Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
Автор: risovalkin
Глава 23. Чудовищное перемирие
Зомбированный драконид пнул ногу каменного исполина, но тот даже не шелохнулся. Это, конечно, воодушевляло, но мне все равно было страшно. Каждую секунду я ждал, что если Рам-Шайтан не раздавит меня, то точно испепелит на месте, и воскрешать будет просто нечего. Спина взмокла. Ноги дрожали. Но отступать было поздно.
Я стоял перед огромным големом, задирая голову, чтобы увидеть его целиком: джунская махина поражала воображение своей монументальностью и вызывала благоговение. И снова мне стало грустно от осознания того, во что превратилась эта великая раса. Это невольно заставляло думать о нашей собственной судьбе.
Стараясь абстрагироваться от непрошенных мыслей, я тряхнул головой, гордо расправил плечи — помирать, так с честью! — и зашагал мимо голема к магическим вратам с такой уверенностью, которой на самом деле не ощущал и в помине. Надеюсь, Святой Плам меня не оставит. Магическая пелена, скрывавшая от меня таинственный Мертвый город, струилась, как астрал, закручиваясь спиралью. Мне показалось, что от нее веяло прохладой, или это меня бил озноб. Я протянул руку и дотронулся до нее, потому что просто шагнуть туда мне не хватило духу. И правда прохладно.
— Ну, была не была…
Зажмурив глаза, я прошел сквозь врата и замер, прислушиваясь к своим ощущениям. Вроде живой. Меня немного покачивало, словно я находился в воде, да и под ногами не было твердой опоры. Но больше пугало не это, а то странное, сдавливающее грудную клетку чувство опасности.
— Я ждал тебя, смертный.
Рукоять меча под рукой действовала ободряюще, и поэтому я заставил себя открыть глаза и оглядеться.
С паникой, охватившей меня в одно мгновение, мне в общем-то удалось справиться. Открытый астрал бушевал вокруг, и я, барахтающийся в прозрачном пузыре, в полной мере ощутил свою ничтожность, но все же сумел взять себя в руки. А вот существо передо мной ничтожным себя точно не ощущало. Более того — оно казалось здесь на удивление уместным.
— Кто вы?
— Мое имя — Сарн! Я здесь, чтобы поговорить с тобой.
Если б я не болтался в невесомости, то точно бы упал. А так у меня просто на некоторое время пропал дар речи.
— Бог? Тот самый? — неуверенно проблеял я, когда мой язык отклеился от неба. Помнится, наша первая и последняя встреча прошла не на дружественной ноте.
Существо не походило на ни на старика, ни на юношу с крыльями, ни на паукообразного монстра, которых я видел в городе Демонов. Оно имело сходство скорее со спрутоглавом, разве что меньших размеров. Но оно говорило со мной, а значит это точно был не демон… Наверное.
— Я знаю, ты служишь моему давнему врагу — Нихазу. Поэтому я и обращаюсь к тебе! Прямого пути в Мертвый город больше нет. Он перекрыт безумцами, которые посмели отвергнуть всех богов, а теперь надеются обмануть сам рок. У них это не получится, можешь, не сомневаться. Рано или поздно или я, или мой верный враг уничтожим их. Но время, время… У нас его почти нет.
В глубоком, пронизывающим до костей голосе была печаль. Если бы не устрашающий внешний вид, я бы даже проникся. Но я все еще куклой беспомощно болтался в пузыре, а Сарн нависал надо мной — большой и с виду вполне свободный.
— Я думал, вы… пленник.
— Пленник… это ненадолго. И не думай, что снова сможешь мне помешать, смертный.
— Где первый раз, там и второй, — буркнул я исключительно из чувства протеста, хоть и не очень уверенно и не особо громко.
— Если бы я не остановил твой полет сквозь астрал, — продолжил Сарн, — ты оказался бы на Блуждающем острове, благодаря появлению которого и нарушилась работа древней портальной сети. Мои верные последователи, которых вы, неразумные, клеймите как сумасшедших, уже прибыли на Блуждающий остров, на котором сохранился последний портал в Мертвый город. К сожалению, предатели успели туда раньше нас, и их значительно больше. Мои бойцы сильны, но даже им не под силу расправиться с врагом одним ударом.
— Предатели — это червелицые и дракониды? Что вам всем нужно в Мертвом городе?
— Я знаю, что. И Нихаз тоже это знает. И наверняка ему не по нраву то, что случится, если червелицые и дракониды исполнят задуманное. Я предлагаю твоему Владыке перемирие.
— Он мне не владыка. И разве между вами не вражда?
— Вражда не означает ненависти. Вражда — всего лишь одно из состояний изменчивой реальности. Перемирие временное, конечно же. Рано или поздно мы сойдемся с ним в бою. Но прежде мы вместе уничтожим всех драконидов, червелицых и тех, кто стоит за ними. Негоже смертным замахиваться на то, что они не в силах понять. Передай это Нихазу. Он поймет.
После этих слов все вокруг померкло и я провалился в пустоту. Испугаться, впрочем, я не успел, внезапно очутившись перед Цитаделью. Земля под ногами была твердой, небо над головой ужасающе красным, но и то, и другое показалось мне привычным и от того успокаивающим. Сейчас я уже не мог с уверенностью сказать, не привиделся ли мне разговор с Сарном, слишком уж это казалось невероятным. И все же я ускоренным шагом вошел в Цитадель и поднялся к Гласу Владыки, потому что не знал, куда еще идти.
Маленькое драконоподное существо стояло на своем постаменте в окружении своей свиты, которую я уже стал воспринимать как декорацию. Быть может, это и в самом деле неживые куклы? Подумать над этой мыслью у меня не было времени, так как возле постамента с очередной газетой в руках стоял Нихаз. При моем появлении он поднял взгляд и изобразил что-то вроде легкого удивления, но я почему-то был уверен, что он ждал меня. Более того, ему не терпелось увидеться со мной и поэтому он «случайно» оказался здесь.
— Я видел Сарна! Или демона, который говорил от имени Сарна! — крикнул я на ходу, не тратя времени на приветствие. — Он предлагает временный союз!
Нихаз изобразил еще более ярое удивление, но возможно на этот раз оно было искренним. Я пересказал ему произошедший разговор, который по непонятным причинам его обрадовал. Во всяком случае я явственно читал в глазах Нихаза заинтересованность и веселье.
— Мед лжи всегда сладок, но не дай ему затуманить твой разум! — произнес он. — Адепты Сарна — безумцы и самоубийцы. Они ненавидят этот мир и пытаются уничтожить. Никогда об этом не забывай. И все-таки… Пожалуй, я приму это предложение!
— Примите? — удивился я.
— Тьма и Свет… давненько у нас не было общих забот. Поверь, это будет интересная игра, хе-хе. Сарн пытается обойти меня… Что ж, он еще поплатится за это. Пока же наши интересы совпадают. Подлые предатели, червелицые и дракониды, решили поиграть в повстанцев, но ни в коем случае нельзя позволить им ворваться в Мертвый город!
— Сарн сказал, что путь туда преградил Блуждающий остров.
— Еще один осколок Гипата, покрытый старыми руинами. Червелицые и дракониды уже там, и они рвутся к порталу. Да-да, на Блуждающем острове есть еще один портал. И он тоже ведет в Мертвый город. К несчастью, нас опередили не только предатели, но и демонопоклонники — последователи Сарна. Сидят в своем лагере, как стадо баранов, и дрожат. Ничего сами сделать не могут, даже дорогу себе расчистить.
— То есть эта информация — вовсе не новость, а я то думал… — буркнул я.
— Отправляйтесь к ним. Пусть выполняют волю своего любимого бога Света, а заодно помогут нам остановить предателей. Делать грязную работу чужими руками — всегда приятно. А я пока позабочусь о том, чтобы наши «друзья» не натворили глупостей. Иди!
В очередной раз ощущая себя лабораторной мышью, которая бежит по лабиринту и бьется о стены в поисках выхода, я понуро побрел к причалу. Конечно Нихаз все знал. И что за порталом на Фронтире нет входа в Мертвый город, и что все наши усилия тщетны. Наверное, ему весело наблюдать за своими подопытными и периодически больно тыкать в нас электрической палочкой, чтоб не расслаблялись.
Едва я вышел из Цитадели, как меня тут же сцапала Варвара из Сиверии, и на этот раз прикрыться мне было некем.
— Вас следовало бы арестовать за вашу подрывную деятельность, товарищ майор! — сказала она, перестав изображать блаженную святошу.
— Выходите из роли, товарищ Варвара, или как вас там.
— Скажите спасибо вашим былым заслугам…
— Спасибо.
— …а то бы… Эх, ладно, к делу. Доложите об обстановке, майор! Вы смогли подобраться к вратам, которые охранял джунский голем?
— Смогли. Но Мертвого города за ними нет, так что мы зря старались. Битая карта — так можете и отрапортовать.
— Понятно, — поджала губы Варвара. — Что ж, не все пути приводят к цели. А о строительстве удалось что-нибудь узнать?
— Нет.
— Совсем ничего? Очень странно! А лодки с грузом продолжают отчаливать в неизвестном направлении… О чем это говорит? Что это наверняка что-то очень важное, если даже тебя, любимчика Режиссера, в это не посвящают!
— А может наоборот — слишком незначительное?
— Тонны оборудования не могут быть незначительными! — покачала головой Варвара. — Что-то происходит, но Нихаз не спешит с нами этим делиться. Быть может, готовится финальный аккорд?
— Может быть.
— Есть еще новости?
— Есть. Нихаз хочет заключить временный союз с демонами против червелицых и драконидов.
— ЧТО?!
— Вот именно. Я направляюсь на какой-то… Блуждающий остров. Не знаю, что это и где, но предположительно, последний вход в Мертвый город именно там. На этом все.
Не дожидаясь, когда Варвара завалит меня уточняющими вопросами, я чуть ли не побежал к причалу. Нужно как можно быстрее добраться до своих, пока они не сделали ничего такого, что разрушит на корню едва успевшее начаться перемирие. Я еще толком не успел осознать, как это — быть с демонами и демонопоклонниками на одной стороне, хоть и временно. Понимание этого невероятно факта доходило до меня постепенно, волнами, все больше приводя в ужас. Мы в союзе с демонами! Теми самыми, которые…
— Карр!
— Ну наконец-то! Ты где была, пернатая?!
Фея уселась мне на плечо и как-то по родному прижалась к моей щеке.
— Кар!
— Полезай-ка, нас ждет небольшое путешествие.
Засунув сороку за пазуху, чтобы она ненароком не вывалилась в астрал, я снова уселся в лодку. Путь до Фронтира, а потом прогулка до портала с замершим возле него стражем, заняли у меня прилично времени. Сам аллод как опустел, и я никого не встретил по дороге, зато возле моста, ведущего к Рам-Шайтану обнаружились наемники во главе с Окороком, оторопело уставившемся на меня.
— Не понял. А ты как тут? Мы ж тебя того… в Мертвый город отправили!
— Мертвого города там нет. А где остальные?
— Так это… следом за тобой пошли, гы! Махина эта не шевелится, ну мы и… я бы сам махнул, но не мог лагерь бросить… Куда же они тогда все подевались? — Окорок вытянул шею, заглядывая мне за спину. — За тобой идут что ли?
— Хороший вопрос. Наверное телепортировались на Блуждающий остров.
— На какой еще блуждающий… — начал Окорок, но я уже бегом летел к порталу, прыгнув в него не задумываясь.
На это раз мои ноги сразу почувствовали твердую опору. Я стоял на жухлой траве под пасмурным небом, окруженный липнущим к земле туманом. Неприятное место. Сыро, промозгло, и видимость на десять шагов максимум. Казалось, что там дальше, за туманом, ничего не существует. Сплошная пустота. Фея сразу вылезла из запазухи и куда-то упорхнула, и когда я остался один, мне на секунду вдруг стало так жутко, что все тело окаменело. К счастью, до ушей донеслись чьи-то голоса, и я, стряхнув наваждение, пошел на этот спасительный звук.
Нет, земля через десять шагов не закончились, а разговор стал громче, и я даже различил голос сначала Лизы, а потом и спорящего с ней Орла.
— …не можем просто так вломиться к демонопоклонникам!
— Нет, можем!
— Пойми, их слишком много! Нам нужен план.
— Пока мы тут будем сочинять план, эти психи съедят Ника на ужин!
— Ну это вряд ли, — подал голос я.
— Никита?!
А вот и Матрена. Силуэты выплывали из тумана постепенно, и я не мог сосчитать, сколько нас всего. Наемники, Хранители… Лоб тоже был здесь.
— А Миша где?
— Я тут. Что происходит?
— Сначала вы, — качнул головой я.
— А что рассказывать? Мы телепортировались сюда через портал, — сказал Орел, — твоих следов не обнаружили. Осмотрелись, нашли лагерь демонопоклонников и решили, что ты там. Лиза тебя спасать не собиралась!
— Я сказала, что нам нужен план!
— В общем, если это и есть Мертвый город, то он больше похож на Мертвые холмы.
— Это не Мертвый город, но здесь есть ведущий в него портал.
— ОПЯТЬ?! — послышалось сразу несколько голосов со всех сторон и раздалось возмущенное цоканье.
— Показывайте дорогу в лагерь демонопоклонников, — вздохнул я.
— А план?
— Мы не драться идем. У нас перемирие. Нет, я не шучу, не смотрите на меня так! Пошли, по дороге я все расскажу…
Нас было ровно сорок боевых единиц, из которых восемь наемников от Окорока, трое вольных Искателей из Лиги, двадцать два присланных из Ока Хранителя (часть из которых наверняка были комитетчиками), и один зачем-то затесавшийся к нам Историк. Компания вполне достойная, но демонопоклонников оказалось больше, так что то, что мы шли к ним с миром, было очень кстати.
Не все приняли мой рассказ с энтузиазмом. Кто-то был категорически против этого чудовищного перемирия со старым врагом, кто-то считал, что это ловушка, и даже в моей команде не было единодушия.
— Мне не нравится эта идея, — ворчал Орел. — Совсем не нравится.
— Вспомните, среди демонопоклонников были очень известные личности! У нас есть уникальная возможность узнать, что заставило великих деятелей Империи перейти на сторону демонов, — убеждала Матрена.
— Власти захотелось, — предложил Лоб.
— Или богатства, — добавила Лиза. — А сумасшедшим даже не нужны причины. И не думайте, что среди «великих деятелей» нет тех, у кого поехала крыша. Может они как раз и тронулись умом от своих великих деяний!
— Причины могут быть разные, но, думается мне, информация по ту сторону баррикад будет не лишней. Если удастся узнать хоть что-то об их мотивации, это поможет нам в дальнейшей борьбе, — покачал головой Миша.
— И все равно мне не нравится эта идея…
Словом, пришлось устроить что-то вроде голосования. С небольшим перевесом победила дружба, и мы продолжили путь в логово демонопоклонников, хоть я и опасался диверсий со стороны оставшихся в меньшинстве несогласных.
Шли мы открыто, демонстративно показывая пустые руки. Не понять, что мы идем с миром, было невозможно, но от сумасшедших можно ожидать чего угодно, поэтому все находились в напряжении. Ситуацию ухудшал туман, но я надеялся на помощь мистиков, которые не пропустят опасность. И также надеялся, что с той стороны мистики тоже есть. Нервы натягивались все сильней, и когда мы уже были совсем близко, кто-то из наемников, не выдержав, крикнул:
— Эй, есть кто живой?! Не стреляйте!
— Там кто-то есть, — сказала Лиза, остановившись.
Мы тоже все встали, и вскоре нам навстречу из тумана выплыла фигура в балахоне — судя по скрипу металла, это был восставший Зэм. Я подавил желание схватиться за меч и очень надеялся, что и у остальных хватит силы воли не порубить этого предателя.
— Прислужники Нихаза! С кем из вас говорил Светозарный Сарн?
Я сделал два шага вперед.
— Со мной.
— Ты… Конечно же ты. Запомни этот момент навсегда! Сам Создатель, Бог Света явил тебе свою суть! Редко кому из непосвященных выпадает такая милость. Ты даже не представляешь, какой шанс открывается тебе, недостойному творению Сарна, посмевшему поднять руку на Бога!
Проглотив «недостойное творение Сарна», я подошел ближе к восставшему и произнес:
— Меня зовут Никита Санников. Мы не в восторге от союза с вами, но у нас есть общий враг. Дракониды и червелицые объявили нам войну и нам стоит объединить усилия… на время.
— Это священная война! Мое имя — Семер Хнеф, и вот так вот сразу я не позволю вам встать рядом с нами плечом к плечу. Ежели вы желаете сражаться под знаменем Света, то принесите сперва Клятву Света нашему Всеблагому Отцу.
— Что?!
— Поклянитесь также в верности племени демонов — этому самому юному, самому прекрасному, самому совершенному творению Лучезарного Сарна. Многие столетия неразумные создания Сарнаута не понимали этого. Сколько всего нам пришлось пережить, прежде чем открылась простая истина — с демонами нельзя воевать, им надо служить. Клянитесь! И пусть поглотит вас астрал, если когда-нибудь вы преступите Клятву! Я готов внимать.
— Не собираюсь я клясться!
— Клятва Света — непростой шаг для того, кто желает познать Истину, а не хитроумную ложь Владыки Тьмы. Впрочем, это лишь первый шаг на полном испытаний пути постижения Истины.
Сдержав все нецензурное, что вертелось на моем языке и рвалось наружу, я, глубоко вдохнув и медленно выдохнув, просто развернулся и пошел обратно.
— Не будем между нами мира никогда! — сказал я в ответ на вопросительные взгляды.
— Никита…
— Нет! Я не буду им клясться в верности! Ни за что! Если хотите — вперед, а я умываю руки.
— Давайте я попробую с ним поговорить, — вызвался наш старый знакомый с усами.
— Ты не только пловец, но и дипломат? Валяй, — пожал плечами я.
Усатый подошел к Семеру Хнефу и они о чем-то заговорили. Я не то, что не хотел слышать их разговор, но даже отвернулся, чтобы и не видеть, но голос восставшего все равно долетал до моих ушей.
— …только верным своим слугам Бог Света обещал Спасение. Рано или поздно вы это поймете, и встанете на нашу сторону не по необходимости, а по собственной воле. А что до остальных… Неразумные существа, одно я могу сказать! Теперь же услышьте клятву того, кто избран для новой жизни. Того, кого ждет новый мир! И мы, верные слуги Сарна, самой жизнью своей приближаем мгновение, когда стены темницы нашего повелителя падут, и неверные растворятся без следа в астрале, а верные будут жить вечно в новом мире, полном Света и блаженства…
— Какой бред, мама дорогая, какой же это бред, — бормотал я, борясь с желанием заткнуть уши.
Ответов усатого я не слышал, он говорил очень тихо, зато Семер Хнеф, кажется, задался целью донести до всех присутствующих свои слова.
— …о, Великий Сарн, вразуми же заблудшие существа, что стоят сейчас предо мной! Освети их существование, открой им путь Истины! Ты направил их сюда, ты избрал их! Да будут они новыми солдатами твоего Святого Воинства! Да не причинят ему зла дети твои — Демоны! И да свершится все то, что замышляешь ты, Великий Сарн, Бог Света, Создатель всего сущего — как живого, так и мертвого. Мы верные слуги твои, мы благодарные твои дети! Освети же наш путь, и да покарает нас гнев твой, если замыслим мы недоброе против тех, кто пришел сюда по твоей воле…
Когда через несколько минут восставший в балахоне все же позвал нас за собой, что означало успешное завершение переговоров, я даже испытал разочарование. Что ж, значит перемирию все-таки быть. Переглянувшись, мы двинулись за Хнефом, поплывшим в своем балахоне куда-то в туман.
— Мудростью своей Великий Сарн послал нам вас. И послал весьма кстати… За этот остров, покрытый обломками некогда великого города, идет кровопролитная война. Каждый боец на счету! — продолжал он свои мантры на ходу. — Я верю вам, но все же нет достойней обета, чем тот, который подтверждают славные дела. Мы, сила Света, адепты Сарна, выполняем здесь высочайший наказ — уничтожить червелицых и драконидов. Мутантов и выродков, предателей Создателя и самой природы! Если ваши сердца чисты, если вы на стороне Света, то мы поможем вам найти путь, что ведет с Блуждающего острова. Этот осколок суши нарушил портальные связи, но мы знаем, как найти дорогу среди этого мрака… Да пребудет с нами Сарн!
Логово демонопоклонников находилось совсем недалеко, но его очертания так же скрывались в густом, нервирующем тумане. Внутрь нас всех не впустили. Большая часть новоприбывших осталась ждать снаружи возведенных на скорую руку укреплений, и только двое удостоились чести войти в лагерь: я, потому что со мной говорил «Светозарный Сарн», и усатый, потому что принес клятву верности Хнефу, отчего безвозвратно упал в моих глазах.
Множество зажженных факелов рассеивали туман, что позволяло хорошенько осмотреться. Внутри я ожидал увидеть что-то необычное, даже извращенное, потому что у умалишенных фанатиков не может быть ничего нормального! Но лагерь оказался обычным палаточным городком, который отличали разве что намалеванные повсюду бордовой краской иероглифы и изображения демонов. Я даже немного расстроился, как будто не подтвердившиеся ожидания могли как-то повлиять на мое отношение к этому месту и его обитателям.
Семер Хнеф повел нас к одной из палаток, продолжая бубнить что-то про Сарна. Остальные демонопоклонники изо всех сил делали вид, что мы им нисколечко не интересны, и продолжали заниматься своими делами, но я все равно чувствовал на себе украдкие взгляды. Мы же любопытства не скрывали и вертели головами во все стороны.
— Это что, драконидские яйца? — усатый ткнул пальцем в кладку, заботливо разложенную на подушке из скошенной травы и огороженную со всех сторон большими камнями.
— Хоть мы сейчас и воюем, но неспокойна моя душа за драконидов. Я все думаю — неужели нет совсем никакой возможности озарить их непутевую жизнь Словом Сарна?
— Хотите завлечь их в свою секту с самого рождения? — не удержался я.
— Коварство пустило глубокие корни в сознание взрослых драконидов. Да, мы хотим попытаться поработать с молодняком. Самим взрастить и вскормить дюжину чешуйчатых малышей, с детства выпестовать в них любовь и почтение к Сарну! Заодно и узнаем, что же в каждом существе важней: голос крови или воспитание.
— Интересный эксперимент, — дипломатично сказал усатый, и мне захотелось дать ему по морде.
— Я убежден, что нам удастся открыть их сердца Сарну! — горячо поддержал Хнеф. — Смотрите, какие славные, крепкие яйца! Я уже вижу забавных чешуйчатых малышей, снующих по лагерю и восхваляющих Сарна!
— А кто же высиживает яйца?
— Я отдал их на попечение семейке Умелых. Все равно они с демонами целый день возятся, глядишь, и как драконидов вывести сообразят.
— Занятно! А червелицых вы не пытались перетянуть в свою веру?
— Эти глупцы слепы и глухи! Мерзкие подземные черви, недостойные святого Слова Сарна! Однако, вынужден признать, их прислужники големы — очень любопытные создания. Механика соединяется в них с магией, собственно, как и в нас, Восставших. Изучая их, можно обнаружить много интересного…
Меня начало подташнивать от этой светской беседы, и я вмешался, чтоб перевести разговор в более продуктивное на мой взгляд русло:
— Как на счет боевой обстановки? Вы сталкивались с червелицыми и драконидами напрямую?
— О, да, — Семер Хнеф сразу сдулся, как воздушный шарик. — Враги Света захватили все важные рубежи. День и ночь не прекращаются атаки. Но все наши попытки тщетны! Как только чуть дальше получается продвинуться у армии Света, враг дает отпор — и мы откатываемся назад. Солдаты приуныли, и вот уже сами полководцы больше не рвутся в бой. Я призывал все мужество Света, все вдохновение святой ярости — ничто не помогает. Я в отчаянии, если честно.
То, что демонопоклонники в отчаянии, для меня не стало плохой новостью. Я уже открыл рот, чтобы съязвить что-нибудь на этот счет, но тут краем глаза уловил чей-то настолько внимательный, пронзительный взгляд, что не обратить внимание на него было невозможно. Повернув голову, я увидел ангела: белокурая девушка неотрывно глядела на меня с таким удивлением в своих огромных голубых глазах, будто ее очам явился Бог.
— Здравствуйте, — тихо сказала она, встретившись со мной взглядом, но тут же смутилась и, отвернувшись, поспешила скрыться.
— …все-таки я верую в то, что есть надежда. Она сейчас предо мной, — продолжал тем временем Хнеф. — Подумайте, ведь не просто так Сарн направил вас сюда. Пути его неисповедимы, я могу лишь попытаться прозреть их. И я думаю, именно вы и ваши друзья сможете воодушевить наших полководцев, полить бальзамом надежды их измотанные души, показать своим примером, как надо сражаться! Прошу сюда.
Он приоткрыл полог одной из палаток и мы вошли в полумрак. Когда глаза немного привыкли, я разглядел три сидящие за столом фигуры: орка, человека и…
— Мы теперь союзники! — процедил сквозь зубы усатый, перехватив мою руку, дернувшуюся к мечу.
Я смотрел в пылающие голубым пламенем глаза демона, которые он обратил в мою сторону. Его жуткая физиономия, похожая на обтянутый синей кожей череп, не исказилась привычной злобой, а руки — совсем как человеческие, но неестественно худые и длинные, — спокойно лежали на столе. Сходство с человеком было очень сильным, и впервые мне показалось, что мы с демонами и впрямь дальние родственники — творение одного Бога, но я поспешил отогнать эту мысль.
— Многие из нас ненавидят тебя, Никита Санников. Многие с радостью убили бы тебя, если бы не наш союз, — произнес Хнеф, наблюдая за моими метаниями, должно быть красноречиво проступившими на моем лице.
— Мы не нарушаем свои обещания! — уверенно заявил усатый и прошел к столу.
Я не стал уточнять, что вообще-то никаких обещаний не давал, и молча проследовал за ним.
— Это наши полководцы: демонами командует их предводитель — Голиаф, остальных ведет за собой генерал Дмитрий Громов. А это наш стратег — Тумак Ярых, — представил присутствующих Хнеф, а затем повернулся к своим соратникам: — Никита Санников вам известен, а это его друг — Артем Сонин!
Ну вот я и узнал имя своего усатого «друга». Значит Хнефу он представился более внятно, чем мне.
Мы сели на предложенные места. Даже союз с Лигой, заключенный когда-то на осколке Язеса, не казался мне такой дикостью как то, что я сижу за одним столом с демонопоклонниками и настоящим демоном! Это было противоестественно. Вероятно, нечто подобное чувствовали и все остальные, и на мгновение повисла пауза, потому что никто не знал, кто должен начать разговор и с чего.
— Значится, объясняю ди… диспозицию. Ну, эта… по-военному значит — куда идти и кого бить, — неловко начал стратег Тумак Ярых — с виду вполне обычный орк, хоть и в пафосных, окутанных магическим сиянием доспехах. — Есть три лагеря, где окопались гады. Червемордые в Болотном проулке — это по левую сторону от развалин в центре аллода. Чешуйчатые заполонили весь Гиблый угол, что по правую сторону. Третий лагерь — Дворцовая площадь на севере. Самое-самое логово гадов! И хрен его знает, что нас там ждет. Хотя к гадалке не ходи: ничего хорошего.
— И какова наша стратегия? — спросил я у «стратега».
— Наваливаемся, значится, всем скопом — мы, демоны, вы и ваши друзья — только так, может, еще что и выгорит! Голиаф с демонами вышибают червелицых из Болотного проулка. Громов с остальными штурмуют Гиблый угол. Затем объединяемся и идем буцкать… э… атакуем площадь с разных боков, во!
— Гениально!
— О, Создатель! Не обойди нас своей милостью. Твое воинство так нуждается сейчас в ней! — запричитал Хнеф.
— А вы что скажете? — обратился я к Громову — широкоплечему мужику неопределенного возраста, с бледным лицом и черными волосами, представленному как генерал демонопоклонников.
Он поднял на меня глаза, и я сразу понял, что излишним оптимизмом генерал не страдает: это был взгляд уставшего, полностью выгоревшего человека, которому хочется только одного — чтобы его не трогали.
— Обстановка хуже некуда! Месяцами мы тут уже бьемся, лучших воинов давно схоронили! Много с кем я сражался, столько громких побед одержал во имя Бога Света. Но то, что творится здесь — это выше всякого моего разумения. Каждая пядь земли окроплена кровью, будто сами стены Мертвого города защищают червелицых, а еще и нежить… Нескончаемые орды нежити! Тщетно все… Не стану я больше впустую рисковать! Видит Сарн, если ничего не изменится, я не поведу бойцов в бой. Не желаю, чтобы орды мертвецов ударили нам в спину во время очередного штурма.
После такого признания наступила тишина. Даже Хнеф не рискнул взывать к Создателю, а просто молчал, уставившись в стол.
— Кажется, Голиаф пытается что-то сказать… горы, дракониды, нежить… какая-то дорога, — произнес Сонин, наморщив лоб и в упор глядя на демона, — не понимаю.
— Он пытается сказать, что орды нежити со строем драконидов теснят демонов с Гнилых руин, — пояснил Громов. — Они отступают, гибнут один за другим под ударами. Все их атаки были отброшены! Невозможно пробиться сквозь орды наседающих со всех сторон врагов… Демоны мечтают вернуться домой, в астрал, потому что не видят смысла продолжать эти атаки.
— Так пусть проваливают, — недипломатично фыркнул я.
— Приказ нашего Создателя не позволяет им вернуться, пока задача не будет выполнена.
— То есть вы для Создателя что-то вроде пушечного мяса?
— А кто вы для Нихаза? — ввернул Хнеф.
Я открыл рот, чтобы огрызнуться… и закрыл. Кто мы для Нихаза? Игрушки. Актеры, которых он кидает с одной сцены Спектакля на другую. Да уж, не повезло нам с Богами.
— Хорошо, что на нашей стороне выступают такие бойцы, как вы, — продолжил Хнеф куда мягче, чем можно было ожидать после моего святотатства. — Только жаль, что ложь Нихаза встретилась на вашем пути к Истине раньше, чем Слово Сарна. Но все еще впереди… У вас будет шанс задуматься о том, на чьей стороне правда.
Наверное вид у меня был борзый и агрессивный, потому что Сонин с напором произнес:
— Мне кажется, наши друзья за периметром уже начали волноваться. Вам бы вернуться, товарищ Санников, и успокоить всех, пока мы тут накидаем какой-нибудь план.
Я даже спорить не стал. Резко встал и не без удовольствия вышел вон.
— Бесит, аж трясет.
— Посмотри, как прекрасен астрал, в нем миллионы красок!
Я опустил глаза и увидел трех гибберлингов, валяющихся на земле и с мечтательным видом разглядывающих небо. Должно быть, берег совсем рядом, потому что сквозь тучи то и дело проступали фиолетовые всполохи астрала.
— Астрал дарит успокоение, друг мой, — продолжил один из гибберлингов.
— Может вам пойти и спрыгнуть? Что ж вы тогда торчите на аллоде?
— Аллоды… Хм, это вкрапления грязи, которые нарушают гармонию. Демоны, порождения астрала — самые совершенные существа! Самое зрелое, самое лучшее творение Сарна.
— Лучше гибберлингов?
— Увы…
— Как можно восхищаемся демонами, если они разрушают все живое? — раздраженно спросил я, но гибберлинг только обрадовался вопросу.
— Вот именно! Они и есть ярость, они — сила, они — воля! — ответил он, сев и заглянув мне в лицо. — Они сверхсущества. А разрушение, оно неизбежно. Сарнаут должен быть разрушен! Это его цель и его судьба. И только через разрушение всего мы спасемся!
— Спасетесь через разрушение? Психбольница на выгуле…
— Мы не можем открыть тебе всего. Только если ты самостоятельно дойдешь до понимания открытых нам истин, тогда…
— Все понятно.
Нецензурно послав гибберлингов и всех демонопоклоников в интимное место, я зашагал прочь, но гибберлинг не успокаивался, продолжая говорить мне в спину:
— Твои деяния прославили твое имя на всех аллодах, «герой Империи», но за что ты борешься? Народы Сарнаута мелочны и ничтожны. Просиживать штаны на работе, пакостить соседям и наставлять супругам рога — вот потолок тех, кого ты хочешь спасти. Но достойна ли спасения эта мышиная возня? Следовать Слову Бога Света, посвятить жизнь борьбе за добро — вот истинное величие!
— В уничтожении Сарнаута нет никакого добра, — процедил я, и на этот раз не стал останавливаться ради очередной восхваляющей Сарна сентенции, поспешив убраться из лагеря.
Теперь бесило и трясло с удвоенной силой.
За периметром процветали воинственные настроения и мне пришлось всех успокаивать, хотя у самого меня внутри все кипело. Однако демонопоклонники меня не тронули, и вообще вели себя на удивление дружелюбно. Либо хорошо прикидывались.
— Что-то ты не особо воодушлевен их миролюбием, — скептично сказал Орел.
— Радоваться дружбе с психопатами? Так себе удовольствие…
— Что они сказали? Говорили что-нибудь о своих мотивах? — спросила Матрена.
— Они постоянно несут бред про спасение через разрушение, поют оды Сарну и восхищаются демонами. Считают их совершенной расой! Я даже не знаю, стоит ли искать в их словах хоть какую-то логику.
— Мы должны хотя бы попыта…
— Матрена, я не буду пытаться! Они наши враги — были, есть и будут, и даже это перемирие ничего не изменит!
— Никита…
— Нам нужно тут как-то обустроиться, — грубовато прервал я, не желая продолжать эту тему. — Чувствую, мы тут надолго. Палатки, конечно, никто с собой не взял? Значит кидаем жребий, кто за ними возвращается…
Рекомендуемые комментарии
Комментариев нет