Скоро Зима

Journalist
  • Content Count

    483
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    55

2 Followers

About Скоро Зима

  • Rank
    The Herald

Recent Profile Visitors

6224 profile views
  1. Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 3. Гипатское подполье Целый день мы бегали по поручениям призрачных жителей Поселка, желавших в основном, чтобы их избавили от таких же призрачных опасностей — кабанов, волков, гигантских жаб… К вечеру я готов был уже поубивать всех, кто еще отправит меня куда-нибудь с нелепыми просьбами. Зато мы достали кучу Знаков Избранного, хотя и не имели представления, сколько именно их нужно собрать. А пока что все складировали в рюкзаке Лба. Никаких серьезных угроз перед нами не возникло, пусть окутанный туманом и наполненный духами зверей лес и наводил жути. Впрочем, далеко от Поселка мы не отходили. Все задания крутились в относительной близости. Но все равно пришлось много ходить пешком и все мы порядком вымотались. Жаль, что каждое задание можно выполнить только один раз, иначе мы бы по кругу делали самое простое. — Послушайте, у вас нет в запасе мирры? А то я всю истратил… На Гипат уже опускались сумерки. Мы вшестером сидели на деревянных ступенях, вдыхая чистый воздух, пахнущий приближающимся дождем. Проходившего мимо эльфа, обратившегося к нам с вопросом, я не узнал, но Матрена оказалась более внимательной. — Это вы?! Вас воскресили? — Простите? — Вас убили вчера, в лесу! Только после этих слов, приглядевшись получше, я понял, что это тот самый эльф — первый убитый, которого нашла восставшая Зэм, когда мы направлялись в Поселок. Лоб нес его труп на руках ни один километр! — А-а-а… вот вы о чем! Да, то прекрасное, но несколько мертвое тело было моим. Как видите, я только что из Чистилища. — Надеюсь, вы не собираетесь никому за это мстить? — Нет-нет. Я зла ни на кого не держу, какой в этом смысл? Только если на дракончиков, что объявили тут это псевдо-Перемирие! — Почему, псев… — Не можем мы мирно жить! Все молодые, резвые, оружие в руках, на кольчуги столько золота угроблено. И что нам предлагают? За тенями кабаньими гоняться, да летающих пародий на драконов слушать? Неприемлемо! Разумным существам нужно порой пар выпускать. — Я так не считаю! — упрямо сказала Матрена. Но я внутренне был не согласен с ней. Напряжение копилось, непонимание происходящего только усиливало его, и мне уже хотелось основательно с кем-нибудь подраться. С кем-нибудь осязаемым. Тренировка — вот что мне нужно! Тяжелая, изматывающая, после которой мышцы налиты свинцом, зато в голове пусто и легко. Мне бы это точно помогло разгрузить мозг. Наверное, что-то такое отразилось на моем лице, и даже скорее всего не только на моем, потому что эльф снисходительно заулыбался. — Вы ведь понимаете, о чем я? По блеску в глазах вижу, что да. Скажу по секрету, мы организовали нечто вроде подпольной арены недалеко от Поселка, в самой глуши. Только никому! Жителям Поселка ни слова, дракончикам — тем более. — А как же Путь Избранного? — Путь Избранного — это главное. Я не собираюсь с него сворачивать. Только не надо лишать нас наших маленьких законных шалостей! Ну вот — жизнь налаживается! Матрена, правда, открыла рот, чтобы что-то сказать, но поглядев на наши со Лбом повеселевшие лица, махнула рукой, тем более, что Орел, как ни старался изобразить равнодушный вид, тоже расцвел против собственной воли. Естественно, ни она, ни Лиза не изъявили желания побывать на подпольной арене, всем своим видом выражая отношение к подобным авантюрам. Зато Миша к нам присоединился, и мы вместе с эльфом выбрались из Поселка, когда на улице стало уже совсем тихо. Он повел нас в лес, и это было рискованно, так что я все время держал себя на пике сосредоточенности, но никакая засада в кустах не сидела. Еще издали мы услышали шум и увидели сквозь пелену тумана свет факелов, и вскоре перед нами предстала большая, битком набитая толпой поляна, с огороженной бревнами центральной частью. Множество голосов сливалось в один громкий ор, который, к счастью, поглощал лес, хотя мне все равно казалось, что нас могут услышать. — О! Новые рожи! Славненько! Больше народу — больше мяса! Эта шавка летучая, ну, дракончик которая, не увязалась за вами, точняк? Не хочется мне, чтобы все тут накрылось. — Не, все нормально, — заверил эльф, и встретивший нас на подходе к поляне орк посторонился. — Я тут подумал. Может того, пугал каких вокруг арены расставить? Если вдруг эти крылатые соглядатаи явятся — пугала их напугают. Наверное… — Сомневаюсь. — Ну, а если нет, то пока они разглядывать будут, мы успеем по кустам прыснуть. Короче, не должны они нас накрыть! А то еще, чего доброго, Знаки Избранного поотбирают, кто ж тогда захочет на арене драться? — А сейчас, я гляжу, желающих много, — вставил Орел. — Ага. Форма того… быстро теряется. Надо срочно тренироваться, гы! Бои пойдут — закачаешься! А может, плюнуть на этот Путь и начать здесь на ставках серебришко загребать? Ну его, Ат-Зако этого! Сдох триста лет назад, а разговоров вокруг — мама не горюй! — Сам-то драться собираешься, барыга? — хмыкнул эльф. — Конечно! Так что готовьтесь, малыши, Взмор из Буйных вам накостыляет. Лоб оценивающе оглядел своего соклановца и фыркнул с непередаваемой артистичностью. Мы с Орлом переглянулись. Это будет интересное зрелище! Да я и сам бы попробовал. Орки — опасные соперники, физически они гораздо сильнее людей, зато медленней. И я как раз знал пару хороших приемов, которые неплохо бы и освежить в памяти. На подпольной арене было шумно и весело! Я вспомнил орочьи бои в Незебграде, в которых принимал участие, и даже победил, хоть и не без помощи Командора Хранителей, но тем не менее! А сейчас я и вовсе чувствовал, что мои навыки значительно подросли с того времени. В крови бурлил азарт. Мы постоянно спорили, глядя на то, как сражаются другие. Правил не было, только договоренности, поэтому на арену выходили не только подраться на мечах или в рукопашную, маги тоже мерились силами друг с другом, вызывая бурные аплодисменты зрелищными атаками! Хотя битва двух мистиков стала исключением. — Вот это эпичность, вот это размах, даже кровь стынет в жилах от этой грандиозной схватки! — прокомментировал Орел, глядя, как два мага разума просто стоят. Их бой невидим для глаз. — Выпните их с арены, ну что такое в самом деле? — завозмущался кто-то. — Пусть в Поселке друг на друга пялятся. Все равно никто даже и не просекет, что они дерутся! Который из мистиков победил я в итоге так и не понял. Через некоторое время они пожали друг другу руки и молча удалились, хотя, вполне вероятно, что общение между ними шло самое бурное, просто такое же невидимое, как и их сражение. Орел провел два боя — один голыми руками, другой на кинжалах. Первый проиграл, второй выиграл, чем страшно гордился, потому что все же это не его стезя. Вот в стрельбе он действительно настоящий мастер! Миша прочно занял позицию зрителя, что и к лучшему — еще не хватало, чтобы он спалил тут все своими огненными проклятиями. А вот Лоб рубился на топорах со всеми желающими долго и с удовольствием! Я, полностью погрузившись в царящую вокруг атмосферу, впервые за долгое время ощутил себя свободным от сдавливающей грудную клетку тоски. Все тело горело огнем, руки чесались, и мне не терпелось уже самому схлестнуться с кем-нибудь, хоть на мечах, хоть так. Я заприметил здесь множество очень приличных бойцов, автоматически отмечая их слабые и сильные стороны, придумывая тактику и уже прокручивая в голове свое собственное сражение с ними. Ведь я намеревался остаться победителем этой ночью… Меня убили в первом же бою. Нет, сам бой я выиграл. Но стихийно созданная арена не предполагала ни правил, ни судей, хотя, справедливости ради, моих обидчиков отправили вслед за мной в Чистилище через несколько секунд после того, как арбалетный болт пробил мое тело насквозь. Но об этом я узнал гораздо позже. А пока я, захлебываясь собственной кровью, пытался сделать вдох, не понимая, что произошло. Вот только что я вызвался на бой против весьма умелого прайдена. Победил. Тяжело, долго, но выиграл, отправив гигантскую прямоходящую кошку в нокаут. А потом было рухнувшее на меня чувство опасности. Такое со мной случалось раньше: интуиция взвыла, и, даже не обернувшись, я каким-то образом, каким-то шестым чувством «увидел» летящие в мою голову стрелы. Но на открытом пространстве, где кроме меня и моего поверженного противника больше никого не было, укрыться негде. Чудом я умудрился откатиться в сторону до того, как в моем затылке образовалась пара совсем необязательных дыр. И в то же время я понимал, что уйти с линии огня мне все равно некуда. Нападавших было несколько и последний выстрел достиг цели. В спину. В безоружного. На арене. Во время чужого боя! Дружки прайдена заступились за своего. Хорошо, что я не видел стрелявших крыс — разыскал бы и порубил без возможности воскрешения! Грудь раздирало мучительной болью, но агония не длилась долго. На этот раз умер я гораздо быстрее, чем тогда, в Эльджунском озере. Зато куда более обидно. Там я хотя бы демона прихлопнул! — Я знал, что ты не задержишься среди живых надолго. Есть такой тип людей, да и не только людей, которым прям неймется. Лысый гоблин пялился на меня своими хитрыми глазенками и беззубо улыбался. В Чистилище ничего не изменилось, за исключением того, что на мне почему-то оказалась форма рядового Империи, а в ножнах — типовой армейский меч, вместо подаренного Яскером. Сама же комната была такой же: ни стен, ни потолка, одна только чернота, и лишь впереди, из приоткрытых дверей льется яркий свет, а перед ними неподвижная фигура, опирающаяся на свой меч и равнодушная ко всему вокруг. Безмолвный слуга Тенсеса продолжал нести свой дозор. В этот раз подходить я к нему не стал. — Ну что, воскресать будем, или как? — А можно? — Если мирра есть, чего не воскреснуть? — А если нет? — А если найду? — А если втащу? — Но-но! Ишь ты, грозный какой… Помер, так и нечего на всех злиться! Сам виноват! Вот верну тебя призраком, будешь знать! — И что, я начну как болванчик повторять один и тот же текст? — Чаво? — Ничаво, была у меня где-то мирра с собой… Вот! Возвращай скорее. У меня есть важное дело! — Хе-хе! Твое важное дело уже в очереди на воскрешение стоит… — ГДЕ?! — я заозирался, но гоблин гоготнул и свет стал меркнуть, пока не наступила окончательная темнота. Последнее, о чем я успел подумать, было желание втащить всем оптом: и гоблину, и своему убийце, и слуге Тенсеса за компанию, чтоб не стоял там без дела со своим мечом. — Никита! Вот оно — самое страшное! Я, едва открыв глаза, сразу снова зажмурился. Надо мной склонилось два женских и очень суровых лица. Может еще не поздно притвориться мертвым? Хотя, возможно, Орлу, Мише и Лбу уже влетело по первое число за мою смерть, и меня буря обойдет стороной? — Не вздумай придуриваться, я знаю, что ты живой, я сама лично тебя воскресила! Нет, не обойдет… — Он пытается придумать, как просочиться сквозь доски на первый этаж. И ничего я не пытаюсь! Лежу себе, выздоравливаю… Ай, да кого я обманываю?! Если б все мое тело не ломило от боли, я бы наверное попытался нащупать персональный телепортатор, чтобы уйти в подполье где-нибудь на задворках Империи. И это не позорное бегство, а тактическое отступление перед лицом особой опасности! Не удивлюсь, если Миша с Орлом так и сделали. Из-за моей смерти в итоге мы потеряли два дня. Точнее — я потерял. Один день я валялся мертвым, второй — приходил в себя. Остальные периодически убегали выполнять поручения призраков, но со мной постоянно кто-то оставался на всякий случай. У меня еще ныло в груди и ужасно чесалась кожа под бинтами, но к вечеру я, устав лежать, поднялся на ноги, пока Матрена не видит. Со мной был Миша, и вдвоем мы вышли на улицу. Теплый ветерок приятно обдул лицо и я даже почувствовал прилив сил. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах… — Как же он мне надоел, — поморщился я. — Давай пройдемся. — Если ты надеешься отыскать своих убийц, то за тебя уже отомстили. Не лезь зря на рожон, Ник! — Ничего я не собираюсь, — сказал я, старательно вглядываясь в каждого прайдена. Встречу — убью! — Просто мышцы уже затекли, надо размяться. Мы неспешно поплелись вдоль маленьких домиков, мимо призрачных жителей, улыбающихся нам, как лучшим друзьям. Эрфар-Краснобай был не единственным, кто без конца повторял свою кричалку, нам иногда попадались и другие зазывалы. — …но все мы видим необычную одежду Избранного, его смелое лицо, а главное — у него есть настоящий металлический нож! Такого нет даже у меня. Это явный знак, что перед нами Избранный! Пусть покажет этот нож всем и пусть сам о себе расскажет! — Кто-нибудь пытался их, я не знаю… припугнуть? — спросил я, глядя на то, как очередной призрак выдает медальки выполнившим его задание. — Пугали, уговаривали, обещали золотые горы… Они просто повторяют одно и то же. Им ведь ничего особо не сделаешь — они же призраки! Бесплотная субстанция. Лиза все еще уверена, что это действительно духи людей, но они словно не понимают, что с ними что-то не так. Не понимают, что они мертвы. — При этом они могут держать в руках настоящие, твердые предметы — Знаки Избранного, например. — Я уже думал об этом. Знаки зачарованы. Но главное даже не это! Откуда они появляются? При себе у призраков нет никаких Знаков, иначе понаехавшие «Избранные» разжились бы ими более простым и коротким способом. Возможно, какое-то сильное заклятие невидимости, или телепортация… Трудно сказать. Но так или иначе, тот, кто все это устроил, обладает колоссальными возможностями. — Понятно. А что-нибудь слышно про сам аллод? Насколько он большой? Те, кто давно уже здесь, наверняка облазили его вдоль и поперек. — Не совсем. Южная часть известна, уже даже первые карты появились. А вот что находится севернее — непонятно. Визуально там горы, но подойти к ним не получается, тех, кто пытался, убило электрическими разрядами. Там вообще опасно. Даже относительно недалеко от Поселка лучше не сходить с тропинок. Молнии бьют без промаха и сразу насмерть. — Вот тебе и спокойный, мирный аллод… — Кстати! Здесь солнца нет. Я невольно задрал голову и посмотрел на затянутое белыми облаками небо. Сегодня их было больше, чем в тот день, когда мы только прибыли, но в просветах все равно виднелись насыщенные голубизной лоскуты. Хотя с севера уже тянулись набухающие дождем серые тучи. — Можешь не искать, — сказал Миша. — Я наблюдаю каждый день, но так и не могу понять, где источник света. Облаков становится то больше, то меньше, но они не исчезают совсем. Тени не смещаются. Они всегда размыты и статичны. Как-будто свет льется сразу отовсюду. — Какие-то шутки астрала, — пожал плечами я. — На некоторых аллодах видно сразу несколько солнц. — Да, астрал искажает восприятие. Само по себе это может и не так важно, просто еще один занятный факт в копилку Гипата. В лесу постоянно туман, он не исчезает. А ночью туманом заволакивает весь аллод — по крайней мере ту часть, которая нам известна. — А на первый взгляд все выглядело так мило… — Да, чем дольше тут находишься, тем больше замечаешь деталей. И все уже далеко не так радостно. — Я бы даже сказал, все как-то грустно, — ответил я, почему-то вспомнив про художницу на руинах, прекрасно видевшую за красивой оберткой что-то более глубокое и трагичное. — Надеюсь, не придется просить у Твердолобина амулет храбрости. Смотри, вон тот какой-то недовольный. Подойдем? Хмурый призрак мужчины с густой шевелюрой и такими же пышными усами стоял возле кузни со скрещенными на груди руками. Он отличался от остальных своим неприветливым видом, и нам стало любопытно. — Ишь ты! Избранный пожаловал. Небось, все бесплатно требовать будешь? Так я сразу скажу: кто бы ты ни был, а задарма ничего не получишь! И вообще! Отбери сначала мои вещи и верни мне! — У кого отобрать? — Да у них! У «вольных охотников», как их староста называет. Говорит, это, мол, наши друзья — а они меня обокрали. Если ты меня спросишь, я тебя прямо скажу: разбойники они, а никакие не охотники! Мой подмастерье их увидел, попытался остановить — так его так избили, что два дня работать не мог! — А что унесли? — Много всего, но главное — мои любимые инструменты: шило и резак. Пока Бабуру не вернут украденное, Бабур ничего делать не будет! Инструменты-то мои были железные! Таких вообще больше нигде не найти. А теперь моим, значит, шилом толстуха Атаманша чинит сапоги! А сам Атаман резак зацапал… Понятно. Очередное задание. Наверняка нужно развеять призраки каких-то там охотников. Вечером, когда все вернулись, выяснилось, что наши уже выполняли это задание и получили за него причитающиеся Знаки Избранного. Хорошо, значит нам с Мишей не придется искать, где находятся эти самые охотники. Чувствовал я себя значительно лучше и уже готов был заняться насущными делами. Матрена, тем временем, изъявила желание вернуться в Незебград. Она уже истратила много медикаментов и теперь хотела пополнить свои запасы. Орел решил отправиться вместе с ней, так что на ближайшие день-два мы остаемся вчетвером. Удостоверившись, что я жив и почти уже здоров, а также строго-настрого запретив нам всем появляться на подпольной арене, она телепортировалась следующим утром. Орел исчез следом. Мы же отправились на поиски инструментов кузнеца Бабура, которого все называли «скрягой». Идти пришлось в самом опасном направлении — на север, и во избежание неприятностей шагали мы строго по тропинке. По бокам шелестели листвой карагачи, или, как их называют канийцы, — вязы, цвел боярышник, а чуть дальше стали попадаться сосны и кедры, пропитавшие воздух запахом хвои и напомнившие мне о доме. Лес как всегда кутался в туман, но тропинка была чистой. Где-то рядом журчала река, а вскоре мы прошли мимо небольшого озера. Возле него и расположился лагерь охотников. Палатки, вещи, костер — все было настоящим. И только хозяева мерцали призрачным светом. — Вот они, — сказала Лиза. — Они не опасны. Инструменты появятся, если развеять вон ту разбойницу, у костра. Призраки бросились на меня, едва я подошел ближе, но мне не было до них дела. Я махнул мечом, но еще до того, как указанная Лизой женщина исчезла, заметил рядом небольшой деревянный ящик с инструментами — обычный, осязаемый, ничем не примечательный. Забрал его и с чистой совестью уступил дорогу Мише. — Тут уже есть какие-то инструменты! — крикнул он. — Бери их и пошли! На все про все у нас ушло меньше двух часов. Мы вернулись в Поселок тем же путем и сразу зашагали к Бабуру. Миша отдал инструменты, первым получив Знак Избранного от обрадовавшегося кузнеца. Через секунду инструменты исчезли из его рук и он вновь стал чернее тучи, словно ничего не произошло. — Пока Бабуру не вернут украденное, Бабур ничего делать не будет! Инструменты-то мои были железные! Таких вообще больше нигде не найти. А теперь моим, значит, шилом толстуха Атаманша чинит сапоги! А сам Атаман резак зацапал… — Вот твои инструменты, — сказал я, протянув кузнецу ящик. Бабур хотел было взять его, но ящик скользнул сквозь его руки и бухнулся на землю. Я растерялся. Ведь только что Миша подал ему похожий ящик и Бабур спокойно забрал его! — Это разве мое шило? Это не мое! И резак тоже не мой! Э-э… Ишь ты! Избранный пожаловал. Небось, все бесплатно требовать будешь? Толстуха Атаманша чинит сапоги! Инструменты-то мои были железные! А сам Атаман резак зацапал. Говорит, это, мол, наши друзья — а они меня обокрали. Ишь ты! Избранный пожаловал, а толстуха Атаманша чинит сапоги… сапоги… сапоги… сапоги… С призраком стало происходить что-то странное. Он то становился совсем прозрачным, то появлялся вновь, лицо его задергалось, язык начал заплетаться, а текст заедать, как на испорченной пластинке. Потом он вдруг замер, уставившись стеклянным взглядом в пространство. — Э-э-э… — только и смог протянуть я. Ни Лиза, ни даже Миша не нашлись, что сказать, так же растерянно глядя на остолбеневшего призрака. — Кажись, сломался, — почесал Лоб затылок. — И че терь делать? — Что вы наделали?! — зазвенел прямо в ухо появившийся дракончик. — Мастер Бабур в уме повредился. И все из-за вас! — Можно подумать, до этого с ним все было в порядке, — сказал я, но дракончик не обратил на мои слова внимания. — Как только вам пришло это в голову? Подсунуть ему подделку! — В смысле — подделку? Я отнял эти инструменты у атаманши! — Да? Странно… Значит… кто-то выкрал настоящие инструменты и подсунул фальшивые! Ты видишь, темные силы пытаются сбить тебя с Пути Избранного! Воришки наверняка где-то в Поселке. И я даже кое-кого подозреваю. Ох уж эти гибберлинги! Везде носы свои суют! Попытайся найти настоящие инструменты, а я пока займусь Бабуром. Мы отошли от призрака и порхающего вокруг него дракончика. И пока я размышлял, стоит ли попробовать выполнить задание еще раз, может быть я сумею получить настоящие инструменты, а может они и вовсе остались лежать возле костра призрачных разбойников, как рядом раздалось хихиканье. Троица гибберлингов веселилась, наблюдая за дракончиком и «вышедшим из строя» кузнецом. — Эй! — крикнул я. — Тсс! Один готов! Хе-хе… — Это вы подсунули мне фальшивые инструменты? — Ну не конкретно тебе, кто ж знал, что именно ты сунешься, — ехидно ухмыльнулся один из гибберлингов. — Нам не принципиально! — Зачем вы это делаете? — А вам не надоело таскаться по предгорьям и повторять подвиги Ат-Зако? Был бы он хотя бы гибберлингом… Да расслабьтесь вы! Глядите, как классно все вышло: Бабур бредит, дракончики суетятся. Вот это веселуха! Хоть я лишился законного Знака Избранного, но на самом деле мысль сорвать это идиотское представление мне понравилась. Таинственный Режиссер может крутить нам мозги сколь угодно долго, но если призраков и впрямь можно «сломать», то возможно так мы быстрее узнаем, что тут вообще происходит. — Вас вообще не смущает все это? — продолжили гибберлинги. — Удивительно разросшиеся развалины, призрачные жители твердят одни те же фразы… Кто-то держит нас всех за дурней. И зря! Кстати, мы тут видели орка. Совсем даже не призрачного, а очень даже во плоти и в шерсти! Сначала подумали — имперец, а то, что полуголый, — подумаешь, искупаться в ручье решил. А потом присмотрелись: нет, что-то все-таки не то… Не имперец он, похоже. Дикий какой-то. — Может, торговец, или наемник… — Да демон его знает! Мы вовремя в кусты юркнули и дело с концом… Вот только сдается нам на Гипате есть не только призрачные обитатели, но и очень даже реальные. И им не по нраву наше здесь пребывание. Пока я размышлял над сказанным, гибберлинги куда-то ушмыгнули. Пока что из «реальных» существ мы видели на Гипате только маленьких дракончиков, но это вовсе не говорит о том, что других живых обитателей здесь нет. Кто знает, что скрывает та часть аллода, куда пока никто не смог попасть из-за смертоносной магии? Быть может, местные жители защищают себя таким образом от любопытных туристов, вставших на «Путь Избранного»? И быть может, именно там и находится Вероника? — Ох, как это не вовремя! Из раздумий меня вывел эльф весьма почтенного вида, страшно расстроившийся из-за того, что кузнец Бабур не может ничего сказать. Вившийся рядом дракончик не смог дать ответа, когда призрак вернется в строй, чем разочаровал эльфа еще больше. — Выполняйте пока другие задания, о Избранный… — Но, любезнейший, меня не интересуют задания! — эльф всплеснул руками и, заметив нас неподалеку, зашагал в нашу сторону. — Прошу прощения, вы уже разговаривали с призраком Бабура кузнеца? Вас не затруднит воспроизвести его речь? Как можно ближе к оригиналу, если можно! — Призрак сам должен выдать вам задание, иначе вы не получите Знак, — покачал головой Миша, но эльф замахал руками. — О, нет, я вовсе не собираю Знаки, тут и без меня Избранных больше, чем лесных зверей! — А зачем вам слова Бабура? — Меня зовут Светоний ди Близар, — чуть поклонился эльф. — Я Историк, и всю жизнь собираю легенды об Ат-Зако, но даже мечтать не мог, что однажды окажусь в такой вот обстановке — мифы оживают на глазах. Это потрясающе! Теперь меня интересует одно — как же тут все устроено… И первым делом я хочу проверить, действительно ли легенды воплощаются дословно. Я даже пнул призрачную свинью! — Что, простите?! — Да-да, по легенде именно так поступил Ат-Зако. Но, думаю, он сделал это не со зла — он был хороший человек. Ах, какое это счастье для историка — повернуть время вспять и побывать в том месте, о котором лишь читал. А ведь я совсем иначе представлял себе Поселок! Любая фантазия меркнет перед реальностью. Так вы можете повторить речь Бабура? А то, боюсь, я еще не скоро смогу его послушать. Лиза наморщила лоб, вытаскивая из памяти услышанное, и повторила то, что говорил кузнец — на мой взгляд очень точно. — О, благодарю вас! Разговор немного отличается от того, что приводится в биографиях Ат-Зако, но это и не удивительно. Собранные образцы различных материалов я уже отправил на экспертизу. А свинья… ну, она и на Гипате свинья. Хоть и призрачная. Все эти доказательства я отошлю Найану — пусть разбирается. А у меня тут есть чем еще заняться. Нас эльф крайне заинтересовал. Мы представились, и он с энтузиазмом принялся рассказывать, какие еще расхождения с легендой об Ат-Зако он нашел. Все они не казались мне такими уж значительными, но некоторые мысли Историка все же заставляли задуматься. — Меня очень интересует природа призраков. Я всегда был сторонником гипотезы Зосимы Воисветова. «Искра, дарующая нам жизнь и составляющая суть Дара Тенсеса, не имеет никакого отношения к так называемым призракам, кои есть создания магические и церковной юрисдикции не подлежащие…» — так говорил Зосима. Значит, круг наших поисков существенно сужается. Магия! Ее изучить легче. Я — Историк, а не священник, поэтому хорошо, что призраки — не души. Искры разумных существ — объекты малоизученные. И каждый раз, умирая, я лично боюсь сгинуть насовсем где-нибудь по пути в Чистилище. Кто знает, что там? Магия — это проще, магия — это понятней. — Осталось только выяснить, что это за магия… — Уже! — радостно оповестил ди Близар. — Я проанализировал эманации магии на призрачных волках, кабанах и жабах. Жителей Поселка трогать не стал: не хочу ничем побеспокоить их, мне так нравится этот Спектакль. Да и дракончики неизвестно как к моим опытам отнесутся. Но результаты, я вам скажу, поразительные! Эльф замолчал, выдерживая театральную паузу. Я приготовился услышать что-то невероятное, хотя трудно себе представлял, что меня может поразить, ведь в магии я ни демона не смыслю. — Это магия Света! — торжественно провозгласил Историк, и уставился на нас, оценивая степень произведенного эффекта. — Эти призраки созданы магией Света, святой магией, силу в которой черпает сама Церковь! — Ну-у-у… это ведь неплохо? — с сомнением произнес я. — Если это святая магия, значит ничего страшного не происходит. Она же не может навредить, верно? Она лечит, воскрешает, защищает… — Это так. Однако призванных магией Света призраков я лично вижу впервые. Но я знаю, что надо делать. У меня есть артефакт с плато Коба. Если быть точным, не совсем с плато, но его создали маги не без помощи тамошних артефактов Тьмы. — Разве их не уничтожили лигийцы? — быстро спросил я. Историки на плато Коба проявили тогда себя не с лучшей стороны, и мы уставились на ди Близара с подозрением. — Уничтожили почти все. Это уже перехваченные пиратами останки… Не волнуйтесь, я не сторонник Гурлухсора! Так вот, этот предмет нивелирует магию Света, — эльф достал черный кристалл, сияющий изнутри, и продемонстрировал нам. — Хотелось бы испробовать его на разумном существе, с которым затем можно было бы вступить в контакт. Но в Поселке делать этого нельзя. Может попробовать на тех разбойниках, что стащили инструменты у Бабура? — И какого эффекта вы ожидаете? — Это просто призраки, в худшем случае они просто исчезнут, когда поддерживающая их магия ослабнет. Но вдруг все гораздо глубже, чем кажется? — Что вы имеете в виду? — Пока не знаю. Нужно проверить… Надо ли говорить, что мы, заразившись энтузиазмом, отправились обратно к разбойникам в Предгорье вместе с Историком? Призраки по-прежнему крутились возле палаток вокруг костра, пока что желающих отобрать у них ворованные инструменты не появилось, что и неудивительно — «сломанный» Бабур никого за ними и не посылал. — Давайте вон на той, — я ткнул пальцем в ближайшего к нам призрака — девушку, но ди Близар замотал головой. — Нет, только не на разбойницах! У меня к женщинам… очень трепетное отношение! — произнес он, и направил свой взгляд на двоих мужчин. Одного из них пришлось развеять, чтобы не мешал, а вот на второго Историк направил темный луч из кристалла. Какое-то время ничего не происходило, и призрак, отыгрывая свою роль, вроде бы пытался напасть на нас, а потом он вдруг замерцал, став еще более прозрачным, почти невидимым, и вдруг упал на колени. — А-а-а-а-а-а-а… — завопил он, но звук его голоса был приглушенным и доносился откуда-то издалека. — Спасите… Спасите меня! Мы оторопело уставились на него, не зная, что предпринять. Как можно спасти призрака? От чего? — Освободите меня! Освободите мою душу! Молю, освободите! Мол-л-ю-у-у-у… Он становился все прозрачней, его голос тише, и вскоре на том месте, где он стоял, не осталось ничего. Наступила тишина. — Это… это чего это… — пробормотал Лоб. У меня мысль тоже не формулировалась во что-то более складное, и я продолжал молчать, глядя на то место, где был призрак, словно ждал, что он еще вернется и все объяснит. — Значит, магия Света ослабла, и из призрачного кокона показалась… душа, — в конце концов произнес ди Близар. — И эта душа взывала о помощи! — добавил Миша. — Что же происходит на этом аллоде? Как великая, святая магия Света может мучить души, заключая их в магические темницы? Никогда не слышал ни о чем подобном! Я в полном смятении! — Может… может… мы что-то не так поняли? — проговорил я. — Нет, я не могу идти дальше. Это вне моей компетенции, это превосходит все мои знания… — затряс головой Историк. — И я, честно сказать, боюсь, что моя вера… пошатнется. Полагаю, пришло время обратиться к служителям Церкви. — Думаете, священник тут поможет? — Но мы хотя бы попытаемся! Возвращались в Поселок мы под впечатлением и разговаривали мало. Я и не заметил, как быстро пролетела дорога. Мне хотелось еще раз прокрутить в памяти все случившееся и осмыслить: Тенсес не является источником Святой магии, эту тайну он поведал мне, преждем чем его Искра исчезла, и об этом я никогда никому не рассказывал, старательно поддерживая общепринятую версию. Но одно было неопровержимым — магия Света не причиняла вреда. Благодаря ей лекари лечили даже самые тяжелые раны, более того — с ее помощью воскрешали умерших! Может, Светоний ди Близар что-то напутал, и призраков удерживает вовсе не магия Света? Никаких подтверждений его слов у нас не было! Первым же священником, встреченным нами, оказалась лигийская жрица церкви Света. Ди Близар сразу же окликнул ее, едва мы вошли в Поселок. К тому моменту я уже успел убедить себя, что Историк ошибается, но все равно остановился, чтобы послушать, что скажет жрица Серафима — дородная женщина с румяным лицом, светлыми волосами и добрыми глазами, раздающая мирру всем желающим и благословляющая путников вне зависимости от их гражданства. — Нет, это совершенно невозможно! — воскликнула она с возмущением, когда ди Близар ей поведал обо всем. — Магия Света не предназначена для того, чтобы порабощать Искры и держать их в заточении! — Но ведь… — Вы всего лишь Историк, искатель приключений. Негоже вмешиваться в то, что выше вашего разумения! — отрезала Серафима и зашагала от нас прочь с гордым видом. Историк сник, растеряв весь свой лоск. Сгорбившись, он рассеянно забормотал что-то себе под нос и побрел по Поселку, забыв с нами попрощаться. Мы молча проводили его глазами. Интересно, что бы Матрена сказала на все это? Не придумав ничего лучше, мы снова отправились выполнять задания — подходили к призрачным жителям, которые просили нас с кем-нибудь расправиться или найти что-то потерянное, а взамен давали Знаки Избранного. И даже несмотря на всю странность происходящего, это вскоре стало казаться рутиной. Так продолжалось до тех пор, пока мы, уже ближе к вечеру, не наткнулись на ругающегося авиака. — У каждый земля есть заклятый враг. Где-то медведь, где-то рысь, где-то птиц. На осколок Гипата самый страшный враг быть орк. Дикий-дикий орк. Совсем злой, дурной орк. Законов не признавать, на перемирие чхать, Избранный убивать. — Опять кто-то с кем-то рассорился? — усмехнулся я, проходя мимо и направляясь к очередному призраку. Мы только что развеяли по два десятка кабанов каждый и теперь шли забирать свои честно заработанные Знаки. — Или на арене пришил, — добавил Лоб. — Зачем, арене? За лес, за река! На Гипате главный ценность — прошлое. Я под камень смотреть, под куст смотреть, в река нырять — везде интересный вещь искать. Кому-то глупый булыжник, но для настоящий краевед — подлинный сокровище! А орки мешать! Глупые орки и их древний традиция быть! Авиак, гортанно клекоча и размахивая крыльями, отчего во все стороны летели перья, унесся за ворота, а я притормозил. — О чем это он? — Не знаю. Какие-то орки на него вроде напали… Но меня что-то кольнуло в словах авиака. Орки «за лес, за река»? Я подумал про гибберлингов, подсунувших мне не те инструменты. Они тоже уверяли, что видели на Гипате орка, которого по каким-то своим соображениям посчитали местным. Мой взгляд упал на пушистую троицу, пробегающую мимо. Как же они все похожи друг на друга! И где теперь искать нужных? — Эй, это не вы инструменты Бабура подменили? — крикнул я первое, что пришло в голову. — Какая еще Бабура? — запищали гибберлинги, шарахнувшись от нас в сторону. — Вам чего надо? Думаете, если большие, то обижать всех можете? Идите на гоблинах свою злость срывайте! — Извините, мы ищем гибберлингов, которые видели местного орка… — начал объяснить Миша. — А, орки! Мы к ним с самыми добрыми намерениями, а они… Мало того, что они нам по шеям хорошенько наваляли, так эти дикари еще и отобрали все, что можно было. Мы еле ноги унесли! — Какие дикари? Где?! — Дак, к востоку отсюдова. Вдоль реки если долго идти… Вы вот историю Зака этого прославленного хорошо знаете? — Ну-у… — Вот и мы не очень-то. А вроде бы прославленный герой был. Был да сплыл, впрочем, а вот его сокровища… — Сокровища? — Где герои, там всегда сокровища! Факт. Но вот беда, мы уже все, что могли, обшарили, почти даже до края аллода дошли, куда еще никто не совался, мимо молний прошмыгнули, но ничего примечательного так и не отыскали! Только орков. Обидно, да? — На восток вдоль реки… Вы можете показать дорогу? — Э, не! Что-то дракончики за нами последнее время слишком пристально наблюдают! Аж не по себе становится… Надо сделать серьезный и ничем не занятой вид! — Такое впечатление, что про местных орков знают все, кроме нас, — произнесла Лиза, когда гибберлинги ретировались. — Кажется, мы забегались с этими Знаками и что-то пропустили. Однако, все остальные встречные, кого бы мы ни спрашивали о таинственных орках, смотрели на нас, как на идиотов. Никто больше не видел здесь живых местных, но мысль отправиться вдоль реки на восток уже крепла в моей голове. Может гибберлинги и соврали, но продолжать просто выполнять задания призраков мне лично стало невмоготу. В конце концов, когда мы совсем отчаялись, устало усевшись на деревянные ступени, к нам снова подкатили гибберлинги, и я снова не смог отличить их от других. Сумерки уже сгустились, суета на улицах постепенно успокаивалась и на Поселок опускалась тишина. — Это вы про живых орков спрашивали? — Ну, допустим, мы. — Что, интересно стало, да? А мы вам говорили! — У вас есть что сказать по делу? — строго спросила Лиза. — Слухайте сюда! — заговорщицки зашептал один из гибберлингов, пока двое других судорожно оглядывались по сторонам. — Многие отказываются плясать под дудку дракончиков. Мы не марионетки — нас нельзя дергать за веревочки! Мы отказываемся играть в этом дешевом спектакле! Мы свободные граждане Лиги и… Империи! В общем, не одни мы тут такие. Вместе мы основали подполье. Хотим во всем разобраться: что это за призраки, что за живые орки? Как-то все очень подозрительно. — Тихо! Кажется, дракончик летит, глянь вверх… — Не, показалось. — Так вот, живые орки на Гипате и правда есть! И скоро мы тут выведем всех на чистую воду! Просмотреть полную запись
  2. Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 3. Гипатское подполье Целый день мы бегали по поручениям призрачных жителей Поселка, желавших в основном, чтобы их избавили от таких же призрачных опасностей — кабанов, волков, гигантских жаб… К вечеру я готов был уже поубивать всех, кто еще отправит меня куда-нибудь с нелепыми просьбами. Зато мы достали кучу Знаков Избранного, хотя и не имели представления, сколько именно их нужно собрать. А пока что все складировали в рюкзаке Лба. Никаких серьезных угроз перед нами не возникло, пусть окутанный туманом и наполненный духами зверей лес и наводил жути. Впрочем, далеко от Поселка мы не отходили. Все задания крутились в относительной близости. Но все равно пришлось много ходить пешком и все мы порядком вымотались. Жаль, что каждое задание можно выполнить только один раз, иначе мы бы по кругу делали самое простое. — Послушайте, у вас нет в запасе мирры? А то я всю истратил… На Гипат уже опускались сумерки. Мы вшестером сидели на деревянных ступенях, вдыхая чистый воздух, пахнущий приближающимся дождем. Проходившего мимо эльфа, обратившегося к нам с вопросом, я не узнал, но Матрена оказалась более внимательной. — Это вы?! Вас воскресили? — Простите? — Вас убили вчера, в лесу! Только после этих слов, приглядевшись получше, я понял, что это тот самый эльф — первый убитый, которого нашла восставшая Зэм, когда мы направлялись в Поселок. Лоб нес его труп на руках ни один километр! — А-а-а… вот вы о чем! Да, то прекрасное, но несколько мертвое тело было моим. Как видите, я только что из Чистилища. — Надеюсь, вы не собираетесь никому за это мстить? — Нет-нет. Я зла ни на кого не держу, какой в этом смысл? Только если на дракончиков, что объявили тут это псевдо-Перемирие! — Почему, псев… — Не можем мы мирно жить! Все молодые, резвые, оружие в руках, на кольчуги столько золота угроблено. И что нам предлагают? За тенями кабаньими гоняться, да летающих пародий на драконов слушать? Неприемлемо! Разумным существам нужно порой пар выпускать. — Я так не считаю! — упрямо сказала Матрена. Но я внутренне был не согласен с ней. Напряжение копилось, непонимание происходящего только усиливало его, и мне уже хотелось основательно с кем-нибудь подраться. С кем-нибудь осязаемым. Тренировка — вот что мне нужно! Тяжелая, изматывающая, после которой мышцы налиты свинцом, зато в голове пусто и легко. Мне бы это точно помогло разгрузить мозг. Наверное, что-то такое отразилось на моем лице, и даже скорее всего не только на моем, потому что эльф снисходительно заулыбался. — Вы ведь понимаете, о чем я? По блеску в глазах вижу, что да. Скажу по секрету, мы организовали нечто вроде подпольной арены недалеко от Поселка, в самой глуши. Только никому! Жителям Поселка ни слова, дракончикам — тем более. — А как же Путь Избранного? — Путь Избранного — это главное. Я не собираюсь с него сворачивать. Только не надо лишать нас наших маленьких законных шалостей! Ну вот — жизнь налаживается! Матрена, правда, открыла рот, чтобы что-то сказать, но поглядев на наши со Лбом повеселевшие лица, махнула рукой, тем более, что Орел, как ни старался изобразить равнодушный вид, тоже расцвел против собственной воли. Естественно, ни она, ни Лиза не изъявили желания побывать на подпольной арене, всем своим видом выражая отношение к подобным авантюрам. Зато Миша к нам присоединился, и мы вместе с эльфом выбрались из Поселка, когда на улице стало уже совсем тихо. Он повел нас в лес, и это было рискованно, так что я все время держал себя на пике сосредоточенности, но никакая засада в кустах не сидела. Еще издали мы услышали шум и увидели сквозь пелену тумана свет факелов, и вскоре перед нами предстала большая, битком набитая толпой поляна, с огороженной бревнами центральной частью. Множество голосов сливалось в один громкий ор, который, к счастью, поглощал лес, хотя мне все равно казалось, что нас могут услышать. — О! Новые рожи! Славненько! Больше народу — больше мяса! Эта шавка летучая, ну, дракончик которая, не увязалась за вами, точняк? Не хочется мне, чтобы все тут накрылось. — Не, все нормально, — заверил эльф, и встретивший нас на подходе к поляне орк посторонился. — Я тут подумал. Может того, пугал каких вокруг арены расставить? Если вдруг эти крылатые соглядатаи явятся — пугала их напугают. Наверное… — Сомневаюсь. — Ну, а если нет, то пока они разглядывать будут, мы успеем по кустам прыснуть. Короче, не должны они нас накрыть! А то еще, чего доброго, Знаки Избранного поотбирают, кто ж тогда захочет на арене драться? — А сейчас, я гляжу, желающих много, — вставил Орел. — Ага. Форма того… быстро теряется. Надо срочно тренироваться, гы! Бои пойдут — закачаешься! А может, плюнуть на этот Путь и начать здесь на ставках серебришко загребать? Ну его, Ат-Зако этого! Сдох триста лет назад, а разговоров вокруг — мама не горюй! — Сам-то драться собираешься, барыга? — хмыкнул эльф. — Конечно! Так что готовьтесь, малыши, Взмор из Буйных вам накостыляет. Лоб оценивающе оглядел своего соклановца и фыркнул с непередаваемой артистичностью. Мы с Орлом переглянулись. Это будет интересное зрелище! Да я и сам бы попробовал. Орки — опасные соперники, физически они гораздо сильнее людей, зато медленней. И я как раз знал пару хороших приемов, которые неплохо бы и освежить в памяти. На подпольной арене было шумно и весело! Я вспомнил орочьи бои в Незебграде, в которых принимал участие, и даже победил, хоть и не без помощи Командора Хранителей, но тем не менее! А сейчас я и вовсе чувствовал, что мои навыки значительно подросли с того времени. В крови бурлил азарт. Мы постоянно спорили, глядя на то, как сражаются другие. Правил не было, только договоренности, поэтому на арену выходили не только подраться на мечах или в рукопашную, маги тоже мерились силами друг с другом, вызывая бурные аплодисменты зрелищными атаками! Хотя битва двух мистиков стала исключением. — Вот это эпичность, вот это размах, даже кровь стынет в жилах от этой грандиозной схватки! — прокомментировал Орел, глядя, как два мага разума просто стоят. Их бой невидим для глаз. — Выпните их с арены, ну что такое в самом деле? — завозмущался кто-то. — Пусть в Поселке друг на друга пялятся. Все равно никто даже и не просекет, что они дерутся! Который из мистиков победил я в итоге так и не понял. Через некоторое время они пожали друг другу руки и молча удалились, хотя, вполне вероятно, что общение между ними шло самое бурное, просто такое же невидимое, как и их сражение. Орел провел два боя — один голыми руками, другой на кинжалах. Первый проиграл, второй выиграл, чем страшно гордился, потому что все же это не его стезя. Вот в стрельбе он действительно настоящий мастер! Миша прочно занял позицию зрителя, что и к лучшему — еще не хватало, чтобы он спалил тут все своими огненными проклятиями. А вот Лоб рубился на топорах со всеми желающими долго и с удовольствием! Я, полностью погрузившись в царящую вокруг атмосферу, впервые за долгое время ощутил себя свободным от сдавливающей грудную клетку тоски. Все тело горело огнем, руки чесались, и мне не терпелось уже самому схлестнуться с кем-нибудь, хоть на мечах, хоть так. Я заприметил здесь множество очень приличных бойцов, автоматически отмечая их слабые и сильные стороны, придумывая тактику и уже прокручивая в голове свое собственное сражение с ними. Ведь я намеревался остаться победителем этой ночью… Меня убили в первом же бою. Нет, сам бой я выиграл. Но стихийно созданная арена не предполагала ни правил, ни судей, хотя, справедливости ради, моих обидчиков отправили вслед за мной в Чистилище через несколько секунд после того, как арбалетный болт пробил мое тело насквозь. Но об этом я узнал гораздо позже. А пока я, захлебываясь собственной кровью, пытался сделать вдох, не понимая, что произошло. Вот только что я вызвался на бой против весьма умелого прайдена. Победил. Тяжело, долго, но выиграл, отправив гигантскую прямоходящую кошку в нокаут. А потом было рухнувшее на меня чувство опасности. Такое со мной случалось раньше: интуиция взвыла, и, даже не обернувшись, я каким-то образом, каким-то шестым чувством «увидел» летящие в мою голову стрелы. Но на открытом пространстве, где кроме меня и моего поверженного противника больше никого не было, укрыться негде. Чудом я умудрился откатиться в сторону до того, как в моем затылке образовалась пара совсем необязательных дыр. И в то же время я понимал, что уйти с линии огня мне все равно некуда. Нападавших было несколько и последний выстрел достиг цели. В спину. В безоружного. На арене. Во время чужого боя! Дружки прайдена заступились за своего. Хорошо, что я не видел стрелявших крыс — разыскал бы и порубил без возможности воскрешения! Грудь раздирало мучительной болью, но агония не длилась долго. На этот раз умер я гораздо быстрее, чем тогда, в Эльджунском озере. Зато куда более обидно. Там я хотя бы демона прихлопнул! — Я знал, что ты не задержишься среди живых надолго. Есть такой тип людей, да и не только людей, которым прям неймется. Лысый гоблин пялился на меня своими хитрыми глазенками и беззубо улыбался. В Чистилище ничего не изменилось, за исключением того, что на мне почему-то оказалась форма рядового Империи, а в ножнах — типовой армейский меч, вместо подаренного Яскером. Сама же комната была такой же: ни стен, ни потолка, одна только чернота, и лишь впереди, из приоткрытых дверей льется яркий свет, а перед ними неподвижная фигура, опирающаяся на свой меч и равнодушная ко всему вокруг. Безмолвный слуга Тенсеса продолжал нести свой дозор. В этот раз подходить я к нему не стал. — Ну что, воскресать будем, или как? — А можно? — Если мирра есть, чего не воскреснуть? — А если нет? — А если найду? — А если втащу? — Но-но! Ишь ты, грозный какой… Помер, так и нечего на всех злиться! Сам виноват! Вот верну тебя призраком, будешь знать! — И что, я начну как болванчик повторять один и тот же текст? — Чаво? — Ничаво, была у меня где-то мирра с собой… Вот! Возвращай скорее. У меня есть важное дело! — Хе-хе! Твое важное дело уже в очереди на воскрешение стоит… — ГДЕ?! — я заозирался, но гоблин гоготнул и свет стал меркнуть, пока не наступила окончательная темнота. Последнее, о чем я успел подумать, было желание втащить всем оптом: и гоблину, и своему убийце, и слуге Тенсеса за компанию, чтоб не стоял там без дела со своим мечом. — Никита! Вот оно — самое страшное! Я, едва открыв глаза, сразу снова зажмурился. Надо мной склонилось два женских и очень суровых лица. Может еще не поздно притвориться мертвым? Хотя, возможно, Орлу, Мише и Лбу уже влетело по первое число за мою смерть, и меня буря обойдет стороной? — Не вздумай придуриваться, я знаю, что ты живой, я сама лично тебя воскресила! Нет, не обойдет… — Он пытается придумать, как просочиться сквозь доски на первый этаж. И ничего я не пытаюсь! Лежу себе, выздоравливаю… Ай, да кого я обманываю?! Если б все мое тело не ломило от боли, я бы наверное попытался нащупать персональный телепортатор, чтобы уйти в подполье где-нибудь на задворках Империи. И это не позорное бегство, а тактическое отступление перед лицом особой опасности! Не удивлюсь, если Миша с Орлом так и сделали. Из-за моей смерти в итоге мы потеряли два дня. Точнее — я потерял. Один день я валялся мертвым, второй — приходил в себя. Остальные периодически убегали выполнять поручения призраков, но со мной постоянно кто-то оставался на всякий случай. У меня еще ныло в груди и ужасно чесалась кожа под бинтами, но к вечеру я, устав лежать, поднялся на ноги, пока Матрена не видит. Со мной был Миша, и вдвоем мы вышли на улицу. Теплый ветерок приятно обдул лицо и я даже почувствовал прилив сил. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах… — Как же он мне надоел, — поморщился я. — Давай пройдемся. — Если ты надеешься отыскать своих убийц, то за тебя уже отомстили. Не лезь зря на рожон, Ник! — Ничего я не собираюсь, — сказал я, старательно вглядываясь в каждого прайдена. Встречу — убью! — Просто мышцы уже затекли, надо размяться. Мы неспешно поплелись вдоль маленьких домиков, мимо призрачных жителей, улыбающихся нам, как лучшим друзьям. Эрфар-Краснобай был не единственным, кто без конца повторял свою кричалку, нам иногда попадались и другие зазывалы. — …но все мы видим необычную одежду Избранного, его смелое лицо, а главное — у него есть настоящий металлический нож! Такого нет даже у меня. Это явный знак, что перед нами Избранный! Пусть покажет этот нож всем и пусть сам о себе расскажет! — Кто-нибудь пытался их, я не знаю… припугнуть? — спросил я, глядя на то, как очередной призрак выдает медальки выполнившим его задание. — Пугали, уговаривали, обещали золотые горы… Они просто повторяют одно и то же. Им ведь ничего особо не сделаешь — они же призраки! Бесплотная субстанция. Лиза все еще уверена, что это действительно духи людей, но они словно не понимают, что с ними что-то не так. Не понимают, что они мертвы. — При этом они могут держать в руках настоящие, твердые предметы — Знаки Избранного, например. — Я уже думал об этом. Знаки зачарованы. Но главное даже не это! Откуда они появляются? При себе у призраков нет никаких Знаков, иначе понаехавшие «Избранные» разжились бы ими более простым и коротким способом. Возможно, какое-то сильное заклятие невидимости, или телепортация… Трудно сказать. Но так или иначе, тот, кто все это устроил, обладает колоссальными возможностями. — Понятно. А что-нибудь слышно про сам аллод? Насколько он большой? Те, кто давно уже здесь, наверняка облазили его вдоль и поперек. — Не совсем. Южная часть известна, уже даже первые карты появились. А вот что находится севернее — непонятно. Визуально там горы, но подойти к ним не получается, тех, кто пытался, убило электрическими разрядами. Там вообще опасно. Даже относительно недалеко от Поселка лучше не сходить с тропинок. Молнии бьют без промаха и сразу насмерть. — Вот тебе и спокойный, мирный аллод… — Кстати! Здесь солнца нет. Я невольно задрал голову и посмотрел на затянутое белыми облаками небо. Сегодня их было больше, чем в тот день, когда мы только прибыли, но в просветах все равно виднелись насыщенные голубизной лоскуты. Хотя с севера уже тянулись набухающие дождем серые тучи. — Можешь не искать, — сказал Миша. — Я наблюдаю каждый день, но так и не могу понять, где источник света. Облаков становится то больше, то меньше, но они не исчезают совсем. Тени не смещаются. Они всегда размыты и статичны. Как-будто свет льется сразу отовсюду. — Какие-то шутки астрала, — пожал плечами я. — На некоторых аллодах видно сразу несколько солнц. — Да, астрал искажает восприятие. Само по себе это может и не так важно, просто еще один занятный факт в копилку Гипата. В лесу постоянно туман, он не исчезает. А ночью туманом заволакивает весь аллод — по крайней мере ту часть, которая нам известна. — А на первый взгляд все выглядело так мило… — Да, чем дольше тут находишься, тем больше замечаешь деталей. И все уже далеко не так радостно. — Я бы даже сказал, все как-то грустно, — ответил я, почему-то вспомнив про художницу на руинах, прекрасно видевшую за красивой оберткой что-то более глубокое и трагичное. — Надеюсь, не придется просить у Твердолобина амулет храбрости. Смотри, вон тот какой-то недовольный. Подойдем? Хмурый призрак мужчины с густой шевелюрой и такими же пышными усами стоял возле кузни со скрещенными на груди руками. Он отличался от остальных своим неприветливым видом, и нам стало любопытно. — Ишь ты! Избранный пожаловал. Небось, все бесплатно требовать будешь? Так я сразу скажу: кто бы ты ни был, а задарма ничего не получишь! И вообще! Отбери сначала мои вещи и верни мне! — У кого отобрать? — Да у них! У «вольных охотников», как их староста называет. Говорит, это, мол, наши друзья — а они меня обокрали. Если ты меня спросишь, я тебя прямо скажу: разбойники они, а никакие не охотники! Мой подмастерье их увидел, попытался остановить — так его так избили, что два дня работать не мог! — А что унесли? — Много всего, но главное — мои любимые инструменты: шило и резак. Пока Бабуру не вернут украденное, Бабур ничего делать не будет! Инструменты-то мои были железные! Таких вообще больше нигде не найти. А теперь моим, значит, шилом толстуха Атаманша чинит сапоги! А сам Атаман резак зацапал… Понятно. Очередное задание. Наверняка нужно развеять призраки каких-то там охотников. Вечером, когда все вернулись, выяснилось, что наши уже выполняли это задание и получили за него причитающиеся Знаки Избранного. Хорошо, значит нам с Мишей не придется искать, где находятся эти самые охотники. Чувствовал я себя значительно лучше и уже готов был заняться насущными делами. Матрена, тем временем, изъявила желание вернуться в Незебград. Она уже истратила много медикаментов и теперь хотела пополнить свои запасы. Орел решил отправиться вместе с ней, так что на ближайшие день-два мы остаемся вчетвером. Удостоверившись, что я жив и почти уже здоров, а также строго-настрого запретив нам всем появляться на подпольной арене, она телепортировалась следующим утром. Орел исчез следом. Мы же отправились на поиски инструментов кузнеца Бабура, которого все называли «скрягой». Идти пришлось в самом опасном направлении — на север, и во избежание неприятностей шагали мы строго по тропинке. По бокам шелестели листвой карагачи, или, как их называют канийцы, — вязы, цвел боярышник, а чуть дальше стали попадаться сосны и кедры, пропитавшие воздух запахом хвои и напомнившие мне о доме. Лес как всегда кутался в туман, но тропинка была чистой. Где-то рядом журчала река, а вскоре мы прошли мимо небольшого озера. Возле него и расположился лагерь охотников. Палатки, вещи, костер — все было настоящим. И только хозяева мерцали призрачным светом. — Вот они, — сказала Лиза. — Они не опасны. Инструменты появятся, если развеять вон ту разбойницу, у костра. Призраки бросились на меня, едва я подошел ближе, но мне не было до них дела. Я махнул мечом, но еще до того, как указанная Лизой женщина исчезла, заметил рядом небольшой деревянный ящик с инструментами — обычный, осязаемый, ничем не примечательный. Забрал его и с чистой совестью уступил дорогу Мише. — Тут уже есть какие-то инструменты! — крикнул он. — Бери их и пошли! На все про все у нас ушло меньше двух часов. Мы вернулись в Поселок тем же путем и сразу зашагали к Бабуру. Миша отдал инструменты, первым получив Знак Избранного от обрадовавшегося кузнеца. Через секунду инструменты исчезли из его рук и он вновь стал чернее тучи, словно ничего не произошло. — Пока Бабуру не вернут украденное, Бабур ничего делать не будет! Инструменты-то мои были железные! Таких вообще больше нигде не найти. А теперь моим, значит, шилом толстуха Атаманша чинит сапоги! А сам Атаман резак зацапал… — Вот твои инструменты, — сказал я, протянув кузнецу ящик. Бабур хотел было взять его, но ящик скользнул сквозь его руки и бухнулся на землю. Я растерялся. Ведь только что Миша подал ему похожий ящик и Бабур спокойно забрал его! — Это разве мое шило? Это не мое! И резак тоже не мой! Э-э… Ишь ты! Избранный пожаловал. Небось, все бесплатно требовать будешь? Толстуха Атаманша чинит сапоги! Инструменты-то мои были железные! А сам Атаман резак зацапал. Говорит, это, мол, наши друзья — а они меня обокрали. Ишь ты! Избранный пожаловал, а толстуха Атаманша чинит сапоги… сапоги… сапоги… сапоги… С призраком стало происходить что-то странное. Он то становился совсем прозрачным, то появлялся вновь, лицо его задергалось, язык начал заплетаться, а текст заедать, как на испорченной пластинке. Потом он вдруг замер, уставившись стеклянным взглядом в пространство. — Э-э-э… — только и смог протянуть я. Ни Лиза, ни даже Миша не нашлись, что сказать, так же растерянно глядя на остолбеневшего призрака. — Кажись, сломался, — почесал Лоб затылок. — И че терь делать? — Что вы наделали?! — зазвенел прямо в ухо появившийся дракончик. — Мастер Бабур в уме повредился. И все из-за вас! — Можно подумать, до этого с ним все было в порядке, — сказал я, но дракончик не обратил на мои слова внимания. — Как только вам пришло это в голову? Подсунуть ему подделку! — В смысле — подделку? Я отнял эти инструменты у атаманши! — Да? Странно… Значит… кто-то выкрал настоящие инструменты и подсунул фальшивые! Ты видишь, темные силы пытаются сбить тебя с Пути Избранного! Воришки наверняка где-то в Поселке. И я даже кое-кого подозреваю. Ох уж эти гибберлинги! Везде носы свои суют! Попытайся найти настоящие инструменты, а я пока займусь Бабуром. Мы отошли от призрака и порхающего вокруг него дракончика. И пока я размышлял, стоит ли попробовать выполнить задание еще раз, может быть я сумею получить настоящие инструменты, а может они и вовсе остались лежать возле костра призрачных разбойников, как рядом раздалось хихиканье. Троица гибберлингов веселилась, наблюдая за дракончиком и «вышедшим из строя» кузнецом. — Эй! — крикнул я. — Тсс! Один готов! Хе-хе… — Это вы подсунули мне фальшивые инструменты? — Ну не конкретно тебе, кто ж знал, что именно ты сунешься, — ехидно ухмыльнулся один из гибберлингов. — Нам не принципиально! — Зачем вы это делаете? — А вам не надоело таскаться по предгорьям и повторять подвиги Ат-Зако? Был бы он хотя бы гибберлингом… Да расслабьтесь вы! Глядите, как классно все вышло: Бабур бредит, дракончики суетятся. Вот это веселуха! Хоть я лишился законного Знака Избранного, но на самом деле мысль сорвать это идиотское представление мне понравилась. Таинственный Режиссер может крутить нам мозги сколь угодно долго, но если призраков и впрямь можно «сломать», то возможно так мы быстрее узнаем, что тут вообще происходит. — Вас вообще не смущает все это? — продолжили гибберлинги. — Удивительно разросшиеся развалины, призрачные жители твердят одни те же фразы… Кто-то держит нас всех за дурней. И зря! Кстати, мы тут видели орка. Совсем даже не призрачного, а очень даже во плоти и в шерсти! Сначала подумали — имперец, а то, что полуголый, — подумаешь, искупаться в ручье решил. А потом присмотрелись: нет, что-то все-таки не то… Не имперец он, похоже. Дикий какой-то. — Может, торговец, или наемник… — Да демон его знает! Мы вовремя в кусты юркнули и дело с концом… Вот только сдается нам на Гипате есть не только призрачные обитатели, но и очень даже реальные. И им не по нраву наше здесь пребывание. Пока я размышлял над сказанным, гибберлинги куда-то ушмыгнули. Пока что из «реальных» существ мы видели на Гипате только маленьких дракончиков, но это вовсе не говорит о том, что других живых обитателей здесь нет. Кто знает, что скрывает та часть аллода, куда пока никто не смог попасть из-за смертоносной магии? Быть может, местные жители защищают себя таким образом от любопытных туристов, вставших на «Путь Избранного»? И быть может, именно там и находится Вероника? — Ох, как это не вовремя! Из раздумий меня вывел эльф весьма почтенного вида, страшно расстроившийся из-за того, что кузнец Бабур не может ничего сказать. Вившийся рядом дракончик не смог дать ответа, когда призрак вернется в строй, чем разочаровал эльфа еще больше. — Выполняйте пока другие задания, о Избранный… — Но, любезнейший, меня не интересуют задания! — эльф всплеснул руками и, заметив нас неподалеку, зашагал в нашу сторону. — Прошу прощения, вы уже разговаривали с призраком Бабура кузнеца? Вас не затруднит воспроизвести его речь? Как можно ближе к оригиналу, если можно! — Призрак сам должен выдать вам задание, иначе вы не получите Знак, — покачал головой Миша, но эльф замахал руками. — О, нет, я вовсе не собираю Знаки, тут и без меня Избранных больше, чем лесных зверей! — А зачем вам слова Бабура? — Меня зовут Светоний ди Близар, — чуть поклонился эльф. — Я Историк, и всю жизнь собираю легенды об Ат-Зако, но даже мечтать не мог, что однажды окажусь в такой вот обстановке — мифы оживают на глазах. Это потрясающе! Теперь меня интересует одно — как же тут все устроено… И первым делом я хочу проверить, действительно ли легенды воплощаются дословно. Я даже пнул призрачную свинью! — Что, простите?! — Да-да, по легенде именно так поступил Ат-Зако. Но, думаю, он сделал это не со зла — он был хороший человек. Ах, какое это счастье для историка — повернуть время вспять и побывать в том месте, о котором лишь читал. А ведь я совсем иначе представлял себе Поселок! Любая фантазия меркнет перед реальностью. Так вы можете повторить речь Бабура? А то, боюсь, я еще не скоро смогу его послушать. Лиза наморщила лоб, вытаскивая из памяти услышанное, и повторила то, что говорил кузнец — на мой взгляд очень точно. — О, благодарю вас! Разговор немного отличается от того, что приводится в биографиях Ат-Зако, но это и не удивительно. Собранные образцы различных материалов я уже отправил на экспертизу. А свинья… ну, она и на Гипате свинья. Хоть и призрачная. Все эти доказательства я отошлю Найану — пусть разбирается. А у меня тут есть чем еще заняться. Нас эльф крайне заинтересовал. Мы представились, и он с энтузиазмом принялся рассказывать, какие еще расхождения с легендой об Ат-Зако он нашел. Все они не казались мне такими уж значительными, но некоторые мысли Историка все же заставляли задуматься. — Меня очень интересует природа призраков. Я всегда был сторонником гипотезы Зосимы Воисветова. «Искра, дарующая нам жизнь и составляющая суть Дара Тенсеса, не имеет никакого отношения к так называемым призракам, кои есть создания магические и церковной юрисдикции не подлежащие…» — так говорил Зосима. Значит, круг наших поисков существенно сужается. Магия! Ее изучить легче. Я — Историк, а не священник, поэтому хорошо, что призраки — не души. Искры разумных существ — объекты малоизученные. И каждый раз, умирая, я лично боюсь сгинуть насовсем где-нибудь по пути в Чистилище. Кто знает, что там? Магия — это проще, магия — это понятней. — Осталось только выяснить, что это за магия… — Уже! — радостно оповестил ди Близар. — Я проанализировал эманации магии на призрачных волках, кабанах и жабах. Жителей Поселка трогать не стал: не хочу ничем побеспокоить их, мне так нравится этот Спектакль. Да и дракончики неизвестно как к моим опытам отнесутся. Но результаты, я вам скажу, поразительные! Эльф замолчал, выдерживая театральную паузу. Я приготовился услышать что-то невероятное, хотя трудно себе представлял, что меня может поразить, ведь в магии я ни демона не смыслю. — Это магия Света! — торжественно провозгласил Историк, и уставился на нас, оценивая степень произведенного эффекта. — Эти призраки созданы магией Света, святой магией, силу в которой черпает сама Церковь! — Ну-у-у… это ведь неплохо? — с сомнением произнес я. — Если это святая магия, значит ничего страшного не происходит. Она же не может навредить, верно? Она лечит, воскрешает, защищает… — Это так. Однако призванных магией Света призраков я лично вижу впервые. Но я знаю, что надо делать. У меня есть артефакт с плато Коба. Если быть точным, не совсем с плато, но его создали маги не без помощи тамошних артефактов Тьмы. — Разве их не уничтожили лигийцы? — быстро спросил я. Историки на плато Коба проявили тогда себя не с лучшей стороны, и мы уставились на ди Близара с подозрением. — Уничтожили почти все. Это уже перехваченные пиратами останки… Не волнуйтесь, я не сторонник Гурлухсора! Так вот, этот предмет нивелирует магию Света, — эльф достал черный кристалл, сияющий изнутри, и продемонстрировал нам. — Хотелось бы испробовать его на разумном существе, с которым затем можно было бы вступить в контакт. Но в Поселке делать этого нельзя. Может попробовать на тех разбойниках, что стащили инструменты у Бабура? — И какого эффекта вы ожидаете? — Это просто призраки, в худшем случае они просто исчезнут, когда поддерживающая их магия ослабнет. Но вдруг все гораздо глубже, чем кажется? — Что вы имеете в виду? — Пока не знаю. Нужно проверить… Надо ли говорить, что мы, заразившись энтузиазмом, отправились обратно к разбойникам в Предгорье вместе с Историком? Призраки по-прежнему крутились возле палаток вокруг костра, пока что желающих отобрать у них ворованные инструменты не появилось, что и неудивительно — «сломанный» Бабур никого за ними и не посылал. — Давайте вон на той, — я ткнул пальцем в ближайшего к нам призрака — девушку, но ди Близар замотал головой. — Нет, только не на разбойницах! У меня к женщинам… очень трепетное отношение! — произнес он, и направил свой взгляд на двоих мужчин. Одного из них пришлось развеять, чтобы не мешал, а вот на второго Историк направил темный луч из кристалла. Какое-то время ничего не происходило, и призрак, отыгрывая свою роль, вроде бы пытался напасть на нас, а потом он вдруг замерцал, став еще более прозрачным, почти невидимым, и вдруг упал на колени. — А-а-а-а-а-а-а… — завопил он, но звук его голоса был приглушенным и доносился откуда-то издалека. — Спасите… Спасите меня! Мы оторопело уставились на него, не зная, что предпринять. Как можно спасти призрака? От чего? — Освободите меня! Освободите мою душу! Молю, освободите! Мол-л-ю-у-у-у… Он становился все прозрачней, его голос тише, и вскоре на том месте, где он стоял, не осталось ничего. Наступила тишина. — Это… это чего это… — пробормотал Лоб. У меня мысль тоже не формулировалась во что-то более складное, и я продолжал молчать, глядя на то место, где был призрак, словно ждал, что он еще вернется и все объяснит. — Значит, магия Света ослабла, и из призрачного кокона показалась… душа, — в конце концов произнес ди Близар. — И эта душа взывала о помощи! — добавил Миша. — Что же происходит на этом аллоде? Как великая, святая магия Света может мучить души, заключая их в магические темницы? Никогда не слышал ни о чем подобном! Я в полном смятении! — Может… может… мы что-то не так поняли? — проговорил я. — Нет, я не могу идти дальше. Это вне моей компетенции, это превосходит все мои знания… — затряс головой Историк. — И я, честно сказать, боюсь, что моя вера… пошатнется. Полагаю, пришло время обратиться к служителям Церкви. — Думаете, священник тут поможет? — Но мы хотя бы попытаемся! Возвращались в Поселок мы под впечатлением и разговаривали мало. Я и не заметил, как быстро пролетела дорога. Мне хотелось еще раз прокрутить в памяти все случившееся и осмыслить: Тенсес не является источником Святой магии, эту тайну он поведал мне, преждем чем его Искра исчезла, и об этом я никогда никому не рассказывал, старательно поддерживая общепринятую версию. Но одно было неопровержимым — магия Света не причиняла вреда. Благодаря ей лекари лечили даже самые тяжелые раны, более того — с ее помощью воскрешали умерших! Может, Светоний ди Близар что-то напутал, и призраков удерживает вовсе не магия Света? Никаких подтверждений его слов у нас не было! Первым же священником, встреченным нами, оказалась лигийская жрица церкви Света. Ди Близар сразу же окликнул ее, едва мы вошли в Поселок. К тому моменту я уже успел убедить себя, что Историк ошибается, но все равно остановился, чтобы послушать, что скажет жрица Серафима — дородная женщина с румяным лицом, светлыми волосами и добрыми глазами, раздающая мирру всем желающим и благословляющая путников вне зависимости от их гражданства. — Нет, это совершенно невозможно! — воскликнула она с возмущением, когда ди Близар ей поведал обо всем. — Магия Света не предназначена для того, чтобы порабощать Искры и держать их в заточении! — Но ведь… — Вы всего лишь Историк, искатель приключений. Негоже вмешиваться в то, что выше вашего разумения! — отрезала Серафима и зашагала от нас прочь с гордым видом. Историк сник, растеряв весь свой лоск. Сгорбившись, он рассеянно забормотал что-то себе под нос и побрел по Поселку, забыв с нами попрощаться. Мы молча проводили его глазами. Интересно, что бы Матрена сказала на все это? Не придумав ничего лучше, мы снова отправились выполнять задания — подходили к призрачным жителям, которые просили нас с кем-нибудь расправиться или найти что-то потерянное, а взамен давали Знаки Избранного. И даже несмотря на всю странность происходящего, это вскоре стало казаться рутиной. Так продолжалось до тех пор, пока мы, уже ближе к вечеру, не наткнулись на ругающегося авиака. — У каждый земля есть заклятый враг. Где-то медведь, где-то рысь, где-то птиц. На осколок Гипата самый страшный враг быть орк. Дикий-дикий орк. Совсем злой, дурной орк. Законов не признавать, на перемирие чхать, Избранный убивать. — Опять кто-то с кем-то рассорился? — усмехнулся я, проходя мимо и направляясь к очередному призраку. Мы только что развеяли по два десятка кабанов каждый и теперь шли забирать свои честно заработанные Знаки. — Или на арене пришил, — добавил Лоб. — Зачем, арене? За лес, за река! На Гипате главный ценность — прошлое. Я под камень смотреть, под куст смотреть, в река нырять — везде интересный вещь искать. Кому-то глупый булыжник, но для настоящий краевед — подлинный сокровище! А орки мешать! Глупые орки и их древний традиция быть! Авиак, гортанно клекоча и размахивая крыльями, отчего во все стороны летели перья, унесся за ворота, а я притормозил. — О чем это он? — Не знаю. Какие-то орки на него вроде напали… Но меня что-то кольнуло в словах авиака. Орки «за лес, за река»? Я подумал про гибберлингов, подсунувших мне не те инструменты. Они тоже уверяли, что видели на Гипате орка, которого по каким-то своим соображениям посчитали местным. Мой взгляд упал на пушистую троицу, пробегающую мимо. Как же они все похожи друг на друга! И где теперь искать нужных? — Эй, это не вы инструменты Бабура подменили? — крикнул я первое, что пришло в голову. — Какая еще Бабура? — запищали гибберлинги, шарахнувшись от нас в сторону. — Вам чего надо? Думаете, если большие, то обижать всех можете? Идите на гоблинах свою злость срывайте! — Извините, мы ищем гибберлингов, которые видели местного орка… — начал объяснить Миша. — А, орки! Мы к ним с самыми добрыми намерениями, а они… Мало того, что они нам по шеям хорошенько наваляли, так эти дикари еще и отобрали все, что можно было. Мы еле ноги унесли! — Какие дикари? Где?! — Дак, к востоку отсюдова. Вдоль реки если долго идти… Вы вот историю Зака этого прославленного хорошо знаете? — Ну-у… — Вот и мы не очень-то. А вроде бы прославленный герой был. Был да сплыл, впрочем, а вот его сокровища… — Сокровища? — Где герои, там всегда сокровища! Факт. Но вот беда, мы уже все, что могли, обшарили, почти даже до края аллода дошли, куда еще никто не совался, мимо молний прошмыгнули, но ничего примечательного так и не отыскали! Только орков. Обидно, да? — На восток вдоль реки… Вы можете показать дорогу? — Э, не! Что-то дракончики за нами последнее время слишком пристально наблюдают! Аж не по себе становится… Надо сделать серьезный и ничем не занятой вид! — Такое впечатление, что про местных орков знают все, кроме нас, — произнесла Лиза, когда гибберлинги ретировались. — Кажется, мы забегались с этими Знаками и что-то пропустили. Однако, все остальные встречные, кого бы мы ни спрашивали о таинственных орках, смотрели на нас, как на идиотов. Никто больше не видел здесь живых местных, но мысль отправиться вдоль реки на восток уже крепла в моей голове. Может гибберлинги и соврали, но продолжать просто выполнять задания призраков мне лично стало невмоготу. В конце концов, когда мы совсем отчаялись, устало усевшись на деревянные ступени, к нам снова подкатили гибберлинги, и я снова не смог отличить их от других. Сумерки уже сгустились, суета на улицах постепенно успокаивалась и на Поселок опускалась тишина. — Это вы про живых орков спрашивали? — Ну, допустим, мы. — Что, интересно стало, да? А мы вам говорили! — У вас есть что сказать по делу? — строго спросила Лиза. — Слухайте сюда! — заговорщицки зашептал один из гибберлингов, пока двое других судорожно оглядывались по сторонам. — Многие отказываются плясать под дудку дракончиков. Мы не марионетки — нас нельзя дергать за веревочки! Мы отказываемся играть в этом дешевом спектакле! Мы свободные граждане Лиги и… Империи! В общем, не одни мы тут такие. Вместе мы основали подполье. Хотим во всем разобраться: что это за призраки, что за живые орки? Как-то все очень подозрительно. — Тихо! Кажется, дракончик летит, глянь вверх… — Не, показалось. — Так вот, живые орки на Гипате и правда есть! И скоро мы тут выведем всех на чистую воду!
  3. Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 2. В погоне за Знаками — Кого они пытаются завлечь этими письмами и обещанием некоего Откровения? Я лично не успокоюсь, пока не разберусь, что здесь происходит! С каких это пор в мире живых разгуливают призрачные звери? Этому должно быть объяснение. Я согласно кивнул, хотя слушал восставшую вполуха. Матрена отказалась бросать тела убитых: орка, двоих людей, один из которых умер прямо у нее на руках, и еще двоих гибберлингов, которых мы нашли в нескольких метрах от него, тоже бездыханных. Орел и Лоб остались рядом с ней для защиты, а также Лиза, способная заранее распознать приближение кого бы то ни было. Мы же с Михаилом поспешили в Поселок, чтобы привести помощь, и встретили по дороге восставшую Зэм, с которой какое-то время шли вместе. Ее имени я не запомнил и разговора не поддерживал, зато Миша выглядел крайне заинтересованным. — Выдвинем гипотезу: на этом аллоде разразилась катастрофа — и Астрал убил все живое. Но почему же тогда духи погибших ведут себя так, словно они и не заметили своей смерти… Бред какой-то! То ли это мы все угодили в какое-то странное Чистилище, то ли местные заблудились среди миров… А я-то думала, это я, восставшая из мертвых, все в жизни повидала! От сравнения с Чистилищем меня немного передернуло. Все мы уже умирали, а Миша даже дважды. И все видели одно и то же: шевелящуюся, будто живую темноту, призраков, гоблина-проводника, слугу Тенсеса и ворота, на страже которых он стоял, но ни у кого, кроме меня, не возникло и мысли заглянуть за них и посмотреть, что там, с другой стороны. Это место не рождало ничего, кроме желания поскорее покинуть его. У меня тоже было такое желание, но и любопытство ему не уступало. Я так беспечно подошел к дверям за спиной Тенсеса и наверняка бы перешагнул через порог, где меня ждала окончательная смерть. Я был на самой грани! Думать об этом не хотелось, но ко мне то и дело забредала в голову мысль, что, возможно, мой черед умереть навсегда уже настал, и только каким-то чудом я вернулся. Нужно ли мне благодарить за это слугу Тенсеса? Восставшая не пошла с нами до Поселка и вскоре мы с ней расстались. Она углубилась в лес, где мелькало множество призрачных животных и клубился туман, а мы продолжили держаться дороги, вышедшей к реке. И снова перед нами возник очередной дракончик. — Приветствую вас, о Избранные, на Пути к Откровению! Я — Покров Ночи, и помогу вам сделать следующий шаг… — Вообще-то, мы спешим в Поселок, чтобы сообщить об убитых! Мы наш… — Помните, когда отступает сила, на помощь приходит хитрость. Тропа следует через мост, а за ним — три кошмарных людоеда. От одного вида их дубин стынет в жилах кровь. — Вы вообще слышите нас?! Там у вас на дороге трупы валяются! — Это прискорбно! Не всякий четко следует Пути, но вы не должны отступать! Лишь нож сжимал в руке Ат-Зако, тело его прикрывали ветхие тряпки, и не было у него сил сразиться с людоедами. И тогда он лег на живот и пополз как бесшумная змея, тише воды, ниже травы. Продемонстрируйте и вы свою ловкость. И не говорите, что Покров Ночи не помог вам. Людоеды не должны вас заметить! На той стороне вас ждет мой собрат — Страж Пути. Идите же, Избранные, и помните о своей главной цели! Протянувшийся через реку простой деревянный мост упирался с той стороны прямо в лес, откуда доносился рев то ли огров, то ли троллей. С одной стороны у нас сейчас есть дело поважней какой-то дурацкой роли Избранного, которую мы должны играть. С другой — а вдруг людоеды и правда опасны, и нам и впрямь лучше не привлекать к себе внимания? Оглядев спокойную, прозрачную и по виду совсем неглубокую реку, я подумал, что лучше пересечь ее вплавь или вброд, но дракончик настаивал на нелепом варианте ползти по мосту на брюхе. Стараясь унять раздражение и убеждая себя, что бросить Путь Избранного мы всегда успеем, я и Миша сделали так, как хотел Покров Ночи, хотя и нельзя сказать, что мы так уж старались. Последние метры я и вовсе прошел пешком, едва-едва пригибая спину. — Это был важный отрезок Пути! — зазвенел очередной дракончик, как только мы ступили на землю. — Вам подчиняется сила, вы обладаете ловкостью. Скоро мы узнаем, хватит ли вам мужества, чтобы идти дальше. Я — Страж Пути! Скоро, уже совсем скоро, вы сможете зайти в Поселок. Вот ваша награда — Знак Избранного. Не выбрасывайте его. Быть может, нет ничего ценней в мире, чем эта бронзовая медаль. Понадеявшись, что больше никаких дракончиков с заданиями нам не попадется и мы спокойно доберемся в Поселок, где найдем способ перевезти туда же убитых, мы поспешили по тропинке, но не прошли и пятидесяти метров, как услышали шум драки. Вот только новых трупов еще не хватало! Не сговариваясь, мы рванули на шум. — Вконец оборзели! Да чтоб я как последний гибберлинг пресмыкался перед какими-то людоедами?! Четверо орков, похожих друг на друга, как братья близнецы, в новых доспехах и при хорошем оружии, разделались на наших глазах с двумя ограми, такими же призрачными, как и вся живность вокруг. Огры хоть и выглядели внушительно, легко развеялись, не оставив после и облачка, но оркам этого было мало. Они явно не собирались останавливаться на достигнутом. — Это те самые людоеды, от которых нужно было прятаться? — уточнил Миша. — Пусть всякая мелюзга и прячется. А я из леса! Я смотрю смерти прямо в рыло и стреляю во все, что движется! — прорычал один из орков, грозно потрясая арбалетом. — А как же Спектакль, Путь Избранного… — Мы пойдем своим путем! Забьем на этот Путь для избранных-шмызбранных, просто выкосим на Гипате все живое! Да! Всех до единого! Вот это — Путь для настоящих охотников. Мы, орки из леса, не ищем легких путей, идем напролом, мочим всех. Даешь геноцид на Гипате! Его «близнецы» горячо поддержали сказанное, громко заулулюкав и поднимая оружие к небу. — А это не вы случайно пришили нескольких путников по дороге? — спросил я хмуро. Двое против четверых — не очень удачно, но я все равно был готов втащить этой агрессивной компании, если потребуется. — Не, путников не трогаем, — покачал головой все тот же орк. — Жаб местных да волков видеть довелось? Гадкие твари. Вот их выкосить — милое дело! Ну и людоедов этих, а то че они… — Да что же вы творите, глупцы?! — появившийся дракончик заверещал так громко и высоко, что я чуть не оглох, инстинктивно закрыв уши руками. — Зачем отступаете от Пути, зачем убиваете людоедов? Вы делаете не так, как первый Избранный! Это же отступление от сценария! — Ой, да ладно! Кому нужен ваш Путь?.. — Почему не внемлете нам? Представляете ли вы, на что себя обрекаете? — Ну и на что? Ты че, курица, угрожаешь нам что ли?! — Путь Избранного таит множество опасностей, но еще больше бед ожидает того, кто свернет с него. Однажды сойдя с тропы и углубившись в дебри, можно никогда не найти дорогу назад. Все должны об этом помнить! Ат-Зако навсегда уйдет вперед, и не догнать его будет, и не завершить Путь. И вы не получите Знаков Избранного, Откровение обретут другие, а вы сгинете в темноте и безвестности, так ничего и не узнав! Такой вы хотите судьбы? Мы такой судьбы точно не хотели и ввязываться в эти разборки не собирались, и потому не стали дожидаться окончания разговора пререкавшихся друг с другом дракончика и орков. — «Однажды сойдя с тропы и углубившись в дебри, можно никогда не найти дорогу назад» — как-то мрачновато звучит, тебе не кажется? — произнес я. — Пока что призрачная живность не выглядит такой уж серьезной угрозой. Как думаешь, насколько здесь опасно? — Понятия не имею, — пожал плечами Миша. — Выглядит все и правда безобидно, ребенок справится, но может это только отвлекающий маневр? Нельзя расслабляться! Моей надежде на то, что больше дракончиков мы не встретим до самого Поселка, не суждено было сбыться. Мы уже видели впереди высокий бревенчатый забор, довольно крепкий на вид, когда перед нами вновь замаячило крохотное золотистое существо. — Вот и последнее испытание перед вратами Поселка. Я — Несгибаемое Намерение. Именно здесь Избранный увидел гоблинов. Они стояли стеной, отделяя его от людей и крыши над головой. И вознес он свой острый нож, и нанес сокрушающий удар сзади в голову — и гоблин пал, а товарищ его даже не пошевелился! Я тяжело вздохнул, но не стал спорить. — Что нужно делать? Убить призрачного гоблина? Дракончик указал лапкой на каменный постамент рядом, где и впрямь появился полупрозрачный гоблин. Я молча, с видом терпеливой обреченности, достал меч и развеял призрака. То же самое после меня сделал и Миша. — Дело сделано, и вы можете получить новый Знак Избранного и продолжить Путь! Поселок — это узел Судьбы, сюда сходятся все дороги, здесь сплетаются все нити. Именно здесь однажды все и началось. И теперь вы стоите на самом пороге! Еще один дракончик появился почти сразу — едва мы подошли к распахнутым настежь воротам. Он порхал у входа, радостно приветствуя всех путников. — Я — Привратник Судьбы! Вы прошли испытания моих собратьев, и дорога в Поселок свободна. На время перепоручаю вас вашей собственной судьбе. Путь Избранного лежит через Поселок, тут Ат-Зако встретил людей. Они преданно ему служили, они с ним торговали, они его обманывали. Следуйте по Пути Ат-Зако. Каждый из вас — новый Избранный! Пройдите через все то, через что прошел он: страдайте от его боли, улыбайтесь его радости, окунитесь в его разочарование и горите его любовью. Вообще-то мне не очень-то хотелось страдать чьей-то болью и окунаться в разочарование, но пока нам ничего не известно об этом месте, лучше играть по правилам принимающей стороны. — Что нам нужно делать? — Слушайте и запоминайте! Немало времени провел Ат-Зако в Поселке, помогая его жителям. Так надлежит поступить и вам. Как только вы выполните все подвиги Ат-Зако и принесете мне Знаки Избранного, я открою вам дорогу дальше. Дорогу на север, где вас ждет продолжение Пути. До той поры не рекомендую даже пытаться идти туда. Вы обречете себя тем самым на смерть. Бесполезную и никому ненужную. А теперь… Переведите дух, сделайте глубокий вдох и входите… Дракончик отлетел в сторону, как бы освобождая дорогу и приглашая войти. И только мы собрались сделать шаг, как сзади донесся шум ругани. — Нет, нет! Ты их убил, братишек моих, родненьких, пушистеньких! Не надо было нам читать это письмо, не надо было ехать на треклятый этот осколок. Как же я теперь? Как? Один… Совсем один! У-у-у! — А не надо было на нас нападать! Вы же к нам сами полезли, тапки безмозглые!!! Убили Взмора… — Так это он первый убил Эрика! Мы собирались идти по Пути Избранного. И вот один я остался, совсем один. У-у-у… Убивец братишек моих! Трижды проклятый. Один я остался… Крохотный гибберлинг выл как сирена, перекрикивая своего оппонента — восставшего Зэм, хотя едва доходил ему до колена. Все остальная процессия, двигавшаяся вместе с ними к Поселку, помалкивала, не решаясь вклиниваться в разгоревшийся скандал. Несколько орков тащили носилки, явно сооруженные на скорую руку. Вопящий гибберлинг бежал впереди, за ним шел огрызающийся восставший. А далее, среди толпы, я заметил Матрену, Лизу, Лба и Орла со слегка позеленевшими лицами. Очевидно, все уже устали от этих криков, но заставить замолчать скандалистов никто не смог. — Элм всегда щитом нас троих прикрывал, а Эдг целился, когда я тетиву натягивал. У-у-у… Чихать мне на Перемирие, чихать! Я тебя задушу, этими вот лапками задушу! Так и знай, убивец треклятый! — Сам ты убивец! Кто Макса застрелил? А Взмора? Я за друга мстил! Мы быстро зашагали к своим, и Матрена, покосившись на лающих друг на друга гибберлинга и восставшего, устало пояснила, что помощь прибыла почти сразу, как только мы с Мишей ушли в Поселок. Ее привели как раз гибберлинг и восставший, но из их спора трудно было понять, что конкретно произошло. Так они и шли всю дорогу, выясняя отношения и всех порядком утомив. Затрепетавший перед входом в Поселок дракончик снова начал было свою песню про Путь Избранного, но путники настолько оказались вымотаны, что слушать его никто не захотел. — Мне нужна мирра, святая вода, или хотя бы просто чистая, и место, куда можно разместить погибших! — сообщила Матрена. Те, кто уже бывал в Поселке, засуетились, а гибберлинг с восставшим так и остались стоять возле носилок с убитыми, продолжая орать. В конце концов дракончику, страшно разочарованному тем, что кто-то не следует Пути, все же удалось заставить восставшего Зэм рассказать, что случилось. — Значит, шли мы втроем: я, Максим Кулакин и Взмор Буйных. Шли в Поселок, никого не трогали. А Взмор не зря из Буйных, все ему неймется: «Отойду, — говорит, — на минуту», — и свернул с дороги. Тут же оттуда крики, звон стали, маты… мы подбежали, смотрим — Взмор уже на земле валяется, без дыхания. И стоит над ним этот каниец — руки по локоть в крови. Тоже мне, Перемирие, как же! Конечно, мы не могли этого так оставить, в отместку изрешетили его с Максом. Так ему и надо, подлой канийской душонке! — Сам ты подлый, это же Фадей был… — ТИХО! — хором гаркнули все, в кои-то веке дождавшись связного объяснения происходящему, и гибберлинг примолк, обиженно засопев. — Слушайте дальше. Далеко мы не отошли, как из кустов выскакивает эта мелочь, — продолжил восставший, грозно зыркнув на гибберлинга. — Друг у друга на головах и давай стрелять в нас. Пришлось и их научить уважать Перемирие. Неужели мы не правы? Двоих мы убили, но Макс тоже полег… Я прокрутил в голове все сказанное. Двое убитых гибберлингов, двое человек и орк… Но ведь до них мы нашли еще труп эльфа! — Какого еще эльфа? — ЭРИК! — снова завопил гибберлинг. — Кто его убил?! — А… этот. Ну… Так его Взмор завалил. Еще в самом начале завалил, м-м-мда-с. За то, что слишком высокомерно крыльями махал, — пожал плечами восставший. У меня разболелась голова и я почувствовал острое желание увеличить количество трупов, добавив к ним и восставшего с гибберлингом. — То есть, это все-таки вы первые начали! — воскликнула Матрена. — Да расслабьтесь вы. Мы ж никого насовсем не убивали. Все скоро воскреснут, так что пусть этот мохнатый не ноет, вернутся его братья. Как говорят орки — все пучком! В Поселок мы вошли целой толпой, но когда она немного рассосалась, я смог оглядеться. Деревня как деревня. Маленькие канийские домики, украшенные затейливой резьбой, высокий частокол по всему периметру, а в центре большое двух- или даже трехэтажное сооружение, вызвавшее у меня легкий культурный шок. Нет, я конечно видел здания куда огромней и мощней, но эта постройка целиком состояла из дерева, что меня весьма впечатлило. Я и не представлял, что из обычных бревен можно соорудить такое! — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Самые мои худшие опасения сбылись. Жители Поселка тоже были призрачными! Полупрозрачные фигуры тут и там мерцали среди обычных, живых «Избранных», что-то выкрикивали, улыбались прохожим и изо всех сил изображали жизнь. — Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник, — надрывался призрак неподалеку от входа. — Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью! Ладно, с этим разберемся позже. Как выяснилось, большое сооружение в центре выполняло роль и укрепленной башни, и церкви, и больницы, и трактира, и дома для бездомных, и вообще всего, что душе угодно… Именно туда и решено было перенести убитых. Игнорируя призраков, мы поднялись по скрипучей лестнице на самый верх и очутились в просторной комнате, заполненной народом под завязку. Воздух здесь был пропитан чем-то неожиданно вкусным. Оказалось, запах распространяет здоровый чан с похлебкой, кипящей на огне прямо в центре. Меня немного ужаснула идея разводить костер внутри деревянного помещения, но похоже, что здесь все было продумано. Под чаном, в котором спокойно могло бы поместиться несколько человек, пол был выложен камнями, а в потолке виднелось отверстие, вытягивающее дым. Вокруг чана кто на чем сидели обычные люди, орки, гибберлинги, прайдены, неспешно переговариваясь между собой. Остальные тоже сбивались в группы, стараясь занять место получше. Узкие окна-бойницы пропускали мало света, поэтому здесь было темно, но глаза быстро привыкли к полумраку. Матрена выбрала наиболее освещенное место для размещения пострадавших. Пришлось, правда, сначала разогнать оттуда пристроившихся торговцев (куда же без них!), но уступили они без криков и возмущений. В помещении нашлись и другие лекари, и вскоре возле убитых образовался целый консилиум. Мы отошли, чтобы не мешать. Я заметил, что кроме большого, центрального зала, если его можно так назвать, здесь есть еще маленькие комнатки, где немного посвободнее, но располагаться в них не хотелось. Лучше быть на виду у толпы. На всякий случай. Мы устроились на свободном пятачке недалеко от входа, и только прислонившись спиной к стене и вытянув ноги, я вдруг понял, что усталость меня все же догнала. Давно я не ходил столько пешком! Похлебку из большого чана, которой могли угоститься все желающие, мы пробовать не стали. У нас пока были свои припасы. — А откуда здесь еда, если все животные призрачные? — Зато растения настоящие. И потом, может здесь все же есть и живые звери? Мы еще многого не видели… Возможно, в реке водится обычная рыба. Я устало оглядывал разношерстную толпу. Казалось, что мы пришли на карнавал, где все одеты кто во что горазд. Неподалеку раздражающе подвывал орк, растерявший Знаки Избранного, но вскоре его стенания слились для меня в однотонный гул. Мой взгляд бесцельно скользил по лицам, пока не остановился на Лизе, отрешенно глядевшей в пустоту. Она, словно почувствовав мой взгляд, повернула голову. — Все нормально? — спросил я. — Не знаю. Не нравится мне тут… Не то, чтобы я ощущаю какую-то опасность, но… — она замолчала, наморщив лоб и пытаясь подобрать слова. — Помнишь плато Коба? Тот трактир… — Конечно. Ты тогда сказала, что если я туда отправлюсь, что-то необратимо изменится. И не только для меня. Правда, я не заметил, что мое присутствие там что-то так уж глобально поменяло. Произнес я это достаточно уверенно, но тут же мои мысли побежали дальше, заставив усомниться в сказанном. Трактир на плато Коба свел меня с Вероникой, и это совершенно точно перевернуло мою жизнь… Только какое дело всему остальному миру до этого? И даже если я сумею разыскать ее здесь, на Гипате, Сарнаут от этого не содрогнется, реки не потекут в обратном направлении и небо не упадет на землю. — Что-то опять необратимо меняется? — спросил Орел. — Не знаю, — напряженно повторила Лиза. — Я бы и рада сказать что-то более конкретное, но не могу. Не вижу. — В любом случае, что бы ни значил этот Спектакль, какое бы Откровение он нам ни готовил, «Избранных» здесь пруд пруди, — кивнул я на толпу. — Так что вряд ли мы станем центральными фигурами каких-то изменений в мире. Лиза открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала, нахмурившись еще сильнее. Яскер когда-то предсказал мне, что я смогу повлиять на ход истории, и после событий в городе Демонов наверное можно считать, что предсказание свершилось. Я нашел «Хозяина» — повелителя демонопоклонников, всеми способами пытающихся уничтожить Сарнаут. Хозяин мертв. Угроза вроде бы отступила… Но у меня не было ощущения счастливого финала. Да собственно, никакого финала и не было! И как бы я не убеждал себя в обратном, понимание, что ягодки еще ждут меня впереди, жило со мной постоянно. — Ох, горе мне! — продолжал ныть орк. — В сумке дырища! Половину вещей порастерял. Да ладно шмотье! Знаки Избранного! Знаки тоже пропали! Что же мне делать-то? Привратник Судьбы сказал, я слишком туп для Избранного. Путь для меня закрыт! Как бы не так! Брехун летучий! Я ему крылья-то еще пообрываю… — Пойду проведаю, как там Матрена, — сказал Орел, устав от воплей, и я решил пойти вместе с ним. Залечивание тел убитых шло полным ходом. Рядом толпились зеваки и вездесущие советчики, ничего не смыслящие в целительстве, но не упускающие случая поделиться своим авторитетным мнением. — А вдруг они станут призраками, как местные? — Да, не-е, заезжие воскресают в своем теле. Уж и не знаю, что тут за беда приключилась… — Это темная магия! Проклятое место. — Какая разница — темная, светлая?.. — Как это какая?! — Я некромант, и собираюсь изучить силу, поддерживающую призраков. Изучить и по возможности — использовать. И мне плевать, какова ее природа: свет, тьма, астрал… Сила важней источника. Запомни это! — А вам уже удалось что-нибудь выяснить об этих призраках? — заинтересовался я, посмотрев на говорившего Зэм. — Пока нет, но мне довелось слышать несколько версий, объясняющих их природу. Одна бредовей другой. Впрочем, я в эти разглагольствования не вмешиваюсь. Я практик, а не теоретик. Я немного отошел, чтобы не стоять в толчее, и уже раздумывал, чем заняться: немного отдохнуть, попытаться поговорить с кем-нибудь — вдруг узнаю что-то важное? — или выйти на улицу и послушать призраков, как мой взор упал на одинокую девушку, забившуюся в темный угол. Она сидела на корточках, обняв свои колени, и монотонно билась спиной об стену. — Не могу, не могу я здесь больше находиться! Так темно. Всегда темно. Туман до костей пробирает… Один только сумрак, сумрак, сумрак… Дня от ночи не отличить. Проклятый, призрачный аллод! Я огляделся. Внутри и правда темно, но на улице, несмотря на призраков, не так уж и страшно, если не заходить в лес. — С вами все хорошо? — осторожно спросил я. Девушка подняла голову и посмотрела на меня большими, испуганными глазами. — Мне страшно. Здесь так темно! А вы… вы из Империи? Она явно была канийкой, и пугать ее еще больше не хотелось — наверняка все имперцы кажутся ей злобными убийцами, но я все же кивнул, стараясь придать лицу приветливый вид. — Везет вам! Ваши ученые, сказывают, светильники изобрели, магические, берешь с собой хоть в лес — и темноты как не бывало… — Мана-фонарь? — спросил я, удивленный тем, что столь простая и обыденная для меня вещь может быть для кого-то предметом вожделения. Повинуясь порыву, я достал из кармана свой фонарик, зажег его — ровное, белое сияние осветило темный угол — и протянул девушке. Возможно, лицо Империи складывается не только из серьезных поступков, но и из тысяч маленьких жестов — и это как раз один из таких. — Держите, вам нужнее. — Это мне? — не поверила она, взяв фонарик дрожащими пальцами. — Это значит… О! Значит, теперь я смогу выходить за околицу! А то все наши с ума посходили: не едят, не спят, задания призрачных жителей выполняют, я уже, наверное, далеко отстала… — Не страшно. Я например, вообще только прибыл. — Говорят, конкурс объявили, если кто-то из наших Откровение первым получит, тому большая награда полагается. — Удачи! Все-таки красивые девушки как никто другой могут настроить на миролюбивый лад. Орел все еще находился возле врачующей Матрены, Лиза посапывала на плече у Миши, а мы со Лбом решили все же выйти на улицу, хотя договорились далеко не уходить. Не стоит разделяться. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью! Где-то я это уже слышал. Все тот же призрак недалеко от главных ворот повторял одни и те же слова по кругу, как заведенная кукла. Это было настолько странно, что становилось жутковато. Я и Лоб глядели на него несколько минут, слушая короткий монолог и ожидая каких-то изменений. Но призрак говорил строго по тексту, и даже с одинаковой интонацией. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится… — Подойдем поближе? — с сомнением в голосе произнес я, но Лоб отрицательно затряс головой. — Ну его, прозрачного, и топором-то не больно отмахаешься. К призракам, и не только кричащему, но и к другим местным жителям время от времени кто-нибудь, да подходил, чтобы поговорить, но разговора я не слышал. Единственное, что долетало до моего слуха, это голоса мужчины и троих гибберлингов, стоявших как и мы на ступеньках. — Ох… Эти призрачные кабаны только с виду бесплотные, а как налетели на нас… — С ног повалили, клыками изорвали! И драпали мы от них так, что только пятки сверкали. Аж ботиночки потеряли по дороге… — Эх, хорошие были, кожанные, только вчера купили. Столько золота пришлось отдать! Ай-я-яй! — Ох, какая беда! — запричитал мужчина, всплеснув руками и изображая горячую заинтересованность проблемами гибберлингов. — Я постараюсь вам помочь! Кажется, у меня где-то были ботинки небольшого размера. Мне-то малы, а вам в самый раз будет! — Правда?! Здорово! Ты слышишь, Чик? — Да-да, не уходите далеко, я обязательно разыщу вас! Ведь все должны помогать друг другу! — Вот спасибочки! А то мы думали, что не победить нам уже в этом конкурсе… Я краем глаза следил за странной компанией, и хотя мужчина не был мне знаком, я почему-то не сомневался в том, кто это. Быть может все дело в нарочитой безликости — в нем не было абсолютно ничего броского и запоминающегося, а может дело во взгляде — доброжелательном, но одновременно липком и пронзительном. Мое внимание к разговору не осталось незамеченным. Как только довольные гибберлинги удалились, мужчина шагнул в нашу со Лбом сторону. — Товарищ майор! Товарищ лейтенант! Виктор Твердолобин, Комитет Незеба, рад познакомиться! Пожать протянутую руку я конечно пожал, но разговаривать совсем не хотелось. — Мне не докладывали, что вы тоже здесь будете… — Мы здесь как частные лица. Только что прибыли. — Понятно. А мы тут вовсю собираем Знаки, которые выдают дракончики. Негласное распоряжение для всех имперцев… Вот, познакомьтесь: это Нина Красавина — спортсменка, работник Комитета и просто красавица. Именно она официально является нашей Избранной. Подошедшая к нам хадаганка и впрямь могла бы быть настоящей красавицей, если бы нее совершенно деревянное лицо без намека на заинтересованность и эмоции. Она равнодушно поздоровалась с нами, встав рядом с Твердолобиным, как бездушная статуя. — Мы все работаем на успех Красавиной, — продолжил комитетчик. — Полученные Знаки Избранного сдаем ей. Империя должна получить Откровение первой! — Разумный ход. — Хотя, на вас это, наверное, не распространяется, — тут же смутился он. Мне даже показалось, что я вижу, как мечутся его мысли, пытаясь определить, что важнее — приказ руководства, касающийся вроде бы всех, или мой образ национального героя, созданный отделом пропаганды все того же руководства. — Я тут пытаюсь выяснить, что замышляет Лига, не имеется ли у нее своего плана. — И как успехи? — Лига объявила конкурс среди своих граждан. Кто быстрее всех знаки Избранного соберет и получит Откровение, тому награда — роскошные хоромы в центре Новограда. Наш план с Ниной Красавиной гораздо лучше — все за одного! Но палки в колеса Лиги вставить не помешает. На всякий случай. — Угу… — согласно покивал я, твердо про себя решив, что не буду принимать участия в этих распрях. Не то, чтобы во мне родилась дружеская привязанность к лигийцам, но все же мы сражались вместе, а после Язеса никаких стычек между нами не случалось. И мне не хотелось пока нарушать этот хрупкий мир, даже если он временный. Поскольку никакой важной информацией комитетчик не обладал, распрощались мы с ним быстро. День только начинал клониться к вечеру, но мы решили уже не ходить никуда сегодня. Во-первых, Матрена все еще занята врачеванием, а во-вторых, послушать разговоры тех, кто прибыл раньше нас, тоже полезно. Очень скоро мы узнали, что призрачные жители Поселка, как и дракончики, давали всем желающим несложные поручения, якобы повторяющие деяния Ат-Зако. За выполнение выдавались бронзовые медальки — Знаки Избранного, с которыми все вокруг носились, как полоумные. Мне это казалось полнейшим идиотизмом, и Мишин призыв относится ко всему, как к некой игре, не нашел в моей душе отклика. — Игра — это карты, шахманты, гоблинбол наконец… А выполнять дурацкие задания каких-то… существ, которые даже не живые и только и могут, что повторять один и тот же текст, — это наркоманский бред! Какой идиот это придумал?! Вскоре выяснилось, что ночи как таковой на Гипате нет. Аллод окутали сумерки и туман выполз из леса, клубясь на тропинках и среди домов поселка. Стало заметно холодней, и я с удивлением понял, что уже отвык от сна в походных условиях. Миша и Лиза спали, Лоб дежурил, я же заснуть не смог и лениво наблюдал за происходящем вокруг. В большом деревянном строении устроилось, наверное, большинство путников, и отовсюду раздавался равномерный гул множества голосов, хотя все и старались говорить потише. Я заметил Твердолобина, который таки вручил гибберлингам якобы завалявшуюся (а скорее всего специально приобретенную) пару обуви. Рядом с комитетчиком все с тем же отрешенным видом скучала Красавина, не сказавшая ни слова. Сам Твердолобин разливался соловьем, уверяя гибберлингов, что им жизненно необходимо обновить доспехи, которые у него как раз чисто случайно имеются. — Как думаешь, выторгует у них Знак Избранного? — спросил я, заметив, что дежуривший Лоб тоже смотрит в их сторону. — Не-а. — На что спорим? — М-м-м… пиво? — По рукам. — …это первоклассные доспехи! — Да, действительно, и размер подходит… — Держитесь теперь все волки и жабы! — Так-то оно так, вот только… — А потом, представляете, вернетесь вы на Новую Землю в новых доспехах… — Что же делать? Мы давно не охотились, золото у нас все вышло. Но мы очень-очень хотим себе эти доспехи! — Да мне золото не особо и нужно… — Знаете что! А мы отдадим наши Знаки Избранного! Идет? — Вот демоны мохнатые, что ж так быстро-то? — разочарованно воскликнул Лоб. Я выбрался из спального мешка, окончательно решив, что заснуть все равно не могу, но сразу же пожалел об этом. Твердолобин заметил меня и снова решил подойти, видимо чтобы похвастаться своей находчивостью. — Еще три Знака! — радостно объявил он. — Никогда еще индивидуализм не побеждал командный дух. Все вместе, плечом к плечу — и Нина первой получит Откровение! А уж если мы лишим Лигу парочки Знаков Избранного… — Ловко у вас выходит, — похвалил я. В конце концов комитетчик выиграл для меня пиво, можно и поблагодарить его за это. — Да, самая верная тактика — найти слабое место у противника и нанести стремительный, точный удар! Я тут еще пару лигийцев приглядел, чувствую — мои клиенты. Вон та женщина темноты боится. Честь отдаст за амулет бесстрашия! Но нам ее честь и даром не нужна. Нам нужны Знаки Избранного! — А что за амулет бесстрашия? — Какие-то новые штучки от наших псиоников. Подавляют страх… — И соответственно — инстинкт самосохранения. Опасная вещь, — поморщился я, но комитетчик этого не заметил. — Зато полезная! — воскликнул он, хищно уставившись на уже знакомую мне девушку, которой я подарил свой мана-фонарик. Вскоре вернулась уставшая Матрена, закончившая лечить раны убитых, а вместе с ней и Орел. Я прогнал спать Лба, и остался дежурить сам. Все равно мне не спится. Разговоры постепенно затихали, разбившись на отдельные шепотки из разных углов, сумерки снаружи превращались внутри помещения в почти абсолютную темноту, подсвеченную разве что тлеющими углями под большим чаном, но глаза привыкли, и я различал множество силуэтов, пытающихся согреться под одной крышей, несмотря на свою непохожесть друг на друга. Сейчас мы все в одной лодке. Снова. И непонятно, кто наш враг на этот раз. А может, я драматизирую, и никакого врага нет? В какой момент я стал постоянно находиться в ожидании опасности? Параноик… — Да что вы говорите? — С этим амулетом даже курица станет бесстрашной, как лев! — Хм… — Я на курах и проверял — вы бы видели, как они бросаются в атаку! Хотите, сами попробуйте. Этот амулет — страшная сила! — Подождите! А если я надену этот амулет и тоже, как глупая курица, стану бросаться на тех, кто гораздо сильнее меня? Долго я не протяну, так ведь? — Но ведь… мозгов-то у вас побольше, чем у курицы. Ну так что? — Ладно, давайте я надену его… Хм… странное чувство. Где-то тут орк был, он вчера косо на меня посмотрел… Кулачищи огромные — так думает, все можно. Сейчас я пойду объясню ему, что такое канийская женщина! — Постойте, сейчас же все спят! Завтра покажите. Так как насчет нашего уговора? — А? Знак Избранного… Да, вот он, забирайте. Хотя канийку и комитетчика я не видел, но шепот различал очень отчетливо, поэтому живо представлял их разговор в лицах. Эх, рано Лба спать отправил, мог бы еще пива выиграть! Спать не хотелось долго и только под утро я разбудил Михаила, чтобы он меня сменил. Поспал от силы пару часов и на следующий день ожидаемо чувствовал себя разбитым. Матрена подсунула мне из своих закромов какую-то микстуру, от которой я слегка приободрился. Да и день выдался теплым, безветренным, хоть и не очень ясным из-за облаков, так что все было не так уж и плохо. — Как там наши безвинно убиенные? — Мы сделали все, что смогли. Скоро пострадавших можно будет уже воскрешать! Там есть другие лекари, думаю, они справятся и без моего участия. — Тогда попробуем пообщаться с местными жителями? Посмотрим, что там за задания у них. К тому времени уже вся толпа потянулась наружу и разбрелась, кто куда. Приют почти опустел. Мы вышли на улицу и первым делом наше внимание привлек призрак у входа в Поселок. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью!.. Да ведь? Вы же справитесь? Последние слова были обращены к нам. — Зависит от того, что нужно сделать. — Слушайте же, о Избранные! Меня зовут Эрфар-Краснобай. Наш Поселок только что пережил гоблинский набег. На случай, если мы решим отомстить, подлые гоблины выставили дозорного. Если из Поселка выйдет наш неуклюжий воин, гоблин еще из-за холма услышит бренчание его доспехов и сбежит или позовет подмогу. Но Избранный с богатым опытом и великой ловкостью сможет убить дозорного прежде, чем он поймет, в чем дело! — Нужно убить какого-то гоблина? — попытался я свести к сути. — Очередного призрака? — Мы будем ждать и надеяться! Но беспокоиться о вас мы не будем, поскольку Избранный не может потерпеть неудачу! Особенно если прихватит с собой друзей. Убейте гоблина и возвращайтесь скорее! — А где его искать, этого гоблина? — Наш Поселок только что пережил гоблинский набег. На случай, если мы решим отомстить, подлые гоблины выставили дозорного. Если из Поселка выйдет наш неуклюжий воин, гоблин еще из-за холма услышит бренчание его доспехов и сбежит или позовет подмогу. Но Избранный с богатым опытом и великой ловкостью сможет убить дозорного прежде, чем он поймет, в чем дело! — Это мы уже поняли. Сам гоблин где? — Мы будем ждать и надеяться! Но беспокоиться о вас мы не будем, поскольку Избранный не может потерпеть неудачу! Особенно если прихватит с собой друзей. Убейте гоблина и возвращайтесь скорее! Не то, чтобы я считал себя агрессивным, но желание треснуть Эрфара-Краснобая по голове испытывал очень острое. Но поскольку он был призраком, вряд ли бы это возымело эффект. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью! — Идем, Ник, он больше ничего не скажет. — Слушайте, а может это и не призраки вовсе? Ну не похожи они на призраков! — я покосился на местных, которые радостно улыбались, что-то отвечая тем, кто к ним подходил. — Я согласен, — кивнул Миша. — Даже если призраки ничего не помнят о себе, о своей жизни, они все равно не ведут себя так. У них есть разум и воля, а эти больше похожи на заведенные куклы. Я бы предположил, что это магическая проекция, но… — Но это призраки, — качнула головой Лиза. — Это точно призраки когда-то живших людей! Я чувствую. У них есть разум, только… Она прикрыла глаза, будто сосредоточенно вслушиваясь во что-то. — Только — что? — Не знаю. Не могу понять. Сложно проникнуть к ним в головы, ведь это просто духи. — Ладно. Давайте подойдем вон к тому, может он что-то более вменяемое ска… — Извините, вы случайно не гоблина-дозорного убивать идете? Мы уставились на подошедшего к нам эльфа — высокого и худого, с вымученной улыбкой и взглядом блаженного. — Ну-у… — Я собираюсь выполнить это задание, но одному идти не хочется… подумал, может быть вы тоже в ту сторону направляетесь? — Вообще-то, мы точно не знаем, в какой это стороне. — Я знаю! Это недалеко. Призрак гоблина появляется прямо на дороге, его нужно просто развеять. Мои друзья говорили, что это несложно. — А почему вы не со своими друзьями? — Все уже давно выполнили это задание, а я… я отвлекся и… — замялся эльф, сильно смутившись. — Хорошо, пошли. Покажешь дорогу. Эльф, представившийся как Ромео ди Ардер, поначалу казался мне подозрительным, но вскоре ситуация прояснилась. Он болтал всю дорогу без умолку, точнее — ныл и жаловался на судьбу, чем здорово нас достал, зато мы узнали, что его «Путь Избранного» вильнул в сторону из-за неразделенной любви. Девушка, запавшая ему в душу, не ответила взаимностью, хотя он всячески старался привлечь ее внимание, позабыв обо всем на свете. В конце концов он решил вернуться к выполнению заданий. — Ах, идти вместе по пути Избранного рука об руку, прикрывая друг друга, деля трофеи… да что там! Я бы все ей отдавал! На руках бы носил! А она даже не смотрит в мою сторону… Ну чем же растопить это ледяное сердце? Я подарил ей амулет гоблинской работы. Хотел, чтобы она была королевой среди эльфиек! Многие носят украшения самых искусных эльфийских мастеров. Но такая забавная штучка, как амулет гоблинов с Гипата, не украшает больше ни одно эльфийское запястье в мире. Чудесное, мастерское произведение! Я здесь его нашел. Мой трофей! От него так и веет первобытностью, чем-то таким невинным и чистым, как детская душа… Но она даже не взглянула! Ох, если она только обратит на меня внимание, хотя бы улыбнется мне, знаете, что я тогда сделаю? Я все сделаю, чтобы победить в этом конкурсе! И выиграю для нее эти хоромы в Новограде — роскошный терем с видом на башню Айденуса. Она точно не устоит! Я продолжал мысленно уговаривать себя, что мне не свойственна агрессия и бить эльфа я тоже не буду, хотя и он, и его возлюбленная стояли у меня поперек горла. К счастью, мы и правда не ушли далеко от Поселка, когда на дороге появился призрачный гоблин. — Позвольте, я первый, — вышел вперед незадачливый герой-любовник. Он легко развеял призрака магией и удовлетворенно отступил назад. И буквально спустя несколько секунд появился второй гоблин, точь в точь такой же, какой только что исчез. И каждый раз после того, как кто-то из нас расправлялся с призраком, он возвращался снова на то же место. На всякий случай мы все убили его по два раза, чтобы уж наверняка. На обратном пути опять пришлось слушать про возлюбленную эльфа. Я заметил, что у Орла начал дергаться глаз. Но эльф все же оказал нам услугу, поэтому все мужественно терпели его стенания. — От всей души благодарю вас! И от имени всех жителей Поселка тоже! Теперь мы сможем выгонять остатки нашего скота на пастбища, не опасаясь гоблинов. И если небо будет милостиво к нам, то сохраним хотя бы небольшое стадо. Хочется надеяться на это… — запричитал Эрфар-Краснобай, выдавая каждому по бронзовой медальке. Интересно, он точно знает, что каждый из нас выполнил поручение? Наверное, да. Иначе бы все сразу начали мухлевать. — Давайте, если нас еще пошлют убить кого-нибудь, пойдем одни, хорошо? — попросил Орел, когда эльф, получив свою медаль, откланялся. — Странный он, этот Ромео ди Ардер, вы не находите? — произнес Миша. — Он просто сильно влюблен в девушку, что тут такого? — сразу принялась заступаться Матрена. — Нет, я не об этом. Он сказал, что подарил ей гоблинский амулет. Но гоблины на Гипате такие же призрачные, как и вся остальная живность! Он не мог получить здесь такой трофей. — Наверное, он просто перепутал, и гоблин был заезжим, как и мы, — пожала плечами Матрена. — …Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью… — Ну что? Идем дальше выполнять задания и собирать Знаки? — вздохнул я и поглядел на Эрфара, голосящего свой текст. — Мы можем еще чем-то помочь? — Кроме гоблинов, на наше стадо каждую ночь нападают волки! — тут же ответил он не задумываясь, будто только и ждал, когда к нему обратятся. — Но, может быть Избранный справится и с ними? Стая, которая ворует у нас скот, непростая: ее вожак — белый волк — умнее любой собаки… Он и охотников наших сколько раз в дураках оставлял! Только Избранный способен перехитрить эту бестию. Ум и сообразительность Избранного не оставят белому волку ни малейшего шанса! Праздник придет в Поселок — белый волк скоро будет убит! Слава Избранному! — Значит, теперь надо развеять призрака белого волка… — Я восхищен силой и благородством Избранного! Ведь для Избранного этот подвиг — так, еще один в череде многих. — А где искать этого волка, ты конечно не скажешь? — Кроме гоблинов, на наше стадо каждую ночь нападают волки! Но, может быть Избранный справится и с ними? Стая, которая ворует у нас скот, непростая: ее вожак… — Ой, все! Глава 3 Просмотреть полную запись
  4. Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 2. В погоне за Знаками — Кого они пытаются завлечь этими письмами и обещанием некоего Откровения? Я лично не успокоюсь, пока не разберусь, что здесь происходит! С каких это пор в мире живых разгуливают призрачные звери? Этому должно быть объяснение. Я согласно кивнул, хотя слушал восставшую вполуха. Матрена отказалась бросать тела убитых: орка, двоих людей, один из которых умер прямо у нее на руках, и еще двоих гибберлингов, которых мы нашли в нескольких метрах от него, тоже бездыханных. Орел и Лоб остались рядом с ней для защиты, а также Лиза, способная заранее распознать приближение кого бы то ни было. Мы же с Михаилом поспешили в Поселок, чтобы привести помощь, и встретили по дороге восставшую Зэм, с которой какое-то время шли вместе. Ее имени я не запомнил и разговора не поддерживал, зато Миша выглядел крайне заинтересованным. — Выдвинем гипотезу: на этом аллоде разразилась катастрофа — и Астрал убил все живое. Но почему же тогда духи погибших ведут себя так, словно они и не заметили своей смерти… Бред какой-то! То ли это мы все угодили в какое-то странное Чистилище, то ли местные заблудились среди миров… А я-то думала, это я, восставшая из мертвых, все в жизни повидала! От сравнения с Чистилищем меня немного передернуло. Все мы уже умирали, а Миша даже дважды. И все видели одно и то же: шевелящуюся, будто живую темноту, призраков, гоблина-проводника, слугу Тенсеса и ворота, на страже которых он стоял, но ни у кого, кроме меня, не возникло и мысли заглянуть за них и посмотреть, что там, с другой стороны. Это место не рождало ничего, кроме желания поскорее покинуть его. У меня тоже было такое желание, но и любопытство ему не уступало. Я так беспечно подошел к дверям за спиной Тенсеса и наверняка бы перешагнул через порог, где меня ждала окончательная смерть. Я был на самой грани! Думать об этом не хотелось, но ко мне то и дело забредала в голову мысль, что, возможно, мой черед умереть навсегда уже настал, и только каким-то чудом я вернулся. Нужно ли мне благодарить за это слугу Тенсеса? Восставшая не пошла с нами до Поселка и вскоре мы с ней расстались. Она углубилась в лес, где мелькало множество призрачных животных и клубился туман, а мы продолжили держаться дороги, вышедшей к реке. И снова перед нами возник очередной дракончик. — Приветствую вас, о Избранные, на Пути к Откровению! Я — Покров Ночи, и помогу вам сделать следующий шаг… — Вообще-то, мы спешим в Поселок, чтобы сообщить об убитых! Мы наш… — Помните, когда отступает сила, на помощь приходит хитрость. Тропа следует через мост, а за ним — три кошмарных людоеда. От одного вида их дубин стынет в жилах кровь. — Вы вообще слышите нас?! Там у вас на дороге трупы валяются! — Это прискорбно! Не всякий четко следует Пути, но вы не должны отступать! Лишь нож сжимал в руке Ат-Зако, тело его прикрывали ветхие тряпки, и не было у него сил сразиться с людоедами. И тогда он лег на живот и пополз как бесшумная змея, тише воды, ниже травы. Продемонстрируйте и вы свою ловкость. И не говорите, что Покров Ночи не помог вам. Людоеды не должны вас заметить! На той стороне вас ждет мой собрат — Страж Пути. Идите же, Избранные, и помните о своей главной цели! Протянувшийся через реку простой деревянный мост упирался с той стороны прямо в лес, откуда доносился рев то ли огров, то ли троллей. С одной стороны у нас сейчас есть дело поважней какой-то дурацкой роли Избранного, которую мы должны играть. С другой — а вдруг людоеды и правда опасны, и нам и впрямь лучше не привлекать к себе внимания? Оглядев спокойную, прозрачную и по виду совсем неглубокую реку, я подумал, что лучше пересечь ее вплавь или вброд, но дракончик настаивал на нелепом варианте ползти по мосту на брюхе. Стараясь унять раздражение и убеждая себя, что бросить Путь Избранного мы всегда успеем, я и Миша сделали так, как хотел Покров Ночи, хотя и нельзя сказать, что мы так уж старались. Последние метры я и вовсе прошел пешком, едва-едва пригибая спину. — Это был важный отрезок Пути! — зазвенел очередной дракончик, как только мы ступили на землю. — Вам подчиняется сила, вы обладаете ловкостью. Скоро мы узнаем, хватит ли вам мужества, чтобы идти дальше. Я — Страж Пути! Скоро, уже совсем скоро, вы сможете зайти в Поселок. Вот ваша награда — Знак Избранного. Не выбрасывайте его. Быть может, нет ничего ценней в мире, чем эта бронзовая медаль. Понадеявшись, что больше никаких дракончиков с заданиями нам не попадется и мы спокойно доберемся в Поселок, где найдем способ перевезти туда же убитых, мы поспешили по тропинке, но не прошли и пятидесяти метров, как услышали шум драки. Вот только новых трупов еще не хватало! Не сговариваясь, мы рванули на шум. — Вконец оборзели! Да чтоб я как последний гибберлинг пресмыкался перед какими-то людоедами?! Четверо орков, похожих друг на друга, как братья близнецы, в новых доспехах и при хорошем оружии, разделались на наших глазах с двумя ограми, такими же призрачными, как и вся живность вокруг. Огры хоть и выглядели внушительно, легко развеялись, не оставив после и облачка, но оркам этого было мало. Они явно не собирались останавливаться на достигнутом. — Это те самые людоеды, от которых нужно было прятаться? — уточнил Миша. — Пусть всякая мелюзга и прячется. А я из леса! Я смотрю смерти прямо в рыло и стреляю во все, что движется! — прорычал один из орков, грозно потрясая арбалетом. — А как же Спектакль, Путь Избранного… — Мы пойдем своим путем! Забьем на этот Путь для избранных-шмызбранных, просто выкосим на Гипате все живое! Да! Всех до единого! Вот это — Путь для настоящих охотников. Мы, орки из леса, не ищем легких путей, идем напролом, мочим всех. Даешь геноцид на Гипате! Его «близнецы» горячо поддержали сказанное, громко заулулюкав и поднимая оружие к небу. — А это не вы случайно пришили нескольких путников по дороге? — спросил я хмуро. Двое против четверых — не очень удачно, но я все равно был готов втащить этой агрессивной компании, если потребуется. — Не, путников не трогаем, — покачал головой все тот же орк. — Жаб местных да волков видеть довелось? Гадкие твари. Вот их выкосить — милое дело! Ну и людоедов этих, а то че они… — Да что же вы творите, глупцы?! — появившийся дракончик заверещал так громко и высоко, что я чуть не оглох, инстинктивно закрыв уши руками. — Зачем отступаете от Пути, зачем убиваете людоедов? Вы делаете не так, как первый Избранный! Это же отступление от сценария! — Ой, да ладно! Кому нужен ваш Путь?.. — Почему не внемлете нам? Представляете ли вы, на что себя обрекаете? — Ну и на что? Ты че, курица, угрожаешь нам что ли?! — Путь Избранного таит множество опасностей, но еще больше бед ожидает того, кто свернет с него. Однажды сойдя с тропы и углубившись в дебри, можно никогда не найти дорогу назад. Все должны об этом помнить! Ат-Зако навсегда уйдет вперед, и не догнать его будет, и не завершить Путь. И вы не получите Знаков Избранного, Откровение обретут другие, а вы сгинете в темноте и безвестности, так ничего и не узнав! Такой вы хотите судьбы? Мы такой судьбы точно не хотели и ввязываться в эти разборки не собирались, и потому не стали дожидаться окончания разговора пререкавшихся друг с другом дракончика и орков. — «Однажды сойдя с тропы и углубившись в дебри, можно никогда не найти дорогу назад» — как-то мрачновато звучит, тебе не кажется? — произнес я. — Пока что призрачная живность не выглядит такой уж серьезной угрозой. Как думаешь, насколько здесь опасно? — Понятия не имею, — пожал плечами Миша. — Выглядит все и правда безобидно, ребенок справится, но может это только отвлекающий маневр? Нельзя расслабляться! Моей надежде на то, что больше дракончиков мы не встретим до самого Поселка, не суждено было сбыться. Мы уже видели впереди высокий бревенчатый забор, довольно крепкий на вид, когда перед нами вновь замаячило крохотное золотистое существо. — Вот и последнее испытание перед вратами Поселка. Я — Несгибаемое Намерение. Именно здесь Избранный увидел гоблинов. Они стояли стеной, отделяя его от людей и крыши над головой. И вознес он свой острый нож, и нанес сокрушающий удар сзади в голову — и гоблин пал, а товарищ его даже не пошевелился! Я тяжело вздохнул, но не стал спорить. — Что нужно делать? Убить призрачного гоблина? Дракончик указал лапкой на каменный постамент рядом, где и впрямь появился полупрозрачный гоблин. Я молча, с видом терпеливой обреченности, достал меч и развеял призрака. То же самое после меня сделал и Миша. — Дело сделано, и вы можете получить новый Знак Избранного и продолжить Путь! Поселок — это узел Судьбы, сюда сходятся все дороги, здесь сплетаются все нити. Именно здесь однажды все и началось. И теперь вы стоите на самом пороге! Еще один дракончик появился почти сразу — едва мы подошли к распахнутым настежь воротам. Он порхал у входа, радостно приветствуя всех путников. — Я — Привратник Судьбы! Вы прошли испытания моих собратьев, и дорога в Поселок свободна. На время перепоручаю вас вашей собственной судьбе. Путь Избранного лежит через Поселок, тут Ат-Зако встретил людей. Они преданно ему служили, они с ним торговали, они его обманывали. Следуйте по Пути Ат-Зако. Каждый из вас — новый Избранный! Пройдите через все то, через что прошел он: страдайте от его боли, улыбайтесь его радости, окунитесь в его разочарование и горите его любовью. Вообще-то мне не очень-то хотелось страдать чьей-то болью и окунаться в разочарование, но пока нам ничего не известно об этом месте, лучше играть по правилам принимающей стороны. — Что нам нужно делать? — Слушайте и запоминайте! Немало времени провел Ат-Зако в Поселке, помогая его жителям. Так надлежит поступить и вам. Как только вы выполните все подвиги Ат-Зако и принесете мне Знаки Избранного, я открою вам дорогу дальше. Дорогу на север, где вас ждет продолжение Пути. До той поры не рекомендую даже пытаться идти туда. Вы обречете себя тем самым на смерть. Бесполезную и никому ненужную. А теперь… Переведите дух, сделайте глубокий вдох и входите… Дракончик отлетел в сторону, как бы освобождая дорогу и приглашая войти. И только мы собрались сделать шаг, как сзади донесся шум ругани. — Нет, нет! Ты их убил, братишек моих, родненьких, пушистеньких! Не надо было нам читать это письмо, не надо было ехать на треклятый этот осколок. Как же я теперь? Как? Один… Совсем один! У-у-у! — А не надо было на нас нападать! Вы же к нам сами полезли, тапки безмозглые!!! Убили Взмора… — Так это он первый убил Эрика! Мы собирались идти по Пути Избранного. И вот один я остался, совсем один. У-у-у… Убивец братишек моих! Трижды проклятый. Один я остался… Крохотный гибберлинг выл как сирена, перекрикивая своего оппонента — восставшего Зэм, хотя едва доходил ему до колена. Все остальная процессия, двигавшаяся вместе с ними к Поселку, помалкивала, не решаясь вклиниваться в разгоревшийся скандал. Несколько орков тащили носилки, явно сооруженные на скорую руку. Вопящий гибберлинг бежал впереди, за ним шел огрызающийся восставший. А далее, среди толпы, я заметил Матрену, Лизу, Лба и Орла со слегка позеленевшими лицами. Очевидно, все уже устали от этих криков, но заставить замолчать скандалистов никто не смог. — Элм всегда щитом нас троих прикрывал, а Эдг целился, когда я тетиву натягивал. У-у-у… Чихать мне на Перемирие, чихать! Я тебя задушу, этими вот лапками задушу! Так и знай, убивец треклятый! — Сам ты убивец! Кто Макса застрелил? А Взмора? Я за друга мстил! Мы быстро зашагали к своим, и Матрена, покосившись на лающих друг на друга гибберлинга и восставшего, устало пояснила, что помощь прибыла почти сразу, как только мы с Мишей ушли в Поселок. Ее привели как раз гибберлинг и восставший, но из их спора трудно было понять, что конкретно произошло. Так они и шли всю дорогу, выясняя отношения и всех порядком утомив. Затрепетавший перед входом в Поселок дракончик снова начал было свою песню про Путь Избранного, но путники настолько оказались вымотаны, что слушать его никто не захотел. — Мне нужна мирра, святая вода, или хотя бы просто чистая, и место, куда можно разместить погибших! — сообщила Матрена. Те, кто уже бывал в Поселке, засуетились, а гибберлинг с восставшим так и остались стоять возле носилок с убитыми, продолжая орать. В конце концов дракончику, страшно разочарованному тем, что кто-то не следует Пути, все же удалось заставить восставшего Зэм рассказать, что случилось. — Значит, шли мы втроем: я, Максим Кулакин и Взмор Буйных. Шли в Поселок, никого не трогали. А Взмор не зря из Буйных, все ему неймется: «Отойду, — говорит, — на минуту», — и свернул с дороги. Тут же оттуда крики, звон стали, маты… мы подбежали, смотрим — Взмор уже на земле валяется, без дыхания. И стоит над ним этот каниец — руки по локоть в крови. Тоже мне, Перемирие, как же! Конечно, мы не могли этого так оставить, в отместку изрешетили его с Максом. Так ему и надо, подлой канийской душонке! — Сам ты подлый, это же Фадей был… — ТИХО! — хором гаркнули все, в кои-то веке дождавшись связного объяснения происходящему, и гибберлинг примолк, обиженно засопев. — Слушайте дальше. Далеко мы не отошли, как из кустов выскакивает эта мелочь, — продолжил восставший, грозно зыркнув на гибберлинга. — Друг у друга на головах и давай стрелять в нас. Пришлось и их научить уважать Перемирие. Неужели мы не правы? Двоих мы убили, но Макс тоже полег… Я прокрутил в голове все сказанное. Двое убитых гибберлингов, двое человек и орк… Но ведь до них мы нашли еще труп эльфа! — Какого еще эльфа? — ЭРИК! — снова завопил гибберлинг. — Кто его убил?! — А… этот. Ну… Так его Взмор завалил. Еще в самом начале завалил, м-м-мда-с. За то, что слишком высокомерно крыльями махал, — пожал плечами восставший. У меня разболелась голова и я почувствовал острое желание увеличить количество трупов, добавив к ним и восставшего с гибберлингом. — То есть, это все-таки вы первые начали! — воскликнула Матрена. — Да расслабьтесь вы. Мы ж никого насовсем не убивали. Все скоро воскреснут, так что пусть этот мохнатый не ноет, вернутся его братья. Как говорят орки — все пучком! В Поселок мы вошли целой толпой, но когда она немного рассосалась, я смог оглядеться. Деревня как деревня. Маленькие канийские домики, украшенные затейливой резьбой, высокий частокол по всему периметру, а в центре большое двух- или даже трехэтажное сооружение, вызвавшее у меня легкий культурный шок. Нет, я конечно видел здания куда огромней и мощней, но эта постройка целиком состояла из дерева, что меня весьма впечатлило. Я и не представлял, что из обычных бревен можно соорудить такое! — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Самые мои худшие опасения сбылись. Жители Поселка тоже были призрачными! Полупрозрачные фигуры тут и там мерцали среди обычных, живых «Избранных», что-то выкрикивали, улыбались прохожим и изо всех сил изображали жизнь. — Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник, — надрывался призрак неподалеку от входа. — Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью! Ладно, с этим разберемся позже. Как выяснилось, большое сооружение в центре выполняло роль и укрепленной башни, и церкви, и больницы, и трактира, и дома для бездомных, и вообще всего, что душе угодно… Именно туда и решено было перенести убитых. Игнорируя призраков, мы поднялись по скрипучей лестнице на самый верх и очутились в просторной комнате, заполненной народом под завязку. Воздух здесь был пропитан чем-то неожиданно вкусным. Оказалось, запах распространяет здоровый чан с похлебкой, кипящей на огне прямо в центре. Меня немного ужаснула идея разводить костер внутри деревянного помещения, но похоже, что здесь все было продумано. Под чаном, в котором спокойно могло бы поместиться несколько человек, пол был выложен камнями, а в потолке виднелось отверстие, вытягивающее дым. Вокруг чана кто на чем сидели обычные люди, орки, гибберлинги, прайдены, неспешно переговариваясь между собой. Остальные тоже сбивались в группы, стараясь занять место получше. Узкие окна-бойницы пропускали мало света, поэтому здесь было темно, но глаза быстро привыкли к полумраку. Матрена выбрала наиболее освещенное место для размещения пострадавших. Пришлось, правда, сначала разогнать оттуда пристроившихся торговцев (куда же без них!), но уступили они без криков и возмущений. В помещении нашлись и другие лекари, и вскоре возле убитых образовался целый консилиум. Мы отошли, чтобы не мешать. Я заметил, что кроме большого, центрального зала, если его можно так назвать, здесь есть еще маленькие комнатки, где немного посвободнее, но располагаться в них не хотелось. Лучше быть на виду у толпы. На всякий случай. Мы устроились на свободном пятачке недалеко от входа, и только прислонившись спиной к стене и вытянув ноги, я вдруг понял, что усталость меня все же догнала. Давно я не ходил столько пешком! Похлебку из большого чана, которой могли угоститься все желающие, мы пробовать не стали. У нас пока были свои припасы. — А откуда здесь еда, если все животные призрачные? — Зато растения настоящие. И потом, может здесь все же есть и живые звери? Мы еще многого не видели… Возможно, в реке водится обычная рыба. Я устало оглядывал разношерстную толпу. Казалось, что мы пришли на карнавал, где все одеты кто во что горазд. Неподалеку раздражающе подвывал орк, растерявший Знаки Избранного, но вскоре его стенания слились для меня в однотонный гул. Мой взгляд бесцельно скользил по лицам, пока не остановился на Лизе, отрешенно глядевшей в пустоту. Она, словно почувствовав мой взгляд, повернула голову. — Все нормально? — спросил я. — Не знаю. Не нравится мне тут… Не то, чтобы я ощущаю какую-то опасность, но… — она замолчала, наморщив лоб и пытаясь подобрать слова. — Помнишь плато Коба? Тот трактир… — Конечно. Ты тогда сказала, что если я туда отправлюсь, что-то необратимо изменится. И не только для меня. Правда, я не заметил, что мое присутствие там что-то так уж глобально поменяло. Произнес я это достаточно уверенно, но тут же мои мысли побежали дальше, заставив усомниться в сказанном. Трактир на плато Коба свел меня с Вероникой, и это совершенно точно перевернуло мою жизнь… Только какое дело всему остальному миру до этого? И даже если я сумею разыскать ее здесь, на Гипате, Сарнаут от этого не содрогнется, реки не потекут в обратном направлении и небо не упадет на землю. — Что-то опять необратимо меняется? — спросил Орел. — Не знаю, — напряженно повторила Лиза. — Я бы и рада сказать что-то более конкретное, но не могу. Не вижу. — В любом случае, что бы ни значил этот Спектакль, какое бы Откровение он нам ни готовил, «Избранных» здесь пруд пруди, — кивнул я на толпу. — Так что вряд ли мы станем центральными фигурами каких-то изменений в мире. Лиза открыла рот, чтобы что-то сказать, но передумала, нахмурившись еще сильнее. Яскер когда-то предсказал мне, что я смогу повлиять на ход истории, и после событий в городе Демонов наверное можно считать, что предсказание свершилось. Я нашел «Хозяина» — повелителя демонопоклонников, всеми способами пытающихся уничтожить Сарнаут. Хозяин мертв. Угроза вроде бы отступила… Но у меня не было ощущения счастливого финала. Да собственно, никакого финала и не было! И как бы я не убеждал себя в обратном, понимание, что ягодки еще ждут меня впереди, жило со мной постоянно. — Ох, горе мне! — продолжал ныть орк. — В сумке дырища! Половину вещей порастерял. Да ладно шмотье! Знаки Избранного! Знаки тоже пропали! Что же мне делать-то? Привратник Судьбы сказал, я слишком туп для Избранного. Путь для меня закрыт! Как бы не так! Брехун летучий! Я ему крылья-то еще пообрываю… — Пойду проведаю, как там Матрена, — сказал Орел, устав от воплей, и я решил пойти вместе с ним. Залечивание тел убитых шло полным ходом. Рядом толпились зеваки и вездесущие советчики, ничего не смыслящие в целительстве, но не упускающие случая поделиться своим авторитетным мнением. — А вдруг они станут призраками, как местные? — Да, не-е, заезжие воскресают в своем теле. Уж и не знаю, что тут за беда приключилась… — Это темная магия! Проклятое место. — Какая разница — темная, светлая?.. — Как это какая?! — Я некромант, и собираюсь изучить силу, поддерживающую призраков. Изучить и по возможности — использовать. И мне плевать, какова ее природа: свет, тьма, астрал… Сила важней источника. Запомни это! — А вам уже удалось что-нибудь выяснить об этих призраках? — заинтересовался я, посмотрев на говорившего Зэм. — Пока нет, но мне довелось слышать несколько версий, объясняющих их природу. Одна бредовей другой. Впрочем, я в эти разглагольствования не вмешиваюсь. Я практик, а не теоретик. Я немного отошел, чтобы не стоять в толчее, и уже раздумывал, чем заняться: немного отдохнуть, попытаться поговорить с кем-нибудь — вдруг узнаю что-то важное? — или выйти на улицу и послушать призраков, как мой взор упал на одинокую девушку, забившуюся в темный угол. Она сидела на корточках, обняв свои колени, и монотонно билась спиной об стену. — Не могу, не могу я здесь больше находиться! Так темно. Всегда темно. Туман до костей пробирает… Один только сумрак, сумрак, сумрак… Дня от ночи не отличить. Проклятый, призрачный аллод! Я огляделся. Внутри и правда темно, но на улице, несмотря на призраков, не так уж и страшно, если не заходить в лес. — С вами все хорошо? — осторожно спросил я. Девушка подняла голову и посмотрела на меня большими, испуганными глазами. — Мне страшно. Здесь так темно! А вы… вы из Империи? Она явно была канийкой, и пугать ее еще больше не хотелось — наверняка все имперцы кажутся ей злобными убийцами, но я все же кивнул, стараясь придать лицу приветливый вид. — Везет вам! Ваши ученые, сказывают, светильники изобрели, магические, берешь с собой хоть в лес — и темноты как не бывало… — Мана-фонарь? — спросил я, удивленный тем, что столь простая и обыденная для меня вещь может быть для кого-то предметом вожделения. Повинуясь порыву, я достал из кармана свой фонарик, зажег его — ровное, белое сияние осветило темный угол — и протянул девушке. Возможно, лицо Империи складывается не только из серьезных поступков, но и из тысяч маленьких жестов — и это как раз один из таких. — Держите, вам нужнее. — Это мне? — не поверила она, взяв фонарик дрожащими пальцами. — Это значит… О! Значит, теперь я смогу выходить за околицу! А то все наши с ума посходили: не едят, не спят, задания призрачных жителей выполняют, я уже, наверное, далеко отстала… — Не страшно. Я например, вообще только прибыл. — Говорят, конкурс объявили, если кто-то из наших Откровение первым получит, тому большая награда полагается. — Удачи! Все-таки красивые девушки как никто другой могут настроить на миролюбивый лад. Орел все еще находился возле врачующей Матрены, Лиза посапывала на плече у Миши, а мы со Лбом решили все же выйти на улицу, хотя договорились далеко не уходить. Не стоит разделяться. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью! Где-то я это уже слышал. Все тот же призрак недалеко от главных ворот повторял одни и те же слова по кругу, как заведенная кукла. Это было настолько странно, что становилось жутковато. Я и Лоб глядели на него несколько минут, слушая короткий монолог и ожидая каких-то изменений. Но призрак говорил строго по тексту, и даже с одинаковой интонацией. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится… — Подойдем поближе? — с сомнением в голосе произнес я, но Лоб отрицательно затряс головой. — Ну его, прозрачного, и топором-то не больно отмахаешься. К призракам, и не только кричащему, но и к другим местным жителям время от времени кто-нибудь, да подходил, чтобы поговорить, но разговора я не слышал. Единственное, что долетало до моего слуха, это голоса мужчины и троих гибберлингов, стоявших как и мы на ступеньках. — Ох… Эти призрачные кабаны только с виду бесплотные, а как налетели на нас… — С ног повалили, клыками изорвали! И драпали мы от них так, что только пятки сверкали. Аж ботиночки потеряли по дороге… — Эх, хорошие были, кожанные, только вчера купили. Столько золота пришлось отдать! Ай-я-яй! — Ох, какая беда! — запричитал мужчина, всплеснув руками и изображая горячую заинтересованность проблемами гибберлингов. — Я постараюсь вам помочь! Кажется, у меня где-то были ботинки небольшого размера. Мне-то малы, а вам в самый раз будет! — Правда?! Здорово! Ты слышишь, Чик? — Да-да, не уходите далеко, я обязательно разыщу вас! Ведь все должны помогать друг другу! — Вот спасибочки! А то мы думали, что не победить нам уже в этом конкурсе… Я краем глаза следил за странной компанией, и хотя мужчина не был мне знаком, я почему-то не сомневался в том, кто это. Быть может все дело в нарочитой безликости — в нем не было абсолютно ничего броского и запоминающегося, а может дело во взгляде — доброжелательном, но одновременно липком и пронзительном. Мое внимание к разговору не осталось незамеченным. Как только довольные гибберлинги удалились, мужчина шагнул в нашу со Лбом сторону. — Товарищ майор! Товарищ лейтенант! Виктор Твердолобин, Комитет Незеба, рад познакомиться! Пожать протянутую руку я конечно пожал, но разговаривать совсем не хотелось. — Мне не докладывали, что вы тоже здесь будете… — Мы здесь как частные лица. Только что прибыли. — Понятно. А мы тут вовсю собираем Знаки, которые выдают дракончики. Негласное распоряжение для всех имперцев… Вот, познакомьтесь: это Нина Красавина — спортсменка, работник Комитета и просто красавица. Именно она официально является нашей Избранной. Подошедшая к нам хадаганка и впрямь могла бы быть настоящей красавицей, если бы нее совершенно деревянное лицо без намека на заинтересованность и эмоции. Она равнодушно поздоровалась с нами, встав рядом с Твердолобиным, как бездушная статуя. — Мы все работаем на успех Красавиной, — продолжил комитетчик. — Полученные Знаки Избранного сдаем ей. Империя должна получить Откровение первой! — Разумный ход. — Хотя, на вас это, наверное, не распространяется, — тут же смутился он. Мне даже показалось, что я вижу, как мечутся его мысли, пытаясь определить, что важнее — приказ руководства, касающийся вроде бы всех, или мой образ национального героя, созданный отделом пропаганды все того же руководства. — Я тут пытаюсь выяснить, что замышляет Лига, не имеется ли у нее своего плана. — И как успехи? — Лига объявила конкурс среди своих граждан. Кто быстрее всех знаки Избранного соберет и получит Откровение, тому награда — роскошные хоромы в центре Новограда. Наш план с Ниной Красавиной гораздо лучше — все за одного! Но палки в колеса Лиги вставить не помешает. На всякий случай. — Угу… — согласно покивал я, твердо про себя решив, что не буду принимать участия в этих распрях. Не то, чтобы во мне родилась дружеская привязанность к лигийцам, но все же мы сражались вместе, а после Язеса никаких стычек между нами не случалось. И мне не хотелось пока нарушать этот хрупкий мир, даже если он временный. Поскольку никакой важной информацией комитетчик не обладал, распрощались мы с ним быстро. День только начинал клониться к вечеру, но мы решили уже не ходить никуда сегодня. Во-первых, Матрена все еще занята врачеванием, а во-вторых, послушать разговоры тех, кто прибыл раньше нас, тоже полезно. Очень скоро мы узнали, что призрачные жители Поселка, как и дракончики, давали всем желающим несложные поручения, якобы повторяющие деяния Ат-Зако. За выполнение выдавались бронзовые медальки — Знаки Избранного, с которыми все вокруг носились, как полоумные. Мне это казалось полнейшим идиотизмом, и Мишин призыв относится ко всему, как к некой игре, не нашел в моей душе отклика. — Игра — это карты, шахманты, гоблинбол наконец… А выполнять дурацкие задания каких-то… существ, которые даже не живые и только и могут, что повторять один и тот же текст, — это наркоманский бред! Какой идиот это придумал?! Вскоре выяснилось, что ночи как таковой на Гипате нет. Аллод окутали сумерки и туман выполз из леса, клубясь на тропинках и среди домов поселка. Стало заметно холодней, и я с удивлением понял, что уже отвык от сна в походных условиях. Миша и Лиза спали, Лоб дежурил, я же заснуть не смог и лениво наблюдал за происходящем вокруг. В большом деревянном строении устроилось, наверное, большинство путников, и отовсюду раздавался равномерный гул множества голосов, хотя все и старались говорить потише. Я заметил Твердолобина, который таки вручил гибберлингам якобы завалявшуюся (а скорее всего специально приобретенную) пару обуви. Рядом с комитетчиком все с тем же отрешенным видом скучала Красавина, не сказавшая ни слова. Сам Твердолобин разливался соловьем, уверяя гибберлингов, что им жизненно необходимо обновить доспехи, которые у него как раз чисто случайно имеются. — Как думаешь, выторгует у них Знак Избранного? — спросил я, заметив, что дежуривший Лоб тоже смотрит в их сторону. — Не-а. — На что спорим? — М-м-м… пиво? — По рукам. — …это первоклассные доспехи! — Да, действительно, и размер подходит… — Держитесь теперь все волки и жабы! — Так-то оно так, вот только… — А потом, представляете, вернетесь вы на Новую Землю в новых доспехах… — Что же делать? Мы давно не охотились, золото у нас все вышло. Но мы очень-очень хотим себе эти доспехи! — Да мне золото не особо и нужно… — Знаете что! А мы отдадим наши Знаки Избранного! Идет? — Вот демоны мохнатые, что ж так быстро-то? — разочарованно воскликнул Лоб. Я выбрался из спального мешка, окончательно решив, что заснуть все равно не могу, но сразу же пожалел об этом. Твердолобин заметил меня и снова решил подойти, видимо чтобы похвастаться своей находчивостью. — Еще три Знака! — радостно объявил он. — Никогда еще индивидуализм не побеждал командный дух. Все вместе, плечом к плечу — и Нина первой получит Откровение! А уж если мы лишим Лигу парочки Знаков Избранного… — Ловко у вас выходит, — похвалил я. В конце концов комитетчик выиграл для меня пиво, можно и поблагодарить его за это. — Да, самая верная тактика — найти слабое место у противника и нанести стремительный, точный удар! Я тут еще пару лигийцев приглядел, чувствую — мои клиенты. Вон та женщина темноты боится. Честь отдаст за амулет бесстрашия! Но нам ее честь и даром не нужна. Нам нужны Знаки Избранного! — А что за амулет бесстрашия? — Какие-то новые штучки от наших псиоников. Подавляют страх… — И соответственно — инстинкт самосохранения. Опасная вещь, — поморщился я, но комитетчик этого не заметил. — Зато полезная! — воскликнул он, хищно уставившись на уже знакомую мне девушку, которой я подарил свой мана-фонарик. Вскоре вернулась уставшая Матрена, закончившая лечить раны убитых, а вместе с ней и Орел. Я прогнал спать Лба, и остался дежурить сам. Все равно мне не спится. Разговоры постепенно затихали, разбившись на отдельные шепотки из разных углов, сумерки снаружи превращались внутри помещения в почти абсолютную темноту, подсвеченную разве что тлеющими углями под большим чаном, но глаза привыкли, и я различал множество силуэтов, пытающихся согреться под одной крышей, несмотря на свою непохожесть друг на друга. Сейчас мы все в одной лодке. Снова. И непонятно, кто наш враг на этот раз. А может, я драматизирую, и никакого врага нет? В какой момент я стал постоянно находиться в ожидании опасности? Параноик… — Да что вы говорите? — С этим амулетом даже курица станет бесстрашной, как лев! — Хм… — Я на курах и проверял — вы бы видели, как они бросаются в атаку! Хотите, сами попробуйте. Этот амулет — страшная сила! — Подождите! А если я надену этот амулет и тоже, как глупая курица, стану бросаться на тех, кто гораздо сильнее меня? Долго я не протяну, так ведь? — Но ведь… мозгов-то у вас побольше, чем у курицы. Ну так что? — Ладно, давайте я надену его… Хм… странное чувство. Где-то тут орк был, он вчера косо на меня посмотрел… Кулачищи огромные — так думает, все можно. Сейчас я пойду объясню ему, что такое канийская женщина! — Постойте, сейчас же все спят! Завтра покажите. Так как насчет нашего уговора? — А? Знак Избранного… Да, вот он, забирайте. Хотя канийку и комитетчика я не видел, но шепот различал очень отчетливо, поэтому живо представлял их разговор в лицах. Эх, рано Лба спать отправил, мог бы еще пива выиграть! Спать не хотелось долго и только под утро я разбудил Михаила, чтобы он меня сменил. Поспал от силы пару часов и на следующий день ожидаемо чувствовал себя разбитым. Матрена подсунула мне из своих закромов какую-то микстуру, от которой я слегка приободрился. Да и день выдался теплым, безветренным, хоть и не очень ясным из-за облаков, так что все было не так уж и плохо. — Как там наши безвинно убиенные? — Мы сделали все, что смогли. Скоро пострадавших можно будет уже воскрешать! Там есть другие лекари, думаю, они справятся и без моего участия. — Тогда попробуем пообщаться с местными жителями? Посмотрим, что там за задания у них. К тому времени уже вся толпа потянулась наружу и разбрелась, кто куда. Приют почти опустел. Мы вышли на улицу и первым делом наше внимание привлек призрак у входа в Поселок. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью!.. Да ведь? Вы же справитесь? Последние слова были обращены к нам. — Зависит от того, что нужно сделать. — Слушайте же, о Избранные! Меня зовут Эрфар-Краснобай. Наш Поселок только что пережил гоблинский набег. На случай, если мы решим отомстить, подлые гоблины выставили дозорного. Если из Поселка выйдет наш неуклюжий воин, гоблин еще из-за холма услышит бренчание его доспехов и сбежит или позовет подмогу. Но Избранный с богатым опытом и великой ловкостью сможет убить дозорного прежде, чем он поймет, в чем дело! — Нужно убить какого-то гоблина? — попытался я свести к сути. — Очередного призрака? — Мы будем ждать и надеяться! Но беспокоиться о вас мы не будем, поскольку Избранный не может потерпеть неудачу! Особенно если прихватит с собой друзей. Убейте гоблина и возвращайтесь скорее! — А где его искать, этого гоблина? — Наш Поселок только что пережил гоблинский набег. На случай, если мы решим отомстить, подлые гоблины выставили дозорного. Если из Поселка выйдет наш неуклюжий воин, гоблин еще из-за холма услышит бренчание его доспехов и сбежит или позовет подмогу. Но Избранный с богатым опытом и великой ловкостью сможет убить дозорного прежде, чем он поймет, в чем дело! — Это мы уже поняли. Сам гоблин где? — Мы будем ждать и надеяться! Но беспокоиться о вас мы не будем, поскольку Избранный не может потерпеть неудачу! Особенно если прихватит с собой друзей. Убейте гоблина и возвращайтесь скорее! Не то, чтобы я считал себя агрессивным, но желание треснуть Эрфара-Краснобая по голове испытывал очень острое. Но поскольку он был призраком, вряд ли бы это возымело эффект. — Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью! — Идем, Ник, он больше ничего не скажет. — Слушайте, а может это и не призраки вовсе? Ну не похожи они на призраков! — я покосился на местных, которые радостно улыбались, что-то отвечая тем, кто к ним подходил. — Я согласен, — кивнул Миша. — Даже если призраки ничего не помнят о себе, о своей жизни, они все равно не ведут себя так. У них есть разум и воля, а эти больше похожи на заведенные куклы. Я бы предположил, что это магическая проекция, но… — Но это призраки, — качнула головой Лиза. — Это точно призраки когда-то живших людей! Я чувствую. У них есть разум, только… Она прикрыла глаза, будто сосредоточенно вслушиваясь во что-то. — Только — что? — Не знаю. Не могу понять. Сложно проникнуть к ним в головы, ведь это просто духи. — Ладно. Давайте подойдем вон к тому, может он что-то более вменяемое ска… — Извините, вы случайно не гоблина-дозорного убивать идете? Мы уставились на подошедшего к нам эльфа — высокого и худого, с вымученной улыбкой и взглядом блаженного. — Ну-у… — Я собираюсь выполнить это задание, но одному идти не хочется… подумал, может быть вы тоже в ту сторону направляетесь? — Вообще-то, мы точно не знаем, в какой это стороне. — Я знаю! Это недалеко. Призрак гоблина появляется прямо на дороге, его нужно просто развеять. Мои друзья говорили, что это несложно. — А почему вы не со своими друзьями? — Все уже давно выполнили это задание, а я… я отвлекся и… — замялся эльф, сильно смутившись. — Хорошо, пошли. Покажешь дорогу. Эльф, представившийся как Ромео ди Ардер, поначалу казался мне подозрительным, но вскоре ситуация прояснилась. Он болтал всю дорогу без умолку, точнее — ныл и жаловался на судьбу, чем здорово нас достал, зато мы узнали, что его «Путь Избранного» вильнул в сторону из-за неразделенной любви. Девушка, запавшая ему в душу, не ответила взаимностью, хотя он всячески старался привлечь ее внимание, позабыв обо всем на свете. В конце концов он решил вернуться к выполнению заданий. — Ах, идти вместе по пути Избранного рука об руку, прикрывая друг друга, деля трофеи… да что там! Я бы все ей отдавал! На руках бы носил! А она даже не смотрит в мою сторону… Ну чем же растопить это ледяное сердце? Я подарил ей амулет гоблинской работы. Хотел, чтобы она была королевой среди эльфиек! Многие носят украшения самых искусных эльфийских мастеров. Но такая забавная штучка, как амулет гоблинов с Гипата, не украшает больше ни одно эльфийское запястье в мире. Чудесное, мастерское произведение! Я здесь его нашел. Мой трофей! От него так и веет первобытностью, чем-то таким невинным и чистым, как детская душа… Но она даже не взглянула! Ох, если она только обратит на меня внимание, хотя бы улыбнется мне, знаете, что я тогда сделаю? Я все сделаю, чтобы победить в этом конкурсе! И выиграю для нее эти хоромы в Новограде — роскошный терем с видом на башню Айденуса. Она точно не устоит! Я продолжал мысленно уговаривать себя, что мне не свойственна агрессия и бить эльфа я тоже не буду, хотя и он, и его возлюбленная стояли у меня поперек горла. К счастью, мы и правда не ушли далеко от Поселка, когда на дороге появился призрачный гоблин. — Позвольте, я первый, — вышел вперед незадачливый герой-любовник. Он легко развеял призрака магией и удовлетворенно отступил назад. И буквально спустя несколько секунд появился второй гоблин, точь в точь такой же, какой только что исчез. И каждый раз после того, как кто-то из нас расправлялся с призраком, он возвращался снова на то же место. На всякий случай мы все убили его по два раза, чтобы уж наверняка. На обратном пути опять пришлось слушать про возлюбленную эльфа. Я заметил, что у Орла начал дергаться глаз. Но эльф все же оказал нам услугу, поэтому все мужественно терпели его стенания. — От всей души благодарю вас! И от имени всех жителей Поселка тоже! Теперь мы сможем выгонять остатки нашего скота на пастбища, не опасаясь гоблинов. И если небо будет милостиво к нам, то сохраним хотя бы небольшое стадо. Хочется надеяться на это… — запричитал Эрфар-Краснобай, выдавая каждому по бронзовой медальке. Интересно, он точно знает, что каждый из нас выполнил поручение? Наверное, да. Иначе бы все сразу начали мухлевать. — Давайте, если нас еще пошлют убить кого-нибудь, пойдем одни, хорошо? — попросил Орел, когда эльф, получив свою медаль, откланялся. — Странный он, этот Ромео ди Ардер, вы не находите? — произнес Миша. — Он просто сильно влюблен в девушку, что тут такого? — сразу принялась заступаться Матрена. — Нет, я не об этом. Он сказал, что подарил ей гоблинский амулет. Но гоблины на Гипате такие же призрачные, как и вся остальная живность! Он не мог получить здесь такой трофей. — Наверное, он просто перепутал, и гоблин был заезжим, как и мы, — пожала плечами Матрена. — …Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах, — и вот, смотрите: он среди нас! Лучшая еда, лучшее жилище, почет и уважение — вот чем должны мы окружить Избранного! Он не должен знать отказа ни в чем! Избранный — наш спаситель и защитник! Посмотрите на его смелое лицо: он справится с любой опасностью… — Ну что? Идем дальше выполнять задания и собирать Знаки? — вздохнул я и поглядел на Эрфара, голосящего свой текст. — Мы можем еще чем-то помочь? — Кроме гоблинов, на наше стадо каждую ночь нападают волки! — тут же ответил он не задумываясь, будто только и ждал, когда к нему обратятся. — Но, может быть Избранный справится и с ними? Стая, которая ворует у нас скот, непростая: ее вожак — белый волк — умнее любой собаки… Он и охотников наших сколько раз в дураках оставлял! Только Избранный способен перехитрить эту бестию. Ум и сообразительность Избранного не оставят белому волку ни малейшего шанса! Праздник придет в Поселок — белый волк скоро будет убит! Слава Избранному! — Значит, теперь надо развеять призрака белого волка… — Я восхищен силой и благородством Избранного! Ведь для Избранного этот подвиг — так, еще один в череде многих. — А где искать этого волка, ты конечно не скажешь? — Кроме гоблинов, на наше стадо каждую ночь нападают волки! Но, может быть Избранный справится и с ними? Стая, которая ворует у нас скот, непростая: ее вожак… — Ой, все! Глава 3
  5. Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 1. Приглашение на Спектакль Шел снег. Я подставлял лицо морозу, чувствуя, как он ревниво целует мои щеки. Ветра не было. Солнце разливало лучи по аллоду, почти стерев все тени, и от белизны вокруг резало глаза. Но я уже научился не щуриться. Крохотный, искусственно созданный аллод, ставший моей обителью, можно обойти пешком минут за пятнадцать, или облететь на быстролете за две, и мне казалось, что я выучил здесь каждый камешек, каждое дерево и каждый куст. Разлапистые ели, привезенные с Яхча, прижились, и теперь воздух пах хвоей, чистотой и умиротворением. Даже доносившиеся из дома крики и звон посуды я воспринимал как незначительный фон. Хороший аллод получился! Такой, как я и хотел. Сейчас мое внимание было сосредоточено на двух кораблях, не очень аккуратно швартовавшихся к маленькому пирсу. Им не хватало места, но никто не хотел уступать. Почтовый, более юркий, сумел проскочить первым, но пассажирский не сдавал позиций и сумел оттеснить крохотный челнок. Я стоял у пристани, с улыбкой наблюдая за этим противостоянием, и мысленно ставил на почтальона, но не угадал. Прицепиться к пирсу ухитрились оба. — Как же тут все-таки холодно, Ник! Тебе не надоело жить на этой льдине? — едва сойдя на берег принялся причитать Орел. Он говорил это каждый раз, и я уже не утруждал себя ответом. Его стенания стали просто ритуалом. — Если уж ты решил потихоньку дичать вне пределов цивилизации, то мог выбрать кусок земли в более теплом месте?! Я бы к тебе с пивом наведывался чаще… — Вот поэтому он и решил жить на льдине! — вставила Лиза. — Чтобы ты со своим пивом сидел дома. — А по-моему, здесь мило, — вежливо сказала Матрена, стараясь придать лицу соответствующее выражение. Я гордо называл свой маленький остров «Земля Санникова», под таким названием и зарегистрировав его в реестре, и был страшно им доволен. Но Имперские аллоды в основном очень жаркие и их жители привыкли к высоким температурам, поэтому я знал, что никому здесь не нравится. Кроме разве что толстокожего Лба, которому вообще все равно. — Шашлычок на морозе — тоже хорошо! — подтвердил он мои предположения. — Я тоже рад вас видеть, — произнес я и уже хотел было позвать всех в дом, как тут напомнил о себе почтальон. — Товарищ Санников, вам тут… — Вон там оставьте, я потом заберу, — неопределенно махнул я рукой, предлагая почтальону самому решать, куда складировать корреспонденцию. Все равно я перестал ее читать. — Нет-нет-нет, тут есть важное послание! И вы должны поставить подпись! — Еще чего! Можете забирать свое послание обратно… — Никита! — укоризненно воскликнула Матрена и нахмурила брови. — Что?! Мне теперь эти письма мешками со всей Империи приходят! — Это ты должен взять! — настоятельно сказал Миша, а Орел выхватил ручку из рук почтальона. — Давайте, я распишусь. — Ага, вот тут подпись, вот тут и вот тут еще, за получение. И не крестиком, пожалуйста! А то тут так каждый второй расписаться норовит! Все, теперь можете забрать посылку… Наша почта — самая надежная в Сарнауте! — Хорошо, хорошо, лети уже к другому адресату. Орел забрал у него письмо и еще какой-то предмет из рук, протянул мне и тут же, бросив настороженный взгляд мне за спину, предупредил: — Если Гелла там, то лучше прочти на улице. — Что-то там тихо стало. Кажется, она телепортировалась, — пробормотал я и зашагал в дом. Тишина и куча осколков на полу… Я понадеялся, что у меня еще осталась хоть какая-то посуда. — Вы поссорились? — осторожно спросила Матрена, глядя на это побоище. — Опять? — менее деликатно добавила Лиза, не переваривающая Геллу с первой минуты их знакомства. Я равнодушно пожал плечами. Гелла — профессиональная актриса, и она не любит делить главную роль с кем-то еще, поэтому в нашей с ней пьесе я был даже не актером второго плана, а безмолвной декорацией. Она сама находила причину для конфликта, сама ссорилась, уходила, сама прощала меня и возвращалась. Я вообще не принимал в этом действии никакого участия, наблюдая за всем как бы со стороны. Единственное, что вызывало у меня интерес, сама ли Гелла является ко мне, или это Комитет ее присылает проведать, как я тут поживаю на краю света. Не спрыгнул ли еще в астрал? В остальном мне было все равно — мои мысли занимал совсем другой образ. Зеленые глаза, рыжие волосы, веснушки… Дочка трактирщика с плато Коба, Вероника, так прочно сидела в моей голове, что тоска по ней стала походить на неизлечимую болезнь. Произошло это не сразу, ведь сначала у меня еще теплилась надежда, что я сумею ее найти. После событий на осколке Язеса, когда нам удалось остановить наступление демонов и уничтожить того, кого демонопоклонники называли «Хозяином», у меня было широкое поле для деятельности и помощь государственных структур за спиной — потому что Империя умеет быть благодарной! Но ни на Святой Земле, ни где-либо еще Веронику и ее отца найти не удалось. Они оба лгали, утверждая, что их родной аллод — это Гипат. Как я выяснил позже, такой аллод действительно существовал, но был уничтожен еще в начале прошлого века, в Ночь Астральных Порталов. У меня не осталось ни одной нити, за которую можно было бы потянуть. Холодный, уединенный островок, созданный на куске метеоритного железа и очень похожий на то место, где я родился, — это лучшее, что еще Империя могла для меня сделать. И теперь я, пользуясь привилегиями, щедро отсыпанными государством, прятался здесь от всего остального мира, вызывая крайнее неудовольствие у своих друзей. Правда, вскоре это уединение нарушила моя старая знакомая. Гелла появилась на моем пороге, ослепительная в своей красоте и неподражаемая в своем актерском таланте. Я не возражал. И когда она психовала и убегала обратно в столицу, тоже особо не расстраивался. — Что там, на большой земле? Есть новости? — поинтересовался я, собирая осколки с пола. — Вообще-то, есть! Ты совсем не читаешь газет и не слушаешь радио? — Нет. Если что-то важное, за мной бы прислали… — Никита, так нельзя! — покачала головой Матрена, критически осмотрев меня с ног до головы. — Тебе пора заканчивать с этим затворничеством, ты уже сам на себя не похож! — Подумаешь, зарос немного! Зато здесь тихо, никакой шумихи. — Ты не можешь здесь вечно прятаться! — Почему не могу? Могу! — Ник! — Я не хочу возвращаться в Незебград, даже не начинайте! — твердо сказал я. — Мне надоело фальшиво улыбаться в объективы и как болванчик повторять заученный текст! Пусть товарищ Рысина найдет себе другую игрушку. — Ты слишком драматизируешь, — произнес Миша. — Стране нужен символ. Это объединяет людей, заставляет их испытывать патриотизм… Образ солдата-героя — хороший пропагандистский ход. — Я на Язесе был не один. — Это известная психологическая уловка, — пояснила Лиза. — Хранитель, у которого есть конкретные имя и лицо, вызывает больше сопереживания, чем большая безликая группа. Все сразу начинают интересоваться его биографией, личной жизнью… — Ты сейчас делаешь только хуже, Зизи, — предупредил я. — Относись к этому философски, товарищ майор, — усмехнулась она. — В любом случае, у нас есть, чем тебя взбодрить. Прочти письмо. Новости тебе понравятся, я обещаю. Она сумела навести интриги. Не без интереса я развернул конверт и впился глазами в написанные красивым каллиграфическим почерком строки: «Не выбрасывай это письмо! Это не пропаганда идей Триединой Церкви, и не реклама нового эльфийского журнала. Это приглашение на Спектакль. Действо обещает быть увлекательным. Насколько — зависит и от тебя тоже. В конце концов, «вся наша жизнь — игра!», как сказал кто-то из великих. Чтобы попасть на представление, используй приложенный к письму магический камень. Он и перенесет тебя на сцену. Там мы познакомимся ближе, ты встанешь на Путь Избранного, пройдя который, узнаешь кое-что важное. Приключения и подвиги входят в программу. До встречи! Режиссер». — Бред… Что мне должно было понравиться? — Если б ты читал газеты, то знал бы. Весь Сарнаут стоит на ушах! Мы тоже получили такое письмо… и не только мы, его получили многие, а вместе с ним телепортатор, — Лиза постучала пальцем по черному камешку, с виду ничего из себя не представляющему. — Но никто не знает, кто этот Режиссер и какие цели он преследует. — Кто-то просто решил пошутить? Мало ли в мире безумцев… — Если бы! Телепортатор работает! Рассказы от тех, кто им решился воспользоваться, довольно противоречивы. Мы не узнаем правды, пока не увидим все своими глазами. — А зачем нам смотреть на это своими глазами? — все еще недоумевал я. — Спектакль какой-то… Режиссер… Нет, может Гелле это и будет интересно, но причем тут я? — При том, Ник, — вздохнул Миша, неосознанно хватаясь за дужку очков, что всегда делал в минуты волнения, глубоких раздумий или растерянности, — что Режиссер затеял свой Спектакль на аллоде Гипат. Сначала мне показалось, что я ослышался. Но посмотрев на выражения лиц друзей, понял, что видимо — нет. — От Гипата остались одни осколки… — проговорил я вмиг осипшим голосом. — Он уничтожен… Ты же сам мне говорил об этом! И я читал… Ночь Астральных Порталов… — Да, Ник, так и есть. Так, по крайней мере, считалось! И возможно, кто-то просто водит всех за нос, но те, кто воспользовался камнем, утверждают… Хотя, они утверждают очень много странных вещей. — Я должен туда отправиться! — Тихо, тихо! Подожди! — остудила меня Лиза, потому что я уже принялся вертеть камень, пытаясь понять, как он работает. — Надо все обсудить, подготовиться. Мы же не знаем, с чем столкнемся! — И нужно доложить командованию. Мы все еще Хранители, если кто забыл. — Вот именно! Отправимся завтра с утра. Не откладывать же шашлык теперь! У меня чесались руки от нетерпения и горело все внутри, но я заставил себя успокоиться. Все это похоже на авантюру, а в авантюры лучше нырять с холодной головой, чтобы минимизировать печальные последствия. Идея вернуться пока к первоначальному плану на вечер — с шашлыком и пивом — показалась здравой. Пока я разжигал мангал во дворе, Миша рассказывал все, что он знал о Гипате. — Аллод известен в первую очередь тем, что его держателем был последний человек из расы джунов — Великий Маг Тка-Рик. — Это я помню. Тот самый, который написал свои «Откровения». — Именно. А само «Откровение» помнишь? — Ну-у… — Ник, я знаю, что у тебя есть эльфийское красное! — донесся из дома голос Лизы. — Да, в подвале, только принеси сама… — Где я его найду? У тебя же там целый лабиринт! — Так что там с «Откровением»? Мне тоже интересно, — Лоб отставил в сторону лопату, которой расчищал снег, и подошел ближе. — Тка-Рик жил уединенно, — продолжил Миша. — Он не контактировал ни с жителями Гипата, ни с другими Великими Магами, и умер во время Ночи Астральных Порталов. Перед смертью он связался со Скраканом, который на тот момент возглавлял Лигу, и сообщил ему об «Откровениях об истинной природе Сарнаута» — книге, рассказывающей о тайнах мира, которую Тка-Рик писал все эти годы. — Гипат был уничтожен, но Тка-Рик бросил остаток своих сил на защиту маленького осколка, где сохранилась эта книга. Ее потом нашел лигийский корабль кажется… — проговорил я, пытаясь вспомнить подробности. — Все верно. «Откровения Тка-Рика» вскоре попали в руки Скракана, а уж он предал их всеобщей огласке. Именно после этого состоялась встреча Скракана и Незеба, был заключен мирный договор между Лигой и Империей и начался Великий Астральный Поход. — Я бутерброды сделала на всякий случай, — вклинилась Матрена, высунувшись в окно. — Может кто-то хочет сейчас перекусить по-быстрому? — Погоди… А что там в самой книге-то было? — спросил Лоб. — Что за «Откровения»? — Тка-Рик признался, что джуны сумели открыть дверь в другой мир и оттуда в Сарнаут хлынули демоны, — сказал я, и Миша добавил: — У меня есть полный текст. Вот… Взяв у него книжицу под названием «Откровения Тка-Рика», отпечатанную уже в Имперской типографии, я прочитал вслух: «Я — последний из джунов и пришло время покаяться за все свои грехи. За 2000 лет до Катаклизма, разорвавшего наш мир на куски, Великие Маги моего народа в поисках власти и могущества сумели открыть дверь в иной мир. Это был мир первозданной энергии, только зарождающийся, откуда магическую силу можно было черпать ложками. Что мы и делали. И именно оттуда пришла беда — демоны, наше Проклятье. Это стихийные духи зла и разрушения, для которых именно первозданная энергия является родной средой. Демоны напали внезапно и прорвались в наш мир. Мы сумели захлопнуть дверь и остановить нашествие демонов, но и тех, что прорвались, было достаточно, чтобы мой народ погиб. Несколько сотен лет я и мои товарищи охотились за демонами, а те охотились за нами. Мы победили, но какой ценой! Джуны почти исчезли. Новым людям, пришедшим на наши земли, мы не открыли причины гибели своей расы. Великий Катаклизм потревожил наши защитные заклятья, и дверь в другой мир вновь была открыта. Я понял это, впервые увидев астрал, захвативший наш мир, — это та самая первозданная энергия, что составляет суть демонов и их мира. Я укрылся на Гипате и прервал общение со всем остальным миром. Мне было страшно признать вину — вину моего народа и свою личную. Моя трусость причина тому, что я сразу не сообщил о возможной угрозе…». — Короче говоря, он призвал Скракана найти единомышленников, чтобы попытаться заново запечатать дверь, открытую джунами, — прервала появившаяся Лиза. — Те самые «Врата джунов», которые в итоге и запечатали Скракан, Незеб и другие маги ценою своей жизни. В историю это вошло как Великий Астральный Поход. Но Гипат известен не только «Откровениями Тка-Рика»! Это еще и история Ат-Зако. — И сейчас, похоже, она даже важнее, — кивнул Миша. — Правда, это скорее легенда… То есть, Ат-Зако действительно существовал, о нем Тка-Рик упоминает в своих «Откровениях», но насколько правдиво дошедшее до нас предание, рассказывающее об Ат-Зако, сейчас уже трудно судить. Думается мне, его история хорошенько обросла домыслами и выдумками. — Зизи, ты нашла эльфиское красное? Похоже, я без пол-литра тут не разберусь, — сморщился Орел, уплетая бутерброды. — Ладно, давай про Ат-Зако, — кивнул я, вдруг ощутив холодок по спине. — Это еще кто такой и чем он нам интересен? — Согласно сказаниям, это джун, который и победил Проклятье — огромного демона, целенаправленно преследовавшего и уничтожавшего джунский народ. Я бы не стал вспоминать про эту легенду, но кажется таинственному Режиссеру она очень нравится: именно по ней он решил поставить свой Спектакль и теперь предлагает поучаствовать в нем всем желающим. Если вкратце, то Зак прибыл на Гипат, где его стали считать «Избранным». Он помогал местным, потом сражался с Проклятием, попутно разыскав свою возлюбленную — Луа-Джаллу. — Сценарий как будто специально для тебя написан, Ник, — хохотнул Орел. В тот момент я не обратил внимания на эту шутку, но позже очень часто вспоминал ее. Предсказуемая суматоха следующего утра меня основательно взбодрила, будто стоя в тупике я внезапно обнаружил дверь. Откуда-то взялась уйма нерастраченной энергии, которая разгоняла кровь так, что я опять почувствовал себя живым. Даже снова захотелось надеть военную форму! Но, поразмыслив, я этого делать не стал, все же мы отправляемся на Гипат не по приказу из штаба. Медальона Хранителя, который всегда висит на моей груди, будет вполне достаточно, чтобы, если потребуется, обозначить свою принадлежность к Имперской Армии. — Ну что, товарищи офицеры, готовы? — А как этой штукой пользоваться? — Так же, как обычным телепортатором, вроде… — Это дорога в один конец? Назад мы потом как вернемся? С Гипата этого… — Насколько я знаю, с этим проблем нет. Наши личные телепортаторы там работают, можно вернуться домой в любой момент. — Но это означает, что Гипат находится где-то совсем рядом с Империей! — Не факт. Лигийцы к себе как-то тоже умудряются телепортироваться. — Странно! — Ну мы отправляемся или нет?! — Да. Давайте… на счет «три»? — Раз… Два… — ТРИ! — Святой Незеб… По ощущениям это было похоже на обычную телепортацию, только привычное голубоватое сияние отсутствовало. Я почувствовал, как проваливаюсь куда-то в пустоту и перестаю ощущать свое тело, но длиться это не долго — доли секунды, за которые не успеваешь даже испугаться. Ноги стукнулись о твердую почву, лицо обдул приятный теплый ветер и я открыл глаза. Ну здравствуй, «Гипат»! Мы с интересом принялись озираться. Огромная площадь, даже скорее — целое поле, уложенное каменными плитами, простиралось от нас во все стороны. Когда-то, очевидно, вокруг возвышалось множество строений, или все это было одним грандиозным сооружением, правда теперь от стен остались одни руины. Но даже развалины производили сильное впечатление! Однако, рассмотреть все в деталях мешала толпа. — Это какой-то дурдом! — воскликнул Орел, и я частично с ним согласился. Кого здесь только не было! Люди, восставшие, эльфы, орки, гибберлинги, прайдены, гоблины, минотавры, авиаки, кобольды… Группами и поодиночке, шумные и замкнутые, веселые и сосредоточенные — все сновали туда сюда, создавая своей контрастностью друг с другом совершенно невообразимый хаос. Даже при внимательном рассмотрении, ответа на вопрос, что тут вообще происходит, не находилось. Откуда-то доносились звуки песен; неподалеку от нас на небольшом возвышении женщина надрывным голосом толкала речь, к ней подходили зрители, пожимали плечами и отходили; краем уха я слышал зазывал на тотализатор; вездесущие торговцы умудрялись что-то продавать даже в такой сутолоке; толпа бурлила, перемещалась и затягивала в свой водоворот. — Приветствую вас, незнакомцы! Вам выпал счастливый случай узреть самый невероятный Спектакль, какой только видывал этот мир! Отриньте всякую вражду и приготовьтесь насладиться незабываемым зрелищем! Все вшестером мы ошалело уставились на существо, встретившее нас этой пафосной речью. Крохотная ящерка с разноцветными крылышками, как у бабочки, порхала возле нас, рассыпая вокруг себя золотистые искры. Я невольно посмотрел на Мишу и по выражению его лица понял, что он тоже видит такое чудо впервые. Существо походило на милого игрушечного дракончика, и тем не менее оно было живым и разумным, и глядело на нас большими и очень умными глазами, смешно подергивая розовым носом в форме сердечка. — Ты кто, мелюзга? — отмер от ступора Лоб. — Я — Вестник Мира! — Ага, понятно, — нахмурился Лоб и сделал шаг назад, как бы уступая нам честь самим разбираться с непонятным существом. — Гипат — мирная земля, — продолжил Вестник Мира. — Посмотрите на эти холмы и леса. Они знают только естественную вражду — когда охотник убивает волка, чтобы прокормить себя. Путь Ат-Зако таит множество опасностей, ибо только самому достойному откроется Откровение! — Ишь ты, — крякнул Лоб и нахмурился еще сильнее. — Все земные дрязги должно оставить позади. Негоже человеку убивать человека, а могучему орку поднимать молот на веселых гибберлингов. Эльфы созданы творить, а восставшие — нести весть об истинном смысле смерти всему живому. Никто не создан, чтобы убивать, как никто не создан для того, чтобы умереть раньше срока. Великие истины откроются тому, кто подаст руку вчерашнему врагу. Докажите же, что разум сильнее бессмысленной злобы — разломите Оружие Войны у всех на глазах в знак Великого Перемирия! — Че?! — Только тот, кто способен примириться с врагом и отринуть ежесекундное и поверхностное ради вечного и великого, достоин идти по Пути Избранного! — Отвали, не буду я ломать свой топор!!! — Тише, Лоб, — наконец подал голос Миша и шагнул вперед. — Извините, о каком Оружии Войны идет речь? — Вот об этом! Дракончик замахал лапками куда-то вбок и, посмотрев в указанном направлении, мы увидели целую гору сваленных в кучу ржавых мечей, а рядом с ней еще одну горку, поменьше, где валялись обломки. Очень демонстративно и даже как-то торжественно каждый из нас взял по ржавому мечу, разломал и бросил в соседнюю кучу, поглядывая на Вестника Мира. Тот, кажется, остался доволен. — Вот теперь добро пожаловать на наш тихий, мирный аллод! Добро пожаловать на Гипат. Я верю в ваши мирные намерения. Путь Избранного для вас открыт! — Ну слава Астралу, а то я переживал, как мы без пути-то… — забормотал Орел. — Только здесь сохранились редкие виды толстокожих кабанов и плюющихся жаб. Вот уже многие столетия под их утробное кваканье неторопливо и размеренно течет жизнь на Гипате, — продолжал вещать дракончик. — У подножия гор раскинулся живописный Поселок. Его староста, Эрфар, приветливо встречает всех желающих идти Путем Избранного. — Прошу прощения, — снова прервал его Миша, — а что такое «Путь Избранного»? — Это ваш путь! Вы оказались здесь для того, чтобы пройти по этой дороге и узнать нечто необычайно важное. Получить Откровение! Я и мои собратья будем вашими проводниками. Все, что мы скажем, важно. Запомните это! — Ага, ладно, запомним… — Сейчас вы сделаете первый шаг. Вы пойдете по дороге, проторенной великим Ат-Зако. Что он сделал, впервые оказавшись на Гипате? — Что? — Нашел дорогу к людям. В Поселке вы встретите тех, кто нуждается в помощи. Поступайте, как считаете нужным. Но помните: будь на вашем месте Ат-Зако, он бы наверняка прислушался к их просьбам! На этом аудиенция у Вестника Мира закончилась и он отлетел от нас, чтобы встречать новоприбывших на Гипат точно такими же словами, какие говорил нам. — Ну что, походим тут, осмотримся? — с сомнением в голосе предложила Матрена. — Да, давайте пройдемся, пообщаемся с кем-нибудь. Мы бесцельно побрели через толпу, останавливаясь у разных групп и слушая разговоры. Вокруг было очень шумно. Но громче всех вопили, конечно, вездесущие торговцы, бесцеремонно хватая за руки прохожих. Я старался не обращать на них внимания и едва не наступил на маленького лесовичка, увешанного лаптями. Автоматически буркнул извинения, но лесовика этот казус нисколько не обидел, наоборот, он сиял так, будто я решил скупить у него весь товар. — Ой, как хорошо! Очень хорошо! Новая земля — это новые клиенты. Новые клиенты — это звонкая монета. — Поздравляю… — Бук привез с собой лапти из самого Светолесья. Много лаптей. Бук получит много звонкой монеты. Много-много. Хочешь примерить? — Нет, отцепись! — Бук долго думал, гречишный мед везти на Гипат или лапти. Решил-таки лапти. Ах, дубовая моя башка! Надо было мед везти. Поесть всяк не дурак. Верно я говорю? — Отцепись, говорю! Как же вы достали!.. — Э-э-й, зачем малыша обижаешь? — зацокал торговец рядом, похожий на канийца. — Без нашего брата всем тяжко будет! Хочешь шкур да тканей, хочешь еды необычной, хочешь оружие какое — все торговец достанет и привезет. А без торговцев, друг, мир остановится! — Вас кроме золота ничего не интересует! — фыркнула Матрена с несвойственным ей презрением. — Для кого Осколок Гипата — Путь к Откровению, а для меня — дорожка к богатству, — хохотнул торговец. — Ну, узнаете вы тут что-то новое. Толку-то? Станет вам от этого жить сытней и проще? Вряд ли. У каждого свое Откровение. Мое выражается в звонкой монете! — Товарищ майор! Я оторвался от торговца и резко обернулся, удостоверившись, что незнакомый человек в гражданском обращался именно ко мне. Я тоже был не в форме и на мой вопросительный взгляд он поспешил пояснить: — Я вас узнал, о вас в газетах много писали. — Хранитель? — Разведчик, Родион Зоргин. Вы, значит, тоже решили пройти по Пути Избранного? — Скорее разобраться, что тут происходит. — Эти существа, — он кивнул на крохотного дракончика, подлетающего к каждому, кто появлялся на Гипате, удивленно озираясь по сторонам, — обещают открыть какую-то информацию всем тем, кто пройдет по их «Пути Избранного». Какая-то чушь, но вдруг важное Откровение и правда есть? А вокруг, тем временем, одна Лига! Он замолчал, и мы почтили этот печальный факт скорбными минами. В общем-то, в этом нет ничего удивительного: Лига сама по себе больше территориально и население у нее многочисленней. И все же, хотелось бы, чтоб Империя тоже была представлена здесь внушительным количеством соискателей таинственного Откровения. Я задумчиво оглядывал толпу, оценивая соотношение сил. Рядом надрывался лигийский проповедник, умудряясь перекрикивать даже торговцев: — Происки демонов! Все это происки демонов! Внимайте, люди! Внимайте, гибберлинги! Внимайте, эльфы! Внимайте, имперцы, уши имеющие, а кроме них — сердца! Что это за Путь Избранного? Куда он ведет? Почему твари бестелесные? Да на том ли мы свете? Оглянитесь, люди, эльфы, гибберлинги! Мрачное, гнилое место: ни церкви святой, ни трактира. Лишь миазмы тумана да дрожание призрачных тварей… — И вот ЭТО может получить Откровение раньше, чем мы, — поморщившись, произнес Зоргин. — Командованию стоит об этом знать, — проговорил я. — …Трепещите за Искры свои! Трепещите! Велики грехи наши! Не потому ли собрали нас здесь? Имеющий глаза да увидит… — Командование все знает. Но далеко не у всех имперцев есть телепортационные камни! Поэтому нужно как можно скорее наладить корабельное сообщение с этим осколком. Мы уже расставили сигнальные маяки для наших кораблей. — И как успехи? — Пока никак. Сигнал еще не засекли, но мы не теряем надежды. — …Но узрите спасение! Всегда есть спасение, коли Свет негасимый освещает наш путь. Берите Святую воду, разбирайте! Окропим эти демонические Развалины! Окропим все вместе. Хорошенько. Со всех сторон. Да не покинет нас Свет животворящий! Да укажет он нам дорогу! Разбирайте святую воду! Давайте же сделаем это! Озарим Светом демонические развалины! Да развиднеется мгла… — Чем больше имперцев на Гипате — тем больше шансов, что Откровение первыми получим именно мы! Если оно есть, конечно. Пусть этот проповедник всех запугивает, пока набожные лигийцы будут толпиться вокруг, как стадо перепуганных баранов, имперцы далеко продвинутся по Пути Избранного. Только бы быстрее прибыли корабли! Мое внимание снова привлекла женщина, взобравшаяся на постамент и что-то громко вещавшая всем, кто соглашался слушать. Она периодически кидала недовольные взгляды на лигийского проповедника и явно старалась его перекричать, но стояла дальше от нас, поэтому я плохо ее слышал. Не сговариваясь, мы решили подойти поближе. — Граждане Империи! Здесь, на осколке Гипата, у вас есть уникальная возможность открыть глаза Лиге! Рассказать ей правду о нашей великой родине! Пусть эльфы, канийцы и гибберлинги услышат истину, а не бредни Церкви! Будущее мира — в наших руках! Граждане Лиги! Общайтесь с орками, хадаганцами и восставшими! Отбросьте предрассудки! Все, что вам говорили об Империи — ложь! Убедитесь в этом сами! Зрители возле женщины не задерживались. Но она не сдавалась, призывая имперцев рассказывать о своей Родине, а лигийцев — внимать и проникаться услышанным. — Зачем вы это делаете? — не выдержал в конце концов Орел. — Ох, у меня сердце кровью обливается, как мне жаль всех граждан Лиги. Если так будет и дальше продолжаться, даже не знаю, отчего скорее их страна развалится: дворяне на куски ее разорвут или население вымрет от пьянства и сифилиса. Как можно жить в нашем веке, не зная, что такое порядок, высокая нравственность, энергия маны, наконец? И это в эпоху манапроводов — спать на печи, бояться, что тебя отстегают розгами в условиях полной антисанитарии, в этом пережитке позапрошлого века — в бане? Не понимаю! — запричитала она и, набравшись сил, снова завопила во все горло. — Лапотники, прихлебывающие из самоваров, я всего лишь пытаюсь сказать правду! Ау! Эгей! Долой косность и предрассудки! Долой вековую вражду! Да здравствует возможность лучше узнать друг друга! И понять, что в Империи есть немало хорошего! А в Лиге — немало плохого! — Такое чувство, что сюда все сумасшедшие Сарнаута сбежались, — тихонько сказал Орел. — Как-то меня тревожит мысль, что мы тоже здесь. — Жутковатое место, правда? И что мы тут забыли? Я опустил глаза и увидел троицу гибберлингов, со скучающим видом слушавших женщину на постаменте и потягивающих пиво, от которого они уже немного окосели. — Подумаешь, Откровение! — А существовал ли этот Ат-Зако вообще? — Его кто-нибудь видел? Они бормотали все трое по очереди, разговаривая то ли друг с другом, то ли обращаясь к нам. — У нас дома, на Новой земле, в пивных и не такие байки травят! — Ставлю два против одного, что все это выдумки для привлечения туристов. — А то и еще чего похуже… Ик! — Извините, а вас уже смерть тут хоть раз настигала? — прозвучал вкрадчивый голос за спиной. И мы, и гибберлинги посмотрели с одинаковым выражением лиц на подошедшего Зэм. — Ох, я так боюсь… — принялся заламывать он металлические пальцы. — Почему они все призрачные, вы не знаете? — Кто призрачный? — не понял я, на всякий случай еще раз оглядевшись. Все вокруг были вполне осязаемыми. — Ах, вы только прибыли? Здесь вся местная живность призрачная! Вот я и задумался, вдруг на Гипате воскрешение не работает? А? Я тут до вас двоих просил, чтоб мне сообщили, работает ли воскрешение. Да не вернулся никто — призраками стали! Шестеренку даю! — Э-э-э… — Не хочу я быть призраком! Что хотите со мной делайте — не хочу! Я по телу человеческому столько скучал. Ах, как вспомню… Каким я парнем был — все девки заглядывались! А потом что? Железкой стал! И сколько мне вот на этот вот шарнирный локоть вкалывать пришлось — в две смены на заводе. А теперь в призраки — ну уж не-е-ет! Фиг вам! Он зашагал от нас, яростно потрясая кулаками и продолжая громко возмущаться. Мы молча проводили его глазами. — Точно, дурдом! — вынес вердикт Орел. — Да не бойтесь, нормально тут все воскресают, были пренцен… предцен… — заговорил гибберлинг заплетающимся языком. — Короче нормально все! — А живность то и правда призрачная… Ик… Демон ее знает, почему так. — Да, кстати, раз уж такая пьянка, пивка не хотите? Мы его сами сварили. Лучший портер на аллодах! За наш счет. На дорожку, так сказать. Нам же путь предстоит… ну, этот… Избранного! Ик… — Нет, не хотим, — сурово отрезала Матрена. — Ну и ладно! Нас больше мнение орков интересует. Все ломаем головы, как бы поставки на Изун организовать… Гибберлинги покосились на группу галдящих неподалеку орков, смахивающих на гоблинбольных болельщиков. Они о чем-то громко и с азартом спорили и, судя по накалу страстей, спор грозился вылиться в мордобой. — Что там происходит? — спросила Матрена. — Тотализатор, — коротко ответил гибберлинг, утратив к нам интерес. — Пойдем посмотрим? — неуверенно предложил Миша. Мы подошли ближе, сохраняя, тем не менее, дистанцию, чтобы теоретический мордобой не затянул нас в эпицентр. — Эй, вы! Не хотите размяться? — крикнул нам один из орков. — Размяться? А как же Перемирие? — крикнул я в ответ, выразительно покосившись на Вестника Мира, вновь и вновь призывающего гостей ломать мечи. — Не, я про Перемирие помню, как же. Но мой топор ржавеет, если долго таскать его на хребте. Хоть раз в день его надо расчехлять. Это тебе любой грамотный оружейник скажет. — Я пас. — Не трусь! Все продумано. Мы устраиваем охоту на крабов. Кто бьет наш рекорд — того и приз. Все по чести, орки уважают законы схватки, ты же знаешь. Ну так как? Принимаешь вызов? Кто рожден драться, тому и Перемирие не помеха, гы! Я покачал головой, и мы отошли от орков. Похоже, каждый здесь развлекается, как может, и далеко не все горят желанием пройти неведомый «Путь Избранного». Орки, тем временем, пытались затащить в свою компанию минотавра, но тот едва ли их замечал, вперив в меня пристальный взгляд. Я подумал, что мы, вероятно, знакомы и сделал несколько шагов в его сторону. Но минотавр при моем приближении жутко смутился, что при его габаритах — раза в два больше меня — выглядело даже забавно. — О-о! Я это… я рад. Не ожидал, что вы ко мне подойдете. — Знакомы? — Нет, но я читал о вас в газетах. — А… — сразу поскучнел я. Надо постараться привыкнуть к тому, что меня теперь будут часто узнавать. — Все думают, что минотавры тупые и дикие. А я грамоте обучен в самом Придонске! А еще я Охотник на демонов. И это письмо… Такая честь для меня! Да… — Что ж, желаю удачи. — Я буду достойным, я осилю Путь Избранного! — пылко пообещал минотавр, будто это я выдал ему столь важное задание. — Вот, ни на крабов не хожу, как орки соблазняют, ни руин не пужаюсь, как каниец орет. Я не сверну с Пути! Только я не знаю ничего про этого Ат-Зако, хотя только и слышу тут и там это имя, а кто он, что он… Говорят, очнулся посреди развалин небольшого храма — а это что за громадина перед нами? — Да уж, не очень на «небольшой храм» похоже, — согласился я. — У нас в Придонске никто про этого Ат-Зако не слыхивал. А у вас? — Кое-что слышали… — Я знаю, кто может все рассказать — Историки! Но разве ж расскажут они мне? И так все думают: умный шибко, еще и за Откровением щемится, дикарь. Знаю я их… — А здесь есть Историки? — заинтересовался Миша. — Ага! Вон, кучкуются… — Хочешь узнать их мнение? — спросил я Мишу. — Почему нет? Возможно, у них уже есть объяснение происходящему, или хотя бы какая-нибудь теория. Прихватив минотавра, мы направились к Историкам, но путь нам преградили охранявшие их наемники. Похоже, Перемирие — Перемирием, но от охраны ученые отказываться не собирались. — Мы только про Ат-Зако хотели спросить! — снова смутился минотавр, возвышающийся над стоявшей перед ним орчихой на целую голову, а если считать и рога, то даже на две. — Блин, ты думаешь, я в этом секу? Гы! Да щаз! Эти яйцеголовые и сами ничего толком не знают. Даже в имени его путаются. То Зак, то Ат-Зако, то Зако. И все ругаются да спорят о его дальнейшей судьбе. Помер ли он? Если и помер, что вероятней всего, то кто прихлопнул? Где могилка? Детишки у него с этой принцессой были, или нет? Одно слово — Историки! Все им интересно! Ниче, может, тут, на Гипате, че и раскопают… — Нам можно пройти? — вежливо спросил Миша. — Мы с мирными намерениями. — Руки на виду держите! За оружие не хвататься! Один из Историков, эльф, обернулся, услышав это восклицание, и добродушно махнул рукой. — Прекрасный день для поиска новых знаний, товарищи, — произнес он в качестве приветствия, безошибочно определив в нас имперцев, несмотря на присутствие Лизы. — Сирано ди Дазирэ к вашим услугам! Я пожал протянутую руку, поинтересовавшись: — И много новых знаний здесь можно найти? — Массу, дорогой мой товарищ, массу! Происходящее здесь, как вы можете предположить, живо нас интересует. Необходимо узнать многое. Мы даже прибегли к помощи сторонних специалистов. Я говорю о НИИ МАНАНАЗЭМ, конечно. — Вам помогают имперские ученые? — удивился Миша. — Только один. Саранг Сутекх. Он вызвался помочь нам понять природу обитающих здесь призраков. Известий, правда, от него пока нет. Он отправился по дороге, ведущей в Поселок. — А мы хотели спросить про Ат-Зако! — выпалил минотавр, набравшись наконец храбрости, правда тут же смутился и замолчал. — Хм-м, с чего бы начать… Ат-Зако, или в просторечии — Зак, был одним из последних джунов этого мира. Его ноги ходили по этой земле около трех сотен лет тому назад. Спасаясь от проклятия джунов, Ат-Зако подвергся магическому изменению, которое превратило его в совершенно иного человека… и полностью лишило памяти! Именно на развалинах Гипата он пришел в себя. Беспомощный, забывший все, чем был ранее… — Здесь, на Гипате, и начались приключения Ат-Зако, согласно древней летописи «Проклятые земли», — добавила стоявшая рядом с ним женщина и словно из воздуха достала маленькую книжицу. — Если вы еще не знаете о ней, советую почитать! Ведь там рассказывается не только о его приключениях на Гипате, но еще и на Ингосе и Суслангере. Минотавр, не веря своему счастью, взял книгу дрожащими от волнения руками, как великую драгоценность. — Очень увлекательно, должна отметить. И завершается история хорошо. Ат-Зако вернул себе память, нашел свою возлюбленную и вместе с Великим Магом джунов Тка-Риком, да будет проклято его имя, победил древнее Проклятье! Ой, вам же неинтересно будет… В общем, о подробностях читайте самостоятельно, договорились? Минотавр радостно закивал головой, расплывшись в ужасающей, клыкастой улыбке. Казалось, все его мечты сбылись в одночасье. Он сразу отошел и, усевшись на камень, углубился в чтение. Лично меня старая сказка о приключениях джуна интересовала куда меньше, чем мнение Историков о происходящем здесь и сейчас. — Весь этот легенда — есть странно! Я в полное замешательство! — глядя на читающего минотавра вступил в разговор один из двух авиаков — разумных существ, похожих на птиц. Мы встречались с их народом на аллоде Историков — Авилоне. — Сколько слышать об Ат-Зако, везде он обнаружить себя с тяжелая амнезия среди небольшой руина — только остатки стена и несколько колонна. А что мы видеть сейчас? Огромная Развалина, совсем огромная. Как? Все понимать: руина от время разрушаться и осыпаться, а не расти… — Кто-то переборщил с декорациями к Спектаклю? — хмыкнул Орел. — Вас интересовать эта загадка? Мы будешь разбираться! Это грандиозно! Очень красивый Развалина! С высоты авиак — дух захватывать. Камень этих Развалина рассказать нам многое. Камень говорить для тех, кто уметь слушать! Я взять камень из фундамент ближе к земля и с самый верх стена! И я узнать, что эти камень ничем не отличаться! Но один камень лежать в земля, вода его подтачивать века и века, а другой овевать священный ветер… Что бы это значить? — Что это вовсе не древние развалины? — осторожно предположила Матрена. — Я отправить камень на Авилон. Только магия Найан определить камень возраст. — Если бы еще вандал ничего не трогать! — закаркал второй авиак, грозно забив крыльями. — Нет, вы только посмотреть! Портал открыть вот-вот. Я как прознать — сразу прилететь. Сразу! Вот мой кисточка. Это чтобы сметать пыль с каждый кирпич в этой Развалина. Надо переснять узоры, зарисовать каждый-каждый камешка. Древний руина, куда не ступать нога разумный существа. Так думать я, старый наивный авиак! Прибыть со всех перьев — и что увидеть? Надпись во вся стена: «Незеб жил, Незеб жив, Незеб будет жить!». Что выцарапать с другая сторона — в наш язык даже слова таких нет, я стыдно. Проклятый вандалы! Мы, сочувственно покивав, поспешили удалиться, чтобы гнев из-за наших соотечественников ненароком не обрушился на нас. Погуляв по площади в центре развалин еще не меньше часа, мы пришли к выводу, что ни у кого из присутствующих нет хоть какой-то мало-мальски достоверной информации о Режиссере и устроенном им Спектакле. — Мне кажется, мы тут уже достаточно насмотрелись и наслушались, может дойдем уже до Поселка? — предложил Орел. — Да, пожалуй, только надо найти дорогу… — Сдается мне, дорога тут одна! — хмыкнула Лиза и указала на лестницу, по которой свободно могла бы промаршировать Имперская Армия на торжественном параде. Лестница вела с каменной площади вниз, и, подойдя ближе, мы убедились, что от нее убегает проселочная, но основательно вытоптанная дорога, теряющаяся среди лесистых холмов. — Отойдите! Не заслоняйте перспективу! Мы смущенно подвинулись, открывая эльфийке, стоявшей перед мольбертом с кистями, обзор. Вид и впрямь был удивительно красивым: утопающий в зелени аллод, пронзительной голубизны небо с белоснежными, пушистыми облаками, и даже руины несли в себе определенный дух старины и романтизма… Но художница видела в окружающем нас пейзаже что-то свое, куда более драматичное. — Вы только посмотрите! Какая перспектива, мрачность стен, трагичность порталов! Как вы думаете, что происходило здесь века назад? Возможно, это был храм, и в его недрах кровожадные жрецы вырывали сердца из тел стонущих гибберлингов! А может, это был дворец, в его темнице томилась юная эльфийка, все ожидая, как прекрасный эльф прилетит за ней на драконе, но отдали ее вонючему огру — и бросилась она в астрал с самого края аллода. — Э-э-э… да… возможно… — Ах, какое вдохновение! Я решила изобразить последнюю сцену. Трепетная эльфийка на краю бездны, ее волосы развеваются, у нее за спиной величественный дворец… Я не представлял, как столь пасторальный пейзаж может рождать такие мрачные образы, но спорить с художницей не стал, подозревая, что все творческие люди немножко не в себе. По краешку, стараясь не загораживать обзор, мы спустились с лестницы, оказавшись наконец на простой земле, и тут идеалистическая картина, сложившаяся в моей голове, рухнула. Нет, лес, небо и холмы были по-прежнему прекрасны, но эти дивные места населяла ненастоящая жизнь! Призраки птиц разливали свои трели, прозрачные животные мелькали среди деревьев, выбегая иногда на дорогу и снова скрываясь в зарослях. Мертвый мир, изо всех сил пытающийся выглядеть живым. Мне стало не по себе. Переглянувшись и собравшись духом, мы зашагали по дороге, стараясь не обращать внимания на призраков вокруг. Маленький дракончик, похожий как две капли воды на того, что мы видели на развалинах, вынырнул перед нами совершенно неожиданно. В отличие от остальных существ, он был вполне настоящим и осязаемым, и потому вызывал симпатии. — Приветствую вас, путники! Я — Дух Битвы! Вы в самом начале Пути, многое вам предстоит, дорога трудная и опасная, не для нищих духом. Не сворачивайте с Пути, не изменяйте себе, и в конце ждет вас великое знание — Откровение! — зарокотал он, сияя, как золотой фонарик. В воздухе от его перемещений оставался длинный сверкающий шлейф. — Триста лет назад этой же дорогой шел прекрасный джун, юноша по имени Ат-Зако, Избранный, вооруженный бронзовым ножом. Следуйте за ним, повторяйте его деяния. Ат-Зако не знал, кто он и что ждет его впереди. А я вам скажу: великая тайна откроется вам, и ужаснетесь вы, но будете знать. А кто знает — тот повелевает! Готовы ли вы продолжить? — Готовы. Что нужно делать? — Итак, первый шаг. Ат-Зако только выбрался из Развалин, как свирепый волк преградил ему дорогу — первая тварь, против которой он обратил нож, первая кровь, которой обагрил он священное оружие. И вам предстоит сейчас пережить этот бой. Только тот, кто убьет волка, сможет продолжать Путь! На дорогу, как по приказу, выпрыгнул призрак волка и понесся на нас. Скорее рефлекторно, чем обдуманно, я выхватил меч и ударил им волка, запоздало вспомнив, что призраку это не причинит вреда. Однако волк рассеялся, как туманное облачко, и через секунду дорога снова стала пуста. Что ж, это было не сложно. — Да, Ат-Зако поступил так же — точным ударом расправился с волком. За каждый новый шаг на Пути вы будете получать знаки Избранного. Они из бронзы — металла, которым владел на Гипате только Ат-Зако. И чем больше вы обретете знаков, тем ближе будет Откровение. Идите же к нему. Теперь каждый из вас — Избранный! Дух Войны вручил мне непримечательную бронзовую монетку. После чего все то же самое по очереди повторилось и для Орла, Миши, Лба, Матрены и Лизы. — Следующим вашим шагом на пути к Откровению станет встреча с Покровом Ночи. Избранный был умен и не тратил сил попусту. Он как тень, как безмолвный призрак скользил в ночных тенях, и даже самый острый взор не замечал его бесшумных шагов. Вам предстоит научиться тому же! Не знаю, как у остальных, но мое раздражение от абсурдности происходящего крепло с каждой минутой. Я чувствовал себя клоуном, которого заставляют корчить нелепые рожи на потеху невидимой публике. Под пафосные напутствия Духа Битвы мы отправились дальше по дороге, периодический встречая редких путников и призрачных животных. Правда, минут через двадцать идиллия закончилась. Нас окликнула восставшая Зэм, растеряно переминавшаяся с ноги на ногу у опушки леса. — Посмотрите, пожалуйста. Может, конечно, я давно в глаза себе масло не закапывала… Но, по-моему, это труп! Мы подошли ближе к тому месту, на которое она указывала, и действительно увидели распростертую на земле фигуру эльфа. Матрена быстро склонилась над ним и, осмотрев его, подтвердила, что он мертв. — Чуть отошла от дороги — и сразу на него наткнулась, — всплеснула руками восставшая. — Посмотрите, здесь явно не обошлось без какого-то тяжелого тупого предмета! Что же это такое делается? А как же «Перемирие»? Врал все дракончик? И мы снова трястись должны: как бы вражеский лучник из кустов тебя одним выстрелом в Чистилище не отправил? — Похоже на то, — протянул я, сам не веривший ни в какое Перемирие. Пусть даже мое отношение к лигийцам немного смягчилось после того, как нам вместе пришлось сражаться в Городе Демонов, но вряд ли все они в один миг стали к нам лояльны. Ну и кроме того, тут, на Гипате, полно всяких странных личностей, которым я бы не доверял. — Нужно отнести тело в Поселок, — сказала Матрена. — Его можно воскресить, но сначала требуется лечение. — Далеко отсюда до Поселка? — спросил Миша у восставшей, и та огорченно кивнула. — Часа три пешком. — Тогда отнесем его к развалинам, — решил я. — И расскажем все этому… как там его… Вестнику Мира. Тот, кто устроил этот Спектакль, пусть и отвечает за безопасность актеров на сцене! Лоб взял на руки тело эльфа, и мы поплелись в обратном направлении. До самих руин возвращаться не стали. Снова выскочивший перед нами Дух Войны клятвенно заверил, что о пострадавшем позаботятся и нам не о чем волноваться, так что мы оставили убитого на попечении горестно вздыхающего дракончика. На этот крюк ушел почти час, и все бы ничего, но по моим прикидкам где-то на середине дороги мы обнаружили второй труп, а в десятке метров от него — третий! Двигались мы не очень быстро, внимательно глядя по сторонам, так что не заметить огромную тушу мертвого орка было сложно. Неподалеку от него лежал человек. — Бедняга! Кто-то насадил его на меч, как куропатку на вертел, — сказал Орел. — Там следы молота, тут меча… — произнесла Матрена, а после осмотра человека добавила: — А тут магия! Этого мужчину молния поразила прямо в глаз! — Похоже, нарушителей Перемирия больше, чем один. — Там кто-то есть! Лиза глядела в пустоту остекленевшими глазами, указывая при этом рукой на лес. Мы двинулись в том направлении, держа оружие наготове, но это оказался истекающий кровью мужчина, державшийся за рану на груди, из которой торчала стрела. — Гибберлинги… втроем… гады пушистые… Они стреляли… А-а-а… как больно. Подлецы, отступники… Хриплое дыхание мужчины оборвалось и глаза закрылись. — Ну вот и закончилась добрая сказка, где все живут в мире и согласии, — подвел я итог, — и началась обычная жизнь! Держите оружие наготове, чувствую, это не единственный труп, об который мы здесь еще запнемся… Глава 2 Просмотреть полную запись
  6. Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 1. Приглашение на Спектакль Шел снег. Я подставлял лицо морозу, чувствуя, как он ревниво целует мои щеки. Ветра не было. Солнце разливало лучи по аллоду, почти стерев все тени, и от белизны вокруг резало глаза. Но я уже научился не щуриться. Крохотный, искусственно созданный аллод, ставший моей обителью, можно обойти пешком минут за пятнадцать, или облететь на быстролете за две, и мне казалось, что я выучил здесь каждый камешек, каждое дерево и каждый куст. Разлапистые ели, привезенные с Яхча, прижились, и теперь воздух пах хвоей, чистотой и умиротворением. Даже доносившиеся из дома крики и звон посуды я воспринимал как незначительный фон. Хороший аллод получился! Такой, как я и хотел. Сейчас мое внимание было сосредоточено на двух кораблях, не очень аккуратно швартовавшихся к маленькому пирсу. Им не хватало места, но никто не хотел уступать. Почтовый, более юркий, сумел проскочить первым, но пассажирский не сдавал позиций и сумел оттеснить крохотный челнок. Я стоял у пристани, с улыбкой наблюдая за этим противостоянием, и мысленно ставил на почтальона, но не угадал. Прицепиться к пирсу ухитрились оба. — Как же тут все-таки холодно, Ник! Тебе не надоело жить на этой льдине? — едва сойдя на берег принялся причитать Орел. Он говорил это каждый раз, и я уже не утруждал себя ответом. Его стенания стали просто ритуалом. — Если уж ты решил потихоньку дичать вне пределов цивилизации, то мог выбрать кусок земли в более теплом месте?! Я бы к тебе с пивом наведывался чаще… — Вот поэтому он и решил жить на льдине! — вставила Лиза. — Чтобы ты со своим пивом сидел дома. — А по-моему, здесь мило, — вежливо сказала Матрена, стараясь придать лицу соответствующее выражение. Я гордо называл свой маленький остров «Земля Санникова», под таким названием и зарегистрировав его в реестре, и был страшно им доволен. Но Имперские аллоды в основном очень жаркие и их жители привыкли к высоким температурам, поэтому я знал, что никому здесь не нравится. Кроме разве что толстокожего Лба, которому вообще все равно. — Шашлычок на морозе — тоже хорошо! — подтвердил он мои предположения. — Я тоже рад вас видеть, — произнес я и уже хотел было позвать всех в дом, как тут напомнил о себе почтальон. — Товарищ Санников, вам тут… — Вон там оставьте, я потом заберу, — неопределенно махнул я рукой, предлагая почтальону самому решать, куда складировать корреспонденцию. Все равно я перестал ее читать. — Нет-нет-нет, тут есть важное послание! И вы должны поставить подпись! — Еще чего! Можете забирать свое послание обратно… — Никита! — укоризненно воскликнула Матрена и нахмурила брови. — Что?! Мне теперь эти письма мешками со всей Империи приходят! — Это ты должен взять! — настоятельно сказал Миша, а Орел выхватил ручку из рук почтальона. — Давайте, я распишусь. — Ага, вот тут подпись, вот тут и вот тут еще, за получение. И не крестиком, пожалуйста! А то тут так каждый второй расписаться норовит! Все, теперь можете забрать посылку… Наша почта — самая надежная в Сарнауте! — Хорошо, хорошо, лети уже к другому адресату. Орел забрал у него письмо и еще какой-то предмет из рук, протянул мне и тут же, бросив настороженный взгляд мне за спину, предупредил: — Если Гелла там, то лучше прочти на улице. — Что-то там тихо стало. Кажется, она телепортировалась, — пробормотал я и зашагал в дом. Тишина и куча осколков на полу… Я понадеялся, что у меня еще осталась хоть какая-то посуда. — Вы поссорились? — осторожно спросила Матрена, глядя на это побоище. — Опять? — менее деликатно добавила Лиза, не переваривающая Геллу с первой минуты их знакомства. Я равнодушно пожал плечами. Гелла — профессиональная актриса, и она не любит делить главную роль с кем-то еще, поэтому в нашей с ней пьесе я был даже не актером второго плана, а безмолвной декорацией. Она сама находила причину для конфликта, сама ссорилась, уходила, сама прощала меня и возвращалась. Я вообще не принимал в этом действии никакого участия, наблюдая за всем как бы со стороны. Единственное, что вызывало у меня интерес, сама ли Гелла является ко мне, или это Комитет ее присылает проведать, как я тут поживаю на краю света. Не спрыгнул ли еще в астрал? В остальном мне было все равно — мои мысли занимал совсем другой образ. Зеленые глаза, рыжие волосы, веснушки… Дочка трактирщика с плато Коба, Вероника, так прочно сидела в моей голове, что тоска по ней стала походить на неизлечимую болезнь. Произошло это не сразу, ведь сначала у меня еще теплилась надежда, что я сумею ее найти. После событий на осколке Язеса, когда нам удалось остановить наступление демонов и уничтожить того, кого демонопоклонники называли «Хозяином», у меня было широкое поле для деятельности и помощь государственных структур за спиной — потому что Империя умеет быть благодарной! Но ни на Святой Земле, ни где-либо еще Веронику и ее отца найти не удалось. Они оба лгали, утверждая, что их родной аллод — это Гипат. Как я выяснил позже, такой аллод действительно существовал, но был уничтожен еще в начале прошлого века, в Ночь Астральных Порталов. У меня не осталось ни одной нити, за которую можно было бы потянуть. Холодный, уединенный островок, созданный на куске метеоритного железа и очень похожий на то место, где я родился, — это лучшее, что еще Империя могла для меня сделать. И теперь я, пользуясь привилегиями, щедро отсыпанными государством, прятался здесь от всего остального мира, вызывая крайнее неудовольствие у своих друзей. Правда, вскоре это уединение нарушила моя старая знакомая. Гелла появилась на моем пороге, ослепительная в своей красоте и неподражаемая в своем актерском таланте. Я не возражал. И когда она психовала и убегала обратно в столицу, тоже особо не расстраивался. — Что там, на большой земле? Есть новости? — поинтересовался я, собирая осколки с пола. — Вообще-то, есть! Ты совсем не читаешь газет и не слушаешь радио? — Нет. Если что-то важное, за мной бы прислали… — Никита, так нельзя! — покачала головой Матрена, критически осмотрев меня с ног до головы. — Тебе пора заканчивать с этим затворничеством, ты уже сам на себя не похож! — Подумаешь, зарос немного! Зато здесь тихо, никакой шумихи. — Ты не можешь здесь вечно прятаться! — Почему не могу? Могу! — Ник! — Я не хочу возвращаться в Незебград, даже не начинайте! — твердо сказал я. — Мне надоело фальшиво улыбаться в объективы и как болванчик повторять заученный текст! Пусть товарищ Рысина найдет себе другую игрушку. — Ты слишком драматизируешь, — произнес Миша. — Стране нужен символ. Это объединяет людей, заставляет их испытывать патриотизм… Образ солдата-героя — хороший пропагандистский ход. — Я на Язесе был не один. — Это известная психологическая уловка, — пояснила Лиза. — Хранитель, у которого есть конкретные имя и лицо, вызывает больше сопереживания, чем большая безликая группа. Все сразу начинают интересоваться его биографией, личной жизнью… — Ты сейчас делаешь только хуже, Зизи, — предупредил я. — Относись к этому философски, товарищ майор, — усмехнулась она. — В любом случае, у нас есть, чем тебя взбодрить. Прочти письмо. Новости тебе понравятся, я обещаю. Она сумела навести интриги. Не без интереса я развернул конверт и впился глазами в написанные красивым каллиграфическим почерком строки: «Не выбрасывай это письмо! Это не пропаганда идей Триединой Церкви, и не реклама нового эльфийского журнала. Это приглашение на Спектакль. Действо обещает быть увлекательным. Насколько — зависит и от тебя тоже. В конце концов, «вся наша жизнь — игра!», как сказал кто-то из великих. Чтобы попасть на представление, используй приложенный к письму магический камень. Он и перенесет тебя на сцену. Там мы познакомимся ближе, ты встанешь на Путь Избранного, пройдя который, узнаешь кое-что важное. Приключения и подвиги входят в программу. До встречи! Режиссер». — Бред… Что мне должно было понравиться? — Если б ты читал газеты, то знал бы. Весь Сарнаут стоит на ушах! Мы тоже получили такое письмо… и не только мы, его получили многие, а вместе с ним телепортатор, — Лиза постучала пальцем по черному камешку, с виду ничего из себя не представляющему. — Но никто не знает, кто этот Режиссер и какие цели он преследует. — Кто-то просто решил пошутить? Мало ли в мире безумцев… — Если бы! Телепортатор работает! Рассказы от тех, кто им решился воспользоваться, довольно противоречивы. Мы не узнаем правды, пока не увидим все своими глазами. — А зачем нам смотреть на это своими глазами? — все еще недоумевал я. — Спектакль какой-то… Режиссер… Нет, может Гелле это и будет интересно, но причем тут я? — При том, Ник, — вздохнул Миша, неосознанно хватаясь за дужку очков, что всегда делал в минуты волнения, глубоких раздумий или растерянности, — что Режиссер затеял свой Спектакль на аллоде Гипат. Сначала мне показалось, что я ослышался. Но посмотрев на выражения лиц друзей, понял, что видимо — нет. — От Гипата остались одни осколки… — проговорил я вмиг осипшим голосом. — Он уничтожен… Ты же сам мне говорил об этом! И я читал… Ночь Астральных Порталов… — Да, Ник, так и есть. Так, по крайней мере, считалось! И возможно, кто-то просто водит всех за нос, но те, кто воспользовался камнем, утверждают… Хотя, они утверждают очень много странных вещей. — Я должен туда отправиться! — Тихо, тихо! Подожди! — остудила меня Лиза, потому что я уже принялся вертеть камень, пытаясь понять, как он работает. — Надо все обсудить, подготовиться. Мы же не знаем, с чем столкнемся! — И нужно доложить командованию. Мы все еще Хранители, если кто забыл. — Вот именно! Отправимся завтра с утра. Не откладывать же шашлык теперь! У меня чесались руки от нетерпения и горело все внутри, но я заставил себя успокоиться. Все это похоже на авантюру, а в авантюры лучше нырять с холодной головой, чтобы минимизировать печальные последствия. Идея вернуться пока к первоначальному плану на вечер — с шашлыком и пивом — показалась здравой. Пока я разжигал мангал во дворе, Миша рассказывал все, что он знал о Гипате. — Аллод известен в первую очередь тем, что его держателем был последний человек из расы джунов — Великий Маг Тка-Рик. — Это я помню. Тот самый, который написал свои «Откровения». — Именно. А само «Откровение» помнишь? — Ну-у… — Ник, я знаю, что у тебя есть эльфийское красное! — донесся из дома голос Лизы. — Да, в подвале, только принеси сама… — Где я его найду? У тебя же там целый лабиринт! — Так что там с «Откровением»? Мне тоже интересно, — Лоб отставил в сторону лопату, которой расчищал снег, и подошел ближе. — Тка-Рик жил уединенно, — продолжил Миша. — Он не контактировал ни с жителями Гипата, ни с другими Великими Магами, и умер во время Ночи Астральных Порталов. Перед смертью он связался со Скраканом, который на тот момент возглавлял Лигу, и сообщил ему об «Откровениях об истинной природе Сарнаута» — книге, рассказывающей о тайнах мира, которую Тка-Рик писал все эти годы. — Гипат был уничтожен, но Тка-Рик бросил остаток своих сил на защиту маленького осколка, где сохранилась эта книга. Ее потом нашел лигийский корабль кажется… — проговорил я, пытаясь вспомнить подробности. — Все верно. «Откровения Тка-Рика» вскоре попали в руки Скракана, а уж он предал их всеобщей огласке. Именно после этого состоялась встреча Скракана и Незеба, был заключен мирный договор между Лигой и Империей и начался Великий Астральный Поход. — Я бутерброды сделала на всякий случай, — вклинилась Матрена, высунувшись в окно. — Может кто-то хочет сейчас перекусить по-быстрому? — Погоди… А что там в самой книге-то было? — спросил Лоб. — Что за «Откровения»? — Тка-Рик признался, что джуны сумели открыть дверь в другой мир и оттуда в Сарнаут хлынули демоны, — сказал я, и Миша добавил: — У меня есть полный текст. Вот… Взяв у него книжицу под названием «Откровения Тка-Рика», отпечатанную уже в Имперской типографии, я прочитал вслух: «Я — последний из джунов и пришло время покаяться за все свои грехи. За 2000 лет до Катаклизма, разорвавшего наш мир на куски, Великие Маги моего народа в поисках власти и могущества сумели открыть дверь в иной мир. Это был мир первозданной энергии, только зарождающийся, откуда магическую силу можно было черпать ложками. Что мы и делали. И именно оттуда пришла беда — демоны, наше Проклятье. Это стихийные духи зла и разрушения, для которых именно первозданная энергия является родной средой. Демоны напали внезапно и прорвались в наш мир. Мы сумели захлопнуть дверь и остановить нашествие демонов, но и тех, что прорвались, было достаточно, чтобы мой народ погиб. Несколько сотен лет я и мои товарищи охотились за демонами, а те охотились за нами. Мы победили, но какой ценой! Джуны почти исчезли. Новым людям, пришедшим на наши земли, мы не открыли причины гибели своей расы. Великий Катаклизм потревожил наши защитные заклятья, и дверь в другой мир вновь была открыта. Я понял это, впервые увидев астрал, захвативший наш мир, — это та самая первозданная энергия, что составляет суть демонов и их мира. Я укрылся на Гипате и прервал общение со всем остальным миром. Мне было страшно признать вину — вину моего народа и свою личную. Моя трусость причина тому, что я сразу не сообщил о возможной угрозе…». — Короче говоря, он призвал Скракана найти единомышленников, чтобы попытаться заново запечатать дверь, открытую джунами, — прервала появившаяся Лиза. — Те самые «Врата джунов», которые в итоге и запечатали Скракан, Незеб и другие маги ценою своей жизни. В историю это вошло как Великий Астральный Поход. Но Гипат известен не только «Откровениями Тка-Рика»! Это еще и история Ат-Зако. — И сейчас, похоже, она даже важнее, — кивнул Миша. — Правда, это скорее легенда… То есть, Ат-Зако действительно существовал, о нем Тка-Рик упоминает в своих «Откровениях», но насколько правдиво дошедшее до нас предание, рассказывающее об Ат-Зако, сейчас уже трудно судить. Думается мне, его история хорошенько обросла домыслами и выдумками. — Зизи, ты нашла эльфиское красное? Похоже, я без пол-литра тут не разберусь, — сморщился Орел, уплетая бутерброды. — Ладно, давай про Ат-Зако, — кивнул я, вдруг ощутив холодок по спине. — Это еще кто такой и чем он нам интересен? — Согласно сказаниям, это джун, который и победил Проклятье — огромного демона, целенаправленно преследовавшего и уничтожавшего джунский народ. Я бы не стал вспоминать про эту легенду, но кажется таинственному Режиссеру она очень нравится: именно по ней он решил поставить свой Спектакль и теперь предлагает поучаствовать в нем всем желающим. Если вкратце, то Зак прибыл на Гипат, где его стали считать «Избранным». Он помогал местным, потом сражался с Проклятием, попутно разыскав свою возлюбленную — Луа-Джаллу. — Сценарий как будто специально для тебя написан, Ник, — хохотнул Орел. В тот момент я не обратил внимания на эту шутку, но позже очень часто вспоминал ее. Предсказуемая суматоха следующего утра меня основательно взбодрила, будто стоя в тупике я внезапно обнаружил дверь. Откуда-то взялась уйма нерастраченной энергии, которая разгоняла кровь так, что я опять почувствовал себя живым. Даже снова захотелось надеть военную форму! Но, поразмыслив, я этого делать не стал, все же мы отправляемся на Гипат не по приказу из штаба. Медальона Хранителя, который всегда висит на моей груди, будет вполне достаточно, чтобы, если потребуется, обозначить свою принадлежность к Имперской Армии. — Ну что, товарищи офицеры, готовы? — А как этой штукой пользоваться? — Так же, как обычным телепортатором, вроде… — Это дорога в один конец? Назад мы потом как вернемся? С Гипата этого… — Насколько я знаю, с этим проблем нет. Наши личные телепортаторы там работают, можно вернуться домой в любой момент. — Но это означает, что Гипат находится где-то совсем рядом с Империей! — Не факт. Лигийцы к себе как-то тоже умудряются телепортироваться. — Странно! — Ну мы отправляемся или нет?! — Да. Давайте… на счет «три»? — Раз… Два… — ТРИ! — Святой Незеб… По ощущениям это было похоже на обычную телепортацию, только привычное голубоватое сияние отсутствовало. Я почувствовал, как проваливаюсь куда-то в пустоту и перестаю ощущать свое тело, но длиться это не долго — доли секунды, за которые не успеваешь даже испугаться. Ноги стукнулись о твердую почву, лицо обдул приятный теплый ветер и я открыл глаза. Ну здравствуй, «Гипат»! Мы с интересом принялись озираться. Огромная площадь, даже скорее — целое поле, уложенное каменными плитами, простиралось от нас во все стороны. Когда-то, очевидно, вокруг возвышалось множество строений, или все это было одним грандиозным сооружением, правда теперь от стен остались одни руины. Но даже развалины производили сильное впечатление! Однако, рассмотреть все в деталях мешала толпа. — Это какой-то дурдом! — воскликнул Орел, и я частично с ним согласился. Кого здесь только не было! Люди, восставшие, эльфы, орки, гибберлинги, прайдены, гоблины, минотавры, авиаки, кобольды… Группами и поодиночке, шумные и замкнутые, веселые и сосредоточенные — все сновали туда сюда, создавая своей контрастностью друг с другом совершенно невообразимый хаос. Даже при внимательном рассмотрении, ответа на вопрос, что тут вообще происходит, не находилось. Откуда-то доносились звуки песен; неподалеку от нас на небольшом возвышении женщина надрывным голосом толкала речь, к ней подходили зрители, пожимали плечами и отходили; краем уха я слышал зазывал на тотализатор; вездесущие торговцы умудрялись что-то продавать даже в такой сутолоке; толпа бурлила, перемещалась и затягивала в свой водоворот. — Приветствую вас, незнакомцы! Вам выпал счастливый случай узреть самый невероятный Спектакль, какой только видывал этот мир! Отриньте всякую вражду и приготовьтесь насладиться незабываемым зрелищем! Все вшестером мы ошалело уставились на существо, встретившее нас этой пафосной речью. Крохотная ящерка с разноцветными крылышками, как у бабочки, порхала возле нас, рассыпая вокруг себя золотистые искры. Я невольно посмотрел на Мишу и по выражению его лица понял, что он тоже видит такое чудо впервые. Существо походило на милого игрушечного дракончика, и тем не менее оно было живым и разумным, и глядело на нас большими и очень умными глазами, смешно подергивая розовым носом в форме сердечка. — Ты кто, мелюзга? — отмер от ступора Лоб. — Я — Вестник Мира! — Ага, понятно, — нахмурился Лоб и сделал шаг назад, как бы уступая нам честь самим разбираться с непонятным существом. — Гипат — мирная земля, — продолжил Вестник Мира. — Посмотрите на эти холмы и леса. Они знают только естественную вражду — когда охотник убивает волка, чтобы прокормить себя. Путь Ат-Зако таит множество опасностей, ибо только самому достойному откроется Откровение! — Ишь ты, — крякнул Лоб и нахмурился еще сильнее. — Все земные дрязги должно оставить позади. Негоже человеку убивать человека, а могучему орку поднимать молот на веселых гибберлингов. Эльфы созданы творить, а восставшие — нести весть об истинном смысле смерти всему живому. Никто не создан, чтобы убивать, как никто не создан для того, чтобы умереть раньше срока. Великие истины откроются тому, кто подаст руку вчерашнему врагу. Докажите же, что разум сильнее бессмысленной злобы — разломите Оружие Войны у всех на глазах в знак Великого Перемирия! — Че?! — Только тот, кто способен примириться с врагом и отринуть ежесекундное и поверхностное ради вечного и великого, достоин идти по Пути Избранного! — Отвали, не буду я ломать свой топор!!! — Тише, Лоб, — наконец подал голос Миша и шагнул вперед. — Извините, о каком Оружии Войны идет речь? — Вот об этом! Дракончик замахал лапками куда-то вбок и, посмотрев в указанном направлении, мы увидели целую гору сваленных в кучу ржавых мечей, а рядом с ней еще одну горку, поменьше, где валялись обломки. Очень демонстративно и даже как-то торжественно каждый из нас взял по ржавому мечу, разломал и бросил в соседнюю кучу, поглядывая на Вестника Мира. Тот, кажется, остался доволен. — Вот теперь добро пожаловать на наш тихий, мирный аллод! Добро пожаловать на Гипат. Я верю в ваши мирные намерения. Путь Избранного для вас открыт! — Ну слава Астралу, а то я переживал, как мы без пути-то… — забормотал Орел. — Только здесь сохранились редкие виды толстокожих кабанов и плюющихся жаб. Вот уже многие столетия под их утробное кваканье неторопливо и размеренно течет жизнь на Гипате, — продолжал вещать дракончик. — У подножия гор раскинулся живописный Поселок. Его староста, Эрфар, приветливо встречает всех желающих идти Путем Избранного. — Прошу прощения, — снова прервал его Миша, — а что такое «Путь Избранного»? — Это ваш путь! Вы оказались здесь для того, чтобы пройти по этой дороге и узнать нечто необычайно важное. Получить Откровение! Я и мои собратья будем вашими проводниками. Все, что мы скажем, важно. Запомните это! — Ага, ладно, запомним… — Сейчас вы сделаете первый шаг. Вы пойдете по дороге, проторенной великим Ат-Зако. Что он сделал, впервые оказавшись на Гипате? — Что? — Нашел дорогу к людям. В Поселке вы встретите тех, кто нуждается в помощи. Поступайте, как считаете нужным. Но помните: будь на вашем месте Ат-Зако, он бы наверняка прислушался к их просьбам! На этом аудиенция у Вестника Мира закончилась и он отлетел от нас, чтобы встречать новоприбывших на Гипат точно такими же словами, какие говорил нам. — Ну что, походим тут, осмотримся? — с сомнением в голосе предложила Матрена. — Да, давайте пройдемся, пообщаемся с кем-нибудь. Мы бесцельно побрели через толпу, останавливаясь у разных групп и слушая разговоры. Вокруг было очень шумно. Но громче всех вопили, конечно, вездесущие торговцы, бесцеремонно хватая за руки прохожих. Я старался не обращать на них внимания и едва не наступил на маленького лесовичка, увешанного лаптями. Автоматически буркнул извинения, но лесовика этот казус нисколько не обидел, наоборот, он сиял так, будто я решил скупить у него весь товар. — Ой, как хорошо! Очень хорошо! Новая земля — это новые клиенты. Новые клиенты — это звонкая монета. — Поздравляю… — Бук привез с собой лапти из самого Светолесья. Много лаптей. Бук получит много звонкой монеты. Много-много. Хочешь примерить? — Нет, отцепись! — Бук долго думал, гречишный мед везти на Гипат или лапти. Решил-таки лапти. Ах, дубовая моя башка! Надо было мед везти. Поесть всяк не дурак. Верно я говорю? — Отцепись, говорю! Как же вы достали!.. — Э-э-й, зачем малыша обижаешь? — зацокал торговец рядом, похожий на канийца. — Без нашего брата всем тяжко будет! Хочешь шкур да тканей, хочешь еды необычной, хочешь оружие какое — все торговец достанет и привезет. А без торговцев, друг, мир остановится! — Вас кроме золота ничего не интересует! — фыркнула Матрена с несвойственным ей презрением. — Для кого Осколок Гипата — Путь к Откровению, а для меня — дорожка к богатству, — хохотнул торговец. — Ну, узнаете вы тут что-то новое. Толку-то? Станет вам от этого жить сытней и проще? Вряд ли. У каждого свое Откровение. Мое выражается в звонкой монете! — Товарищ майор! Я оторвался от торговца и резко обернулся, удостоверившись, что незнакомый человек в гражданском обращался именно ко мне. Я тоже был не в форме и на мой вопросительный взгляд он поспешил пояснить: — Я вас узнал, о вас в газетах много писали. — Хранитель? — Разведчик, Родион Зоргин. Вы, значит, тоже решили пройти по Пути Избранного? — Скорее разобраться, что тут происходит. — Эти существа, — он кивнул на крохотного дракончика, подлетающего к каждому, кто появлялся на Гипате, удивленно озираясь по сторонам, — обещают открыть какую-то информацию всем тем, кто пройдет по их «Пути Избранного». Какая-то чушь, но вдруг важное Откровение и правда есть? А вокруг, тем временем, одна Лига! Он замолчал, и мы почтили этот печальный факт скорбными минами. В общем-то, в этом нет ничего удивительного: Лига сама по себе больше территориально и население у нее многочисленней. И все же, хотелось бы, чтоб Империя тоже была представлена здесь внушительным количеством соискателей таинственного Откровения. Я задумчиво оглядывал толпу, оценивая соотношение сил. Рядом надрывался лигийский проповедник, умудряясь перекрикивать даже торговцев: — Происки демонов! Все это происки демонов! Внимайте, люди! Внимайте, гибберлинги! Внимайте, эльфы! Внимайте, имперцы, уши имеющие, а кроме них — сердца! Что это за Путь Избранного? Куда он ведет? Почему твари бестелесные? Да на том ли мы свете? Оглянитесь, люди, эльфы, гибберлинги! Мрачное, гнилое место: ни церкви святой, ни трактира. Лишь миазмы тумана да дрожание призрачных тварей… — И вот ЭТО может получить Откровение раньше, чем мы, — поморщившись, произнес Зоргин. — Командованию стоит об этом знать, — проговорил я. — …Трепещите за Искры свои! Трепещите! Велики грехи наши! Не потому ли собрали нас здесь? Имеющий глаза да увидит… — Командование все знает. Но далеко не у всех имперцев есть телепортационные камни! Поэтому нужно как можно скорее наладить корабельное сообщение с этим осколком. Мы уже расставили сигнальные маяки для наших кораблей. — И как успехи? — Пока никак. Сигнал еще не засекли, но мы не теряем надежды. — …Но узрите спасение! Всегда есть спасение, коли Свет негасимый освещает наш путь. Берите Святую воду, разбирайте! Окропим эти демонические Развалины! Окропим все вместе. Хорошенько. Со всех сторон. Да не покинет нас Свет животворящий! Да укажет он нам дорогу! Разбирайте святую воду! Давайте же сделаем это! Озарим Светом демонические развалины! Да развиднеется мгла… — Чем больше имперцев на Гипате — тем больше шансов, что Откровение первыми получим именно мы! Если оно есть, конечно. Пусть этот проповедник всех запугивает, пока набожные лигийцы будут толпиться вокруг, как стадо перепуганных баранов, имперцы далеко продвинутся по Пути Избранного. Только бы быстрее прибыли корабли! Мое внимание снова привлекла женщина, взобравшаяся на постамент и что-то громко вещавшая всем, кто соглашался слушать. Она периодически кидала недовольные взгляды на лигийского проповедника и явно старалась его перекричать, но стояла дальше от нас, поэтому я плохо ее слышал. Не сговариваясь, мы решили подойти поближе. — Граждане Империи! Здесь, на осколке Гипата, у вас есть уникальная возможность открыть глаза Лиге! Рассказать ей правду о нашей великой родине! Пусть эльфы, канийцы и гибберлинги услышат истину, а не бредни Церкви! Будущее мира — в наших руках! Граждане Лиги! Общайтесь с орками, хадаганцами и восставшими! Отбросьте предрассудки! Все, что вам говорили об Империи — ложь! Убедитесь в этом сами! Зрители возле женщины не задерживались. Но она не сдавалась, призывая имперцев рассказывать о своей Родине, а лигийцев — внимать и проникаться услышанным. — Зачем вы это делаете? — не выдержал в конце концов Орел. — Ох, у меня сердце кровью обливается, как мне жаль всех граждан Лиги. Если так будет и дальше продолжаться, даже не знаю, отчего скорее их страна развалится: дворяне на куски ее разорвут или население вымрет от пьянства и сифилиса. Как можно жить в нашем веке, не зная, что такое порядок, высокая нравственность, энергия маны, наконец? И это в эпоху манапроводов — спать на печи, бояться, что тебя отстегают розгами в условиях полной антисанитарии, в этом пережитке позапрошлого века — в бане? Не понимаю! — запричитала она и, набравшись сил, снова завопила во все горло. — Лапотники, прихлебывающие из самоваров, я всего лишь пытаюсь сказать правду! Ау! Эгей! Долой косность и предрассудки! Долой вековую вражду! Да здравствует возможность лучше узнать друг друга! И понять, что в Империи есть немало хорошего! А в Лиге — немало плохого! — Такое чувство, что сюда все сумасшедшие Сарнаута сбежались, — тихонько сказал Орел. — Как-то меня тревожит мысль, что мы тоже здесь. — Жутковатое место, правда? И что мы тут забыли? Я опустил глаза и увидел троицу гибберлингов, со скучающим видом слушавших женщину на постаменте и потягивающих пиво, от которого они уже немного окосели. — Подумаешь, Откровение! — А существовал ли этот Ат-Зако вообще? — Его кто-нибудь видел? Они бормотали все трое по очереди, разговаривая то ли друг с другом, то ли обращаясь к нам. — У нас дома, на Новой земле, в пивных и не такие байки травят! — Ставлю два против одного, что все это выдумки для привлечения туристов. — А то и еще чего похуже… Ик! — Извините, а вас уже смерть тут хоть раз настигала? — прозвучал вкрадчивый голос за спиной. И мы, и гибберлинги посмотрели с одинаковым выражением лиц на подошедшего Зэм. — Ох, я так боюсь… — принялся заламывать он металлические пальцы. — Почему они все призрачные, вы не знаете? — Кто призрачный? — не понял я, на всякий случай еще раз оглядевшись. Все вокруг были вполне осязаемыми. — Ах, вы только прибыли? Здесь вся местная живность призрачная! Вот я и задумался, вдруг на Гипате воскрешение не работает? А? Я тут до вас двоих просил, чтоб мне сообщили, работает ли воскрешение. Да не вернулся никто — призраками стали! Шестеренку даю! — Э-э-э… — Не хочу я быть призраком! Что хотите со мной делайте — не хочу! Я по телу человеческому столько скучал. Ах, как вспомню… Каким я парнем был — все девки заглядывались! А потом что? Железкой стал! И сколько мне вот на этот вот шарнирный локоть вкалывать пришлось — в две смены на заводе. А теперь в призраки — ну уж не-е-ет! Фиг вам! Он зашагал от нас, яростно потрясая кулаками и продолжая громко возмущаться. Мы молча проводили его глазами. — Точно, дурдом! — вынес вердикт Орел. — Да не бойтесь, нормально тут все воскресают, были пренцен… предцен… — заговорил гибберлинг заплетающимся языком. — Короче нормально все! — А живность то и правда призрачная… Ик… Демон ее знает, почему так. — Да, кстати, раз уж такая пьянка, пивка не хотите? Мы его сами сварили. Лучший портер на аллодах! За наш счет. На дорожку, так сказать. Нам же путь предстоит… ну, этот… Избранного! Ик… — Нет, не хотим, — сурово отрезала Матрена. — Ну и ладно! Нас больше мнение орков интересует. Все ломаем головы, как бы поставки на Изун организовать… Гибберлинги покосились на группу галдящих неподалеку орков, смахивающих на гоблинбольных болельщиков. Они о чем-то громко и с азартом спорили и, судя по накалу страстей, спор грозился вылиться в мордобой. — Что там происходит? — спросила Матрена. — Тотализатор, — коротко ответил гибберлинг, утратив к нам интерес. — Пойдем посмотрим? — неуверенно предложил Миша. Мы подошли ближе, сохраняя, тем не менее, дистанцию, чтобы теоретический мордобой не затянул нас в эпицентр. — Эй, вы! Не хотите размяться? — крикнул нам один из орков. — Размяться? А как же Перемирие? — крикнул я в ответ, выразительно покосившись на Вестника Мира, вновь и вновь призывающего гостей ломать мечи. — Не, я про Перемирие помню, как же. Но мой топор ржавеет, если долго таскать его на хребте. Хоть раз в день его надо расчехлять. Это тебе любой грамотный оружейник скажет. — Я пас. — Не трусь! Все продумано. Мы устраиваем охоту на крабов. Кто бьет наш рекорд — того и приз. Все по чести, орки уважают законы схватки, ты же знаешь. Ну так как? Принимаешь вызов? Кто рожден драться, тому и Перемирие не помеха, гы! Я покачал головой, и мы отошли от орков. Похоже, каждый здесь развлекается, как может, и далеко не все горят желанием пройти неведомый «Путь Избранного». Орки, тем временем, пытались затащить в свою компанию минотавра, но тот едва ли их замечал, вперив в меня пристальный взгляд. Я подумал, что мы, вероятно, знакомы и сделал несколько шагов в его сторону. Но минотавр при моем приближении жутко смутился, что при его габаритах — раза в два больше меня — выглядело даже забавно. — О-о! Я это… я рад. Не ожидал, что вы ко мне подойдете. — Знакомы? — Нет, но я читал о вас в газетах. — А… — сразу поскучнел я. Надо постараться привыкнуть к тому, что меня теперь будут часто узнавать. — Все думают, что минотавры тупые и дикие. А я грамоте обучен в самом Придонске! А еще я Охотник на демонов. И это письмо… Такая честь для меня! Да… — Что ж, желаю удачи. — Я буду достойным, я осилю Путь Избранного! — пылко пообещал минотавр, будто это я выдал ему столь важное задание. — Вот, ни на крабов не хожу, как орки соблазняют, ни руин не пужаюсь, как каниец орет. Я не сверну с Пути! Только я не знаю ничего про этого Ат-Зако, хотя только и слышу тут и там это имя, а кто он, что он… Говорят, очнулся посреди развалин небольшого храма — а это что за громадина перед нами? — Да уж, не очень на «небольшой храм» похоже, — согласился я. — У нас в Придонске никто про этого Ат-Зако не слыхивал. А у вас? — Кое-что слышали… — Я знаю, кто может все рассказать — Историки! Но разве ж расскажут они мне? И так все думают: умный шибко, еще и за Откровением щемится, дикарь. Знаю я их… — А здесь есть Историки? — заинтересовался Миша. — Ага! Вон, кучкуются… — Хочешь узнать их мнение? — спросил я Мишу. — Почему нет? Возможно, у них уже есть объяснение происходящему, или хотя бы какая-нибудь теория. Прихватив минотавра, мы направились к Историкам, но путь нам преградили охранявшие их наемники. Похоже, Перемирие — Перемирием, но от охраны ученые отказываться не собирались. — Мы только про Ат-Зако хотели спросить! — снова смутился минотавр, возвышающийся над стоявшей перед ним орчихой на целую голову, а если считать и рога, то даже на две. — Блин, ты думаешь, я в этом секу? Гы! Да щаз! Эти яйцеголовые и сами ничего толком не знают. Даже в имени его путаются. То Зак, то Ат-Зако, то Зако. И все ругаются да спорят о его дальнейшей судьбе. Помер ли он? Если и помер, что вероятней всего, то кто прихлопнул? Где могилка? Детишки у него с этой принцессой были, или нет? Одно слово — Историки! Все им интересно! Ниче, может, тут, на Гипате, че и раскопают… — Нам можно пройти? — вежливо спросил Миша. — Мы с мирными намерениями. — Руки на виду держите! За оружие не хвататься! Один из Историков, эльф, обернулся, услышав это восклицание, и добродушно махнул рукой. — Прекрасный день для поиска новых знаний, товарищи, — произнес он в качестве приветствия, безошибочно определив в нас имперцев, несмотря на присутствие Лизы. — Сирано ди Дазирэ к вашим услугам! Я пожал протянутую руку, поинтересовавшись: — И много новых знаний здесь можно найти? — Массу, дорогой мой товарищ, массу! Происходящее здесь, как вы можете предположить, живо нас интересует. Необходимо узнать многое. Мы даже прибегли к помощи сторонних специалистов. Я говорю о НИИ МАНАНАЗЭМ, конечно. — Вам помогают имперские ученые? — удивился Миша. — Только один. Саранг Сутекх. Он вызвался помочь нам понять природу обитающих здесь призраков. Известий, правда, от него пока нет. Он отправился по дороге, ведущей в Поселок. — А мы хотели спросить про Ат-Зако! — выпалил минотавр, набравшись наконец храбрости, правда тут же смутился и замолчал. — Хм-м, с чего бы начать… Ат-Зако, или в просторечии — Зак, был одним из последних джунов этого мира. Его ноги ходили по этой земле около трех сотен лет тому назад. Спасаясь от проклятия джунов, Ат-Зако подвергся магическому изменению, которое превратило его в совершенно иного человека… и полностью лишило памяти! Именно на развалинах Гипата он пришел в себя. Беспомощный, забывший все, чем был ранее… — Здесь, на Гипате, и начались приключения Ат-Зако, согласно древней летописи «Проклятые земли», — добавила стоявшая рядом с ним женщина и словно из воздуха достала маленькую книжицу. — Если вы еще не знаете о ней, советую почитать! Ведь там рассказывается не только о его приключениях на Гипате, но еще и на Ингосе и Суслангере. Минотавр, не веря своему счастью, взял книгу дрожащими от волнения руками, как великую драгоценность. — Очень увлекательно, должна отметить. И завершается история хорошо. Ат-Зако вернул себе память, нашел свою возлюбленную и вместе с Великим Магом джунов Тка-Риком, да будет проклято его имя, победил древнее Проклятье! Ой, вам же неинтересно будет… В общем, о подробностях читайте самостоятельно, договорились? Минотавр радостно закивал головой, расплывшись в ужасающей, клыкастой улыбке. Казалось, все его мечты сбылись в одночасье. Он сразу отошел и, усевшись на камень, углубился в чтение. Лично меня старая сказка о приключениях джуна интересовала куда меньше, чем мнение Историков о происходящем здесь и сейчас. — Весь этот легенда — есть странно! Я в полное замешательство! — глядя на читающего минотавра вступил в разговор один из двух авиаков — разумных существ, похожих на птиц. Мы встречались с их народом на аллоде Историков — Авилоне. — Сколько слышать об Ат-Зако, везде он обнаружить себя с тяжелая амнезия среди небольшой руина — только остатки стена и несколько колонна. А что мы видеть сейчас? Огромная Развалина, совсем огромная. Как? Все понимать: руина от время разрушаться и осыпаться, а не расти… — Кто-то переборщил с декорациями к Спектаклю? — хмыкнул Орел. — Вас интересовать эта загадка? Мы будешь разбираться! Это грандиозно! Очень красивый Развалина! С высоты авиак — дух захватывать. Камень этих Развалина рассказать нам многое. Камень говорить для тех, кто уметь слушать! Я взять камень из фундамент ближе к земля и с самый верх стена! И я узнать, что эти камень ничем не отличаться! Но один камень лежать в земля, вода его подтачивать века и века, а другой овевать священный ветер… Что бы это значить? — Что это вовсе не древние развалины? — осторожно предположила Матрена. — Я отправить камень на Авилон. Только магия Найан определить камень возраст. — Если бы еще вандал ничего не трогать! — закаркал второй авиак, грозно забив крыльями. — Нет, вы только посмотреть! Портал открыть вот-вот. Я как прознать — сразу прилететь. Сразу! Вот мой кисточка. Это чтобы сметать пыль с каждый кирпич в этой Развалина. Надо переснять узоры, зарисовать каждый-каждый камешка. Древний руина, куда не ступать нога разумный существа. Так думать я, старый наивный авиак! Прибыть со всех перьев — и что увидеть? Надпись во вся стена: «Незеб жил, Незеб жив, Незеб будет жить!». Что выцарапать с другая сторона — в наш язык даже слова таких нет, я стыдно. Проклятый вандалы! Мы, сочувственно покивав, поспешили удалиться, чтобы гнев из-за наших соотечественников ненароком не обрушился на нас. Погуляв по площади в центре развалин еще не меньше часа, мы пришли к выводу, что ни у кого из присутствующих нет хоть какой-то мало-мальски достоверной информации о Режиссере и устроенном им Спектакле. — Мне кажется, мы тут уже достаточно насмотрелись и наслушались, может дойдем уже до Поселка? — предложил Орел. — Да, пожалуй, только надо найти дорогу… — Сдается мне, дорога тут одна! — хмыкнула Лиза и указала на лестницу, по которой свободно могла бы промаршировать Имперская Армия на торжественном параде. Лестница вела с каменной площади вниз, и, подойдя ближе, мы убедились, что от нее убегает проселочная, но основательно вытоптанная дорога, теряющаяся среди лесистых холмов. — Отойдите! Не заслоняйте перспективу! Мы смущенно подвинулись, открывая эльфийке, стоявшей перед мольбертом с кистями, обзор. Вид и впрямь был удивительно красивым: утопающий в зелени аллод, пронзительной голубизны небо с белоснежными, пушистыми облаками, и даже руины несли в себе определенный дух старины и романтизма… Но художница видела в окружающем нас пейзаже что-то свое, куда более драматичное. — Вы только посмотрите! Какая перспектива, мрачность стен, трагичность порталов! Как вы думаете, что происходило здесь века назад? Возможно, это был храм, и в его недрах кровожадные жрецы вырывали сердца из тел стонущих гибберлингов! А может, это был дворец, в его темнице томилась юная эльфийка, все ожидая, как прекрасный эльф прилетит за ней на драконе, но отдали ее вонючему огру — и бросилась она в астрал с самого края аллода. — Э-э-э… да… возможно… — Ах, какое вдохновение! Я решила изобразить последнюю сцену. Трепетная эльфийка на краю бездны, ее волосы развеваются, у нее за спиной величественный дворец… Я не представлял, как столь пасторальный пейзаж может рождать такие мрачные образы, но спорить с художницей не стал, подозревая, что все творческие люди немножко не в себе. По краешку, стараясь не загораживать обзор, мы спустились с лестницы, оказавшись наконец на простой земле, и тут идеалистическая картина, сложившаяся в моей голове, рухнула. Нет, лес, небо и холмы были по-прежнему прекрасны, но эти дивные места населяла ненастоящая жизнь! Призраки птиц разливали свои трели, прозрачные животные мелькали среди деревьев, выбегая иногда на дорогу и снова скрываясь в зарослях. Мертвый мир, изо всех сил пытающийся выглядеть живым. Мне стало не по себе. Переглянувшись и собравшись духом, мы зашагали по дороге, стараясь не обращать внимания на призраков вокруг. Маленький дракончик, похожий как две капли воды на того, что мы видели на развалинах, вынырнул перед нами совершенно неожиданно. В отличие от остальных существ, он был вполне настоящим и осязаемым, и потому вызывал симпатии. — Приветствую вас, путники! Я — Дух Битвы! Вы в самом начале Пути, многое вам предстоит, дорога трудная и опасная, не для нищих духом. Не сворачивайте с Пути, не изменяйте себе, и в конце ждет вас великое знание — Откровение! — зарокотал он, сияя, как золотой фонарик. В воздухе от его перемещений оставался длинный сверкающий шлейф. — Триста лет назад этой же дорогой шел прекрасный джун, юноша по имени Ат-Зако, Избранный, вооруженный бронзовым ножом. Следуйте за ним, повторяйте его деяния. Ат-Зако не знал, кто он и что ждет его впереди. А я вам скажу: великая тайна откроется вам, и ужаснетесь вы, но будете знать. А кто знает — тот повелевает! Готовы ли вы продолжить? — Готовы. Что нужно делать? — Итак, первый шаг. Ат-Зако только выбрался из Развалин, как свирепый волк преградил ему дорогу — первая тварь, против которой он обратил нож, первая кровь, которой обагрил он священное оружие. И вам предстоит сейчас пережить этот бой. Только тот, кто убьет волка, сможет продолжать Путь! На дорогу, как по приказу, выпрыгнул призрак волка и понесся на нас. Скорее рефлекторно, чем обдуманно, я выхватил меч и ударил им волка, запоздало вспомнив, что призраку это не причинит вреда. Однако волк рассеялся, как туманное облачко, и через секунду дорога снова стала пуста. Что ж, это было не сложно. — Да, Ат-Зако поступил так же — точным ударом расправился с волком. За каждый новый шаг на Пути вы будете получать знаки Избранного. Они из бронзы — металла, которым владел на Гипате только Ат-Зако. И чем больше вы обретете знаков, тем ближе будет Откровение. Идите же к нему. Теперь каждый из вас — Избранный! Дух Войны вручил мне непримечательную бронзовую монетку. После чего все то же самое по очереди повторилось и для Орла, Миши, Лба, Матрены и Лизы. — Следующим вашим шагом на пути к Откровению станет встреча с Покровом Ночи. Избранный был умен и не тратил сил попусту. Он как тень, как безмолвный призрак скользил в ночных тенях, и даже самый острый взор не замечал его бесшумных шагов. Вам предстоит научиться тому же! Не знаю, как у остальных, но мое раздражение от абсурдности происходящего крепло с каждой минутой. Я чувствовал себя клоуном, которого заставляют корчить нелепые рожи на потеху невидимой публике. Под пафосные напутствия Духа Битвы мы отправились дальше по дороге, периодический встречая редких путников и призрачных животных. Правда, минут через двадцать идиллия закончилась. Нас окликнула восставшая Зэм, растеряно переминавшаяся с ноги на ногу у опушки леса. — Посмотрите, пожалуйста. Может, конечно, я давно в глаза себе масло не закапывала… Но, по-моему, это труп! Мы подошли ближе к тому месту, на которое она указывала, и действительно увидели распростертую на земле фигуру эльфа. Матрена быстро склонилась над ним и, осмотрев его, подтвердила, что он мертв. — Чуть отошла от дороги — и сразу на него наткнулась, — всплеснула руками восставшая. — Посмотрите, здесь явно не обошлось без какого-то тяжелого тупого предмета! Что же это такое делается? А как же «Перемирие»? Врал все дракончик? И мы снова трястись должны: как бы вражеский лучник из кустов тебя одним выстрелом в Чистилище не отправил? — Похоже на то, — протянул я, сам не веривший ни в какое Перемирие. Пусть даже мое отношение к лигийцам немного смягчилось после того, как нам вместе пришлось сражаться в Городе Демонов, но вряд ли все они в один миг стали к нам лояльны. Ну и кроме того, тут, на Гипате, полно всяких странных личностей, которым я бы не доверял. — Нужно отнести тело в Поселок, — сказала Матрена. — Его можно воскресить, но сначала требуется лечение. — Далеко отсюда до Поселка? — спросил Миша у восставшей, и та огорченно кивнула. — Часа три пешком. — Тогда отнесем его к развалинам, — решил я. — И расскажем все этому… как там его… Вестнику Мира. Тот, кто устроил этот Спектакль, пусть и отвечает за безопасность актеров на сцене! Лоб взял на руки тело эльфа, и мы поплелись в обратном направлении. До самих руин возвращаться не стали. Снова выскочивший перед нами Дух Войны клятвенно заверил, что о пострадавшем позаботятся и нам не о чем волноваться, так что мы оставили убитого на попечении горестно вздыхающего дракончика. На этот крюк ушел почти час, и все бы ничего, но по моим прикидкам где-то на середине дороги мы обнаружили второй труп, а в десятке метров от него — третий! Двигались мы не очень быстро, внимательно глядя по сторонам, так что не заметить огромную тушу мертвого орка было сложно. Неподалеку от него лежал человек. — Бедняга! Кто-то насадил его на меч, как куропатку на вертел, — сказал Орел. — Там следы молота, тут меча… — произнесла Матрена, а после осмотра человека добавила: — А тут магия! Этого мужчину молния поразила прямо в глаз! — Похоже, нарушителей Перемирия больше, чем один. — Там кто-то есть! Лиза глядела в пустоту остекленевшими глазами, указывая при этом рукой на лес. Мы двинулись в том направлении, держа оружие наготове, но это оказался истекающий кровью мужчина, державшийся за рану на груди, из которой торчала стрела. — Гибберлинги… втроем… гады пушистые… Они стреляли… А-а-а… как больно. Подлецы, отступники… Хриплое дыхание мужчины оборвалось и глаза закрылись. — Ну вот и закончилась добрая сказка, где все живут в мире и согласии, — подвел я итог, — и началась обычная жизнь! Держите оружие наготове, чувствую, это не единственный труп, об который мы здесь еще запнемся… Глава 2
  7. Скоро Зима

    Аллоды Онлайн, ч.66-67

    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 35. Отец Когда и как мы смели двух здоровых троллей, которые вызывали у меня опасения, я даже не понял. Но вслед за ними появился огр, от каждого шага которого сотрясалась земля. Голой рукой он сносил толстые стены, и каменный дождь накрывал и своих, и чужих. Я находился слишком далеко, а поднявшаяся пыль скрыла от меня даже то немногое, что еще можно было рассмотреть. Добраться до него я не смог — меня теснили демонопоклонники. И если с мечником я легко справился, мистик не представлял для меня большой угрозы, и даже засевшего в засаде лучника удалось выковырять из укрытия, то эльф некромант вымотал мне все нервы, пока его не убил шальной булыжник, так кстати свалившийся ему на голову. Я рванул поближе к центру, но увяз в атаке. Дрейки, демоны и демонопоклонники — вся это разнокалиберная масса мельтешила перед глазами, смешавшись с витязями и Хранителями, большая часть из которых уже не была верхом. Каменная площадка под ногами стала скользкой от крови, и демоны сходили с ума от ее запаха. Я слышал рев носорога, с азартом топчущего противников. Где мой дрейк, я не представлял, но краем глаза вдруг заметив зеленое пятно и задрав голову, увидел, как Старик, намертво вцепившись в своего черного летающего собрата, изо всех сил дерет его когтями прямо в воздухе. Но за его спиной уже мелькал другой дрейк, стараясь ухватиться за порванные зеленые крылья. Втроем они единым клубком рухнули на землю и покатились по камням. Взревев и каким-то чудом растолкав всех, кто окружал меня, я кинулся на помощь Старику. Где голова, где крылья, где туловище было не разобрать, поэтому я просто воткнул меч в черное пятно, тут же получив удар хвостом. Меня отбросило к стене и я приложился плечом, но боли даже не почувствовал, сразу вскочив на ноги. Один дрейк бился в предсмертных конвульсиях — из его горла фонтаном хлестала кровь, и на него бросились ополоумевшие демоны. Второго Старик добил сам. После того, как я снова оседлал дрейка, дело пошло куда веселее. Он перемахнул через головы сражающихся, и мы оказались почти в самом центре, но внести свое веское слово в расправу над огром я все равно не успел — с ним уже разобрались. Благодарить за это, вероятно, стоило лигийского Великого Мага, для которого даже самый могучий огр не является непреодолимым соперником. Впрочем, лигийский маг, охраняемый витязями, был где-то вне пределов моего зрения. Как я и предполагал, основной напор на нас приходился с левой стороны, где я еще в первый свой визит заподозрил главное базирование демонопоклонников. И несмотря на все трудности, мы все же умудрились оттеснить противника, выдворив его с большой каменной площади, где завязался бой, обратно в «казармы». Это позволило нам немного сгруппироваться и вернуть атаке какое-то подобие порядка. Долго, правда, наше организованное наступление не продержалось. Арманд ди Дусер и его помощники вскоре напомнили о своем существовании. Я не был в первых рядах, но информация о том, что перешедший на сторону демонопоклонников Великий Маг ди Дусер использует особую магию, которая буквально вытягивает из всех кровь и осушает тело, превращая его в мумию, разнеслась очень быстро. Первая же наша атака разбилась, едва начавшись. А вскоре после этого из правого крыла города Демонов, где я не был, неожиданно повалила нежить, ударив нам в спины. Мы оказались зажатыми с обеих сторон, и кажущееся преимущество растаяло, как снег под Игшским солнцем. Противников было несоизмеримо больше, чем нас. Но то ли на Язесе действительно оказались лучшие из лучших, то ли сыграло роль то, что отступать некуда, да и терять особо нечего, никакой паники не случилось. Даже наоборот! Удивительно быстро сориентировавшись, мы сумели перестроиться, разделившись на лигийскую и имперскую стороны. Поскольку Великий Маг лигийцев, под прикрытием витязей, вступил в схватку с ди Дусером, от которой вибрировал даже воздух, Хранителям пришлось отбиваться от неведомо откуда взявшейся нежити. — Лучники, стрелы на изготовку… ОГОНЬ! Характерный свистящий звук на секунду перекрыл весь остальной шум, и над головой, словно стая птиц, пронеслась темная волна, призванная снизить давление на тех, кто держал позиции в ближнем бою. Возможно часть нежити, перевшей на нас, действительно пала, но ее было так много, что уменьшения натиска я не почувствовал. При этом мы все равно продвигались вперед. Я не сразу это понял. Но когда на нас сверху полилась обжигающая магия и все бросились врассыпную, ища укрытие, до меня дошло, что вокруг одни астральные клыки, строений очень мало и спрятаться негде. Это было похоже то ли на звездопад, то ли на дождь из сверкающего, расплавленного металла, невыносимо горячего, но все равно красивого, не оставляющего следов, кроме ощущения сильнейшего ожога при прикосновении. На нежить магия не действовала, ведь боли они не чувствуют, зато нам пришлось туго. Звуки боя сменились криками. — А теперь вы умрете в муках! У меня даже не было времени, чтобы обратить внимание на то, чьи это слова и действительно ли их кто-то произнес. Я, как и все, искал укрытие, когда прозрачный фиолетовый купол появился над нашими головами, как мыльный пузырь, и раскаленный дождь, ударяясь об него, стал стекать по его бокам вниз, оставляя за собой тысячи сияющих дорожек. Это выглядело настолько странно и завораживающе, что на какое-то мгновение все даже забыли, что нежить никуда не делась, и глядели вверх, на защитившую нас полусферу. Но долго любоваться на нее нам не дали. Бой продолжился, и вскоре я увидел мага, наколдовывавшего волшебный «дождь». Это был демон! Меня все больше накрывало ощущение неправильности происходящего: колдующий демон, армия нежити, накрывший нас купол… трудно даже выбрать, что из этого больше меня поражает. Как будто какие-то невидимые силы воюют друг с другом, а мы только путаемся под их ногами! Рациональная сторона моего разума уже начала придумывать всему объяснения: новый, еще более совершенный вид демонов, возможно созданный самим Гурлухсором; нежить скорее всего поднята им же, хотя у него могут быть в союзниках и другие Великие Маги; купол… наверное, это лигийский Великий Маг расправился с ди Дусером и теперь прикрывает нас? Я определил, что демон сейчас главная угроза, и пока держится защита, самое время эту угрозу устранить. Измученный Старик не подвел — ему не хватало места разбежаться и прыгнуть достаточно высоко, но демон сам метнулся в нужную сторону. Я забыл про нежить, забыл про окружающую меня магию — взгляд приклеился к астральной твари, как будто кроме нее рядом больше не было никого и ничего. Злой азарт распирал изнутри, ощущение собственной правоты не допускало и мысли, что может что-то не получиться. А демон стал до смешного медленным и неповоротливым… Старика повело куда-то в сторону, но я, уже видевший, что цель достаточно близко, прыгнул прямо на нее. Острое лезвие меча вспороло тварь так легко и плавно, будто демон состоял из желе. Под моими ногами не оказалось опоры, но я крепко держался за эфес двумя руками, и воткнутый в демона меч погасил скорость падения. Я рухнул на землю, успев сгруппироваться. Демон заверещал и попятился, но второго удара ему не требовалось — он растворился, превратившись в облачко светящегося тумана. Затопившее чувство удовлетворения сродни погружению в прохладную воду в знойный день. Я легко отбил подползающую ко мне нежить и огляделся в поисках Старика. Сейчас, на кураже, я бы, наверное, справился с любым демоном… Двое скелетов забрались на моего дрейка, пытаясь порвать его крылья. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что в этой сцене так пугает меня. Старик не сопротивлялся! Он лежал на земле, не шевелясь, и зеленое свечение, всегда окутывающее его легким ореолом, исчезало прямо на глазах, как затухающий костер. — Старик! Одним ударом сбросив с него нежить, я упал перед ним на колени и попытался приподнять его голову, чтобы поймать взгляд. Но взгляда не было. Открытые глаза дрейка взирали на мир с тем безразличием, которое бывает только у мертвых. — Старик! Старик!!! Навязчивая мысль, что животные не воскресают, а значит умирать ему никак нельзя, бешено пульсировала в моей голове и я продолжал трясти Старика, пытаясь предотвратить непоправимое. Надеясь, что он сейчас очнется. — Старик, вставай же, ну… Но дрейк молчал. Его последняя битва отгремела и магический зеленый свет окончательно растаял, будто сама душа дрейка растворилась в сумерках Язеса. Осознание произошедшего так сильно сдавливало горло, что я еще несколько мгновений боролся с этой удавкой, не в силах принять очевидное. Старик, мой верный напарник, умер. — Ник! НИК! Астрал бы тебя побрал… Подымайся! Откуда-то вынырнувший Лоб, отбрасывая нежить подальше, поднял меня на ноги рывком. Топор он где-то потерял и теперь орудовал щитом, как тараном. Его появление немного привело меня в чувство. Мне еще есть за что бороться! С болезненным ощущением, будто из моего тела живьем выдрали какую-то важную часть, я подобрал свой меч и отвернулся от дрейка, стараясь заполнить мысли боем, который все еще продолжался. Хотя нежити не было конца и края, а мы сильно проигрывали в количестве, каким-то образом нам удалось отбросить противника еще глубже. Тупость нежити и демонопоклонников, военные таланты Хранителей, или фантастическая удача — думать об этом было не время. Нужно скорее найти некроманта, иначе наше кажущееся превосходство в мгновенье ока может обернуться прахом! Мой взгляд зацепился за странное сооружение в центре большой площади, на которую выкатилось сражение. Вскарабкавшись на обломок колонны, я сумел немного перевести дыхание и осмотреть пространство. — Да их же здесь целое море! Чье-то восклицание потонуло в звоне мечей и хрусте разлетающихся скелетов. Меня пронзила неприятная, но закономерная мысль: столько нежити разом не способен поднять один некромант, если речь идет не о Великом Маге! Мертвецы падали и тут же поднимались — неубиваемые, бесстрашные солдаты. Теперь я уже не мог избавиться от удивления, что мы не просто выдерживали их натиск, а даже успешно атаковали. Взор влекло к большому постаменту с широкой лестницей. Что находится на верхней площадке я не видел — она была слишком высоко, а вот над ней на толстых цепях болталась целая глыба, с виду вроде бы каменная, но одновременно чем-то напоминавшая живой орган, сочащийся кровью. — Лоб, туда! К лестнице! Даже беглого взгляда мне хватило, чтобы понять: нежить защищает площадку. Подобраться поближе нам удалось, а вот подняться по ступеням — нет. Мертвяки стояли сплошной стеной! Я снова взобрался на какой-то обрубок стены, на этот раз значительно выше, и наконец увидел то, что находилось на верхней площадке. Это была чаша, куда стекала кровь из «каменного сердца», висящего сверху на цепях, а в этой чаше, по щиколотку в крови, стояла орчиха. Наверное, лимит удивлений я уже исчерпал, поэтому как-то спокойно воспринял то, что Жало Степных, наследница Великого Орка, погибшая под завалами на Хладберге, жива. И даже то, что она стала сильной настолько, что сумела подчинить себе столько нежити, не вызвало ничего, кроме злости. — Жало! — крикнул я, но мой голос утонул во всеобщем шуме. — ЖАЛО! Услышать она меня конечно не услышала, но, повернув голову, заметила и даже ухмыльнулась, когда узнала. Нежить передо мной вдруг расступилась, образуя коридор и как бы приглашая пройти. Поколебавшись, я спустился вниз и пошел прямо к Жало, ожидая, что мертвецы сейчас набросятся на меня и разорвут. Но этого не случилось. Я поднялся по ступеням, но ближе она меня не подпустила — мертвые огры преградили мне дорогу. По периметру площадки торчали острые камни, исписанные иероглифами. Рядом поскрипывали цепи, удерживающие каменную глыбу, из которой под ноги Жало капала кровь. Внизу, вокруг лестницы, продолжалось сражение, но даже сквозь его шум я слышал отвратительное, врезающееся в мозг «Кап… кап… кап…». И этот звук казался мне громче любого грома. — Опять ты! Одной моей смерти тебе оказалось недостаточно и ты пришел убить меня еще раз? — насмешливо произнесла орчиха. — Прекрати это, Жало! У тебя еще есть возможность вернуться назад. Ты достаточно наломала дров, но Коловрат сумеет тебя защитить! Он глава орков, Яскер его послушает… «Кап… кап… кап…». — Ты думаешь, мне нужна его защита? — расхохоталась она. — Защита старого, безумного шамана? Посмотри, у меня есть целое войско! Я смогу поднять столько солдат, что ни одному Великому Магу не хватит сил с ними справиться! «Кап… кап… кап…». — Но сейчас ты проигрываешь. Это было правдой. Хранители, вопреки всякой логике, уверенно приближались к постаменту, и войско Жало, каким бы многочисленным оно ни было, казалось беспомощным. — Вы не сможете меня убить! Я все равно буду жить! — прошипела она. — Если бы ты знал правду, то ты бы был на моей стороне! «Кап… кап… кап…». — Никакая правда не заставит меня встать на сторону демонов, — проговорил я. — Это твой последний шанс, Жало, отведи свою нежить… — Умри! «Кап… кап… кап…». Мертвые огры кинулись ко мне, но я не стал ждать их приближения. Развернувшись, я рубанул мечом по цепи, в очередной раз вспомнив, что так и не узнал, из чего он сделан. Толстый металл не устоял перед его лезвием, и цепь, будто сделанная из картона, порвалась от одного удара. Каменная глыба накренилась и тяжело рухнула на Жало, взметнув пыль, каменную крошку и алые брызги. В эту же секунду вся нежить упала, как подкошенная, но я почему-то больше всего радовался тому, что капанье, наконец, прекратилось. Удивленно-ликующие возгласы снизу до моего сознания почти не долетали. Легкая победа. Но окончательная ли? Второй раз Жало погибает, погребенная под камнями. Две почти одинаковые смерти походили на карму — попытку судьбы исправить недоразумение… но как же можно было воскреснуть после такого? И как мы сумели продавить сопротивление нежити? В чем-то Жало была права: поднять армию не чувствующих ни боли, ни страха солдат и поставить на свою защиту — почти идеальная тактика. Но ей она не помогла. Я поглядел на Хранителей, настороженно ступающих по костям нежити в ожидании возобновления боя. Лба с трофейным топором обнаружил сразу. За ним Матрену среди лекарей, бросившихся помогать раненым, которых оказалось не так уж много, учитывая соотношение сил. А Лиза, Миша и Кузьма должны быть где-то позади и я надеялся, что их не затянуло в мясорубку ближнего боя. Проскользив по головам, мой взгляд остановился на башне — высокое, каменное строение, Рахл-Язес, находилось прямо перед нами и кто-то уже направлялся в его сторону. Голова была ужасно тяжелой, и я не стал мучить себя, пытаясь предугадать, какой приказ последует дальше. Возможно, стоит вернуться к лигийцам в левое крыло, чтобы не распылять силы, ведь по отдельности мы гораздо уязвимей. В наши планы вообще не входило разделяться, это получилось спонтанно! С другой стороны, башня рядом — и это отличная возможность попробовать прорваться внутрь, пока Лига сдерживает противника в «казармах». Второго шанса может и не представиться! Никаких новых приказов еще не прозвучало, но кто-то из Хранителей — маг, судя по мантии с накинутым капюшоном и посоху, — упрямо двигался к стене башни. Что-то мне казалось в нем знакомым. Я быстро спустился с лестницы, куда наоборот все с любопытством поднимались, и пошел за ним. — Ник! А вот и Лиза с Мишей. — Зизи, кто это? — спросил я, указав на повернутую к нам спиной фигуру. Она посмотрела туда, куда я указывал, и наморщила лоб. —Маг? — произнес очевидное вынырнувший с другой стороны Орел. — Ты не ранен? Он держал под уздцы своего лютоволка, и как бы я ни заставлял себя думать о том, что бой еще не окончен, и ни пытался сосредоточиться на этом, мысли все равно вернулись к Старику и сердце сжалось. Должно быть, вид у меня был крайне растерянный, потому что Миша тоже посмотрел на меня с беспокойством. Отвечать я ничего не стал. Фигура в плаще привлекала мое внимание, и я направился к ней, переступая через нежить и не глядя больше ни на кого. Маг остановился у стены башни и не оборачивался. Я не видел его лица, но шагах в десяти от него внезапно понял, кто передо мной. Все сразу встало на свои места: и спасший нас магический купол, и слабое сопротивление противника, которого мы сумели побороть уступающими силами… Магия разума может быть и поражающей взор, и наоборот — незаметной. — Товарищ Яскер. Он не повернул головы, разглядывая башню. Я пытался что-то прочитать по его задумчивому лицу, но не смог. — Остался последний шаг на пути к «Хозяину», — произнес он. — Это Гурлухсор? — Сомнений нет. Что еще ожидать от этого злопамятного старика? Если бы в свое время я проявил больше настойчивости, быть может, нам и не понадобилось бы возвращаться сюда. Я подумал, что для Яскера это уже стало чем-то большим, чем защита Империи от потенциальной угрозы. Гурлухсор — его личный враг. И поставить точку в их споре Яскер хотел лично. В особенности после того, как этого не смогли сделать ни Нефер Ур в Пирамиде Тэпа, ни Охотники на демонов, когда сразились с Гурлухсором в астрале, ни дракониха Силайя… Как выяснилось, присутствие Главы Государства для генерала Верховина секретом не являлось. Он подошел с вопросом о дальнейших действиях, точнее — не нужно ли нам вернуться и помочь витязям в борьбе с Армандом ди Дусером. — Заносчивый выскочка, как и все эльфы, — поморщился Яскер. — Не стоит, лигийцы уже научили его скромности. — Что ж, каждая сторона устранила свою проблему, — пробормотал Верховин. — Они в свое время упустили ди Дусера, мы — Жало Степных. — Тот факт, что она перешла на сторону врага, — наша большая оплошность. Мне показалось, что это частично камень и в мой огород, ведь это я нашел орчиху в шахте Мертвого Моря и опрометчиво оставил дожидаться меня в одном из местных поселений, откуда она благополучно сбежала к Гурлухсору. — Но это уже неважно, — продолжил Яскер. — Сейчас главное — уничтожить «Хозяина». Не просто убить его, а положить конец его воскрешениям. Можно только гадать, как он возрождался вопреки всем законам бытия. Я полагаю, что он обладает неким артефактом, позволяющим ему воскресать. Или он сконструировал какую-то магическую машину… Или еще что-то… Неважно. Мы должны уничтожить источник его возрождения. — Ворота в башню должны быть где-то рядом, но они перегорожены магической завесой, — сообщил Верховин, но Яскер лишь отмахнулся. — Мне не нужны ворота. После этого он поднял посох, и невидимая волна прокатилась вперед, будто искривилось само пространство, после чего каменная стена башни с грохотом разлетелась, взметнув облако пыли и крошки… Толстая, каменная стена, выдержавшая в свое время Катаклизм! У подножия башни образовалась дыра, и когда пыль немного улеглась, стала видна винтовая лестница. — Если нас не приглашают через парадный вход, зайдем с черного, — добавил Яскер и спокойно шагнул внутрь. Было в этом что-то особенное — идти в бой не просто за своим командиром, а за Лидером. Это вдохновляло и вселяло небывалую уверенность в своих силах. И дело даже не в том, что Яскер — один из самых сильных магов Сарнаута. А в том, что за ним действительно хотелось идти! Изнутри башня выглядела мрачной и требующей ремонта. Украшающие ее барельефы давно искрошились, ступени кое-где обрушились, некогда красивые колонны и арки покрылись трещинами и паутиной. При этом у меня появилось странное ощущение, что все вокруг живое. Башня гудела и как будто едва различимо вибрировала, словно мы находились внутри огромного механизма. Мы двигались вверх по лестнице. Демонопоклонники оказывали нам сопротивление, но после того, с чем мы столкнулись до этого, оно казалось мне слабым. Одного Яскера с лихвой хватило бы, чтобы разобраться со всеми, не говоря уже о следовавших за ним Хранителях! Я старался не расслабляться, прекрасно понимая, что ситуация может измениться в любую секунду, но все равно оказался не готов к тому, что мы увидели в огромном круглом зале. Точнее — не увидели, потому что для тех, кто увидел, это стало фатальным. Яскер среагировал быстро, но вспышка света была настолько ослепительной, что даже через темную пелену, отделившую нас от круглого зала, обожгла не только глаза, но и кожу. У тех, кто был впереди, почернели лицо и руки. Раздались крики. В нос ударил ужасающий запах горелого мяса. Мы попятились назад, за спасительные стены. — Проклятье! Это же Кровавое Око! Судя по возгласам, некоторым Хранителям это о чем-то говорило. Я же был среди тех, на чьем лице отразилось недоумение. Из зала продолжал литься свет, на который даже из коридора смотреть было невыносимо больно. — Гурлухсор глупец, если думает, что меня это остановит! — прошипел Яскер. — Мне нужны трое мечников… Его выбор пал на меня, Верховин кивнул еще двум Хранителям, среди которых оказался Лоб. Еще не понимая, что от нас требуется, мы шагнули к Яскеру. — Кровавое Око убивает взглядом все живое. Стрелами эту тварь не пробьешь, как и магией, но против меча и топора противоядия не существует… Я создам защитные руны, ступайте прямо по ним и старайтесь не выйти за границы защиты. Иначе сразу зажаритесь! Он дождался понимающего кивка и повернулся к залу, откуда непрерывным потоком бил обжигающий свет. Лицо Яскера одеревенело, глаза закатились и обрели золотистый оттенок. Посох начал испускать фиолетовое сияние, которое клубилось, как туман, и стелилось по полу, складываясь в иероглифы. Цепочки туманных знаков потянулись к свету, убегая в зал. Мы, переглянувшись со Лбом и еще одним орком с секирой, рефлекторно сжали в руках оружие покрепче, будто оно помогало сохранять баланс и не оступиться. Первым, ступая по рунам Яскера, в зал шагнул Лоб, за ним второй орк и сразу я. В первое мгновение показалось, что меня окатило огнем. Я не понимал, куда идти, потому что перед глазами все было невыносимо белым и они начали сильно слезиться. Ослепший, плачущий, с горящей кожей, я простоял на одном месте несколько секунд, пытаясь подавить панику, абстрагироваться от боли и разглядеть проклятые руны. — Куда ступать, …! Не демона не видно! — ругался где-то совсем рядом Лоб. Я его чувства полностью разделял. Свет жег тело даже сквозь форму, а с лица и вовсе словно сдирали кожу, но изо всех сил напрягая зрение, я все же разглядел почти теряющуюся в этом сиянии руну и сделал шаг. Глаза начали немного отходить от шока и стало видно чуть больше. Наколдованные Яскером иероглифы расплывались, а иногда и терялись совсем, и в такие моменты мне хотелось плюнуть на все, и просто побежать вперед, чтобы изрубить мечом неведомую тварь, ну или хотя бы выколоть ей глаза! Но я понимал, что один неверный шаг — и от меня останется горстка пепла, пусть даже сохранять спокойствие и терпение под раскаленными потоками магии — задача не из легких. Несмотря на все мои старания, дошел до цели я последним. Возможно, толстокожим оркам этот путь дался все же чуточку проще, чем мне. Я смутно видел их силуэты — то, как они замахивались на нечто шарообразное, панически мечущееся, но при этом не издающее ни звука. И это было так противоестественно, что я даже подумал, не начались ли у меня галлюцинации. Но когда поднял свой меч и ударил по непонятному, сверкающему шару, лезвие вошло во что-то мягкое и упругое. — Да сдохни ты уже!!! Я боялся оступиться и выйти за пределы защиты руны, но продолжал махать мечом. Тварь задергалась в конвульсиях и свет начал ослабевать. Но даже когда он исчез совсем, я все еще оставался слепым и едва не снес голову кому-то, положившему мне руку на плечо. — Ник, сюда! Куда — сюда?! Я не видел абсолютно ничего! Грохот и крики давали понять, что бой, с кем бы он ни был, продолжается. Пахло гарью. Пол под ногами заходил ходуном и в какой-то момент мне даже показалось, что башня падает и сейчас погребет нас всех под своими обломками. Чьи-то руки тащили беспомощного меня в неизвестном направлении. Я силился разглядеть хоть что-нибудь, но перед глазами лишь прыгали черно-белые пятна. И все то время, пока я приходил в себя под жуткий грохот, вдыхая дым от огня, и не в состоянии понять, что происходит вокруг, растянулось в вечность! В конце концов расплывчатое пятно передо мной превратилось в лицо Матрены, а мельтешащий светлячок — в ее лампадку. — Ну что вы там копаетесь? Здесь сейчас все рухнет! Я обнаружил, что сижу на полу, по которому, как змеи, ползли трещины. Рядом гремели взрывы, перекрывая шум боя. Какое-то время я никак не мог собраться с мыслями и разобраться, что здесь не так, пока до меня не дошло, с кем сражаются те Хранители, которые еще стоят на ногах. Это было похоже на безумие! Я потер глаза, не веря, что такое возможно. Может, я просто спятил? Не меньше дюжины магов атаковало Хранителей огненными проклятиями, из-за которых уже почернели пол и стены. Все бы ничего… но у магов было одно лицо! — Это Гурлухсор? — тупо спросил я. — Это не он! — крикнул Орел. — Он там! В той стороне, куда он указал, творилось настоящее безумие: что-то взрывалось, сверкали молнии, и все ходило ходуном. Орел дернул меня за руку и как раз вовремя — стена, на которую я опирался спиной, вдруг накренилась и потолок начал рушиться. Нам пришлось лавировать между огненными шарами и падающими сверху камнями. Это было непросто, потому что пол тоже перестал быть ровными и теперь мы бежали по наклонной поверхности. — Туда! Мы вместе с Кузьмой и Матреной заскочили в круглое помещение, где Хранители также сражались с магами, до абсурдности выглядящими одинаково. Гул механизмов, который я слышал с самого начала, как только мы вошли в башню, здесь стал оглушительным. — Уничтожайте их! Уничтожайте эту дрянь! Я находился в полной прострации, все еще силясь отыскать логику во всем происходящем, пока Орел чуть ли не ткнул меня носом в множество капсул, протянувшихся вдоль стен. Некоторые из них были открыты, некоторые сломаны, но внутри тех, где стекло оставалось целым, а паутина труб и проводов выбрировала и светилась магией, виднелись чьи-то силуэты. Позабыв и о бушующей вокруг схватке, и на глазах разваливающейся башне, я на негнущихся ногах подошел к одной из капсул и протер рукой запотевшее стекло. Гурлухсор! И в соседней. И в следующей… Крышка капсулы, перед которой я стоял, вдруг начала открываться, и находящийся внутри нее человек открыл глаза. Я не дал ему ничего сделать, сразу проткнув мечом. После чего принялся рубить все подряд капсулы, не разбирая, кто или что там внутри. Провода взрывались, из трубы выливалась отвратительные жидкости, ужасный запах дыма и химикатов бил в нос. Вероятно, все эти странные копии хотя и были похожи на Гурлухсора и обладали магией, все же Великими Магами не являлись, потому что нам удавалось справиться с теми, что вылезали из капсул. Остальных мы старательно добивали до того, как они оживут. Туда, откуда летели молнии и огненные шары, никто из нас даже не решался сунуться! Я не сомневался, что Яскеру по плечу одолеть своего главного врага в поединке, но лезущие ото всюду демоны и похожие на Гурлухсора маги могли создать неправильный перевес. Стараясь не попасть под сверкающие разряды, мы, как стражи, не подпускали никого к двум Великим Магам, битва которых грозилась не оставить здесь камня на камне! Каждый противник, до которого доставало лезвие моего меча, приносил мне облегчение своей смертью. И я вкладывался в каждый удар, как в последний, не чувствуя усталости. Я мстил за Старика. Мне казалось, что всякий раз, когда месть свершается, он воспаряет все выше и выше, возвращая себе давно утраченную способность летать. Поэтому мой меч так быстро порхал в поисках новой цели. И находил ее. В какой-то момент башню тряхнуло так сильно, что пол буквально раскололся надвое. Огромная трещина начала расширяться, противоположная стена отдаляться… А еще через секунду стало понятно, что это не стена отдаляется от меня, это отваливается кусок башни, на котором стою я! Когда до меня дошло это, я метнулся к противоположной стороне, но трещина уже была слишком большой, а зияющая дыра снизу слишком темной. Не перепрыгнуть! Нужно было что-то предпринять, но то ли неверие, что сейчас я упаду и разобьюсь, погрузило меня в ступор, то ли понимание, что я ничего не могу с этим поделать. Я стоял и смотрел, как пол наклоняется все сильнее и как растет трещина. Несколько капсул сорвалось вниз и исчезло в темноте… И вдруг все прекратилось. Пол перестал крениться и даже звуки словно бы замерли. Я было подумал, что это сознание играет со мной, но когда трещина начала обратно сужаться, оцепенение спало. Фиолетовый туман, похожий на прозрачные щупальца, впивался в камни, опутывал их и притягивал обратно, не давая башне рассыпаться. Через несколько секунд более устойчивая половина оказалась уже достаточно близко, чтобы перепрыгнуть на нее. И как только я это сделал, фиолетовые щупальца исчезли и часть комнаты за моей спиной резко ухнула вниз. Отчего-то я не сразу смог обернуться и посмотреть на то место, где только что стоял и где теперь зияла дыра. Вместо этого я поднял взгляд и увидел Яскера, светящиеся глаза которого медленно возвращали себе обычный вид, а магический посох втягивал остатки фиолетового тумана. Мой онемевший язык не шевелился, и я просто кивнул в знак благодарности. К тому моменту почти все капсулы оказались разбиты, а те, что уцелели, добивали другие Хранители и подоспевшие лигийцы, среди которых присутствие настоящего, живого Яскера вызывало смятение, на что тот, впрочем, не обращал внимания. — Нужно уходить отсюда. Башня может упасть в любой момент, — сухо произнес он и, взмахнув полами длинного плаща, пошел прочь. — Давайте, давайте, все наружу! Шевелитесь! — тут же раздался крик Верховина, подхваченный другими офицерами, как нашими, так и чужими. Было странно видеть, как витязи взваливают себе на плечи раненых имперцев, помогая им покинуть это место. И это режущее глаз единение удивляло не менее всего остального, что здесь случилось. — Ник, как ты? Идти можешь? Я обернулся и увидел всех, кого хотел. Матрена, Лиза, Кузьма, Миша, Лоб — все живы, спасибо Яскеру! Развалины, в которые превратилась комната с капсулами, красноречиво давали понять, что башня действительно была чем-то вроде огромной машины, но хитрые механизмы под потолком с убегающими в стены проводами замерли, валы и шестерни не вращались и гул прекратился. — Это… это дубли… десятки дублей! — наконец обрел я дар речи. — Вот как они все воскресали! Почему никто не подумал об этом? — Потому что считалось, что дубли — это пустышка с ограниченным сроком жизни, ума и способностей, — ответила Лиза, — но… — Помните того дубля, которого мы видели в НИИ МАНАНАЗЭМ? — произнес Миша. — Его интеллекта хватило, чтобы проявить волю! Гурлухсор очевидно еще дальше продвинулся в этом направлении. Он создал по-настоящему разумных дублей, более того, дублей обладающих магией, и он… научился пересаживать в них личность, память, Искру! Невероятно! — А где он сам? — спохватился я. — В смысле, где его Искра? — В Чистилище, вероятно. Они с Яскером разнесли тут все… Я думал, вся башня взлетит на воздух! — Надеюсь, мы уничтожили всех дублей Гурлухсора… — И дублей его союзников. Но давайте все же уйдем отсюда! Лоб прихрамывая, я ощупывая обожженное лицо, Орел держась за плечо и морщась, а в остальном относительно здоровые, мы поплелись вслед за остальными. Но меня не покидало странное ощущение незавершенности. — Разве нам не нужно осмотреть тут все? — О чем ты, Ник? Надо убираться поскорее отсюда! — Гурлухсор сделал большой прорыв в магии воскрешения. Мы что, просто уйдем? Я даже как-то растерялся от того, что спорю об этом ни с кем-нибудь, а с Мишей, никогда не упускающим возможности узнать что-то новое. Равнодушие командования к возможно настоящему перевороту в науке тоже вызывало вопросы. И все же — приказ прозвучал, и все покидали башню в спешном порядке. — Скорее, Ник, уходим! По инерции я следовал за всеми, хотя сопротивление внутри меня все нарастало. Мы покинули комнату с капсулами самыми последними, и Лоб с Орлом уже просто тащили меня за руки. В самом центре большого круглого зала, через который мы бежали к лестнице, лежало шарообразное существо, по всей видимости — то самое Кровавое Око. Глаза, которые можно было бы выколоть, у него отсутствовали. Оно само и было глазом! Ужасным, круглым глазом на тонкой ножке, будто вырванным из глазницы исполина. Хорошо, что я убивал эту дрянь вслепую! Такое и в кошмарном сне не привидится. Здесь тоже сквозь прорехи в стенах были видны части остановившихся механизмов. За любые артефакты отсюда наши ученые отдали бы если не все, то очень многое! — Да идем же, Ник! Ну что ты опять встал?! Я открыл было рот, чтобы снова попытаться призвать к здравому смыслу — вокруг кладезь информации! Как можно просто взять и уйти? Но увидев на лицах друзей чуть ли не панику, замер. — Уходите… Уходите по-хорошему… — Что? — я заозирался по сторонам. В зале уже остались мы одни. — Вы слышали это? — Слышали что? Уходим скорее… — Подождите! Но Лоб уже не церемонясь схватил меня за предплечье и с силой дернул к лестнице. — СТОП! Я кое-как вырвался, надеясь, что драться, отстаивая свою независимость, мне ни с кем не придется. — Ник, ты спятил? Уходим… — У меня такое чувство, что я здесь как раз единственный нормальный! — Мы должны покинуть это место… Новые попытки вцепиться в меня и потащить к выходу я пресек, отпрыгнув назад. Вертевшееся на языке возмущение так и застыло на нем. Рассеянные лица, немного расфокусированные взгляды и это бесконечное «уходим», как на заведенной пластинке граммофона, — я просто не узнавал своих друзей. — Это не ваши мысли, — наконец осенило меня. — Кто-то очень хочет, чтобы мы ушли! — Ник! Я снова отпрыгнул назад, потому что на этот раз Лоб кажется на полном серьезе вознамерился волочить меня силой. — Уходите. Эти тайны выше вашего понимания! Уходите… — Вы слышите это? — завопил я, испытывая острую потребность надавать всем пощечин, чтобы привести в чувство. Но желание уйти и утащить меня ни у кого не исчезло, и я чуть не завыл от бессилия. — Никита, пожалуйста, давай уйдем отсюда… — едва не плача, произнесла Матрена, в то время, как посох Миши начал испускать недоброе сияние. Проклясть он меня собрался что ли? Но теперь-то уж точно ничто не заставит меня уйти, пока я не докопаюсь до истины! Я развернулся и побежал обратно в комнату с разбитыми капсулами. — Не понимаете… Сопротивляетесь… Как мне все это надоело! Вокруг было пусто. Но все же голос я слышал совершенно отчетливо! Казалось, он раздавался сразу повсюду, не имея конкретного источника. Потолок здесь обрушился и сверху над нами чернело небо Язеса. Часть комнаты просто отсутствовала — вместо нее торчали балки, трубы, куски каменных плит и веревками свисали оборванные провода. В полу зияла дыра. И когда я приблизился к ее краю, по коже забегали мурашки. Ощущение опасности перемешивалась с чем-то еще — необъяснимым, волнующим, от чего внутри все бушевало, как астральный шторм. Орел был уже рядом, за ним — Лоб, и их намерения были очевидны. Но и я сдаваться не собирался! Все мои самые безумные поступки в жизни меркли на фоне того, что я хотел сделать, — это был тот самый случай, когда телом руководит не разум, а интуиция. Я прыгнул вниз! — Непослушные… Ох, что же мне с вами делать? В голосе, кому бы он ни принадлежал, сквозили искренние боль и тоска. Это я отметил мимоходом, падая куда-то в бездну. В ушах свистел ветер, вокруг что-то мелькало с невообразимой скоростью, но полет не был слишком уж долгим. Я приземлился без тяжелых последствий для себя на что-то липкое, склизкое и упругое, что немного подкинуло меня обратно. — Ник! НИК!!! Должно быть, пролетел я не так уж и много, потому что крики сверху были совсем рядом. Или так казалось. — Я живой! Здесь что-то вроде… сетки. Как только я это сказал, ассоциация с сеткой исчезла. Это скорее походило на паутину, или даже на что-то живое, пульсирующее, как будто я провалился во внутрь какого-то существа. От этой мысли мне стало не по себе. И чем больше я об этом думал, тем увеличивалось сходство: красные стены, сокращающиеся, как живые мышцы, слизь и пористая мембрана под ногами, которая тоже шевелилась! Первым рядом со мной приземлился матерящийся Лоб, следующим Орел, тоже не стеснявшийся в выражениях, потом почти одновременно Миша и Матрена, и последней Лиза, раньше всех сумевшая вернуть себе равновесие и сразу набросившаяся на меня с кулаками. — Я убью тебя, Ник! Какого демона ты делаешь?! Не дай астрал мы тут умрем и я тогда точно тебя убью! — не совсем связно завопила она. Но по крайней мере с ее лица исчезло это глуповатое, рассеянное выражение. — Что это такое? Где мы? — Хороший вопрос. Мне кажется, что… Договорить я не успел, поскольку мембрана под ногами вдруг порвалась и мы все дружно снова полетели вниз. — А-А-А-А-А!!! Второе приземление было чуть более жестким, хотя упали мы на точно такую же упругую склизкую сетку. Но падали гораздо дольше. — Все живы? — Вроде, да. — Так что тебе там кажется? — Я говорю… — А-А-А-А-А!!! Мы снова полетели вниз. В третий раз свалившись на паутину, я первым делом крикнул: — Не шевелитесь! Эта штука легко рвется. Осторожно отползаем к сте… — А-А-А-А-А!!! — Проклятье! Куда нас несет?! Мы так сквозь весь Язес пролетим! Эти слова почему-то напомнили мне о воронке, которая крутилась снизу аллода, и я содрогнулся, как будто это было еще страшнее, чем просто свалиться в астрал. Очередное падение уже почти не вызвало всплеска адреналина. Только раздражение. У этой дыры вообще есть дно, или мы теперь будем падать бесконечно? К счастью, дно все же обнаружилось — пупырчатое, влажное, до омерзения похожее на живую плоть. — Ох… Зря вы заставляете меня наказывать вас за непослушание. Ох, зря! Хотя с другой стороны… Кому это делать, как не мне? Впрочем, похоже я только этим и занимаюсь… Крохотный, сморщенный старичок в длинной мантии, не достающей до плеча даже Матрене, с белоснежной бородой, волочащейся по полу, и такими же белоснежными усами, глядел на нас из-под густых бровей с такой жалостью во взгляде, будто пришел на похороны своих детей. Весь его вид был настолько трогательным и безобидным, что хотелось взять его на руки, унести куда-нибудь в безопасность и окружить заботой… Но почему же тогда мое сердце едва не выскакивает из груди, и все тело бросает то в жар, то в холод? — Слышь, отец, ты как тут очутился? — проговорил Лоб, не найдя в старике и тени угрозы. — Не бойтесь, мы вас здесь не бросим! — добавила сердобольная Матрена. Но я их эмоций не разделял. — Отойдите от него… — горло пересохло и слова давались с трудом. Старик понуро склонил голову. — Все-таки я еще слишком привязан к вам! — произнес он грустно. Все тело окоченело. Я вдруг обнаружил, что почти не могу шевелиться — ни сделать шаг, ни достать меч! Страх смысл все мысли одной волной. Снова эта невыносимая беспомощность! Но теперь я, по крайней мере, мог видеть. И даже яркая вспышка света после того, как Кровавое Око едва не выжгло мне глаза, уже не показалась такой уж ослепительной. На месте, где стоял старик, вдруг появилось две фигуры: человеческая и паучья. Сначала они выглядели расплывчатыми, и трудно было определить — обман зрения это, или силуэты действительно окутаны туманом. Но потом они обрели четкость. Мужчина, похожий на человека и эльфа одновременно, разве что несколько крупнее, был словно ожившая статуя талантливого скульптора: правильно сложенный, с красивыми чертами лица, бледной, светящейся кожей, чуть вьющимися светлыми волосами и фиолетовыми крыльями за спиной, будто сотканными из самого астрала. Белая тога, как вода, струилась по его телу. Вторая фигура казалась полным антиподом первой: отвратительный паук, быстро перебирая шестью лапами, заметался по кругу, стремительно увеличиваясь в размерах. Он рос до тех пор, пока его тело не поднялось выше нас всех! Гигантское чудовище — пульсирующий кокон, балансирующий на мохнатых с шипами ногах — нависло прямо над нами! Отталкивающее до тошноты, оно вызывало желание бежать от него без оглядки, в то время как от крылатого мужчины веяло умиротворением и защитой. Наверное, это почувствовал не только я, потому что едва получив возможность двигаться, все инстинктивно отступили к нему, напряженно глядя на монстра. Даже необычный вид паука не заставил меня перестать мыслить стереотипами, однако ни яда, ни паутины не было. Вместо этого нас ударило темной волной такой силы, что содрогнулось все вокруг. Но мерцающий свет, исходивший от незнакомца с крыльями, смягчил удар, и нас просто откинуло назад, к его ногам. Огненный шар Миша наколдовал даже не вставая, за ним со свистом метнулись две стрелы, одна за другой, но пауку это не нанесло вреда. Он снова легко отшвырнул нас. На этот раз я не успел сгруппироваться и на несколько мгновений потерял все ориентиры, не видя и не слыша ничего вокруг. Тело сковала темная магия, узлом завязавшись на шее. Стало отчаянно не хватать воздуха. Я старался разглядеть паука, боясь, что он раздавит нас, или разорвет на части. Касание мерцающего света освободило нас от оков. Я сумел схватиться за меч и даже успел подскочить к пауку и полоснуть лезвием по его лапам. Сгусток огня, ударившись об его тело, рассыпался фонтаном искр, а рядом воткнулась еще пара стрел… Но наша атака завершилась едва начавшись. Когда темный туман почти поглотил светлое мерцание, мы снова оказались на земле — беспомощные, как котята! И этот безумный танец тьмы и света закружился черно-белым калейдоскопом, поочередно меняя солиста. Паук давил нас своей магией, а крылатый незнакомец придавал сил. Один хотел нас убить, другой пытался спасти. Нас мотыляло из стороны в сторону. Я не всегда успевал даже подняться на ноги, как меня бросало то вперед, то назад. Иногда свет мага усиливался настолько, что нам удавалось атаковать паука, но тот как будто и не замечал этих тычков, и снова бил по нам темной, удушающей волной. Каждый раз мне казалось, что я уже не смогу подняться: либо этот монстр сотрет мои кости в пыль, либо я просто задохнусь! Но пока лился свет, я продолжал упрямо сопротивляться, хотя в какой-то момент выронил меч и мне стало нечем атаковать. Это походило на битву двух магов, в эпицентре которой мы оказались, и все же… атаковал только паук, а мужчина просто защищал нас! Если бы не он, мы бы погибли сразу, но даже с его защитой долго эту пытку нам не выдержать. Страшно болело все тело, как если бы меня методично избивали дубиной, хотя это было недалеко от истины. Во рту стоял вкус крови, одно ухо не слышало совсем, а перед глазами уже все расплывалось. Через некоторое время до меня дошло, что из нас шестерых все еще пытаются подняться на ноги и что-то сделать, только четверо. Матрена лежала, широко раскинув руки, и глядела стеклянными глазами в небо. А рядом лицом вниз, в луже крови, Орел с разодранной спиной. В их позах было что-то ужасающе трогательное: он тянулся к ее ладони, словно желая умереть рядом и держа при этом ее за руку. Хотя было не место и не время, но я вспомнил о Веронике — в хаотично мечущихся мыслях вдруг всплыл ее образ. Эгоистично желать, чтобы она оказалась здесь, я этого не хотел… И все же мне было жаль, что у меня нет возможности взять ее за руку. Все, к чему я мог прикоснуться, это маленькая уродливая кукла, которую она мне оставила, и с которой я не расставался. В отличие от Орла и Матрены, Мишину смерть я увидел — паук просто пригвоздил его своими шипами к стене, легко проткнув, как листок бумаги. Миша до последнего шептал слова проклятия, пытаясь наколдовать огонь, но его посох вывалился из ослабевших рук и погас. Несмотря на помощь незнакомца, несмотря на всю его защитную магию, паук убивал нас одного за одним. Мы были обречены, а маг с крыльями лишь откладывал неизбежное, продлевая нашу агонию! Когда упала и уже не поднялась Лиза, Лоб ухитрился намертво вцепиться в лапу паука. Тот дернул ей, и орка подбросило вверх, как пушинку, но приземлился он прямо на противника. И в отличие от меня, топор Лоб не потерял. — Умри, тварь, умри! — вопил он, со всей одури колошматя чудовище сверху, словно рубил дрова. Но даже это, казалось, совсем не причиняло пауку вреда. Он был неуязвим. Сколько бы он не получил ударов, стрел и проклятий, умирать тварь не собиралась! И если бы не этот маг… Но ведь это одно существо. Это был старик, на месте которого вдруг появилось две такие разные фигуры! Я видел это своими глазами, я же не сошел с ума?! Я вдруг нащупал свой меч и, опираясь на него, поднялся. Все тело взорвалось болью, от которой на несколько секунд мир для меня скрылся в тумане, но я заставил себя устоять на ногах. Сейчас мне казалось, что вся моя жизнь, все то, что со мной случилось, свелось к одному единственному моменту. К одному решению. И от того, каким оно будет, зависит все… Все правильно, товарищ Яскер? Рукоять меча приятно холодила пальцы, его привычная тяжесть придала немного сил — как раз для последнего рывка. Мне должно хватить! Паук с едва живым, но не сдающимся Лбом был в нескольких шагах, но я отвернулся от него и, сделав резкий выпад, вонзил лезвие до самой гарды в нашего защитника, проткнув его грудь насквозь. Не ожидавший нападения, маг удивленно уставился на торчащий из его тела меч, а потом поднял на меня источающие мягкий, теплый свет глаза. — Я знал, что это будешь ты, — прошептал он. — Вот только обрадуют ли тебя последствия?.. В этот момент паук за моей спиной рухнул на пол вместе со Лбом и задергался в конвульсиях. Лоб, выронив топор, скатился с его спины и остался лежать без движения. Я снова посмотрел на мага. Он, шатаясь, сделал несколько шагов назад и упал на колени. — Вы всего лишь маленькие, глупые дети, поднявшие руку на своего хозяина и отца… Но мы еще встретимся. Силуэт незнакомца начал таять, пока не исчез совсем. Мой меч легонько звякнул, лишившись опоры и упав на пол. Именно так исчезали демоны, не оставляя после себя ничего! Именно так исчез и паук! И можно было даже подумать, что весь этот кошмарный бой только привиделся… Если бы не тела моих друзей. Я приблизился ко Лбу, надеясь, что хотя бы он еще жив, но глаза его были закрыты, а дыхание отсутствовало. Я остался один. Шум боя сменился шумом тишины — не менее оглушительной и душераздирающей. Эпилог Эпилог Астральный ветер шевелил мои волосы и приятно обдувал лицо. Я вдыхал полной грудью пахнущий грозой воздух — странно, что я только сейчас, покидая Язес, почувствовал его запах. Хотя внизу, на самом аллоде, было слишком пыльно, чтобы наслаждаться. Здесь же, в прибрежном астрале, мне не мешало ничего. Хоть какое-то приятное воспоминание я увезу отсюда! Всего два дня назад состоялась битва в городе Демонов. Два дня назад умерли мои друзья. Даже зная об обратимости смерти, о воскрешении, я все равно убеждал себя, что они просто спят, когда помогал поднимать их тела наверх из пропасти, в которую мы провалились. Это помогало сохранить рассудок, иначе я просто бы свихнулся. Хорошо, что нашли нас быстро! Опустошенный и раздавленный, я выбрался на поверхность и первое, что увидел, как разрезая стремительно бледнеющие тучи, к аллоду приближаются корабли! Пожалуй, самое красивое зрелище из всех, что мне доводилось наблюдать. Впервые за все то время, что мы находились на Язесе, астральный шторм вдруг притих. И хотя все еще пахло грозой, небо посветлело и ветер угомонился. Я был рад, что наконец-то покидаю это место, и надеялся, что больше сюда никогда не вернусь. Слишком много Язес забрал у меня сил, эмоций, нервов… И еще — Старика. С этой потерей смириться я не мог. В горле стоял комок, когда я смотрел с борта корабля на отдаляющийся аллод, ставший последним пристанищем моего дрейка. Огромный Имперский линкор вальяжно шевелил лопастями, разгоняя тучи и набирая скорость. Спи спокойно, Старик, я тебя никогда не забуду. — Зачем ты все-таки прыгнул туда? Это было твое решение?! Я повернул голову и поглядел на задумчивого Яскера. Облокотившись о борт корабля, он прищуренными глазами глядел в пустоту, наверное уже в сотый раз проворачивая в голове все услышанное. — Да, мое. Не знаю, зачем. Интуиция. — Больше похоже на сумасшествие или чей-то приказ, — засомневался Яскер. — Нет, — качнул я головой. — Я что-то чувствовал, когда стоял на краю пропасти. Мне кажется, я знал, что там, внизу, нечто большее, чем Гурлухсор со всеми его дублями. Произнеся это, я вдруг понял, что что-то подобное уже ощущал, но где и когда, вспомнить не мог. — То, что ты не поддался гипнозу, меня не удивляет. Эта твоя особенность уже известна. Поражает другое. Я думал, в мире не существует мага, способного заставить меня плясать под свою дудку. Но выходит, я ошибался. Это было очень сильное желание — поскорее покинуть башню. И при этом настолько естественное, что мне и в голову не пришло, что оно не мое. Тут и правда было чему удивляться. Залезть в мозг самому сильному магу разума в Сарнауте так, что он даже не почувствовал этого! Разве что… — А если это был не маг? — Есть идеи? — заинтересовался Яскер. — Слишком безумные, чтобы говорить о них серьезно, — покачал я головой. — Давай еще раз. Это был старик, похожий… — На человека, да. Только очень немощного. Потом он как бы… разделился надвое. — И одна сторона нападала на вас, а другая защищала? — Так точно, — подтвердил я и немного смущенно добавил: — Звучит, как бред, но так и было. Это существо как будто и уничтожить нас хотело, и в то же время жалело нас. Мы пытались убить паука, но пока была жива одна сущность, вторая не умирала. — А после смерти они растворились, как демоны… Яскер замолчал, задумавшись. Мне больше было нечего добавить, я и так уже пересказал все, что произошло, несколько раз. Какой-то новый вид демонов, более совершенный, с высоким интеллектом, обладающий невероятной силой?.. А может, это и есть то самое знаменитое Проклятие джунов, уничтожившее их великую цивилизацию? Хотя сами джуны изображали проклятие, как обычного демона, да и Зэм с плато Коба говорил, что отличали его только размеры. С другой стороны, это существо могло менять форму — как минимум я видел целых три: старик, молодой мужчина и паук! Мы простояли в тишине довольно долго, и когда Язес скрылся из вида, я снова нарушил ее. — Что теперь будет с башней, и с этим… механизмом в ней, который вселяет Искру в дубли? — Если бы не лигийцы, мы бы вплотную занялись изучением. Но их присутствие кардинально меняет дело! Формально, вопросом теперь займутся Историки, все-таки они нейтральная сторона, и несмотря ни на что, какое-никакое доверие к ним все еще сохраняется и у нас, и у Лиги. — А почему — формально? — Потому что на деле мы все основательно разбомбили в башне и, я надеюсь, восстановлению там уже ничего не подлежит. Пусть лучше все остается, как есть. Ни к чему нам новые потрясения. Я согласно кивнул. Бессмертие — штука интересная, но все же хочется иметь возможность убивать отдельных индивидуумов с концами. — Кстати, там, на дне, мы еще обнаружили некий предмет. То ли звено цепи, то ли часть чего-то… хм… — Яскер пошевелил пальцами в воздухе, пытаясь подобрать слово. Удивленный, я вопросительно посмотрел на него. В башне было полно всяких предметов! — Очень сильный предмет, — добавил он, в ответ на мой взгляд. — Пышет магией! — Я не чувствую магии в предметах, — пожал плечами я. — Даже в самых значительных. — У тебя другие преимущества. Если бы не твоя сопротивляемость магии разума, мы бы все просто ушли и так и не узнали, что под башней сидит настоящий «Хозяин»… Не представляю, к чему бы это в итоге привело! Я тяжело вздохнул. К чему привело мое вмешательство, пока тоже не ясно. Этот «Хозяин» говорил что-то о последствиях, которые мне не понравятся, и в мыслях я все время возвращался к этим его словам. Все-таки одна часть этого существа пыталась нас спасти. А вдруг я сделал что-то непоправимое, когда проткнул ее мечом? — Ладно, — сказал Яскер, хлопнув ладонями по борту корабля. — Одно я могу сказать точно: за эти два дня мы и лигийцы перевернули всю башню — все капсулы с дублями уничтожены. Так что хотя бы наши старые друзья мертвы уже наверняка. А кто такой «Хозяин», мы еще будем разбираться. И очень внимательно! — Коловрат знает о том, что мы снова убили Жало? — с интересом спросил я. После того, как я раз за разом прикладывал руку к смерти потомков Великого Орка, Верховный Шаман, наверное, уже меня проклял. — Знает. Но Жало предала всех, даже самих орков! Не думаю, что он будет слишком горевать по ней. Хотя… Коловрат очень упрям. Я надеюсь, что осложнений не возникнет, ситуация между кланами только-только подуспокоилась. — Неужели разборки между шаманами и воинами прекратились? — Не уверен, но, как минимум, Коловрат начал здороваться со Штурмом. — Это прогресс, — согласился я, невольно улыбнувшись. — Но в любом случае, с праздничной демонстрацией по поводу нашей окончательной победы над демонами и с чествованием причастных придется повременить, — продолжил Яскер и иронично добавил: — Ты же не против? — Никогда не любил шумные парады, — ответил я. — Мне нужно проведать своих. Разрешите идти? — Иди. И сам постарайся выспаться до того, как мы прибудем домой. Лига перестанет нас бояться, если увидит, какие у Империи замученные герои. Я кивнул и поплелся в лазарет, где набирались сил воскрешенные Кузьма, Миша, Лоб, Матрена и Лиза. Яскер остался стоять на палубе, вновь погрузившись в свои мысли. Ему было над чем подумать. Демоническое логово мы разворошили и убили всех, кто там находился, но слишком много вопросов так и остались открытыми. Корабельная лечебница отличалась повышенным классом комфортности. Своих друзей я разыскал в одной из палат сидящими возле кровати Орла — его ранения оказались довольно серьезными: был сильно поврежден позвоночник, и лекари запрещали ему вставать. — Тьфу, ты, Ник! Хоть бы хрюкнул перед дверью! Я думал, это врач, — возмутился Лоб и полез обратно за подозрительной флягой, которую быстро спрятал, когда я вошел. В ней явно плескалось не лекарство. — И ты разрешила? — усмехнулся я, поглядев на Матрену. — Я не разрешала, но я в меньшинстве, — откликнулась она и недовольно поджала губы. — Уж и расслабиться спокойно не дадут честному орку! Я взял стул и сел поближе. Странно было навещать всех в лазарете, сам при этом будучи на ногах — обычно бывало наоборот. Меня снова кольнуло чувство вины. — Как здоровье? — спросил я, обращаясь в большей степени у Кузьме, потому что остальные выглядели более или менее поправившимися. — Твоими молитвами. Видел приказ? — Видел, поздравляю нас всех с повышением! — Наконец-то Родина оценила наши заслуги, — приосанился Орел и сделал одухотворенное лицо, что вкупе с его перебинтованным телом выглядело особенно героически. — Всего-то надо было парочку Великих Магов завалить. — Почему же все-таки ди Дусер, Жало, Гурлухсор и все остальные стали поклоняться демонам? — произнесла Матрена. — Тем, кто несет гибель всему миру? И даже помогали им в этом! Неужели они просто сумасшедшие фанатики? — Или в их действиях есть какой-то смысл, — протянул я задумчиво. — Этот Хозяин… кто он? — Демон, маг и безумец, — высказал свое мнение Орел. — Он сумел околдовать даже Яскера! Возможно, он сильнее любого Великого Мага Сарнаута. — Но это же не исключает того, что он может быть безумцем. — Это невероятно могущественное существо, и оно называло нас своими детьми… — И что ты хочешь этим сказать? Что это… — Орел неловко улыбнулся, словно извиняясь за глупость, которую собирался произнести: — Бог? Несмотря на его скептицизм, я не стал торопиться с ответом. — Существо и впрямь непростое, — согласился Миша, поправляя очки на носу. — Но при всем его могуществе, на Бога оно все равно не тянет. — Я тоже так думаю, — кивнула Матрена. — Разве Бога можно убить мечом? — Не знаю, с Богами я раньше не встречался, — буркнул я, но решил не развивать тему. Разговор прервал лекарь, зашедший проведать больного. На это раз Лоб успел спрятать свое пойло незаметно. Матрена снова нахмурилась и поджала губы, но сдавать его не стала. — Что теперь? — спросила Лиза, когда лекарь вышел. — Отдых. Мы заслужили это! — Отдых — это хорошо, но я имела в виду в более глобальном смысле. — Ты же мистик, вот ты нам и предскажи! — развеселился Орел. — Я думаю, — снова заговорил Миша, — что нам нужно просто отпустить эту ситуацию. Если демонопоклонники и готовили второе нашествие демонов, то мы нарушили их планы. Тот, кого они называли Хозяином, мертв! Ты исполнил свою роль, Ник. За эти два дня демоническая активность резко упала даже в астрале — сейчас он спокоен, как никогда! Все закончилось. И нам всем действительно нужен отдых. — Да, наверное, — кивнул я и, поднявшись, выглянул в окно иллюминатора. Астрал как всегда был прекрасен. Он сиял радужными красками, переливаясь из одного цвета, в другой. Непостижимая сила, разрушительная и завораживающая. Сколько всего она скрывает в своих глубинах? И известна ли нам хоть сотая доля тайн Сарнаута — расколотого мира, продолжающего жить, несмотря ни на что? Я не стал делиться своими мыслями с остальными, чтобы никого не расстраивать. Это существо, Хозяин, кем бы он ни был, может и мертв, но вкуса победы я не ощущал. Может быть мне и не раскрыто многое, может быть я бреду в темноте с завязанными глазами, натыкаясь на стены. Но одно я знал точно: ничего еще не закончилось. Напротив! Все только начиналось… Конец второй части Глава 1 (книга третья) Просмотреть полную запись
  8. Скоро Зима

    Аллоды Онлайн, ч.66-67

    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 35. Отец Когда и как мы смели двух здоровых троллей, которые вызывали у меня опасения, я даже не понял. Но вслед за ними появился огр, от каждого шага которого сотрясалась земля. Голой рукой он сносил толстые стены, и каменный дождь накрывал и своих, и чужих. Я находился слишком далеко, а поднявшаяся пыль скрыла от меня даже то немногое, что еще можно было рассмотреть. Добраться до него я не смог — меня теснили демонопоклонники. И если с мечником я легко справился, мистик не представлял для меня большой угрозы, и даже засевшего в засаде лучника удалось выковырять из укрытия, то эльф некромант вымотал мне все нервы, пока его не убил шальной булыжник, так кстати свалившийся ему на голову. Я рванул поближе к центру, но увяз в атаке. Дрейки, демоны и демонопоклонники — вся это разнокалиберная масса мельтешила перед глазами, смешавшись с витязями и Хранителями, большая часть из которых уже не была верхом. Каменная площадка под ногами стала скользкой от крови, и демоны сходили с ума от ее запаха. Я слышал рев носорога, с азартом топчущего противников. Где мой дрейк, я не представлял, но краем глаза вдруг заметив зеленое пятно и задрав голову, увидел, как Старик, намертво вцепившись в своего черного летающего собрата, изо всех сил дерет его когтями прямо в воздухе. Но за его спиной уже мелькал другой дрейк, стараясь ухватиться за порванные зеленые крылья. Втроем они единым клубком рухнули на землю и покатились по камням. Взревев и каким-то чудом растолкав всех, кто окружал меня, я кинулся на помощь Старику. Где голова, где крылья, где туловище было не разобрать, поэтому я просто воткнул меч в черное пятно, тут же получив удар хвостом. Меня отбросило к стене и я приложился плечом, но боли даже не почувствовал, сразу вскочив на ноги. Один дрейк бился в предсмертных конвульсиях — из его горла фонтаном хлестала кровь, и на него бросились ополоумевшие демоны. Второго Старик добил сам. После того, как я снова оседлал дрейка, дело пошло куда веселее. Он перемахнул через головы сражающихся, и мы оказались почти в самом центре, но внести свое веское слово в расправу над огром я все равно не успел — с ним уже разобрались. Благодарить за это, вероятно, стоило лигийского Великого Мага, для которого даже самый могучий огр не является непреодолимым соперником. Впрочем, лигийский маг, охраняемый витязями, был где-то вне пределов моего зрения. Как я и предполагал, основной напор на нас приходился с левой стороны, где я еще в первый свой визит заподозрил главное базирование демонопоклонников. И несмотря на все трудности, мы все же умудрились оттеснить противника, выдворив его с большой каменной площади, где завязался бой, обратно в «казармы». Это позволило нам немного сгруппироваться и вернуть атаке какое-то подобие порядка. Долго, правда, наше организованное наступление не продержалось. Арманд ди Дусер и его помощники вскоре напомнили о своем существовании. Я не был в первых рядах, но информация о том, что перешедший на сторону демонопоклонников Великий Маг ди Дусер использует особую магию, которая буквально вытягивает из всех кровь и осушает тело, превращая его в мумию, разнеслась очень быстро. Первая же наша атака разбилась, едва начавшись. А вскоре после этого из правого крыла города Демонов, где я не был, неожиданно повалила нежить, ударив нам в спины. Мы оказались зажатыми с обеих сторон, и кажущееся преимущество растаяло, как снег под Игшским солнцем. Противников было несоизмеримо больше, чем нас. Но то ли на Язесе действительно оказались лучшие из лучших, то ли сыграло роль то, что отступать некуда, да и терять особо нечего, никакой паники не случилось. Даже наоборот! Удивительно быстро сориентировавшись, мы сумели перестроиться, разделившись на лигийскую и имперскую стороны. Поскольку Великий Маг лигийцев, под прикрытием витязей, вступил в схватку с ди Дусером, от которой вибрировал даже воздух, Хранителям пришлось отбиваться от неведомо откуда взявшейся нежити. — Лучники, стрелы на изготовку… ОГОНЬ! Характерный свистящий звук на секунду перекрыл весь остальной шум, и над головой, словно стая птиц, пронеслась темная волна, призванная снизить давление на тех, кто держал позиции в ближнем бою. Возможно часть нежити, перевшей на нас, действительно пала, но ее было так много, что уменьшения натиска я не почувствовал. При этом мы все равно продвигались вперед. Я не сразу это понял. Но когда на нас сверху полилась обжигающая магия и все бросились врассыпную, ища укрытие, до меня дошло, что вокруг одни астральные клыки, строений очень мало и спрятаться негде. Это было похоже то ли на звездопад, то ли на дождь из сверкающего, расплавленного металла, невыносимо горячего, но все равно красивого, не оставляющего следов, кроме ощущения сильнейшего ожога при прикосновении. На нежить магия не действовала, ведь боли они не чувствуют, зато нам пришлось туго. Звуки боя сменились криками. — А теперь вы умрете в муках! У меня даже не было времени, чтобы обратить внимание на то, чьи это слова и действительно ли их кто-то произнес. Я, как и все, искал укрытие, когда прозрачный фиолетовый купол появился над нашими головами, как мыльный пузырь, и раскаленный дождь, ударяясь об него, стал стекать по его бокам вниз, оставляя за собой тысячи сияющих дорожек. Это выглядело настолько странно и завораживающе, что на какое-то мгновение все даже забыли, что нежить никуда не делась, и глядели вверх, на защитившую нас полусферу. Но долго любоваться на нее нам не дали. Бой продолжился, и вскоре я увидел мага, наколдовывавшего волшебный «дождь». Это был демон! Меня все больше накрывало ощущение неправильности происходящего: колдующий демон, армия нежити, накрывший нас купол… трудно даже выбрать, что из этого больше меня поражает. Как будто какие-то невидимые силы воюют друг с другом, а мы только путаемся под их ногами! Рациональная сторона моего разума уже начала придумывать всему объяснения: новый, еще более совершенный вид демонов, возможно созданный самим Гурлухсором; нежить скорее всего поднята им же, хотя у него могут быть в союзниках и другие Великие Маги; купол… наверное, это лигийский Великий Маг расправился с ди Дусером и теперь прикрывает нас? Я определил, что демон сейчас главная угроза, и пока держится защита, самое время эту угрозу устранить. Измученный Старик не подвел — ему не хватало места разбежаться и прыгнуть достаточно высоко, но демон сам метнулся в нужную сторону. Я забыл про нежить, забыл про окружающую меня магию — взгляд приклеился к астральной твари, как будто кроме нее рядом больше не было никого и ничего. Злой азарт распирал изнутри, ощущение собственной правоты не допускало и мысли, что может что-то не получиться. А демон стал до смешного медленным и неповоротливым… Старика повело куда-то в сторону, но я, уже видевший, что цель достаточно близко, прыгнул прямо на нее. Острое лезвие меча вспороло тварь так легко и плавно, будто демон состоял из желе. Под моими ногами не оказалось опоры, но я крепко держался за эфес двумя руками, и воткнутый в демона меч погасил скорость падения. Я рухнул на землю, успев сгруппироваться. Демон заверещал и попятился, но второго удара ему не требовалось — он растворился, превратившись в облачко светящегося тумана. Затопившее чувство удовлетворения сродни погружению в прохладную воду в знойный день. Я легко отбил подползающую ко мне нежить и огляделся в поисках Старика. Сейчас, на кураже, я бы, наверное, справился с любым демоном… Двое скелетов забрались на моего дрейка, пытаясь порвать его крылья. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы понять, что в этой сцене так пугает меня. Старик не сопротивлялся! Он лежал на земле, не шевелясь, и зеленое свечение, всегда окутывающее его легким ореолом, исчезало прямо на глазах, как затухающий костер. — Старик! Одним ударом сбросив с него нежить, я упал перед ним на колени и попытался приподнять его голову, чтобы поймать взгляд. Но взгляда не было. Открытые глаза дрейка взирали на мир с тем безразличием, которое бывает только у мертвых. — Старик! Старик!!! Навязчивая мысль, что животные не воскресают, а значит умирать ему никак нельзя, бешено пульсировала в моей голове и я продолжал трясти Старика, пытаясь предотвратить непоправимое. Надеясь, что он сейчас очнется. — Старик, вставай же, ну… Но дрейк молчал. Его последняя битва отгремела и магический зеленый свет окончательно растаял, будто сама душа дрейка растворилась в сумерках Язеса. Осознание произошедшего так сильно сдавливало горло, что я еще несколько мгновений боролся с этой удавкой, не в силах принять очевидное. Старик, мой верный напарник, умер. — Ник! НИК! Астрал бы тебя побрал… Подымайся! Откуда-то вынырнувший Лоб, отбрасывая нежить подальше, поднял меня на ноги рывком. Топор он где-то потерял и теперь орудовал щитом, как тараном. Его появление немного привело меня в чувство. Мне еще есть за что бороться! С болезненным ощущением, будто из моего тела живьем выдрали какую-то важную часть, я подобрал свой меч и отвернулся от дрейка, стараясь заполнить мысли боем, который все еще продолжался. Хотя нежити не было конца и края, а мы сильно проигрывали в количестве, каким-то образом нам удалось отбросить противника еще глубже. Тупость нежити и демонопоклонников, военные таланты Хранителей, или фантастическая удача — думать об этом было не время. Нужно скорее найти некроманта, иначе наше кажущееся превосходство в мгновенье ока может обернуться прахом! Мой взгляд зацепился за странное сооружение в центре большой площади, на которую выкатилось сражение. Вскарабкавшись на обломок колонны, я сумел немного перевести дыхание и осмотреть пространство. — Да их же здесь целое море! Чье-то восклицание потонуло в звоне мечей и хрусте разлетающихся скелетов. Меня пронзила неприятная, но закономерная мысль: столько нежити разом не способен поднять один некромант, если речь идет не о Великом Маге! Мертвецы падали и тут же поднимались — неубиваемые, бесстрашные солдаты. Теперь я уже не мог избавиться от удивления, что мы не просто выдерживали их натиск, а даже успешно атаковали. Взор влекло к большому постаменту с широкой лестницей. Что находится на верхней площадке я не видел — она была слишком высоко, а вот над ней на толстых цепях болталась целая глыба, с виду вроде бы каменная, но одновременно чем-то напоминавшая живой орган, сочащийся кровью. — Лоб, туда! К лестнице! Даже беглого взгляда мне хватило, чтобы понять: нежить защищает площадку. Подобраться поближе нам удалось, а вот подняться по ступеням — нет. Мертвяки стояли сплошной стеной! Я снова взобрался на какой-то обрубок стены, на этот раз значительно выше, и наконец увидел то, что находилось на верхней площадке. Это была чаша, куда стекала кровь из «каменного сердца», висящего сверху на цепях, а в этой чаше, по щиколотку в крови, стояла орчиха. Наверное, лимит удивлений я уже исчерпал, поэтому как-то спокойно воспринял то, что Жало Степных, наследница Великого Орка, погибшая под завалами на Хладберге, жива. И даже то, что она стала сильной настолько, что сумела подчинить себе столько нежити, не вызвало ничего, кроме злости. — Жало! — крикнул я, но мой голос утонул во всеобщем шуме. — ЖАЛО! Услышать она меня конечно не услышала, но, повернув голову, заметила и даже ухмыльнулась, когда узнала. Нежить передо мной вдруг расступилась, образуя коридор и как бы приглашая пройти. Поколебавшись, я спустился вниз и пошел прямо к Жало, ожидая, что мертвецы сейчас набросятся на меня и разорвут. Но этого не случилось. Я поднялся по ступеням, но ближе она меня не подпустила — мертвые огры преградили мне дорогу. По периметру площадки торчали острые камни, исписанные иероглифами. Рядом поскрипывали цепи, удерживающие каменную глыбу, из которой под ноги Жало капала кровь. Внизу, вокруг лестницы, продолжалось сражение, но даже сквозь его шум я слышал отвратительное, врезающееся в мозг «Кап… кап… кап…». И этот звук казался мне громче любого грома. — Опять ты! Одной моей смерти тебе оказалось недостаточно и ты пришел убить меня еще раз? — насмешливо произнесла орчиха. — Прекрати это, Жало! У тебя еще есть возможность вернуться назад. Ты достаточно наломала дров, но Коловрат сумеет тебя защитить! Он глава орков, Яскер его послушает… «Кап… кап… кап…». — Ты думаешь, мне нужна его защита? — расхохоталась она. — Защита старого, безумного шамана? Посмотри, у меня есть целое войско! Я смогу поднять столько солдат, что ни одному Великому Магу не хватит сил с ними справиться! «Кап… кап… кап…». — Но сейчас ты проигрываешь. Это было правдой. Хранители, вопреки всякой логике, уверенно приближались к постаменту, и войско Жало, каким бы многочисленным оно ни было, казалось беспомощным. — Вы не сможете меня убить! Я все равно буду жить! — прошипела она. — Если бы ты знал правду, то ты бы был на моей стороне! «Кап… кап… кап…». — Никакая правда не заставит меня встать на сторону демонов, — проговорил я. — Это твой последний шанс, Жало, отведи свою нежить… — Умри! «Кап… кап… кап…». Мертвые огры кинулись ко мне, но я не стал ждать их приближения. Развернувшись, я рубанул мечом по цепи, в очередной раз вспомнив, что так и не узнал, из чего он сделан. Толстый металл не устоял перед его лезвием, и цепь, будто сделанная из картона, порвалась от одного удара. Каменная глыба накренилась и тяжело рухнула на Жало, взметнув пыль, каменную крошку и алые брызги. В эту же секунду вся нежить упала, как подкошенная, но я почему-то больше всего радовался тому, что капанье, наконец, прекратилось. Удивленно-ликующие возгласы снизу до моего сознания почти не долетали. Легкая победа. Но окончательная ли? Второй раз Жало погибает, погребенная под камнями. Две почти одинаковые смерти походили на карму — попытку судьбы исправить недоразумение… но как же можно было воскреснуть после такого? И как мы сумели продавить сопротивление нежити? В чем-то Жало была права: поднять армию не чувствующих ни боли, ни страха солдат и поставить на свою защиту — почти идеальная тактика. Но ей она не помогла. Я поглядел на Хранителей, настороженно ступающих по костям нежити в ожидании возобновления боя. Лба с трофейным топором обнаружил сразу. За ним Матрену среди лекарей, бросившихся помогать раненым, которых оказалось не так уж много, учитывая соотношение сил. А Лиза, Миша и Кузьма должны быть где-то позади и я надеялся, что их не затянуло в мясорубку ближнего боя. Проскользив по головам, мой взгляд остановился на башне — высокое, каменное строение, Рахл-Язес, находилось прямо перед нами и кто-то уже направлялся в его сторону. Голова была ужасно тяжелой, и я не стал мучить себя, пытаясь предугадать, какой приказ последует дальше. Возможно, стоит вернуться к лигийцам в левое крыло, чтобы не распылять силы, ведь по отдельности мы гораздо уязвимей. В наши планы вообще не входило разделяться, это получилось спонтанно! С другой стороны, башня рядом — и это отличная возможность попробовать прорваться внутрь, пока Лига сдерживает противника в «казармах». Второго шанса может и не представиться! Никаких новых приказов еще не прозвучало, но кто-то из Хранителей — маг, судя по мантии с накинутым капюшоном и посоху, — упрямо двигался к стене башни. Что-то мне казалось в нем знакомым. Я быстро спустился с лестницы, куда наоборот все с любопытством поднимались, и пошел за ним. — Ник! А вот и Лиза с Мишей. — Зизи, кто это? — спросил я, указав на повернутую к нам спиной фигуру. Она посмотрела туда, куда я указывал, и наморщила лоб. —Маг? — произнес очевидное вынырнувший с другой стороны Орел. — Ты не ранен? Он держал под уздцы своего лютоволка, и как бы я ни заставлял себя думать о том, что бой еще не окончен, и ни пытался сосредоточиться на этом, мысли все равно вернулись к Старику и сердце сжалось. Должно быть, вид у меня был крайне растерянный, потому что Миша тоже посмотрел на меня с беспокойством. Отвечать я ничего не стал. Фигура в плаще привлекала мое внимание, и я направился к ней, переступая через нежить и не глядя больше ни на кого. Маг остановился у стены башни и не оборачивался. Я не видел его лица, но шагах в десяти от него внезапно понял, кто передо мной. Все сразу встало на свои места: и спасший нас магический купол, и слабое сопротивление противника, которого мы сумели побороть уступающими силами… Магия разума может быть и поражающей взор, и наоборот — незаметной. — Товарищ Яскер. Он не повернул головы, разглядывая башню. Я пытался что-то прочитать по его задумчивому лицу, но не смог. — Остался последний шаг на пути к «Хозяину», — произнес он. — Это Гурлухсор? — Сомнений нет. Что еще ожидать от этого злопамятного старика? Если бы в свое время я проявил больше настойчивости, быть может, нам и не понадобилось бы возвращаться сюда. Я подумал, что для Яскера это уже стало чем-то большим, чем защита Империи от потенциальной угрозы. Гурлухсор — его личный враг. И поставить точку в их споре Яскер хотел лично. В особенности после того, как этого не смогли сделать ни Нефер Ур в Пирамиде Тэпа, ни Охотники на демонов, когда сразились с Гурлухсором в астрале, ни дракониха Силайя… Как выяснилось, присутствие Главы Государства для генерала Верховина секретом не являлось. Он подошел с вопросом о дальнейших действиях, точнее — не нужно ли нам вернуться и помочь витязям в борьбе с Армандом ди Дусером. — Заносчивый выскочка, как и все эльфы, — поморщился Яскер. — Не стоит, лигийцы уже научили его скромности. — Что ж, каждая сторона устранила свою проблему, — пробормотал Верховин. — Они в свое время упустили ди Дусера, мы — Жало Степных. — Тот факт, что она перешла на сторону врага, — наша большая оплошность. Мне показалось, что это частично камень и в мой огород, ведь это я нашел орчиху в шахте Мертвого Моря и опрометчиво оставил дожидаться меня в одном из местных поселений, откуда она благополучно сбежала к Гурлухсору. — Но это уже неважно, — продолжил Яскер. — Сейчас главное — уничтожить «Хозяина». Не просто убить его, а положить конец его воскрешениям. Можно только гадать, как он возрождался вопреки всем законам бытия. Я полагаю, что он обладает неким артефактом, позволяющим ему воскресать. Или он сконструировал какую-то магическую машину… Или еще что-то… Неважно. Мы должны уничтожить источник его возрождения. — Ворота в башню должны быть где-то рядом, но они перегорожены магической завесой, — сообщил Верховин, но Яскер лишь отмахнулся. — Мне не нужны ворота. После этого он поднял посох, и невидимая волна прокатилась вперед, будто искривилось само пространство, после чего каменная стена башни с грохотом разлетелась, взметнув облако пыли и крошки… Толстая, каменная стена, выдержавшая в свое время Катаклизм! У подножия башни образовалась дыра, и когда пыль немного улеглась, стала видна винтовая лестница. — Если нас не приглашают через парадный вход, зайдем с черного, — добавил Яскер и спокойно шагнул внутрь. Было в этом что-то особенное — идти в бой не просто за своим командиром, а за Лидером. Это вдохновляло и вселяло небывалую уверенность в своих силах. И дело даже не в том, что Яскер — один из самых сильных магов Сарнаута. А в том, что за ним действительно хотелось идти! Изнутри башня выглядела мрачной и требующей ремонта. Украшающие ее барельефы давно искрошились, ступени кое-где обрушились, некогда красивые колонны и арки покрылись трещинами и паутиной. При этом у меня появилось странное ощущение, что все вокруг живое. Башня гудела и как будто едва различимо вибрировала, словно мы находились внутри огромного механизма. Мы двигались вверх по лестнице. Демонопоклонники оказывали нам сопротивление, но после того, с чем мы столкнулись до этого, оно казалось мне слабым. Одного Яскера с лихвой хватило бы, чтобы разобраться со всеми, не говоря уже о следовавших за ним Хранителях! Я старался не расслабляться, прекрасно понимая, что ситуация может измениться в любую секунду, но все равно оказался не готов к тому, что мы увидели в огромном круглом зале. Точнее — не увидели, потому что для тех, кто увидел, это стало фатальным. Яскер среагировал быстро, но вспышка света была настолько ослепительной, что даже через темную пелену, отделившую нас от круглого зала, обожгла не только глаза, но и кожу. У тех, кто был впереди, почернели лицо и руки. Раздались крики. В нос ударил ужасающий запах горелого мяса. Мы попятились назад, за спасительные стены. — Проклятье! Это же Кровавое Око! Судя по возгласам, некоторым Хранителям это о чем-то говорило. Я же был среди тех, на чьем лице отразилось недоумение. Из зала продолжал литься свет, на который даже из коридора смотреть было невыносимо больно. — Гурлухсор глупец, если думает, что меня это остановит! — прошипел Яскер. — Мне нужны трое мечников… Его выбор пал на меня, Верховин кивнул еще двум Хранителям, среди которых оказался Лоб. Еще не понимая, что от нас требуется, мы шагнули к Яскеру. — Кровавое Око убивает взглядом все живое. Стрелами эту тварь не пробьешь, как и магией, но против меча и топора противоядия не существует… Я создам защитные руны, ступайте прямо по ним и старайтесь не выйти за границы защиты. Иначе сразу зажаритесь! Он дождался понимающего кивка и повернулся к залу, откуда непрерывным потоком бил обжигающий свет. Лицо Яскера одеревенело, глаза закатились и обрели золотистый оттенок. Посох начал испускать фиолетовое сияние, которое клубилось, как туман, и стелилось по полу, складываясь в иероглифы. Цепочки туманных знаков потянулись к свету, убегая в зал. Мы, переглянувшись со Лбом и еще одним орком с секирой, рефлекторно сжали в руках оружие покрепче, будто оно помогало сохранять баланс и не оступиться. Первым, ступая по рунам Яскера, в зал шагнул Лоб, за ним второй орк и сразу я. В первое мгновение показалось, что меня окатило огнем. Я не понимал, куда идти, потому что перед глазами все было невыносимо белым и они начали сильно слезиться. Ослепший, плачущий, с горящей кожей, я простоял на одном месте несколько секунд, пытаясь подавить панику, абстрагироваться от боли и разглядеть проклятые руны. — Куда ступать, …! Не демона не видно! — ругался где-то совсем рядом Лоб. Я его чувства полностью разделял. Свет жег тело даже сквозь форму, а с лица и вовсе словно сдирали кожу, но изо всех сил напрягая зрение, я все же разглядел почти теряющуюся в этом сиянии руну и сделал шаг. Глаза начали немного отходить от шока и стало видно чуть больше. Наколдованные Яскером иероглифы расплывались, а иногда и терялись совсем, и в такие моменты мне хотелось плюнуть на все, и просто побежать вперед, чтобы изрубить мечом неведомую тварь, ну или хотя бы выколоть ей глаза! Но я понимал, что один неверный шаг — и от меня останется горстка пепла, пусть даже сохранять спокойствие и терпение под раскаленными потоками магии — задача не из легких. Несмотря на все мои старания, дошел до цели я последним. Возможно, толстокожим оркам этот путь дался все же чуточку проще, чем мне. Я смутно видел их силуэты — то, как они замахивались на нечто шарообразное, панически мечущееся, но при этом не издающее ни звука. И это было так противоестественно, что я даже подумал, не начались ли у меня галлюцинации. Но когда поднял свой меч и ударил по непонятному, сверкающему шару, лезвие вошло во что-то мягкое и упругое. — Да сдохни ты уже!!! Я боялся оступиться и выйти за пределы защиты руны, но продолжал махать мечом. Тварь задергалась в конвульсиях и свет начал ослабевать. Но даже когда он исчез совсем, я все еще оставался слепым и едва не снес голову кому-то, положившему мне руку на плечо. — Ник, сюда! Куда — сюда?! Я не видел абсолютно ничего! Грохот и крики давали понять, что бой, с кем бы он ни был, продолжается. Пахло гарью. Пол под ногами заходил ходуном и в какой-то момент мне даже показалось, что башня падает и сейчас погребет нас всех под своими обломками. Чьи-то руки тащили беспомощного меня в неизвестном направлении. Я силился разглядеть хоть что-нибудь, но перед глазами лишь прыгали черно-белые пятна. И все то время, пока я приходил в себя под жуткий грохот, вдыхая дым от огня, и не в состоянии понять, что происходит вокруг, растянулось в вечность! В конце концов расплывчатое пятно передо мной превратилось в лицо Матрены, а мельтешащий светлячок — в ее лампадку. — Ну что вы там копаетесь? Здесь сейчас все рухнет! Я обнаружил, что сижу на полу, по которому, как змеи, ползли трещины. Рядом гремели взрывы, перекрывая шум боя. Какое-то время я никак не мог собраться с мыслями и разобраться, что здесь не так, пока до меня не дошло, с кем сражаются те Хранители, которые еще стоят на ногах. Это было похоже на безумие! Я потер глаза, не веря, что такое возможно. Может, я просто спятил? Не меньше дюжины магов атаковало Хранителей огненными проклятиями, из-за которых уже почернели пол и стены. Все бы ничего… но у магов было одно лицо! — Это Гурлухсор? — тупо спросил я. — Это не он! — крикнул Орел. — Он там! В той стороне, куда он указал, творилось настоящее безумие: что-то взрывалось, сверкали молнии, и все ходило ходуном. Орел дернул меня за руку и как раз вовремя — стена, на которую я опирался спиной, вдруг накренилась и потолок начал рушиться. Нам пришлось лавировать между огненными шарами и падающими сверху камнями. Это было непросто, потому что пол тоже перестал быть ровными и теперь мы бежали по наклонной поверхности. — Туда! Мы вместе с Кузьмой и Матреной заскочили в круглое помещение, где Хранители также сражались с магами, до абсурдности выглядящими одинаково. Гул механизмов, который я слышал с самого начала, как только мы вошли в башню, здесь стал оглушительным. — Уничтожайте их! Уничтожайте эту дрянь! Я находился в полной прострации, все еще силясь отыскать логику во всем происходящем, пока Орел чуть ли не ткнул меня носом в множество капсул, протянувшихся вдоль стен. Некоторые из них были открыты, некоторые сломаны, но внутри тех, где стекло оставалось целым, а паутина труб и проводов выбрировала и светилась магией, виднелись чьи-то силуэты. Позабыв и о бушующей вокруг схватке, и на глазах разваливающейся башне, я на негнущихся ногах подошел к одной из капсул и протер рукой запотевшее стекло. Гурлухсор! И в соседней. И в следующей… Крышка капсулы, перед которой я стоял, вдруг начала открываться, и находящийся внутри нее человек открыл глаза. Я не дал ему ничего сделать, сразу проткнув мечом. После чего принялся рубить все подряд капсулы, не разбирая, кто или что там внутри. Провода взрывались, из трубы выливалась отвратительные жидкости, ужасный запах дыма и химикатов бил в нос. Вероятно, все эти странные копии хотя и были похожи на Гурлухсора и обладали магией, все же Великими Магами не являлись, потому что нам удавалось справиться с теми, что вылезали из капсул. Остальных мы старательно добивали до того, как они оживут. Туда, откуда летели молнии и огненные шары, никто из нас даже не решался сунуться! Я не сомневался, что Яскеру по плечу одолеть своего главного врага в поединке, но лезущие ото всюду демоны и похожие на Гурлухсора маги могли создать неправильный перевес. Стараясь не попасть под сверкающие разряды, мы, как стражи, не подпускали никого к двум Великим Магам, битва которых грозилась не оставить здесь камня на камне! Каждый противник, до которого доставало лезвие моего меча, приносил мне облегчение своей смертью. И я вкладывался в каждый удар, как в последний, не чувствуя усталости. Я мстил за Старика. Мне казалось, что всякий раз, когда месть свершается, он воспаряет все выше и выше, возвращая себе давно утраченную способность летать. Поэтому мой меч так быстро порхал в поисках новой цели. И находил ее. В какой-то момент башню тряхнуло так сильно, что пол буквально раскололся надвое. Огромная трещина начала расширяться, противоположная стена отдаляться… А еще через секунду стало понятно, что это не стена отдаляется от меня, это отваливается кусок башни, на котором стою я! Когда до меня дошло это, я метнулся к противоположной стороне, но трещина уже была слишком большой, а зияющая дыра снизу слишком темной. Не перепрыгнуть! Нужно было что-то предпринять, но то ли неверие, что сейчас я упаду и разобьюсь, погрузило меня в ступор, то ли понимание, что я ничего не могу с этим поделать. Я стоял и смотрел, как пол наклоняется все сильнее и как растет трещина. Несколько капсул сорвалось вниз и исчезло в темноте… И вдруг все прекратилось. Пол перестал крениться и даже звуки словно бы замерли. Я было подумал, что это сознание играет со мной, но когда трещина начала обратно сужаться, оцепенение спало. Фиолетовый туман, похожий на прозрачные щупальца, впивался в камни, опутывал их и притягивал обратно, не давая башне рассыпаться. Через несколько секунд более устойчивая половина оказалась уже достаточно близко, чтобы перепрыгнуть на нее. И как только я это сделал, фиолетовые щупальца исчезли и часть комнаты за моей спиной резко ухнула вниз. Отчего-то я не сразу смог обернуться и посмотреть на то место, где только что стоял и где теперь зияла дыра. Вместо этого я поднял взгляд и увидел Яскера, светящиеся глаза которого медленно возвращали себе обычный вид, а магический посох втягивал остатки фиолетового тумана. Мой онемевший язык не шевелился, и я просто кивнул в знак благодарности. К тому моменту почти все капсулы оказались разбиты, а те, что уцелели, добивали другие Хранители и подоспевшие лигийцы, среди которых присутствие настоящего, живого Яскера вызывало смятение, на что тот, впрочем, не обращал внимания. — Нужно уходить отсюда. Башня может упасть в любой момент, — сухо произнес он и, взмахнув полами длинного плаща, пошел прочь. — Давайте, давайте, все наружу! Шевелитесь! — тут же раздался крик Верховина, подхваченный другими офицерами, как нашими, так и чужими. Было странно видеть, как витязи взваливают себе на плечи раненых имперцев, помогая им покинуть это место. И это режущее глаз единение удивляло не менее всего остального, что здесь случилось. — Ник, как ты? Идти можешь? Я обернулся и увидел всех, кого хотел. Матрена, Лиза, Кузьма, Миша, Лоб — все живы, спасибо Яскеру! Развалины, в которые превратилась комната с капсулами, красноречиво давали понять, что башня действительно была чем-то вроде огромной машины, но хитрые механизмы под потолком с убегающими в стены проводами замерли, валы и шестерни не вращались и гул прекратился. — Это… это дубли… десятки дублей! — наконец обрел я дар речи. — Вот как они все воскресали! Почему никто не подумал об этом? — Потому что считалось, что дубли — это пустышка с ограниченным сроком жизни, ума и способностей, — ответила Лиза, — но… — Помните того дубля, которого мы видели в НИИ МАНАНАЗЭМ? — произнес Миша. — Его интеллекта хватило, чтобы проявить волю! Гурлухсор очевидно еще дальше продвинулся в этом направлении. Он создал по-настоящему разумных дублей, более того, дублей обладающих магией, и он… научился пересаживать в них личность, память, Искру! Невероятно! — А где он сам? — спохватился я. — В смысле, где его Искра? — В Чистилище, вероятно. Они с Яскером разнесли тут все… Я думал, вся башня взлетит на воздух! — Надеюсь, мы уничтожили всех дублей Гурлухсора… — И дублей его союзников. Но давайте все же уйдем отсюда! Лоб прихрамывая, я ощупывая обожженное лицо, Орел держась за плечо и морщась, а в остальном относительно здоровые, мы поплелись вслед за остальными. Но меня не покидало странное ощущение незавершенности. — Разве нам не нужно осмотреть тут все? — О чем ты, Ник? Надо убираться поскорее отсюда! — Гурлухсор сделал большой прорыв в магии воскрешения. Мы что, просто уйдем? Я даже как-то растерялся от того, что спорю об этом ни с кем-нибудь, а с Мишей, никогда не упускающим возможности узнать что-то новое. Равнодушие командования к возможно настоящему перевороту в науке тоже вызывало вопросы. И все же — приказ прозвучал, и все покидали башню в спешном порядке. — Скорее, Ник, уходим! По инерции я следовал за всеми, хотя сопротивление внутри меня все нарастало. Мы покинули комнату с капсулами самыми последними, и Лоб с Орлом уже просто тащили меня за руки. В самом центре большого круглого зала, через который мы бежали к лестнице, лежало шарообразное существо, по всей видимости — то самое Кровавое Око. Глаза, которые можно было бы выколоть, у него отсутствовали. Оно само и было глазом! Ужасным, круглым глазом на тонкой ножке, будто вырванным из глазницы исполина. Хорошо, что я убивал эту дрянь вслепую! Такое и в кошмарном сне не привидится. Здесь тоже сквозь прорехи в стенах были видны части остановившихся механизмов. За любые артефакты отсюда наши ученые отдали бы если не все, то очень многое! — Да идем же, Ник! Ну что ты опять встал?! Я открыл было рот, чтобы снова попытаться призвать к здравому смыслу — вокруг кладезь информации! Как можно просто взять и уйти? Но увидев на лицах друзей чуть ли не панику, замер. — Уходите… Уходите по-хорошему… — Что? — я заозирался по сторонам. В зале уже остались мы одни. — Вы слышали это? — Слышали что? Уходим скорее… — Подождите! Но Лоб уже не церемонясь схватил меня за предплечье и с силой дернул к лестнице. — СТОП! Я кое-как вырвался, надеясь, что драться, отстаивая свою независимость, мне ни с кем не придется. — Ник, ты спятил? Уходим… — У меня такое чувство, что я здесь как раз единственный нормальный! — Мы должны покинуть это место… Новые попытки вцепиться в меня и потащить к выходу я пресек, отпрыгнув назад. Вертевшееся на языке возмущение так и застыло на нем. Рассеянные лица, немного расфокусированные взгляды и это бесконечное «уходим», как на заведенной пластинке граммофона, — я просто не узнавал своих друзей. — Это не ваши мысли, — наконец осенило меня. — Кто-то очень хочет, чтобы мы ушли! — Ник! Я снова отпрыгнул назад, потому что на этот раз Лоб кажется на полном серьезе вознамерился волочить меня силой. — Уходите. Эти тайны выше вашего понимания! Уходите… — Вы слышите это? — завопил я, испытывая острую потребность надавать всем пощечин, чтобы привести в чувство. Но желание уйти и утащить меня ни у кого не исчезло, и я чуть не завыл от бессилия. — Никита, пожалуйста, давай уйдем отсюда… — едва не плача, произнесла Матрена, в то время, как посох Миши начал испускать недоброе сияние. Проклясть он меня собрался что ли? Но теперь-то уж точно ничто не заставит меня уйти, пока я не докопаюсь до истины! Я развернулся и побежал обратно в комнату с разбитыми капсулами. — Не понимаете… Сопротивляетесь… Как мне все это надоело! Вокруг было пусто. Но все же голос я слышал совершенно отчетливо! Казалось, он раздавался сразу повсюду, не имея конкретного источника. Потолок здесь обрушился и сверху над нами чернело небо Язеса. Часть комнаты просто отсутствовала — вместо нее торчали балки, трубы, куски каменных плит и веревками свисали оборванные провода. В полу зияла дыра. И когда я приблизился к ее краю, по коже забегали мурашки. Ощущение опасности перемешивалась с чем-то еще — необъяснимым, волнующим, от чего внутри все бушевало, как астральный шторм. Орел был уже рядом, за ним — Лоб, и их намерения были очевидны. Но и я сдаваться не собирался! Все мои самые безумные поступки в жизни меркли на фоне того, что я хотел сделать, — это был тот самый случай, когда телом руководит не разум, а интуиция. Я прыгнул вниз! — Непослушные… Ох, что же мне с вами делать? В голосе, кому бы он ни принадлежал, сквозили искренние боль и тоска. Это я отметил мимоходом, падая куда-то в бездну. В ушах свистел ветер, вокруг что-то мелькало с невообразимой скоростью, но полет не был слишком уж долгим. Я приземлился без тяжелых последствий для себя на что-то липкое, склизкое и упругое, что немного подкинуло меня обратно. — Ник! НИК!!! Должно быть, пролетел я не так уж и много, потому что крики сверху были совсем рядом. Или так казалось. — Я живой! Здесь что-то вроде… сетки. Как только я это сказал, ассоциация с сеткой исчезла. Это скорее походило на паутину, или даже на что-то живое, пульсирующее, как будто я провалился во внутрь какого-то существа. От этой мысли мне стало не по себе. И чем больше я об этом думал, тем увеличивалось сходство: красные стены, сокращающиеся, как живые мышцы, слизь и пористая мембрана под ногами, которая тоже шевелилась! Первым рядом со мной приземлился матерящийся Лоб, следующим Орел, тоже не стеснявшийся в выражениях, потом почти одновременно Миша и Матрена, и последней Лиза, раньше всех сумевшая вернуть себе равновесие и сразу набросившаяся на меня с кулаками. — Я убью тебя, Ник! Какого демона ты делаешь?! Не дай астрал мы тут умрем и я тогда точно тебя убью! — не совсем связно завопила она. Но по крайней мере с ее лица исчезло это глуповатое, рассеянное выражение. — Что это такое? Где мы? — Хороший вопрос. Мне кажется, что… Договорить я не успел, поскольку мембрана под ногами вдруг порвалась и мы все дружно снова полетели вниз. — А-А-А-А-А!!! Второе приземление было чуть более жестким, хотя упали мы на точно такую же упругую склизкую сетку. Но падали гораздо дольше. — Все живы? — Вроде, да. — Так что тебе там кажется? — Я говорю… — А-А-А-А-А!!! Мы снова полетели вниз. В третий раз свалившись на паутину, я первым делом крикнул: — Не шевелитесь! Эта штука легко рвется. Осторожно отползаем к сте… — А-А-А-А-А!!! — Проклятье! Куда нас несет?! Мы так сквозь весь Язес пролетим! Эти слова почему-то напомнили мне о воронке, которая крутилась снизу аллода, и я содрогнулся, как будто это было еще страшнее, чем просто свалиться в астрал. Очередное падение уже почти не вызвало всплеска адреналина. Только раздражение. У этой дыры вообще есть дно, или мы теперь будем падать бесконечно? К счастью, дно все же обнаружилось — пупырчатое, влажное, до омерзения похожее на живую плоть. — Ох… Зря вы заставляете меня наказывать вас за непослушание. Ох, зря! Хотя с другой стороны… Кому это делать, как не мне? Впрочем, похоже я только этим и занимаюсь… Крохотный, сморщенный старичок в длинной мантии, не достающей до плеча даже Матрене, с белоснежной бородой, волочащейся по полу, и такими же белоснежными усами, глядел на нас из-под густых бровей с такой жалостью во взгляде, будто пришел на похороны своих детей. Весь его вид был настолько трогательным и безобидным, что хотелось взять его на руки, унести куда-нибудь в безопасность и окружить заботой… Но почему же тогда мое сердце едва не выскакивает из груди, и все тело бросает то в жар, то в холод? — Слышь, отец, ты как тут очутился? — проговорил Лоб, не найдя в старике и тени угрозы. — Не бойтесь, мы вас здесь не бросим! — добавила сердобольная Матрена. Но я их эмоций не разделял. — Отойдите от него… — горло пересохло и слова давались с трудом. Старик понуро склонил голову. — Все-таки я еще слишком привязан к вам! — произнес он грустно. Все тело окоченело. Я вдруг обнаружил, что почти не могу шевелиться — ни сделать шаг, ни достать меч! Страх смысл все мысли одной волной. Снова эта невыносимая беспомощность! Но теперь я, по крайней мере, мог видеть. И даже яркая вспышка света после того, как Кровавое Око едва не выжгло мне глаза, уже не показалась такой уж ослепительной. На месте, где стоял старик, вдруг появилось две фигуры: человеческая и паучья. Сначала они выглядели расплывчатыми, и трудно было определить — обман зрения это, или силуэты действительно окутаны туманом. Но потом они обрели четкость. Мужчина, похожий на человека и эльфа одновременно, разве что несколько крупнее, был словно ожившая статуя талантливого скульптора: правильно сложенный, с красивыми чертами лица, бледной, светящейся кожей, чуть вьющимися светлыми волосами и фиолетовыми крыльями за спиной, будто сотканными из самого астрала. Белая тога, как вода, струилась по его телу. Вторая фигура казалась полным антиподом первой: отвратительный паук, быстро перебирая шестью лапами, заметался по кругу, стремительно увеличиваясь в размерах. Он рос до тех пор, пока его тело не поднялось выше нас всех! Гигантское чудовище — пульсирующий кокон, балансирующий на мохнатых с шипами ногах — нависло прямо над нами! Отталкивающее до тошноты, оно вызывало желание бежать от него без оглядки, в то время как от крылатого мужчины веяло умиротворением и защитой. Наверное, это почувствовал не только я, потому что едва получив возможность двигаться, все инстинктивно отступили к нему, напряженно глядя на монстра. Даже необычный вид паука не заставил меня перестать мыслить стереотипами, однако ни яда, ни паутины не было. Вместо этого нас ударило темной волной такой силы, что содрогнулось все вокруг. Но мерцающий свет, исходивший от незнакомца с крыльями, смягчил удар, и нас просто откинуло назад, к его ногам. Огненный шар Миша наколдовал даже не вставая, за ним со свистом метнулись две стрелы, одна за другой, но пауку это не нанесло вреда. Он снова легко отшвырнул нас. На этот раз я не успел сгруппироваться и на несколько мгновений потерял все ориентиры, не видя и не слыша ничего вокруг. Тело сковала темная магия, узлом завязавшись на шее. Стало отчаянно не хватать воздуха. Я старался разглядеть паука, боясь, что он раздавит нас, или разорвет на части. Касание мерцающего света освободило нас от оков. Я сумел схватиться за меч и даже успел подскочить к пауку и полоснуть лезвием по его лапам. Сгусток огня, ударившись об его тело, рассыпался фонтаном искр, а рядом воткнулась еще пара стрел… Но наша атака завершилась едва начавшись. Когда темный туман почти поглотил светлое мерцание, мы снова оказались на земле — беспомощные, как котята! И этот безумный танец тьмы и света закружился черно-белым калейдоскопом, поочередно меняя солиста. Паук давил нас своей магией, а крылатый незнакомец придавал сил. Один хотел нас убить, другой пытался спасти. Нас мотыляло из стороны в сторону. Я не всегда успевал даже подняться на ноги, как меня бросало то вперед, то назад. Иногда свет мага усиливался настолько, что нам удавалось атаковать паука, но тот как будто и не замечал этих тычков, и снова бил по нам темной, удушающей волной. Каждый раз мне казалось, что я уже не смогу подняться: либо этот монстр сотрет мои кости в пыль, либо я просто задохнусь! Но пока лился свет, я продолжал упрямо сопротивляться, хотя в какой-то момент выронил меч и мне стало нечем атаковать. Это походило на битву двух магов, в эпицентре которой мы оказались, и все же… атаковал только паук, а мужчина просто защищал нас! Если бы не он, мы бы погибли сразу, но даже с его защитой долго эту пытку нам не выдержать. Страшно болело все тело, как если бы меня методично избивали дубиной, хотя это было недалеко от истины. Во рту стоял вкус крови, одно ухо не слышало совсем, а перед глазами уже все расплывалось. Через некоторое время до меня дошло, что из нас шестерых все еще пытаются подняться на ноги и что-то сделать, только четверо. Матрена лежала, широко раскинув руки, и глядела стеклянными глазами в небо. А рядом лицом вниз, в луже крови, Орел с разодранной спиной. В их позах было что-то ужасающе трогательное: он тянулся к ее ладони, словно желая умереть рядом и держа при этом ее за руку. Хотя было не место и не время, но я вспомнил о Веронике — в хаотично мечущихся мыслях вдруг всплыл ее образ. Эгоистично желать, чтобы она оказалась здесь, я этого не хотел… И все же мне было жаль, что у меня нет возможности взять ее за руку. Все, к чему я мог прикоснуться, это маленькая уродливая кукла, которую она мне оставила, и с которой я не расставался. В отличие от Орла и Матрены, Мишину смерть я увидел — паук просто пригвоздил его своими шипами к стене, легко проткнув, как листок бумаги. Миша до последнего шептал слова проклятия, пытаясь наколдовать огонь, но его посох вывалился из ослабевших рук и погас. Несмотря на помощь незнакомца, несмотря на всю его защитную магию, паук убивал нас одного за одним. Мы были обречены, а маг с крыльями лишь откладывал неизбежное, продлевая нашу агонию! Когда упала и уже не поднялась Лиза, Лоб ухитрился намертво вцепиться в лапу паука. Тот дернул ей, и орка подбросило вверх, как пушинку, но приземлился он прямо на противника. И в отличие от меня, топор Лоб не потерял. — Умри, тварь, умри! — вопил он, со всей одури колошматя чудовище сверху, словно рубил дрова. Но даже это, казалось, совсем не причиняло пауку вреда. Он был неуязвим. Сколько бы он не получил ударов, стрел и проклятий, умирать тварь не собиралась! И если бы не этот маг… Но ведь это одно существо. Это был старик, на месте которого вдруг появилось две такие разные фигуры! Я видел это своими глазами, я же не сошел с ума?! Я вдруг нащупал свой меч и, опираясь на него, поднялся. Все тело взорвалось болью, от которой на несколько секунд мир для меня скрылся в тумане, но я заставил себя устоять на ногах. Сейчас мне казалось, что вся моя жизнь, все то, что со мной случилось, свелось к одному единственному моменту. К одному решению. И от того, каким оно будет, зависит все… Все правильно, товарищ Яскер? Рукоять меча приятно холодила пальцы, его привычная тяжесть придала немного сил — как раз для последнего рывка. Мне должно хватить! Паук с едва живым, но не сдающимся Лбом был в нескольких шагах, но я отвернулся от него и, сделав резкий выпад, вонзил лезвие до самой гарды в нашего защитника, проткнув его грудь насквозь. Не ожидавший нападения, маг удивленно уставился на торчащий из его тела меч, а потом поднял на меня источающие мягкий, теплый свет глаза. — Я знал, что это будешь ты, — прошептал он. — Вот только обрадуют ли тебя последствия?.. В этот момент паук за моей спиной рухнул на пол вместе со Лбом и задергался в конвульсиях. Лоб, выронив топор, скатился с его спины и остался лежать без движения. Я снова посмотрел на мага. Он, шатаясь, сделал несколько шагов назад и упал на колени. — Вы всего лишь маленькие, глупые дети, поднявшие руку на своего хозяина и отца… Но мы еще встретимся. Силуэт незнакомца начал таять, пока не исчез совсем. Мой меч легонько звякнул, лишившись опоры и упав на пол. Именно так исчезали демоны, не оставляя после себя ничего! Именно так исчез и паук! И можно было даже подумать, что весь этот кошмарный бой только привиделся… Если бы не тела моих друзей. Я приблизился ко Лбу, надеясь, что хотя бы он еще жив, но глаза его были закрыты, а дыхание отсутствовало. Я остался один. Шум боя сменился шумом тишины — не менее оглушительной и душераздирающей. Эпилог Эпилог Астральный ветер шевелил мои волосы и приятно обдувал лицо. Я вдыхал полной грудью пахнущий грозой воздух — странно, что я только сейчас, покидая Язес, почувствовал его запах. Хотя внизу, на самом аллоде, было слишком пыльно, чтобы наслаждаться. Здесь же, в прибрежном астрале, мне не мешало ничего. Хоть какое-то приятное воспоминание я увезу отсюда! Всего два дня назад состоялась битва в городе Демонов. Два дня назад умерли мои друзья. Даже зная об обратимости смерти, о воскрешении, я все равно убеждал себя, что они просто спят, когда помогал поднимать их тела наверх из пропасти, в которую мы провалились. Это помогало сохранить рассудок, иначе я просто бы свихнулся. Хорошо, что нашли нас быстро! Опустошенный и раздавленный, я выбрался на поверхность и первое, что увидел, как разрезая стремительно бледнеющие тучи, к аллоду приближаются корабли! Пожалуй, самое красивое зрелище из всех, что мне доводилось наблюдать. Впервые за все то время, что мы находились на Язесе, астральный шторм вдруг притих. И хотя все еще пахло грозой, небо посветлело и ветер угомонился. Я был рад, что наконец-то покидаю это место, и надеялся, что больше сюда никогда не вернусь. Слишком много Язес забрал у меня сил, эмоций, нервов… И еще — Старика. С этой потерей смириться я не мог. В горле стоял комок, когда я смотрел с борта корабля на отдаляющийся аллод, ставший последним пристанищем моего дрейка. Огромный Имперский линкор вальяжно шевелил лопастями, разгоняя тучи и набирая скорость. Спи спокойно, Старик, я тебя никогда не забуду. — Зачем ты все-таки прыгнул туда? Это было твое решение?! Я повернул голову и поглядел на задумчивого Яскера. Облокотившись о борт корабля, он прищуренными глазами глядел в пустоту, наверное уже в сотый раз проворачивая в голове все услышанное. — Да, мое. Не знаю, зачем. Интуиция. — Больше похоже на сумасшествие или чей-то приказ, — засомневался Яскер. — Нет, — качнул я головой. — Я что-то чувствовал, когда стоял на краю пропасти. Мне кажется, я знал, что там, внизу, нечто большее, чем Гурлухсор со всеми его дублями. Произнеся это, я вдруг понял, что что-то подобное уже ощущал, но где и когда, вспомнить не мог. — То, что ты не поддался гипнозу, меня не удивляет. Эта твоя особенность уже известна. Поражает другое. Я думал, в мире не существует мага, способного заставить меня плясать под свою дудку. Но выходит, я ошибался. Это было очень сильное желание — поскорее покинуть башню. И при этом настолько естественное, что мне и в голову не пришло, что оно не мое. Тут и правда было чему удивляться. Залезть в мозг самому сильному магу разума в Сарнауте так, что он даже не почувствовал этого! Разве что… — А если это был не маг? — Есть идеи? — заинтересовался Яскер. — Слишком безумные, чтобы говорить о них серьезно, — покачал я головой. — Давай еще раз. Это был старик, похожий… — На человека, да. Только очень немощного. Потом он как бы… разделился надвое. — И одна сторона нападала на вас, а другая защищала? — Так точно, — подтвердил я и немного смущенно добавил: — Звучит, как бред, но так и было. Это существо как будто и уничтожить нас хотело, и в то же время жалело нас. Мы пытались убить паука, но пока была жива одна сущность, вторая не умирала. — А после смерти они растворились, как демоны… Яскер замолчал, задумавшись. Мне больше было нечего добавить, я и так уже пересказал все, что произошло, несколько раз. Какой-то новый вид демонов, более совершенный, с высоким интеллектом, обладающий невероятной силой?.. А может, это и есть то самое знаменитое Проклятие джунов, уничтожившее их великую цивилизацию? Хотя сами джуны изображали проклятие, как обычного демона, да и Зэм с плато Коба говорил, что отличали его только размеры. С другой стороны, это существо могло менять форму — как минимум я видел целых три: старик, молодой мужчина и паук! Мы простояли в тишине довольно долго, и когда Язес скрылся из вида, я снова нарушил ее. — Что теперь будет с башней, и с этим… механизмом в ней, который вселяет Искру в дубли? — Если бы не лигийцы, мы бы вплотную занялись изучением. Но их присутствие кардинально меняет дело! Формально, вопросом теперь займутся Историки, все-таки они нейтральная сторона, и несмотря ни на что, какое-никакое доверие к ним все еще сохраняется и у нас, и у Лиги. — А почему — формально? — Потому что на деле мы все основательно разбомбили в башне и, я надеюсь, восстановлению там уже ничего не подлежит. Пусть лучше все остается, как есть. Ни к чему нам новые потрясения. Я согласно кивнул. Бессмертие — штука интересная, но все же хочется иметь возможность убивать отдельных индивидуумов с концами. — Кстати, там, на дне, мы еще обнаружили некий предмет. То ли звено цепи, то ли часть чего-то… хм… — Яскер пошевелил пальцами в воздухе, пытаясь подобрать слово. Удивленный, я вопросительно посмотрел на него. В башне было полно всяких предметов! — Очень сильный предмет, — добавил он, в ответ на мой взгляд. — Пышет магией! — Я не чувствую магии в предметах, — пожал плечами я. — Даже в самых значительных. — У тебя другие преимущества. Если бы не твоя сопротивляемость магии разума, мы бы все просто ушли и так и не узнали, что под башней сидит настоящий «Хозяин»… Не представляю, к чему бы это в итоге привело! Я тяжело вздохнул. К чему привело мое вмешательство, пока тоже не ясно. Этот «Хозяин» говорил что-то о последствиях, которые мне не понравятся, и в мыслях я все время возвращался к этим его словам. Все-таки одна часть этого существа пыталась нас спасти. А вдруг я сделал что-то непоправимое, когда проткнул ее мечом? — Ладно, — сказал Яскер, хлопнув ладонями по борту корабля. — Одно я могу сказать точно: за эти два дня мы и лигийцы перевернули всю башню — все капсулы с дублями уничтожены. Так что хотя бы наши старые друзья мертвы уже наверняка. А кто такой «Хозяин», мы еще будем разбираться. И очень внимательно! — Коловрат знает о том, что мы снова убили Жало? — с интересом спросил я. После того, как я раз за разом прикладывал руку к смерти потомков Великого Орка, Верховный Шаман, наверное, уже меня проклял. — Знает. Но Жало предала всех, даже самих орков! Не думаю, что он будет слишком горевать по ней. Хотя… Коловрат очень упрям. Я надеюсь, что осложнений не возникнет, ситуация между кланами только-только подуспокоилась. — Неужели разборки между шаманами и воинами прекратились? — Не уверен, но, как минимум, Коловрат начал здороваться со Штурмом. — Это прогресс, — согласился я, невольно улыбнувшись. — Но в любом случае, с праздничной демонстрацией по поводу нашей окончательной победы над демонами и с чествованием причастных придется повременить, — продолжил Яскер и иронично добавил: — Ты же не против? — Никогда не любил шумные парады, — ответил я. — Мне нужно проведать своих. Разрешите идти? — Иди. И сам постарайся выспаться до того, как мы прибудем домой. Лига перестанет нас бояться, если увидит, какие у Империи замученные герои. Я кивнул и поплелся в лазарет, где набирались сил воскрешенные Кузьма, Миша, Лоб, Матрена и Лиза. Яскер остался стоять на палубе, вновь погрузившись в свои мысли. Ему было над чем подумать. Демоническое логово мы разворошили и убили всех, кто там находился, но слишком много вопросов так и остались открытыми. Корабельная лечебница отличалась повышенным классом комфортности. Своих друзей я разыскал в одной из палат сидящими возле кровати Орла — его ранения оказались довольно серьезными: был сильно поврежден позвоночник, и лекари запрещали ему вставать. — Тьфу, ты, Ник! Хоть бы хрюкнул перед дверью! Я думал, это врач, — возмутился Лоб и полез обратно за подозрительной флягой, которую быстро спрятал, когда я вошел. В ней явно плескалось не лекарство. — И ты разрешила? — усмехнулся я, поглядев на Матрену. — Я не разрешала, но я в меньшинстве, — откликнулась она и недовольно поджала губы. — Уж и расслабиться спокойно не дадут честному орку! Я взял стул и сел поближе. Странно было навещать всех в лазарете, сам при этом будучи на ногах — обычно бывало наоборот. Меня снова кольнуло чувство вины. — Как здоровье? — спросил я, обращаясь в большей степени у Кузьме, потому что остальные выглядели более или менее поправившимися. — Твоими молитвами. Видел приказ? — Видел, поздравляю нас всех с повышением! — Наконец-то Родина оценила наши заслуги, — приосанился Орел и сделал одухотворенное лицо, что вкупе с его перебинтованным телом выглядело особенно героически. — Всего-то надо было парочку Великих Магов завалить. — Почему же все-таки ди Дусер, Жало, Гурлухсор и все остальные стали поклоняться демонам? — произнесла Матрена. — Тем, кто несет гибель всему миру? И даже помогали им в этом! Неужели они просто сумасшедшие фанатики? — Или в их действиях есть какой-то смысл, — протянул я задумчиво. — Этот Хозяин… кто он? — Демон, маг и безумец, — высказал свое мнение Орел. — Он сумел околдовать даже Яскера! Возможно, он сильнее любого Великого Мага Сарнаута. — Но это же не исключает того, что он может быть безумцем. — Это невероятно могущественное существо, и оно называло нас своими детьми… — И что ты хочешь этим сказать? Что это… — Орел неловко улыбнулся, словно извиняясь за глупость, которую собирался произнести: — Бог? Несмотря на его скептицизм, я не стал торопиться с ответом. — Существо и впрямь непростое, — согласился Миша, поправляя очки на носу. — Но при всем его могуществе, на Бога оно все равно не тянет. — Я тоже так думаю, — кивнула Матрена. — Разве Бога можно убить мечом? — Не знаю, с Богами я раньше не встречался, — буркнул я, но решил не развивать тему. Разговор прервал лекарь, зашедший проведать больного. На это раз Лоб успел спрятать свое пойло незаметно. Матрена снова нахмурилась и поджала губы, но сдавать его не стала. — Что теперь? — спросила Лиза, когда лекарь вышел. — Отдых. Мы заслужили это! — Отдых — это хорошо, но я имела в виду в более глобальном смысле. — Ты же мистик, вот ты нам и предскажи! — развеселился Орел. — Я думаю, — снова заговорил Миша, — что нам нужно просто отпустить эту ситуацию. Если демонопоклонники и готовили второе нашествие демонов, то мы нарушили их планы. Тот, кого они называли Хозяином, мертв! Ты исполнил свою роль, Ник. За эти два дня демоническая активность резко упала даже в астрале — сейчас он спокоен, как никогда! Все закончилось. И нам всем действительно нужен отдых. — Да, наверное, — кивнул я и, поднявшись, выглянул в окно иллюминатора. Астрал как всегда был прекрасен. Он сиял радужными красками, переливаясь из одного цвета, в другой. Непостижимая сила, разрушительная и завораживающая. Сколько всего она скрывает в своих глубинах? И известна ли нам хоть сотая доля тайн Сарнаута — расколотого мира, продолжающего жить, несмотря ни на что? Я не стал делиться своими мыслями с остальными, чтобы никого не расстраивать. Это существо, Хозяин, кем бы он ни был, может и мертв, но вкуса победы я не ощущал. Может быть мне и не раскрыто многое, может быть я бреду в темноте с завязанными глазами, натыкаясь на стены. Но одно я знал точно: ничего еще не закончилось. Напротив! Все только начиналось… Конец второй части Глава 1 (книга третья)
  9. Скоро Зима

    Аллоды Онлайн, ч.64-65

    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 33. Операция «Третий портал» — Что ж, товарищи офицеры, приступим, — генерал Верховин прочистил горло и взял в руки исписанный лист бумаги. На этот раз совещание происходило более скромно: присутствовала лишь малая часть офицерского состава, насколько я понял, только та, что знала о «Единой рати». Почти все здесь оказались едва ли не вдвое меня старше, и я почувствовал себя ребенком на вечеринке у взрослых. — Самая главная новость: детекторы, которыми нас снабдили Охотники на демонов, работают! Мы уже знаем, что отряды астральных тварей выходят из-за завесы и исчезают в демоническом портале. Жаль, мы не можем выяснить, куда они направляются. Да уж, вариантов масса! Они могут телепортироваться на какие-нибудь аллоды или пытаться прорваться сюда, в наш лагерь. Возможно именно в эту секунду армада демонов буквально в нескольких метрах от нас ломится в закрытую «дверь», которую все еще держат наши маги. Я дернул плечами, чтобы избавиться от этой невеселой мысли и немного взбодриться. — Портал на территории нашего лагеря на совести наших заклинателей, второй — на совести Лиги и ее витязей. Эти порталы нам еще нужны. А третий… третий мы должны запечатать навсегда. С Лигой это решение уже согласовано. — У нас хватит на это сил? — Должно хватить, если возьмемся за дело вместе! Лигийцы готовы предоставить своих магов для операции, но демоны будут мешать, конечно же. Так что с нас охрана. Лига запечатывает — мы прикрываем. На словах это звучало просто. На деле — требовало куда большего количества Хранителей, чем мы располагали с учетом того, что не все были посвящены в тайну союза с лигийцами. Демоны и демонопоклонники не будут просто смотреть на уничтожение своего портала, и следовало ожидать массированной атаки. На очередную вылазку за пределы лагеря, на этот раз до самого сердца аллода, я собирался как в последний путь. Обстановка и так оставляла желать лучшего, а необходимость мириться с присутствием Лиги окончательно добивала. Хорошо, что это нам нужно прикрывать лигийцев, а не наоборот. Свою спину я бы им не доверил. Впрочем, я все равно морально готовил себя к какой-нибудь подставе с их стороны и из-за этого был весь на нервах. Продвигались тяжело. Чем ближе к центру острова, тем больше становилось изъеденной астралом земли и глубоких трещин, в которые мы спускались, чтобы укрыться от урагана. Вскоре обычной земли почти не осталось — вся она была синего цвета, а астральные клыки настолько примелькались, что мы уже не обращали на них внимания. Демоны пока не спешили вставать на пути двух отрядов Хранителей, но все понимали, что долго это не продлится. С лигийцами договорились встретиться задолго до подхода к порталу, и как только я их увидел, напряжение сразу подскочило. Шестеро заклинателей в окружении пары десятков витязей — это несколько больше, чем ожидалось. Конечно, никто и не думал, что лигийские маги отправятся нам навстречу вообще без всякой охраны, но все же их вид вызвал у меня всплеск адреналина. Поскольку я со своей группой замыкал шествие, то разговор подошедших лигийцев с нашими командирами во главе отряда не услышал. Внимательно разглядывая витязей и готовясь к атаке, которая могла начаться в любую секунду, я даже уже держал руку у пояса, поближе к эфесу меча. Но перекинувшись словами не дольше минуты, лигийские витязи развернулись и отправились прочь, оставив своих магов на наше попечение. И снова я испытал смешанное чувство досады и облегчения. — Удивительный день сегодня… Все готовы помогать не только друзьям, но даже врагам! — громко вещал эльф в длинной, аляповатой мантии и шляпе с пером. Остальные маги сохраняли молчание, либо разговаривали тихо и только между собой, чем крайне мне были симпатичны. — На этом осколке сохранилось немало древних хадаганских руин. А есть же еще Башня Гурлухсора! Если бы не война да демоны, Историки наверняка смогли бы отыскать в этих развалинах что-нибудь ценное. Уверен, по окончании войны они еще наведаются на этот аллод, чтобы все хорошенько исследовать… Вы знаете, я весьма интересуюсь их трудами! Их работа по изучению различных культур не может не вызывать восхищение! Восторженный эльф без конца обращал внимание на остатки сооружений, будто нашел клад, и восторгался хадаганской архитектурой, хотя я лично кроме груды старых камней ничего не различал. Какая уж тут архитектура? На подступах к порталу относительно спокойная дорога закончилась. Мы спустились в глубокий желоб, похожий на русло высохшей реки, единственным преимуществом которого было отсутствие ветра. Отравленная астралом земля испускала голубое сияние, так что здесь оказалось удивительно светло. Даже слишком! Глазам пришлось какое-то время привыкать к яркому свету. И это было очень некстати, потому что здесь как раз и начались нескончаемые атаки демонов. Поскольку мы шли в арьергарде, нам пришлось пятиться спинами вперед, чтобы отбиваться от демонов, кусающих рейд «за пятки». Старик в основном справлялся сам, раскидывая зубами и лапами всех, кто имел неосторожность к нему приблизиться, но и мне пришлось помахать мечом, когда мелкие бесы, словно снаряды, начали буквально падать на головы, спрыгивая на дно ущелья сверху. Лиза, будучи магом разума, хоть и периодически откидывала демонов невидимой волной, все же оказалась наиболее уязвимой. Приблизившаяся к ней Матрена то и дело скрывала ее и себя за золотистой пеленой Света. Лоб рычал и матерился, прикрываясь щитом. Кузьма выражал ему свою солидарность — хотя ему и удавалось успешно отстреливать противников, их было так много, что количество его стрел уменьшалось с катастрофической скоростью, а возможность собрать их отсутствовала, ведь мы старались двигаться очень быстро. Я тоже не пришел в восторг от необходимости махать тяжелым мечом у себя над головой. Единственным, кто успешно справлялся с атакой, защищая и себя, и по возможности остальной рейд, — был Миша, во всей красе раскрывший свой огненный потенциал. Правда, напалм пугал ездовых питомцев, шарахающихся в разные стороны, из-за чего строй постоянно рассыпался, но пользы все равно было больше, чем вреда. Визги сгорающих в полете астральных бесов вызывали у меня брезгливое удовлетворение. К тому же, после смерти они растворялись быстрее, чем падали на нас, что не могло не радовать. И все же атаки усиливались. Мы уже находились довольно далеко от астральных берегов, так что демоны, скорее всего, появлялись из-за завесы. И вскоре мы в этом убедились. В сотне метров от портала прорываться пришлось уже с ожесточенным боем, и эти метры оказались длиннее, чем весь путь, что мы проделали от нашего лагеря к сердцу осколка Язеса. Кто-то был ранен, кого-то уже поднимали с земли то ли без сознания, то ли мертвого, а мы только едва-едва добрались до цели! Демонический портал находился на дне все того же пораженного астралом желоба и ничем не отличался от своего брата-близнеца, через который мы попали на Язес: такой же фиолетовый светящийся шар. Сама впадина порталом не заканчивалась — она убегала еще дальше, чуть забирая вниз, и упиралась в магическую стену, похожую на вуаль из нескольких слоев воздушной, струящейся ткани и перегородившую ущелье в наиболее узком месте. Очевидно, это и была та самая преграда, за которой, скорее всего, находилась башня Гурлухсора, если она, конечно, уцелела. Теперь то место, что бы там ни было на самом деле, Хранители окрестили «городом Демонов» и оказались недалеки от истины. Хотя разведчикам и удавалось подобраться к стене незамеченными и никем не атакованными, наш большой рейд не остался без внимания: демоны вылезали оттуда нескончаемой рекой. И уныло взглянув на этот поток, я понял, что долго мы против них не продержимся. Задачи победить всю эту свору перед нами и не стояло, но сколько понадобится времени лигийским магам, чтобы запечатать портал? — Рассредоточьтесь! Нужно окружить портал со всех сторон… Я впервые подумал, что демоны и демонопоклонники вероятно не могут располагать свои порталы точно в том месте, где захотят. Должно быть, это зависит от каких-то внешних факторов. Иначе они бы расположили как минимум этот портал за своей магической стеной, через которую мы пробраться не могли. Однако, поразмыслить над этим долго мне не удалось. Взяв в плотное, насколько позволяла численность, кольцо главную цель, нам пришлось довериться лигийским магам, потому что защищая их от демонов, мы стояли к ним спиной. Времени лигийцы терять не стали. Возможности понаблюдать за процессом у меня не было, но по взглядам вскользь становилось понятно, что работа кипела. Им тоже пришлось довериться нам, целиком сосредоточившись на портале и не отвлекаясь на демонов, которые нападали со всех сторон. Хотя, конечно, основной напор был со стороны города Демонов. Там оборону держали наши лучники и маги. Я, спешившись, находился на непривычной для себя позиции — за их спинами, и старался перехватить тех демонов, что сумели проскочить. И если сначала у меня было много места для маневра, вскоре его стало не хватать, потому что Хранители, отступая от и не думающих заканчиваться противников, жались все ближе к порталу. В конце концов я уже едва ли не задевал спиной заклинателей, а демоны все лезли и лезли. Их становилось больше, они прорывались чаще. А мы уставали и несли потери. Какой-то мелкий бес вцепился в мою спину, пока я отбивался от двух демонов покрупнее. Я чувствовал, как он карабкается по моему плащу, но сбросить его не было никакой возможности. А через мгновение боль пронзила плечо почти у самой шеи. Я, наконец, обезглавил одного демона мечом и тут же, изменив траекторию, замахнулся на другого. Не достал, но отпугнул. Освободив руку, содрал с себя беса вместе со своим погоном, в который тот вцепился зубами, и разрубил пополам. Но по ноге уже карабкался второй бес. Другой прыгнул на спину. А спереди и по бокам лезли вперемешку с мелкими и крупные демоны. Мы не выдерживали. Старик, только что дравший кого-то рядом, исчез, а мне даже не хватало времени позвать его. Со злости я завертелся с мечом, как мельница, потому что противник уже был повсюду! Боль в плече от укуса не ощущалась, и я надеялся, что рана не очень глубокая, хотя оценить ее серьезность не мог. Боль придет потом. Если я, конечно, до этого доживу. Первого лигийского мага мы потеряли в тот момент, когда большой демон — «новой породы», как их называли охотники на демонов — вдруг появился из-за стены. Он сразу привлек всеобщее внимание, введя тех, кто видел такого впервые, в секундный ступор. Этого хватило, чтобы демоны прорвались к порталу и серьезно ранили лигийца. — Что это за тварь? Откуда она взялась?! Недоумение возникло у многих, но вдаваться в подробности было некогда. Очередной «Истребитель» с невероятной скоростью преодолел разделяющее нас расстояние и, несмотря на то, что мы активно пытались его остановить, все равно прорвал наше оцепление и потянулся… нет, не к магам, уже впятером пытающихся уничтожить портал. А ко мне. Старик, вылетев откуда-то сбоку, вцепился зубами в длинную когтистую лапу, на мгновение отведя от меня угрозу. Извернувшись, чтобы не попасть под щупальца, я махнул мечом, отрубив вторую лапу демону, которой он уже тянулся к моему дрейку. Демон взвыл, но кажется стал только злее и опасней. Он закрутился на месте, разметав тех, кто не успел отскочить, а потом снова обратил ко мне пылающие ненавистью глаза. Если бы это чудовище нападало на нас в одиночестве, хором мы бы с ним справились. Но кроме него на нас все еще наступали демоны поменьше, не говоря уже о целом рое астральных бесов. Кольцо охраны вокруг портала окончательно рассыпалось, и тогда пал второй лигийский маг. — Надо отступать! Уходим!!! — НЕТ! Нам нужно еще несколько минут… Но даже этих нескольких минут у нас не было. Я не придумал ничего лучше, чем просто попытаться увести подальше огромного демона, который так целенаправленно шел на меня. — Старик! Дрейк вынырнул передо мной в ту же секунду, будто ждал сигнала. Я запрыгнул на его спину и рванул прочь, с облегчением отметив, что тварь, как я и предполагал, тащится за мной. Почему же все-таки эти «новые» демоны ненавидят меня персонально? Вряд ли я успел насолить им больше, чем любой охотник на демонов или ветеран Великого Астрального Похода. Старик одним прыжком перемахнул через головы астральных тварей, и мы помчались вперед, не разбирая дороги. И только спустя несколько секунд я понял, что мы направляемся в сторону самого логова врага — к городу Демонов. Точнее к магической завесе, откуда они и появляются. Едва дрейк коснулся лапами земли, как в них тут же вцепились бесы. Он снова рванул вверх, расправив крылья, но подняться так же высоко уже не смог. Мы оказались одни в окружении демонов, а сзади на нас неслась огромная тварь. Пытаться бороться было бессмысленно, и я, наотмашь отбиваясь, одновременно скользил взглядом по покатым стенам ущелья. — Туда! Старик, давай! Дрейк снова прыгнул. Не долетев, он вцепился лапами в край выступающего камня, повиснув на нем плашмя, и я едва удерживался в седле, в любую секунду ожидая, как мне снесет голову одним ударом преследовавшее нас чудовище. Но Старик, скребя когтями и рыча, сумел взобраться наверх. И именно здесь я увидел эльфа. Все выглядело так, будто он управлял демонами, глядя на происходящее сверху. Во всяком случае на нем было хорошо узнаваемое одеяние демонопоклонника и позицию он занимал удачную: рядом с завесой и с неплохим обзором. Эльф попятился назад, пытаясь на ходу что-то наколдовать, но ему не хватало ни времени, ни места. Запрыгнувший вслед за нами демон по инерции покатился вперед, навалившись своей массой на демонопоклонника и впечатав его в камни через мгновение после того, как Старик взмахнул еще выше, уходя из-под удара. Моим смутным надеждам на то, что убив своего союзника, демон отстанет от меня, не суждено было сбыться. Выбравшись из прокаженного желоба, он все еще продолжал гнаться за нами. Наверху дул сумасшедший ветер, но, к счастью, нам в спину. Из-за его шума я ничего не слышал, а из-за поднятой пыли — и не видел. Лишь только когда Старик вдруг снова раскрыл крылья, в которые ураган ударил, как в паруса, и мы взмыли вверх, я замел бездну, разверзнувшуюся под нами. Было ли у нее дно, или обрыв заканчивался астралом, проевшим аллод насквозь, я не знал. Да и не мог я об этом подумать, потому что от ужаса остановились все мысли. Смерть на земле всегда оставляет хоть крошечную, но все же надежду на воскрешение. Падение в астрал — это конец. Хотя я в астрал уже падал — и тогда меня спас телепортатор, перенеся уже в бессознательном состоянии на площадку телепорта. Но сейчас Имперских площадок телепорта поблизости нет и прибор бесполезен… Этот стихийный анализ ситуации взорвался в моей голове уже после того, как лапы дрейка коснулись земли. Он, перемахнув через глубокую трещину, развернулся, желая удостовериться, что преследователю такой трюк не под силу. Ветер, до этого бивший в спину, тут же больно полоснул по лицу мелкой каменной крошкой. Глаза заслезились, но я все равно увидел, как демон с той стороны сорвался с обрыва, и его крик долетел до нас даже сквозь ураган. Ну хотя бы летать эта тварь не умеет! — Не делай так больше, Старик, — выдохнул я, внутренне все же благодарный дрейку, и потрепал его по холке. Поблизости других демонов вроде бы не было, насколько мне это позволяли оценить закручивающиеся спиралями вихри, из-за которых видел я не так уж и много. Но как далеко мы удалились? Сейчас я не мог с уверенностью сказать, в ста метрах нахожусь от своих, или в паре километров. Когда за тобой несется смертоносное чудовище, трудно сконцентрироваться на расстоянии. — Нам надо вернуться, Старик. Давай… Я похлопал его по бокам, но повторить этот невероятный прыжок не позволил. Во-первых, прыгать по ветру и против него — все же разные вещи. Во-вторых, это просто страшно, а строить из себя героя мне что-то не хотелось. Сердце и так выпрыгивало из груди. Сориентироваться, в какой стороне портал, имперские Хранители и лигийские маги, мне все же удалось, и мы со Стариком осторожно побрели вдоль обрыва, внимательно высматривая возможных противников. Трещина в земле вскоре начала сужаться, и тогда я позволил дрейку перепрыгнуть на другую сторону. Мы вернулись немного назад, потому что я боялся сбиться с пути, и эта вынужденная петля отняла непозволительно много времени. Гадать, что я увижу, вернувшись к порталу, не было смысла. Да и не хотел я заранее себя накручивать плохими прогнозами. В итоге, вернувшись, я не увидел никого: ни демонов, ни лигийцев, ни Хранителей. Фиолетовый шар никуда не исчез — он находился на том же месте, но стал тусклым. Словно внутри него раньше горел свет, который теперь погас. Значит ли это, что главную задачу выполнить удалось? — Надо спуститься, — сказал я Старику, подталкивая его вперед. На месте битвы остались только мертвые животные. Демоны после смерти исчезали, а тела убитых лигийцев и имперцев наверняка выжившие забрали с собой. Во всяком случае я надеялся именно на это. Только подумав о телах, я вспомнил про демонопоклонника, которому не посчастливилось оказаться на пути разъяренного демона. Место, где мы со Стариком выбирались из ущелья, улепетывая от чудовища, обнаружилось быстро. Как и размазанный по камням эльф. Интересно, принято ли у них как-то отдавать последние почести своим соратникам? Обыскав его, я не нашел ничего, кроме артефакта, чем-то напоминавшего ключ от демонического портала, хотя и отличавшийся от него. Фиолетовый камень красиво переливался равными гранями, и я задумчиво смотрел на него не меньше минуты… а потом перевел взгляд на магическую стену. Казалось, мои мысли не поспевали за телом: я еще только обдумывал, что может означать эта находка, а руки уже снимали заляпанный кровью балахон с эльфа. Надевать одеяние секты ненормальных фанатиков на святое — имперскую форму — было противно, но Родина меня простит. Натянув капюшон и снова спустившись на дно ущелья, я огляделся. Вокруг стояло удивительное спокойствие! Даже не верится, что только что тут кипела битва. Демоническая завеса вблизи напоминала поверхность воды, подернутой рябью. При моем приближении она никак не видоизменилась, а вот артефакт в моей руке заметно потеплел, и я воодушевился. Коснуться рукой непонятной субстанции все же было боязно и мне пришлось подбадривать самого себя. Пальцы мягко прошли сквозь стену: по ощущениям, как будто я и впрямь опустил их в прохладную воду. Не почувствовав ни сопротивления, ни боли, я уже уверенно шагнул к преграде, твердо намереваясь оказаться внутри и увидеть, что же она скрывает, как меня вдруг резко отбросило назад. Я грохнулся на спину, еще в полете решив, что достаточно утолил свое любопытство и на сегодня эксперименты с переодеванием окончены. — Как ты посмел прийти сюда?! Убирайся! Ты не достоин вернуться назад! — сообщил приглушенный голос. — Сначала докажи свою верность! Вступать в полемику в данной ситуации было неразумно, и я поспешил убраться. Старик, наблюдавший за мной все это время, фыркнул и недовольно попятился. Ему не нравился мой внешний вид, и я с ним согласился. Есть небольшая вероятность, что в балахоне демонопоклонников на меня не нападут демоны, зато прибить могут свои. Или лигийцы. В любом случае возвращаться в имперский лагерь одному опасно, в каком наряде я бы ни остался. — Идем, Старик, пора домой… Удача от меня не отвернулась. И хотя на пути демоны нам все же попались, Старик сумел их аккуратно и почти бесшумно обойти. Всю дорогу я находился в напряжении: ветер, плохая видимость и одиночество заставляли все время быть на пике готовности, и от того сил я потратил на этот переход немеряно. И когда передо мной наконец выросло ограждение имперского лагеря, усталость обрушилась с такой силой, что я чуть не вывалился из седла. — Ник! Едва дозорные удостоверились, что я не засланный казачок, и пропустили меня внутрь, навстречу выбежала Лиза, вероятно, «услышавшая» меня на расстоянии. Не часто я видел ее такой нервной. — Где ты был? Мы думали, ты умер! Орел и Лоб собираются идти тебя искать… — Я не умер и почти даже не ранен. Что случилось? — Мы сумели запечатать портал, но из лигийских магов выжил только один… У нас не было времени, чтобы тебя искать, нужно было привезти обратно убитых и раненых. Но Орел со Лбом решили, что сбегут из лагеря, если Верховин не выделит Хранителей на твои поиски, и пойдут искать тебя сами. — А Миша не собирался поучаствовать в этом благородном деле? — полушутливо спросил я. Голова плохо соображала и мне очень хотелось лечь и отключиться хотя бы на десять минут. — Он мертв. Дурман слетел за секунду, и внутри все сжалось. — Как это — мертв? — тупо спросил я. — Матрена сказала, что раны у него не очень сложные и она их залечит. Наверное, завтра его уже воскресят. Лиза изо всех сил старалась говорить твердо и уверенно, но это ее старание слишком бросалось в глаза. Я сделал шаг и обнял ее. Не позволявшая подобной фамильярности Лиза не отстранилась, уткнувшись лицом в мое плечо и крепко, до белизны, сжав пальцы на моей форме. — Все будет хорошо, Зизи. Если Матрена сказала, что залечит, значит все хорошо… — пробормотал я то ли ей, то ли себе. — Да… Надо найти Лба и Орла, пока они не наломали дров. — Я найду их. — Нет, я сама. Матрена сейчас с Мишей, а мне… нужно чем-то себя занять. А ты иди, Верховину уже наверняка доложили о твоем возвращении. Все равно он тебя сейчас вызовет к себе. Оставлять ее одну не хотелось, да и тянуло в лазарет, поговорить с Матреной, хотя ее, наверное, лучше пока не отвлекать, но генерал Верховин уже сам лично шел в мою сторону. И, когда поймал мой взгляд, поманил к себе. — Я уже и не надеялся, что ты вернешься! Готовился отвечать перед Яскером, как умудрился даже труп твой потерять. Как ты отделался от того демона? Мне доложили, что он преследовал тебя. — Сбежал. Товарищ генерал, разрешите… Там, возле портала, я обыскал труп одного демонопоклонника и кое-что нашел. Вот… Я думаю, что это ключ от завесы города Демонов. Верховин взял у меня из рук артефакт и повертел его, осматривая со всех сторон. — Вещь явно магическая… Можно попробовать проникнуть в город Демонов, а вдруг и правда — ключ? — Э-э-э… вообще-то, я уже попробовал. Генерал поднял на меня глаза, оторвавшись от артефакта, и задрал брови. — Ну, я подумал, что это ключ, снял с демонопоклонника плащ и попробовал зайти внутрь. — И? — У меня почти получилось, но потом меня просто отбросило назад и я ничего не увидел… И еще мне сказали, что я недостоин войти, или что-то такое. И что сначала нужно доказать свою верность. — Хм… Что еще? — Все. — Пойдем-ка… Верховин снова направился к себе и я последовал за ним. Внутри палатки никого не было, горела всего одна тусклая лампа и царил полумрак. — Садись! А теперь давай по-порядку… Про новую породу демонов я слышал, они уже проходят по нашим сводкам. Но почему этот демон погнался за тобой? Вроде бы их целью было защитить портал! — Я не знаю, товарищ генерал, но это не в первый раз. Такое уже происходило на Святой Земле. У меня нет этому объяснения. — Хорошо. Откуда взялся этот демонопоклонник? Другие Хранители видели только демонов. — Я обнаружил его случайно, когда убегал. Возможно, он руководил атакой демонов на нас, или просто наблюдал… Так или иначе, при нем была эта вещь. — Ты забрал ее, переоделся в его одежду и попробовал войти в город Демонов, но оказался… «недостоин войти»? — Так точно. — Интересно… очень интересно… Тебя могли принять за этого фанатика, — начал вслух размышлять Верховин. — Портал удалось запечатать, хотя ситуация была критическая. Быть может, этот демонопоклонник впал в немилость у начальства как раз по этой причине? Любопытная ситуация… Жаль, что ты не попал внутрь! Но тут уж, видимо, ничего не поделаешь. В любом случае, это очень ценная находка! Нужно показать ее нашим заклинателям, возможно они разберутся. Генерал не стал долго меня мурыжить и отправил к лекарям. На улице уже поджидали Орел, Лоб и неожиданно Матрена, на лицах которых сразу отразилось облегчение. — Слава Свету! Лиза сказала нам, что ты вернулся, — выдохнула Матрена. — У тебя все плечо в крови! — Как Миша? — Раны я залечила, но нужно еще время. Завтра утром его будут воскрешать… Она замолчала. И я тоже ничего не добавил. Хорошо, что Мишина смерть была не фатальной, однако всегда есть вероятность, что Искра не вернется в тело, даже если оно полностью здорово. Мы все это понимали. Всеобщая подавленность угнетала вдвойне, и я не стал никого грузить тем, что произошло у города Демонов. Покорно позволив увести себя в медицинский шатер и заняться своим плечом, я уже пребывал в полусне и не заметил, в какой момент отключился. Разбудил меня на следующий день Иавер Кадифа — заклинатель, удерживающий демонический портал на территории лагеря. Он начал говорить мне что-то про ключ, но все мои мысли сразу устремились к воскрешению Миши, которое должно было состояться вот-вот, и поэтому я почти все пропустил мимо ушей. — Капитан, вы меня слушаете? Генерал вас ждет у себя через сорок минут. Поторопитесь! За это время я успел переодеться, привести себя в порядок, съесть бутерброд, выпить стакан чая, и намозолить глаза лекарям. Сорок минут пролетели, но воскрешение погибших еще не закончилось, так что я поплелся к Верховину в неведении, надеясь вернуться как можно скорее. Почему-то я подумал, что это будет очередное совещание офицеров, и был крайне удивлен, когда застал генерала в одиночестве. — Ну вот что, капитан. Хочу дать тебе крайне важное поручение! Я только что закончил писать рапорт для Яскера… и это было самым сложным делом моей жизни! Полночи ломал голову, как объяснить, почему нам пришлось заключить союз с Лигой. Надеюсь, Комитет учтет все мои аргументы… Особенно, если мы подкрепим их ключом от города Демонов! Еще до того, как он закончил говорить, я уже знал, в чем будет заключаться моя миссия. Я в общем-то давно уже этого ждал. — Теперь ты отправишься к Яскеру и отдашь ему мой рапорт вместе с этим ключом. Будем надеяться, что он простит нас за «Единую рать». Через полчаса в полной готовности и при полном параде стоять возле демонического портала! В Империи тебя уже ждут. Задача ясна? — Так точно, товарищ генерал. Хотя времени до отправки у меня оставалось немного, покинув Верховина, я снова метнулся к лазарету, не представляя, как изведусь, если придется телепортироваться до окончания воскрешения. Но когда я вошел в палату, от сердца отлегло. — С возвращением! Миша в крайнем умиротворении восседал на больничной койке и невозмутимо попивал совершенно отвратное по виду и по запаху зелье. Лиза, Матрена, Лоб и Орел находились возле него и я порадовался, что все в сборе. — Спасибо. Смерть была… познавательной. — Теперь у нас в команде два оживленца! — Надеюсь, столько и останется… — Зачем тебя вызывал Верховин, Ник? Я подтащил поближе свободный стул и сел. — Меня отправляют назад в Империю с отчетом для Яскера. — Ну, что я вам говорил! — победоносно сообщил Миша. — Да ладно, никто с тобой и не спорил. Когда ты возвращаешься? — Телепортироваться должен через… двадцать минут. А когда вернусь — не знаю. Надеюсь, меня не арестуют прямо на месте, когда узнают обо всем, — вздохнул я. — Есть еще кое-что… Времени оставалось совсем мало и я в двух словах рассказал про ключ. — Это прекрасная новость! Кажется, дело потихоньку сдвигается с мертвой точки! Если наши ученые смогли подключиться к демоническому порталу, то может они смогут расшифровать и этот ключ, и мы проникнем в город Демонов? — Может быть. Наверняка находкой снова займется Нефер Ур, — я взглянул на часы. — Мне пора! — Передавай привет Яскеру! — Обязательно. Возвращение домой было и волнительным, и приятным. Жаль, что я возвращался один. Шагнув в фиолетовый шар на осколке Язеса, я перенесся на маленькую площадку телепорта где-то в Империи. Почему-то я думал, что это будет Яхч — холодный аллод, с которого нас отправили на Язес. Сама площадка телепорта была очень похожа на ту, что была в Яхченском порту, но очутился я вовсе не в складском помещении, как ожидал. Низкий серый потолок и такие же унылые стены без окон и с одной единственной тяжелой, металлической дверью, вызывали резко негативное, «давящее» чувство. Пол, правда, удостоился быть покрытым невзрачной плиткой. В маленькой комнате, кроме телепорта и печальной лампочки на потолке, не было больше вообще ничего, и это пробуждало страх замкнутого пространства. У дверей, впрочем, стоял хадаганец в гражданской форме и без единой эмоции на лице, будто его вырезали из камня. — Следуйте за мной, капитан, — сухо произнес он, постучал в дверь и та сразу открылась. Мы вышли в такой же убогий, без каких-либо намеков на внешний мир, коридор, молча прошествовали мимо еще нескольких одинаковых дверей и дошли до лифта. Лифт оказался немного повеселей: обшитый панелями и с зеркалом во весь рост, он хорошо освещался ярким светильником. Я обратил внимание, что кнопки этажей отсутствовали. Мы просто вошли внутрь, двери за нами закрылись, и лифт быстро стартанул вверх сам по себе. И ехали мы гораздо дольше, чем я мог ожидать. На какую же высоту мы поднимаемся? — Мы когда-нибудь приедем? — не выдержал я. — Приедем, — лаконично пообещал хадаганец и снова замолчал. Когда лифт наконец остановился и двери открылись, вышел я один. Обстановка была мне знакома, но настолько неожиданна, что я все равно не сразу узнал, где нахожусь. Нижний этаж Ока Мира! — Ну дела! — пробормотал я сам себе, оглядываясь. С собой я нес рапорт для Яскера, но по логике вещей отчитываться должен вроде как перед Командором Хранителей, поэтому на секунду задумался, куда идти в первую очередь. Довести свою мысль до конца мне не позволила глава Комитета — Елизавета Рысина собственной персоной. — Товарищ капитан! — нараспев протянула она. — Товарищ Рысина, — не поддержав ее тон, сухо откликнулся я, но услышав громкое «КАР!» моментально растаял. У ног Рысиной стояла клетка, в которой, нахохлившись, сидела моя сорока! — Фея! — воскликнул я, отчего-то так обрадовавшись, будто нашел старого друга. — Кар! Я быстро вытащил ее из клетки, и хотя она обиженно цапнула меня за палец, прижал к себе и погладил по голове. — Интересные у вас питомцы, товарищ капитан, — усмехнулась Рысина. — Ваша сорока пыталась клюнуть меня в глаз. — Полагаю, ей это не удалось, — ответил я, придав своему голосу как можно больше разочарования и бросив суровый взгляд на Фею. Не могла что ли поточнее прицелиться и клюнуть наверняка? — Между прочим, это я распорядилась отловить ее и доставить в Незебград. — Надеюсь, зашифрованных посланий, угрожающих государству, Комитет в ее перьях не обнаружил. — Дерзишь, капитан. Смею предположить, что у тебя хорошие новости. Я подумал, что от новостей о «Единой рати» Рысина захочет четвертовать меня прямо в подвале Ока Мира, откуда я только что вышел, но вслух сказал другое: — У меня отчет для товарища Яскера от генерала Верховина. — Что ж… Нечасто Яскер прибегает к ментальной связи. Видимо, дело действительно важное, раз он связался со мной. Идем. Недовольный, я зашагал за ней следом по лестнице вверх, через гигантский, роскошный холл с фонтанами и еще выше, к башне Яскера. Везде ярко горели люстры, стоял ровный гул множества разговоров, хадаганцы, орки, прайдены и Зэм деловито сновали туда-сюда, расхаживала, либо неподвижно несла дозор охрана, было тепло, светло и уютно. И этот невероятный контраст с тем, к чему я уже успел привыкнуть на умирающем куске земли, затерянном в астрале и населенном демонами, вводил в ступор. Око Мира вдруг стало казаться каким-то нереальным. Круглый зал перед кабинетом Яскера, украшенный барельефами, по-прежнему хранили неподвижные Ястребы. Рысина, немного притормозив у громоздких резных дверей, все же вошла без стука, и я решил, что ментальный разговор между ней и Яскером продолжается. — Полетай пока, — сказал я Фее, выпуская ее из рук, и вошел следом. Яскера мы застали сидевшим за своим столом и читающим какие-то бумаги. — Я послал лучших из лучших на Язес, чтобы они вырвали победу над демонами из рук Лиги! И что же в результате?! Братание! Совместная операция! «Единая рать»! — сказал он вместо приветствия, затем поднял голову и посмотрел на ошарашенного меня. — Ты думал, что я ничего не знаю? — Ситуация была… э-э-э… почти критическая. — Не старайся подобрать правильные слова, ты явно не оратор, — отрезал Яскер. — Ладно… Что сделано, то сделано. И если отбросить в сторону все возмутительные детали, результаты операции можно признать удовлетворительными. Возможно, это тот самый случай, когда инициатива не должна быть наказуема. Растерявшись от такой осведомленности, я даже забыл про рапорт, который все еще держал в руках. Хотя нужен ли он Яскеру? Похоже, что его содержание секретом не является. Впрочем, Яскер все же изволил с ним ознакомиться, протянув в мою сторону ладонь. Я подошел к нему, передал рапорт и отступил назад. — Товарищ Рысина, распорядитесь, чтобы отдел пропаганды представил эти события в нужном свете. Наши граждане должны думать, что роль Империи была руководящей! — сказал он, открывая отчет. Тратить много времени на ознакомление он не стал. У меня появилось чувство, что Яскер буквально вобрал в себя всю информацию одним взглядом, на который у него ушло не больше полминуты. — Итак, что мы имеем… Честно говоря, немного. Ключ демонопоклонника, который открывает доступ в город Демонов, не работает. Что там тебе сказали? Не достоин войти? — Да. Нужно было доказать свою верность. — Хм… Вероятно, речь идет о «пути адепта», — проговорил Яскер и повернулся к Рысиной. — У нас есть хоть какие-то зацепки? — Демонопоклонники надежно охраняют свои секреты, — медленно протянула она. — Фанатики готовы умереть за свою идею… — А мы даже не знаем, что это за идея! — Должна признать, мы не уделяли демонопоклонникам много внимания. После закрытия Портала Джунов было решено, что демоническая угроза ликвидирована… В нашем распоряжении есть несколько документов, в которых суммированы знания о демонах и их сторонниках. «История демонического нашествия», «Докладная записка Комитета об истоках демонической секты» и самый ценный документ — несколько страниц из «Теономикона», священной книги демонопоклонников. Мне нужно более подробно все проанализировать. — Хорошо. Жду результата, — Яскер протянул Рысиной рапорт генерала и добавил: — Пусть Штурм тоже ознакомится. Рысина кивнула и сразу вышла из кабинета, прихватив документы. Когда за ней закрылась дверь, Яскер снова перевел взгляд на меня. — Ну как там, на Язесе? — неопределенно спросил он. — Темно. Ветрено. Полно демонов. — Исчерпывающе. А как тебе союз с Лигой? Опять этот каверзный вопрос! Ну не знаю я, как к этому относиться! Я замялся, пытаясь придумать нейтральный ответ, но Яскер не стал его дожидаться, махнув рукой. — Ладно. Останешься пока в Оке, ты нам еще нужен. С тобой свяжутся. Пока — свободен. Козырнув, я быстро покинул кабинет, пока Яскер не передумал. Недолго пожить в Оке Мира мне уже доводилось — когда я, едва закончив обучение в ИВО, приволок сюда голову лигийского адмирала с острова Дозорный. Как же давно это было! В этот раз гулять по Оку совсем не хотелось. Хотелось есть и спать. Фея полностью поддержала этот нехитрый план, который мы и осуществили — сначала в буфете на первом этаже, а потом в выделенной мне комнате с лучшим достижением цивилизации — мягкой кроватью. Проспал я целый день и целую ночь. А утро стало едва ли не самым запоминающимся в моей жизни. Я проснулся знаменитым! Нет, определенная известность у меня уже и так была, еще с тех самых пор, как я только попал на Игш. Тогда Комитет раструбил о моих подвигах в астральной битве с лигийцами в надежде, что на меня выйдут те, кто был причастен к организации того нападения. На этот раз меня, по всей видимости, окончательно решили сделать звездой Империи. Нездоровое внимание к своей персоне я почувствовал сразу, как только вышел из комнаты с целью позавтракать. А когда спустился в буфет, сорвал бурные аплодисменты. Желание малодушно сбежать подавил в зародыше и смело направился к буфету, где передо мной расступилась очередь. — Капитан, можно автограф? — смущенно попросила буфетчица — девушка с пронзительно синими глазами, способными заставить дрогнуть кого угодно. — Мой? — на всякий случай уточнил я. — А вы меня ни с кем не путаете? — Что вы! Ваша фотография во всех газетах! Она достала утренний номер «Незебградской Правды», где красовалось мое лицо — весьма глуповатое, запечатленное еще в ИВО. — Можно мне почитать? Верну с автографом, — пообещал я, и девушка, расплывшись в улыбке, кивнула. Кто-то в очереди присоединился к просьбе дать автограф, но я сделал вид, что не услышал, и убрался с газетой и подносом в самый дальний угол, спрятавшись за кадкой с буйно растущим цветком. Итак, что имперская пропаганда выдала на этот раз? Я развернул газету и принялся читать о себе любимом. В целом, какого-то прям откровенного вранья не было. Скорее, сильное преувеличение со смещением акцентов: животрепещущее описание тягот службы в горячих точках Сарнаута, начиная со Святой Земли и вплоть до истории об осколке Язеса, так искусно крутящейся вокруг моего имени, будто я там в одиночку держал оборону все это время. Перечисление моих совершенно душераздирающих подвигов заканчивалось заметкой о том, что не далее, как сегодня вечером, я собираюсь обратиться к гостям и жителям столицы с речью в Парке Победы. На этом моменте я подавился омлетом и кто-то заботливо похлопал меня по спине. — Осторожней, товарищ Санников, после всех тех эпитетов, которыми вас наградила пресса, умереть в буфете за завтраком будет с вашей стороны просто неприлично! — Доброе утро, товарищ Рысина, — прохрипел я и запил кашель чаем. — Вижу, вы уже ознакомились со статьей и понимаете план действий. — Вообще-то — не очень. — Пора приступить к оперативной работе, капитан! Щупальца демонопоклонников можно найти везде, даже в Незебграде. Нам удалось выйти на их след, и мы даже захватили одного из них. Он содержится в… месте, о котором тебе лучше не знать, скованный магическим полем, которое не позволяет ему покончить с собой. Однако применяемые нами методы дознания пока не дали ощутимого результата — он посвященный первого круга и знает немного. Но кое-что интересное выяснить удалось. У демонопоклонников есть список их главных врагов, подлежащих ликвидации. Список немаленький, в нем, кстати, есть и твое имя, что весьма любопытно. Не любят тебя демоны! — Наши чувства взаимны. — Ты все еще не знаешь, почему они проявляют к тебе интерес? — Завидуют? Про них в прессе так красиво не пишут… — Ладно, идем дальше. Факт нахождения твоего имени в списке и станет основой операции. В назначенное время ты отправишься в Парк Победы, к монументу Незеба, и толкнешь речь. — К такому нас в ИВО не готовили! — Чтобы жители и гости столицы не разочаровались в умственных способностях героя Империи, речь мы тебе написали. Вот она. Я развернул полученный листок бумаги и пробежался по нему глазами. — «…потому что нет высшей доблести, чем отдать Искру во имя святых идеалов нашей Великой Родины и осветить ее путь в столь темные времена». Вы издеваетесь? — А ты разве не готов осветить путь Родине в столь темные времена? — Всегда готов. — Тогда постарайся сегодня вечером прочитать текст без запинки и с выражением. А мы, используя все возможные каналы, донесем до каждого, что Имперец-Который-Выжил вернулся в Незебград и собирается выступить у Мемориала Незеба. Есть шанс, что демонопоклонники решат воспользоваться этим и попытаются устранить тебя. Не волнуйся, твою спину прикроют наши лучшие агенты. Возможно нам удастся захватить высокопоставленного демонопоклонника, который может знать больше, чем та пешка, что уже захвачена нами. До указанного времени я предпочел не выходить из выделенной мне комнаты, потому что всюду привлекал внимание. Про неработающие порталы я благополучно забыл, но за мной заранее пришла очень вежливая девушка с цепким взглядом. До Парка Победы прогулялся пешком, благо, он располагался всего в паре кварталов, а день выдался очень удачным. По пути я старательно отворачивал лицо и опускал взгляд, но когда прибыл на место, этот трюк перестал срабатывать. Слишком много было праздношатающихся зевак, занятых разглядыванием прохожих, так что меня быстро раскусили, окружили и одарили заботой. Парк, радующий глаз сочной зеленью и цветущими клумбами, оказался заполненным отдыхающими горожанами под завязку по причине выходного дня, и возле меня вскоре образовалось небольшое столпотворение. — Расскажите о своих подвигах, капитан! — Э-э-э… — Как вы находите в себе столько храбрости? — М-м-м… — Подпишите открытку? — Конечно! Подписывать открытки мне понравилось, потому что это избавляло от необходимости отвечать на посыпавшиеся вопросы. Ей-богу, лучше оказаться в окружении врагов, там я чувствую себя гораздо увереннее! Правда, если верить Рысиной, на меня могли в любой момент напасть. Снова по милости Комитета я выступаю в роли живца, и пусть в первый раз этот план не сработал, сейчас все могло пойти по-другому… Глава 34 Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 34. Город Демонов — Товарищ Санников, поздравляю с успешным завершением операции в Парке Победы! Я подозрительно смерил взглядом неизвестного мне человека в гражданском, с которым столкнулся у самых дверей кабинета Елизаветы Рысиной. — Простите, я вас не понимаю. — Правильно, конспирация превыше всего! Всего доброго! С этими словами незнакомец удалился, и я, пожав плечами, вошел внутрь. Ожидая увидеть что-то похожее на вотчину Яскера, я был несколько удивлен полному отсутствию помпезности. Простой стол, стулья с неудобными, жесткими спинками, стеллажи с бесчисленным количеством папок, за каждую из которых, полагаю, Лига отдала бы пару небольших аллодов, простые, без изысков лампы и, как апофеоз аскетизма, отсутствие окон, хотя для такого большого помещения это не было так уж критично. Традиционный портрет Яскера и алый флаг Империи едва ли разбавляли столь строгую обстановку. Увиденное, вероятно, должно было уверить меня в образе Елизаветы Рысиной: карьеристки, фанатично преданной своему делу и живущей только во имя него. Однако, вопреки всему, я почему-то подумал, что ее личность вовсе не характеризуется рядами невзрачных стеллажей, серыми папками и скучным столом. Рысина — вещь в себе. Специфический род деятельности не позволяет ей допустить, чтобы хоть что-то вокруг отражало ее истинное «Я». — У нас прекрасные новости! — сообщила она, кивком головы указав мне на стул. — Да? — искренне удивился я. Вчерашнее мероприятие, как мне казалось, не привело ни к каким результатам. Взобравшись на постамент у Мемориала Незеба, поднимающего к небу каменный посох, за оригиналом которого нам пришлось в свое время побегать, я зачитал послание имперцам во славу государства, заслужил свою долю оваций, еще раздал немного автографов и… все. Провожаемый благодарностями и пожеланиями удачи, я откланялся и вернулся в Око Мира, где пробыл до сегодняшнего дня, уверенный, что меня заставят «прогуляться» где-нибудь еще, активно привлекая к себе внимание. Покушения на меня не случилось, а значит Комитет либо будет продолжать гнуть свою линию, либо признает, что план провалился. Но все оказалось совсем не так. — Мы задержали демонопоклонника! — торжественно поведала Рысина. — Я ничего не видел… — А ты и не должен был что-то увидеть. Профессионалы сработали как надо и вовремя вычислили и скрутили нашего противника. Блестящая операция! И мы серьезно продвинулись. Личность этого фанатика установить удалось очень быстро. Мы провели обыск у него дома и обнаружили целый экземпляр «Теономикона»! Эта книга — прорыв в деле познания секты демонопоклонников. — И что в ней? — спросил я, ожидая услышать самые невероятные вещи… ну или бред сумасшедшего. Ну, а что еще может заставить поклоняться демонам, пытающимся уничтожить мир? — Это не просто книга. Начало такое же, как и на добытых нами страницах: бла-бла-бла про демонопоклонников, демонов и их великую миссию. А дальше… Это больше похоже на дневник. Думаю, у каждого демонопоклонника свой «Теономикон», большую часть которого занимают приказы и отчеты… Вот почему их уничтожают первым делом! В добытом экземпляре некий «Хозяин», про которого мы уже слышали, приказывает разобраться с Тэпом. — Значит, теперь точно можно сказать, что за всем этим стоит все же не Тэп, — проговорил я, не уверенный, стало мне легче от этой информации или нет. — Мы склонны считать, что «Хозяин» — это Гурлухсор, хотя я не представляю, как он воскресает… Тэп, в свою очередь, это неизвестная «Хозяину» сила, которая может стать ему или помехой, или союзником… — Лучше бы конечно помехой. Может, они перебьют друг друга? — Я бы не стала слишком надеяться на такой радостный исход. Продолжим. «Хозяин» требует собрать как можно больше сведений о Тэпе. Выполнив это поручение, демонопоклонник может стать посвященным седьмого круга! Вероятно, мое лицо приобрело туповатое выражение, потому что Рысина пояснила: — Он может, например, получить доступ в город Демонов — что для нас сейчас наиболее важно. План действий мы уже составили. Комитет накопил достаточно сведений о Тэпе, и хотя за потерю этих сверхсекретных документов я готова сама себя поставить к стенке… мы передадим их «Хозяину». — Каким образом? — В «Теономиконе» пойманного демонопоклонника имеются четкие инструкции, как выйти с демонами на связь. И эта важная миссия ляжет на твои плечи. Рысина замолчала, глядя на меня в упор и как будто ожидая от меня каких-то слов. Но я молчал. На мои, так на мои. — Не хочешь спросить, почему я доверяю это тебе, а не профессиональному разведчику, умеющему работать в стане врага? Спрашивай, не стесняйся, ответ польстит твоему самомнению. — Приказ товарища Яскера, — спокойно пожал плечами я, не увидев в этом ничего удивительного. В первый раз что ли? — Нет, на это раз мой выбор, — серьезно ответила Рысина. — Ты думаешь, мы не пытались внедрить своих агентов в эту демоническую секту? — М-м-м… — промычал я, в самом деле не задумывавшийся над этим раньше. — Надеть на разведчика их дурацкий балахон и заставить молиться на демонов — это еще далеко не все. Скрыть лицо перед демонами можно, но мысли… Всех наших агентов раскусили сразу же. К сожалению, их постигла безвозвратная смерть. — Надеюсь, мое преимущество не заключается в том, что меня просто не жалко, — пошутил я, но Рысина пропустила эти слова мимо ушей. — Они приняли тебя за своего, когда ты попытался пройти в город Демонов. — Это могло быть случайностью. — Нет, это не было случайностью. Не хочу отпускать тебе комплименты, ты и так о себе слишком высокого мнения, но все же… твоя сопротивляемость магии разума достигла феноменальных высот, — проговорила она. — Причем в относительно короткие сроки. А ты даже не маг! Это… хм… удивительно. Рысина снова замолчала. А я вдруг вспомнил нашу первую встречу и слова, которые она мне тогда сказала. На тот момент она оценила меня не слишком высоко: «Как по мне, так ты просто еще один новобранец. Способный, но слишком бестолковый, чтобы делать на тебя ставку». Сейчас ее взгляд стал другим, и я подумал, что сумел немного подрасти в глазах главы всемогущего Комитета. — Я продержался дольше, чем вы рассчитывали? — Гораздо дольше, Санников, гораздо дольше. — Значит, Яскер и правда никогда не ошибается. Это замечание вызвало у нее усмешку. — Хорошая у тебя память. — Не жалуюсь, — скромно ответил я. Мы обменялись взглядами, и наша взаимное недовольство друг другом — нет, не исчезло, конечно, но чуть-чуть подтаяло. На самую малость. — Ладно, к делу, — вернула себе серьезный тон Рысина. — Тебе предстоит вернуться на осколок Язеса. На астральном берегу ты взрежешь ритуальным ножом демонопоклонников себе руки и принесешь кровь в дар астралу. Это не я придумала, я просто пересказываю тебе ритуал. Появится демон. Отдай ему документы. Взамен попроси… хм… Я слабо себе представляю, как общаться с демонами. У нас пока это не получалось. Так что действуй по обстановке. Лучше всего молчи и смиренно склоняй голову, и постарайся не раскидываться громкими мыслями! Защищай свой разум! Главное — получить возможность попасть в город Демонов. Это наша основная задача. Информация о Тэпе, которую я получил для передачи «Хозяину», находилась в объемном конверте, запечатанном магией. Я вопросительно взглянул на Рысину. Раз уж секретные сведения уйдут куда-то на сторону, то может и мне можно на них взглянуть? В конце концов о воскрешении Тэпа мне и так уже известно! — Это кое-что из его научных трудов по некромантии, тебе не будет интересно, — отмахнулась Рысина. — Плюс, кое-какие сведения о Тэпе от наших лигийских «друзей». — А какие у них могут быть сведения? — удивился я. — На лигийских землях хватает останков цивилизации Зэм. К тому же Тэп успел наследить даже в Сиверии, там частично сохранилась одна из его Пирамид. — Сиверия — это какой-то лигийский аллод? — Это северная часть Кватоха — столичного аллода Лиги. И пусть до самой столицы там все-таки далековато, аллод очень большой, но сам факт! — Значит, Лига уже знает о воскрешении Тэпа? — Боюсь, что да. Не вся, конечно, но в узких кругах об этом известно. Но ты не забивай пока себе этим голову, сейчас не Тэп наш главный враг. Я ее точку зрения не разделил. Тэп когда-то уничтожил весь свой народ, и мне не хотелось, чтобы имперцы повторили эту участь, если этот «Хозяин», кем бы он ни был, пойдет по тем же стопам. С Командором Бешеных я так и не увиделся. Как мне сказали, у него и без меня забот хватает! Кажется, его даже не было на Игше во время моего пребывания в столице, и я подумал, что он все еще где-то на Яхче. Обратно на осколок Язеса я отбыл тем же вечером, снова спустившись в унылую серость подвалов Ока Мира и немножко завидуя Фее, отправленной в свободный полет над Незебградом. Из фиолетового шара меня выпустили в этот раз гораздо быстрее, или мне так показалось, потому что я знал, чего ожидать. Язес встретил тоскливым завыванием ветра, черным небом и всеобщей усталостью от этого места, способного психологически вымотать даже самых стойких. Генерал Верховин уже был в курсе разработанного в Незебграде плана, правда посвящать в него всех подряд строго запрещалось из соображений моей безопасности. Предательства никто не боялся, а вот ментальные способности демонов представляли реальную угрозу. — Будет лучше, если никто пока не будет знать, что ты здесь. — Заклинатели видели мое возвращение… — Они будут помалкивать. Операцию начнем сразу же, как только ты будешь готов. — Я готов! Верховин посмотрел на меня так, будто я уже лежал на смертном одре. — Никита, — произнес он, перестав расхаживать по палатке. — Ты пойдешь один, без охраны, без поддержки, без прикрытия — все это может тебя выдать. — Я понимаю, — кивнул я, немного удивленный, что генерал обратился ко мне по имени. Кажется он думал, что я не до конца осознаю все риски. Но я все прекрасно понимал: если демоны узнают меня, то мне конец! Причем надеяться, что меня возьмут в плен и какое-то время я еще проживу с верой в свое спасение, весьма наивно. Чем-то я сильно умудрился не угодить демонам. И теперь вся моя защита — это балахон демонопоклонников, скрывающий лицо, и собственный разум, мало поддающийся магии астрала. — Незачем откладывать. Нужно поскорее покончить со всем этим! — пылко произнес я, изо всех сил отгоняя от себя мрачные мысли. Одеяние демонопоклонников мне подобрали легко, благо, этого добра хватало. Без формы было не по себе, но по крайней мере армейский медальон со мной останется. За территорию меня и моего дрейка вывели быстро и без шума, хотя, возможно, дозорные и удивились, что за демонопоклонника выпроваживают восвояси. Но никакие вопросы не прозвучали. Какое-то время я еще двигался в компании разведчиков, но вскоре им пришлось со мной проститься, и я остался один. Дрейка тоже не взял с собой дальше, он был слишком заметными и агрессивным. Откровенно говоря, быть храбрым, сидя в палатке, в окружении Хранителей, проще. Теперь, когда я шел на встречу с врагом, рассчитывая только на одного себя, мне приходилось собирать всю волю в кулак. Чего уж там — плестись пешком к астральному берегу, путаясь в балахоне демонопоклонника и сжимая ритуальный нож, было и страшно, и противно. Своих друзей я так и не увидел, и дурацкие мысли, что нужно было попрощаться, лезли сами собой. Я не боялся наткнуться на Хранителей, их здесь сейчас быть не должно — Верховин позаботился о том, чтобы меня не убили свои. А вот шансы встретиться с Лигой сохранялись, хотя я находился на восточной части аллода и формально это была наша территория. Ну и кроме того, вдруг демонопоклонники или демоны меня раскусят? Несколько раз мне казалось, что рядом со мной кто-то есть, но я, тем не менее, так никого и не встретил. Край аллода выскочил передо мной несколько быстрее, чем ожидалось. До нужного места было далеко, и я морально готовил себя к долгой и тяжелой прогулке, но дорога пролетела незаметно. Берег оказался пустынным, хотя я думал, что он будет кишеть демонами. Я бы предпочел проверить хотя бы на мелких астральных бесах, будут ли они на меня нападать, прежде чем призывать с помощью ритуала кого-то покрупнее. Что ж, зато у меня есть время, чтобы собраться с духом. Я глубоко вздохнул, прикрыв глаза и стараясь очистить свой разум, что было очень непросто. Мысли метались, волнение билось учащенным пульсом. Надо просто отдать ему конверт и будь, что будет! Порезать самому себе руку оказалось сложнее, чем я мог подумать. Вроде и не сказать, что так уж больно, но как-то противоестественно что ли. То, что кровь привлекает демонов, для меня секретом не являлось, но все же было интересно, как быстро они появятся. Здесь, в астрале, их, должно быть, полно… А вдруг прилетит целая свора? А вдруг они узнают меня даже не видя лица? Подставив кровоточащую ладонь ветру, я заозирался. Демон все же был один, но появился он довольно быстро. Никогда еще моя выдержка не подвергалась таким испытаниям! Огромное чудовище глядело на меня фиолетовыми глазами, быстро приближаясь, а я старался заставить себя не паниковать, не хвататься за оружие и ничем не выдать страха. Вместе этого я, одеревеневшими руками, неуклюже достал толстый конверт, склонив голову и опустив взгляд, чтобы не смотреть на демона. Так контролировать себя было чуточку проще. Неудивительно, что всех наших разведчиков раскусили. Как тут можно сохранять спокойствие? Уже почти не веря, что план сработает, я почувствовал, как демон забрал из моих рук конверт. Он молчал. Либо я его просто не слышал. Постояв с опущенной головой несколько секунд, я все же поднял взгляд. Демон уже не смотрел на меня. Более того, он отдалялся, пока не исчез в астрале! И это все?! Я подошел к краю земли и сел, бесстрашно заглядывая в бездну. Черные тучи продолжали крутиться, сверкали молнии, снизу закручивалась спиралью жуткая воронка. Но сил бояться не осталось. Перегорел. В бессмысленном оцепенении я торчал у обрыва, не представляя, что делать дальше. Кажется, я просидел так пару часов, когда из этого состояния меня вывели приближающиеся фигуры в балахонах. Я встрепенулся и вскочил на ноги. — Слава Хозяину, да ниспошлет он нам свою милость! Я окинул взглядом троих демонопоклонников и поспешил блаженно склонить голову. Что они отвечают на такое приветствие? Может, нужно произнести какую-то общепринятую у них фразу? Чтобы не сказать лишнего, я предпочел молчать — пусть лучше сочтут меня потерявшим дар речи в фанатичном экстазе. — Пойдем с нами, — добавил тот же демонопоклонник. — Куда? — не выдержав, ляпнул я и прикусил язык. — Мы укажем тебе правильный путь! Все трое развернулись и зашагали в ту же сторону, откуда пришли. Я последовал за ними, чувствуя, как пульс снова разгоняется. Они не спрашивают моего имени. Может, они вообще не имеют имен? Как же они тогда общаются друг с другом? Хотя я, наверное, в их иерархии слишком мелкая сошка, чтобы интересоваться моим именем. На языке вертелось много вопросов, другого случая задать их может и не представится, но я продолжал молчать, боясь рассекретить себя раньше времени. Шли мы очень долго. Демонопоклонники тоже не переговаривались между собой, пока в конце концов один из них не спросил: — Откуда у брата сведения о древнем некроманте? Хоть я и сообразил, что братом он называл меня, но на секунду растерялся. Слишком долго мы вчетвером шли, не проронив ни слова. — Имперский офицер, у которого я их отобрал, уже не воскреснет. Демонопоклонник удовлетворился ответом и снова замолчал. — Хозяин мной доволен? — рискнул заговорить я. Никто ничего не ответил и дальше я продолжать не стал. По ощущениям, мы уже находились где-то на лигийской стороне. Я старался запоминать дорогу, но мы продвигались по скрытым тропинкам в узких расщелинах, где хоть и не сбивал с ног ветер, зато ориентироваться было очень трудно. Магическая стена перед нами выросла внезапно — ее не было видно до того момента, пока мы не приблизились к ней почти вплотную. Поверхность все так же походила на искрящуюся водную рябь, но разглядеть, что за ней, все еще не представлялось возможным. — Теперь ты стал еще на один шаг ближе к Хозяину! Ты можешь войти, — торжественно произнес демонопоклонник и протянул мне магический ключ. — Не забудь, что каждый из нас должен капнуть в огненную чашу каплю своей крови. И помни — только избранные прикоснутся к истине! Я взял ключ с совершенно искренним придыханием. Поскольку демонопоклонники продолжали взирать на меня, мне ничего не оставалось, как повернуться к стене, поглубже вдохнуть и сделать шаг вперед. Мои спутники при этом остались снаружи. Честно говоря, хотелось выскочить обратно и, подпрыгивая и улюлюкая, нестись в имперский лагерь с хорошими новостями. Но на всякий случай я решил немного выждать, чтобы столь скорое покидание священного места, куда, должно быть, стремятся попасть все демонопоклонники, не вызвало подозрений. Искать какую-то там чашу, ни чтобы капать туда кровью, ни чтобы плюнуть, я не собирался, но можно немного оглядеться. В общем-то, картина вокруг не слишком изменилась по сравнению с той, что осталась по другую сторону стены. Та же мертвая земля, то же черное небо, те же хадаганские развалины, которые, впрочем, сохранились здесь чуточку лучше. У магической стены стояли, как изваяния, демонопоклонники, и я, пытаясь не привлекать к себе излишнего внимания, осторожно двинулся вперед. Интересно, чего сейчас от меня ждут? Я должен разыскать какое-то руководство, получить приказы? Или это что-то вроде церкви, куда ходят просто причаститься? И куда тут вообще идти? Склонив голову и сцепив руки на животе, я степенно шел мимо таких же «балахонов с капюшонами», подавляя желание вертеть головой на триста шестьдесят градусов. Демонопоклонников было много, но из-за того, что я не видел их лиц, они казались единой серой массой. Разговаривали они мало, да и то — так тихо, что чтобы услышать их, мне бы пришлось подойти вплотную. Через пару минут я определился, что не рассыпавшихся строений здесь все же куда больше. Можно было даже увидеть почти целые залы с высокими арками, хоть и потемневшими от времени, но все еще красивыми барельефами на стенах и широкими лестницами, не растерявшими былую торжественность. Но самое главное, что я увидел верхушку башни, вероятно — это тот самый Рахл-Язес, бывший когда-то вотчиной Гурлухсора и, быть может, являющийся ею и сейчас. Чтобы разглядеть ее получше, я стал подниматься по ступеням, похожим на парадный вход, ныне, правда, ведущий в никуда, и там наткнулся на двух существ, похожих на троллей, но значительно превышающих размерами всех тех, что я видел до этого. Они тупо лыбились, когда демонопоклонники шарахались от них подальше, и размахивали топорами. Я усомнился, что их возьмет магия, да и проткнуть мечом будет наверняка непросто! Эти два стража у самого входа могут здорово усложнить задачу штурмовикам, особенно, если их окажется не очень много. Уж лучше бы это были демоны! Сделав это неприятное открытие, я предпочел свернуть в сторону. Снова показались широкие лестницы, потянулись бесконечные коридоры. Настоящий лабиринт! Навстречу попадались демонопоклонники, не обращавшие на меня внимания, и даже демоны — их я опасался куда больше, полагая, что они способны если не распознать во мне врага, то как минимум заподозрить. Впрочем, маги разума тоже представляли серьезную опасность. Даже если они не смогут пролезть в мой мозг и увидеть, как я их всех ненавижу, сама по себе такая «закрытость» меня уже выдает. Но пока что мне везло. Петляя по коридорам, я пытался снова выйти к башне, и забрел в место, подозрительно напоминавшее казармы. Демонопоклонников здесь было много, но объединившись с Лигой, нам бы удалось с ними справиться… Если бы не демоны. Прекрасно чувствующие себя вдали от астрала демоны! Я пытался прикинуть их количество и сопоставить с силами Хранителей и витязей, присутствующих на Язесе. По всему выходило, что мы в проигрыше. Вот если бы наш флот сумел пробиться сюда через астральный шторм… В тесноте затеряться было проще, но инстинкт самосохранения все равно гнал меня от этих «казарм». При этом мне пришлось совсем отдалиться от башни и я потерял из вида ее верхушку. На пути был демон, отличающийся от остальных, и я предпочел не приближаться к нему, свернув в другую сторону: вокруг него копошились демоны помельче, а демонопоклонники держались на почтительном расстоянии, и называли они его не сулящим ничего хорошего именем — «Жор». Мне показалось, что я почувствовал на своей спине его взгляд, и поспешил скрыться. Теперь я заблудился окончательно. Поискав глазами хоть какие-нибудь ориентиры, заметил лишь эльфийку, зацепившую мой взгляд отсутствием балахона, в который были одеты все вокруг. Она очень выделялась своим ярким бордовым нарядом со множеством украшений и вероятно являлась кем-то большим, чем рядовой фанатик. Я, соблюдая дистанцию, пошел за ней, и вскоре увидел еще троих эльфов, один из которых был мне знаком. Этот надменный голос, высокомерный взгляд, гордую осанку не узнать невозможно! Наверное, если б кто-то взглянул на меня в этот момент, то обязательно бы что-то заподозрил: я стоял, как вкопанный, уставившись на Арманда ди Дусера, которому сам лично, своими руками отрубил голову на Авилоне, во дворце Галеон! Но эльфы были поглощены своим разговором и меня не замечали. — Как точно сказано, сир! Вы как будто сняли эту реплику с моего языка. Во время минувшей трапезы, когда мы дегустировали урожай с Умойра… — Ах, прекрасный был букет! Этот незабываемый запах лесной хвои, это чуть терпкое послевкусие… — Да уж, не сравниться с орочьей бурдой с Изуна. Фу, мерзость! — Ничего вы не понимаете! В орочьей крови есть особая сила! Да, она излишне крепка. Да, в нос шибает запах немытой кожи. Но каков эффект! — Ха! Я помню тот бред, что ты несла про слияние мужественности и женственности. Давно я так не смеялся. — Да уж, сир! Но больше всего мне запомнилось, что случилось после нашей трапезы… — Да, это было… необычно… Как долго я такого не испытывала… — А помните… помните, что вытворяла троица гибберлингов?! Вот умора! Ха-ха! Ну, дорогая? И как вяжется то, что мы видели, с твоей теорией про слияние мужественности и женственности? — Прекрасно вяжется! И доказательство тому — то благородное безумие, что охватило нас после иссушения этих малышей. Я чувствовала себя свободной. Свободной от всего! Так-то. — Неправильный ответ, дорогая. Я давно подозревал, что твои вкусовые пристрастия несколько примитивны… Я слабо понимал, о чем они говорят, но почему-то тошнота подкатила к горлу и мне захотелось заткнуть руками свои уши. А еще нос. Кровь — вот чем здесь пахло! Тяжелый, металлический запах боли и смерти. Развернувшись, я поплелся обратно, уже не надеясь самостоятельно добраться хотя бы до выхода, а не то, что до башни. Но она вдруг выросла прямо передо мной, когда я уже и не ждал! Удивительно, почему ее так плохо видно с расстояния и совсем не видно за пределами города Демонов, потому что сейчас, когда я стоял у ее подножия, мне казалось, что высокий шпиль упирается в самый астрал. Башню охраняли демоны, а вход перегораживала такая же магическая завеса. На мое приближение демоны никак не отреагировали и я было приободрился, но когда попытался войти внутрь, сжимая выданный мне ключ, невидимая сила оттолкнула меня назад. — Ты недостоин войти! После прозвучавших слов демоны посмотрели на меня очень недобро, и я, изображая смирение, быстро ретировался. Второй неожиданностью стало то, что с этого места — у башни, находящейся на возвышенности — относительно неплохо была видна прилегающая территория! Я даже сумел примерно определить, где уже побывал и как теперь выбраться. Оглядевшись и стараясь вобрать в себя как можно больше деталей, я заторопился наружу. Хватит испытывать судьбу! Я уже достаточно здесь увидел. Чтобы добраться до выхода мне, правда, пришлось еще попетлять, не столько из-за извилистого пути, а сколько из-за того, что я старательно обходил большие скопления демонов и демонопоклонников, но когда вышел, наконец, за магическую завесу, сорвал с головы капюшон и вдохнул полной грудью, никогда еще так не радуясь колючему ветру, царапающему лицо. Снаружи никого не оказалось, ну или я просто никого не увидел. Какое-то время мне пришлось потратить на то, чтобы сообразить, с какой стороны города Демонов я нахожусь и как теперь добраться до своего дрейка. Но и с этой задачей я справился. Впрочем, первым я увидел вовсе не Старика, а наших разведчиков, уже обшаривших в поисках меня весь берег. И как только я их заметил, на меня в полной мере снизошло понимание, как, в сущности, мне повезло во-первых выбраться живым, во-вторых, узнать столько всего! И главное — достать ключ города Демонов! Это ли не главная удача? Быть может, нам удастся теперь разворошить логово демонов и предотвратить нечто страшное! Наверное, именно в этом и состояла моя исключительная роль — оказаться в нужном месте в нужное время. Окрыленный, я мчался в имперский лагерь, чувствуя, что у меня открылось второе дыхание. В лагере за эти часы изменилось многое. Хранителей стало ощутимо больше, к примелькавшимся уже лицам добавились новые, и я рефлекторно задрал голову в поисках Имперских кораблей, которые, вероятно, сумели пробиться к Язесу. Но грозовое небо не озаряли всполохи вырывающейся из сопел маны. Что-то внутри меня екнуло и я как-то нехотя, с опаской, повернулся к демоническому порталу — фиолетовый шар никуда не делся, но выглядел как перегоревшая лампа: тусклым и безжизненным, и возле него уже не дежурили заклинатели. — Ник, когда ты вернулся?! — я обернулся на Мишин голос и увидел, что он, вполне здоровый, направляется ко мне вместе с остальными. — Ты поправился… — рассеянно произнес я, пытаясь справиться с потрясением при виде мертвого портала. — Ник?! — Я прибыл сегодня… Что тут происходит, откуда столько Хранителей? Наши корабли… — Нет, — перебил Орел, выглядевший непривычно собранным и хмурым. — Командование телепортировало сюда столько военных, на сколько хватило ключа, пока магия в нем не закончилась. А потом заклинатели запечатали портал, он все равно теперь для нас бесполезен. Мысль забуксовала и мне пришлось прилагать усилия, чтобы протолкнуть ее на следующую ступень и прийти к логическому выводу: назад мы вернуться не можем. Значит ли это, что Язес станет нашей коллективной могилой, или все же у Империи есть запасной план? — Капитан! Незнакомый Хранитель махал мне рукой, призывая в командирскую палатку. Хоть лица я не скрывал, но на мне все еще был сектантский балахон, так что косые взгляды летели со всех сторон. Я вошел в палатку и застал офицерское собрание в самом разгаре. Обстановка была напряженная, в воздухе разве что черные тучи не образовывались сами собой. В ответ на мое вопросительное лицо генерал сказал: — Садись, капитан. Повторяться сейчас не буду, все детали потом. Мы наступаем. Я опустился на свободное место и бросил взгляд на развернутую перед всеми карту, уже украсившуюся различными метками: стрелками и крестиками. — Западная часть — это забота Лиги. Наша — восточная. Если не удастся пробить брешь в защите и попасть внутрь города Демонов… значит мы просто сделаем все, чтобы уничтожить этот аллод. Нам должно хватить сил стереть Язес и все, что на нем есть, с лица Сарнаута, я уверен! На лицах присутствующих отображалась отчаянная решительность. На Язесе, помимо всего прочего, находились еще и мы сами, и вероятность того, что здесь мы и останемся, стала велика, как никогда. Никто не хотел проявить малодушия, никто не хотел показаться трусом. Но тяжесть от осознания скорого конца все равно давила со всех сторон, как будто в палатке вдруг стало мало места. — Я знаю, как пробить брешь. У меня есть ключ от города Демонов. Верховин уставился на меня, словно только что вспомнил, откуда я вернулся. Я протянул ему ключ, и он, после секундного раздумья, произнес: — Это упрощает дело… Так! Необходимо внести коррективы в первоначальный план. Объявляется перекур, сбор через час. И свяжитесь с Лигой, нужно сообщить им, что у нас есть изменения. Пусть немедленно кого-нибудь пришлют сюда… Офицеры потянулись на выход, а я поглядел на Верховина. Может быть он все же расскажет, что произошло за те несколько часов, пока меня не было? Генерал передал новый ключ заклинателю Зэм и кивнул мне, чтобы я остался. — Лигийцы приняли решение идти в наступление. Мы, естественно, не собираемся взирать на это со стороны… К тому же магия ключа от портала стала угасать, а наши ученые так и не смогли придумать, как подольше подержать его в рабочем состоянии. Решили выжать из него все напоследок. И вместо того, чтобы вызволить отсюда Хранителей пока не поздно, загнали новых! Этого я вслух не сказал, но про себя не мог не отметить, что Империя, когда вопрос становится ребром, не жалеет своих детей, легко превращая их в пушечное мясо. С другой стороны, все мы, связав свою жизнь с армией, знали, куда шли. — Эта астральная воронка снизу аллода не дает нам покоя. Ученые считают, что это может быть чем-то вроде червоточины… Одним словом, эта дрянь всем действует на нервы, и лигийцы пришли к выводу, что оттягивать дальше нельзя. Наше командование поддержало. Надо атаковать логово этих тварей, пока не произошло чего-нибудь непоправимого. Я подумал, что если снизу аллода есть дыра в пространстве, то наши враги теоретически смогут сбежать через нее, оставив нас умирать на Язесе. Такой расклад мне понравился еще меньше. Если уж отдавать Искру, то хотя бы с пользой для дела. — А как же корабли? — Мы потеряли еще два, — хладнокровно отрезал Верховин. — Флот давно прибыл и теперь мечется в этом секторе. Лигийцы, кстати, тоже рядом крутятся. Попробовали приблизиться, но… Он устало махнул рукой. Я помолчал несколько секунд, а потом все же решился спросить: — У нас еще есть шансы выбраться отсюда? — Один из ста. — Это уже что-то, — серьезно сказал я. — Личные телепортаторы у нас еще имеются… — Но телепортироваться некуда, Империя далеко. — Зато корабли близко! Относительно. Подтащить поближе площадку телепорта не проблема, проблема — подцепиться к ней с Язеса. Этот шторм как колпак со всех сторон, отрезает нас от внешнего мира. В этот момент в палатку вернулся заклинатель Иавер Кадифа вместе с ключом от города Демонов. — Есть две новости: хорошая и плохая, — сообщил он с порога. — Давай с плохой. — Магия артефакта сложна, принцип ее действия непонятен, и поэтому самим воссоздать нечто подобное без длительных исследований у нас не получится. — Так, а хорошая? — Есть вероятность, что мы сможем разделить этот артефакт на несколько более слабых. Буквально разбить наполняющую его магию на части! Это позволит одновременно проникнуть в город Демонов нескольким штурмовикам, но попытка будет только одна. — Это лучше, чем ничего. Попытайтесь сделать как можно больше ключей, даже если они будут одноразовыми. Терять нам особо уже нечего, — сказал Верховин заклинателю и снова повернулся ко мне. — А теперь ты рассказывай. Я так понимаю, внутрь тебе удалось уже войти. — Да. — Как далеко ты зашел? Я рассказал все, что увидел, и даже схематично, насколько запомнил, накидал карту. — …в башню я не попал. И что в этой части, тоже не знаю. Я прошелся только по левой стороне и немного по центру! Там повсюду демоны! — Это то ладно, но Арманд ди Дусер… Ты уверен, что это он? — Абсолютно! — Пусть он и Великий Маг, но его возрождение, как и возрождение Гурлухсора, весьма странно. Да уж, с этим трудно не согласится. Неужели Гурлухсор нашел способ восставать даже после необратимой смерти? Я чувствовал себя уставшим и, рассказав все, что знал, был отпущен восвояси. Хотелось есть, спать и не думать о предстоящей кампании хотя бы какое-то время. Повторное собрание офицеров я пропустил полностью, как и визит союзников, поэтому новости узнавал самым последним: мы атакуем всеми силами, какие только есть у нас и у лигийцев, с которыми мы почти сравнялись по численности с прибытием новых Хранителей. Зато у них был Великий Маг! Наше командование на такой подарок не расщедрилось, хотя, наверное, в Империи Великих Магов было не так уж и много. Нервное молчание распространилось по всему лагерю. Последние часы перед вылазкой каждый пытался найти себе какое-нибудь занятие, чтобы отвлечь плохие мысли. Все-таки спонтанный бой психологически гораздо легче, чем заранее планируемый, потому что он не дает времени обдумать свои перспективы. Предстоящая атака должна стать решающей, и ее мучительное ожидание — отдельная разновидность пытки. Даже Орел примолк и так и не смог придумать ни одной шутки. Я подумал, что он и Матрена, и Лиза с Мишей исчезнут куда-нибудь незаметно, но все они были здесь, вместе со мной и Лбом. — Все будет хорошо. Мы бывали и в худшем положении… А теперь и Лига на нашей стороне. Мы со всем справимся и вернемся домой! — попробовала подбодрить Матрена. — Угу, — промычал Лоб и на этом разговор закончился. Больше слов никто не нашел. Я хмуро полировал свой меч, уже походивший на зеркало. Время ползло очень медленно, и когда настал нужный час, я скорее испытал облегчение, пусть даже этот час означал для нас начало конца. Согласно новому плану нам предстояло организованно и максимально быстро совершить марш-бросок до города Демонов — для этого разведкой был найден и согласован наиболее удачный маршрут. Конечно, незаметно это сделать невозможно и совсем уж неожиданностью для противников наша атака не станет. Но этого и не требовалось. Куда важнее незаметно подобраться тому отряду, у которого ключи от города Демонов. Пока мы отвлекаем на себя внимание, несколько лигийцев должны установить манабомбы у магической стены, а несколько наших Хранителей проникнуть внутрь и сделать то же самое только с другой стороны, чтобы уж наверняка пробить защиту… ну, а далее — просто пытаться выжить. Проникновение чужаков за стену не останется без внимания врага, так что первопроходцам придется очень жарко. Я надеялся, что они сумеют продержаться хоть какое-то время, но все же меня не покидала мысль, что им выпала роль смертников. Трудно даже было представить, что творилось у них в голове, когда они шли на это задание. Первая фаза операции прошла успешно. Мы добрались до города Демонов, столкнувшись с сопротивлением, которое все усиливалось по мере нашего приближения. Мне было откровенно некомфортно от того, что рядом находятся лигийцы. Я уже привык воспринимать их как врага, и теперь рефлекторно старался держать их в поле зрения и не поворачиваться спиной, ожидая нападения. Но когда демонов стало столько, что я еле успевал отбиваться, то обращать внимание на сомнительных союзников времени не осталось. Какая-то тварь ухитрилась стащить меня со Старика, и я потерял из вида Лба, возле которого держался. Вспышки огненной магии Михаила могли быть ориентиром, но вскоре все заволокло дымом, и я слышал только грохот, звучавший одновременно со всех сторон. Золотого сияния магии Света тоже было не видать, так что и Матрены нет рядом. Зато, как назло, рядом были лигийцы! И у меня осталось лишь два варианта: гордо умереть окруженным демонами, или встать спина к спине с витязями и отбиться. Как бы не протестовала моя душа, но я выбрал второе. Лигийский здоровяк — такой же высокий, как я, но гораздо шире меня в плечах — оказался отличным мечником, а его задорно-боевое «Ух, мать!» всякий раз, когда отлетал очередной демон, подбадривало даже меня. Второй витязь, крепкий и коренастый, молча работал топором, раскидывая противников, как игрушки. Оба оказались ловкими, и вскоре я даже перестал бояться, что они ненароком заденут меня. Мы хорошо держали каждый свою позицию, контролируя друг друга боковым зрением, и когда все пространство вокруг сотряслось от мощного взрыва, так же втроем рванули туда. Поскольку то место, где я заходил в город Демонов, оставалось единственным, о котором мы имели хоть какое-то представление, было решено делать подрыв именно там. Обзора не хватало. Все было в дыму. Вокруг мельтешили Хранители, витязи, демоны… Но я упорно прорывался к стене, надеясь, что манабомб хватило, чтобы открыть нам проход. Когда к атаке подключились черные дрейки, пикирующие на нас сверху, стало совсем тяжко. Лучникам пришлось полностью переключиться на них, так что расчистка дороги легла на плечи мечников. В какой-то момент мне стало казаться, что я плыву против течения, которое не могу побороть. Оно сильнее меня! И только сносит меня назад. Разрывающий вены адреналин не позволял отчаянию охватить разум, и я упрямо цеплялся за фиолетовые волны, в которые превратились демоны. Все стало медленным. Звуки отдалились. Я скользнул между двух астральных тварей, наотмашь подрезав одну из них, отпрыгнул за камни, уходя с линии ответного удара, заметил рядом лигийца, отступающего под натиском трех демонов, сократил число его противников до двух и снова ринулся вперед. Да где же эта проклятая стена?! В хаосе и суматохе я мог сбиться и двигаться не туда, кипевший бой вокруг тоже не давал представления о правильном направлении… И только когда я едва не споткнулся о ступени, показавшиеся смутно знакомыми, до меня дошло. Парадная лестница! Мы были внутри. Глава 35 Просмотреть полную запись
  10. Скоро Зима

    Аллоды Онлайн, ч.64-65

    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 33. Операция «Третий портал» — Что ж, товарищи офицеры, приступим, — генерал Верховин прочистил горло и взял в руки исписанный лист бумаги. На этот раз совещание происходило более скромно: присутствовала лишь малая часть офицерского состава, насколько я понял, только та, что знала о «Единой рати». Почти все здесь оказались едва ли не вдвое меня старше, и я почувствовал себя ребенком на вечеринке у взрослых. — Самая главная новость: детекторы, которыми нас снабдили Охотники на демонов, работают! Мы уже знаем, что отряды астральных тварей выходят из-за завесы и исчезают в демоническом портале. Жаль, мы не можем выяснить, куда они направляются. Да уж, вариантов масса! Они могут телепортироваться на какие-нибудь аллоды или пытаться прорваться сюда, в наш лагерь. Возможно именно в эту секунду армада демонов буквально в нескольких метрах от нас ломится в закрытую «дверь», которую все еще держат наши маги. Я дернул плечами, чтобы избавиться от этой невеселой мысли и немного взбодриться. — Портал на территории нашего лагеря на совести наших заклинателей, второй — на совести Лиги и ее витязей. Эти порталы нам еще нужны. А третий… третий мы должны запечатать навсегда. С Лигой это решение уже согласовано. — У нас хватит на это сил? — Должно хватить, если возьмемся за дело вместе! Лигийцы готовы предоставить своих магов для операции, но демоны будут мешать, конечно же. Так что с нас охрана. Лига запечатывает — мы прикрываем. На словах это звучало просто. На деле — требовало куда большего количества Хранителей, чем мы располагали с учетом того, что не все были посвящены в тайну союза с лигийцами. Демоны и демонопоклонники не будут просто смотреть на уничтожение своего портала, и следовало ожидать массированной атаки. На очередную вылазку за пределы лагеря, на этот раз до самого сердца аллода, я собирался как в последний путь. Обстановка и так оставляла желать лучшего, а необходимость мириться с присутствием Лиги окончательно добивала. Хорошо, что это нам нужно прикрывать лигийцев, а не наоборот. Свою спину я бы им не доверил. Впрочем, я все равно морально готовил себя к какой-нибудь подставе с их стороны и из-за этого был весь на нервах. Продвигались тяжело. Чем ближе к центру острова, тем больше становилось изъеденной астралом земли и глубоких трещин, в которые мы спускались, чтобы укрыться от урагана. Вскоре обычной земли почти не осталось — вся она была синего цвета, а астральные клыки настолько примелькались, что мы уже не обращали на них внимания. Демоны пока не спешили вставать на пути двух отрядов Хранителей, но все понимали, что долго это не продлится. С лигийцами договорились встретиться задолго до подхода к порталу, и как только я их увидел, напряжение сразу подскочило. Шестеро заклинателей в окружении пары десятков витязей — это несколько больше, чем ожидалось. Конечно, никто и не думал, что лигийские маги отправятся нам навстречу вообще без всякой охраны, но все же их вид вызвал у меня всплеск адреналина. Поскольку я со своей группой замыкал шествие, то разговор подошедших лигийцев с нашими командирами во главе отряда не услышал. Внимательно разглядывая витязей и готовясь к атаке, которая могла начаться в любую секунду, я даже уже держал руку у пояса, поближе к эфесу меча. Но перекинувшись словами не дольше минуты, лигийские витязи развернулись и отправились прочь, оставив своих магов на наше попечение. И снова я испытал смешанное чувство досады и облегчения. — Удивительный день сегодня… Все готовы помогать не только друзьям, но даже врагам! — громко вещал эльф в длинной, аляповатой мантии и шляпе с пером. Остальные маги сохраняли молчание, либо разговаривали тихо и только между собой, чем крайне мне были симпатичны. — На этом осколке сохранилось немало древних хадаганских руин. А есть же еще Башня Гурлухсора! Если бы не война да демоны, Историки наверняка смогли бы отыскать в этих развалинах что-нибудь ценное. Уверен, по окончании войны они еще наведаются на этот аллод, чтобы все хорошенько исследовать… Вы знаете, я весьма интересуюсь их трудами! Их работа по изучению различных культур не может не вызывать восхищение! Восторженный эльф без конца обращал внимание на остатки сооружений, будто нашел клад, и восторгался хадаганской архитектурой, хотя я лично кроме груды старых камней ничего не различал. Какая уж тут архитектура? На подступах к порталу относительно спокойная дорога закончилась. Мы спустились в глубокий желоб, похожий на русло высохшей реки, единственным преимуществом которого было отсутствие ветра. Отравленная астралом земля испускала голубое сияние, так что здесь оказалось удивительно светло. Даже слишком! Глазам пришлось какое-то время привыкать к яркому свету. И это было очень некстати, потому что здесь как раз и начались нескончаемые атаки демонов. Поскольку мы шли в арьергарде, нам пришлось пятиться спинами вперед, чтобы отбиваться от демонов, кусающих рейд «за пятки». Старик в основном справлялся сам, раскидывая зубами и лапами всех, кто имел неосторожность к нему приблизиться, но и мне пришлось помахать мечом, когда мелкие бесы, словно снаряды, начали буквально падать на головы, спрыгивая на дно ущелья сверху. Лиза, будучи магом разума, хоть и периодически откидывала демонов невидимой волной, все же оказалась наиболее уязвимой. Приблизившаяся к ней Матрена то и дело скрывала ее и себя за золотистой пеленой Света. Лоб рычал и матерился, прикрываясь щитом. Кузьма выражал ему свою солидарность — хотя ему и удавалось успешно отстреливать противников, их было так много, что количество его стрел уменьшалось с катастрофической скоростью, а возможность собрать их отсутствовала, ведь мы старались двигаться очень быстро. Я тоже не пришел в восторг от необходимости махать тяжелым мечом у себя над головой. Единственным, кто успешно справлялся с атакой, защищая и себя, и по возможности остальной рейд, — был Миша, во всей красе раскрывший свой огненный потенциал. Правда, напалм пугал ездовых питомцев, шарахающихся в разные стороны, из-за чего строй постоянно рассыпался, но пользы все равно было больше, чем вреда. Визги сгорающих в полете астральных бесов вызывали у меня брезгливое удовлетворение. К тому же, после смерти они растворялись быстрее, чем падали на нас, что не могло не радовать. И все же атаки усиливались. Мы уже находились довольно далеко от астральных берегов, так что демоны, скорее всего, появлялись из-за завесы. И вскоре мы в этом убедились. В сотне метров от портала прорываться пришлось уже с ожесточенным боем, и эти метры оказались длиннее, чем весь путь, что мы проделали от нашего лагеря к сердцу осколка Язеса. Кто-то был ранен, кого-то уже поднимали с земли то ли без сознания, то ли мертвого, а мы только едва-едва добрались до цели! Демонический портал находился на дне все того же пораженного астралом желоба и ничем не отличался от своего брата-близнеца, через который мы попали на Язес: такой же фиолетовый светящийся шар. Сама впадина порталом не заканчивалась — она убегала еще дальше, чуть забирая вниз, и упиралась в магическую стену, похожую на вуаль из нескольких слоев воздушной, струящейся ткани и перегородившую ущелье в наиболее узком месте. Очевидно, это и была та самая преграда, за которой, скорее всего, находилась башня Гурлухсора, если она, конечно, уцелела. Теперь то место, что бы там ни было на самом деле, Хранители окрестили «городом Демонов» и оказались недалеки от истины. Хотя разведчикам и удавалось подобраться к стене незамеченными и никем не атакованными, наш большой рейд не остался без внимания: демоны вылезали оттуда нескончаемой рекой. И уныло взглянув на этот поток, я понял, что долго мы против них не продержимся. Задачи победить всю эту свору перед нами и не стояло, но сколько понадобится времени лигийским магам, чтобы запечатать портал? — Рассредоточьтесь! Нужно окружить портал со всех сторон… Я впервые подумал, что демоны и демонопоклонники вероятно не могут располагать свои порталы точно в том месте, где захотят. Должно быть, это зависит от каких-то внешних факторов. Иначе они бы расположили как минимум этот портал за своей магической стеной, через которую мы пробраться не могли. Однако, поразмыслить над этим долго мне не удалось. Взяв в плотное, насколько позволяла численность, кольцо главную цель, нам пришлось довериться лигийским магам, потому что защищая их от демонов, мы стояли к ним спиной. Времени лигийцы терять не стали. Возможности понаблюдать за процессом у меня не было, но по взглядам вскользь становилось понятно, что работа кипела. Им тоже пришлось довериться нам, целиком сосредоточившись на портале и не отвлекаясь на демонов, которые нападали со всех сторон. Хотя, конечно, основной напор был со стороны города Демонов. Там оборону держали наши лучники и маги. Я, спешившись, находился на непривычной для себя позиции — за их спинами, и старался перехватить тех демонов, что сумели проскочить. И если сначала у меня было много места для маневра, вскоре его стало не хватать, потому что Хранители, отступая от и не думающих заканчиваться противников, жались все ближе к порталу. В конце концов я уже едва ли не задевал спиной заклинателей, а демоны все лезли и лезли. Их становилось больше, они прорывались чаще. А мы уставали и несли потери. Какой-то мелкий бес вцепился в мою спину, пока я отбивался от двух демонов покрупнее. Я чувствовал, как он карабкается по моему плащу, но сбросить его не было никакой возможности. А через мгновение боль пронзила плечо почти у самой шеи. Я, наконец, обезглавил одного демона мечом и тут же, изменив траекторию, замахнулся на другого. Не достал, но отпугнул. Освободив руку, содрал с себя беса вместе со своим погоном, в который тот вцепился зубами, и разрубил пополам. Но по ноге уже карабкался второй бес. Другой прыгнул на спину. А спереди и по бокам лезли вперемешку с мелкими и крупные демоны. Мы не выдерживали. Старик, только что дравший кого-то рядом, исчез, а мне даже не хватало времени позвать его. Со злости я завертелся с мечом, как мельница, потому что противник уже был повсюду! Боль в плече от укуса не ощущалась, и я надеялся, что рана не очень глубокая, хотя оценить ее серьезность не мог. Боль придет потом. Если я, конечно, до этого доживу. Первого лигийского мага мы потеряли в тот момент, когда большой демон — «новой породы», как их называли охотники на демонов — вдруг появился из-за стены. Он сразу привлек всеобщее внимание, введя тех, кто видел такого впервые, в секундный ступор. Этого хватило, чтобы демоны прорвались к порталу и серьезно ранили лигийца. — Что это за тварь? Откуда она взялась?! Недоумение возникло у многих, но вдаваться в подробности было некогда. Очередной «Истребитель» с невероятной скоростью преодолел разделяющее нас расстояние и, несмотря на то, что мы активно пытались его остановить, все равно прорвал наше оцепление и потянулся… нет, не к магам, уже впятером пытающихся уничтожить портал. А ко мне. Старик, вылетев откуда-то сбоку, вцепился зубами в длинную когтистую лапу, на мгновение отведя от меня угрозу. Извернувшись, чтобы не попасть под щупальца, я махнул мечом, отрубив вторую лапу демону, которой он уже тянулся к моему дрейку. Демон взвыл, но кажется стал только злее и опасней. Он закрутился на месте, разметав тех, кто не успел отскочить, а потом снова обратил ко мне пылающие ненавистью глаза. Если бы это чудовище нападало на нас в одиночестве, хором мы бы с ним справились. Но кроме него на нас все еще наступали демоны поменьше, не говоря уже о целом рое астральных бесов. Кольцо охраны вокруг портала окончательно рассыпалось, и тогда пал второй лигийский маг. — Надо отступать! Уходим!!! — НЕТ! Нам нужно еще несколько минут… Но даже этих нескольких минут у нас не было. Я не придумал ничего лучше, чем просто попытаться увести подальше огромного демона, который так целенаправленно шел на меня. — Старик! Дрейк вынырнул передо мной в ту же секунду, будто ждал сигнала. Я запрыгнул на его спину и рванул прочь, с облегчением отметив, что тварь, как я и предполагал, тащится за мной. Почему же все-таки эти «новые» демоны ненавидят меня персонально? Вряд ли я успел насолить им больше, чем любой охотник на демонов или ветеран Великого Астрального Похода. Старик одним прыжком перемахнул через головы астральных тварей, и мы помчались вперед, не разбирая дороги. И только спустя несколько секунд я понял, что мы направляемся в сторону самого логова врага — к городу Демонов. Точнее к магической завесе, откуда они и появляются. Едва дрейк коснулся лапами земли, как в них тут же вцепились бесы. Он снова рванул вверх, расправив крылья, но подняться так же высоко уже не смог. Мы оказались одни в окружении демонов, а сзади на нас неслась огромная тварь. Пытаться бороться было бессмысленно, и я, наотмашь отбиваясь, одновременно скользил взглядом по покатым стенам ущелья. — Туда! Старик, давай! Дрейк снова прыгнул. Не долетев, он вцепился лапами в край выступающего камня, повиснув на нем плашмя, и я едва удерживался в седле, в любую секунду ожидая, как мне снесет голову одним ударом преследовавшее нас чудовище. Но Старик, скребя когтями и рыча, сумел взобраться наверх. И именно здесь я увидел эльфа. Все выглядело так, будто он управлял демонами, глядя на происходящее сверху. Во всяком случае на нем было хорошо узнаваемое одеяние демонопоклонника и позицию он занимал удачную: рядом с завесой и с неплохим обзором. Эльф попятился назад, пытаясь на ходу что-то наколдовать, но ему не хватало ни времени, ни места. Запрыгнувший вслед за нами демон по инерции покатился вперед, навалившись своей массой на демонопоклонника и впечатав его в камни через мгновение после того, как Старик взмахнул еще выше, уходя из-под удара. Моим смутным надеждам на то, что убив своего союзника, демон отстанет от меня, не суждено было сбыться. Выбравшись из прокаженного желоба, он все еще продолжал гнаться за нами. Наверху дул сумасшедший ветер, но, к счастью, нам в спину. Из-за его шума я ничего не слышал, а из-за поднятой пыли — и не видел. Лишь только когда Старик вдруг снова раскрыл крылья, в которые ураган ударил, как в паруса, и мы взмыли вверх, я замел бездну, разверзнувшуюся под нами. Было ли у нее дно, или обрыв заканчивался астралом, проевшим аллод насквозь, я не знал. Да и не мог я об этом подумать, потому что от ужаса остановились все мысли. Смерть на земле всегда оставляет хоть крошечную, но все же надежду на воскрешение. Падение в астрал — это конец. Хотя я в астрал уже падал — и тогда меня спас телепортатор, перенеся уже в бессознательном состоянии на площадку телепорта. Но сейчас Имперских площадок телепорта поблизости нет и прибор бесполезен… Этот стихийный анализ ситуации взорвался в моей голове уже после того, как лапы дрейка коснулись земли. Он, перемахнув через глубокую трещину, развернулся, желая удостовериться, что преследователю такой трюк не под силу. Ветер, до этого бивший в спину, тут же больно полоснул по лицу мелкой каменной крошкой. Глаза заслезились, но я все равно увидел, как демон с той стороны сорвался с обрыва, и его крик долетел до нас даже сквозь ураган. Ну хотя бы летать эта тварь не умеет! — Не делай так больше, Старик, — выдохнул я, внутренне все же благодарный дрейку, и потрепал его по холке. Поблизости других демонов вроде бы не было, насколько мне это позволяли оценить закручивающиеся спиралями вихри, из-за которых видел я не так уж и много. Но как далеко мы удалились? Сейчас я не мог с уверенностью сказать, в ста метрах нахожусь от своих, или в паре километров. Когда за тобой несется смертоносное чудовище, трудно сконцентрироваться на расстоянии. — Нам надо вернуться, Старик. Давай… Я похлопал его по бокам, но повторить этот невероятный прыжок не позволил. Во-первых, прыгать по ветру и против него — все же разные вещи. Во-вторых, это просто страшно, а строить из себя героя мне что-то не хотелось. Сердце и так выпрыгивало из груди. Сориентироваться, в какой стороне портал, имперские Хранители и лигийские маги, мне все же удалось, и мы со Стариком осторожно побрели вдоль обрыва, внимательно высматривая возможных противников. Трещина в земле вскоре начала сужаться, и тогда я позволил дрейку перепрыгнуть на другую сторону. Мы вернулись немного назад, потому что я боялся сбиться с пути, и эта вынужденная петля отняла непозволительно много времени. Гадать, что я увижу, вернувшись к порталу, не было смысла. Да и не хотел я заранее себя накручивать плохими прогнозами. В итоге, вернувшись, я не увидел никого: ни демонов, ни лигийцев, ни Хранителей. Фиолетовый шар никуда не исчез — он находился на том же месте, но стал тусклым. Словно внутри него раньше горел свет, который теперь погас. Значит ли это, что главную задачу выполнить удалось? — Надо спуститься, — сказал я Старику, подталкивая его вперед. На месте битвы остались только мертвые животные. Демоны после смерти исчезали, а тела убитых лигийцев и имперцев наверняка выжившие забрали с собой. Во всяком случае я надеялся именно на это. Только подумав о телах, я вспомнил про демонопоклонника, которому не посчастливилось оказаться на пути разъяренного демона. Место, где мы со Стариком выбирались из ущелья, улепетывая от чудовища, обнаружилось быстро. Как и размазанный по камням эльф. Интересно, принято ли у них как-то отдавать последние почести своим соратникам? Обыскав его, я не нашел ничего, кроме артефакта, чем-то напоминавшего ключ от демонического портала, хотя и отличавшийся от него. Фиолетовый камень красиво переливался равными гранями, и я задумчиво смотрел на него не меньше минуты… а потом перевел взгляд на магическую стену. Казалось, мои мысли не поспевали за телом: я еще только обдумывал, что может означать эта находка, а руки уже снимали заляпанный кровью балахон с эльфа. Надевать одеяние секты ненормальных фанатиков на святое — имперскую форму — было противно, но Родина меня простит. Натянув капюшон и снова спустившись на дно ущелья, я огляделся. Вокруг стояло удивительное спокойствие! Даже не верится, что только что тут кипела битва. Демоническая завеса вблизи напоминала поверхность воды, подернутой рябью. При моем приближении она никак не видоизменилась, а вот артефакт в моей руке заметно потеплел, и я воодушевился. Коснуться рукой непонятной субстанции все же было боязно и мне пришлось подбадривать самого себя. Пальцы мягко прошли сквозь стену: по ощущениям, как будто я и впрямь опустил их в прохладную воду. Не почувствовав ни сопротивления, ни боли, я уже уверенно шагнул к преграде, твердо намереваясь оказаться внутри и увидеть, что же она скрывает, как меня вдруг резко отбросило назад. Я грохнулся на спину, еще в полете решив, что достаточно утолил свое любопытство и на сегодня эксперименты с переодеванием окончены. — Как ты посмел прийти сюда?! Убирайся! Ты не достоин вернуться назад! — сообщил приглушенный голос. — Сначала докажи свою верность! Вступать в полемику в данной ситуации было неразумно, и я поспешил убраться. Старик, наблюдавший за мной все это время, фыркнул и недовольно попятился. Ему не нравился мой внешний вид, и я с ним согласился. Есть небольшая вероятность, что в балахоне демонопоклонников на меня не нападут демоны, зато прибить могут свои. Или лигийцы. В любом случае возвращаться в имперский лагерь одному опасно, в каком наряде я бы ни остался. — Идем, Старик, пора домой… Удача от меня не отвернулась. И хотя на пути демоны нам все же попались, Старик сумел их аккуратно и почти бесшумно обойти. Всю дорогу я находился в напряжении: ветер, плохая видимость и одиночество заставляли все время быть на пике готовности, и от того сил я потратил на этот переход немеряно. И когда передо мной наконец выросло ограждение имперского лагеря, усталость обрушилась с такой силой, что я чуть не вывалился из седла. — Ник! Едва дозорные удостоверились, что я не засланный казачок, и пропустили меня внутрь, навстречу выбежала Лиза, вероятно, «услышавшая» меня на расстоянии. Не часто я видел ее такой нервной. — Где ты был? Мы думали, ты умер! Орел и Лоб собираются идти тебя искать… — Я не умер и почти даже не ранен. Что случилось? — Мы сумели запечатать портал, но из лигийских магов выжил только один… У нас не было времени, чтобы тебя искать, нужно было привезти обратно убитых и раненых. Но Орел со Лбом решили, что сбегут из лагеря, если Верховин не выделит Хранителей на твои поиски, и пойдут искать тебя сами. — А Миша не собирался поучаствовать в этом благородном деле? — полушутливо спросил я. Голова плохо соображала и мне очень хотелось лечь и отключиться хотя бы на десять минут. — Он мертв. Дурман слетел за секунду, и внутри все сжалось. — Как это — мертв? — тупо спросил я. — Матрена сказала, что раны у него не очень сложные и она их залечит. Наверное, завтра его уже воскресят. Лиза изо всех сил старалась говорить твердо и уверенно, но это ее старание слишком бросалось в глаза. Я сделал шаг и обнял ее. Не позволявшая подобной фамильярности Лиза не отстранилась, уткнувшись лицом в мое плечо и крепко, до белизны, сжав пальцы на моей форме. — Все будет хорошо, Зизи. Если Матрена сказала, что залечит, значит все хорошо… — пробормотал я то ли ей, то ли себе. — Да… Надо найти Лба и Орла, пока они не наломали дров. — Я найду их. — Нет, я сама. Матрена сейчас с Мишей, а мне… нужно чем-то себя занять. А ты иди, Верховину уже наверняка доложили о твоем возвращении. Все равно он тебя сейчас вызовет к себе. Оставлять ее одну не хотелось, да и тянуло в лазарет, поговорить с Матреной, хотя ее, наверное, лучше пока не отвлекать, но генерал Верховин уже сам лично шел в мою сторону. И, когда поймал мой взгляд, поманил к себе. — Я уже и не надеялся, что ты вернешься! Готовился отвечать перед Яскером, как умудрился даже труп твой потерять. Как ты отделался от того демона? Мне доложили, что он преследовал тебя. — Сбежал. Товарищ генерал, разрешите… Там, возле портала, я обыскал труп одного демонопоклонника и кое-что нашел. Вот… Я думаю, что это ключ от завесы города Демонов. Верховин взял у меня из рук артефакт и повертел его, осматривая со всех сторон. — Вещь явно магическая… Можно попробовать проникнуть в город Демонов, а вдруг и правда — ключ? — Э-э-э… вообще-то, я уже попробовал. Генерал поднял на меня глаза, оторвавшись от артефакта, и задрал брови. — Ну, я подумал, что это ключ, снял с демонопоклонника плащ и попробовал зайти внутрь. — И? — У меня почти получилось, но потом меня просто отбросило назад и я ничего не увидел… И еще мне сказали, что я недостоин войти, или что-то такое. И что сначала нужно доказать свою верность. — Хм… Что еще? — Все. — Пойдем-ка… Верховин снова направился к себе и я последовал за ним. Внутри палатки никого не было, горела всего одна тусклая лампа и царил полумрак. — Садись! А теперь давай по-порядку… Про новую породу демонов я слышал, они уже проходят по нашим сводкам. Но почему этот демон погнался за тобой? Вроде бы их целью было защитить портал! — Я не знаю, товарищ генерал, но это не в первый раз. Такое уже происходило на Святой Земле. У меня нет этому объяснения. — Хорошо. Откуда взялся этот демонопоклонник? Другие Хранители видели только демонов. — Я обнаружил его случайно, когда убегал. Возможно, он руководил атакой демонов на нас, или просто наблюдал… Так или иначе, при нем была эта вещь. — Ты забрал ее, переоделся в его одежду и попробовал войти в город Демонов, но оказался… «недостоин войти»? — Так точно. — Интересно… очень интересно… Тебя могли принять за этого фанатика, — начал вслух размышлять Верховин. — Портал удалось запечатать, хотя ситуация была критическая. Быть может, этот демонопоклонник впал в немилость у начальства как раз по этой причине? Любопытная ситуация… Жаль, что ты не попал внутрь! Но тут уж, видимо, ничего не поделаешь. В любом случае, это очень ценная находка! Нужно показать ее нашим заклинателям, возможно они разберутся. Генерал не стал долго меня мурыжить и отправил к лекарям. На улице уже поджидали Орел, Лоб и неожиданно Матрена, на лицах которых сразу отразилось облегчение. — Слава Свету! Лиза сказала нам, что ты вернулся, — выдохнула Матрена. — У тебя все плечо в крови! — Как Миша? — Раны я залечила, но нужно еще время. Завтра утром его будут воскрешать… Она замолчала. И я тоже ничего не добавил. Хорошо, что Мишина смерть была не фатальной, однако всегда есть вероятность, что Искра не вернется в тело, даже если оно полностью здорово. Мы все это понимали. Всеобщая подавленность угнетала вдвойне, и я не стал никого грузить тем, что произошло у города Демонов. Покорно позволив увести себя в медицинский шатер и заняться своим плечом, я уже пребывал в полусне и не заметил, в какой момент отключился. Разбудил меня на следующий день Иавер Кадифа — заклинатель, удерживающий демонический портал на территории лагеря. Он начал говорить мне что-то про ключ, но все мои мысли сразу устремились к воскрешению Миши, которое должно было состояться вот-вот, и поэтому я почти все пропустил мимо ушей. — Капитан, вы меня слушаете? Генерал вас ждет у себя через сорок минут. Поторопитесь! За это время я успел переодеться, привести себя в порядок, съесть бутерброд, выпить стакан чая, и намозолить глаза лекарям. Сорок минут пролетели, но воскрешение погибших еще не закончилось, так что я поплелся к Верховину в неведении, надеясь вернуться как можно скорее. Почему-то я подумал, что это будет очередное совещание офицеров, и был крайне удивлен, когда застал генерала в одиночестве. — Ну вот что, капитан. Хочу дать тебе крайне важное поручение! Я только что закончил писать рапорт для Яскера… и это было самым сложным делом моей жизни! Полночи ломал голову, как объяснить, почему нам пришлось заключить союз с Лигой. Надеюсь, Комитет учтет все мои аргументы… Особенно, если мы подкрепим их ключом от города Демонов! Еще до того, как он закончил говорить, я уже знал, в чем будет заключаться моя миссия. Я в общем-то давно уже этого ждал. — Теперь ты отправишься к Яскеру и отдашь ему мой рапорт вместе с этим ключом. Будем надеяться, что он простит нас за «Единую рать». Через полчаса в полной готовности и при полном параде стоять возле демонического портала! В Империи тебя уже ждут. Задача ясна? — Так точно, товарищ генерал. Хотя времени до отправки у меня оставалось немного, покинув Верховина, я снова метнулся к лазарету, не представляя, как изведусь, если придется телепортироваться до окончания воскрешения. Но когда я вошел в палату, от сердца отлегло. — С возвращением! Миша в крайнем умиротворении восседал на больничной койке и невозмутимо попивал совершенно отвратное по виду и по запаху зелье. Лиза, Матрена, Лоб и Орел находились возле него и я порадовался, что все в сборе. — Спасибо. Смерть была… познавательной. — Теперь у нас в команде два оживленца! — Надеюсь, столько и останется… — Зачем тебя вызывал Верховин, Ник? Я подтащил поближе свободный стул и сел. — Меня отправляют назад в Империю с отчетом для Яскера. — Ну, что я вам говорил! — победоносно сообщил Миша. — Да ладно, никто с тобой и не спорил. Когда ты возвращаешься? — Телепортироваться должен через… двадцать минут. А когда вернусь — не знаю. Надеюсь, меня не арестуют прямо на месте, когда узнают обо всем, — вздохнул я. — Есть еще кое-что… Времени оставалось совсем мало и я в двух словах рассказал про ключ. — Это прекрасная новость! Кажется, дело потихоньку сдвигается с мертвой точки! Если наши ученые смогли подключиться к демоническому порталу, то может они смогут расшифровать и этот ключ, и мы проникнем в город Демонов? — Может быть. Наверняка находкой снова займется Нефер Ур, — я взглянул на часы. — Мне пора! — Передавай привет Яскеру! — Обязательно. Возвращение домой было и волнительным, и приятным. Жаль, что я возвращался один. Шагнув в фиолетовый шар на осколке Язеса, я перенесся на маленькую площадку телепорта где-то в Империи. Почему-то я думал, что это будет Яхч — холодный аллод, с которого нас отправили на Язес. Сама площадка телепорта была очень похожа на ту, что была в Яхченском порту, но очутился я вовсе не в складском помещении, как ожидал. Низкий серый потолок и такие же унылые стены без окон и с одной единственной тяжелой, металлической дверью, вызывали резко негативное, «давящее» чувство. Пол, правда, удостоился быть покрытым невзрачной плиткой. В маленькой комнате, кроме телепорта и печальной лампочки на потолке, не было больше вообще ничего, и это пробуждало страх замкнутого пространства. У дверей, впрочем, стоял хадаганец в гражданской форме и без единой эмоции на лице, будто его вырезали из камня. — Следуйте за мной, капитан, — сухо произнес он, постучал в дверь и та сразу открылась. Мы вышли в такой же убогий, без каких-либо намеков на внешний мир, коридор, молча прошествовали мимо еще нескольких одинаковых дверей и дошли до лифта. Лифт оказался немного повеселей: обшитый панелями и с зеркалом во весь рост, он хорошо освещался ярким светильником. Я обратил внимание, что кнопки этажей отсутствовали. Мы просто вошли внутрь, двери за нами закрылись, и лифт быстро стартанул вверх сам по себе. И ехали мы гораздо дольше, чем я мог ожидать. На какую же высоту мы поднимаемся? — Мы когда-нибудь приедем? — не выдержал я. — Приедем, — лаконично пообещал хадаганец и снова замолчал. Когда лифт наконец остановился и двери открылись, вышел я один. Обстановка была мне знакома, но настолько неожиданна, что я все равно не сразу узнал, где нахожусь. Нижний этаж Ока Мира! — Ну дела! — пробормотал я сам себе, оглядываясь. С собой я нес рапорт для Яскера, но по логике вещей отчитываться должен вроде как перед Командором Хранителей, поэтому на секунду задумался, куда идти в первую очередь. Довести свою мысль до конца мне не позволила глава Комитета — Елизавета Рысина собственной персоной. — Товарищ капитан! — нараспев протянула она. — Товарищ Рысина, — не поддержав ее тон, сухо откликнулся я, но услышав громкое «КАР!» моментально растаял. У ног Рысиной стояла клетка, в которой, нахохлившись, сидела моя сорока! — Фея! — воскликнул я, отчего-то так обрадовавшись, будто нашел старого друга. — Кар! Я быстро вытащил ее из клетки, и хотя она обиженно цапнула меня за палец, прижал к себе и погладил по голове. — Интересные у вас питомцы, товарищ капитан, — усмехнулась Рысина. — Ваша сорока пыталась клюнуть меня в глаз. — Полагаю, ей это не удалось, — ответил я, придав своему голосу как можно больше разочарования и бросив суровый взгляд на Фею. Не могла что ли поточнее прицелиться и клюнуть наверняка? — Между прочим, это я распорядилась отловить ее и доставить в Незебград. — Надеюсь, зашифрованных посланий, угрожающих государству, Комитет в ее перьях не обнаружил. — Дерзишь, капитан. Смею предположить, что у тебя хорошие новости. Я подумал, что от новостей о «Единой рати» Рысина захочет четвертовать меня прямо в подвале Ока Мира, откуда я только что вышел, но вслух сказал другое: — У меня отчет для товарища Яскера от генерала Верховина. — Что ж… Нечасто Яскер прибегает к ментальной связи. Видимо, дело действительно важное, раз он связался со мной. Идем. Недовольный, я зашагал за ней следом по лестнице вверх, через гигантский, роскошный холл с фонтанами и еще выше, к башне Яскера. Везде ярко горели люстры, стоял ровный гул множества разговоров, хадаганцы, орки, прайдены и Зэм деловито сновали туда-сюда, расхаживала, либо неподвижно несла дозор охрана, было тепло, светло и уютно. И этот невероятный контраст с тем, к чему я уже успел привыкнуть на умирающем куске земли, затерянном в астрале и населенном демонами, вводил в ступор. Око Мира вдруг стало казаться каким-то нереальным. Круглый зал перед кабинетом Яскера, украшенный барельефами, по-прежнему хранили неподвижные Ястребы. Рысина, немного притормозив у громоздких резных дверей, все же вошла без стука, и я решил, что ментальный разговор между ней и Яскером продолжается. — Полетай пока, — сказал я Фее, выпуская ее из рук, и вошел следом. Яскера мы застали сидевшим за своим столом и читающим какие-то бумаги. — Я послал лучших из лучших на Язес, чтобы они вырвали победу над демонами из рук Лиги! И что же в результате?! Братание! Совместная операция! «Единая рать»! — сказал он вместо приветствия, затем поднял голову и посмотрел на ошарашенного меня. — Ты думал, что я ничего не знаю? — Ситуация была… э-э-э… почти критическая. — Не старайся подобрать правильные слова, ты явно не оратор, — отрезал Яскер. — Ладно… Что сделано, то сделано. И если отбросить в сторону все возмутительные детали, результаты операции можно признать удовлетворительными. Возможно, это тот самый случай, когда инициатива не должна быть наказуема. Растерявшись от такой осведомленности, я даже забыл про рапорт, который все еще держал в руках. Хотя нужен ли он Яскеру? Похоже, что его содержание секретом не является. Впрочем, Яскер все же изволил с ним ознакомиться, протянув в мою сторону ладонь. Я подошел к нему, передал рапорт и отступил назад. — Товарищ Рысина, распорядитесь, чтобы отдел пропаганды представил эти события в нужном свете. Наши граждане должны думать, что роль Империи была руководящей! — сказал он, открывая отчет. Тратить много времени на ознакомление он не стал. У меня появилось чувство, что Яскер буквально вобрал в себя всю информацию одним взглядом, на который у него ушло не больше полминуты. — Итак, что мы имеем… Честно говоря, немного. Ключ демонопоклонника, который открывает доступ в город Демонов, не работает. Что там тебе сказали? Не достоин войти? — Да. Нужно было доказать свою верность. — Хм… Вероятно, речь идет о «пути адепта», — проговорил Яскер и повернулся к Рысиной. — У нас есть хоть какие-то зацепки? — Демонопоклонники надежно охраняют свои секреты, — медленно протянула она. — Фанатики готовы умереть за свою идею… — А мы даже не знаем, что это за идея! — Должна признать, мы не уделяли демонопоклонникам много внимания. После закрытия Портала Джунов было решено, что демоническая угроза ликвидирована… В нашем распоряжении есть несколько документов, в которых суммированы знания о демонах и их сторонниках. «История демонического нашествия», «Докладная записка Комитета об истоках демонической секты» и самый ценный документ — несколько страниц из «Теономикона», священной книги демонопоклонников. Мне нужно более подробно все проанализировать. — Хорошо. Жду результата, — Яскер протянул Рысиной рапорт генерала и добавил: — Пусть Штурм тоже ознакомится. Рысина кивнула и сразу вышла из кабинета, прихватив документы. Когда за ней закрылась дверь, Яскер снова перевел взгляд на меня. — Ну как там, на Язесе? — неопределенно спросил он. — Темно. Ветрено. Полно демонов. — Исчерпывающе. А как тебе союз с Лигой? Опять этот каверзный вопрос! Ну не знаю я, как к этому относиться! Я замялся, пытаясь придумать нейтральный ответ, но Яскер не стал его дожидаться, махнув рукой. — Ладно. Останешься пока в Оке, ты нам еще нужен. С тобой свяжутся. Пока — свободен. Козырнув, я быстро покинул кабинет, пока Яскер не передумал. Недолго пожить в Оке Мира мне уже доводилось — когда я, едва закончив обучение в ИВО, приволок сюда голову лигийского адмирала с острова Дозорный. Как же давно это было! В этот раз гулять по Оку совсем не хотелось. Хотелось есть и спать. Фея полностью поддержала этот нехитрый план, который мы и осуществили — сначала в буфете на первом этаже, а потом в выделенной мне комнате с лучшим достижением цивилизации — мягкой кроватью. Проспал я целый день и целую ночь. А утро стало едва ли не самым запоминающимся в моей жизни. Я проснулся знаменитым! Нет, определенная известность у меня уже и так была, еще с тех самых пор, как я только попал на Игш. Тогда Комитет раструбил о моих подвигах в астральной битве с лигийцами в надежде, что на меня выйдут те, кто был причастен к организации того нападения. На этот раз меня, по всей видимости, окончательно решили сделать звездой Империи. Нездоровое внимание к своей персоне я почувствовал сразу, как только вышел из комнаты с целью позавтракать. А когда спустился в буфет, сорвал бурные аплодисменты. Желание малодушно сбежать подавил в зародыше и смело направился к буфету, где передо мной расступилась очередь. — Капитан, можно автограф? — смущенно попросила буфетчица — девушка с пронзительно синими глазами, способными заставить дрогнуть кого угодно. — Мой? — на всякий случай уточнил я. — А вы меня ни с кем не путаете? — Что вы! Ваша фотография во всех газетах! Она достала утренний номер «Незебградской Правды», где красовалось мое лицо — весьма глуповатое, запечатленное еще в ИВО. — Можно мне почитать? Верну с автографом, — пообещал я, и девушка, расплывшись в улыбке, кивнула. Кто-то в очереди присоединился к просьбе дать автограф, но я сделал вид, что не услышал, и убрался с газетой и подносом в самый дальний угол, спрятавшись за кадкой с буйно растущим цветком. Итак, что имперская пропаганда выдала на этот раз? Я развернул газету и принялся читать о себе любимом. В целом, какого-то прям откровенного вранья не было. Скорее, сильное преувеличение со смещением акцентов: животрепещущее описание тягот службы в горячих точках Сарнаута, начиная со Святой Земли и вплоть до истории об осколке Язеса, так искусно крутящейся вокруг моего имени, будто я там в одиночку держал оборону все это время. Перечисление моих совершенно душераздирающих подвигов заканчивалось заметкой о том, что не далее, как сегодня вечером, я собираюсь обратиться к гостям и жителям столицы с речью в Парке Победы. На этом моменте я подавился омлетом и кто-то заботливо похлопал меня по спине. — Осторожней, товарищ Санников, после всех тех эпитетов, которыми вас наградила пресса, умереть в буфете за завтраком будет с вашей стороны просто неприлично! — Доброе утро, товарищ Рысина, — прохрипел я и запил кашель чаем. — Вижу, вы уже ознакомились со статьей и понимаете план действий. — Вообще-то — не очень. — Пора приступить к оперативной работе, капитан! Щупальца демонопоклонников можно найти везде, даже в Незебграде. Нам удалось выйти на их след, и мы даже захватили одного из них. Он содержится в… месте, о котором тебе лучше не знать, скованный магическим полем, которое не позволяет ему покончить с собой. Однако применяемые нами методы дознания пока не дали ощутимого результата — он посвященный первого круга и знает немного. Но кое-что интересное выяснить удалось. У демонопоклонников есть список их главных врагов, подлежащих ликвидации. Список немаленький, в нем, кстати, есть и твое имя, что весьма любопытно. Не любят тебя демоны! — Наши чувства взаимны. — Ты все еще не знаешь, почему они проявляют к тебе интерес? — Завидуют? Про них в прессе так красиво не пишут… — Ладно, идем дальше. Факт нахождения твоего имени в списке и станет основой операции. В назначенное время ты отправишься в Парк Победы, к монументу Незеба, и толкнешь речь. — К такому нас в ИВО не готовили! — Чтобы жители и гости столицы не разочаровались в умственных способностях героя Империи, речь мы тебе написали. Вот она. Я развернул полученный листок бумаги и пробежался по нему глазами. — «…потому что нет высшей доблести, чем отдать Искру во имя святых идеалов нашей Великой Родины и осветить ее путь в столь темные времена». Вы издеваетесь? — А ты разве не готов осветить путь Родине в столь темные времена? — Всегда готов. — Тогда постарайся сегодня вечером прочитать текст без запинки и с выражением. А мы, используя все возможные каналы, донесем до каждого, что Имперец-Который-Выжил вернулся в Незебград и собирается выступить у Мемориала Незеба. Есть шанс, что демонопоклонники решат воспользоваться этим и попытаются устранить тебя. Не волнуйся, твою спину прикроют наши лучшие агенты. Возможно нам удастся захватить высокопоставленного демонопоклонника, который может знать больше, чем та пешка, что уже захвачена нами. До указанного времени я предпочел не выходить из выделенной мне комнаты, потому что всюду привлекал внимание. Про неработающие порталы я благополучно забыл, но за мной заранее пришла очень вежливая девушка с цепким взглядом. До Парка Победы прогулялся пешком, благо, он располагался всего в паре кварталов, а день выдался очень удачным. По пути я старательно отворачивал лицо и опускал взгляд, но когда прибыл на место, этот трюк перестал срабатывать. Слишком много было праздношатающихся зевак, занятых разглядыванием прохожих, так что меня быстро раскусили, окружили и одарили заботой. Парк, радующий глаз сочной зеленью и цветущими клумбами, оказался заполненным отдыхающими горожанами под завязку по причине выходного дня, и возле меня вскоре образовалось небольшое столпотворение. — Расскажите о своих подвигах, капитан! — Э-э-э… — Как вы находите в себе столько храбрости? — М-м-м… — Подпишите открытку? — Конечно! Подписывать открытки мне понравилось, потому что это избавляло от необходимости отвечать на посыпавшиеся вопросы. Ей-богу, лучше оказаться в окружении врагов, там я чувствую себя гораздо увереннее! Правда, если верить Рысиной, на меня могли в любой момент напасть. Снова по милости Комитета я выступаю в роли живца, и пусть в первый раз этот план не сработал, сейчас все могло пойти по-другому… Глава 34 Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 34. Город Демонов — Товарищ Санников, поздравляю с успешным завершением операции в Парке Победы! Я подозрительно смерил взглядом неизвестного мне человека в гражданском, с которым столкнулся у самых дверей кабинета Елизаветы Рысиной. — Простите, я вас не понимаю. — Правильно, конспирация превыше всего! Всего доброго! С этими словами незнакомец удалился, и я, пожав плечами, вошел внутрь. Ожидая увидеть что-то похожее на вотчину Яскера, я был несколько удивлен полному отсутствию помпезности. Простой стол, стулья с неудобными, жесткими спинками, стеллажи с бесчисленным количеством папок, за каждую из которых, полагаю, Лига отдала бы пару небольших аллодов, простые, без изысков лампы и, как апофеоз аскетизма, отсутствие окон, хотя для такого большого помещения это не было так уж критично. Традиционный портрет Яскера и алый флаг Империи едва ли разбавляли столь строгую обстановку. Увиденное, вероятно, должно было уверить меня в образе Елизаветы Рысиной: карьеристки, фанатично преданной своему делу и живущей только во имя него. Однако, вопреки всему, я почему-то подумал, что ее личность вовсе не характеризуется рядами невзрачных стеллажей, серыми папками и скучным столом. Рысина — вещь в себе. Специфический род деятельности не позволяет ей допустить, чтобы хоть что-то вокруг отражало ее истинное «Я». — У нас прекрасные новости! — сообщила она, кивком головы указав мне на стул. — Да? — искренне удивился я. Вчерашнее мероприятие, как мне казалось, не привело ни к каким результатам. Взобравшись на постамент у Мемориала Незеба, поднимающего к небу каменный посох, за оригиналом которого нам пришлось в свое время побегать, я зачитал послание имперцам во славу государства, заслужил свою долю оваций, еще раздал немного автографов и… все. Провожаемый благодарностями и пожеланиями удачи, я откланялся и вернулся в Око Мира, где пробыл до сегодняшнего дня, уверенный, что меня заставят «прогуляться» где-нибудь еще, активно привлекая к себе внимание. Покушения на меня не случилось, а значит Комитет либо будет продолжать гнуть свою линию, либо признает, что план провалился. Но все оказалось совсем не так. — Мы задержали демонопоклонника! — торжественно поведала Рысина. — Я ничего не видел… — А ты и не должен был что-то увидеть. Профессионалы сработали как надо и вовремя вычислили и скрутили нашего противника. Блестящая операция! И мы серьезно продвинулись. Личность этого фанатика установить удалось очень быстро. Мы провели обыск у него дома и обнаружили целый экземпляр «Теономикона»! Эта книга — прорыв в деле познания секты демонопоклонников. — И что в ней? — спросил я, ожидая услышать самые невероятные вещи… ну или бред сумасшедшего. Ну, а что еще может заставить поклоняться демонам, пытающимся уничтожить мир? — Это не просто книга. Начало такое же, как и на добытых нами страницах: бла-бла-бла про демонопоклонников, демонов и их великую миссию. А дальше… Это больше похоже на дневник. Думаю, у каждого демонопоклонника свой «Теономикон», большую часть которого занимают приказы и отчеты… Вот почему их уничтожают первым делом! В добытом экземпляре некий «Хозяин», про которого мы уже слышали, приказывает разобраться с Тэпом. — Значит, теперь точно можно сказать, что за всем этим стоит все же не Тэп, — проговорил я, не уверенный, стало мне легче от этой информации или нет. — Мы склонны считать, что «Хозяин» — это Гурлухсор, хотя я не представляю, как он воскресает… Тэп, в свою очередь, это неизвестная «Хозяину» сила, которая может стать ему или помехой, или союзником… — Лучше бы конечно помехой. Может, они перебьют друг друга? — Я бы не стала слишком надеяться на такой радостный исход. Продолжим. «Хозяин» требует собрать как можно больше сведений о Тэпе. Выполнив это поручение, демонопоклонник может стать посвященным седьмого круга! Вероятно, мое лицо приобрело туповатое выражение, потому что Рысина пояснила: — Он может, например, получить доступ в город Демонов — что для нас сейчас наиболее важно. План действий мы уже составили. Комитет накопил достаточно сведений о Тэпе, и хотя за потерю этих сверхсекретных документов я готова сама себя поставить к стенке… мы передадим их «Хозяину». — Каким образом? — В «Теономиконе» пойманного демонопоклонника имеются четкие инструкции, как выйти с демонами на связь. И эта важная миссия ляжет на твои плечи. Рысина замолчала, глядя на меня в упор и как будто ожидая от меня каких-то слов. Но я молчал. На мои, так на мои. — Не хочешь спросить, почему я доверяю это тебе, а не профессиональному разведчику, умеющему работать в стане врага? Спрашивай, не стесняйся, ответ польстит твоему самомнению. — Приказ товарища Яскера, — спокойно пожал плечами я, не увидев в этом ничего удивительного. В первый раз что ли? — Нет, на это раз мой выбор, — серьезно ответила Рысина. — Ты думаешь, мы не пытались внедрить своих агентов в эту демоническую секту? — М-м-м… — промычал я, в самом деле не задумывавшийся над этим раньше. — Надеть на разведчика их дурацкий балахон и заставить молиться на демонов — это еще далеко не все. Скрыть лицо перед демонами можно, но мысли… Всех наших агентов раскусили сразу же. К сожалению, их постигла безвозвратная смерть. — Надеюсь, мое преимущество не заключается в том, что меня просто не жалко, — пошутил я, но Рысина пропустила эти слова мимо ушей. — Они приняли тебя за своего, когда ты попытался пройти в город Демонов. — Это могло быть случайностью. — Нет, это не было случайностью. Не хочу отпускать тебе комплименты, ты и так о себе слишком высокого мнения, но все же… твоя сопротивляемость магии разума достигла феноменальных высот, — проговорила она. — Причем в относительно короткие сроки. А ты даже не маг! Это… хм… удивительно. Рысина снова замолчала. А я вдруг вспомнил нашу первую встречу и слова, которые она мне тогда сказала. На тот момент она оценила меня не слишком высоко: «Как по мне, так ты просто еще один новобранец. Способный, но слишком бестолковый, чтобы делать на тебя ставку». Сейчас ее взгляд стал другим, и я подумал, что сумел немного подрасти в глазах главы всемогущего Комитета. — Я продержался дольше, чем вы рассчитывали? — Гораздо дольше, Санников, гораздо дольше. — Значит, Яскер и правда никогда не ошибается. Это замечание вызвало у нее усмешку. — Хорошая у тебя память. — Не жалуюсь, — скромно ответил я. Мы обменялись взглядами, и наша взаимное недовольство друг другом — нет, не исчезло, конечно, но чуть-чуть подтаяло. На самую малость. — Ладно, к делу, — вернула себе серьезный тон Рысина. — Тебе предстоит вернуться на осколок Язеса. На астральном берегу ты взрежешь ритуальным ножом демонопоклонников себе руки и принесешь кровь в дар астралу. Это не я придумала, я просто пересказываю тебе ритуал. Появится демон. Отдай ему документы. Взамен попроси… хм… Я слабо себе представляю, как общаться с демонами. У нас пока это не получалось. Так что действуй по обстановке. Лучше всего молчи и смиренно склоняй голову, и постарайся не раскидываться громкими мыслями! Защищай свой разум! Главное — получить возможность попасть в город Демонов. Это наша основная задача. Информация о Тэпе, которую я получил для передачи «Хозяину», находилась в объемном конверте, запечатанном магией. Я вопросительно взглянул на Рысину. Раз уж секретные сведения уйдут куда-то на сторону, то может и мне можно на них взглянуть? В конце концов о воскрешении Тэпа мне и так уже известно! — Это кое-что из его научных трудов по некромантии, тебе не будет интересно, — отмахнулась Рысина. — Плюс, кое-какие сведения о Тэпе от наших лигийских «друзей». — А какие у них могут быть сведения? — удивился я. — На лигийских землях хватает останков цивилизации Зэм. К тому же Тэп успел наследить даже в Сиверии, там частично сохранилась одна из его Пирамид. — Сиверия — это какой-то лигийский аллод? — Это северная часть Кватоха — столичного аллода Лиги. И пусть до самой столицы там все-таки далековато, аллод очень большой, но сам факт! — Значит, Лига уже знает о воскрешении Тэпа? — Боюсь, что да. Не вся, конечно, но в узких кругах об этом известно. Но ты не забивай пока себе этим голову, сейчас не Тэп наш главный враг. Я ее точку зрения не разделил. Тэп когда-то уничтожил весь свой народ, и мне не хотелось, чтобы имперцы повторили эту участь, если этот «Хозяин», кем бы он ни был, пойдет по тем же стопам. С Командором Бешеных я так и не увиделся. Как мне сказали, у него и без меня забот хватает! Кажется, его даже не было на Игше во время моего пребывания в столице, и я подумал, что он все еще где-то на Яхче. Обратно на осколок Язеса я отбыл тем же вечером, снова спустившись в унылую серость подвалов Ока Мира и немножко завидуя Фее, отправленной в свободный полет над Незебградом. Из фиолетового шара меня выпустили в этот раз гораздо быстрее, или мне так показалось, потому что я знал, чего ожидать. Язес встретил тоскливым завыванием ветра, черным небом и всеобщей усталостью от этого места, способного психологически вымотать даже самых стойких. Генерал Верховин уже был в курсе разработанного в Незебграде плана, правда посвящать в него всех подряд строго запрещалось из соображений моей безопасности. Предательства никто не боялся, а вот ментальные способности демонов представляли реальную угрозу. — Будет лучше, если никто пока не будет знать, что ты здесь. — Заклинатели видели мое возвращение… — Они будут помалкивать. Операцию начнем сразу же, как только ты будешь готов. — Я готов! Верховин посмотрел на меня так, будто я уже лежал на смертном одре. — Никита, — произнес он, перестав расхаживать по палатке. — Ты пойдешь один, без охраны, без поддержки, без прикрытия — все это может тебя выдать. — Я понимаю, — кивнул я, немного удивленный, что генерал обратился ко мне по имени. Кажется он думал, что я не до конца осознаю все риски. Но я все прекрасно понимал: если демоны узнают меня, то мне конец! Причем надеяться, что меня возьмут в плен и какое-то время я еще проживу с верой в свое спасение, весьма наивно. Чем-то я сильно умудрился не угодить демонам. И теперь вся моя защита — это балахон демонопоклонников, скрывающий лицо, и собственный разум, мало поддающийся магии астрала. — Незачем откладывать. Нужно поскорее покончить со всем этим! — пылко произнес я, изо всех сил отгоняя от себя мрачные мысли. Одеяние демонопоклонников мне подобрали легко, благо, этого добра хватало. Без формы было не по себе, но по крайней мере армейский медальон со мной останется. За территорию меня и моего дрейка вывели быстро и без шума, хотя, возможно, дозорные и удивились, что за демонопоклонника выпроваживают восвояси. Но никакие вопросы не прозвучали. Какое-то время я еще двигался в компании разведчиков, но вскоре им пришлось со мной проститься, и я остался один. Дрейка тоже не взял с собой дальше, он был слишком заметными и агрессивным. Откровенно говоря, быть храбрым, сидя в палатке, в окружении Хранителей, проще. Теперь, когда я шел на встречу с врагом, рассчитывая только на одного себя, мне приходилось собирать всю волю в кулак. Чего уж там — плестись пешком к астральному берегу, путаясь в балахоне демонопоклонника и сжимая ритуальный нож, было и страшно, и противно. Своих друзей я так и не увидел, и дурацкие мысли, что нужно было попрощаться, лезли сами собой. Я не боялся наткнуться на Хранителей, их здесь сейчас быть не должно — Верховин позаботился о том, чтобы меня не убили свои. А вот шансы встретиться с Лигой сохранялись, хотя я находился на восточной части аллода и формально это была наша территория. Ну и кроме того, вдруг демонопоклонники или демоны меня раскусят? Несколько раз мне казалось, что рядом со мной кто-то есть, но я, тем не менее, так никого и не встретил. Край аллода выскочил передо мной несколько быстрее, чем ожидалось. До нужного места было далеко, и я морально готовил себя к долгой и тяжелой прогулке, но дорога пролетела незаметно. Берег оказался пустынным, хотя я думал, что он будет кишеть демонами. Я бы предпочел проверить хотя бы на мелких астральных бесах, будут ли они на меня нападать, прежде чем призывать с помощью ритуала кого-то покрупнее. Что ж, зато у меня есть время, чтобы собраться с духом. Я глубоко вздохнул, прикрыв глаза и стараясь очистить свой разум, что было очень непросто. Мысли метались, волнение билось учащенным пульсом. Надо просто отдать ему конверт и будь, что будет! Порезать самому себе руку оказалось сложнее, чем я мог подумать. Вроде и не сказать, что так уж больно, но как-то противоестественно что ли. То, что кровь привлекает демонов, для меня секретом не являлось, но все же было интересно, как быстро они появятся. Здесь, в астрале, их, должно быть, полно… А вдруг прилетит целая свора? А вдруг они узнают меня даже не видя лица? Подставив кровоточащую ладонь ветру, я заозирался. Демон все же был один, но появился он довольно быстро. Никогда еще моя выдержка не подвергалась таким испытаниям! Огромное чудовище глядело на меня фиолетовыми глазами, быстро приближаясь, а я старался заставить себя не паниковать, не хвататься за оружие и ничем не выдать страха. Вместе этого я, одеревеневшими руками, неуклюже достал толстый конверт, склонив голову и опустив взгляд, чтобы не смотреть на демона. Так контролировать себя было чуточку проще. Неудивительно, что всех наших разведчиков раскусили. Как тут можно сохранять спокойствие? Уже почти не веря, что план сработает, я почувствовал, как демон забрал из моих рук конверт. Он молчал. Либо я его просто не слышал. Постояв с опущенной головой несколько секунд, я все же поднял взгляд. Демон уже не смотрел на меня. Более того, он отдалялся, пока не исчез в астрале! И это все?! Я подошел к краю земли и сел, бесстрашно заглядывая в бездну. Черные тучи продолжали крутиться, сверкали молнии, снизу закручивалась спиралью жуткая воронка. Но сил бояться не осталось. Перегорел. В бессмысленном оцепенении я торчал у обрыва, не представляя, что делать дальше. Кажется, я просидел так пару часов, когда из этого состояния меня вывели приближающиеся фигуры в балахонах. Я встрепенулся и вскочил на ноги. — Слава Хозяину, да ниспошлет он нам свою милость! Я окинул взглядом троих демонопоклонников и поспешил блаженно склонить голову. Что они отвечают на такое приветствие? Может, нужно произнести какую-то общепринятую у них фразу? Чтобы не сказать лишнего, я предпочел молчать — пусть лучше сочтут меня потерявшим дар речи в фанатичном экстазе. — Пойдем с нами, — добавил тот же демонопоклонник. — Куда? — не выдержав, ляпнул я и прикусил язык. — Мы укажем тебе правильный путь! Все трое развернулись и зашагали в ту же сторону, откуда пришли. Я последовал за ними, чувствуя, как пульс снова разгоняется. Они не спрашивают моего имени. Может, они вообще не имеют имен? Как же они тогда общаются друг с другом? Хотя я, наверное, в их иерархии слишком мелкая сошка, чтобы интересоваться моим именем. На языке вертелось много вопросов, другого случая задать их может и не представится, но я продолжал молчать, боясь рассекретить себя раньше времени. Шли мы очень долго. Демонопоклонники тоже не переговаривались между собой, пока в конце концов один из них не спросил: — Откуда у брата сведения о древнем некроманте? Хоть я и сообразил, что братом он называл меня, но на секунду растерялся. Слишком долго мы вчетвером шли, не проронив ни слова. — Имперский офицер, у которого я их отобрал, уже не воскреснет. Демонопоклонник удовлетворился ответом и снова замолчал. — Хозяин мной доволен? — рискнул заговорить я. Никто ничего не ответил и дальше я продолжать не стал. По ощущениям, мы уже находились где-то на лигийской стороне. Я старался запоминать дорогу, но мы продвигались по скрытым тропинкам в узких расщелинах, где хоть и не сбивал с ног ветер, зато ориентироваться было очень трудно. Магическая стена перед нами выросла внезапно — ее не было видно до того момента, пока мы не приблизились к ней почти вплотную. Поверхность все так же походила на искрящуюся водную рябь, но разглядеть, что за ней, все еще не представлялось возможным. — Теперь ты стал еще на один шаг ближе к Хозяину! Ты можешь войти, — торжественно произнес демонопоклонник и протянул мне магический ключ. — Не забудь, что каждый из нас должен капнуть в огненную чашу каплю своей крови. И помни — только избранные прикоснутся к истине! Я взял ключ с совершенно искренним придыханием. Поскольку демонопоклонники продолжали взирать на меня, мне ничего не оставалось, как повернуться к стене, поглубже вдохнуть и сделать шаг вперед. Мои спутники при этом остались снаружи. Честно говоря, хотелось выскочить обратно и, подпрыгивая и улюлюкая, нестись в имперский лагерь с хорошими новостями. Но на всякий случай я решил немного выждать, чтобы столь скорое покидание священного места, куда, должно быть, стремятся попасть все демонопоклонники, не вызвало подозрений. Искать какую-то там чашу, ни чтобы капать туда кровью, ни чтобы плюнуть, я не собирался, но можно немного оглядеться. В общем-то, картина вокруг не слишком изменилась по сравнению с той, что осталась по другую сторону стены. Та же мертвая земля, то же черное небо, те же хадаганские развалины, которые, впрочем, сохранились здесь чуточку лучше. У магической стены стояли, как изваяния, демонопоклонники, и я, пытаясь не привлекать к себе излишнего внимания, осторожно двинулся вперед. Интересно, чего сейчас от меня ждут? Я должен разыскать какое-то руководство, получить приказы? Или это что-то вроде церкви, куда ходят просто причаститься? И куда тут вообще идти? Склонив голову и сцепив руки на животе, я степенно шел мимо таких же «балахонов с капюшонами», подавляя желание вертеть головой на триста шестьдесят градусов. Демонопоклонников было много, но из-за того, что я не видел их лиц, они казались единой серой массой. Разговаривали они мало, да и то — так тихо, что чтобы услышать их, мне бы пришлось подойти вплотную. Через пару минут я определился, что не рассыпавшихся строений здесь все же куда больше. Можно было даже увидеть почти целые залы с высокими арками, хоть и потемневшими от времени, но все еще красивыми барельефами на стенах и широкими лестницами, не растерявшими былую торжественность. Но самое главное, что я увидел верхушку башни, вероятно — это тот самый Рахл-Язес, бывший когда-то вотчиной Гурлухсора и, быть может, являющийся ею и сейчас. Чтобы разглядеть ее получше, я стал подниматься по ступеням, похожим на парадный вход, ныне, правда, ведущий в никуда, и там наткнулся на двух существ, похожих на троллей, но значительно превышающих размерами всех тех, что я видел до этого. Они тупо лыбились, когда демонопоклонники шарахались от них подальше, и размахивали топорами. Я усомнился, что их возьмет магия, да и проткнуть мечом будет наверняка непросто! Эти два стража у самого входа могут здорово усложнить задачу штурмовикам, особенно, если их окажется не очень много. Уж лучше бы это были демоны! Сделав это неприятное открытие, я предпочел свернуть в сторону. Снова показались широкие лестницы, потянулись бесконечные коридоры. Настоящий лабиринт! Навстречу попадались демонопоклонники, не обращавшие на меня внимания, и даже демоны — их я опасался куда больше, полагая, что они способны если не распознать во мне врага, то как минимум заподозрить. Впрочем, маги разума тоже представляли серьезную опасность. Даже если они не смогут пролезть в мой мозг и увидеть, как я их всех ненавижу, сама по себе такая «закрытость» меня уже выдает. Но пока что мне везло. Петляя по коридорам, я пытался снова выйти к башне, и забрел в место, подозрительно напоминавшее казармы. Демонопоклонников здесь было много, но объединившись с Лигой, нам бы удалось с ними справиться… Если бы не демоны. Прекрасно чувствующие себя вдали от астрала демоны! Я пытался прикинуть их количество и сопоставить с силами Хранителей и витязей, присутствующих на Язесе. По всему выходило, что мы в проигрыше. Вот если бы наш флот сумел пробиться сюда через астральный шторм… В тесноте затеряться было проще, но инстинкт самосохранения все равно гнал меня от этих «казарм». При этом мне пришлось совсем отдалиться от башни и я потерял из вида ее верхушку. На пути был демон, отличающийся от остальных, и я предпочел не приближаться к нему, свернув в другую сторону: вокруг него копошились демоны помельче, а демонопоклонники держались на почтительном расстоянии, и называли они его не сулящим ничего хорошего именем — «Жор». Мне показалось, что я почувствовал на своей спине его взгляд, и поспешил скрыться. Теперь я заблудился окончательно. Поискав глазами хоть какие-нибудь ориентиры, заметил лишь эльфийку, зацепившую мой взгляд отсутствием балахона, в который были одеты все вокруг. Она очень выделялась своим ярким бордовым нарядом со множеством украшений и вероятно являлась кем-то большим, чем рядовой фанатик. Я, соблюдая дистанцию, пошел за ней, и вскоре увидел еще троих эльфов, один из которых был мне знаком. Этот надменный голос, высокомерный взгляд, гордую осанку не узнать невозможно! Наверное, если б кто-то взглянул на меня в этот момент, то обязательно бы что-то заподозрил: я стоял, как вкопанный, уставившись на Арманда ди Дусера, которому сам лично, своими руками отрубил голову на Авилоне, во дворце Галеон! Но эльфы были поглощены своим разговором и меня не замечали. — Как точно сказано, сир! Вы как будто сняли эту реплику с моего языка. Во время минувшей трапезы, когда мы дегустировали урожай с Умойра… — Ах, прекрасный был букет! Этот незабываемый запах лесной хвои, это чуть терпкое послевкусие… — Да уж, не сравниться с орочьей бурдой с Изуна. Фу, мерзость! — Ничего вы не понимаете! В орочьей крови есть особая сила! Да, она излишне крепка. Да, в нос шибает запах немытой кожи. Но каков эффект! — Ха! Я помню тот бред, что ты несла про слияние мужественности и женственности. Давно я так не смеялся. — Да уж, сир! Но больше всего мне запомнилось, что случилось после нашей трапезы… — Да, это было… необычно… Как долго я такого не испытывала… — А помните… помните, что вытворяла троица гибберлингов?! Вот умора! Ха-ха! Ну, дорогая? И как вяжется то, что мы видели, с твоей теорией про слияние мужественности и женственности? — Прекрасно вяжется! И доказательство тому — то благородное безумие, что охватило нас после иссушения этих малышей. Я чувствовала себя свободной. Свободной от всего! Так-то. — Неправильный ответ, дорогая. Я давно подозревал, что твои вкусовые пристрастия несколько примитивны… Я слабо понимал, о чем они говорят, но почему-то тошнота подкатила к горлу и мне захотелось заткнуть руками свои уши. А еще нос. Кровь — вот чем здесь пахло! Тяжелый, металлический запах боли и смерти. Развернувшись, я поплелся обратно, уже не надеясь самостоятельно добраться хотя бы до выхода, а не то, что до башни. Но она вдруг выросла прямо передо мной, когда я уже и не ждал! Удивительно, почему ее так плохо видно с расстояния и совсем не видно за пределами города Демонов, потому что сейчас, когда я стоял у ее подножия, мне казалось, что высокий шпиль упирается в самый астрал. Башню охраняли демоны, а вход перегораживала такая же магическая завеса. На мое приближение демоны никак не отреагировали и я было приободрился, но когда попытался войти внутрь, сжимая выданный мне ключ, невидимая сила оттолкнула меня назад. — Ты недостоин войти! После прозвучавших слов демоны посмотрели на меня очень недобро, и я, изображая смирение, быстро ретировался. Второй неожиданностью стало то, что с этого места — у башни, находящейся на возвышенности — относительно неплохо была видна прилегающая территория! Я даже сумел примерно определить, где уже побывал и как теперь выбраться. Оглядевшись и стараясь вобрать в себя как можно больше деталей, я заторопился наружу. Хватит испытывать судьбу! Я уже достаточно здесь увидел. Чтобы добраться до выхода мне, правда, пришлось еще попетлять, не столько из-за извилистого пути, а сколько из-за того, что я старательно обходил большие скопления демонов и демонопоклонников, но когда вышел, наконец, за магическую завесу, сорвал с головы капюшон и вдохнул полной грудью, никогда еще так не радуясь колючему ветру, царапающему лицо. Снаружи никого не оказалось, ну или я просто никого не увидел. Какое-то время мне пришлось потратить на то, чтобы сообразить, с какой стороны города Демонов я нахожусь и как теперь добраться до своего дрейка. Но и с этой задачей я справился. Впрочем, первым я увидел вовсе не Старика, а наших разведчиков, уже обшаривших в поисках меня весь берег. И как только я их заметил, на меня в полной мере снизошло понимание, как, в сущности, мне повезло во-первых выбраться живым, во-вторых, узнать столько всего! И главное — достать ключ города Демонов! Это ли не главная удача? Быть может, нам удастся теперь разворошить логово демонов и предотвратить нечто страшное! Наверное, именно в этом и состояла моя исключительная роль — оказаться в нужном месте в нужное время. Окрыленный, я мчался в имперский лагерь, чувствуя, что у меня открылось второе дыхание. В лагере за эти часы изменилось многое. Хранителей стало ощутимо больше, к примелькавшимся уже лицам добавились новые, и я рефлекторно задрал голову в поисках Имперских кораблей, которые, вероятно, сумели пробиться к Язесу. Но грозовое небо не озаряли всполохи вырывающейся из сопел маны. Что-то внутри меня екнуло и я как-то нехотя, с опаской, повернулся к демоническому порталу — фиолетовый шар никуда не делся, но выглядел как перегоревшая лампа: тусклым и безжизненным, и возле него уже не дежурили заклинатели. — Ник, когда ты вернулся?! — я обернулся на Мишин голос и увидел, что он, вполне здоровый, направляется ко мне вместе с остальными. — Ты поправился… — рассеянно произнес я, пытаясь справиться с потрясением при виде мертвого портала. — Ник?! — Я прибыл сегодня… Что тут происходит, откуда столько Хранителей? Наши корабли… — Нет, — перебил Орел, выглядевший непривычно собранным и хмурым. — Командование телепортировало сюда столько военных, на сколько хватило ключа, пока магия в нем не закончилась. А потом заклинатели запечатали портал, он все равно теперь для нас бесполезен. Мысль забуксовала и мне пришлось прилагать усилия, чтобы протолкнуть ее на следующую ступень и прийти к логическому выводу: назад мы вернуться не можем. Значит ли это, что Язес станет нашей коллективной могилой, или все же у Империи есть запасной план? — Капитан! Незнакомый Хранитель махал мне рукой, призывая в командирскую палатку. Хоть лица я не скрывал, но на мне все еще был сектантский балахон, так что косые взгляды летели со всех сторон. Я вошел в палатку и застал офицерское собрание в самом разгаре. Обстановка была напряженная, в воздухе разве что черные тучи не образовывались сами собой. В ответ на мое вопросительное лицо генерал сказал: — Садись, капитан. Повторяться сейчас не буду, все детали потом. Мы наступаем. Я опустился на свободное место и бросил взгляд на развернутую перед всеми карту, уже украсившуюся различными метками: стрелками и крестиками. — Западная часть — это забота Лиги. Наша — восточная. Если не удастся пробить брешь в защите и попасть внутрь города Демонов… значит мы просто сделаем все, чтобы уничтожить этот аллод. Нам должно хватить сил стереть Язес и все, что на нем есть, с лица Сарнаута, я уверен! На лицах присутствующих отображалась отчаянная решительность. На Язесе, помимо всего прочего, находились еще и мы сами, и вероятность того, что здесь мы и останемся, стала велика, как никогда. Никто не хотел проявить малодушия, никто не хотел показаться трусом. Но тяжесть от осознания скорого конца все равно давила со всех сторон, как будто в палатке вдруг стало мало места. — Я знаю, как пробить брешь. У меня есть ключ от города Демонов. Верховин уставился на меня, словно только что вспомнил, откуда я вернулся. Я протянул ему ключ, и он, после секундного раздумья, произнес: — Это упрощает дело… Так! Необходимо внести коррективы в первоначальный план. Объявляется перекур, сбор через час. И свяжитесь с Лигой, нужно сообщить им, что у нас есть изменения. Пусть немедленно кого-нибудь пришлют сюда… Офицеры потянулись на выход, а я поглядел на Верховина. Может быть он все же расскажет, что произошло за те несколько часов, пока меня не было? Генерал передал новый ключ заклинателю Зэм и кивнул мне, чтобы я остался. — Лигийцы приняли решение идти в наступление. Мы, естественно, не собираемся взирать на это со стороны… К тому же магия ключа от портала стала угасать, а наши ученые так и не смогли придумать, как подольше подержать его в рабочем состоянии. Решили выжать из него все напоследок. И вместо того, чтобы вызволить отсюда Хранителей пока не поздно, загнали новых! Этого я вслух не сказал, но про себя не мог не отметить, что Империя, когда вопрос становится ребром, не жалеет своих детей, легко превращая их в пушечное мясо. С другой стороны, все мы, связав свою жизнь с армией, знали, куда шли. — Эта астральная воронка снизу аллода не дает нам покоя. Ученые считают, что это может быть чем-то вроде червоточины… Одним словом, эта дрянь всем действует на нервы, и лигийцы пришли к выводу, что оттягивать дальше нельзя. Наше командование поддержало. Надо атаковать логово этих тварей, пока не произошло чего-нибудь непоправимого. Я подумал, что если снизу аллода есть дыра в пространстве, то наши враги теоретически смогут сбежать через нее, оставив нас умирать на Язесе. Такой расклад мне понравился еще меньше. Если уж отдавать Искру, то хотя бы с пользой для дела. — А как же корабли? — Мы потеряли еще два, — хладнокровно отрезал Верховин. — Флот давно прибыл и теперь мечется в этом секторе. Лигийцы, кстати, тоже рядом крутятся. Попробовали приблизиться, но… Он устало махнул рукой. Я помолчал несколько секунд, а потом все же решился спросить: — У нас еще есть шансы выбраться отсюда? — Один из ста. — Это уже что-то, — серьезно сказал я. — Личные телепортаторы у нас еще имеются… — Но телепортироваться некуда, Империя далеко. — Зато корабли близко! Относительно. Подтащить поближе площадку телепорта не проблема, проблема — подцепиться к ней с Язеса. Этот шторм как колпак со всех сторон, отрезает нас от внешнего мира. В этот момент в палатку вернулся заклинатель Иавер Кадифа вместе с ключом от города Демонов. — Есть две новости: хорошая и плохая, — сообщил он с порога. — Давай с плохой. — Магия артефакта сложна, принцип ее действия непонятен, и поэтому самим воссоздать нечто подобное без длительных исследований у нас не получится. — Так, а хорошая? — Есть вероятность, что мы сможем разделить этот артефакт на несколько более слабых. Буквально разбить наполняющую его магию на части! Это позволит одновременно проникнуть в город Демонов нескольким штурмовикам, но попытка будет только одна. — Это лучше, чем ничего. Попытайтесь сделать как можно больше ключей, даже если они будут одноразовыми. Терять нам особо уже нечего, — сказал Верховин заклинателю и снова повернулся ко мне. — А теперь ты рассказывай. Я так понимаю, внутрь тебе удалось уже войти. — Да. — Как далеко ты зашел? Я рассказал все, что увидел, и даже схематично, насколько запомнил, накидал карту. — …в башню я не попал. И что в этой части, тоже не знаю. Я прошелся только по левой стороне и немного по центру! Там повсюду демоны! — Это то ладно, но Арманд ди Дусер… Ты уверен, что это он? — Абсолютно! — Пусть он и Великий Маг, но его возрождение, как и возрождение Гурлухсора, весьма странно. Да уж, с этим трудно не согласится. Неужели Гурлухсор нашел способ восставать даже после необратимой смерти? Я чувствовал себя уставшим и, рассказав все, что знал, был отпущен восвояси. Хотелось есть, спать и не думать о предстоящей кампании хотя бы какое-то время. Повторное собрание офицеров я пропустил полностью, как и визит союзников, поэтому новости узнавал самым последним: мы атакуем всеми силами, какие только есть у нас и у лигийцев, с которыми мы почти сравнялись по численности с прибытием новых Хранителей. Зато у них был Великий Маг! Наше командование на такой подарок не расщедрилось, хотя, наверное, в Империи Великих Магов было не так уж и много. Нервное молчание распространилось по всему лагерю. Последние часы перед вылазкой каждый пытался найти себе какое-нибудь занятие, чтобы отвлечь плохие мысли. Все-таки спонтанный бой психологически гораздо легче, чем заранее планируемый, потому что он не дает времени обдумать свои перспективы. Предстоящая атака должна стать решающей, и ее мучительное ожидание — отдельная разновидность пытки. Даже Орел примолк и так и не смог придумать ни одной шутки. Я подумал, что он и Матрена, и Лиза с Мишей исчезнут куда-нибудь незаметно, но все они были здесь, вместе со мной и Лбом. — Все будет хорошо. Мы бывали и в худшем положении… А теперь и Лига на нашей стороне. Мы со всем справимся и вернемся домой! — попробовала подбодрить Матрена. — Угу, — промычал Лоб и на этом разговор закончился. Больше слов никто не нашел. Я хмуро полировал свой меч, уже походивший на зеркало. Время ползло очень медленно, и когда настал нужный час, я скорее испытал облегчение, пусть даже этот час означал для нас начало конца. Согласно новому плану нам предстояло организованно и максимально быстро совершить марш-бросок до города Демонов — для этого разведкой был найден и согласован наиболее удачный маршрут. Конечно, незаметно это сделать невозможно и совсем уж неожиданностью для противников наша атака не станет. Но этого и не требовалось. Куда важнее незаметно подобраться тому отряду, у которого ключи от города Демонов. Пока мы отвлекаем на себя внимание, несколько лигийцев должны установить манабомбы у магической стены, а несколько наших Хранителей проникнуть внутрь и сделать то же самое только с другой стороны, чтобы уж наверняка пробить защиту… ну, а далее — просто пытаться выжить. Проникновение чужаков за стену не останется без внимания врага, так что первопроходцам придется очень жарко. Я надеялся, что они сумеют продержаться хоть какое-то время, но все же меня не покидала мысль, что им выпала роль смертников. Трудно даже было представить, что творилось у них в голове, когда они шли на это задание. Первая фаза о