементалей мы добывали вековую изморозь. Она разит мертвецов на раз-два!
    — Здесь водится много элементалей, — задумчиво протянул Берлогин. — Это можно использовать с пользой.
    — В Сиверии было так же холодно, как здесь. Нет, пожалуй, все-таки холоднее! Там много захоронений народа Зэм. Стоит пристать к берегу, как мертвецы начинают собираться возле корабля, и совсем не для того, чтобы продать сувениры… Но местные хрустальные элементали мощнее, чем в Сиверии!
    — Что ж, нам это возможно только на руку! Придется поохотиться не только на демонов… Кстати, на счет охоты. Ерши все еще не вернулись в лагерь? — спохватился вдруг Берлогин, но Милена отрицательно покачала головой. — Демоны их задери, куда же они могли подеваться? Ох и раздолбаи, и минуты на месте усидеть не могут.
    — Небось опять на охоту отправились, даже разрешения не спросив. Ну и попадет им, когда в лагерь вернутся! На цепь посажу! Пусть не обижаются потом, негодяи.
    Клятвенно пообещав, что если встретим семейку Ершей, оказавшихся охочими до приключений гибберлингами, то обязательно передадим приказ возвращаться, мы наконец-то отправились до места расположения наших ученых. День начинал тускнеть, и я заволновался, что ехать придется по темноте.
    Холодный воздух, бьющий в лицо, больно кусал нос и щеки, так что пришлось продвигаться с куда меньшей скоростью, чем могли предложить Миражи. Фея, сидевшая с самого нашего прибытия на Хладберг у меня за пазухой, возмущенно каркнула, потому что кататься ей понравилось, и снижение скорости она восприняла так, словно сломался ее любимый аттракцион.
    — Не каркать! А то надену каску и посажу на руль! — пригрозил я.
    Сорока примолкла.
    Нам пришлось проехать извилистой дорожкой между заснеженных скал и поблуждать в небольшом лесу, пока мы не выбрались к берегу.
    — Эй, Ник! — крикнул Орел. — Кажется, я вижу пропажу!
    И поскольку в его зоркости сомневаться не приходилось, а данные обещания нужно держать, пришлось свернуть с пути и последовать за Кузьмой. Он не ошибся. На небольшом ледяном уступе среди сугробов засели гибберлинги, высматривая что-то или кого-то на берегу. При виде нас они втроем радостно замахали руками, будто встретили старых друзей. Это и впрямь оказалась семейка Ершей.
    — Что? Нас Милена обещала на цепь посадить? Ха! Она только грозиться и может!
    — Берлогин настоятельно рекомендовал вернуться в лагерь охотников как можно скорее…
    — Да это ладно, вы лучше посмотрите, что мы обнаружили! Нет, вы гляньте, гляньте! Видите демонов? Эти гнусные твари так и кишат в астрале! Явно что-то замышляют. Как и мы, ха-ха!
    — Что-то и правда многовато, — протянул я, глядя на стайку мелких демонов в прибрежном астрале.
    — Это потому, что мы тут занимались астральной рыбалкой! — пояснили гибберлинги разом в три голоса. — Раскладываешь приманку на берегу и ждешь, пока демон на нее клюнет!
    — А что используется в качестве приманки? — заинтересовался Миша.
    — Животные с аллодов. Демоны чуют кровь на огромном расстоянии! Они так до нее спешат добраться, что никого не замечают. Слетаются, как мухи на мед! И обратно в астрал не убегают, даже если понимают, что попали в засаду. Самоуверенные, ишь ты, думают, ничего ты им не сделаешь! Хах! Правда дразнить их не самое безопасное занятие, поэтому Берлогин рыбачить нам обычно запрещает! Здесь сноровка требуется, внимание, реакция. И сила. Да. Мы недавно одного втроем лупили, а он знай себе кровь лижет и на нас внимания вообще не обращает. Даже как-то обидно стало…
    — Ладно, это все очень интересно, но мы вообще-то спешим, — перебил я этот галдеж.
    — Эй, погодите. Самое-то главное вы не узнали! Мы бросили сердце здорового быка возле вон того клыка. Подумали, что так веселей будет. И знаете, кто вылез?!
    — Полагаю, не Скракан, Незеб и Тенсес.
    — Чудовище, какого мы никогда раньше не видели! Страшно подумать, сколько различных тварей таится в астрале.
    — Это был демон? — на всякий случай уточнил я.
    — Похож, но только больше и страшнее! В наших учебниках о таких ничего не говорится… Мы не врем, у нас пятерки по теории! Видно, это какой-то новый вид…
    — Да уж, новость. Нам, в общем-то, и старых вполне хватало.
    — Угу. Что-то мы уже слышали о таком… На Святой Земле, говорят, встречали каких-то новых, невиданных демонов… Нужно сообщить о нем Берлогину. Ух, и вставит он нам за самовольство по самое небалуй!
    «Невиданных демонов» на Святой Земле мы видели своими глазами, и все же сказанное Ершами давало пищу для размышлений. Все эти новые виды как-то слишком уж откровенно намекали на то, что считать демоническую угрозу незначительной было весьма наивно.
    Как ни странно, но до ученых из НИИ мы добрались еще засветло, на что я уже почти не рассчитывал. Нашему появлению никто не был удивлен. Скорее даже нас уже ждали. Лаборантка НИИ Анфиса Думина буднично поздоровалась с нами и указала место, где можно оставить Миражи, чтобы они никому не мешали.
    — Это было вопросом времени. Комитет не любит, когда кто-то что-то делает без их ведома, — произнесла она. — Хотя я удивлена, что за нами прислали Хранителей.
    — Нам сказали, что от вас не было никаких вестей.
    — Мы как раз собирались отправить отчет о ходе нашей работы на Хладбереге. Могли бы и раньше, но во-первых со связью здесь не очень, а во-вторых, не сказать, что мы сильно продвинулись.
    — Вы поддерживаете связь с лигийскими церковниками и охотниками на демонов?
    — С Лигой — нет, а охотники присылали к нам связного. Они считают, что нежить в шахте действует заодно с демонами.
    — Похоже, что они правы.
    — Ну… мы здесь все придерживаемся теории Номарха Низамара о культистах Тэпа, — пожала плечами лаборантка. — Как вы понимаете, никому не хочется спорить с академиком! Однако возникает один вопрос.
    Она вдруг резко остановилась у самой большой палатки и обернулась. Я вздернул брови.
    — Некроманты создают нежить из останков павших, и мы не можем понять, откуда они взяли здесь столько трупов! Конечно, они могли использовать останки шахтеров… Но этого все равно недостаточно! Низамар считает, что на Хладберге есть кладбище народа Зэм, которое и послужило источником материала для культистов. Вот только мы уже обшарили весь аллод, но кладбища так и не нашли. Правда, осталось еще пара мест, куда мы не рискнули заглянуть из-за того, что там водятся тролли.
    — Тролли, огры, цверги, нежить, демоны… Приветливый остров, — хмыкнул Кузьма.
    — Как и большинство в Сарнауте, — кивнула лаборантка и, жестом пригласив меня следовать за ней, вошла в палатку.
    Я тоже шагнул внутрь. Освещение здесь было очень тусклым и глаза не сразу привыкли к темноте. Я слепо сощурился и завертел головой по сторонам.
    — А-а-а, Хранители! А я думал, Комитет Ястребов Яскера за нами пришлет.
    — Вряд ли в этом есть необходимость. Хотя Неферу Уру наверняка придется объясниться перед Комитетом за деятельность сотрудников НИИ. Я капитан Санников.
    — Номарх Низамар. Нефер Ур — величина! Чтобы заставить его объясняться, Комитету понадобятся более веские основания, чем научная командировка кучки ученых.
    К тому моменту мои глаза уже достаточно освоились, и я различил восставшего Зэм, колдовавшего над столом, на котором был разложен скелет.
    — Прохиндей просит поторопиться с помощью в освобождении шахты. Там пропала партия метеоритного железа.
    — О какой помощи может идти речь, когда нет согласия между экспертами?! Когда враг не ясен?! — фыркнул Низамар. — Охотники гнут свою линию, а Церковь Лиги — свою. И никто не хочет признать, что в том, что происходит на Хладберге, замешаны культисты Тэпа!
    — Вы в этом уверены?
    — Посудите сами: кто преуспел в некромантии больше, чем они?
    — А как же появление демонов и клыков, которые разрушают аллод? — вопросом на вопрос ответил я.
    — Да, я знаю, что здесь замешаны демоны, но это ничего не меняет! Культисты Тэпа вполне могли заключить с демонопоклонниками союз!
    — Доказательства этому есть?
    — Я как раз пытаюсь их добыть! — заявил Низамар и многозначительно обвел взглядом лежащий перед ним скелет. — Исследуя кости, я смогу определить магический почерк призвавшего нежить. Уверен, мы наткнемся на следы древних ритуалов магии смерти, которые до сих пор практикуют культисты Тэпа, закосневшие в своей приверженности его учению. Собственно, я не сомневаюсь в своей правоте, но наука требует точности!
    Он склонился над скелетом, рассматривая его сквозь линзу замысловатого аппарата, и проводя какие-то магические манипуляции. И судя по всему — увиденное ему не нравилось. Ученый пыхтел, недовольно фыркал и все ниже склонял голову над объектом исследования, будто старался разглядеть что-то незамеченное ранее.
    — Ну что? — не выдержал я.
    — Нет, не может быть! А где характерные для древних ритуалов следы посмертного разложения?
    — Их нет?
    — Э-м-м… кхм… н-да… Этого мертвеца призвали не культисты Тэпа… Некромант, поднявший эту нежить, наш современник! Хотя… может, какой-то новообращенный культист?
    — По-моему, вы начинаете за уши притягивать факты к удобной вам версии, — сухо отрезал я. — Никто не видел на Хладберге культистов Тэпа, зато здесь полно демонов.
    Низамар хотел что-то ответить, но тут с улицы послышалась ругань и мы выскочили наружу. Восставший Зэм громко возмущался и махал руками, привлекая к себе всеобщее внимание.
    — Это Саранг Угун, охотник на демонов, — шепнула мне лаборантка. — Думала, он уже не вернется сюда…
    — В чем дело, товарищ?
    — Ну наконец-то! Хранители! Сами боги послали вас сюда! Простите, но эти ваши ученые похоже тупее даже местных троллей!
    — Я попрошу без оскорблений! — рявкнул Низамар, и мне даже пришлось встать между двумя восставшими, иначе между ними вспыхнула бы драка.
    — Пока вы носитесь со своей идеей про культистов Тэпа и ничего не видите дальше собственного хромированного носа, я сходил на разведку к стойбищу троллей! И знаете, что я там нашел?
    — М-м-м… троллей?
    — Не смешно! Там на берегу лежит разбитый корабль. Хадаганский, между прочим! Он полон ожившими мертвецами. Целая армия!
    — Мертвецов больше, чем живых. Так всегда было и будет, — протянул Назимар. — Но нежить не сама восстает из праха — кто-то ей здесь помогает.
    — Знать бы кто! — откликнулся я посмотрел на охотника. — Покажете нам это место?
    — Да, но пробраться туда трудно. Вступать в бой с троллями очень сложно, их слишком много. Мне пришлось ползти буквально на брюхе!
    — Ничего, проползем.
    Хотя Номарх Низамар и еще несколько ученых изъявили желание самолично взглянуть на хадаганский корабль, я эту идею сразу же отмел. Если место действительно опасное, то присутствие ученых очень сильно усложнит задачу. Вместо них с нами увязалось еще трое наемников Прохиндея — гибберлинги. Причем женского пола!
    — Да, гибберлинги тоже могут быть наемниками. И гибберлинги-девочки — тоже! И между нами, девочками, говоря, Суровотур нас очень ценит.
    Вообще, опыт мне подсказывал, что из гибберлингов получаются отличные лучники, не говоря уже о том, что их раса предрасположена к магии. И особенно к магии разума! Так что пренебрегать такой боевой единицей, точнее — тремя единицами, не стоило. Но все равно было странно полагаться на мелкие пушистые комки с тоненькими голосами. Как выяснилось, эта троица с троллями уже имела дело, так что от помощи отказываться я не стал.
    — Здесь водятся черные тролли — дикий народ, дети гор! Они нам вечно досаждали еще до того, как началась вся эта катавасия с демонами и нежитью. А теперь тролли и вовсе спятили — нападают почти каждый день. Наверное, решили, что аллод скоро исчезнет и нужно оттянуться на всю катушку, пока они еще живы.
    — Возможно, в чем-то они и правы, — вставил Орел.
    — Скорее всего они так же, как и цверги, считают нас виноватыми в том, что аллод разрушается, — сказал Миша. — Коренные народы этого острова пытаются защитить свою землю, как могут.
    Эти слова вертелись в моей голове всю дорогу до небольшой лесной полосы, где мы оставили Миражи. Дальше пришлось осторожно красться на своих двоих, и поскольку в местные сугробы можно было провалиться с головой, все мысли занимали отчаянные попытки этого не допустить.
    Черные тролли оказались гораздо крупнее, чем те, что мне доводилось видеть до этого. Мы старались пробираться так, чтобы остаться незамеченными, и гибберлинги нам в этом здорово помогли. Задача с одной стороны усложнялась тем, что троллей было много, с другой — упрощалась отсутствием у них ума. И все же мне было понятно, почему никто не горел желанием исследовать эту территорию — толпа тупых великанов с дубинками, вечно голодных и злых, не вдохновляла на подвиги. Мы, изо всех сил стараясь слиться с местностью, буквально просочились по краю берега вдоль гор, где располагались пещеры. Один тролль все-таки нас заметил, но Лиза ввела его в транс, так что боя удалось избежать. С ним одним мы бы конечно справились, но на шум бы сбежались остальные.
    До цели добрались уставшими, хотя путь не сказать, что был таким уж большим. Но глубокий снег и постоянное напряжение высосали все силы. И когда Саранг Угун указал нам на темнеющий остов на краю земли, я даже выдохнул с облегчением. Подбираться слишком близко мы не стали, заняв удачную позицию на небольшой возвышенности, чтобы хорошо все разглядеть.
    — Так близко я не подходил, — произнес Саранг Угун. — Смотрите, какая куча костей! Теперь ясно, откуда на Хладберге столько нежити! Из этих останков опытный некромант без труда смастерит целую армию живых мертвецов.
    — Интересно, где он сейчас?
    — Наверняка сидит в каком-нибудь безопасном укрытии на аллоде. Найти бы этого негодяя и шкуру с него спустить!
    Мертвецов и впрямь было много. И сразу становилось очевидно, что это не просто погибшая команда имперского корабля. Кто-то целенаправленно привез сюда гору трупов. Сам корабль по всей видимости давно вышел из строя — побитый и проржавевший, он точно уже не мог летать, так что прибыл сюда явно не своим ходом.
    — Тележка с трупами? — сказал Орел, когда я озвучил свои мысли. — А где тот корабль, что притаранил сюда эту махину?
    — Возможно, летает дальше по аллодам и собирает материал, — ответил я, сам внутренне содрогнувшись от такой формулировки.
    — Судя по всему — по Имперским аллодам, — добавил Миша. — Тела человеческие и орочьи.
    Я еще раз внимательно посмотрел на нежить. Этот важный нюанс ускользнул от меня при первом осмотре. И если отсутствие гибберлингов можно было объяснить тем, что их тела слишком малы, чтобы представлять угрозу, то отсутствие эльфов вызывало вопросы.
    — Может у них просто крылья отсохли? — предложил Лоб. — Чем еще эльфы от людей отличаются?
    — Эльфийские скелеты выше и тоньше, — пояснил Миша. — Кроме того, эльфийской расе характерно особое строение черепа с высоким лбом и надбровными дугами, которые…
    — Все-все, я понял. Эльфов тут нет, — быстро согласился Лоб.
    Я продолжал скользить взглядом по нежити, стараясь отыскать хоть что-то, что определило бы, кто все эти существа и откуда. На многих были видны остатки одежды, но они почернели и трудно идентифицировались, так что никакой информации это не давало. И все же я вынужден был согласиться, что скорее всего этих мертвецов привезли с имперских аллодов, и если бы Зэм хоронили своих людей не в склепах, а на простых кладбищах, то наверняка мы бы увидели здесь и их.
    — Значит, на Хладберге действует могущественный некромант, и если он прибыл с какого-то имперского аллода… — начал Саранг Угун и оборвал себя на полуслове, покосившись на нас.
    Я мог понять его опасения. Что, если это ни что иное, как попытка Империи отжать у Прохиндея аллод, полный метеоритного железа?
    Возвращались обратно в задумчивом молчании. При чем едва добрались до лагеря ученых, как Саранг Угун сразу покинул нас, решив ретироваться к своим. Я не сомневался, что версия о руке Империи быстро распространится среди охотников на демонов, и даже, наверное, станет основной.
    — Хадаганский корабль, полный трупов людей и орков? — Номарх Незимар потарабанил пальцами по столу, на котором еще недавно лежал скелет. — М-да… Выступления нежити на других аллодах обычно были связаны с культистами Тэпа — эти мерзавцы в последнее время активизировались! Но здесь, кажется, мы действительно имеем дело с каким-то иным противником.
    — У вас есть какие-то мысли на этот счет?
    — Где-то здесь есть сильный некромант, и возможно это подданный Империи…
    — На плато Коба, в аномалиях, я видел множество нежити, которой не управлял никто. На сколько я понял, она поднималась из-за выбросов темной магии…
    — Вот только на Хладберге нет аномалий, как на плато Коба! Если не считать таковыми демоническую отраву, которая распространяется по земле. Нет, здесь совершенно точно действует маг…
    — Вы думаете, он в шахте?
    — М-м-м… я думаю, что вам надо поспать, а мне переосмыслить все. Поговорим утром, уже слишком поздно.
    Предложение мне показалось разумным, правда утром все пошло совсем не так, как я предполагал. Несмотря на холод, выспался я прекрасно, и мне даже снился приятный сон о родном доме. Однако едва я выполз из палатки, вдыхая утренний, морозный воздух и подставляя лицо ослепительному солнцу, как взору предстал хаос, всегда сопутствующий скорому сворачиванию лагеря.
    — Мы немедленно возвращаемся в Империю! — объявил нам Незимар.
    — Я думал, вы собирались помочь Прохиндею вернуть шахту под его контроль, — озадаченно произнес я. — Что-то случилось?
    — Случилось то, товарищи Хранители, что мы с вами рискуем сильно вляпаться. Корабль с нежитью — Имперский, понимаете?
    — Ну и что?
    — Вы уверены, что Комитет Незеба никак не причастен к тому, что происходит на Хладберге?
    — По-моему, еще вчера вы не сильно боялись реакции Комитета на свою деятельность. Как там… Нефер Ур — велична!
    — Не валяйте дурака! Одно дело не посвятить Комитет в свои планы, и совсем другое — напрямую перейти ему дорогу! — Незимар помолчал немного, а потом вдруг произнес: — Знаете, капитан Никита Санников, я ведь слышал о вас.
    — Вам наврали.
    — Не шутите, товарищ. Я слышал о вас… слухами Сарнаут полнится. Вы тот самый капитан под протекторатом самого высшего руководства. Вероятно, вы можете себе позволить быть смелым и свысока смотреть на тех, кому не так повезло. У меня таких привилегий нет.
    С этими словами Незимар развернулся и зашагал прочь, оставив меня пребывать в глубокой задумчивости. В чем-то он был прав, с этим трудно не согласиться. Пока Яскер проявляет ко мне интерес, Рысина вряд ли решится на радикальные меры, но стоит ему отвернуть от меня свой взор, Комитет сотрет в пыль даже память обо мне.
    — Лицемеры! Обещали помочь, а сами эвакуируются со своей научной экспедицией! Позор! Академик боится Комитета Незеба! Думаете, я ничего не понимаю? Как выяснилось, что корабль хадаганский, так сразу и струхнул. Решил, что это комитетчики собираются наложить лапу на мою шахту. А с Рысиной ему бороться не с руки.
    Я даже и не предполагал, что от одного гибберлинга может быть столько шума. Прохиндей бушевал так, что тряслись стены его круглого жилища. Номарх Незимар со своими сотрудниками даже не посчитал нужным попрощаться, прибыв в порт и сразу поднявшись на борт ближайшего имперского корабля.
    — От лигийцев и охотников на демонов есть вести? — спросил я.
    — Церковники могут говорить только высокие и громкие слова! Вот только за ними ничего нет! Единственное, чем Скрижалов готов помочь, — это благословением. Прислал какой-то ковчег со святой землей из разрушенной столицы Лиги. Это его личная святыня! Скрижалов уверяет, что здесь какая-то магия, которая отпугивает демонов. С паршивой овцы хоть шерсти клок!
    — А охотники?
    — Думаете, они поспешат ко мне на помощь, как обещали? Как бы не так!
    — Чем они это мотивируют?
    — Морозный пик атакуют демоны, и поэтому они не могут никого выделить мне для зачистки шахты. Не хотят распылять силы, Охотнички! Скорее всего, тоже думают, что нежить в шахте — это дело рук Империи, и не хотят вмешиваться! «Мы вне политики!» — передразнил Прохиндей. — Лицемеры! Метеоритное железо нужно всем, а как запахло жареным — так все от меня сразу отвернулись!!!
    — Не все, — произнес я. — Кажется, у меня есть план.
    Глава 57. Атака местных жителей
    Это была уже не первая битва, за которой мне приходилось наблюдать со стороны, хоть и в непосредственной близости. Для осуществления моего безумного плана нужны были мистики и некроманты, и если с первыми вопрос решился легко, то нехватка вторых ощущалась остро. Но даже в условиях дефицита нам удалось сыграть на желании местных жителей спасти разрушающийся аллод: приманками в виде нежити, гипнозом, танцами и бубнами, но мы все же сумели затащить толпу троллей, огров, цвергов, и даже белых медведей с рысями в шахты. Кто бы ни призвал на Хладберг демонов, и кто бы ни поднял всю эту нежить, они должно быть не ожидали такой массированной атаки сразу со всех сторон.
    Организовать это было и легко, и сложно одновременно. Огры жили довольно близко к шахтам, так что нескольких мертвецов, маячивших у них перед носом как назойливые мухи, хватило, чтобы они бросились за ними до самой шахты всем скопом. Троллей пришлось вести от самых гор, и это задача оказалась непростой, потому что спускаться они не очень-то хотели даже ради того, чтобы объяснить наглым пришельцам, кто тут настоящий хозяин острова. Пришлось их хорошенько позлить, потом удирать от них со всех ног, а затем еще заставить спуститься в шахту, для чего дразнящих мертвецов было недостаточно. Хорошо, что их вожак легко поддавался гипнозу.
    С цвергами каким-то немыслимым способом удалось просто договориться, но все же получить именно это подкрепление было самым тяжелым. Мелкие, дикие и злые, они практически не вели диалогов ни с какими народами, хотя владели языком и даже имели что-то вроде собственной культуры. Но вероятно Прохиндей как-то исхитрился донеси до них мысль, что все зло, постигшее их аллод, идет из шахты. И их помощь неожиданно оказалась чуть ли не самой действенной, потому что медведей и рысей заманили под землю именно они.
    Несколько волн разъяренных диких зверей, нападающих на все, что движется, здорово облегчили нам задачу. Точнее не нам, а троллям и ограм, которые отправились за ними следом добивать все, что двигалось менее усердно и осталось незамеченным. Нам же оставалось только тащиться позади, укрываясь за этим живым щитом, и стараться не попадать воющим сторонам под руку. Тактика может и не очень геройская, но война на Святой земле способствовала ускоренному взрослению и расставанию с иллюзиями о славных подвигах на поле брани. Нас было слишком мало, чтобы справиться с нежитью и демонами без посторонней помощи. А после того, как мы втянули в битву за шахту всю живность Хладберга, нам самим уже и не осталось места, потому что тролли и огры дрались не только с «правильным» противником, но и между собой. Нас бы они и вовсе затоптали. С другой стороны, как философски заметил Орел, здесь столько рысей и медведей, что данное мероприятие можно считать удачной охотой с обилием дичи, так что тролли и огры еще должны быть нам благодарны. Не то, чтобы я был с ним согласен, но мысль мне понравилась.
    Сейчас мы вдвоем удобно сидели за вагонетками в одной из штолен шахты, откинувшись спинами о мерзлую стену и лениво поглядывая за боем огров и нежити в большой пещере. По-началу, едва спустившись вниз, мы конечно вели себя куда более скромно: осторожно передвигались по холодным, темным коридорам, внимательно следя за происходящим и по возможности контролируя процесс. Я не выпускал из рук меч и каждую секунду был готов кинуться в бой, но теперь воюющие стороны были разъярены и заняты друг другом настолько, что справлялись и без нашего участия. Это было похоже на все больше разгорающийся пожар от простой спички, брошенной в сухую траву. Ни мы, ни наемники даже не пытались вмешаться — все просто старались подыскать себе удобное место для наблюдения и не привлекать к себе внимания, благо, очередная стычка произошла не в узком тоннеле.
    Лиза с Мишей взобрались на высокий каменный выступ и азартно швырялись сверху проклятиями в самую гущу боя. Я даже подумал, а не залезть ли мне туда же? Магией я не владею, но хоть камешками вниз покидаюсь, но потом решил не нарушать их волшебную идиллию. Орел экономил стрелы, да и видимость, несмотря на огненные вспышки магии, была слабоватой. Матрена где-то позади оказывала помощь минотавру, умудрившемуя огрести от медведя. Лоб и вовсе уселся за каменной насыпью играть с наемниками в карты, периодически вытягивая шею и выглядывая из укрытия, чтобы узнать, как там дела на передовой.
    — О тяжелой Хладбергской битве, где мы героически сражались за шахту не жалея себя, будут слагать легенды! Наш подвиг останется в веках…
    — Шутки шутками, Орел, но Суровотур уже просил не рассказывать никому, как мы тут страдаем за дело Прохиндея. Кажется, наемники хотят стрясти с него приличную плату за свой «подвиг».
    — Интересно, а мы стрясем какую-нибудь медальку со своего командования?
    — Сомневаюсь. Нам только выговор с занесением в личное дело… Особенно, если Прохиндей решит сворачивать удочки и поставки метеоритного железа в Империю прекратятся. «Я всего лишь одинокий торговец и не умею воевать!» — передразнил я гибберлинга тоненьким голоском.
    — Я думал он распускал слухи об эвакуации в надежде, что Империя или Лига придут на помощь.
    — Да. Только на словах все готовы помочь, а в результате откупаются святынями! Хотя… Лигийские церковники передали какой-то там артефакт с магией Света. Он и в самом деле помог отпугнуть демонов от шахты. А охотники на демонов сейчас борются с нашествием у Морозного пика — прикрывают нас от удара в спину.
    — Ну, а от лица Империи здесь торчим мы. Что ж, каждый внес свою лепту.
    — Честно сказать, меньше всего мне хочется находиться здесь, — произнес я задумчиво, и Орел поглядел на меня, удивленно задрав брови.
    — Из-за того шамана, который потомка Великого Орка ищет? Как там его…
    — Курган.
    — Я видел, что вы разговаривали сегодня утром. Что он тебе сказал? Опять пел, что ты «избранный» и должен спасти их народ?
    — Спасение их народа может дорого обойтись Империи.
    — Раньше ты считал по-другому.
    — Я был молод и глуп.
    — Хорошо, что сейчас твои виски покрыла седина, а в глазах плескается мудрость прожитых лет.
    Я ухмыльнулся, но все же задумался о том, как все-таки сильно война меняет ориентиры. Полночи мы разрабатывали план спасения шахты и поспал я совсем мало, поэтому радостные откровения Кургана с утра пораньше оказались на редкость неуместными. Но он весь горел от возбуждения, так что мне пришлось его выслушать.
    — Сколько времени было потрачено на поиски! Надежда то угасала, то вновь разгоралась. Мы нашли трех потомков Легендарного Орка. Двое из них погибли, но одна — Жало Степных — исчезла. Именно ее мы и искали! А ведь она демонстрировала удивительные для орчихи способности к некромантии! Верховный Шаман лично поручил мне найти ее, и я пошел по следу, который привел меня на Хладберг. И вот она найдена! Мой сон оказался вещим! Я был избран духами Великих Предков, чтобы разыскать ее! Сколько препятствий пришлось преодолеть на пути к цели… Империя ставила нам палки в колеса и настраивала против нас остальных орков. Они отвернулись от шаманов, стали считать нас фантазерами и смутьянами. Но мы знали, что только потомок Легендарного Орка сможет помочь нам обрести независимость. Мы не сдавались, и вот она — заслуженная награда!
    Я тряхнул головой, чтобы развеять образ шамана перед глазами. Курган напросился с нами, но всю дорогу я старался держаться от него подальше. В свободу орков я не верил. И эта карма «избранного», которая похоже все еще преследовала меня, начала здорово тяготить.
    — Помнишь ту орчиху с шахты на дне Мертвого моря, которая подняла нежить, чтобы защититься от нализавшихся соли шахтеров? Жало Степных.
    — Помню… Не-е-ет, нет-нет-нет, только не говори мне, что вот это вот все — ее рук дело!
    Я пожал плечами.
    — Не знаю. Но Курган утверждает, что она сейчас где-то здесь — так сказали ему души рысей. Ну знаешь, эти их шаманские ритуалы…
    — Да ну… бред какой-то. Зачем ей это? Да и откуда у нее столько силы? Здесь же целая армия! Орчиха на такое не способна.
    — А вот Курган с тобой не согласен. У него есть письмо для нее от Верховного Шамана. Он думает, что это изменит ее судьбу. Изменит судьбу мира!
    — Поэтому Курган поплелся с нами? Надеется ее найти?
    — Ага, — кивнул я. — И у меня есть нехорошее предчувствие, что я ему в этом невольно помогу. Эти потомки Великого орка ко мне как приклеились! Сидел бы лучше Курган дома и думал, как помочь собратьям не терять духа перед лицом опасности.
    — Это ты про ту наемницу, которая струсила и сбежала с шахты? — хохотнул Кузьма. — Можешь за нее не переживать, Лоб сегодня полночи возвращал ей веру в себя. Видал, довольный какой сидит?!
    Я вытянул шею и посмотрел на Лба, правда увидел только его сгорбленную над импровизированным столом спину.
    — По-моему, он там позорит честь мундира и проигрывает.
    — Ну все правильно, кому в любви везет, тот в карты уже не побеждает.
    Я снова ухмыльнулся. Правда тут же погрустнел, подумав о Веронике. Следуя этой логике, я бы наверное сейчас мог стать карточным чемпионом.
    — Какая она? — вдруг спросил Орел.
    — Кто?
    — Ну та, по которой ты сохнешь?
    — С чего ты взял?
    — Да ладно, у тебя на морде лица все написано. Ты после «Приюта Старателя» сам не свой… Красивая кладоискательница? Стройная фигура, длинные волосы, шоколадные глаза, пухлые губы, загар…
    — Зеленые. У нее зеленые глаза. Пора заканчивать привал, нежить отступает вглубь шахты.
    Под организованным натиском жителей Хладберга нежить устоять не могла. Так, практически не прилагая усилий, мы продвигались все глубже, однако подзмные коридоры разветвлялись, и нам приходилось разделяться, что мне очень не нравилось. Упустить некроманта не хотелось, но и встретиться с ним без поддержки — тоже. В конце концов с нами осталось всего двое наемников, остальные свернули в другие тоннели.
    Теперь мы уже продвигались со всеми мерами предосторожности. Я крепко сжимал в руках меч и прислушивался к звукам. Где-то впереди дрались огры, создавая много шума, разлетевшегося эхом по лабиринту шахты, но мы все равно не упустили момента, как на нас напали сначала медведи, которые правда быстро ретировались в сторону выхода, а потом и нежить. Мертвяков было не слишком много, но после того, как мы с ними разобрались, установилась подозрительная тишина. То ли огры ушли так далеко вперед, что мы перестали их слышать, то ли их кто-то остановил.
    С этого момента мы не просто крались вглубь. Мы ползли, как партизаны в окружении врагов. Когда Лиза прошептала, что «слышит» мысли неизвестного мага, я не удивился.
    — И он о нас знает, — добавила она уже в полный голос и поднялась на ноги, потому что скрываться дальше не было смысла.
    Я, набрав в грудь побольше воздуха, шагнул вперед первым. Длинный темный тоннель закончился еще одной пещерой, по стенам которой как солнечные зайчики скакали голубые блики — свисающие сверху сталактиты из-за них казались живыми, извивающимися змеями. Это светилось метеоритное железо, которого здесь было действительно много. Богатая шахта. Но больше всего меня поразила нежить, которая не нападала на нас. Мертвецы старательно орудовали кирками, отколупывая светящийся минерал и складируя его в центре пещеры. При нашем появлении своего занятия они не прекратили.
    — Товарищи Хранители, какая встреча! Кажется, мы уже виделись с вами, лейтенант?
    — Капитан, — сухо поправил я. — И я велел тебе сидеть в Сухих Водах и ждать моего возвращения, Жало.
    — Чтобы отвести меня к Коловрату? Ха!
    Она изменилась. Ее сложный наряд из кожи, украшенный множеством металлических подвесок, светящихся изнутри зеленым светом, больше походил на одеяния Зэм, магический посох в ее руках явно был сделан искусным мастером. Да и в целом она уже не производила того впечатления легкомысленной девицы, перепуганной восстанием на шахте. Передо мной была орчиха, уверенная в своей силе и правоте.
    — Зачем ты это делаешь?
    — Я всегда чувствовала, что мне уготована великая цель. И вот однажды настал день, когда я узрела истину.
    — Какую еще истину? Ты в своем уме?!
    — Она проста — Сарнаут должен быть уничтожен! Теперь это в моих силах! Мой Учитель не только открыл мне глаза, но и обучил своему искусству Высшей Магии!
    — Ты больна, Жало. Тебе нужна помощь. Прикажи нежити отступить, и я помогу тебе. Здесь находится шаман орков, который давно тебя ищет, у него письмо от Коловрата…
    — Я вижу, что ты считаешь меня безумной, как считаешь безумными и моих соратников. Но поверь: во всем Сарнауте нет никого разумнее нас. Ты даже не представляешь, что за сила стоит за мной!
    — Тогда расскажи мне, мы как раз никуда не торопимся…
    — Очень скоро нежить уничтожит все метеоритное железо в шахте, и Хладбергу придет конец! И это только проверка моих возможностей. Близок день, когда астральные клыки пронзят твердь всех аллодов. А армии мертвецов будут плясать на ваших могилах. Любые обещания Коловрата в письме — это пыль, грязь! Можешь порвать его на клочки! Как вскоре будет разорван на клочки весь этот лживый мир. А начну я с того, что порву в клочья тебя — как любого наглеца, что осмелится бросить мне вызов!
    И в этот момент вся нежить бросилась на нас. Какую то часть смел Миша огненным шаром, кого-то отшвырнула Лиза, Орел принялся стрелять с такой скоростью, что за движением его рук невозможно было уследить, Лоб таранил наступающих противников своим щитом, наемники махали топорами, я — мечом, а Матрена укутала нас магией Света. И все же мертвецов было слишком много. А их тупость компенсировалось не только количеством, но еще и тем, что они не чувствовали боли, так что если мне удавалось отрубить мечом какую-нибудь часть тела мертвецу, это вовсе не означало, что его атака сразу же прекращалась. Нас зажимали в угол, лишая пространства для маневра и отступления.
    — Держитесь, помощь уже близко! — крикнула Лиза.
    Держаться, однако, становилось все тяжелее. Нескончаемая толпа нежити перла на нас с убийственной неотвратимостью и деться от нее было некуда: позади щетинилась острыми гранями каменистая стена. Мы огрызались, как могли, но перевес был не на нашей стороне. Я старался сохранить холодный рассудок и придумать, как добраться до спасительного тоннеля. Нужен был какой-то отвлекающий маневр, но хохот Жало, разносящийся над головами, выводил меня из себя и мешал сосредоточиться. Я уже готов был предложить Михаилу шарахнуть проклятием по потолку, чтобы обрушить его, невзирая на то, что это слишком для нас опасно, как вдруг смех орчихи перешел в визг. Это была обещанная Лизой помощь.
    Слишком занятая нами, Жало не заметила, как из бокового тоннеля вывалились потерянные нами огры. И хотя нежить сразу бросилась на защиту хозяйки, сделать она уже ничего не успевала: один взмах дубинкой, и от последнего потомка Великого Орка осталось лишь кровавое месиво, размазанное по камням. В эту же секунду вся нежить рухнула, как подкошенная и стало очень тихо. Даже огры растерянно замерли, не понимая, почему противник улегся на землю и перестал оказывать сопротивление.
    — Тихо, спокойно отступаем без резких движений… — произнес я, отгоняя мысли о Жале. Сейчас было не до нее.
    Лиза загипнотизировала самого здорового огра, который по всей видимости был вожаком — во всяком случае диаметр его брюха поражал даже самое богатое воображение. Мы попятились прочь из пещеры и, едва оказавшись в тоннеле, рванули из шахты со всех ног, молясь, чтобы нам на встречу не выскочили все те, кого удалось сюда с таким трудом затащить. После того, как нежить пала, взбешенные тролли и огры наверняка обратят свой взор на нас.
    От кинувшихся за нами убийц Жало Степных сбежать удалось. Зато мы снова нарвались на медведей. К счастью, почти сразу показались и тролли, так что медведи из охотников тут же превратились в жертву. Мы, как более мелкая добыча, были троллям не так интересны, так что, получив шанс ретироваться под шумок, радостно им воспользовались.
    — Что ты там говорил о тяжелой Хладбергской битве за шахту? — крикнул я Орлу, запыхавшись от быстрого бега. — Наш подвиг останется в веках?
    — Ага, если о нем будет кому рассказывать потомкам.
    Тоннели стали казаться совсем нескончаемыми. Они словно бы удлинились в несколько раз! Эхо скакало между стен, и невозможно было понять, наши это шаги, или чьи-то еще. Конечно, где-то в боковых коридорах есть еще другие наемники, которые тоже наверняка поспешили на выход после произошедшей смены обстановки в шахте, но с тем же успехом нас снова могли настигнуть и менее дружественные товарищи. И когда вдалеке наконец забрезжил свет, я даже на секунду не замедлил шага — так хотелось покинуть это место.
    Не передать словами, как было приятно выбраться из затхлых подземных коридоров на свежий воздух, под яркие лучи солнца! Глаза сразу начали болеть и слезиться от ослепительной белизны вокруг. Нас встретили наемники, оставшиеся охранять вход, и вместе с ними мы залезли на высокую насыпь отработанной руды и, радостно вдыхая жгучий мороз полной грудью, принялись наблюдать за шахтой.
    — Кабы теперь не пришлось оттуда выкуривать огров и троллей, — посетовал один из наемников.
    — Вряд ли вам это понадобится, — не разделил его горестей Миша. — Эти виды не живут под землей, так что наверняка вскоре сами вернутся в свои жилища.
    — Они не живут под землей, потому что там им жрать нечего. А сейчас в шахте полно мяса медведей и рысей!
    Все дружно начали спорить о том, кого придется выгонять из драгоценных владений Прохиндея, а кто уйдет добровольно. Мои же мысли занимала лишь Жало Степных и то, что она сказала перед смертью, но обсудить это с друзьями я не мог, пока рядом находились посторонние уши. С нами теперь еще и оказалась та самая орчиха, испугавшаяся нежити и искавшая помощи у Кургана. Я бы ее не узнал, если б она не принялась тут же строить глазки Лбу.
    Первыми из шахты вылетела группа наемников во главе с Суровотуром, преследуемая троллями. Смотреть с безопасного места, как бодро они удирают, было где-то даже азартно. Мы повскакивали с мест, махая им руками и призывая к нам. Следом за ними сразу показался Курган в сопровождении двух больших рысей, которые на него почему-то не нападали. Я уже понимал, что от разговора с ним мне не отвертеться. Третий и последний потомок Великого Орка мертв, и я снова стану тем, кто сообщит эту печальную для шаманов весть. Меня тяготило это, но прятаться от Кургана, избегая встречи, я не собирался.
    — Вся нежить пала! Разом! Это означает, что поднявший ее некромант мертв! — воскликнул он, едва взобравшись на наш наблюдательный пост и вперив острый взгляд именно в меня. — Скажите мне правду!
    — Да, он мертв, — сказал я.
    Суровотур удовлетворенно кивнул, а Курган шагнул ко мне, и на секунду показалось, что он хочет схватить меня за плечи и хорошенько встряхнуть.
    — Здесь, на Хладберге, должны сбыться мечты моего народа!..
    — Мечты вашего народа так и останутся мечтами, — сказал я не без сочувствия. — Вы были правы, нежить подняла Жало Степных. Но огры оставили от нее лишь мокрое место. Все произошло очень быстро.
    — Не может быть…
    — Мне жаль, но она не собиралась присоединяться к вам. Я сказал ей про письмо от Коловрата, но…
    — Как же так? Ведь был же сон, Духи Предков шептали мне об удаче! Поиски были закончены, и сердце мое пело… Я не могу поверить… Надо вернуться назад, я должен увидеть ее тело… должен удостовериться… — забормотал Курган.
    Я не стал говорить, что от него мало что осталось, все равно Кургана не переубедить — он пойдет ее искать в любом случае. На него было жалко смотреть. Орк как будто постарел за несколько секунд на пару десятков лет, которые тяжелым грузом легли на его плечи. Сгорбившись и ссутулившись, он уставился пустым взглядом перед собой.
    — Горе шаманам! Горе всем оркам! Наши надежды снова разбиты… — причитал он, выдергивая клоки волос из своей бороды.
    — Как и мои! Когда ты займешься моей просьбой? — встряла орчиха, оторвавшись наконец от Лба. — Ты обещал провести ритуал Силы Духа!
    — Ритуал, — поморщился Курган и с раздражением посмотрел на наемницу, будто она помешала ему заниматься каким-то очень важным делом. — Доверчивым простакам иногда достаточно внушить, что колдовство поможет! Потрясти бубном, прокричать непонятные слова… Я мог бы одурачить и тебя, но не хочу! Настроения нет с тобой возиться.
    — Но…
    — Что твои жалкие проблемы по сравнению с горем, которое постигло всех орков? Просто найди себе мужа и успокойся! — рявкнул он и, круто развернувшись, зашагал в сторону поселка шахтеров в гордом одиночестве.
    — Выходит, правду говорят: «Не верь шаману! Шаман правды не скажет!». Не орки вы, а волки позорные! И бесчестие мое останется теперь со мной на всю жизнь! — завопила наемница ему вслед, но тот даже не обернулся.
    — Ты бы крича-а-ала об этом поменьше, никто бы и не знал, — метко вставил Суровотур.
    — Я знаю — и этого достаточно! Что же мне делать? Остается только кровью смыть позор! Да, это самый верный выход — пойду и буду бить нежить, пока не лягу костьми!
    — Нежить пала вместе с некромантом, но ты можешь отправиться бить троллей и огров…
    Через два часа из шахты все еще появились не все наемники, и Суровотур принял решение отправиться на их поиски после небольшого отдыха. Но мы — я и мои друзья — уже не будем принимать в этом участия. Свой долг мы выполнили, остальное нас не касалось.
    Сигурд Прохиндей, едва заметил нас издали, лично выскочил встречать, смешно проваливаясь в снег своими маленькими ножками.
    — Ну что? Что творится в шахте? Мне праздновать победу или собирать вещи? — вопил он прямо на бегу. — Если нежить победила, нам остается только бежать!
    — Нежити там больше нет, — заверил я. — По крайней мере — пока. Поднявший ее некромант — мертв, и цели его остались неясными, так что метеоритное железо, можно сказать, в безопасности. Я сообщу своему командованию об имперском корабле, полном мертвых людей и орков. Они должны быть возвращены на родину и похоронены как положено. Очень прошу не предпринимать попыток избавиться от них самостоятельно!
    — Надеюсь, их заберут как можно скорее, пока сюда не прибыл еще какой-нибудь некромант! — с волнением ответил Прохиндей. — Нежить покушалась на железо, от которого зависит не только мое благосостояние. Благодаря ему аллод еще не поглощен астралом! А держать своего Великого мага не по карману даже мне…
    — Империя позаботится о своих гражданах, можете не беспокоиться.
    — Ох, наконец-то шахта очищена… Шахтеры вернутся под землю, поставки железа возобновятся, и я снова начну получать свои денежки! Ура! Просто не верится, что жизнь вернется в прежнее русло. Еще осталось разобраться с этими клыками, но думаю, что охотники на демонов справятся.
    — От них есть вести?
    — Да! Они отогнали этих мерзких астральных тварей от моих берегов! Не знаю, правда, надолго ли… Но главное, что шахта снова начнет работать! Все складывается просто чудесно! Я напишу благодарственное письмо Елизавете Рысиной за оказанное мне внимание!
    Я не стал говорить, что мы относимся к другой структуре, и просто кивнул. Вряд ли Командору Бешеных нужны благодарности от Прохиндея.
    Назад в Империю мы возвращались в этот же день поздним вечером. Я словил себя на мысли, что покидаю Хладберг с некоторым сожалением. Командировка на этот холодный аллод получилось короткой, но насыщенной событиями, и все же мне понравилось рассекать на Мираже по сугробам и наслаждаться настоящей зимой. Так что я был не против задержаться здесь еще. Но долг не ждет.
    Подробный отчет о случившимся я отправил в Незебград сразу же, едва корабль пересек границу Империи. Дожидаться, пока он пришвартуется к какому-нибудь аллоду, мы не стали, ведь у нас были персональные телепортаторы, а национальная телепортационная сеть работала практически на всей территории государства. Попрощавшись с командой грузового судна, мы отправились в столицу прямо с его борта, и через секунду очутились среди старой, доброй Незебградской жары.
    Я наивно надеялся, что мне придется держать ответ перед своим командованием. Но нет. Не успел я сойти с площадки телепорта, как мне вручили повестку, согласно которой я должен явиться в Незебград очам главы Комитета Незеба. При чем времени на подготовку у меня оставалось не очень много — Рысина ждать не изволила.
    По Оку Мира соскучиться не успел. Казалось, что только недавно я покинул его стены, как снова сердце страны встречало меня своей извечной суетой и торжественностью. До отделения Комитета долетел максимально быстро, внутренне готовя себя к тому, что меня все равно остановит посыльный Верховного Шамана орков. Но Коловрат и этот мой визит оставил без внимания.
    Елизавета Рысина ждала меня в той же большой комнате, похожей на читальный зал библиотеки, где я когда-то разговаривал с ней о Посохе Незеба, впервые попав в Око. Сейчас здесь было пусто, лампы горели вполсилы, так что помещение находилось в полумраке и казалось сонным.
    — Я ознакомилась с благодарственным письмом от Прохиндея, — донесся ее голос сразу, как только я вошел.
    — Здравия желаю, — поздоровался я, отыскав ее глазами — Рысина сидела за одним из столов вполоборота, постукивая пальцами по пустой столешнице.
    — Он очень тебя хвалит, — продолжила она, не ответив на приветствие. — А ко мне вчера поступила докладная записка от Номарха Низамара. Он также отмечает твои заслуги. Хотя я так и не поняла, почему он решил свернуть экспедицию на Хладберге.
    — По-моему, он испугался неких планов, о которых ему неведомо, — сказал я, подойдя ближе и замерев перед ней.
    — Ох уж эти ученые — всюду им чудятся происки нашего Комитета! Впрочем, теперь это уже неважно! Главное, что Хладберг свободен от нежити и поставки метеоритного железа возобновились. Но праздновать рано. Мы уже отправили туда корабли, чтобы забрать и упокоить своих граждан. Однако эта история требует отдельного расследования… Хм… Орчиха-некромантша? Полагаю, вы, капитан, сообщили нам не все.
    — Это была Жало Степных.
    Рысина тихо выругалась сквозь зубы, и ее пальцы начали отстукивать по столу более быстрый ритм.
    — Я так и знала! Она точно мертва?
    — Да, и огры позаботились, чтобы ее невозможно было воскресить… Последний потомок Великого Орка. Угроза, я так понимаю, полностью сошла на нет.
    — Хоть одна хорошая новость, — фыркнула Рысина.
    Я помолчал немного, борясь сам с собой, но все же произнес:
    — Вихря Степных ведь тоже убили вы?
    — Его убили лигийцы, когда десантировались на остров Дозорный, — не повела она и бровью. — Вы же служили вместе. И вы тоже были там, когда к острову пришвартовался подбитый лигийский корабль. Так что все произошло на ваших глазах.
    — Да, тогда погибли наши ребята… но только один Вихрь оказался с отрубленной головой.
    — Очень печальное стечение обстоятельств, — пожала плечами она. И если это действительно Комитет под шумок лишил Вихря возможности воскреснуть, то Рысина никаких угрызений совести по этому поводу явно не испытывала. — Давайте-ка лучше вернемся к Жало. Меня несколько смущают ее последние слова, если, конечно, вы точно их передали. О каком учителе она говорила? Что за сила за ней стоит? И зачем этой силе уничтожать Сарнаут?
    — Этим она с нами не поделилась.
    — Сам как считаешь?
    — Может, она имела в виду Гурлухсора? — предположил я. — Он мог научить ее многому, пока еще был жив. Ее нежить действовала заодно с демонами, а он возглавлял демонопоклонников на Святой земле, все сходится.
    — Гурлухсор хотел подчинить Искру Тенсеса и лишить нас бессмертия. Это еще укладывается в рамки логики… Но уничтожать аллоды?! Это безумие.
    — Возможно, они и есть безумцы. Во всяком случае Жало производила именно такое впечатление.
    — А вдруг у всего этого есть какой-то более глубинный смысл, которого мы пока не понимаем, — протянула Рысина. — Но может быть историки прольют свет на происходящее.
    — Вы их всех уже переловили?
    — Большинство смылось в неизвестном направлении. Но операция Комитета по поиску этих мятежников успешно завершена. Моим сотрудникам удалось выйти на одного из них — библиотекаря из народа Зэм. От него мы получили точную информацию о том, где скрываются оставшиеся члены фракции. Далеко же их занесло! Их аллод расположен вдали от обычных астральных путей. Отличное убежище. Историки вряд ли ожидали, что мы сможем найти его. Но Комитет Незеба знает свое дело.
    — И… вы полетите за ними?
    — Конечно. Они скрываются на аллоде Авилон, где живет племя авиаков — это такой странный крылатый народ. Вообще-то, мы уже послали туда судебных исполнителей с санкцией на арест. Однако корабль пропал, и я опасаюсь, что с ним что-то случилось. Командор Бешеных собирается отправить туда три военных корабля с пятью отрядами Хранителей, если никто не выйдет с нами на связь до завтра.
    — За пропавшими учеными из НИИ на Хладберг вы отправили одну группу грузовым судном, — удивился я столь решительным мерам.
    — В отличии от ученых из НИИ, которые просто не посчитали нужным подавать признаки жизни, судебные приставы обязаны выходить с нами на связь. И если этого не происходит, значит произошло худшее. Этим делом занимается Командор, но вряд ли я ошибусь, если скажу, что вы окажетесь в числе спасателей. Штурм не оставит без дела своего любимчика.
    Рысина не ошиблась. После разговора с ней никто больше не ждал меня на аудиенцию, и я спокойно покинул Око Мира, но по месту временной прописки меня уже ждал приказ из военкомата — сидеть на стреме и быть готовым в любой момент выдвинуться на новое место дислокации. Куда, указано не было, но я знал, что речь идет об Авилоне. И эта командировка обещала быть более жесткой, чем Хладбергская. Это же подтверждали весьма агрессивный вид трех ощетинившихся оружием, как ежик иголками, кораблей, готовых к вылету, и хмурые лица пяти отрядов Хранителей, как и мы явившихся на следующее утро в Незебградский порт согласно новому приказу командования. Это означало, что корабль судебных исполнителей так и не вышел на связь. А ведь он тоже был военным и мог дать достойный отпор в случае атаки! Оставалось надеяться, что трех кораблей хватит, чтобы справиться с проблемой, которая оказалась не по зубам одному судну, и наш полет — это не дорога в один конец.

    Lafayette
    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
    Автор: risovalkin
    К ОГЛАВЛЕНИЮ
    Глава 55. Беды Прохиндея
    Растерянность. Вот как можно описать одним словом то, что сейчас владело наверное обеими армиями на Асээ-Тэпх. Хорошо, что исчезновение Искры Тенсеса видели не только мы, но и лигийцы, и поэтому ни у кого не возникало сомнений в произошедшем. Я был уверен, что очень скоро Яскер отдаст приказ о выводе войск со Святой Земли, хотя, возможно, быстро свернуться не удастся. Но меня и моих друзей это уже не касалось. Мы возвращались домой.
    Большой Имперский корабль уже пришвартовался к пирсу на южном берегу, и сейчас я задумчиво глядел на него, щурясь от яркого солнца. Странное чувство. Я настолько привык к этому аллоду, настолько сросся с ним, будто пустил в него корни и стал его частью, что даже уже и не верил, что когда-нибудь покину это место. Но мне приказано было возвращаться в Незебград. Я, конечно, очень радовался этому, но вместе с тем с удивлением понял, что буду скучать по Святой Земле.
    С собой назад я вез голову Гурлухсора в подарок Командору Хранителей, которые давно за ней охотятся. Лигийцам она была без надобности, так что никто не возражал. Воисвет Железный вернул должок Неферу Уру, лечившему его столько дней: нас не только отпустили с миром, но даже оказали медицинскую помощь, хотя судя по лицам лигийцев — это для них было сложным решением. Впрочем, мы к ним тоже большой любви не питали, так что постарались убраться из Пирамиды как можно скорее, пока нам дали такую возможность. Но прежде Воисвет, поборов гордость, все же спросил у меня о том, что сказал Тенсес, ведь почему-то никто, кроме меня, не слышал его.
    — Ты спрашивал его про Скракана и Незеба, что он ответил тебе?
    Я подумал, что Воисвету, как главе лигийской Церкви, нелегко дался этот вопрос. Наверняка его уязвляло то, что их святой заговорил не с ними, а с имперцем, да и мой ответ мог разрушить главный постулат их веры, но мне не было дела до душевных терзаний лигийца. Я, глядя прямо в его лицо, ответил недрогнувшим голосом:
    — Незеб и Скракан такие же источники магии Света, как и Тенсес. Триединая Церковь Империи говорит правду.
    Естественно, это его разозлило.
    — Я тебе не верю!
    Я молча пожал плечами. Спорить и доказывать что-то не было смысла.
    — Ты не слишком обрадовался, когда услышал его ответ, — добавил он.
    Вот же какой наблюдательный!
    Больше он не сказал ни слова, но позволил нам уйти, прихватив с собой голову Гурлухсора.
    Быть может это и к лучшему, что лигийцы пришли к Храму Тенсеса раньше Имперской армии. Они уничтожили артефакты Тьмы, а нашим подоспевшим Хранителям, в свою очередь, даже не пришлось выступать против Историков — генерал Сечин прибыл лишь к самой развязке столкновения. И теперь совершенно стало непонятно, в каких взаимоотношениях друг с другом находятся стороны этого треугольника: Лига, Империя и Историки. Похоже, что все ждали распоряжений сверху, но и там не слишком понимали, что теперь делать.
    Растерянность…
    — Ник?
    Я вынырнул из своих мыслей и обернулся. Ко мне подошла Влада Угрозина — хорошенькая комитетчица, с которой у меня так и не сложился роман. И уже не сложится. Неожиданно я даже ощутил сожаление по этому поводу. Все же Влада рождала внутри меня приятное, теплое чувство, которое теперь так и останется дружеским.
    — Мне сказали, что ты возвращаешься домой, — произнесла она полувопросительно, и я кивнул.
    — Наверное, ты тоже скоро вернешься.
    — Не знаю, я не уверена… Идеологическая война продолжается… Хотя мне кажется, что мы уже нанесли Лиге смертельный удар.
    — Ты имеешь виду произошедшее в Храме?
    — Сколько лет Лига утверждала, что исток Света — это Тенсес и только Тенсес! Дар Воскрешения — его дар и точка. Но то, что проповедовала Триединая Церковь Империи, оказалось правдой — жертвы Тенсеса, Скракана и Незеба равнозначны! Ник, это же лучшее, что могло случиться с нами! То есть, я хочу сказать, что как дочь своей страны, я и так всегда верила, что правда на нашей стороне… Но как сотрудница Комитета Незеба, иногда думала, что это может оказаться и не так.
    Ее щеки раскраснелись от возбуждения, глаза горели, и я подумал, что в своем патриотическом восторге она особенно красивая. Но потом она подняла взгляд и погрустнела.
    — Жаль, что ты улетаешь.
    — Я хочу сделать тебе подарок на память, — произнес я и достал амулет, которого так боялись демоны. — Обещаешь носить его всегда при себе? Возможно, когда-нибудь он защитит тебя.
    — Он светится… Там магия внутри?
    — Там нечто большее.
    Она хотела что-то сказать, но тут меня окликнули с корабля.
    — Капитан Санников! Поднимайтесь на борт, скоро отчаливаем.
    Никаких слов для Влады я больше не нашел и, неуклюже улыбнувшись ей на прощание, зашагал по трапу на корабль. Потом я еще долго смотрел на огромный аллод, становившийся все меньше и меньше, пока тот не скрылся среди сияющих астральных нитей.
    Дорога до главного аллода Империи — Игша была монотонной и скучной, зато не слишком долгой, потому что я постоянно спал. Не знаю, откуда взялась эта вялость, но у меня будто резко закончилась вся жизненная энергия, и ее требовалось срочно восполнить через сон. Даже когда мы уже двигались по Имперской территории, я все еще пребывал в апатии, и только приближающийся столичный аллод вывел меня из этого состояния.
    Алая звезда на Оке Мира была видна издалека. Незебградский порт щетинился длинными пирсами, освещенный множеством огней, корабли курсировали целыми флотилиями, и нас тоже уже сопровождали до причала четыре небольших катера… И только тогда я осознал до конца, что я дома! Империя, ставшая чем-то далеким и почти недосягаемым, встречала меня праздничной иллюминацией, задымленным манастанциями воздухом, шумом и суетой. Я очень соскучился. Сон сняло как рукой. Все вокруг казалось родным и знакомым, но одновременно немножко другим, как всегда бывает при долгом отсутствии.
    Вместе с нами со Святой Земли возвращалось не очень много военных. Кого-то встречали родственники, но в основном те, кто спустился с трапа на своих двоих, зашагали вслед за майором — вразвалку, с небрежно перекинутыми через руку плащами и расстегнутыми воротниками, без каких-либо попыток показать выучку и дисциплинированность, уставшие от войны и немного злые.
    Потом перед нами толкнул речь аж целый генерал. Он поведал о том, что несмотря на наши достижения, звания и сроки службы — все мы без исключения герои в глазах Империи, которая рада видеть своих сыновей и дочерей живыми, Родина гордиться нами и никогда не забудет наши подвиги… И далее в таком же духе. Единственным плюсом его выступления стало то, что оно оказалось коротким. Возможно руководство по опыту знало, что затягивать не стоит. Выгоревшие эмоционально, мы уже просто не воспринимали торжественность ситуации и хотели поскорее покончить с формальностями.
    Я был очень удивлен тем, что меня и мою группу расквартировали в Незебграде, возле самого Ока Мира, на которое можно было вдоволь насмотреться прямо из окна! А вот то, что мне приказали явиться очам самого высшего руководства вечером того же дня, очень разочаровало. Я надеялся, что мне дадут время хотя бы до завтрашнего утра, чтобы собраться с мыслями и вспомнить, как оно тут вообще, на гражданке.
    В Око Мира в назначенный час я явился в парадной форме — да, она у меня была! Хотя я и не надевал ее ни разу. К чему она вообще на линии фронта? Зато теперь мне было очень непривычно, как будто я вообще иду в чужой форме. Вопреки ожиданиям встречавший меня комендант направился не к Командору Хранителей Штурму Бешеных. Впрочем, пройдя знакомой дорогой и попав в кабинет Яскера, я обнаружил, что Командор, не скрывавший своего отличного настроения, находился там. Причину его радости я знал — голову Гурлухсора ему конечно же уже доставили, едва корабль пришвартовался к берегу. Яскер выглядел чуть более сдержанным, но тоже отнюдь не грустил.
    — Заждались мы вас, товарищ капитан. Ну, рассказывайте, как вам пальмы, как тропическая живность, и вообще — экзотика в целом?
    — Удовлетворительно, товарищ Яскер.
    — Как будто в санатории побывал, да? Жив, здоров, умер всего-то один раз, — усмехнулся Командор.
    Я состряпал на лице нейтральное выражение.
    — Ладно, шутки в сторону. Садись, капитан. У меня много вопросов, но думаю, ты управишься и без них. Мы тебя слушаем.
    Я рассказал все так, как хотел Тенсес. Яскер, будучи сильнейшим мистиком, мог и раскусить мою ложь, и все же я старался смотреть прямо, не моргая, и говорить твердым, уверенным голосом. Никто меня не перебивал, не задавал уточняющих вопросов, так что рассказ не занял много времени.
    — Итак, Тенсес мертв… Великий Маг прошлого, соперник самого Незеба покинул этот мир, оставив нам завет — объединиться с Лигой против демонов. Хм… — проговорил Яскер медленно. — Скажу честно, лично у меня никогда не было уверенности в том, что Скракан и Незеб как-то причастны к Свету. Но раз об этом говорит сам Тенсес…
    — Да уж, новость, — крякнул Командор. — Надо взять себя в руки. А то еще чего доброго, я сам начну бить поклоны и возносить молитвы Свету!
    — Все, что рассказано тобой, будет передано Триединой Церкви. Уверен, в скором будущем стоит ожидать всплеска религиозного рвения. Мы направим его в нужное русло! Что касается союза перемирия… Уверен, даже Незеб не рискнул бы так круто менять внешнюю политику. Даже если допустить, что Тенсес прав и демоническая угроза не ликвидирована, я не смогу быстро и безболезненно для Империи остановить войну с Лигой. Лига — враг, и демоны пока не тянут на силу, которая способна потеснить ее с этого места. Даже с учетом всплеска активности демонопоклонников. Однако нельзя оставлять поступивший сигнал без внимания…
    Яскер замолчал и посмотрел на дверь, в которую спустя пару секунд постучали.
    Ну конечно же без главы Комитета Елизаветы Рысиной обойтись не могло! Она зашла в кабинет с таким видом, будто все ее мечты сбылись в одночасье.
    — Товарищи! Товарищ капитан! Рада вашему счастливому возвращению.
    Я склонил голову, изобразив почтение и благодарность. Правда казалось, что Рысиной нет никакого дела до моей мины, она едва ли не пританцовывала от радости!
    — Давно у нас не было таких прекрасных новостей! Несгибаемый Воисвет Железный, наместник Кватоха, герой войны с демонами и Верховный Витязь Церкви Света пал! Сражен рукой простого Имперского ученого!
    Это она Нефера Ура назвала «простым Имперским ученым»?! Я чуть себе язык не откусил, чтобы не вставить язвительный комментарий. Представляю, в каких красках это эпохальное событие разнесется по всем уголкам Империи.
    — Как у нас обстоят дела с Историками? — поинтересовался Яскер.
    — После того, как мы объявили их фракцию вне закона, большинство членов этой организации предпочли покинуть Империю. Однако, кое-кто остался здесь на свободе, и нам необходимо выйти на них как можно скорее. Мы работаем в этом направлении. Я получила документ от некой Бертилии ди Плюи, которая предала его через капитана Санникова, — Рысина артистически вежливо кивнула мне. — В нем суммируется исследовательская деятельность Историков на Святой Земле.
    — Что-то интересное?
    — Для ученых — безусловно. Это анализ взаимосвязей народов джунов и Зэм. Но мы используем этот доклад в своих целях: опубликуем фрагменты из него под именем одного из имперских ученых. И тем самым привлечем внимание Историков. Так оставшиеся на свободе предатели попадут в наши сети. Главное — захватить хотя бы одного, уж Комитет сумеет вытрясти сведения об остальных.
    — Кхм, — нагло влез я, сам себе поражаясь, все-таки Рысина одним своим существованием раззадоривала меня и подбивала на бунт. — Вообще-то, историки помогли нам пробраться в Пирамиду Тэпа. И как минимум один из них погиб ради того, чтобы мы добрались до Искры Тенсеса.
    — Комитет разберется, товарищ Хранитель, вам не о чем беспокоиться. Кстати, на счет Тенсеса. Безопасность Империи требует от нас бдительности, даже если речь идет о бреднях почившего Великого Мага. Надо сказать, что мы регулярно получаем сообщения о появлении демонов или демонопоклонников. Однако большинство из них объясняются давними страхами и невежеством, и мы только напрасно тратим время и силы, проверяя их.
    — Могу вас заверить, что демоны в Пирамиде были вполне настоящими.
    — Не сомневаюсь. Вы, товарищ Санников, у нас уже становитесь специалистом по демонам, — произнесла Рысина и деловито развернула листок бумаги, который держала в руках. — Есть у меня одно письмо, на которое необходимо отреагировать. Свободный торговец Сигурд Прохиндей сообщает, что на аллоде Хладберг появились демоны. Казалось бы, еще один перепуганный вопль глупого гибберлинга. Но обстоятельства дела более серьезны, чем кажется на первый взгляд. Первое. Поговаривают, что этот самый Прохиндей — один из олигархов, членов Совета Семи Торговцев, которые управляют этим сборищем торговцев-анархистов.
    — А на самом деле? — заинтересовался Командор.
    — Не знаю. Легенда о Совете Семи — одна из нераскрытых тайн. Многие вообще говорят, что это бред сивой кобылы. Но Комитет должен проверять все, даже бред. Второе. Этот самый Прохиндей — один из поставщиков метеоритного железа. И нам нельзя его упускать. И, наконец, третье. Не так давно Прохиндей обратился через нашу голову за помощью в НИИ МАНАНАЗЭМ. Не согласовав это дело с нами, Негус Хекет дала добро на командировку нескольких ученых на Хладберг! Сам по себе факт появления там демонов требует тщательного расследования, но более всего меня сейчас волнует то, что от ученых нет никаких вестей.
    — Опять забылись в научном экстазе и потеряли счет времени?
    — Возможно. Одним словом, товарищ Командор, я прошу вас отправить на Хладберг нескольких Хранителей. Хороших, опытных, умелых.
    Последние слова она произнесла глядя в упор на меня и мило улыбаясь. Я почувствовал себя кроликом перед удавом.
    — Не возражаю, — кивнул Штурм.
    Ну вот это уже почти предательство! До конца разговора я старался сохранять невозмутимый вид, но не сказал больше ни слова, мысленно прокручивая все возможные подвохи, которые может устроить Комитет на Хладберге. Когда мы втроем — я, Командор Бешеных и Рысина — вышли из кабинета Яскера, она все еще пребывала в отличном настроении и даже хлопнула меня рукой по спине, как доброго знакомого.
    — Приятного полета, капитан. Хладберг — холодный остров, чем-то похож на ваш родной дом.
    — А давно я стал хорошим, опытным и умелым? — не удержался я.
    — Вы хорошо проявили себя на Святой Земле.
    — Разве? Артефакты нам не достались, как и Искра Тенсеса… Я не улучшил положение Империи.
    — Хватит с вас того, что вы его не ухудшили, — хмыкнула она и гордо удалилась.
    — Положение Империи улучшилось хотя бы в том, что теперь нет надобности отправлять солдат на Асээ-Тэпх. Все уже устали от этой заварушки, — произнес Командор, глядя ей вслед, а потом добавил: — Зуб даю, она преподнесет все так, что ни у кого не останется сомнений в нашей безоговорочной победе по всем направлениям.
    — Товарищ Командор, разрешите вопрос…
    — О Хладберге? Нет тут никаких закулисных игр, не напрягайся. Туда действительно отправилась группа наших ученых и нужно просто проверить, все ли у них нормально.
    — А если нет?
    — Значит мы прибудем туда с целым войском. Вообще-то Прохиндей наш давний поставщик, да и со свободными торговцами в целом Империя старается поддерживать хорошие отношения… И все же не надо было ученым лезть туда одним.
    — У них будут неприятности из-за того, что они не поставили в известность Комитет?
    — Со Святой Земли вот-вот вернется Нефер Ур. Он сам разберется и со своими подопечными, и с Комитетом. Их дела — не наша забота. Нам, как Хранителям, сейчас важно лишь удостовериться, что наши граждане находятся в безопасности. Да, и еще… за голову Гурлухсора от меня личное, отдельное спасибо.
    В Оке Мира я пробыл недолго. Мне почему-то казалось, что Верховный Шаман орков Коловрат обязательно напомнит о себе, ведь он долгое время считал меня Избранным. Однако то ли он уже не питал по поводу меня никаких иллюзий, то ли просто не знал о моем возвращении, но никто меня не остановил, когда я направился к телепорту.
    Этим же вечером, равно как и на следующий день, у нас было много свободного времени, чтобы нагуляться по Незебграду. Увольнительная длилась два дня, хотя, конечно, их не хватило, чтобы увидеть весь город, даже с учетом наличия телепортаторов. Но самое главное, что мы сходили на ту самую «передвижную историю», в создании которой когда-то сами принимали участие! Ее назвали странным словом «синема», которое с непривычки резало слух, хотя и не помешало мне получить удовольствие от просмотра оживающих на большом белом экране картинок. Это было странно, немного пугающе, и все же восхитительно!
    А еще восхитительными были мороженное в вафельных стаканчиках; автоматы с газировкой; бравурная музыка из громкоговорителей на каждом углу; простые прохожие, спешащие по своим делам или просто гуляющие; патрулирующие чистенькие улицы милиционеры на быстролетах; патриотические памятники; газоны и клумбы с цветами… Восхитительной была мирная жизнь. И только побывав на войне можно было в полной мере оценить все это. Интересно, Веронике бы понравилась моя страна, если бы я привез ее сюда? Я продолжал время от времени тешить себя мыслью, что такое еще возможно.
    — Количество врагов у Империи увеличивается с необычайной скоростью, — задумчиво произнес я, глядя на звезду Ока Мира и снова теребя в руках кулу Зэм, которую мне оставила Вероника. — Ладно Лига, про них мы знаем. Ладно культисты Тэпа — эти чокнутые фанатики всегда трепали Империи нервы, с самого воскрешения Зэм…
    — Только теперь еще и сам Тэп воскрес, так что эти «чокнутые фанатики» обрели идейного лидера, — вставил Миша.
    — Да. Чокнутые фанатики во главе с одним из самых сильных магов, когда-то уже уничтожившим свой народ, — согласился я. — Это серьезный враг и, чувствую, мы еще о нем вспомним. И не раз. Культист Тэпа сорвал эксперимент с Черепом в тринадцатой лаборатории, культисты Тэпа проникли в НИИ МАНАНЗЭМ и воскресили своего вождя, культисты Тэпа захватывали в плен старателей на плато Коба, я сам попался на уловку культиста Тэпа, когда пошел в пещеру кобольдов с ритуальным ножом… Три жертвы — три новые Искры в копилку Тэпа. Культисты везде. И они еще нанесут по нам удар.
    — Вы говорили об этом с Яскером? — спросила Лиза.
    — Нет. Но полагаю, что он прекрасно осознает степень угрозы.
    — А может быть, его сейчас больше волнуют демоны и демонопоклонники, — покачал головой Орел.
    — Демоны и демонопоклонники сейчас волнуют всех. Слишком резко они подняли головы в последнее время.
    — Если демонопоклонников возглавлял Гурлухсор, то как они подняли головы, так теперь и опустят опять. Ведь он мертв!
    — Но демоны еще живы. И Тенсес говорил, что демоническая угроза не ликвидирована. Странно это все… Откуда взялись эти новые демоны, которые долго могут жить на земле, вне астрала? Гурлухсор был как-то причастен к их появлению?
    — Теперь мы это уже никогда не узнаем.
    — Можете считать меня параноиком, — покачал головой я. — Но что-то мне не верится, что со смертью Гурлухсора демонопоклонники снова притихнут. Они сумели осквернить магию Света и превратить ее в Тьму! Разве кто-то думал, что такое вообще возможно? Пусть у них не получилось захватить Искру Тенсеса, осквернить ее, или что там они хотели с ней сделать с помощью артефактов Тьмы, но мне кажется, что это еще далеко не конец! А теперь еще к списку врагов добавились и Историки.
    — Не все!
    — Пусть даже и так. Но часть из них помогла Гурлухсору.
    — Гурлухсору помог Архивин и некоторые его стороники, — сказал Миша задумчиво. — Архивин ведь хадаганец, он родился в Империи. Возможно, он выбрал себе сторону еще тогда, во время гражданской войны, которую Гурлухсор начал против Яскера.
    — Гурлухсор проиграл, и Архивин сбежал к Историкам? Вполне вероятно.
    — Как это все-таки ужасно, — произнесла Матрена. — Прибегать к помощи демонов и демонопоклонников, чтобы реализовать свои политические амбиции! Хорошо, что Лига решила уничтожить артефакты, когда ими завладела Тьма.
    — А они точно уничтожены?
    — Основная часть — да. Генерал Сечин лично был свидетелем. И даже если что-то лигийцы и растащили тайком, погоды это уже не сделает.
    — Лишь бы только этот Зэм, который создавал для гоблинской мафии Святое оружие из артефактов… как его там… Саранг Птах, снова не наляпал нечто подобное. Его же Хранители взяли в плен?
    — Да… Слушайте, а ведь он культист Тэпа! А артефакты в итоге оказались у демонопоклонников… Между ними может быть какая-то связь?
    — Думаю, гоблинской мафии было все равно, кому продавать артефакты — Империи, Лиге, Историкам… Но если когда-нибудь демонопоклонники объединятся с культистами Тэпа, плохо станет всем.
    Мы замолчали на несколько минут, обдумывая все произошедшее на Святой Земле.
    — Наверное, Яскер все же во мне ошибся, — нарушил я тишину. — Ничего глобально в мире я не поменял. Даже если столкновения на Святой Земле и прекратятся, найдется новый повод для конфликта где-нибудь еще. Война с Лигой не закончилась. Потомки Великого Орка, которых я нашел, не сделали революции — Империя не ослабла. Тенсес, который нашел меня, не отдал Дар Воскрешения одной стороне — Империя не усилилась. Ничего. Не. Поменялось.
    — А может в этом и была творя роль? Сохранить равновесие, — произнес Миша.
    — Да, и потом, ты что, помирать уже собрался? Мало ли что еще случится, — добавил Орел. — Давай-ка не отлынивай от ответственности.
    — Ну спасибо, я только начал настраиваться на спокойную жизнь.
    — Ох, прости, я не подумал, что это был сеанс самостоятельной психотерапии…
    И все же слова Миши заставили меня глубоко задуматься. И в этом задумчивом состоянии я пробыл до самого отбытия на Хладберг.
    Неприятной новостью стало то, что наши ездовые питомцы останутся в стойлах Незебградской военной части, потому что мы отправляемся без них. Со столичного Игша корабли в нужном нам направлении не ходили, так что сначала пришлось телепортироваться в какое-то захолустье на краю Империи. Крохотный аллод, название которого я даже не запомнил, вмещал в себя лишь скромный городок и здоровый порт, куда кажется со всего Сарнаута слетались грузовые корабли. На одном из таких нам как раз и предстояло отправиться в путь. Впрочем, как выяснилось позже, в этом были и свои плюсы.
    Я уже бывал на очень больших кораблях. Например тот, на котором мы летели на Святую Землю — здоровая махина, перевозящая солдат, животных, оружие и провизию. Но даже он оказался карликом по сравнению с тем, что вез нас на Хладберг. Гигантская палуба, размером с целое поле для гоблинбола, была заполненна контейнерами, предназначавшимися для метеоритного железа, сейчас естественно пустыми. Но глядя на их количество, я ужасался, каким должно быть тяжелым становился корабль, и как он умудрялся оставаться на лету.
    — Наоборот, чем больше метеоритного железа на борту, тем мы более непотопляемы! — пояснил мне корабельный моторист — Мастак Золотые Руки. — Метеоритное железо защищает судно от астрала. Большие залежи этого минерала могут даже защитить аллод от разрушения! На Хладберге, вон, нет Великого Мага, а остров живет.
    На грузовом корабле все было не так строго, как на военном, так что Мастак водил любопытного меня всюду, рассказывая обо всех устройствах. И мне было настолько интересно его слушать, что через некоторое время я уже почти перестал обращать внимание на то, что он — гоблин.
    — Чтобы стать астралонавтом, нужно получить права на управление астральным кораблем. Это важно, иначе далеко не уплывешь. Будешь болтаться как волчий хвост в проруби, хе-хе. Не зная ничего о корабле, не имеет смысла пускаться в плавание. Только демонов насмешишь!
    — Это сложно?
    — Кому как. Кто-то с рождения — гроза астрала, — гоблин приосанился, очевидно имея в виду себя. — А кого-то сколько не учи — все одно. Вот ты знаешь, где у корабля сердце?
    — Где?
    — На нижней палубе. Реактор называется! Он вырабатывает энергию и обеспечивает ею все остальные устройства. Неправильная работа реактора ведет к неправильной работе всех остальных устройств. Преобразование маны в энергию сопровождается выделением тепла, поэтому реактор требует охлаждения.
    — И как его охлаждать?
    — Если нет повышенной нагрузки от любого из устройств, то он охлаждается автоматически. А вот повышение нагрузки может привести к перегреву. Тогда реактор отключается, а может даже повредить остальные устройства. Всегда нужно следить за тем, чтобы быстрые маневры не привели к перегреву реактора. В отключенном состоянии он охлаждается в два раза быстрее, но при этом все корабельные устройства не функционируют. В крайних случаях может быть запущен режим самоуничтожения реактора… Только ничего без моего ведома не трогай и не жми! Поломаешь. А то и взорвешь нас всех к демонам!
    — Я и не трогаю… Вообще я всегда хотел управлять кораблем. В смысле — быть пилотом.
    — А-а-а. Это в рубку надо. Там расположены рычаги управления и штурвал. Рычаг изменения высоты полета нужен, чтобы регулировать высоту, не используя основные двигатели. Рычаг переключения скоростей предназначен для того, чтобы выбирать удобный режим движения. Режим «Малый вперед» устанавливает скорость корабля, равную трети от максимальной. Режим «Средний вперед» — две трети от максимального значения скорости. Режим «Полный вперед» — корабль набирает максимальную скорость. А режим «Стоп» позволяет остановить корабль. И нельзя забывать об инерции: корабль набирает скорость и останавливается не мгновенно.
    — Звучит вроде бы не так уж и сложно.
    — Ну да, хе-хе, не сложно. Сколько в астрале обломков плавает после таких вот «не сложно» — и не сосчитать! Хотя без хорошего навигатора даже хороший пилот не справится. Он должен уметь быстро реагировать на происходящее и предупреждать всех остальных об опасности. Это глаза корабля.
    — Визор! — догадался я.
    — Правильно. Через визор можно наблюдать за окружающим пространством в радиусе действия устройства, обнаруживая вражеские корабли или астральных чудовищ. Через визор можно посмотреть на удаленный объект. И еще у него куча всяких функций. Сложное устройство. Почти как реактор, — сказал гоблин, любовно погладив шумно гудящую машину, вырабатывающую и распределяющую по кораблю энергию.
    За неделю полета я так насытился интересной информацие о кораблях, что меня прямо-таки распирало от желания поделиться ею со всеми.
    — На носу корабля еще есть штурвал и рычаг изменения высоты полета! Я даже попробовал поуправлять, представляете?! Штурвал позволяет менять курс корабля. Курс можно менять быстро или плавно, но в случае быстрого маневра расход маны увеличивается в пять раз! Если установить штурвал в положение «Так держать», корабль прекращает маневры и движется по установленному курсу. Рычаг изменения высоты полета поднимает или опускает корабль относительно среднего уровня высоты в секторе. А чтобы целенаправленно двигаться меж регионами, потребуется сканер и астральные эманации! Без сканера навигация и планирование маршрута в астрале практически невозможны! При этом сканер выполняет двойную роль: он и обнаруживает удаленные объекты и позволяет кораблю летать в запланированные регионы. Именно с помощью сканера можно обнаружить астральные острова, червоточины и устойчивые регионы. А между регионами путешествуешь с помощью астральных воронок. Чтобы попасть в другой сектор, нужна червоточина. Сканер отличается от визора тем, что помогает проложить осмысленный маршрут и отправиться по нему в путь…
    — Великий Незеб, кто-нибудь, заставьте его замолчать, а то я или в астрал выброшусь, или его выброшу!
    — Я за второй вариант.
    — Проголосуем?
    — А вы знали, что пушки по бортам расходуют энергию реактора, нагружая его? А главное и самое эффективное оружие — это лучемет. Стреляет только по курсу корабля, повернуть его невозможно. Использовать его надо с умом, потому что каждый выстрел потребляет колоссальное количество энергии реактора…
    Я мог делиться этими, на мой взгляд, наиважнейшими знаниями часами, но к концу полета мои друзья виртуозно научились передвигаться по кораблю так, чтобы не встретить меня.
    Хладберг оказался небольшим аллодом, уже на подлете к которому было видно, что он покрыт снегом. Рядом я насчитал по меньшей мере дюжину кораблей, которым не было места в порту и поэтому они болтались в астрале. Несколько из них совершенно очевидно принадлежали Лиге, но как нам пояснили, никаких стычек здесь не происходит.
    — Мы не замечаем их, а они нас. Нейтралитет. Это условие торговцев, иначе они перестанут вести с нами дела.
    Едва пришвартовавшись и высадив на берег пассажиров и часть команды, корабль снова отчалил и завис неподалеку. Добротный деревянный пирс внушал уважение. Мы прошагали по брусьям, из-за мороза откликающимися гулким звоном, навстречу смуглому человеку, похожему на хадаганца, и восставшей Зэм. Они находились в окружении минотавров, в которых без труда узнавались обычные наемники. Встречавшая нас делегация не выглядела радостной. Особенно хадаганец, ежившийся от холода, несмотря на толстый тулуп.
    — Рады приветствовать вас, и все такое, — выдала восставшая самую запоминающуюся торжественную речь в моей жизни. — Владельцу аллода уже сообщили о вашем прибытии. Он готов вас принять.
    — Владелец — это Прохиндей? — уточнил я.
    — Да. Я Иавер Асима, специалист по кадрам. А это наш снабженец, Влад Закромин.
    Мы тоже представились, после чего направились в сторону построек недалеко от берега. По обеим сторонам вытоптанной дороги сверкали ослепительной белизной высокие сугробы, которые вызывали у меня острые приступы ностальгии и желание плюхнуться в них с разбега. На Эльджуне тоже был снег, но не так много, как здесь. Хладберг утопал в сугробах, пах елками, щипал кожу морозом и дарил мне приподнятое настроение, которое не могли испортить даже вышагивающие рядом с суровым видом минотавры.
    — На Хладберг должны были прибыть наши ученые из научно-исследовательского института, — решил разведать я обстановку заранее.
    — Да, они здесь, — откликнулась Иавер Асима. — Вас проводят к их лагерю.
    — Как тут у вас дела? Нам сказали, что аллод переживает не лучшие времена?
    — Это мягко сказано. Шахта по добыче метеоритного железа захвачена нежитью. У меня целая пачка заявлений об уходе! Прохиндей меня убьет. Много шахтеров погибло после нападения нежити, а те, кто остался, либо расторгли контракт, либо собираются это сделать. Последний транспорт увез отсюда целую группу шахтеров, а новые не приезжают: слухи по аллодам расползаются быстро. Все теперь в курсе, что у Прохиндея в шахте нежить хозяйничает. А между тем, условий лучше, чем здесь, нет нигде в Сарнауте! Зарплата высокая, пособия по инвалидности, оплачиваемые отпуска, бесплатные обеды. Я знаю, чем работничков завлечь, и Прохиндей меня слушает. Только сейчас какие только слухи не бродят среди шахтеров! Мол, Прохиндей сам уже думает отсюда линять.
    — Что ты говоришь? Прохиндей собирается уходить с острова? — удивился Закромин. — Странно! Он мне ничего такого не говорил… Наоборот — велел обеспечить бесперебойные поставки. Хм, никогда не мог понять, что у него на уме… Хитрый он!
    — Это все слухи! Знала бы я, кто их распространяет, поубивала бы!
    — Я думал, что угроза связана с демонами, а не с нежитью, — озадаченно произнес я.
    — И с ними тоже, — подтвердил Закромин. — Мы на Хладберге полностью зависим от снабжения: здесь, кроме метеоритного железа, нет ничего полезного. Все приходится возить с других аллодов: пищу, оружие, инструменты. Вот только беда приключилась с последним транспортом! Напал астральный демон на нашу «Ракушку» и разбил ее в щепки… Охотники прибыли поздно — от корабля уже ничего не осталось, демон смылся, груз разбросало по астралу. А там водка «Незебовка», шапки из саблезубых белок, новые клинки, солонина и, конечно же, шахтерские кирки! А еще мы заказывали целый ящик икры заморской — баклажанной! Да, видать, ее демон сожрал на закуску. До прибытия следующего транспорта еще две недели, да и кто знает, пропустят ли его демоны…
    — Охотники тоже здесь?
    — Здесь. Только пока толку от них не очень много.
    С неба вдруг начал валить пушистый снег и все уставились на эти белые хлопья.
    — Красиво, — произнесла Матрена, подставив ладони. — Никогда раньше такого не видела.
    — Ага. А вон видите высоченную гору? Это Морозный пик. Когда-то я мечтал подняться на него, осмотреть остров с высоты, так сказать… Но дела, дела… Заработался. А теперь вообще не до этого. К тому же теперь вот, полюбуйтесь, — Закромин указал кивком головы направление, и мы, повернув головы, ужаснулись.
    Среди укутанных снегом елок виднелось нечто, похожее на большой, покрытый коростой шип, торчащий из земли — то ли сожженной, то ли отравленной на вид. Я уже видел нечто подобное — в краю Вечной Ночи на Эльджуне, когда столкнулся с демоном у места Силы.
    — И такое сейчас по всему Хладбергу, — подтвердила Иавер Асима худшие опасения.
    — Что это? — не сумев скрыть отвращения, спросила Матрена.
    — Отличный вопрос! Прохиндей как раз делает все, чтобы найти на него ответ. Полагаю, вы здесь тоже за этим.
    Поселок выглядел необычно. Это было странное смешение небольших деревянных домиков традиционной формы, круглых, аляповатых построек — такие я видел впервые в жизни, и походных палаток. Сигурд Прохиндей обретался в самом большом из круглых строений — по-своему даже красивым: выкрашенным в разные цвета, с резными украшениями из дерева и двумя статуями у входа, изображающими почему-то рыбу. На самом верху, в крыше, очевидно находилось отверстие, потому что оттуда поднимался дымок, и войдя внутрь я удостоверился, что там горит костер.
    — Метеоритная руда — это хорошо, Аделаида. Это очень хорошо, потому что прибыльно. Но настоящий торговец не может почивать на лаврах. Иначе разорится! Пора заняться расширением своего дела. Конечно же, в смежной области, — крохотный, но очень важный гибберлинг разговаривал с какой-то эльфийкой, но завидев нас, радостно потер руки: — Ага, зашевелилась Империя! Конечно, метеоритное железо всем нужно! Если бы не оно, Комитет Незеба просто плюнул бы на меня с моим аллодом. Вовремя проснулись, а то я уже вещички потихоньку собираю!
    Рядом со свободным торговцем, предположительно одним из семи олигархов, не находилось двое его братьев или сестер, так что видеть гибберлинга в одиночестве было непривычно. Очевидно, круглое строение служило ему домом, потому что оно выглядело жилым, и здесь было бы даже уютно, если б не острый запах рыбы, которая сушилась прямо тут же — развешанная под потолком. Не успели мы представиться, как совершенно неожиданно нам пихнули в руки большие кружки с горячей ухой. Отказываться было невежливо, но зато замерзшие пальцы сразу согрелись. Да и вообще сидеть у костра было приятно. Равно как и рассматривать украшения дома: особенно мне понравились забавные деревянные фигурки гибберлингов с поднятыми руками, будто восхваляющие каких-то своих богов.
    — Давайте сразу к делу. Сюда прибыли имперские ученые, но мы не получали от них вестей… Что у вас происходит?
    — Должен признать, у меня уже язык закостенел: священникам все расскажи, ученым расскажи еще подробней, а тупые охотники на демонов все понимают только с третьего раза! Ух! — грозно затряс Прохиндей кулачками. — Началось с того, что однажды утром на Хладберге появилась целая армия нежити, которая захватила шахту Бродерен. А ведь я назвал ее так в честь моих дорогих братьев, погибших при кораблекрушении! Ы-ы-ы…
    Секунду назад бушевавший гибберлинг вдруг расплакался. Мы переглянулись. Торговец смахивал на сумасшедшего. Может это происходит со всем гибберлингами, когда они остаются в одиночестве?
    — Не обращайте внимания, сейчас пройдет. Просто, когда я вспоминаю о своих братьях, я… Ы-ы-ы!..
    — Примите наши соболезнования, — неуверенно произнесла Матрена.
    — Продолжим, — взял себя в руки Прохиндей, вытерев слезы. — Рабочие в панике бежали, многие были убиты. Нежить оккупировала шахту. Сначала я пытался решить проблему своими силами, но, когда от шахты во все стороны поползли трещины, и аллод стал раскалываться на несколько частей… когда появились эти ужасные клыки и начали грызть его, словно кусок сыра, сразу стало понятно, что тут пахнет демонами. Я обратился за помощью к специалистам: пригласил и охотников на демонов, и экспертов Церкви Света, и специалистов из имперского НИИ. Что ученые, что священники, что охотники — все признали в этих клыках демоническую природу.
    — А какая связь между ними и нежитью, захватившей шахту?
    — Этого никто не знает. Вот я и подумываю валить отсюда. Осталось только сделать несколько дел. И самое главное — метеоритное железо! Перед нападением нежити мои рабочие подготовили к отправке новую партию. Но она так и осталась там, возле шахты, в ящиках. Я отправлял туда рабочих, но назад вернулся только один и стал заливать, что ящики пусты. Врет гад, наверняка врет! Небось, и близко к шахте не сунулся! План по поставкам сорван, и эти ящики проблему не решат, но терять их тоже не хочется…
    — Прохиндей, Суровотур вернулся! — показавшийся в дверях Закромин снова исчез, а вместо него внутрь зашел минотавр, наверное самый большой из всех, что я когда-либо встречал.
    — Наконец-то! — подпрыгнул гибберлинг, хлопнув в ладоши. — А мы как раз об этом и разговариваем! Ну что, вы нашли мое железо?
    — Ящики на-а-ашли, — буквально промычал минотавр, хрипло растягивая буквы. — Только железа в них не-е-ет.
    — Как это — нет железа? Точно? Не врешь?
    — То-о-очно… Нежить есть, железа — не-е-ет.
    — Неужели мертвецы украли его… — забегал по кругу Прохиндей, хватаясь за голову. — А может быть, просто уничтожили?.. Но зачем?! Только демоны в этом заинтересованы: они боятся метеоритного железа. Жуть! Так-так-так… Куда же девалось мое железо?! Успокойся, Сигурд, успокойся… Думай! Или найми кого-то, кто умеет это делать хорошо… Стоп! Я же пригласил сюда целую кучу экспертов! Я же плачу им кучу денег! Вот и пусть думают! Пора им пошевелиться и начать действовать. Хватит с умным видом сидеть по своим углам и ничего не делать! Уверен, демоны и демонопоклонники затеяли заговор против меня! Бьюсь об заклад, что нежить, клыки, да и вообще все беды моего несчастного острова — их рук, лап и щупалец дело!
    — Я хочу поговорить с нашими учеными, — сказал я, поднявшись на ноги.
    — Со всеми поговорите — с охотниками, с лигийцами, пусть думают, что делать! Из-за всяческих идеологических разногласий все избегают общаться друг с другом, но на моем острове нет войны между Лигой и Империей, и нет места гонениям на Охотников. Я так приказал! И если кто-то из экспертов нарушит приказ — тотчас лишится моего финансирования! Видите, как просто остановить войну. Деньги решают все!
    — Тут еще шахте-е-ера одного нашли. У цве-е-ергов отбили, — добавил минотавр и качнул рукой. Тут только я заметил, что он своей лапищей сжимает зашкирку крохотого лесовичка. — Бедняга, наверное, уже и не надеялся, что его спасу-у-ут…
    — Ты же… Кныш вроде? Как очутился у цвергов? — не без сочувствия спросил Прохиндей.
    — Они взяли меня в плен, — пропищал лесовик, когда минотавр поставил его на ноги. — Я подслушал их разговор. Они решили, что можно избавиться от клыков на Хладберге, если принести меня в жертву!
    — Что?
    — Да-да, они думают, что клыки и демоны появляются на Хладберге из-за чужаков, которые осквернили их землю. То есть из-за нас: из-за рабочих, из-за меня, из-за тебя.
    — Угу… так вот в чем дело! Эти клыки кого угодно могут напугать… Неудивительно, что цверги свихнулись от страха! Объяснять им что-либо бесполезно, лучше всыпать как следует. Это они понимают!
    — Всы-ы-ыпем, — флегматично протянул минотавр.
    Когда мы вышли из жилища, я с удовольствием вдохнул свежий морозный воздух, а Прохиндей снова продолжил прерванный разговор с эльфийкой:
    — Нужно использовать свой опыт для разработки других месторождений. Речь о банальной руде. Вот только конкурент мешает. Монополизировал, понимаешь, весь рынок, цену держит, не подступишься! Но ничего, я знаю, как его прищучить. Надо выбросить на рынок большую партию железной руды. Обвалить цены, разорить его, а потом по бросовым ценам все обратно скупить и самому диктовать условия…
    Ну что ж. Аллод, несмотря на вылезшие из земли клыки, мне нравился, Прохиндей обещал нам оказать любое содействие, если мы поможем разобраться в происходящем, и даже минотавр Суровотур казался тем, с кем вполне можно договориться. Расклад не из самых плохих.

    belozybka
    Ай, к чёрту доспехи! Прочь с ног сапоги!
    В кусты улетели доспех и рубаха, носки...
    Купальник и солнце! Коктейли! И крабы вокруг
    Ты на курортном Атолле, мой друг!

    Поплавал чуть в море, ракушки на дне отыскал
    Послышался клич — время забега для крабов настало.
    Кричали, молили "скорее!" и ласково звали...
    Шестой... Ну как же, может, мало я корма давал?

    Гулял по песочку, услышал вдруг крик.
    Эй, что там случилось? Кто где пострадал?
    Тут мимо малыш-гибберлинг пробежал —
    Зачем-то он ногу у девушки-Зэм отобрал...

    Бурчит в животе — нужно срочно поесть.
    Папайя вокруг! И манго! Бананов не счесть!
    Эльфийка бежала, все фрукты собрала...
    В салют превратила!? О боги, ты што натворила!?

    Направился к бару немного коктейлей добавить
    Там орки поют, компанию что ли составить?
    Вдруг песня затихла и пьяненький гоблин не успел уползти...
    В Империи точно законна игра "Раскрути-запусти"?

    Огни загорелись, Атолл пошёл в пляс.
    Флиртует с эльфийкой каниец, хоть сам седовлас.
    Салют вспышкой яркой осветит водную гладь...
    Я в отпуске, монстры! Придётся вам подождать!


    Lafayette
    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
    Автор: risovalkin
    К ОГЛАВЛЕНИЮ
    Глава 54. Источник Света
    — Великий Незеб, сделай так, чтобы с помощью этого ключа мы смогли попасть внутрь Храма Тенсеса!
    Союзин с придыханием смотрел на Пирамиду Тэпа и кусал губы, напоминая ребенка у витрины со сладостями. Зеленые огни Храма отражались в его глазах и гипнотизировали. Мы стояли рядом и от нечего делать глядели туда же, вот только говорить ничего не хотелось. Полковник Кровавых, историк Номарх Инмеркар и комитетчик — один из тех, что не любят называть свое имя, обсуждали что-то втроем в палатке, а мы стояли снаружи и ждали. Я крутил в руках куклу Зэм — безделушку, оставленную мне на память Вероникой, и старался подавить не самые радужные предчувствия.
    — Ключ должен открыть вход в Храм. Потому что… потому что… других вариантов у нас нет!
    — На меня, в конце концов, кто-нибудь обратит внимание?! Я понимаю, что все тут заняты делами чрезвычайной важности, но я сюда тоже не в игрушки поиграть пришел!
    Возмущенный Зэм сверкал искусственными зелеными глазами в сторону Союзина, уперев руки в бока. Дипломат, состряпав устало-мученическое лицо, повернулся к нему.
    — Ох, Нархаз, сейчас нам уж точно не до тебя. Я же сказал, займемся твоим вопросом сразу, как разберемся с другими проблемами…
    — То есть моя проблема по-твоему яйца выеденного не стоит?
    — Я этого не говорил…
    — Метеоритное железо — это стратегически важный ресурс! Вся эта история с нежитью и демонами неизвестно чем закончится, об этом пусть голова у ученых болит. А нам стоит подумать о заботах земных и насущных! И главная наша забота — не дать Лиге заграбастать себе метеоритное железо, готовое к отправке. Оно наше по праву! У меня куча бумаг, подписанных всеми ответственными лицами! И даже самим Сигурдом! А он все размышляет: в какой порт отправить железо — в Новоград или Незебград? Мы так и будем сидеть и ждать его решения? Империи нужно это железо! Вот и обеспечь, ты же у нас по переговорам! А я всего лишь снабженец. Снабженец!!!
    — Успокойся, Нархаз, я уже сообщил куда нужно. Я займусь этим делом сразу же, как только получу инструкции…
    — Инструкции! — фыркнул Зэм и зашагал прочь, продолжая возмущаться на ходу. — Метеоритное железо быстрее в Новоград приплывет, чем инструкции сюда доставят. А потом с кого спросят?! Ну конечно же с Нархаза! Почему не обеспечил, как допустил?..
    Союзин проводил его взглядом и снова повернулся к Пирамиде, а я с любопытством спросил:
    — Что за история?
    — А, — махнул рукой дипломат. — Нам доставили депешу с Хладберга — небольшого астрального острова, полного метеоритным железом. Там заправляет Сигурд Прохиндей, свободный торговец. Не знаю точно, что там за ситуация, но ему крайне необходима помощь, чтобы не сорвать поставки железа в Империю…
    — Товарищ капитан, прошу вас, — из палатки выглянул комитетчик и жестом пригласил меня войти.
    Я оглянулся на остальных, понимая, что мои плохие предчувствия сбываются, и шагнул внутрь.
    — Присаживайтесь, капитан. Мы обсудили сложившееся положение и приняли решение. Действовать надо незамедлительно! Мы не знаем, какая конкретно цель у Архивина и демонопоклонников, если они действительно заключили союз. Возможно, они хотят уничтожить магию Света и Дар Воскрешения, и учитывая, сколько у них теперь артефактов Тьмы, их цель может быть достигнута в любой момент. Защитить Искру Тенсеса — наша главная задача!
    Я скромно кивнул.
    — Ключ, который мы получили, позволит нам пробраться в Пирамиду, и поскольку по странному стечению обстоятельств дух Тенсеса счел заговорить именно с вами, капитан, возможно, он захочет сделать это еще раз.
    Я знал, что обязательно буду среди тех, кто отправится в Храм. Пусть даже в этом маленьком Имперском лагере возле Пирамиды в данный момент находится несколько групп Хранителей, но раз уж Тенсес почему-то проявил внимание к моей скромной персоне (как и демон в чаще Текуани, кстати), то мне и в самом деле стоит попробовать снова с ним пообщаться, если получится. Покоробило другое.
    — Прямо сейчас? — уточнил я.
    — Нет, товарищ Хранитель, дождемся, когда Искру уничтожат демонопоклонники. Естественно сейчас!
    — Пирамида окружена наемниками и нужный вход наверняка находится под усиленной охраной, — я посмотрел на все еще молчащего полковника Кровавых и продолжил: — Разве генерал Сечин не направляется сюда с войском?
    — Сечин будет здесь уже к вечеру, — медленно проговорил полковник. — Но ты же не думаешь, что Лига не заметила наших телодвижений? Зуб даю, лигийцы уже тоже несутся сюда на всех парах.
    — Мы во что бы то ни стало должны добраться до Искры Тенсеса раньше Лиги! — с нажимом сказал комитетчик.
    Я открыл было рот, но полковник Кровавых посмотрел на меня в упор, строго сдвинув брови и отрицательно качнув головой. Я закрыл рот.
    — У нас есть план, как отвлечь наемников. Историки нам помогут, — продолжил комитетчик. — Устроем в лагере небольшой переполох!
    Поскольку в отвлекающем маневре я не был задейстован, так как должен был пробраться внутрь Храма, то в детали решил не вникать. Гораздо больше меня волновало то, в какой компании мне предстоит проворачивать свою миссию. Комитетчик естественно не собирался доверять столь важное дело каким-то там Хранителям, и предпочитал лично фиксировать все происходящее внутри Пирамиды. От такого эскорта я не пришел в восторг, но моего мнения никто не спрашивал. Номарх Инмеркар нужен был, чтобы провести нас по лабиринту коридоров, в котором легко заблудиться, и найти Искру Тенсеса. Кроме того решено было взять Орла, способного, как и все снайперы, стать когда нужно тихим и незаметным, и Лизу, умеющую навести морок магией разума и укрыть нас от других мистиков в случае ментального сканирования. Миша, как мастер огненной магии, прекрасно подходил на роль организатора переполоха. Матрену и Лба я бы предпочел оставить с ним на всякий случай, но последний неожиданно заупрямился.
    Обычно Лоб легко соглашался с любым коллективным решением, проявляя удивительную для орка покладистость. Его простота иногда даже вызывала у меня восхищение — он шел туда, куда показывали вышестоящие, и не терзался ненужными мыслями о том, правильное ли это направление. Я бы сказал, что он образцовый солдат: сильный, бесстрашный и выполняющий любые приказы без лишних вопросов. Странно было услышать от него отказ — впервые на моей памяти.
    — Я не останусь здесь! — сказал он упрямо. — Если вы идете искать Искру Тенсеса, то я пойду с вами.
    Хорошо, что разговаривали мы без посторонних. Мне не хотелось, чтобы в личном деле Лба появилась малоприятная запись о неподчинении, ведь помимо того, что он солдат из моей группы, он еще и мой друг — и это значило для меня несоизмеримо больше.
    — Зачем? — спросил я, оглянувшись и убедившись, что рядом не торчит никаких комитетских ушей.
    — Тенсес — святой Триединой Церкви. Я хочу знать о ней правду!
    Это откровение застало меня врасплох. Лоб был воином, посвященным в храмовники, и магия Света давала ему особую силу и опору. Защитники веры и каратели иноверцев — вот как они себя называли. Учителем Лба тоже был храмовник, и он пытался привить ученику свои убеждения, и кое в чем даже преуспел. Однако я почему-то думал, что все эти церковные догмы и постулаты Лбу не так уж и важны. Он просто отдавал должное святой магии и признавал ее мощь. Но как выяснилось, Триединая Церковь все же значила для него больше, чем мне всегда казалось. Мог ли я в этом его винить? Мне порой и самому хочется видеть истинную суть того, чему я служу и во что верю.
    — Хорошо. Только постарайся сделаться невидимым.
    — Сольюсь с окружающей средой, гы!
    Поскольку обнаружение пропавшего ключа могло произойти в любой момент, а это значило, что охрана тайного входа будет усилена моментально, ждать было нельзя. Конечно, я бы предпочел прорываться к Пирамиде Тэпа вместе с армией под командованием Сечина, но раз уж таких привилегий меня лишили, то стоило поторопиться, чтобы не усложнить и без того практически патовую ситуацию.
    О том, что мы будем делать, когда найдем Искру Тенсеса, я понятия не имел. Конечно первостепенной задачей было не дать Архивину и демонопоклонникам осквернить ее или даже уничтожить. Но что дальше? Мы заберем ее? Передадим нашим ученым, чтобы они смогли изучить ее, разгадать загадку магии Света и подчинить ее себе так, чтобы воскресать могли только имперцы? Во всяком случае из далекого разговора с Яскером еще тогда, в здравнице Небесная, я понял все именно так. И хотя он сообщил мне о моей исключительной роли, как-то не верилось, что я когда-нибудь увижу своими глазами источник бессмертия, более того — возможно буду держать его в своих руках! Но сейчас это вдруг стало вполне реальным. Империя и Лига потеряли столько своих солдат в борьбе за эту Искру, и мне было не по себе оттого, как близко я стою к развязке. И это может стать окончанием не только войны на Святой Земле, но и окончанием противостояния Лиги и Империи в целом! А этой войне по сути больше двух тысяч лет, ведь она началась еще когда Сарнаут был целой планетой, а не рассыпанными в астрале осколками земли. Уже мертвы те, кто ее начал: нет ни Тенсеса, ни Незеба, а война все идет и идет. И мне очень хотелось стать свидетелем ее конца. Я вдруг словил себя на том, что у меня начинают подрагивать руки от волнения перед открывающимися перспективами. Наверное что-то подобное испытывали и остальные… Но только не Анатолий Союзин.
    — Если вам удастся пробраться в Храм Тенсеса, самое главное, что надо сделать — это отыскать Нефера Ура! Связь с ними потеряна давно, но, надеюсь, все у него в порядке… — судорожно шептал он мне, заламывая пальцы, когда мы уже готовы были выдвигаться. — Уж кто-кто, а Нефер Ур наверняка разберется во всей этой катавасии вокруг храма. И с Историками разберется, и с демонопоклонниками! А понадобится — и с самим Тенсесом!
    Я ничего не ответил. Если к Искре Тенсеса нас приведет Инмеркар, то как найти в этом огромном сооружении потерявшегося восставшего, пусть даже он Великий Маг и глава народа Зэм? Указателей о его местонахождении в Пирамиде от громких регалий точно не появится.
    Все наши планы, однако, пошли насмарку еще до того, как мы вышли из своего маленького лагеря. Номарх Инмеркар доверял не всем своим коллегам, так как многие из них могли быть заодно с председателем Архивиным, поэтому рассчитывать на помощь всех историков не приходилось. Он еще обсуждал эти нюансы с комитетчиком и полковником Кровавых, как вдруг пришло сообщение от разведки.
    Лига уже была на подступах к Пирамиде и до ее появления здесь оставались считанные часы! Вероятно информация о том, что историки выкупили артефакты, уже была им известна, так что они поспешили сюда также, как и мы, но прибыли еще быстрее. Это, естественно, вносило коррективы в наши планы, но не отменяло их.
    — Они ведь не смогут войти внутрь? Ключ есть только у нас! — произнес Инмеркар. — Наверное…
    — К демонам ключ! — рявкнул полковник. — Искра Тенсеса в опасности, и если культурного прохода к ней нет, то они сделают его сами!
    — Вы хотите сказать, что они разрушат Пирамиду?! — ужаснулся историк, рефлекторно хватаясь за сердце, которое давно уже не функционировало, или было заменено на механизм.
    — Им ничего больше не остается, — согласился с полковником комитетчик. — Эта мера на самый крайний случай, но сейчас он как раз настал. Так или иначе, появление Лиги нам на руку.
    Он оказался прав. В лагере Историков поднялась суматоха. С одной стороны наемники пришли в полную боевую готовность и оборона лагеря вроде бы усилилась, но с другой — все внимание было направлено на противоположную сторону, туда, откуда должна вот-вот появиться Лига, которая, можно сказать, взяла на себя отвлекающий маневр.
    Пробраться внутрь охраняемой территории оказалось даже проще, чем я думал: Инмеркар провел нас через секретный проход между забором и каменистыми глыбами, окутанными лианами так густо, что чтобы пролезть, пришлось старательно раздвигать тяжелые толстые стебли. Зато они удачно скрывали наше тайное вторжение.
    С той стороны поджидало еще двое историков — человек и эльф, которые повели нас по лагерю окольными путями как можно ближе к Пирамиде Тэпа. На всякий случай мы накинули на себя серые плащи, чтобы не светить Имперской формой, но все равно старались не попадаться никому на глаза. Благо дело хаотично возведенные палатки, оставленные где попало повозки, разбросанные ящики и всякий хлам, а также буйная тропическая растительность давали нам фору. Из центра лагеря слышался шум разгорающегося скандала, грозящего перерасти в драку — это лояльные Инмеркару историки вовсю старались привлечь к себе внимание всех тех, кто не занимал оборонительных позиций для встречи наступающих лигийцев.
    Внутри Пирамиды Тэпа я уже бывал, но даже приблизившись к ней во второй раз, все равно почувствовал, как меня пронзает дрожь от грандиозности этого невероятного сооружения. Инмеркар указал нам на нужный вход.
    — Парадные ворота?! Восхитительно, — фыркнул комитетчик. — И как вы умудрились не заметить, что Архивин у вас ходит туда-сюда прямо под носом?
    — Я видел его лишь раз, — начал оправдываться Инмеркар. — А потом наемники и вовсе лишили нас возможности свободно передвигаться по лагерю.
    — Нам с трудом удалось ускользнуть от конвоя, — добавил эльф, — и нас могут хватиться в любой момент.
    — Тогда вам лучше вернуться сейчас, пока ваше отсутствие не заметили, — сказал я. — Дальше мы сами.
    — Нет, мы попробуем отвлечь внимание охраны от центрального входа, чтобы ваше проникновение не заметили. Вон, видите те ящики? Это артефакты Тьмы, которые еще не успели перетащить внутрь, и наемники в первую очередь кинутся защищать их, а не вход. Они же не знают, что у нас есть ключ!
    К центральному входу, а точнее к целой площади с рядом высоких стэл по бокам и исполинской статуей в центре, испускающей столб зеленого света, вели широченные ступени. Во всем этом была особая, мрачная торжественность, заставляющая чувствовать себя жалким и ничтожным. Будто раньше эту землю населяли великаны, а мы — лишь их мелкая, блеклая тень.
    Я постарался отогнать эти мысли. Сейчас важно было другое — подняться по этой лестнице и пройтись по большому, открытому пространству незамеченными непросто даже с учетом того, что все взгляды в основном были направлены за пределы лагеря, в лес. Поэтому пришлось немного рассредоточиться и разыграть целый спектакль! Начался он с истерических воплей «Помогите!» от двух коллег Инмеркара, и поскольку происходило все прямо у подножия лестницы, то охраняющие артефакты наемники невольно стали зрителями из первых рядов. Далее успешно стартовало пиротехническое представление от засевшего в засаде Миши, с другой стороны к нему добавилось и световое от Матрены. Это было даже красиво! Но очень быстро и мало.
    Огонь, черный дым, вспышки магии Света и истошное «Помогите!» — слишком слабая попытка создать хаос и неразбериху среди обученных наемников: историков моментально поймали и угомонили, распространение огня, как бы Миша ни старался поддерживать его подольше, пресекли быстрее, чем пожар начал представлять из себя серьезную угрозу, Матрене же просто пришлось затаиться, едва дым начал рассеиваться. И на все это ушли считанные минуты! Но большего нам и не требовалось. Мы просто рванули вверх по ступеням, промчались мимо стэл, а спустя мгновение уже старались отдышаться, стоя внутри Пирамиды. Я даже почти не успел ничего разглядеть, как все уже закончилось.
    — Надеюсь, с Матреной и Мишей все будет хорошо, — обеспокоено произнес Орел.
    — Пожар может начаться из-за чего угодно, и случайные всплески магии Света на Святой земле тоже не редкость, — ответила Лиза. — Но наемники все равно могут догадаться, что все непросто так, и начать обыскивать лагерь. Давайте поторопимся. Чем дольше мы стоим, тем сложнее становится наше положение.
    Вообще я сомневался, что наемникам сейчас до источников пожара и вспышек, когда Лига на подходе. Тем более, что самое ценное — артефакты — на месте. Но поторопиться действительно стоило, хотя бы из тех соображений, что Пирамида не такое уж и безопасное место, если в нее начнут ломиться лигийцы самым варварским способом.
    Внутри отовсюду бил зеленый свет, к которому я так и не мог привыкнуть. Но по крайней мере здесь никого не было — одни только каменные лица вдоль стен. Зато в центре комнаты громоздилось множество ящиков, внутри которых Лиза сразу определила артефакты. Не успел я подумать, почему они стоят здесь без присмотра, как она же сообщила, что к нам приближается группа наемников, среди которых оказался и некромант, ведущий за собой нежить.
    Эффект неожиданности был на нашей стороне. Орел снял то ли двоих, то ли троих наемников быстрее, чем они сообразили, что происходит. Лиза традиционно ударила невидимой волной астральной магии по нежити, а Лоб добавил щитом. Комитетчик тоже оказался мистиком и старательно вводил в транс тех противников, что были ближе ко мне, и это значительно упрощало мне задачу. И только Инмеркар отошел подальше, не желая принимать участие в схватке. Впрочем, это было правильным решением. Боец из ученого никакой, зато ценность его жизни довольно высока — кто-то ведь должен проводить нас к Искре Тенсеса!
    Я подсек мечом двоих наемников с остекленевшими глазами, уворачиваясь от третьего — быстрого и умелого. Здоровый, как орк, минотавр взревел и кинулся на меня снова. За моей спиной очутился еще один, и это не позволяло мне размахнуться для удара так, чтобы он стал последним. Пришлось снова уворачиваться, занимая более выгодную позицию. Топор просвистел над моим плечом, второй едва не вскрыл грудную клетку. От одного я уклонился, другой отбил, тут же сделав выпад. И пусть не убил противника, по инерции качнувшегося за своим тяжелым оружием, но ранил.
    Красная кровь потекла по лезвию и разлеталась блестящими бусинами во все стороны, когда я рассекал им воздух. И пусть драгоценное время утекало сквозь пальцы, этот танец с мечом вселял в меня уверенность и, ускоряя сердцебиение и разгоняя кровь, одновременно странным образом и успокаивал. Сейчас я особенно понимал, как сильно мне не хватало моего меча. Казалось, что ни одно оружие в мире не подойдет мне так идеально, как это! С ним я чувствовал себя почти неуязвимым.
    Я не мог определить, как долго длилась схватка, ведь в бою для меня время всегда почему-то текло по-другому. Я вырубил обоих минотавров. Потом достал мечом еще одного. Хорошо, что у нас оказалось целых два мистика! Кто-то снова пытался атаковать меня сзади, но стрела Кузьмы была проворнее. Лоб рубился в самой гуще нежити, оглашая древние коридоры гневным рыком и переключив на себя основное внимание. Так что расправившись со своими противниками, нам буквально пришлось выковыривать его из вражеского окружения. Зомби были слишком глупы, зато невосприимчивы к боли и выносливы — даже отрубив кому-нибудь из них часть тела, они вставали и снова шли в бой. Так могло продолжаться еще долго, но в конце концов Лизе удалось достать некроманта и ввести его в транс. Вся нежить в ту же секунду рухнула, как подкошенная.
    — Вот и отлично. Ну-ка, тащи его сюда, — произнес я, стараясь отдышаться. — Будем играть в «вопрос-ответ».
    Восставший Зэм пытался сопротивляться: было видно, что он прилагает усилия, чтобы побороть сковавшую его тело магию и освободиться, так что я для верности двинул ему кулаком по металлической маске, прогнувшейся от удара. Некромант ударился спиной о стену и сразу осел на пол.
    — Как вы сюда попали? — спросил он абсолютно ровным, чистым голосом — его горло и связки тоже были искусственными и от моего удара по лицу не пострадали.
    — Ты не понял правила игры. Вопросы — наши, ответы — твои. Рассказывай, что здесь происходит?
    — Я не…
    Второй удар сделал вмятины на маске симметричными. Жалко все-таки, что боли восставшие не чувствуют.
    — За каждый неправильный ответ мы будем перерезать тебе по одной трубке, договорились? Начнем с горла…
    — Это все Гурлухсор, — быстро сказал некромант. — Это он приказал доставить артефакты Тьмы к нему в Пирамиду. Только с их помощью он сможет сломить силу Тенсеса…
    — Зачем?
    — Я не знаю.
    — Лоб, держи его крепче, буду резать…
    — Нет, подождите, он хочет подчинить эту силу себе, но я точно не знаю, что это за ритуал! Я просто наемник! Нам было приказано притащить артефакты к Искре Тенсеса, большую часть мы уже перенесли, и еще одна партия ждет снаружи.
    — Архивин с ним заодно?
    — Да, и вместе они призывают демонов!
    Комитетчик выругался сквозь зубы. Я не удержался и снова треснул некроманту по его металлической морде.
    — Ты понимаешь, что если они ликвидируют Искру Тенсеса, то мы все лишимся Дара Воскрешения?! И ты тоже! Тебе тысячи лет, а мозгов меньше, чем у моего дрейка!
    — Брось это, Ник, надо спешить, — проговорила Лиза.
    Она была права. Возиться с восставшим мы не стали, хотя очень хотелось выместить на нем скопившееся раздражение. Предварительно уточнив, сколько еще наемников внутри и с чем нам предстоит столкнуться дальше, мы убили его — хотя и оставили по приказу комитетчика возможность воскресить.
    Некромант мог и соврать на счет количества охраны внутри, равно как и о Нефере Уре, которого якобы удалось изолировать где-то в глубине Пирамиды, но долгое время нам действительно больше никого не попадалось в бесконечных коридорах. Однако нужно было быть готовыми ко встрече с чем угодно, в том числе и с демонами, так что я нащупал в кармане амулет Зосимы, который помог мне когда-то справиться с монстром в Краю Вечной Ночи, и почувствовал себя увереннее.
    — Я что-то слышу, — оповестила Лиза. — Будто кто-то пытается связаться…
    — Я тоже, — подтвердил комитетчик куда более уверенным тоном. — Это Нефер Ур, он жив, и он обнаружил нас. Мы должны найти его!
    Ради этого пришлось отклониться от основного коридора и углубиться в боковые узкие проходы, коим не было числа. Любые задержки могли стоить нам дорого, ведь неизвестно, как далеко зашел Гурлухсор и сколько еще продержиться Искра Тенсеса, но Великий Маг Империи Нефер Ур настойчиво посылал сигналы, и мы шли на его зов. К тому же если мистики сумели «расслышать» его сквозь эти толстенные стены, значит он уже где-то близко.
    Заключение Нефера Ура в Пирамиде длилось почти полтора месяца, но, как выяснилось, протекало в относительно комфортных для Зэма условиях. Ключ, которым мы снова воспользовались, открыл нам большой зал со множеством рельефных колонн. Гулкое эхо гуляло между ними, поднималось к высокому потолку и растворялось там в зеленых лучах. Нефер Ур спокойно сидел на полу прямо посреди зала в позе медитации и даже не пошевелился и не посмотрел на нас, когда мы вошли, словно сюда захаживали гости каждый день и уже немножко ему поднадоели.
    — Хм… помощь явилась несколько раньше, чем я рассчитывал. Думал, еще месяца два-три вы будете танцевать вокруг Храма, прежде чем додумаетесь как следует расспросить историков-предателей.
    Мы остановились и смущенно затоптались на почтительном расстоянии.
    Я никогда не видел Нефера Ура, но слышал достаточно, чтобы благоговейно уставиться на Великого Мага, затаив дыхание. Верхнюю часть его лица закрывала маска, повторяющая собственно форму лица, а вот нижней частью он не озаботился: она представляла из себя решетку, светящуюся изнутри. Все части тела, не скрытые под традиционным одеянием Зэм — замысловатым и тяжелым на вид — были металлическими, не было видно ни одного кусочка хоть и посеревшей, но все-таки кожи, из-за чего казалось, что Нефер Ур не восставший человек, а полностью робот.
    — Хорошо, что я ошибся… — продолжил он, сверкнув наконец в нашу сторону глазами. — Ну, рассказывайте, что там происходит снаружи.
    Комитетчик очень вежливо, и даже немного заискивающе, пересказал суть происходящего. Нефер Ур задумался на минуту, но никто не посмел его торопить.
    — Так вот кто стоит за всем этим… — произнес он наконец. — Гурлухсор! Какая приятная неожиданность. Надеюсь, юное поколение знает, какой заметный след в истории страны он оставил?
    На остальных я не смотрел, но сам лично кивнул. Отправившись в Великий Астральный Поход Незеб оставил во главе Империи своего преемника — Яскера. Но Гурлухсор пренебрег волей Вождя и попытался захватить власть в Империи после его смерти, развязав гражданскую войну.
    — Этот недальновидный человечишка рассчитывал только на хадаганцев и ни в грош не ставил восставших и орков. Но время доказало ему, да и всему миру, что без нас, людей Зэм, и без орков Империя слаба! — прогремел Нефер Ур и поднялся на ноги.
    Он оказался очень высоким — ростом со Лба, и я вдруг почувствовал вокруг него ту самую особую ауру, которая всегда окружала Яскера. Передо мной был еще один Великий Маг, в силе которого сомневаться не приходилось.
    — Многие годы о нем ничего не было слышно. И вот он всплыл… Во главе демонопоклонников. Гурлухсор давно уже политический труп, однако, вижу, все ему неймется. Пришло время превратить его в труп реальный. И окончательный. Так, чтобы он и воскреснуть не смог!
    — Э-э-м… у нас есть информация, — осторожно начал комитетчик, — что в Пирамиду проник Воисвет Железный со своими витязями…
    — Ах, да, Воисвет, — всплеснул Нефер Ур руками, будто речь шла о какой-то незначительной детали. — Я понял, почему его прозвали Железным — упертый, непробиваемый болван. Я предлагал ему заключить на время перемирие. Потом мы могли бы устроить дуэль, как Незеб и Тенсес когда-то… Но нет, он не согласился. Что ж, дважды такое не предлагают. Не захотел — не надо. Пришлось убить его так.
    Мы слегка остолбенели. Ну то есть мало кто думал, что Воисвет все еще жив — после полутора месяцев без еды и воды! Но что он пал от руки Нефера Ура…
    — Вы его убили? — глуповато переспросил комитетчик. — Главу лигийской церкви и наместника столичного аллода?
    — Не окончательно, конечно, — Нефер Ур со скучающим видом махнул рукой куда-то вбок.
    Повернув голову, я увидел лежавшего канийца в красивых золотистых доспехах, блестевших так, словно их обладатель надел их только что, и уж тем более не принимал участия ни в каких битвах. Да и на мертвого он совсем не походил, скорее — на спящего: большой, бородатый мужик, совсем не старый и пышущий здоровьем.
    — К сожалению, я провел уйму времени в интересной, но безмолвной компании. Он, можно сказать, теперь мой должник, — произнес Нефер Ур, глядя на своего противника. — Я потратил достаточно сил, чтобы исцелять его тело и поддерживать столько времени в таком состоянии.
    — А зачем? — со свойственной ему простотой спросил Лоб.
    — Это вне моей компетенции — принимать решения о ликвидации столь высокопоставленного лица Лиги, юноша. Я прежде всего ученый. Пусть он воскреснет, пусть. Гораздо важней, что он уже потерпел поражение. Это будет хорошим символом. Думаю, Комитет Незеба сумеет правильно распорядиться этим информационным поводом.
    Несмотря на это объяснение, мне подумалось, что Неферу Уру доставлял моральное удовлетворение тот факт, что он одолел столь грозного соперника, и он хотел, чтобы этот самый соперник узнал об этом и жил с этим знанием. Сам я однако этой позиции не разделял. Мне очень хотелось подойти и отрубить Воисвету голову. Но кто я такой, чтобы спорить с Великим Магом, которого некоторые даже считают вторым лицом в государстве? Нефер Ур сохранил жизнь врагу, и это сыграло свою роль быстрее, чем я ожидал.
    К счастью, больше нам сворачивать никуда не пришлось и мы почти беспрепятственно преодолели множество извилистых коридоров под десятками и сотнями взглядов каменных лиц. В какой-то момент я понял, что сам отсюда выбраться уже не смогу. Абстрагироваться от угнетающей обстановки было трудно, привыкнуть — невозможно. И когда мне начало казаться, что этот ужасный зеленый свет теперь всю жизнь будет висеть перед моим взором сплошной пеленой, Нефер Ур сообщил:
    — Нас уже ждут.
    Я не сомневался в том, что подойти незамеченными нам не удасться. Великий Маг Гурлухсор, не побоявшийся когда-то бросить вызов самому Яскеру, уж точно устроит нам «теплый» прием, и самое время было возблагодарить и своего покровителя Святого Плама, и трех святых Триединой Церкви, что с нами есть Нефер Ур.
    Первая же стычка не стала ни для кого неожиданностью. На нас просто хлынула волна мелких астральных демонов, похожих на ежиков, с которых содрали живьем кожу. Вся их отвратительность ни шла ни в какое сравнение с их кровожадностью. Хрюкая и причавкивая, эти маленькие существа лезли вперед, наползая друг на друга, и я подумал, что нет зрелища более отталкивающего. Зато со своей задачей они справлялись на ура. Армада кусающихся тварей сосредотачивала на себе все внимание, почти не позволяя ступить и шага. Я выхватил меч и принялся размахивать им так, будто косил траву, не думая ни о какой тактике, и если бы демоны не растворялись после смерти, то под ногами у нас бы образовался настоящий фарш.
    И все же мне казалось, что эти мелкие бесы меня сторонились. У меня не было слишком много времени, чтобы долго размышлять над этим, но амулет Зосимы, который я намотал себе на запястье, придавал мне решительности. Однако демоны не являлись главной опасностью и играли роль лишь пушечного мяса. А поверх этого шевелящегося и хрюкающего моря нас уже атаковала магия стихий.
    Электрические разряды по-началу показались мне слабыми и мало впечатляющими — они летели куда-то мимо, били в стены яркими ломаными линиями, но будто бы не причиняли такого уж большого вреда. Но когда молния ударила мне под ноги и плита впереди практически расплавилась, я решил, что поторопился с выводами. И только после еще двух или трех ударов, которые прожгли узоры на стенах, но не задели никого из нас, до меня дошло, что Нефер Ур отнюдь не прохлаждается, отводя опасность, а с той стороны нас атакует очень сильный маг. И это стало особенно очевидно, когда прямо у нас за спинами появились водные элементали.
    Сами по себе они быть может не были так уж страшны. Но не в тот момент когда за ноги тебя кусают астральные бесы, которым нет конца и края, а вокруг сверкают молнии. По одному элементалю Лиза шарахнула магией, второго ликвидировал Лоб, просто протаранив его щитом. Магическое существо, хоть и состояло из воды, по всей видимости обладало неплохим запасом прочности, потому что оказало серьезное сопротивление орку. А вот третий элементаль обрушился на комитетчика, и его с силой отбросило к стене. И как только это произошло, к сверкающим молниям добавились и ледяные стрелы! Я едва уклонился от летящего в меня белого, блестящего комка и спрятался за колонну, тут же покрывшуюся морозной коркой. Стало очень холодно и изо рта пошел пар.
    Я понял, что магов было как минимум двое, и одного из них сковывал магией разума комитетчик до того, как на него напал элементаль. Потеря этой боевой единицы оказалась для нас существенной. Под атаками сразу двух магов стихийников выдерживать наплыв астральных бесов стало сложнее. На какой-то момент даже Неферу Уру пришлось отступить, защищаясь от града ледяных стрел, и тогда ослепительная паутина молний разрезала пространство, обжигая все, до чего смогла дотянуться. Нам пришлось всем убраться за колонны. Стены и потолок покрылись черной сеткой разводов. Некоторые куски барельефов посыпались на пол, взметнув столбы пыли. А со спины снова начали заходить вновь появившиеся элементали.
    Высунуться из-за колонны я не мог, без страха оказаться либо поджаренным разрядом молнии, либо замороженным ледяной стрелой. Обе перспективы не казались радостными, но на этот раз с элементалями разделался Нефер Ур. Он смел их взмахом своего посоха так, что те, брызнув веселыми фонтанчиками, превратились в лужицы. Его все еще невидимый противник тем временем продолжал заливать все вокруг электрическими разрядами, руша стены и потолок. У меня даже мелькнула мысль, что у него хватит сил пробить в них настоящую брешь, если не завалить полностью! Тогда как Нефер Ур пробыл в заточении несколько недель, не сумев проложить себе путь на свободу таким варварским способом… А может быть он не хотел уничтожать архитектурную реликвию своего народа?
    Так или иначе, глава восставших пока медлил, больше защищая себя и нас, чем атакуя противника. Сейчас он стоял, укрывшись за каменным выступом и чуть опустив голову, будто был расстроен течением боя пока что явно не в нашу пользу. Его глаза потускнели и плечи немного подрагивали. Но спустя мгновение его посох начал испускать темные, воздушные нити, похожие на щупальца, а потом от него вдруг метнулись крылатые тени. Уследить за ними было невозможно, но то, что им не страшны природные стихии, стало очевидно сразу, потому что отчаянный вопль с той стороны дал понять — проклятие достигло цели. А еще спустя мгновение я понял, какой именно: морозный иней стал быстро опадать и ледяные стрелы исчезли. Один из магов покинул поле битвы, как выяснилось позже — сам Виссарион Архивин.
    Остатки мелких демонов еще нападали на нас, но их стало значительно меньше. Мы снова высунулись из укрытия, хотя молнии еще продолжали сверкать. И только тогда я увидел его — мага, который их наколдовывал. Старик с длинными волосами и бородой абсолютно белого цвета стоял в самом центре этого электрического безумия и, судя по всему, ограничиваться им не собирался, потому что его посох окрасился красным. Почему-то я сразу понял, что это и есть Гурлухсор. За ним были сила и ярость Великого Мага и это отчетливо ощущалось. Мы только и успели откатиться обратно в коридор, потому что жуткое пламя облизало все стены и потолок. Нефер Ур, впрочем, не последовал нашему примеру. Я уже подумал, что сейчас мы увидим на его месте горстку пепла, но он остался стоять невредимый и уже плел свое проклятие. Двое демонопоклонников сунулись вперед, на помощь своему предводителю, но показаться в поле зрения Нефера Ура было необдуманным поступком. Кожа смельчаков в одну секунду покрылась жуткими ожогами, будто на нее пролили кислоту. Они оба заорали во все горло, но вскоре затихли.
    Нам, правда, тоже пришлось убраться с глаз долой в коридор, потому что дальше началась настоящая вакханалия. Когда лицом к лицу сталкиваются два Великих Мага, всем прочим лучше найти какое-нибудь укрытие и переждать бурю, дабы не быть раздавленными как мошки. Пол ходил ходуном, стены трескались, с потолка сыпались камни. Сохранять самообладание в такой обстановке получалось с трудом, но когда появилась группа демонопоклонников, призывающих мелких бесов, пришлось взять себя в руки. Нельзя было допустить, чтобы Гурлухсор получил подкрепление. Нас осталось всего четверо, причем Орел, как я вдруг заметил, тоже ранен. Нам остро не хватало Матрены и Миши, но им возможно сейчас не менее «сладко», учитывая, что снаружи Пирамиду уже подпирает Лига. Я надеялся, что полковник Кровавых не станет вступать в бой, пока не подоспеет генерал Сечин.
    С кучкой выскочивших фанатиков и призванными демонами мы сумели разобраться, а вот резко стихший шум боя Великих Магов вызывал опасения. Я осторожно заглянул из коридора в зал.
    — Вот негодяй! Изуродовал великую историческую ценность народа Зэм, ну как так можно?! Даже я себе такого не позволяю!
    Возмущенный донельзя Нефер Ур — даже пошатывающийся, с искрившими проводами, оплавившимся кое-где металлом и в обожженном одеянии все равно выглядел грозно. От него шел дымок, на который он не обращал внимания. Казалось, его больше волнует разрушенное помещение, от архитектурных изысков которого не осталось вообще ничего.
    — Хранители долгие годы ищут Гурлухсора… Нужно доставить Штурму его голову, порадовать Командора, — произнес он и, сильно покачнувшись, осел на пол. Бой все же забрал у него много сил. — Но мо победили, это хорошо!
    Лиза подошла к комитетчику, который так и не пришел в себя, и пощупала его пульс.
    — С ним все будет хорошо. Идите! Нужно спасти Тенсеса от демонической порчи. Если у демонопоклонников все получится, я могу и не успеть воскреснуть… Не хотелось бы, честно говоря. Один раз я уже умирал… это… неприятно, — Нефер Ур откинулся спиной на колону и свечение его глаз снова потускнело. — Идите…
    Только сейчас я понял, что с нами нет и Инмеркара. Историк тоже был мертв. Я упустил момент, когда молния Гурлухсора достала его, но сейчас он лежал у стены, не подавая признаков жизни. Оставшись без него, мы лишись проводника. Но доносившийся до нас шум был достаточно громким. Мы находились у самой цели, и перехватив меч и вздохнув поглубже, я шагнул в частично обвалившийся проход, за которым тянулся небольшой коридор, упирающийся в очередной зал. Интуиция это, или что-то еще, но я уже понял, что мы пришли.
    Нет, демонопоклонников мы перебили не всех. Но те, что находились здесь, не лезли в бой. Они, не обращая внимания ни на что, проводили ритуал. Артефакты Тьмы левитировали повсюду, дергаясь и подпрыгивая, как кукуруза на сковороде, а вокруг них, глядя на происходящее пятью маленькими глазками на мерзких жабьих мордах, синхронно раскачивалось множество мелких демонов. Их зубастые пасти то и дело растягивались в гадких ухмылках, и вызывали лишь одно желание — убить этих существ как можно скорее. Это жуткое зрелище освещал яркий, белый свет, льющийся сверху, и задрав голову я вдруг увидел ее — Искру, ослепительную настолько, что мои глаза заслезились. Она сверкала как настоящее солнце, забившись под потолок, словно была в ужасе от происходящего снизу.
    Демоны были слишком мелкими, а фанатики — слабыми вояками. Сил Лизы и Лба хватило, что спокойно устранить демонопоклонников, а Орел, морщась от боли, причиняемой красневшим на его шее и лице ожогом, уже вовсю стрелял по хрюкающим жабам. Я тоже внес свою лепту, порубив мечом огрызающихся, но не слишком опасных монстров. И когда нам наконец удалось относительно легко и быстро разобраться со всеми, я даже не поверил, что все получилось настолько просто.
    Маленькие тельца монстров спустя мгновение начали таять, растворяясь в воздухе, как это всегда с ними происходило… Я перевел было дух, но вдруг, вместо того, чтобы исчезнуть, на их месте внезапно появились новые демоны, только уже раза в два больше размерами!
    Я подпрыгнул, как ужаленный, вновь поднимая меч, и сделав резкий выпад, снова принялся рубить их. Лоб, тем временем, успешно давил их щитом, как комаров, Лиза колдовала что-то невидимое, отчего демоны разлетались во все стороны, как мячики, Орел растратил оставшиеся стрелы… Но когда все было кончено, их тела снова не исчезли бесследно! Я сообразил, что их становится меньше количественно, но они вырастают в размерах.
    — Что… что это такое?.. — взвизгнула Лиза. — Они… собираются в одно целое!
    С математикой в школе я не слишком дружил, но примерно представлял, что мы можем увидеть, если все эти демоны станут одним существом. Однако на деле все оказалось даже хуже моих самых пессимистичных прогнозов.
    Я с ужасом наблюдал, как эти существа вырастают прямо на глазах. И пусть их уже не целая орава, зато они становились куда более сильными и опасными! Мы словно собирали рассыпанный на детали конструктор, и когда монстров осталось четверо, они уже возвышались над нашими головами!
    Нас тоже было четверо, но раненый Орел остался без стрел, Лизе уже не хватало сил давать достойный отпор, и она пятилась назад, Лоб еще держался, но было видно, что долго он не протянет. И только я, размахивая амулетом, еще мог наступать и атаковать. Хотя и это не приносило много пользы. Мы не справлялись с напором демонов. Но хуже всего было то, что нас разметало в разные стороны и мы никак не могли собраться вместе и помочь друг другу. Лиза отступала обратно в коридор, откуда мы пришли, Лоб, хоть и держал позицию, но продвинуться хоть к кому-нибудь уже не мог, Кузьма и вовсе оказался почти зажат в угол…
    Помощь подоспела откуда не ждали. Я был настолько сосредоточен на демонах, что не заметил ничьего приближения, и только когда демоны переключились на нового противника, посмотрел на неожиданное подкрепление.
    Лига. Уже здесь!
    Они сразу ринулись на демонов, благоразумно определив, что сейчас астральные чудовища куда важнее кучки имперцев, а выяснить отношения между собой мы успеем после того, как разберемся с главной угрозой. Они не атаковали нас, а мы их — это временное соглашение заключилось быстро, молча и обоюдно.
    Высокий каниец — вероятно церковный жрец, судя по белому сиянию магии, — сразу взял в оборот двух монстров, которые яростно поперли на него, взбешенные лучами его посоха. Это позволило воинам с мечами зайти им за спины и успешно атаковать. Второй демон пал от спонтанной коалиции Лизы, Лба и еще одного лигийца, на котором я не слишком заострил внимание — мне было не до этого. С оставшимися лигийцами мы навалились на четвертого демона, которому не повезло больше остальных: ему прилетело одновременно и от мечей, и от моего амулета.
    И как только последний демон пал, их моментально стало двое, что вызвало у лигийцев закономерный шок.
    — Проклятье! Они не умирают!!!
    Теперь это были жуткие чудовища в два орочьих роста. К ним сложно было подобраться вплотную, а на магические атаки с расстояния они мало реагировали, хотя и отвлекались. Мы окружили их, заставляли кидаться в разные стороны, сбивали с толку. И в конце концов кому-то удалось рассечь одному из них бок, после чего довершить начатое стало проще. А когда мы с огромным трудом убили одного демона, второй уже был обречен. Но все поняли, что за этим последует.
    Демон стал одним целым. Гигантская туша, которая при своих габаритах еще и быстро двигалась! В его зубастой пасти мог свободно поместиться огр, и монстр хлопал ей, вызывая чуть ли не паническое чувство страха. Но он хотя бы был один, а нас много. Правда, пока мы прыгали вокруг него, стараясь просто подойти на расстояние удара, демон достал одного лигийца, просто переломив его пополам, как прутик, и еще троих ранил.
    Один из канийцев очень ловко подныривал под него, умудряясь не попадаться, и то и дело оставлял на его теле глубокие раны. Я интуитивно подстроился под его тактику, и когда он, пользуясь тем, что жрец слепил демону глаза, а остальные, как назойливые мухи, маячили перед взором, заходил с одной стороны, я пытался зайти с другой. Такая тактика дала свои плоды. Чудовище конвульсивно дергалось, кидалось на всех подряд, подставляясь под удары, и в конце концов рухнуло на пол. И тогда все тот же каниец ловко запрыгнул прямо на него и воткнул свой меч в голову демону по самую рукоять. Демон дернулся и затих. Только после этого я посмотрел на умелого мечника Лиги — здорового бородатого мужика в красивых доспехах, совсем не старого и пышущего здоровьем…
    Лигийцы не просто прорвались в Пирамиду. Они разыскали Воисвета Железного, вылеченного Нефером Уром, и даже воскресили его! Но наше вынужденное перемирие продлилось недолго. Спустя мгновение после того, как демон исчез — на этот раз окончательно, — мы, распаленные боем, уже смотрели друг на друга, крепко сжимая оружие. Битва еще не была окончена. Война продолжалась! А цель этой войны висела над нашими головами. Я отдавал себе отчет в том, что лигийцев больше, что Орел уже не боец, что Лоб и Лиза измотаны, что я тоже устал и все никак не мог отдышаться, а Воисвет Железный, пожалуй, один стоит нас четверых… Но просто так сдаваться мы не собирались. Умирать, так с гордо поднятой головой! Адреналин в крови дурманил, не позволяя испугаться смерти, даже если на этот раз она станет окончательной.
    И тут случилось что-то странное. Искра вдруг опустилась ниже, заливая нас светом и теплом. Мне показалось, будто что-то мягко коснулась меня — как ласковый, летний ветерок. Голос зазвучал одновременно отовсюду.
    — Подойди ближе, воин Света. Я знал, что ты придешь.
    Передо мной снова был призрак Тенсеса, которого я видел в Краю Вечной Ночи. Мне хотелось оглянуться и убедиться, что все видят и слышат то же самое, что и я, но взгляд будто приклеился к прозрачному лику. От волнения перехватывало дыхание, и я не мог даже пошевелиться.
    — Только что на твоих глазах демоны гибли и вновь возрождались. Их Искры еще слишком слабы, чтобы воскреснуть окончательно, лишь поэтому вам удалось одержать победу. Но все висело на волоске.
    — Искры? — выдавил я хрипло. — Разве у демонов есть Искры?
    — Теперь это уже неважно. Они не добились цели.
    — А какая у них была цель?
    — Им не нужна была моя смерть. Они хотели научиться использовать силу Света. Они хотели того же, чего хотят все. Бессмертия, Дара Воскрешения! И они почти добились своего… Я знал, что ты придешь. Но я вижу вопрос в твоих глазах. И ты не решаешься задать его… Спрашивай, я готов ответить.
    Я почему-то вспомнил, как Яскер сказал мне то же самое в здравнице Небесная. И он был очень удивлен тем, что я спросил его о джунах. Но сейчас мне хотелось задать правильный вопрос. Вряд ли у меня еще будет такая возможность.
    — Империя… Имперская Триединая Церковь считает, что источник магии Света — это не только вы. Что к этому причастны еще Скракан и Незеб.
    — Вот, что тебя интересует… У меня есть ответ, но вряд ли он устроит тебя. Погибнув в бою с демонами, я стал Искрой. Я увидел столб Света и не смог противиться его силе… Я помню свои мысли — вот он, конец, смерть! Теперь я узнаю окончательную истину. Но не узнал. На полпути к источнику Света другая сила подхватила меня и унесла в сторону. Это была сила Пирамиды Тэпа, которая захватила мою Искру. В итоге я оказался здесь. Но я не был одинок. Рядом со мной был кто-то… Я не знаю кто. Этот кто-то сказал, что дарит мне и миру новую силу — силу Света. Что источником этой силы станет Вера. Жители Сарнаута верят в меня и потому есть Свет. Сначала приток силы был слаб — немного было тех, кто сразу же принял новый дар. Но этой силы хватало на то, чтобы воскрешать павших. Чудо было зримо, количество верующих увеличивалось, сила Света крепла. Когда была принята доктрина Триединой Церкви, а Незеб и Скракан причислены к лику святых, мои силы удвоились. Понимаешь? Не только Лига стала верить в Свет, но и Империя!
    — И что это означает?
    — Свет — это не я. Не Скракан и не Незеб. Вы сами — Свет. Я — всего лишь проводник, символ. Незеб и Скракан — тоже.
    — Подождите! — воскликнул я, вдруг занервничав, будто истина уже коснулась моих ладоней, но стала просачиваться сквозь пальцы и исчезать. — Но…
    — Кем был тот, кто оказался рядом со мной здесь, в Пирамиде? Если я, Незеб и Скракан лишь проводники, то кто дал самый первый толчок? Кто подарил миру Дар Воскрешения?
    Призрак замолчал, и тишина продлилась так долго, что мне захотелось подойти и встряхнуть его за плечи. И только понимание, что это невозможно, останавливало меня.
    — Я не знаю, — печально произнес он. — Это все. Ты знаешь столько же, сколько и я. И ты должен молчать об этом. Вера — то, что нельзя понять и объяснить. Как только ты расскажешь всем остальным правду, люди начнут сомневаться. И поток Света иссякнет. Поэтому я поручаю тебе вернуться в Империю и рассказать то, что они хотят услышать. Скажи, что Скракан и Незеб — такие же святые, как я. Скажи, что источник Света в них, так же, как во мне. Пусть Империя верит в это. Тогда Свет не угаснет.
    Я почувствовал опустошение. Это совсем не то, что я хотел услышать… Уж лучше бы он сказал, что догмы Триединой Церкви Империи ошибочны, а лигийская Церковь Света несет истинную веру. По крайней мере я бы знал правду, какой бы горькой и обидной она ни была для меня, как для имперца. Но сейчас правда стала казаться совсем недосягаемой. Если даже сам Тенсес не знает, кто даровал миру бессмертие, есть ли хоть один шанс у меня когда-нибудь узнать об этом? Вряд ли…
    — Почему вы решили рассказать об этом мне?
    — Я оставляю тебе это тайное знание, потому что оно не должно исчезнуть бесследно вместе со мной.
    — Что вы имеете в виду?
    — Демоны не успокоятся, пока не подчинят себе силу Света, и есть только один способ помешать им: моя Искра должна угаснуть навсегда. Не волнуйся, Дар Света будет жить и без меня, но после моей смерти он не сможет стать их добычей. Я славно и долго жил. Я умудрился выжить даже после смерти и подарить это право всем остальным. Мне не о чем жалеть… Лишь одно тревожит меня. Вражда между Лигой и Империей! В этом наша слабость, в этом уязвимое место! Демоническая угроза не уничтожена, вы рано стали праздновать победу — враг затаился и готовится нанести новый удар. Ты должен донести это до всех! Война между Лигой и Империей должна закончиться! У всех нас есть общий враг — коварный и смертельно опасный! Это мой последний завет. Сейчас я исчезну. Я сделал все, что мог… Ответственность за будущее мира теперь лежит на тебе. Прощай.
    Уже на последних словах я не видел призрака — он растворился. А после того, как утих голос, свет тоже начал гаснуть. Я в полной прострации наблюдал, как Искра Тенсеса исчезает. И когда кислотно-зеленые лампы остались единственным источником освещения в этом большом зале, я все еще стоял и пялился в одну точку — туда, где только что был Великий Маг Тенсес, ушедший теперь уже навсегда.
    — Куда он делся? Где Искра? — в полном ужасе произнес кто-то из лигийцев. — Что происходит?!
    Я вспомнил, что нахожусь здесь не один, но по тому, как на меня пялились и свои, и чужие, понял, что задавал вслух вопросы, ответы на которое кроме меня больше не слышал никто. До меня стало доходить, что произошло, и я расхохотался, наверное окончательно убеждая всех в своем сумасшествии. Тенсес сказал, что война между Лигой и Империей должна прекратиться, но как минимум на Святой Земле в ней теперь и не было смысла. Не получилось у меня изменить ход истории. Искра не досталась никому!
    Но хотя бы Дар Воскрешения у нас остался.

    Уммо
    Мы семейка - Гибберлинги -
    Вместе быть нам веселей,
    Мы братюньки и сестринки,
    Хэй-хэй-хэй!
    Супер мы астраллонавты -
    Вместе плыть нам веселей,
    Покорять астроландшафты,
    Хэй-хэй-хэй!
    И портные мы, что надо -
    Вместе шить нам веселей,
    Все с "фиолом" - мы с "салатом",
    Хэй-хэй-хэй!
    Хоть порою мы не в духе -
    Вместе ныть нам веселей,
    Зарываемся мы в пухе,
    Хэй-хэй-хэй!
    Иногда бываем пьяны -
    Вместе пить нам веселей,
    Ну а кто тут без изъяна,
    Хэй-хэй-хэй?
    Не смотрите, что милашки -
    Вместе бить нам веселей,
    Надерем врагу мордашку,
    Хэй-хэй-хэй!
    Офигенские крутышки,
    Украшаем мы гейм-плей,
    В общем, гибби - это фишка,
    Хэй-хэй-хэй! 

    Уммо
    В подражание Маяковскому
    Быть женщиной с большой Жэ
    Неплохое начало, впрочем, уже!
    Мать её - не зря на свет родила!
    Чтоб её - всюду творились дела!
    Утром встала, Яскеру отдала честь
    И не забыла в каждом квартале прочесть
    Восхваление своему клану -
    Всё должно быть чётко по плану!
    ЦС, ОБС, Ал-Риат, острова, искажение -
    У неё по порядку каждое телодвижение!
    Днём фарм голды, шмота крафт, в лабу пати.
    Вечером Домик, а после - немного объятий.
    Афк две минуты и снова, как белка, крутиться -
    Ей вся Империя смело может гордиться!

    Скоро Зима
    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
    Автор: risovalkin
    К ОГЛАВЛЕНИЮ
    Глава 53. Историческая покупка
          Ближайший к северному проходу лагерь гоблинской мафии уже частично опустел, хотя дрессированных волков по-прежнему было много, так что нас встретила хоть и ослабшая, но все еще грозная оборона. Завязавшийся бой грозил затянуться надолго, но я постарался не задерживаться, прорываясь верхом на лошади еще дальше, мимо сражавшихся сторон, и отбиваясь на ходу. Старатели справятся здесь и без меня. Задачу привлечь их к атаке можно считать выполненной, и теперь мне нужно было просто добраться до ставки Козыря — к своим. Я рванул туда на максимальной скорости, которую только могла предложить купленная лошадь.
          К моменту моего появления у центрального лагеря мафии там уже вовсю орудовала Империя. Какая-то часть мафиозной шайки пыталась оказывать сопротивление, так что бой еще кипел, но я подоспел почти к самой развязке. Большинство гоблинов уже хватали все, что плохо лежит, грабили друг друга и старались унести ноги от наступающих Хранителей. В лагере царила полная неразбериха. Некоторые палатки, а также собранные наспех из камней и трухлявых досок постройки горели, и все заволокло дымом. Отовсюду слышались крики и звон стали. Имперские военные зачищали каждый угол, вытесняя обитателей из их логова.
          Я, вломив по ходу движения двум гоблинам, имевшим неосторожность наброситься на мою лошадь, продолжал вертеть головой по сторонам. Но что можно разглядеть в этом хаосе? Из-за дыма и шума ориентироваться было очень сложно, и я едва не оказался погребенным под горящими бревнами — одна из вышек рухнула прямо возле меня. Моя дорогущая лошадь встала на дыбы и громко заржала, от страха став неуправляемой. И хотя ее попытка выбросить своего наездника из седла не увенчалась успехом, успокаиваться она не собиралась, и мне в конце концов пришлось с нее слезть. Поскольку я подобрался к лагерю с противоположной стороны и с остальными Хранителями меня еще разделяли ряды палаток, мне пришлось отбиваться от целой своры в гордом одиночестве.
          Снова с тоской подумав о своем дрейке, не боявшимся никого и ничего, я размахивал мечом, который тоже был далек от совершенства и не шел ни в какое сравнение с тем, что дожидался меня где-то на Рыжем Сырте. По отдельности и гоблины, и волки — сила слишком ничтожная, чтобы говорить о ней серьезно. Но их было много. И через некоторое время я понял, что не справляюсь, и что если до меня не доберется кто-нибудь из своих, меня просто задавят количеством.
          Я старался приблизиться к Хранителям, но был окружен со всех сторон. Возле меня что-то взрывалось, и я подумал, что это, возможно, Михаил швыряет огненные проклятья в гущу врага. В конце концов на мои пляски в центре гоблинского кружка обратили внимание: группа военных ринулась к нам и споро нейтрализовала нападающих, но и со мной тоже сюсюкаться никто не стал. Среди подоспевших солдат не оказалось никого, кто узнал бы меня. Решив отделаться малой кровью, я покорно дал себя обезоружить, ткнуть лицом в землю и связать.
          — Атакой командует полковник Праведных?
          — Тебе-то что?
          — Я капитан Санников, у меня важная информация. Сообщите ему обо мне.
          — Сообщим. Отдохни пока, капитан.
          Словом, окончание операции по ликвидации центральной ставки гоблинской мафии на плато Коба я свидетельствовал лежа на земле, трогательно прижавшись щекой к высеченным на камне иероглифам Зэм, под строгим надзором конвоя, среди таких же подозрительных особ — связанных до выяснения личности. Гоблинов Хранители не слишком жалели, а вот представителей других рас старались не убивать, а брать в плен. Никакая подмога на помощь Козырю так и не подоспела, из чего я сделал вывод, что старатели тоже успешно справлялись со своей атакой на другой лагерь. Сам я искал глазами своих друзей, но никого из них не увидел. Зато мне на голову уселась Фея, каркнув на всех так воинственно, будто обозначила свою собственность.
          — Вот это да! Наконец-то Империя решила вмешаться и навести порядок. Мы уж и не чаяли спастись!
          Оторвав лицо от камня с иероглифами — Фея, взлетев, обругала меня с ног до головы — я повернул голову в другую сторону. Трое гибберлингов, тоже связанных, улыбались до ушей наблюдая за тем, как Хранители зачищают лагерь.
          — Старатели? — спросил я, прижавшись к иероглифам другой щекой.
          — Нет, мы охотники на демонов. Наш корабль стоит у островов Бессилия.
          — Я знаю. А что вы делаете здесь?
          — В плен попали к гоблинам, когда пытались стащить артефакты. Пресперо, руководитель нашей группы на плато, считает, что они имеют демоническую природу! Но не получилось…
          — Гоблины продали все артефакты.
          — Ага. Сделка совершилась на наших глазах.
          — Что? — встрепенулся я. — И вы знаете, кто покупатель? Лига?!
          — Нет. Артефакты скупили Историки!
          — Как это — Историки? Зачем?
          — А мы почем знаем? Изучать историю, видимо.
          Я ошарашено уставился на гибберлингов и даже не заметил, как ко мне подошли.
          — Прохлаждаешься, капитан? Подъем. Нечего плохой пример подавать, пока остальные работают.
          Веревка, связывающая мои руки и ноги, опала, и я смог подняться, разминая затекшие мышцы.
          — Что за информация? — строго спросил полковник Праведных.
          — Артефакты, кажется, купили Историки, — сообщил я совсем не то, что собирался.
          — Знаю, — поморщился полковник. — Ребята уже обезвредили какого-то гоблина, предположительно — Козыря, у него была купчая… Мы и представить себе не могли, что у Историков столько золота!
          — На чьей же они тогда стороне? На нашей или на стороне Лиги?
          — В штабе разберутся. Как там наши старатели?
          — Грабят лагерь за северным проходом.
          — Понятно.
          — Это еще не все. Где-то здесь налажен конвейер по производству святого оружия, там заправляет ученый — Саранг Птах. Хорошо бы с ним пообщаться, — сказал я и, повернувшись к стражам пленников, потребовал: — Мой меч!
          Оружие мне вернули без вопросов, и полковник махнул рукой, призывая следовать за ним.
          Штурм лагеря к тому времени окончательно перешел в завершающую фазу. Бои прекратились, хотя шум и суета не исчезли. Хранители пытались потушить пожары, попутно разыскивая и вынося все, что могло быть ценным, и все это в сопровождении воплей недобитых гоблинов.
          — И что интересного нам может сообщить этот Птах? Детали производства святого оружия? — спросил полковник, не глядя шагая прямо по гоблинским телам и даже кажется получая удовольствие от хруста костей под ногами.
          — Об этом мне ничего неизвестно, — покачал головой я. — Я знаю лишь то, что он умер когда-то именно здесь, на плато Коба. Ну и здесь же воскрес.
          — Какая с этого польза?
          — Может, и никакой. Но Историки нашли в зыбучих песках древние руины Зэм с изображением демонов, или что-то вроде того.
          — Изображение демонов у Зэм?! — переспросил полковник и даже замедлил шаг.
          — Да. Это означает, что если Проклятьем джунов и были демоны…
          — То Зэм видели это Проклятье своими глазами.
          — Ну во всяком случае — местные Зэм.
          — Товарищ полковник! — гаркнул подскочивший к нам Хранитель в лейтенантских погонах. — Разрешите…
          — Говори.
          — Опознали главаря гоблинской мафии Козыря.
          — Мертв?
          — Так точно.
          — Туда ему и дорога!
          — С берега докладывают, что некоторых гоблинов успели перехватить, но большей части удалось удрать на своих кораблях.
          — Мда… припозднились мы, — поджал губы полковник и нахмурился, сложив руки за спиной.
          — Разрешите идти?
          — Стоять! Приведи-ка мне сюда того восставшего, Саранга.
          — Есть.
          Лейтенант, отсалютовав, умчался, а полковник снова повернулся ко мне.
          — Оружейника мы взяли, приказ Комитета. А вот с артефактами беда. Я уже отправил депешу нашему дипломату на Асээ-тэпх — Союзину. Пусть выясняет по своим каналам, зачем Историкам столько артефактов Тьмы и откуда у них такие деньги. И самое главное — что угрожает Святой Земле, почему гоблины бегут с аллода.
          И имеют ли к этому какое-то отношение демоны — добавил я про себя. Сложно было даже определиться, что важнее: непонятное покупка Историками артефактов Тьмы, или демоническая угроза, еще недавно казавшаяся чушью, однако стремительно приобретающая все более реальные очертания.
          Саранг Птах дал о себе знать задолго до того, как появился в поле зрения. Его вели двое орков Хранителей, но он вырывался и вопил, заглушая весь шум вокруг. Металлические части тела восставшего, включая маску на лице, деформировались — судя по всему, штурмовики основательно намяли ему бока.
          — Хватит… Остановитесь! Я не воин, я ученый! И не для того я столько прожил на свете, чтобы какие-то желторотики выбили из меня Искру… Что вам от меня нужно? Вы мне гидравлический привод перебили… Сволочи! Ну где я теперь новый патрубок найду, а?
          — Тащи сюда свои оглобли, сейчас тебе и патрубок вставим, куда надо, и привод поправим, — успокоил полковник и уселся на ящики, когда Хранители подвели к нему сопротивляющегося восставшего. — Но сначала проясним пару вопросов.
          — Я умру, но ничего не скажу!
          — А если я вырву из тебя все шестеренки?
          — Что? Из меня?! Да вы… Да ты… Да я вас…
          — Тащите кувалду!
          — Ну хорошо, Них с вами, спрашивайте! Я живу уже много веков и не желаю подохнуть вновь на старости лет по вине каких-то солдафонов. Ну что вы хотите знать?
          — Ты служишь Тэпу? — задал полковник традиционный вопрос к Зэм.
          — Да как ты смеешь произносить это имя?! Нет, нет! Только не убивайте!.. Хорошо, я все скажу… Тэп — величайший из некромантов, когда-либо населявших аллоды, и в прошлой жизни я имел великую честь помогать ему! Тэп изучал тогда магию джунов. Что еще вы хотите знать?
          Мы с полковником обменялись взглядами.
          — На местных развалинах Зэм есть изображение демона. Что вы знаете об этом? — спросил я.
          — Это инсталляция Проклятья. Да, легендарное Проклятье джунов и было демонами. А что, разве этого никто не знал до сих пор? Это ж надо — жить в мире и так мало знать о нем!
          — Вы видели их?
          — Я видел огромного демона так же, как вижу сейчас тебя! Тогда он еще преследовал настоящих джунов. Сейчас их уже, конечно, не осталось…
          — Демон… в единственном числе? — уточнил я.
          — Слушайте, подсчетов я не вел! Один, два, десять, сто… Откуда я знаю?! Но он был огромен и очень силен! Возможно, и вы его однажды увидите.
          — Вы хотите сказать, что он отличался от демонов, которых сейчас полно в астрале?
          — Они очень похожи, только гораздо слабее. Но Проклятье джунов где-то среди них, я уверен! Оно никуда не делось.
          Час от часу не легче. Я прокручивал в голове слова Саранга Птаха и так, и эдак, стараясь определить свое отношение к несколько модифицированной версии гибели джунов, но и такой вариант у меня все равно не вызывал доверия.
          Друзей я все-таки разыскал, слава астралу — живых и здоровых. Атака на гоблинский лагерь вообще на удивление прошла для нас почти безболезненно.
          — То есть джуны впустили к нам из другого мира кучу этих тварей, — Орел указал рукой себе за спину, будто там толпилась орава демонов. — И среди них был или были особо сильные особи, которые джунам оказались не по зубам. Демоны истребили целый народ, почему-то побрезговав остальными, и засели в астрале. А нам теперь нужно залечь под корягу и не вякать, чтобы они не обратили внимание на нас. Я ничего не упустил?
          — Это всего лишь версия культиста Тэпа. Но я в нее тоже не очень верю, — произнес я.
          — Я не удивлен. У тебя прям пунктик по этому поводу…
          — Ник, тебе нужно просто отдохнуть. Когда вернемся на Рыжий Сырт, я как лекарь потребую отправить тебя высыпаться.
          — Нет, я… должен вернуться в «Приют Старателя».
          — Зачем? — удивилась Лиза. — У тебя что, приказ?
          — Нет.
          — Тогда в этом нет необходимости, — вставил Миша. — Артефакты проданы, так что с большой долей вероятности нас вернут в свою часть на Асээ-Тэпх. Но даже если и нет, тебе в любом случае сначала нужно отчитаться перед Семер Кийя.
          — Нет, — упрямо повторил я, и все замолчали, ожидая пояснений.
          Но сказать мне было нечего. Я еще сам не до конца понимал своих целей. У меня не было никакого плана, не было даже никакого намека на здравую цепь размышлений, которая привела бы к хоть какому-нибудь итогу. А может быть, я просто малодушно избегал всерьез поразмыслить над этим? Одно мне было ясно — взять и уехать, вычеркнув из памяти дочку трактирщика, я не могу. Мне хотелось увидеть ее еще раз хоть одним глазком… хотя бы для того, чтобы убедиться, что таких Вероник в Сарнауте пруд пруди, и на моем пути их будет еще целая куча. Смысл убиваться по той, которую я встретил в окружении дезертиров, прикидываясь одним из них?
          — Мне надо вернуться, — повторил я и, так больше ничего не добавив, развернулся и отправился на поиски своей лошади.
          Задерживаться дольше в ставке Козыря я не стал. Хранители еще продолжали перетряхивать гоблинский лагерь, когда я, отрапортовав полковнику Праведных и как-то неуклюже попрощавшись с друзьями, направился обратно к старателям. Полковник тоже усомнился в необходимости продолжения моей миссии, но поскольку не он ее на меня возлагал, то возражать не стал, а для комитетчицы Семер Кийя, которая наверняка дожидается меня на Рыжем Сырте, я потом что-нибудь придумаю.
          Впоследствии, спустя годы, я часто вспоминал именно этот день и думал, что изменилось бы в моей жизни, не вернись я тогда в «Приют». Наверное, Вероника со временем просто стерлась бы из моей памяти, как тысячи других лиц, которых я встречал и забывал после. Но я вернулся. И это было одно из тех самых, судьбоносных решений. Очередная развилка на жизненном пути. Если бы я только знал, что эта сиюминутная прихоть в итоге обернется для меня долгими днями, месяцами и годами поисков, ожидания и тоски… Вместо того, чтобы избавиться от кольнувшей меня занозы, я вернулся и вогнал ее настолько глубоко, в самое сердце, что вытащить так больше никогда и не смог.
          — Привет, спаситель, рада видеть тебя живым! Выглядишь уставшим. Как все прошло? Я слышала, от гоблинского лагеря ничего не осталось. Надеюсь, тебе перепало что-нибудь из гоблинских припасов! И папочка еще хочет тебя отблагодарить за мое спасение. Ну и за выкуп, который вы ему вернули, хе-хе. Ты же не против?
          — Мне достаточно твоей благодарности, — вспомнил я наконец, что тоже умею говорить.
          Вероника, впрочем, могла непрерывно щебетать в моно-режиме, без моего участия. И мне нравилось ее слушать.
          — Там тебя еще какая-то эльфийка ищет! Историк, вроде бы. Надменная такая дамочка. Как же ее… Бертилия…
          — Ди Плюи.
          — Да-да. Пойдем!
          Она схватила меня за руку и потащила в трактир. И я побрел за ней на автомате, радостно сжимая хрупкую ладонь и глядя на рыжие волосы осоловевшим взглядом. Правда, когда меня усадили за стол и расположившаяся напротив Бертилия строго попросила Веронику оставить нас наедине, я сразу погрустнел. Ну вот разве для этого я возвращался?
          — Рассказывайте. Вам удалось поговорить с Сарангом Птахом?
          — Э-э-э… да. Удалось. Но может, отложим до завтра? Уже поздно, я предпочел бы…
          — Что вы, дело не терпит отлагательств! Рассказывайте, что он вам поведал.
          Я решил, что быстрее будет отвязаться, если просто рассказать то немногое, что я узнал. Вероника крутилась у барной стойки, отца ее видно не было, да и вообще трактир был непривычно пуст. Но это и неудивительно. Большинство старателей наверняка все еще за Кордоном в поисках наживы — когда как не теперь, после падения оружейной мафии, искать счастье в аномалиях.
          — Итак, что мы имеем. Изучая бессмертие, Тэп опирался на знания джунов. Вот вам и связь двух народов. Несчастные джуны погибли от Проклятья, которое похоже на наших астральных демонов. А вдруг они — и наше Проклятье? Не хочется об этом даже думать.
          — Да уж, давайте не будем.
          — Также имеем это загадочное древнее существо — червелицый. Кое-кто, правда, убил его… Я не виню вас, понимаю, оно было для вас очередным монстром. Но нам, Историкам, всегда так жалко, когда гибнет что-то древнее, что могло бы еще приоткрыть много тайн. Ну да ладно. Главное, что сейчас нужно сделать, — это систематизировать все данные.
          — Уверен, вы с этим справитесь…
          — Я изложу все в письменном виде!
          — Непременно прочту…
          — И передадите эту исследовательскую работу своему командованию!
          — Обязательно… что?!
          — Да бросьте, Ник, — махнула рукой Бертилия. — Саранг Птах клепал оружие для мафии в ставке самого Козыря, а ее зачищали Хранители Империи. Если вы говорили с ним, значит вы все еще служите своей стране. Но это не мое дело, я не собираюсь вмешиваться в вашу работу, не волнуйтесь.
          И как я, будучи таким идиотом, сумел продержаться здесь столько времени? Хотя это наверное из-за Вероники я потерял бдительность. Кстати, где она? Я осмотрелся. В зале ее уже не оказалось. Было очень тихо, на улице стояла безветренная ночь, «Приют Старателя» переживал наверное самые спокойные свои часы. Я заглянул за барную стойку — пусто. Марьяна, обычно разливавшая посетителям пиво, тоже куда-то запропастилась.
          — Вероника? — позвал я, но ответа не последовало. — Горислав?
          Наверное они где-то в подсобных помещениях. Открыв дверь за барной стойкой, я увидел длинный коридор с несколькими дверьми, и заканчивающийся лестницей вниз. Но именно оттуда лился свет.
          — Есть кто живой?
          Спустившись по лестнице, я очутился в кладовой, среди бочек с пивом, коробок и мешков. У дальней стены виднелась дверь в еще одну комнатку, поменьше, и в ней явно кто-то был.
          — Нашел меня? — усмехнулась Вероника, и огоньки от тусклой свечи блеснули в ее глазах.
          Она сидела на бочке и болтала ногами, и ее белые коленки моментально приклеили к себе мой взгляд. Почему-то я подумал, что она меня ждала. Ну или мне хотелось так думать.
          — М-м-м… там просто за стойкой никого не было, и я…
          — Отец даст тебе золота, сколько захочешь. И еще вот это, — она протянула мне знакомую куклу Зэм, которая была частью выкупа Вероники.
          Сорока притащила мне таких две: одну я подарил трактирщику, а вторую передал Семер Кийя, чтобы выяснить, чем же так ценны эти куклы.
          — Да не нужна мне награда, — буркнул я, нахмурившись. Даже как-то обидно стало! Вот если бы не ее коленки — развернулся бы и ушел!
          — Разве герою позволительно оставаться без награды?
          — Если встречу какого-нибудь героя, обязательно спрошу.
          Вероника спрыгнула на пол и подошла ближе, сверкая улыбкой, способной разрушить любые стены. Во всяком случае мои стены стали очень неустойчивы.
          — Не прибедняйся. Я же знаю, что ты не из скромняг!
          — Откуда?
          — Мне рассказывали.
          — Тебя ввели в заблуждение.
          — А так?
          Если еще какие-то стены удерживали целостность, то теперь они рухнули окончательно. Мягкие губы, щекочущие лицо волосы и стройный стан в моих руках оказались сильнее. Никогда до этого я не впадал в такую эйфорию от простого поцелуя. Забыл, как думать, забыл, как дышать, и наверное, бы задохнулся, если б Вероника не отстранилась.
          — Не похож ты на скромника.
          — Где твой отец?
          — Ушел по делам, — произнесла она и захлопнула дверь за моей спиной, отрезая нас двоих от остального мира.
          Жалел ли я, что вернулся в «Приют»? Иногда очень сильно. Но когда остывал, каждый раз возвращался к мысли, что если все возвратить назад — я поступил бы точно так же. Ну а тогда мне и вовсе ни о чем серьезном думать не хотелось. Голова гудела, усталость звенела в каждой мышце, но я все равно чувствовал себя счастливым. Даже когда поднимался на второй этаж в свою комнату — со слипающимися глазами и еле переставляя ноги. Я лыбился сам себе и размышлял, заглянет ли еще ко мне сегодня Вероника до того, как взойдет солнце?
          Она не заглянула. Я безмятежно проспал все утро и половину дня, и снилось мне что-то очень хорошее. Пробуждение было тоже приятным. Жалко, конечно, просыпаться одному, но можно же пойти и поискать свою зазнобу… Однако неспешно разгоняющиеся мысли в конце концов вытеснили приподнятое настроение, охватившее меня со вчерашнего вечера, и вернули на бренную землю аллода.
          И что мне делать дальше? Я четко понимал, что теперь точно не смогу оставить Веронику. Но захочет ли она уйти со мной — вот главный вопрос. Возможно, ей нравится ее свободная жизнь, в которой она не связана никакими обязательствами… А что, если мне придется выбирать между ней и Империей? Готов ли я бросить страну, которой искренне клялся в верности? Дезертировать? Еще вчера мне показалось бы абсурдной даже мысль об этом. Но теперь я вдруг с ужасом осознал, что какая-то часть моего «я» уже рассматривает и такую возможность. Вспомнились все те, кого я презирал и даже лишал жизни за дезертирство. Предательство — преступление, которому я не видел оправданий. Судьба все-таки большая шутница.
          Внизу за барной стойкой снова стояла Марьяна, но обслуживать ей особо было некого. Я подумал, что если даже старатели и вернулись из-за Кордона с добычей, то сейчас скорее всего спят. Интересно, бывало ли когда-нибудь раньше в трактире два дня кряду так тихо и пусто? У меня возникло странное ощущение, что теперь здесь все будет по-другому. Не знаю как — но как-то иначе.
          Не успел я открыть рот, чтобы поздороваться, как рядом со мной материализовалась Бертилия ди Плюи.
          — Добрый день, Ник. Вы не поверите, но у меня все готово!
          — Что готово? — не понял я.
          — Все результаты исследований моих, а также Геродота и его команды! Я изложила их в трактате «Джуны и Зэм: попытка анализа взаимосвязей». Пожалуй, этот документ достоин внимания самого Найана… это глава Историков, если вы не знаете. И один из самых древних Великих Магов. После гибели Скракана, быть может, самый древний.
          — Да, что-то слышал.
          — Наш уговор, я надеюсь, еще в силе? Я бы сделала все сама, через Архивина, председателя нашей экспедиции на Святой Земле. Только… Не верю я ему. Мутный он какой-то!
          — Подождите, Бертилия, я сначала должен… Одну секунду, хорошо? Марьяна…
          — Ох, хоть кто-то тут еще живой имеется! Того и гляди от тоски помру. Пива?
          — Нет. Мне очень нужно увидеть Веронику! Можешь помочь?
          — Я бы с радостью, только ее здесь нет.
          — Как нет? А где она?
          — Уехали они с отцом.
          — Что значит — уехали? Куда?
          — Откуда ж мне знать? Сарнаут большой. А тут неспокойно… Домой, может, решили вернуться? Откуда-то они приехали, он говорил… как же аллод назывался-то?
          — Гипат.
          — Во, точно! Никогда о таком не слышала… А! Вот дырявая моя башка, она же тебе оставила тут кой-чего… Сейчас.
          Марьяна похлопала себя по бокам и вытащила из объемного кармана фартука газетный сверток. Я быстро развернул его, разодрав газету с неизвестными мне лицами и на неизвестном языке… Внутри оказалась кукла Зэм.
          — На какой корабль они собирались? — спросил я осипшим голосом.
          — Да какая разница? Они ведь еще ночью уехали! Теперь уж далеко в астрале, не догонишь… Все думаю, может, и мне уже пора?
          Трудно описать, что я почувствовал. Скажу лишь, что в череде ударов — этот стал первым.
          — Ник! Вы слышите меня? Ник! — донесся до меня голос Бертилии. — Мой трактат… Все как мы договаривались?
          — Да… да… как договаривались.
          Ну вот и ответ на мучивший меня вопрос. К сожалению или к счастью, но она не стала ставить меня перед выбором. Теперь мне точно в «Приюте» нечего было делать. Я взял отчет Бертилии и поплелся прочь, разрываемый желанием поскорее забыть трактир и все, что с ним связано, и мыслями вернуться сюда когда-нибудь еще. Может быть, Горислав уехал не навсегда, и у меня еще есть шанс увидеть его дочь?
          Тому, что на Рыжем Сырте меня уже дожидался приказ возвращаться со своей группой в свою часть, я почему-то не удивился. Более того, остальные прибывшие со мной отряды Хранителей уже отправились назад, и я решил, что это означает скорую заварушку на Асээ-Тэпх. И нетрудно было догадаться, что случится она скорее всего у Пирамиды Тэпа и будет иметь непосредственное отношение к лагерю Историков. Но я, тем не менее, даже почувствовал что-то вроде облегчения. Хотя находиться в горячих влажных джунглях значительно тяжелее, чем в не менее горячей, но зато сухой степи, я все равно был рад, что ухожу с плато Коба.
          Взбучки от Семер Кийя за то, что я не явился ее очам еще вчера, избежать не удалось. Но, видимо, мое лицо выражало такую степень задумчивости и отрешенности, что ее недовольство переросло в настоятельные призывы рассказать, что еще я узнал.
          — Да ничего, в общем… Владелец трактира покинул плато Коба вместе с дочерью.
          — Мне уже доложили, — кивнула комитетчица.
          — А вы знаете, что за аллод — Гипат?
          — Такого аллода нет.
          — Но Горислав…
          — В «Приюте Старателя» мало кто рассказывает о себе что-то правдивое, товарищ капитан. У вас есть еще какая-то интересная информация?
          — Нет. Хотя… в прошлый раз я передал вам куклу Зэм. Горислав говорил, что это очень дорогая вещь. Выяснилось, что в ней особенного?
          — Горислав ошибся. Для археологов находка, вероятно, имеет какую-то историческую ценность, но не более. Наши специалисты изучили куклу — в ней нет никакой магии и на произведение искусства она тоже не тянет. Даже не знаю, с чем трактирщик мог перепутать такую незначительную вещь.
          Почему-то я не поверил. Мог ли Горислав ошибиться? Это казалось неправдоподобным… Хотя гибберлинги, примкнувшие к охотникам на демонов, тоже не нашли в этой кукле ничего интересного. Я напряг мозг, пытаясь вспомнить все, что знаю, и с удивлением понял, что о ее ценности никто, кроме самого трактирщика, мне больше не говорил. Выходит, он и правда ошибся! Ну не пошутил же он, верно?
          Самым сложным при возвращении на Асээ-Тэпх было отбиться от назойливых вопросов друзей. Моя подавленность не прошла мимо их внимания, но я молчал, как партизан на допросе. Поддержка неожиданно пришла от Лизы, громогласно сообщившей, что иной раз, чтобы кому-то помочь, нужно просто оставить его в покое. После этого никто ко мне больше не лез. Правда, Матрена украдкой подсунула мне какое-то лечебное зелье, которое я покорно выпил, хотя физически и так чувствовал себя прекрасно. У меня просто что-то надломилось в душе. А лечебные зелья для души обычно имеют градус и в армии формально запрещены.
          Из положительных сторон: мне снова вернули моего дрейка, меч, погоны и форму. И все это неожиданно принесло мне определенное облегчение. Сорока — мой непрошенный трофей из трактира — тоже была со мной.
          Асээ-Тэпх встречал удушливой влагой, буйством зелени и разноголосьем многочисленных лесных обитателей. После непритязательного плато Коба мы были немного оглушены всей этой вакханалией. В складской комплекс «Южный берег», или просто — СКЮБ, прибыли к вечеру, где и остались ночевать. И первым делом, естественно, жадно выслушивали новости, потому что до плато мало что долетало.
          — А вы куда направляетесь, тоже в Центральный? Вчера была целая толпа с плато Коба.
          — Нет, у нас приказ прибыть к Пирамиде. Как там сейчас обстановка? — поинтересовался я.
          — Спокойно. Сейчас на всем Асээ спокойно. Такого здесь на моей памяти не было ни разу, а я тут уже не первый год! Как стало известно про Святое Оружие, так все и замерло. Жизнь в джунглях будто остановилась. Говорили, что скоро войне конец, что оружие всех быстро порешает, уже вот-вот и победим… Все ждут, да только что-то затянулось все. Дни летят, а ничего не меняется. Даже уже скучать начинаю по мордобою с лигийцами.
          — А сами лигийцы?
          — Наверное тоже сидят и ждут, что скоро получат оружие и сразу нас победят.
          — Понятно. Про Нефера Ура что-нибудь слышно?
          — Ничего. Наши маги не сумели снять заслон в Пирамиде. И лигийские не сумели — их, я слышал, тоже приглашали, там ведь какая-то лигийская шишка застряла, вместе с нашим Уром. Ну и Архивин еще — главный у местных Историков, тоже с ними.
          — Второй месяц уже…
          — Угу. Нефер Ур-то, может, еще жив, недаром что Зэм, а вот лигийцы и историки разве что трупы своих начальников найдут.
          — Ну как знать, — скептически отнесся я к этому предположению.
          В одном работники СКЮБа оказались правы: в джунглях было на удивление спокойно. Все встреченные нами на следующий день имперские патрули подтвердили, что стычек с Лигой давно не случалось. Да самой Пирамиды Тэпа — Храма Тенсеса — добрались без приключений. И только тогда я вспомнил, что когда был здесь в последний раз, на той стороне трепала нервы своим присутствием лигийская армия. Но сейчас лес был пуст. Зато с нашей стороны перед ограждением, отделяющим территорию лагеря Историков, возвышалось несколько армейских палаток, над которыми гордо реял красный флаг со звездой. Слишком скромный лагерь, не тянувший на внушительное представительство Империи, и это мало вязалось с тем, что здесь, тем не менее, находился сам полковник Кровавых. И он был сильно не в духе.
          — Заблудился в лесу, капитан? Я ждал вас еще вчера! Может, тебе компас вместо погон прикрутить?
          — Виноват.
          — Пойдем-ка, надо пообщаться…
          На этот раз к «общению» привлекли не только меня как офицера, но и всю мою группу. Вшестером мы уселись за стол в одной из палаток и выжидательно уставились на Жгута Кровавых. Не просто же так нас сорвали с плато Коба и приказали прибыть именно сюда, тогда как остальные вернулись в центральный имперский лагерь на южном берегу! Внутрь тенью шмыгнул неприметный человечек в форме без отличительных знаков, и судя по тому, как скривился полковник, человечек имел непосредственное отношение к Комитету.
          — Значит, первое. По поводу вашего общения с охотниками на демонов и их послания нам, — начал полковник. — Артефакты Тьмы — это сфера ответственности Комитета. А Комитет не будет их уничтожать. Да и кто поверит этим охотникам? Тем более, когда на кону мощь и сила! И не надо, капитан, так на меня смотреть. Не дорос еще! Второе. Как вы знаете, эта магическая дрянь в Пирамиде все еще висит и не думает развеиваться. Не знаю, что это за фигня такая, но я эту завесу лично топором потыкал — ничего! Наши маги пытались снять ее каждый день. Однако сейчас мы лишены этой возможности. Историки, точнее, их наемники, всех — и нас, и лигийцев — вежливо выпнули за пределы своего лагеря. Даже дипломатов! И теперь не пускают внутрь. Этого их маневра никто не понял, но теперь, когда выяснилось, что артефакты скупили именно они, все становится гораздо интересней. Так просто спускать им это дело никто не собирается, но генералу Сечину нужно время, чтобы привести сюда наши войска.
          Полковник прервался, чтобы глотнуть воды. А я переваривал его слова. Значит, дело принимает совсем уж серьезный оборот! Сечин не хотел вести армию к Пирамиде даже когда лигийцы привели сюда свою! Тогда он положился на Историков, считая, что Лига не захочет портить с ними отношения и не начнет боевые действия, пока они здесь. Но теперь Историки перестали быть нейтральной стороной, и у Империи, как, впрочем, и у Лиги, вдобавок к одному противнику неожиданно добавился второй.
          — А теперь, внимание, важный момент, — продолжил полковник, и так пристально уставился на меня, что стало понятно — сейчас будет самое интересное. — Если начнется бой с Историками, а еще и, не приведи астрал, Лига припрется, а что-то мне подсказывает — она обязательно припрется, то Пирамида может пострадать! Вы понимаете, какими последствиями это пахнет? Это же Храм Тенсеса, там его Искра! Лишиться бессмертия Империя позволить себе не может даже с учетом того, что и у Лиги его не станет тоже.
          Он замолчал. И мы не знали, что сказать, поэтому переглядывались и ждали продолжения.
          — И че терь делать? — в конце концов озвучил Лоб основной вопрос.
          — Кхм, — подал голос неприметный человечек, вдруг решив тоже сесть с нами за стол. — Вынужден признать, что у нас пока нет четкой позиции на этот счет. Однако сейчас речь не об этом. Вы, товарищ капитан, утверждаете, что разговаривали на Эльджуне с духом Тенсеса. Это так?
          — Да.
          — Что он вам сказал? Постарайтесь припомнить дословно.
          — Вы смеетесь? Могу только передать общий смысл.
          — Тогда может вы позволите мистикам вмешаться, чтобы вытащить эту информацию из вашей головы?
          — Конечно, нет.
          — Товарищ капитан, Империя может подумать, что вам есть что скрывать.
          — Неприкасаемость сознания — мое законное право. Понимаю, что вы не слишком-то усердно его соблюдаете, но…
          — Отнюдь. Я же сейчас спрашиваю вашего разрешения.
          — Вы его спрашиваете только потому, что без него не можете залезть ко мне в мозг, ведь я плохо поддаюсь магии разума. Я не знаю, кто вы, но не пытайтесь делать из меня дурака. Я не преступник, и ковыряться в своих мозгах не позволю!
          — Ну что вы, капитан, никто не считает вас преступником. Не нужно агрессии. Постарайтесь вспомнить, что именно сказал вам Тенсес.
          Разозленный посягательствами на свою территорию, я не сразу смог сосредоточиться. Мне даже пришлось прикрыть глаза и помассировать виски, помогая себе лучше мыслить.
          — Он сказал, что его Искра давно находится в Пирамиде Тэпа, и что она — залог бессмертия. Но Гурлухсор вместе с демонопоклонниками хочет уничтожить ее. И лишить всех дара воскрешения. Потом еще… вокруг тьма, скверна и порча. То, что было наполнено исцелением и спасением, теперь несет в себе зло и разрушение. Это он про артефакты с плато Коба говорил… Свет превратится в Тьму. И нужно помешать этому. Как-то так.
          — Понятно. А конкретно о вас и вашей роли он что-нибудь говорил?
          «В твоих руках будущее мира… Поспеши…». Эти слова я помнил очень отчетливо.
          — Нет, ничего.
          — Товарищи! ТОВАРИЩИ!
          В палатку ввалился дипломат Анатолий Союзин, и судя по его крайне возбужденному виду, случилось что-то важное. Все сразу подскочили на ноги.
          — Лига напала?
          — Нет… Историк…
          — Историки напали?!
          — Да нет же. Там историк, заместитель Архивина! Он сбежал из своего лагеря. Хочет поговорить. Это очень срочно!
          — Веди его сюда, — распорядился полковник.
          Номарх Инмеркар, оставшийся за главного среди Историков на Асээ-Тэпх после того, как Архивин оказался замурованным в Пирамиде, был мне знаком. Именно он пропустил нас туда на поиски Нефера Ура, ничем, правда, кроме стычки с наемниками, не закончившиеся. Сейчас историк казался нервным и напуганным, что не очень не вязалось с его расой восставших.
          — Господа, — произнес он, как-то несмело войдя в палатку.
          — Надеюсь вы сейчас сообщите нам убедительную причину, почему мы не должны вас арестовать, — холодно сказал человек без погон.
          — Стойте! Мы не виноваты в том, что случилось!
          — Неужели? Нам известно, что Историки приобрели у гоблинов все артефакты Тьмы. Учтите, лично у меня никогда не было к вам доверия. Ради какой-нибудь научной теории вы кого угодно в расход пустить готовы. У Комитета хорошая память и длинные руки. И если вам дороги шестеренки, в ваших же интересах сотрудничать с Империей. Чистосердечное признание смягчает вину.
          — Это все наш председатель, Виссарион Архивин!
          — Архивин заперт в Пирамиде, — хмуро напомнил полковник.
          — Ох, это что-то невообразимое! — принялся заламывать пальцы историк. — Недавно он снова появился в лагере… Появился и тут же исчез вновь, вернулся в Храм! Он даже не поговорил со мной, зато всю власть в лагере передал гоблинам! Сейчас у нас всем заправляет Крут Бараний Рог. Он стал нашим тюремщиком. Историкам запрещено покидать лагерь. Какой позор!
          — И как вы можете это объяснить?
          — Боюсь, другие трактовки невозможны… Председатель Архивин продался демонопоклонникам! Нас, Историков, подставили! Наше имя опозорено! Но главное… Бараний Рог собирается переправить груз артефактов Тьмы в Храм. Говорит, что это входит в контракт…
          — Неожиданный поворот событий. Надо действовать! И немедленно! — взвизгнул Союзин. — Конфисковать груз с артефактами Тьмы!
          — Подождите, — перебил я и обратился к Инмеркару. — Этот гоблин, Бараний Рог, как он собирается переправлять груз в Храм? Он знает, как попасть за барьер?
          — Думаю, с помощью вот этого… — историк выложил на стол небольшой предмет, светящийся зеленым.
          — Что это?
          — Ключ.
          — От барьера?!
          — Нет, барьер преодолеть невозможно, он надежен. Но у Пирамиды не один вход. Я украл этот ключ у гоблинов и сбежал. Мои коллеги помогли мне. Но меня скоро хватятся, да и пропажа ключа не останется незамеченной. Вам нужно поторопиться.

    Sign in to follow this