Реклама

Скоро Зима

Журналист
  • Публикации

    42
  • Зарегистрирован

  • Посещение

  • Days Won

    2

О Скоро Зима

  • День рождения

Профиль

  • Пол
    Мужской

Посетители профиля

835 просмотров профиля
  1. Автор: iceKOI Автор: lovemylife1 Автор: Awi Автор: artcoresam1 Автор: ol-two Автор: Zatsepa Автор: kaylynn Автор: claybell View full record
  2. В этом номере мы запускаем новую творческую рубрику, где будут публиковаться истории, байки, интересные рассказы по мотивам игры. Приятного чтения! – Как же тесны бывают хладбергские хибары! Когда сидишь и наблюдаешь за тем, как клубы густого серого дыма покидают очаг и взбираются вверх по окаменевшим от холода балкам, высоко-высоко, под самую крышу – в голову невольно приходят мысли о чем-то великом и даже таинственном. В такие моменты не хватает только сказителя у костра и тёплого чая в кружке, но бывают и более счастливые дни: именно нынешним вечером ветер странствий собрал все заветные компоненты вместе под одной кровлей. Эту историю в наших краях знают немногие, но вам я её поведаю, бесенята. Яс-Венура, Великий джунский изобретатель, чьи труды ныне лежат в основе любого, даже самого простого механизма. Кем он был на самом деле? Быть мо... – неожиданно дверь распахнулась, и весь дом сразу же наполнился детским смехом, а дряхлый старик в чудаковатой шляпе с пером, мерно раскачивающийся в кресле, еле успел увернуться от летящего в его сторону снежка. – Ыть, чертята непутевые, такое настроение было, такая история вспомнилась, что же вы делаете своими бесовскими играми? – дед неспешно потянулся за старой кочергой, а детвора с диким хохотом выскочила на крыльцо. – Да-а уж, ну и семейка... Бесноватых. А ведь правду говорят, в который раз убеждаюсь: «Как корабль назовешь...» – старик повалился обратно в кресло и закрыл глаза. – Корабль? Астральный корабль? Ведь это тоже механизм, ведь Яс... – молодая хадаганка попыталась, но так и не сумела вспомнить только что услышанное имя. – Ох уж эти Джуны. Вот у людей все проще! – насупилась девушка. – Яс-Венура, девочка моя, ну что же ты хмуришь брови? На нашем языке его имя звучит как «борющийся в снегу», оно напоминает мне моего старого знакомого... Вы стоите на нём и ходите по нему, – дед постучал кочергой по деревянному заиндевевшему полу, – да, старина? – Конечно же, это ведь наш Хладберг! С лица хадаганки мгновенно сползла недовольная гримаса, а на улице начался снегопад. – Да-а... А вот он передает нам привет. И тебе привет, старина! – дед еще раз многозначительно постучал кочергой по полу хибары, – А имя этого джуна мне и запомнилось потому, что с домом перекликается. А ведь я вам сейчас поведал самый надёжный способ хорошо помнить то, что для вас важно. Но вернёмся к моему рассказу. Венура был поистине великим мастером и могущественным волшебником. Однажды, давным-давно, в далёкой столичной командировке довелось мне увидать, как быстролёты в заводском ангаре клепают. И на чертежах сплошь и рядом джунские пометки. Как вы думаете, почему именно джунские? Да потому что именно джуны заложили основу этого механизма и тысячи других, великая раса! Имперцы, конечно, тоже народец путёвый – собрали свои комитеты, дочертили, приварили, и вот – уже несётся, мчится, летит! – дед сделал восхищенное лицо и стукнул кочергой по деревянному столику, – Но это далеко не все, бесенята. Яс-Венура был не просто магом и изобретателем. Он был еще и превосходным воином! Поговаривают, будто щиты у джунов в битве сами принимали нужную форму, вона как, а ежели такой щит доставался противнику – враг джуна не мог с ним совладать, только хозяина оружие слушалось покорно. Такие чудеса! Но это не главное изобретение Венуры. А главным была его Мозаика. Джунская мозаика. – Но это ведь... – Эвона как, думаешь, эта столичная бесовщина для всех и каждого – настоящая джунская мозаика? Конечно же, нет, её просто назвали в честь той самой мозаики Венуры. Джунская мозаика – это магическая печать, которая некогда являлась надежным замком на двери, ведущей прямиком в древние катакомбы джунов, а как вы уже поняли, бесенята, многие мечтали побывать в них и позариться на джунские сокровища. Но дороже всяких сокровищ были джунские технологии, хранившиеся в тех катакомбах. А называлась эта печать мозаикой, по правде сказать, именно потому, что прежде никто так искусно механизмы с магией не объединял. Именно нашему мастеру удалось пригреть на груди сразу два великих таланта: дар мага и разум механика. Да только настигло джунов на закате старого мира ужасное проклятие, тогда и великой Джунской Мозаике пришла пора на время в небытие кануть. Считалось, будто в одних байках она и осталась, пока катакомбы джунов сызнова не откопали. Вот оно как все было, да только потом эту бесовщину столичную придумали, а ведь теперь-то все путают джунские мозаики одну с другой. Неожиданно для всех дед рассмеялся и не удержал в руках тяжёлую кочергу, с грохотом рухнувшую на пол. – А теперь самое время поужинать, чертята, зовите семейку, пора накрывать на стол! – Ура! Ужин! – детвора повскакивала с мест, а дед заулыбался пуще прежнего и с довольным видом развалился в кресле. Тем временем совсем стемнело, и окна старой хибары покрыли морозные узоры, но внутри стало тепло, как никогда раньше. За ужином было рассказано еще множество историй, поэтому никто, кроме юной хадаганки, не заметил, как красиво мороз расписал потрескавшиеся старые стёкла. «Надо же, прямо настоящая джунская мозаика!» View full record
  3. Легенда Я расскажу вам о легенде Про две звезды, горящих в мгле. Смотрите, вон они на небе Сверкают ярко при луне. Случилось это в дни былые, И шла война в земле Святой, Империя враждует с Лигой, Причин не вспомнить нам с тобой. В Эльджуне есть одна застава, Кровавой прозвана она – Свидетель сказки невесёлой, Но, видно, то была судьба. Сошлись в отважной битве эльфы, К ним Хадаган зашёл в тылы, Диверсию отряд готовил, Чтоб взять высоты без борьбы. Диверсия была успешной, Лигийский флаг заполыхал. Но в битве сказка приключилась, Которую никто не ждал. Он хадаганцем был красивым, Загар из бронзы на лице, Она – эльфийкоймиловидной, Изящней нет её нигде. В бою лишь встретились глазами, Короткий миг их обручил, Но Лига вскоре отступила, И ран никто не получил. Однако ночью, в сладкой дрёме, Глаза приснились двум сердцам. Любовь запрещена уставом – Особенно к своим врагам! Не раз они сходились в битве, Глаза встречались вновь и вновь, Эльфийки сердце трепетало, У хадаганца пела кровь. И вот сошлись они однажды, Мечи скрестились у лица, Глаза смотрели друг на друга, А в их сердцах цвела весна. В порыве пылкой страсти этой, Не в силах совладать с собой, Уста их слились в поцелуе, Навек связав одной судьбой. Преступники в глазах округи, Хоть пред богами чиста кровь, Две жизни стали одним целым, Хоругвь подняли за любовь. Где их могила – неизвестно, Легенда та покрылась мхом, Лишь две звезды горят на небе Напоминая нам о том. Но всё же имена остались, Дошли до нас из тьмы былин: Эльфийку звали Валентина, А хадаганца – Валентин. Февраль и март Февраль тяжёлою походкой Шагал средь снежной пелены, Своей брадой, седой метелью, Опутал всё – поля, сады. И тут идёт ему навстречу Юнец-подросток удалой – В руке сосулька, телогрейка Распахнута и сам хмельной. И вот сравнялись, Февраль грозно: «С дороги мелочь, ишь какой?!» А Март в ответ: «Э нет, голубчик, Пора тебе, дед, на постой» Февраль весь в гневе, замахнулся, Метель и вьюгу вызвал в бой, А Март лукаво улыбнулся, Лишь зеркальце он нёс с собой. На солнце зеркало направил, И зайка солнечный как раз В лицо попал седому старцу – Аж слёзы брызнули из глаз. Старик, попятившись немного, От удивленья так и сел, А Март, прокладывал дорогу Весне, ходил и песни пел. View full record
  4. Нить Судьбы. Для кого-то это просто строчка в списке серверов. Для нас, подписчиков, это родная Нитка. Тут игроки относятся к серверу, как к живому существу: любят его, ругают, даже просят у него помощи! Статус подписки делает Нить закрытым мирком. У нас гораздо реже появляются новые игроки, причем эти новички почти всегда опытные «фришечники». С самого старта сервера стало ясно, что игровой процесс на НС будет сильно отличаться от игры на всех других серверах. Помните, когда-то давно велись ожесточенные бои за места Силы на Асээ-Тепхе? Вот кач на Нитке напомнил именно те времена: спорные локации пестрели флажками хорунжих, ведь за убийство игрока давали иногда больше опыта, чем за выполнение квеста. Сражения тогда были доступны с маленького уровня, так что туда ходили все. Шутка ли, исход боя зависел от твоего умения игры своим классом! А максимальным бонусом была экипировка за репутацию с теми или иными фракциями. Достигнув 55 уровня (максимального в то время), некоторые ушли обратно на фри-сервера. У кого-то там остались большие руны и боевые маунты, с которыми не хотелось расставаться. А некоторые мои знакомые тосковали по коллекциям костюмов и окрасов) Большинство подписчиков все же предпочло остаться. Вскоре наметился разрыв между хорошо одетыми игроками из ТОП-гильдий и «середнячком», тем не менее у вторых все же был шанс одержать победу на БГ, найти пати в астрал. Мы быстро привыкли к постоянной «накури», костюмам за юбилейные монетки, Мёртвой и Живой воде за голд и прочим приятным вещам. Забыли про ларцы, корм для маунта, проклятую экипировку. Как оказалось, на подписке нет надобности проводить больше времени онлайн, чем на фришке. За 3-4 часа игры в день можно успеть все: слетать на несколько островов, сходить в рейд, подраться на БГ, послакать на перилах в Оке, как без этого) Золота хватает на крафт, покупку репликов и прочей мелочи. Правда, если захочешь сменить класс, придется подкопить деньжат: души иногда уходят за 7 миллионов. Да, у нас свой неповторимый «баланс» классов, который невозможно уравновесить рунами и покровой, да, сорока не собирает руду/траву (о, ужас!). Но менее интересной игра от этого не становится! Бонус – экономия денег, ведь 400 рублей в месяц на подписку игры и аддонов может себе позволить каждый. Многие мои знакомые перешли на Нить еще в 2013 году, некоторые присоединились совсем недавно. Никто из нас не хочет возвращаться на фри-сервера. Нитка теперь наш милый дом Лефита, гильдия Смерш, Империя, Нить судьбы. Орфография и пунктуация сохранены. View full record
  5. В своих странствиях по миру Сарнаута мы встречаем сотни персонажей, дружественных и не очень, полезных и очень полезных, которые могут нам как навредить, так и помочь, значительно облегчив наш нелегкий, усыпанный приключениями путь, поэтому дружить с некоторыми из них очень желательно. В этом номере мы представляем вам топ-10 НПС, с которыми редакция журнала «Вестник Сарнаута» категорически советует поддерживать хорошие отношения! 10 место Классовый наставник Кто еще может раскрыть вам секреты мастерства и удачи, научить упорству и живучести, добавить воли и решимости, а также направить ваши многочисленные умения в правильное русло? Первым делом искателям приключений стоит познакомиться со своим мудрым и опытным наставником, который обязательно поможет вам достичь небывалых высот в боевых искусствах, исправить ошибки и недочеты в обучении и даже познать новые грани своего таланта! У каждого класса есть свой наставник, который ждет учеников в столицах фракций. 9 место Торговец рунами Каждый житель Сарнаута знает, какое важное значение имеют в этом мире руны, поэтому ссориться с продавцами рун, инструментов и ингредиентов для их склейки вам совершенно ни к чему! А если вы давно и преданно служите своему делу, то того и гляди, скидочку получите на золотую пыль. Главное – не забудьте предоставить свои медали в качестве доказательства добросовестной службы! В Лиге рунами торгует семейка Загадочных, в Империи – Семер Немар. 8 место Мастер перемен Жорж ди Ардер из Лиги и Сергей Зверин из Империи точно знают, как часто людям, эльфам, гибберлингам, прайденам и даже оркам и Зэмам хочется измениться до неузнаваемости. Совсем немного волшебных карнавальных масок – и вы уже счастливый обладатель эксклюзивной прически, стильной татуировки и необычного цвета глаз. Но и это еще не все: научно-волшебный прогресс дошел до того, что вы за секунду можете сменить даже пол и расу! Однако имейте ввиду: если вы прайден, желающий избавиться от блох путем превращения в человека, то мастера перемен не гарантируют вам стопроцентный результат 7 место Специалист по необъяснимому Если изменений внешности недостаточно, и ты считаешь, что пора в корне изменить свою жизнь, в буквальном смысле переместившись в шкуру другого существа, то в этом деле тебе непременно помогут Мара ди Дусер из Лиги и Саранг Бисану из Империи, к которым недавно присоединились Лоон-Нэна Ясноликая и Оулэ Загадочная, проживающие на аллоде Ольм. Если ты воин, давно мечтавший стать волшебником, или инженер, желающий посвятить себя музыке, а может быть – разведчик, в тайне изучающий науку некромантии, обязательно разыщи в столице специалиста по необъяснимому! 6 место Ловелас Даже на самой суровой войне всегда найдется место для любви! Наша редакция не представляет, как можно прожить в мире Сарнаута, не выслушав советов от Загреба Рукастых из Лиги или имперца Могуты Любимова, которые за скромную плату не только откроют галантным кавалерам и прекрасным дамам секреты обольщения противоположного пола, но и дадут несколько полезных адресочков, где вас также не оставят без ценных советов. От себя же хотим добавить, что ничто так не повышает боевой дух кавалера, как очаровательная улыбка дамы, и только те дамы улыбаются часто и искренне, которых носят на руках кавалеры. 5 место Капитан наемников Александра Сольдина из Империи и Властемир Наймитов из Лиги – люди очень важные и полезные. Ведь, как известно, один в поле не воин, и очень часто нам нужна поддержка бравых вояк. И тут нам на помощь приходят опытные капитаны наемников, которые за небольшую плату (а то и вовсе бесплатно) пришлют нам на помощь отважных солдат Лба Буйных, Матрену Коновалову, Бурю Степных, Михаила Грамотина, Лизу ди Вевр и Кузьму Орлова! Так что всем героям рекомендуется как можно скорее заключить контракт с наемниками и на всякий случай всегда носить его с собой. 4 место Меняла За Любавой Грошевой, живущей в Новограде, и Юрием Копейкиным из Незебграда, а также за Гээл-Олой с Ольма стоит приглядывать, едва попав в город, потому что от их деятельности может зависеть ваше финансовое благополучие. Они с радостью обменяют вам золото на кристаллы, а кристаллы на золото, в зависимости от ваших нужд, но будьте осторожны – хитрые менялы никогда не упустят шанс поживиться на честных тружениках, ловко играя на курсах валют. И все-таки их услуги бывают необходимы, чтобы можно было ими пренебречь. 3 место Очень Уважаемый Гоблин Это достопочтенный господин – личность в Сарнауте известная и полезная чрезвычайно: кладезь уникальных вещей и специалист по сделкам – он обязательно сделает вам предложение, от которого вы точно не сможете отказаться. Но не стоит отвлекать столь важную персону по пустякам, он очень ценит каждую секунду своего времени, и даже его визитная карточка стоит недешево. Однако, подружившись с Очень Уважаемым Гоблином, можно и самому неплохо разбогатеть, поэтому, если вы чувствуете в себе деловую жилку –дерзайте, мастера звонкой монеты! 2 место Глава фракции Не могли мы обделить вниманием и многоуважаемое руководство Лиги и Империи в лице Айденуса и Яскера соответственно. И хотя они очень редко балуют нас чем-нибудь приятным, чаще всего отправляя рисковать жизнью на важные и опасные заданияво имя Родины, пренебрегать их дружбой чревато грустными последствиями. Да и мало кто может похвастать дружбой с сильными мира сего, поэтому, если вы сумели добиться аудиенции у самих Яскера или Айденуса, можете смело считать, что достигли небывалых высот, ведь такие выдающиеся личности не тратят свое время на обычных смертных. 1 место Служитель света в чистилище Кто же может быть важнее лидеров фракций, спросите вы? Дружба с великими – это, конечно, хорошо, но если вы мертвы, то никакие связи в мире живых вам уже не помогут. И поэтому на первом месте самая важная персона в игре – служитель света из чистилища, единственный, кто может помочь вам продолжить свой путь на просторах Сарнаута, если он внезапно и трагично прервался. И хотя мы советуем вам встречаться с ним как можно реже, не забудьте на всякий случай купить побольше мирры! View full record
  6. Каждый из нас хотя бы один раз озадачивался вопросом, какие обои установить на рабочий стол своего компьютера. Кто-то предпочитает неброский фон без ярких картинок, кто устанавливает семейные фото, а кто-то подыскивает обои, отталкиваясь от своих увлечений. Если вы относитесь к последнему типу, да еще и являетесь фанатом Аллодов Онлайн, то этот топ несомненно для вас! В этом номере мы представляем вам рейтинг самых красивых обоев на рабочий стол по игре Аллоды Онлайн. 10 место Любители сюжета игры хорошо знают, что изображено на этом рисунке. Ну а для тех, кто не узнал центрального персонажа, краткий экскурс в историю: когда-то давно между двумя могущественными богами — Богом Тьмы Нихазом и Богом Света Сарном — произошла битва, которую Сарн проиграл. Нихаз заточил своего соперника на голой, безжизненной планете Сарнаут и оставил двенадцать драконов охранять пленника. После того, как на планету упал метеорит и защита Нихаза ослабла, Сарн, как истинный Бог Света и Творец, начал делать единственное, что умел — он создал на планете жизнь. 9 место Строчкой выше веселая компания гибберлингов, известных балагуров и выпивох. Вот что нам рассказывают о них официальные истонички: «Врожденными чертами гибберлингов являются любопытство, непоседливость и склонность к предсказанию будущего. Они умны и добродушны, а недостаток роста с лихвой компенсируют ловкостью и слаженными командными действиями — в опасные приключения гибберлинги обычно отправляются втроём, всем ростком, и втроём же противостоят противнику. Одинокий гибберлинг — редкость в мире Сарнаут». 8 место Если вы отчаянный гоблиноболист, то эти обои созданы для вас! Родоначальниками этой суровой забавы являются орки, для которых гоблинобол является настоящим культом. Существует множество команд, со своей символикой и целой армией фанатов. Регулярно проводятся чемпионаты, где самые сильные спортсмены готовы на все, чтобы забить гоблиномяч в ворота соперника и выиграть главный трофей — Кубок Чемпиона! Со временем игра стала популярной не только среди орков. Вскоре и другие расы как Лиги, так и Империи начали принимать активное участие в соревнованиях. 7 место Эльфы являются самой первой разумной расой в Сарнауте. «Красота и интриги» — вот что приходит на ум при их упоминании. «Основы эльфийской государственности были заложены ещё до Катаклизма, на Балах-встречах эльфов из разных семей. Это были грандиозные праздники, способные поразить самое разнузданное воображение. Магия во всех проявлениях царила на этих Балах, а в кулуарах решались важные политические вопросы. Именно тогда были заложены основы Большой Игры, которая впоследствии стала основным занятием эльфов». Историю создания этого арта можно прочесть тут. 6 место Кажется, еще вчера этих хвостатых союзников не было с нами. Трудно поверить, что с момента появления этой расы прошло уже два с лишним года! В обновлении 6.0 мы вперые познакомились прайденами, ставшими первой расой, которую можно увидеть как в Лиге, так и в Империи. «Будь сильным или умри!» — таков суровый девиз прайденов. Их жизнь — вечная охота, полная опасностей на каждом шагу и не дающая права на ошибку. Несмотря ни на что, эти суровые хищники всегда свято чтят законы матери-природы и заветы предков. Во главе крепких общин прайденов стоят Гласы, духи старейшин, слово которых пользуется уважением». 5 место А на пятое место вновь забрались гибберлинги, без которых игра кажется немыслимой. Не для кого не секрет, что именно этой расе мы обязаны возможностью путешествовать на астральных кораблях. История рыбака Свэна, который во время рыбалки уснул в своей лодке, а проснулся дрейфующим в астрале возле аллода, известна каждому жителю Сарнаута. Камушек, который гибберлинг использовал в качестве грузила, был не чем иным, как метеоритом, защищающим лодку от астрала — вот так и началась великая Эра Астральных Путешествий. На пятом месте обои для настоящих астралонавтов! 4 место На четвертом месте грустная история Джунского народа, которому в противостоянии двух Богов была уготована жестокая судьба. Присягнув на верность своему Творцу Сарну, Джуны поклялись истребить его тюремщиков — драконов. Но явившийся к ним Нихаз рассказал, что как только последний охранник падет, Сарн вырвется на свободу, и планета-тюрьма будет уничтожена. Впоследствии Джуны отрекаются от своего создателя, и тот насылает на них проклятие, которое уничтожит почти всю расу. Остатки выживших снова обращаются к Нихазу за помощью, и тот действительно спасает их... но делает это так, как сделал бы истинный Бог Тьмы. 3 место На третьем месте мечта расы орков и ночной кошмар Яскера — Великий Орк. Как известно, у орков нет способностей к магии, и они не могут сами защищать свои земли от разрушительной силы астрала. Именно это стало причиной присоединения орков к Хадаганской Империи. Несмотря на то, что теперь орочьи аллоды держат Великие Маги из числа людей или Восставших, Верховный Шаман орков Коловрат все еще не теряет надежды найти своего Великого Мага, что позволило бы его расе обрести независимость. И хотя не все орки поддерживают такое решение, поиски Великого Орка все еще продолжаются! 2 место На втором месте одна из самых сильных работ художников из AllodsTeam, которая невольно притягивает взгляд и прямо-таки гипнотизирует зрителя. Восставшие Зэм являются, пожалуй, самой загадочной из игровых рас Сарнаута. По сюжету цивилизация Зэм погибла еще до Катаклизма из-за страшной чумы, насланной их же соплеменником, и возродилась уже в наше время. Пройдя путь от рабов до полноправного народа Империи, Восставшие Зэм сали «умом» своей страны, двигателем научного прогресса. Их технологии по праву считаются самыми передовыми, обеспечивая Империи статус развитого индустриального государства. 1 место А на первое место мы решили поместить обои, автор которых не является художником из AllodsTeam. Это замечательные работы обычного фаната игры, а также сотрудника нашего журнала — Ильи Шавкунова, которыми он часто радует нас, и мы очень надеемся, что еще не раз увидим его творчество! Просмотреть полную запись
  7. Топ 10 обоев на рабочий стол

    Каждый из нас хотя бы один раз озадачивался вопросом, какие обои установить на рабочий стол своего компьютера. Кто-то предпочитает неброский фон без ярких картинок, кто устанавливает семейные фото, а кто-то подыскивает обои, отталкиваясь от своих увлечений. Если вы относитесь к последнему типу, да еще и являетесь фанатом Аллодов Онлайн, то этот топ несомненно для вас! В этом номере мы представляем вам рейтинг самых красивых обоев на рабочий стол по игре Аллоды Онлайн. 10 место Любители сюжета игры хорошо знают, что изображено на этом рисунке. Ну а для тех, кто не узнал центрального персонажа, краткий экскурс в историю: когда-то давно между двумя могущественными богами — Богом Тьмы Нихазом и Богом Света Сарном — произошла битва, которую Сарн проиграл. Нихаз заточил своего соперника на голой, безжизненной планете Сарнаут и оставил двенадцать драконов охранять пленника. После того, как на планету упал метеорит и защита Нихаза ослабла, Сарн, как истинный Бог Света и Творец, начал делать единственное, что умел — он создал на планете жизнь. 9 место Строчкой выше веселая компания гибберлингов, известных балагуров и выпивох. Вот что нам рассказывают о них официальные истонички: «Врожденными чертами гибберлингов являются любопытство, непоседливость и склонность к предсказанию будущего. Они умны и добродушны, а недостаток роста с лихвой компенсируют ловкостью и слаженными командными действиями — в опасные приключения гибберлинги обычно отправляются втроём, всем ростком, и втроём же противостоят противнику. Одинокий гибберлинг — редкость в мире Сарнаут». 8 место Если вы отчаянный гоблиноболист, то эти обои созданы для вас! Родоначальниками этой суровой забавы являются орки, для которых гоблинобол является настоящим культом. Существует множество команд, со своей символикой и целой армией фанатов. Регулярно проводятся чемпионаты, где самые сильные спортсмены готовы на все, чтобы забить гоблиномяч в ворота соперника и выиграть главный трофей — Кубок Чемпиона! Со временем игра стала популярной не только среди орков. Вскоре и другие расы как Лиги, так и Империи начали принимать активное участие в соревнованиях. 7 место Эльфы являются самой первой разумной расой в Сарнауте. «Красота и интриги» — вот что приходит на ум при их упоминании. «Основы эльфийской государственности были заложены ещё до Катаклизма, на Балах-встречах эльфов из разных семей. Это были грандиозные праздники, способные поразить самое разнузданное воображение. Магия во всех проявлениях царила на этих Балах, а в кулуарах решались важные политические вопросы. Именно тогда были заложены основы Большой Игры, которая впоследствии стала основным занятием эльфов». Историю создания этого арта можно прочесть тут. 6 место Кажется, еще вчера этих хвостатых союзников не было с нами. Трудно поверить, что с момента появления этой расы прошло уже два с лишним года! В обновлении 6.0 мы вперые познакомились прайденами, ставшими первой расой, которую можно увидеть как в Лиге, так и в Империи. «Будь сильным или умри!» — таков суровый девиз прайденов. Их жизнь — вечная охота, полная опасностей на каждом шагу и не дающая права на ошибку. Несмотря ни на что, эти суровые хищники всегда свято чтят законы матери-природы и заветы предков. Во главе крепких общин прайденов стоят Гласы, духи старейшин, слово которых пользуется уважением». 5 место А на пятое место вновь забрались гибберлинги, без которых игра кажется немыслимой. Не для кого не секрет, что именно этой расе мы обязаны возможностью путешествовать на астральных кораблях. История рыбака Свэна, который во время рыбалки уснул в своей лодке, а проснулся дрейфующим в астрале возле аллода, известна каждому жителю Сарнаута. Камушек, который гибберлинг использовал в качестве грузила, был не чем иным, как метеоритом, защищающим лодку от астрала — вот так и началась великая Эра Астральных Путешествий. На пятом месте обои для настоящих астралонавтов! 4 место На четвертом месте грустная история Джунского народа, которому в противостоянии двух Богов была уготована жестокая судьба. Присягнув на верность своему Творцу Сарну, Джуны поклялись истребить его тюремщиков — драконов. Но явившийся к ним Нихаз рассказал, что как только последний охранник падет, Сарн вырвется на свободу, и планета-тюрьма будет уничтожена. Впоследствии Джуны отрекаются от своего создателя, и тот насылает на них проклятие, которое уничтожит почти всю расу. Остатки выживших снова обращаются к Нихазу за помощью, и тот действительно спасает их... но делает это так, как сделал бы истинный Бог Тьмы. 3 место На третьем месте мечта расы орков и ночной кошмар Яскера — Великий Орк. Как известно, у орков нет способностей к магии, и они не могут сами защищать свои земли от разрушительной силы астрала. Именно это стало причиной присоединения орков к Хадаганской Империи. Несмотря на то, что теперь орочьи аллоды держат Великие Маги из числа людей или Восставших, Верховный Шаман орков Коловрат все еще не теряет надежды найти своего Великого Мага, что позволило бы его расе обрести независимость. И хотя не все орки поддерживают такое решение, поиски Великого Орка все еще продолжаются! 2 место На втором месте одна из самых сильных работ художников из AllodsTeam, которая невольно притягивает взгляд и прямо-таки гипнотизирует зрителя. Восставшие Зэм являются, пожалуй, самой загадочной из игровых рас Сарнаута. По сюжету цивилизация Зэм погибла еще до Катаклизма из-за страшной чумы, насланной их же соплеменником, и возродилась уже в наше время. Пройдя путь от рабов до полноправного народа Империи, Восставшие Зэм сали «умом» своей страны, двигателем научного прогресса. Их технологии по праву считаются самыми передовыми, обеспечивая Империи статус развитого индустриального государства. 1 место А на первое место мы решили поместить обои, автор которых не является художником из AllodsTeam. Это замечательные работы обычного фаната игры, а также сотрудника нашего журнала — Ильи Шавкунова, которыми он часто радует нас, и мы очень надеемся, что еще не раз увидим его творчество!
  8. Аллоды онлайн

    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор пожелал остаться неизвестным Сарнаут оказался больше, чем я думал, сложнее, чем я мог себе представить, и намного опасней, чем я хотел. Подпись: Ваш Ник. Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5. Обитель мертвых По обшарпанному потолку скакали неровные тени — Грамотин читал книгу, подсвечивая себе волшебной палочкой. Он перебрался к нам и занял кровать слева от меня, поближе к окну. Справа посапывал Орел, то улыбаясь, то хмурясь чему-то своему. У меня же сна не было ни в одном глазу, хотя усталость давала о себе знать — болели мышцы, в голове шумело и не было даже сил раздеться и снять обувь. Очень хотелось пить, но я просто лежал обуреваемый жаждой, бездумно глядя в потолок на танец красноватых теней. Вскоре Грамотин захлопнул книгу и погасил свет. В темноте смотреть стало не на что, и я начал перебирать вереницу событий последних дней: мое чудесное спасение, втянувшее меня в битву Империи и Лиги за прибор, который может изменить баланс сил, сместить хрупкое равновесие в пользу той стороны, в чьих руках окажется работающий телепортатор… Я сжал в руке прибор, с котором не расставался ни на минуту, и почувствовал его тепло. Мне пока что не хватало смелости им воспользоваться, и я все оттягивал этот момент, как будто у меня еще были шансы выпутаться из этой истории и остаться в стороне от ее дальнейшего развития. Когда я мечтал вступить в ряды Имперской Армии, я думал о прямых схватках с противником, а не о том, что стану предметом научных исследований. А что, если этот телепортатор расщепит меня в пыль и разнесет по всему Сарнауту? Заканчивать так свой век мне совсем не хотелось — я предпочел бы умереть в схватке лоб в лоб с противником, чем кануть в небытие из-за сбоя в работе чего-то такого, о чем я не имею ни малейшего представления. Хотя Ринат Мишин, хранитель стационарного портала, сказал, что почувствовал какой-то отклик, когда настраивал телепортатор. Вот если просто сжать в руке прибор и представить, что мне очень нужно попасть в здание городского комитета… — Что… Святой Незеб… что это… Откуда, черт побери, вы взялись?! Кто вы такой?! МИЛИ-И-ИЦИЯ!.. Пару секунд я ошарашено озирался по сторонам — по всем признакам я находился в районе Старой Площади, стоял в центре площадки телепорта, а рядом визжал его хранитель, истерично тыча в меня пальцем. — Да тише ты, чего орешь как резаный… Телепортировался я… — Откуда?! Ты не с нашего телепорта… ШПИОН!.. МИЛИ-И… Постой-ка, я тебя знаю… Ты же Имперец-Который-Выжил? — Ну… — Тогда ты… О-о-о! Я понял! Персональный телепортатор! Ты телепортировался не со стационарного телепорта! Верно?! — Угу… мне бы теперь… — Так это же здорово! Нужно немедленно доложить наверх! Такое событие! Что же ты сразу не сказал? — хранитель схватил меня за плечи и начал ощупывать, слово желая убедиться, что я не призрак. — Да я… — Подожди-ка здесь минутку. Это дело не терпит отлагательств! Я свяжусь с Извилиной сейчас же! — Куда… ночь ведь… — Какая ночь? Ты представляешь, как это важно?! Стой здесь! Хранитель исчез в неизвестном направлении, оставив меня одного возле телепорта. Я, будучи безоружным, чувствовал себя голым и беззащитным. Однако, на улице было тихо, и приближение кого бы то ни было я бы услышал. — Ты из портала? — минут через двадцать закричала Извилина на всю улицу, нисколько не смущаясь ночного времени суток. — Или хранитель просто уснул и не заметил, как ты подошел? — Да нет же! — воскликнул тот. — Говорю вам, он телепортировался… как будто из ниоткуда. Ни с одного телепорта не было сигнала… — Я так и знала! — запричитала Марта, тоже схватив меня за плечи и встряхнув. — Ура, получилось! Все-таки я утерла нос этим дохлым занудам. Хадаганские ученые — самые ученые… ученые в мире! На ней был наспех накинутый плащ, распущенные волосы свободно рассыпались по плечам и спине — было видно, что хранитель портала поднял ее с постели, но, надо отдать ей должное, заспанной она совсем не выглядела. — Интересно, это открытие потянет на Государственную премию? Но потом, все потом! Сейчас мне срочно нужно садиться за отчет! Где прибор? Марта забрала у меня телепортатор, внимательно осмотрела со всех сторон, широко улыбаясь и не переставая возносить хвалу ученым. — Отлично! Замечательно! А теперь расскажи мне все в подробностях… Я попытался в деталях передать, что и как я сделал, чтобы попасть в район Старой Площади, но это все равно не заняло много времени — ведь по сути я не сделал ничего особенного. Однако Марта так и сяк пыталась у меня выманить еще какие-нибудь мелочи, которые могли быть важными. Когда она, наконец, оставила меня в покое и унеслась писать свой отчет, моя голова раскалывалась от ее трескотни. Мы остались с хранителем вдвоем. Он смотрел на меня с таким восхищением, как будто я только что самолично повторил все подвиги Незеба. — Я могу телепортировать вас обратно… в каком районе вы были? — спросил он, снова перейдя на «вы». Я хотел было вернуться к Триумфальным Воротам, но мои веки вдруг отяжелели и неимоверно захотелось спать. Я представил, сколько мне еще нужно тащиться от площадки телепорта до дома — сонным, уставшим и безоружным… Ночка была теплой и безветренной, воздух свежим и решение пришло как-то само. — Слушай, я тут у тебя вздремну чуть чуть на лавке… Приглядишь, чтоб милиция не забрала? — последние слова я произнес уже в полудреме…, а может мне приснилось, что я их произнес. Но не успел я окончательно провалиться в сон, как надо мной раздался возмущенный голос Кузьмы: — У тебя совесть есть?! — Нет, — промямлил я и попытался перевернуться на другой бок, за что тут же получил в ухо. — Просыпаемся, тебя нет… Мы уже в милицию собрались идти, да решили лучше к Правдину, вдруг тебя Лигийские шпионы похитили… Вставай! Орел тормошил меня за плечо и через несколько минут я сдался и открыл глаза. К моему великому удивлению, было уже светло, хотя я был уверен, что прошло совсем мало времени. — Как ты тут очутился? Мы даже не слышали, как ты уходил! Мог бы и предупредить… — Я телепортировался. — Но… погоди, персональный телепортатор? Значит… у тебя получилось?! Но почему нас не предупредил? А если бы не получилось? Где бы мы тебя искали?.. — Да прекрати ты кудахтать! Я сам не ожидал, что получится, а потом лень возвращаться было. — Ну, все хорошо, что хорошо кончается, а теперь к делу… Я с удивлением увидел, что начальник таможни тоже здесь. — Нам нужно срочно встретиться с Хранителем Правдиным, — сказал он. — Я подготовил кое-какое донесение, очень секретное. Армия разберется! Думаю, что мы на пороге раскрытия большущего заговора. Но мы спасем Империю! От его пламенных слов я проникся, однако на лице Орла все еще сохранялось недовольстве от того, что ему не дали повозмущаться еще. Грамотин же был абсолютно спокоен, подтянут и всем своим видом показывал образцовую готовность. Здание городского комитета, несмотря на ранний час, уже было наполнено людьми. Мы стояли в вестибюле, в ожидании майора Правдина, за которым отправили шустрого посыльного, и я постоянно ловил себя на мысли, что мне хочется убраться отсюда поскорей, пока на меня не наткнулась Марта Извилина со своим телепортатором. Я очень надеялся, что дальнейшие испытания прибора обойдутся без меня. — Олег Анатольевич! — воскликнул таможенник, едва Правдин вошел в вестибюль. Несколько человек обернулось на его возглас. — Наконец-то, Олег Анатольевич, у меня для вас есть срочное донесение! — Здравия желаю, — по-военному отчеканил Правдин, по очереди пожав нам руки. — Мне передали, дело не терпит отлагательств… Вы нашли что-нибудь, Павел Сергеевич? — Да! Спешу донести, глубокоуважаемый Олег Анатольевич, о своих многолетних наблюдениях. Я долго держал все это в себе, но больше не могу молчать ни дня! Наша горячо любимая Империя прочно опоясана нитями всеобщего эльфо-канийского заговора. Эльфо-канийцы забрасывают нас похабными журналами, нет, я никогда в них, ни разу, клянусь, не заглядывал и только догадываюсь, насколько они похабны и как растлевают нашу молодежь. Эльфо-канийцы наводнили весь район своим контрабандным оружием. И мне стало известно, что уши, а точнее — ноги последних поставок растут из Научного Городка. А не в сговоре ли восставшие Зэм с эльфами?.. — Подождите, подождите… — перебил Правдин. — Давайте-ка отойдем. Они вдвоем отошли в сторону и начали тихо о чем-то переговариваться, хотя время от времени таможенник переставал сдерживаться и до нас долетали обрывки фраз, из которых, правда, ничего не было понятно. Майор хмурил брови, а когда начальник таможни передал ему какие-то бумаги, и вовсе начал нетерпеливо расхаживать взад-вперед. Они общались достаточно долго, и, когда разговор был закончен и они пожали на прощание друг другу руки, таможенник спешно удалился, лишь козырнув нам на прощание. Правдин поманил нас к себе. — М-да… Очень поучительное чтиво… Когда мы подошли, Правдин бегло перелистывал яркие страницы, которые ему передал таможенник. — Вот как влияют на неокрепший мозг наших граждан некоторые контрабандные журналы! Я, честно сказать, большой беды в этих журналах не видел, но благоразумно решил оставить свое мнение при себе. Но Орел был в своем репертуаре: — Ой, ну а что такого? В Империи голых баб, что ли, отродясь не видали? Бред какой-то… Правдин бросил на него острый взгляд, и на секунду мне показалось, что уголки его губ чуть-чуть дернулись вверх. — Однако, во всем этом бреде есть крупица важной информации. Научный Городок, значит… — сказал он. — Как бы то ни было, контрабанда — дело серьезное. И если сведения Вещагина подтвердятся, то кому-то крупно не поздоровится. И есть у меня подозрения, что эти кто-то обитают в Научном Городке. Вечно эти грызуны научного гранита что-то мутят! А если еще принять во внимание недавнее сообщение от одного из агентов… Майор на мгновенье закрыл глаза, а потом, резко выдохнув, сказал: — Вот что. Раз уж вы впутались в это дело по самые уши, ступайте-ка в Научный Городок! Нужно разобраться, что там в очередной раз эти чудики ученые задумали. Безопасность Империи превыше всего! Отправляйтесь немедленно и ждите возле мемориала в честь третьего подвига Незеба. — А… эм… кого же нам ждать? — Не волнуйтесь, агент Комитета сам найдет вас. — …Когда народ хадаганский покинул наконец безводную пустыню, возрадовалась его душа. Но ненадолго. Ибо все пригодные земли уже были заселены канийцами. И не желали алчные канийцы позволить народу хадаганскому возвести свои города, разбить поля и сады. Назад в пустыню, на съедение шакалам мечтали канийцы отбросить хадаганцев, братьев своих по крови человеческой. И тогда раскрыл Великий Незеб сердце для святой справедливости и дал канийцам жестокий бой. По полям и лесам катился их стон, отползли они униженно, побросав пожитки, оставив женщин и стариков. Возвели тогда хадаганцы свои города и начали восхождение к будущей славе. И когда придет время сразиться с Лигой, помните о подвиге Незеба и будьте достойны его славы!.. Эту захватывающую дух историю я уже слушал по четвертому кругу, по мере того, как к памятнику подходили новые туристы. Мы втроем — я, Михаил и Кузьма — находились здесь уже третий час в ожидании агента Комитета, но к нам никто не подходил. Было очень жарко, и даже тень от деревьев, в которой мы коротали время, не спасала от зноя. Грамотин уткнулся в какую-то книгу, Орел курил трубку, я же разглядывал «Мемориал Возмездия Кании Великому Незебу, даровавшему своему народу гордость». — Какая-то нелепица, — произнес я, перечитав табличку в десятый, наверное, раз. Сам памятник, однако, мне нравился — мужественная фигура в развевающемся плаще и гордо поднятой над головой звездой. Внешне Научный Городок мало чем отличался от района Триумфальных Ворот — все те же серые дома, какие-то непонятные промышленные сооружения и гигантские трубы… — Неспокойно что-то в Научном Городке. И самое обидное — отсутствие информации. Я так и подскочил на месте. Когда и как к нам подошел этот неприметный человечек в кепке, никто так и не понял, словно бы он вырос из-под земли. Черты лица у него были абсолютно не запоминающимися, и я подумал, что если бы меня попросили описать его внешность, я бы не смог сказать ничего толкового. — Вы от Правдина? Помощь лишней не бывает… Иван Корыстин, агент Комитета. Пожимая нам руки, он зорко окинул пространство вокруг нас, и у меня не осталось никаких сомнений в том, что он запомнил все до мельчайших деталей. — До недавнего времени мы прослушивали разговоры ученых с помощью специальных «жучков», продолжил он после того, как мы представились. — Это такие маленькие насекомые, которые заползают в щели, усаживаются поудобней и слушают, слушают… А где-то в Башне Яскера сидит взвод адептов, который настроен на ментальные волны этих жучков. Механизм работы понятен? Мы с Кузьмой синхронно кивнули. — А почему до недавнего? — спросил внимательный Михаил. — Потому что все «жучки» вдруг разом умолкли. Это не может быть простой случайностью! «Кто виноват?» — это мы потом разбираться будем, сейчас больше актуален вопрос «Что делать?». — И что же делать? — Все просто: эту коробку с «жучками» нужно отнести к институту и выпустить «жучков» на волю. Да не в одном месте, а в разных, чтобы охват был шире. Клумбы лучше всего подойдут. Ученые любят потрепаться о всяком, стоя на улице, вроде как подальше от возможной прослушки. Ха! Комитет не проведешь! Справитесь? — Но как мы туда попадем? Кто нас пустит?.. — Вам не о чем волноваться, вас там уже ждут. Сейчас в самом разгаре проект «Пробуждение», подробности вам расскажет Иасскул Исис — это директриса столичного филиала НИИ МАНАНАЗЭМ. Скажете, что вас прислали Хранители, им как раз нужна помощь военных. Да смотрите, чтобы она не пронюхала ничего про «жучки»… и чтоб они не разбежались раньше времени. Как и говорил Корыстин — на улице, возле корпусов НИИ действительно было много ученых, абсолютное большинство из которых принадлежало расе Зэм, как будто восставшим из мертвых был так уж необходим свежий воздух. Здоровый орк из охраны проводил нас к директору, не задавая лишних вопросов, как только мы сказали, что нас прислали для проекта «Пробуждение». По дороге нам ловко удалось рассыпать жучков в клумбы, так что, когда мы подошли к директрисе — все уже было сделано. Иасскул Исис тоже находилась на улице. Она стояла у входа в здание с надписью «ХАЭС» и о чем-то разговаривала с еще одним восставшим, тут же, правда, замолчав, едва мы подошли. Удивительно, но меня она не узнала, хотя я уже начал привыкать к тому, что мое лицо знакомо всем. — Имперец-Который-Выжил? В первый раз слышу. — Как? Об этом же писали все газеты, — сказал Кузьма. — Я не читаю имперских газет перед обедом. — Они вышли вчера. — И после обеда тоже. Надеюсь, вы отрываете меня, потому что у вас важное дело? — Нас прислали Хранители, — вступил Михаил. — Отлично, помощь нам не помешает! — тут же сменила гнев на милость директриса. — Нам ничего не рассказывали про проект, — пояснил Грамотин. — Что за «Пробуждение» и в чем заключается наша помощь? — Это очень большой и важный проект! На территории Научного Городка давно ведутся раскопки древнего захоронения народа Зэм. К сожалению, здесь в основном хоронили последователей Тэпа, а они, воскреснув, становятся настроены враждебно не только к нам, своим соплеменникам, но и ко всему живому. Я напряг память, пытаясь вспомнить хоть что-то из истории, но больших успехов не достиг. Кроме того, что это какой-то древний сумасшедший маг, помешанный на бессмертии, в голову больше ничего не пришло, но задавать вопросы, показывая свое невежество, я постеснялся. — Сейчас безопасность у места раскопок обеспечивают ваши люди. Это — Иавер Пеницил, наш лаборант, — директриса указала на восставшего, стоящего рядом, — отправляйтесь вместе с ним на раскопки. Он будет искать все еще упокоенных людей племени Зэм. Не так давно НИИ МАНАНАЗЭМ расконсервировал большую партию Искр в пирамиде Тэпа, и есть большая вероятность, что они уже добрались до этих захоронений и ждут не дождутся, когда же мы поможем их телам обрести новую жизнь. Но только осторожно. Вы можете столкнуться с враждебно настроенными последователями Тэпа. Половина из сказанного мне показалась бессмысленным набором слов. Единственное, что я понял, так это то, что нам нужно защитить лаборанта, пока он будет что-то там искать. В том месте, где нам предстояло встретиться с упомянутыми последователями Тэпа, находился большой разлом. Если бы я не знал, что это всего лишь раскопки древнего захоронения, я бы подумал, что это арена боевых действий, впрочем — я не был слишком далек от истины, судя по приличному количеству военных. Поначалу рабочие пытались отгородить раскопки деревянным забором, но они, как стихийное бедствие, разрослись до таких неимоверных размеров, что это потеряло всякий смысл. Первым делом мы разыскали командующего отрядами военных в Научном Городке. Очень странно было в орочьих лапищах видеть тетрадь и ручку — командир что-то старательно переписывал с кучи металлических табличек на цепочках, которые то и дело приносили ему поднявшиеся из усыпальницы отряды. — Гром Мозговитых! Комитет Незебграда! Я представляю здесь власть. Ты, я вижу, Имперец-Который-Выжил? Надеюсь, тебе разрешено рисковать жизнью! Орел громко фыркнул, всем своим видом давая понять, что риск — наше второе имя. Я его настроя не разделял — восставших в глубине души я недолюбливал и путевка в их гробницу меня не радовала. — Вам уже рассказывали, что среди восставших Зэм оказалось много культистов Тэпа? Мне уже приходилось сталкиваться с этими культистами. Везде одно и то же: пакостят и гадят. Хуже всего, что до сих пор неизвестно, жив ли их повелитель Тэп… Я так считаю, что давно он уже подох. И слава Незебу! Но у него по-прежнему много последователей. Большая часть культистов укрылась в Застенках, но ничего, мы до них еще доберемся! Однако не только они представляют опасность. На некоторые гробницы культистами были наложены могущественные некромантские заклятья, которые превращают нежить в бездумные машины для убийства. Вот, держите… Это святая вода, нужно окропить ею гробницы. Обычно это работает. — А кто-нибудь управляет этими культистами? — поинтересовался Михаил. — Или они действуют разрозненно? — Если бы у них была полная анархия, мы бы давно уже выбили их из Застенков и зачистили катакомбы. Известно, что у них три лидера. И эта информация оплачена кровью моих подчиненных, — при этих словах Гром зарычал, выставив желтые кривые клыки. — Давно пора проучить этих возвращенцев, показать им, кто в доме хозяин. Возможно, гибель главарей будет нам на руку, а может, наоборот, культисты еще больше сплотятся. Но мне плевать! Я должен отомстить за погибших ребятишек. Еще никому не удавалось безнаказанно убивать сотрудников Комитета. И этот случай не будет исключением!.. Но сейчас не об этом. У каждого имперского солдата на шее висит медальон, освященный Триединой Церковью. Негоже, чтобы эти искорки Света попали в кромешную тьму и достались последователям проклятого Тэпа. За каждым из этих медальонов — жизнь имперца и слезы его вдовы. Но их подвиг не будет забыт! Я инстинктивно дотронулся до медальона на своей груди, который мне вручили вместе с нашивками новобранца при выписке из санатория. Мысль, что в случае моей смерти кто-нибудь позаботится об искре — бессмертной частичке, которую я оставлю после себя, согревала. — Потери на войне неизбежны, — проговорил Кузьма. — Но горше всего потери не на линии фронта, а в самом сердце Империи… Я с удивлением посмотрел на него, Кузьма был погружен в какие-то свои тяжелые мысли и, увидев его мрачное лицо, проявлять любопытство я не решился. Мы направились к катакомбам в полном молчании. У меня в ушах звенели последние слова Кузьмы, и настроение было паршивым. У входа в гробницу толкалось много народа — ученые, лаборанты, военные. Были и нововоскрешенные Зэм — их, удивленно таращившихся по сторонам, быстро уводили сотрудники из НИИ. Я был погружен в свои мысли, впрочем, как и Кузьма. Михаил с большим интересом следил за происходящим — предстоящая миссия ему явно была по душе. Лаборант Иавер Пеницил втолковывал что-то про раскопки с несвойственной для Зэм эмоциональностью. — Еще до появления культистов Тэпа я лазил по Застенкам, весь перепачкался, паутина свисала с моего халата, грязь въелась в рукава, а подол облепила плесень… Уставший был, бросил халат на прозекторский стол и спать завалился. Я как раз гнойные раны тогда изучал, а на столе лежал свежий труп, весь в язвах. Из рудников Соленого Дна привезли, там это в порядке вещей. А утром смотрю — вы не поверите — плесень весь труп покрыла! Счищаю ее, глядь — а гнойников как не бывало: чистые, аккуратные синюшные раны. Плесень эта гноем как раз и питается, представляете? — Интересно, — с энтузиазмом поддержал Грамотин. — Тут бы развернуть масштабные исследования… — Вот и я о том же! Да появились в Застенках культисты и все усложнилось… Я это к чему все говорю, если увидите где плесень… ну в общем, мне бы образцы получить… А я вам свою диссертацию потом посвящу. Идет? Я чувствовал себя очень неуютно. Было чувство, что мы находимся в военных окопах, но самое страшное — окопы эти сделаны на кладбище. Тут и там виднелись обломки гробниц, испещренных непонятными иероглифами, и меня бросало в дрожь от того, что я хожу по чьим-то костям. Но самое жуткое было еще впереди, когда мы вошли внутрь. Время почти никак не отразилось на гробнице, во всяком случае обветшалой она не выглядела. Пол, стены и потолок состояли из черных плит, выложенных в странном, но идеально правильном геометрическом рисунке, и подсвечивались мерцающим ядовито-зеленым светом, который лился отовсюду. И свет этот отнюдь не ассоциировался с молодой листвой и не вселял спокойствия. Он был каким-то отталкивающим, холодным и, вопреки своему предназначению, делал помещение еще более мрачным. Я очень остро чувствовал, что нахожусь в сооружении, которое построила другая, чуждая мне цивилизация. Все вокруг было непонятным, непривычным. Чужим. — Застенки — не место для романтичных прогулок, — прокомментировал Михаил, и Кузьма его горячо поддержал. — Это точно! — Итак, будьте осторожны, культисты Тэпа могут появиться неожиданно, надо быть всегда на стреме, — решил еще раз дать ценные указания лаборант. — К гробницам не притрагивайтесь, пока не окропите их святой водой, это может быть очень опасно… Ну и посматривайте по сторонам на предмет плесени… — Может, пойдем уже? — раздраженно произнес Кузьма. — Быстрее начнем, быстрее закончим. — Да, да. Конечно. Пойдемте… Иавер Пеницил искал еще не оживленных соплеменников с помощью хитрого прибора, чему я был очень рад. Я уж было подумал, что нас заставят вскрывать все гробницы подряд. Прежде, чем подойти к ним, мы, как и было велено, поливали их святой водой, чтобы не нарваться на некромантские заклинания. Саркофаги располагались прямо в стенах, довольно высоко от пола, и я пока не представлял, как мы будем извлекать оттуда Зэм, когда найдем его; гробницы были украшены каменными лицами, отчего создавалось впечатление, что за нами следят. Мне было откровенно жутко от множества этих мертвых «взглядов». Мы продвигались вглубь катакомб и проверили уже много гробниц, но пока что нам не везло, и лаборант понемногу начинал жаловаться и причитать. — Что такое?! Детектор не работает? Не может быть. Он не раз уже был испытан и всегда отыскивал наших со стопроцентной вероятностью! Однако, вскоре недовольство его сменилось радостью, когда мы в одном из бесконечных коридоров обнаружили плесень. — Ух ты! То, что надо! Если мои догадки верны, то из этой замечательной плесени я такое лекарство создам! Смерть гангрене! Надо бы имя этой плесени придумать. — Орлов, — тут же вставил Кузьма. — Плесень орлов? — с сомнением протянул лаборант. — Прости, но твое не подойдет, позвучней надо. Может, своим назвать? Плесень Пеницила! А что, звучит… Так, собирая эту мерзость в колбы, мы углублялись все больше, пока не наткнулись на завал. Дорога была перекрыта, но среди камней лежал саркофаг, с виду почти не пострадавший. — Постойте-ка… кажется, здесь… Но не успел он договорить, как над нашими головами пролетел огромный снежный ком и врезался прямо в гробницу, расколов ее надвое. Меня обдало жутким холодом, лицо и руки закоченели и изо рта пошел пар. — МАГ! — закричал лаборант, и мы кинулись врассыпную, так как за первым ледяным комом сразу же последовал второй. Я откатился в соседний коридор и осторожно выглянул из-за угла, готовый сразу же отпрянуть назад. Их было трое, все в балахонах, испещренных уже знакомыми иероглифами — как на входе в усыпальницу, на головы натянуты капюшоны, но по движениям можно было определить, что это представители народа Зэм. — Этот, похоже, один из главарей, — прошептали мне на ухо. Я обернулся и увидел возле себя лаборанта, точно так же жавшегося к стене. Я понятия не имел, как он узнал в одном из восставших главного. Хотя Зэм хранят множество тайн и, может быть, они способны каким-то образом чувствовать друг друга. А может он просто догадался по иероглифам на одеянии культиста, которые могли быть знаками отличия. Я выхватил меч и рванулся было к главарю, но тут же был вынужден вернуться обратно в укрытие, один из противников бросил в меня какой-то зеленой слизью, которая едва капнув на мою одежду, зашипела как кислота, прожгла ее насквозь за доли секунды и попала на кожу. Руку пронзила острая боль и я, задрав рукав, увидел ожог. И это с пары капель! Вся надежда оставалась на Кузьму и Михаила, возможно, они сумеют справиться с культистами издалека, потому что подойти к ним вплотную, чтобы ударить мечом, не представлялось никакой возможности. И только я подумал об этом, как внезапно откуда-то сбоку невидимой волной ударила упругая сила, отбросившая всех на несколько метров. Я на мгновение оглох и потерял координацию, но как только мне удалось немного придти в чувство и едва приподняться, как меня потащило вперед, будто гигантская невидимая рука схватила за шиворот и поволокла словно куклу. И не только меня. Через секунду вся наша группа свалилась друг на друга в одну кучу, причем вместе с культистами. Я совершенно не понимал, что происходит, но упускать такой шанс ради подобных размышлений не стал. Как я и предполагал, грозный противник, виртуозно воюющий на расстоянии, вблизи был совершенно беспомощным. Упал я прямо на волшебника, который начал извиваться, стараясь отползти подальше, но я, придавив его своим весом, не давал ему двинуться. Орудовать громоздким мечом в таком положении было не очень удобно, но небольшой и часто спасавший меня нож был всегда при мне. Одно движение — и Зэм перестал подавать признаки жизни, если так можно сказать о тех, кто и так уже мертв. Другие два тоже не долго страдали в этой куче мале, все произошло за несколько мгновений, и вряд ли они успели понять, что к чему. — Эй, ты что творишь… — заорал было Кузьма, но тут же стих. Я повернулся на звук его голоса, чтобы узнать, что же все-таки происходит. В нашу стычку с культистами явно влез кто-то третий. Увиденное меня поразило. Кузьма, только что чертыхавшийся, пытаясь скинуть с себя Грамотина и лаборанта, сейчас сидел с обезумевшим видом, как-то странно окостенев и неотрывно глядя в одну точку. Одно его веко дергалось, рот был приоткрыт и из уголка потекла слюна. Я обернулся, проследив за его взглядом. Восставших в своей жизни я видел не очень много, но испугавшихся и растерянных Зэм не видел никогда. Он стоял посреди расколовшегося саркофага и затравленно переводил взгляд с одного из нас на другого. — Что это за место? Где я? Кто вы такие? — Спокойно! Спокойно! — проговорил лаборант и медленно, стараясь не делать резких движений, поднялся наконец на ноги. — Не нужно на нас нападать. Мы друзья, мы не сделаем вам ничего плохого. — Помню… помню, как заболел… Мучился… Подыхал. Потом… смерть! Я что — воскрес? Кто-нибудь может мне объяснить, что тут происходит?! Вы… вы служите Тэпу? — Нет, Тэпу служат они, — я пнул одного из мертвых Зэм. — А мы тут как бы тебя спасаем… И он тоже. Я ткнул пальцем в Орла, который все еще пребывал в полной прострации. — Я… я ничего не понимаю. — В этом нет ничего удивительного, — сказал лаборант. — Пойдемте с нами и вам помогут разобраться в происходящем. И добро пожаловать в прекрасное настоящее! — Эй! — возмутился я, когда он взял воскрешенного Зэм под локоть и осторожно повел его на выход. — А как же Орел? — Ах да, — спохватился лаборант и обратился к своему соплеменнику. — Вы… эээ… вы можете вывести его из транса? Этот человек на нашей стороне и тоже не сделает вам ничего плохого. Это замечание было весьма опрометчивым, потому что Кузьма, едва придя в себя, кинулся было на обидчика и только объединенными с Грамотиным усилиями мы сумели удержать его на месте. Наспех обыскав мертвых культистов, мы к своему удивлению обнаружили у них медальоны имперских солдат. — Им, наверное, повезло меньше, чем нам, храни астрал их искры, — пробормотал Кузьма, позабыв о кровожадных планах мести восставшему, так легко загипнотизировавшему его. Я, испытывая определенный трепет, аккуратно завернул медальоны в носовой платок и засунул их себе за пазуху, словно это были настоящие души погибших. — Давайте поторопимся, иначе рискуем остаться здесь одни. Возражений ни у кого не возникло. Может, Зэм и не испытывают здесь дискомфорта, но живому человеку всегда будет не по себе в обители мертвых. — Прекрасно выполненное задание! Вот что бывает, когда мужество и настойчивость подкреплены новейшими достижениями научно-магической мысли… Я, стоя перед Громом Мозговитых, щурился от яркого дневного света, к которому после зеленого искусственного освещения катакомб мои глаза привыкали очень медленно. — Пока ученые пристроят этого нового мертвяка, — он кивнул на воскрешенного Зэм, которого мы вывели из усыпальницы, — у вас есть время отдохнуть и перекусить перед следующим спуском… — Вот ты где! — завизжал кто-то тонким голосом так громко, что орк подпрыгнул на месте и схватился за топор. — Ну наконец-то я тебя нашла! Проморгавшись, я узнал Марту Извилину, которая неуклюже спускалась вниз, то и дело поскальзываясь и запинаясь, что вызывало смешки всех, кто наблюдал за этой картиной. Какой-то солдат подошел к ней и подал руку, помогая преодолеть этот нелегкий для дамы путь. — Ну, держись, герой. А мы обедать, — Орел хлопнул меня по спине и, прихватив с собой Грамотина, ретировался. Я кисло посмотрел ему вслед, догадываясь, что дамочка еще долго не отвяжется от меня со своим телепортатором и поесть мне удастся не скоро. — Вот и ты! Куда ты запропастился? Что за несерьезное отношение к делу? — накинулась она на меня и я слегка оторопел. — Что? — возмутился я. — Вообще-то я тут выполняю приказы командования и… — Ладно, не важно! — перебила она даже не дослушав. — Мой отчет готов. Мы с тобой большие молодцы! Столь резкий переход от обвинений к похвале окончательно сбил меня с толку. Женщины… — Пойдем скорей. Нам нужно немедленно отчитаться в НИИ МАНАНАЗЭМ. Полагаю, ты там еще не был? О, это Научно-Исследовательский Институт МАгии и НАследия НАрода ЗЭМ. Кузница научных кадров Империи. И, хотя он основан возвращенцами и именно они в основном там всем заправляют, о своей стажировке в МАНАНАЗЭМе у меня остались самые приятные воспоминания… Да, было замечательно. Но сейчас нам нужно встретиться с Иасскул Исис. Это директор, очень приятная дама, вот увидишь. Если б у нее еще кожа была. Хи-хи… Все это Марта тараторила без остановки, как пулемет, пока тащила меня за руку прочь от раскопок. Я испытывал смешанные чувства по этому поводу. С одной стороны, находиться рядом с усыпальницей Зэм не доставляло удовольствия, но с другой, компанию до ужаса навязчивой, словно клещ, Извилиной, пылающей маниакальным энтузиазмом, тоже нельзя было назвать привлекательной. На территорию НИИ МАНАНАЗЭМ я вошел с покорным судьбе видом, смирившись, что пообедать мне сегодня уже не удастся. На улице по-прежнему было много ученых, и мне стало интересно, сколько же вообще они проводят времени внутри здания, занимаясь исследованиями? Если они так любят свежий воздух, может, стоит тогда перенести свою работу прямо во двор? Уже знакомая мне директриса шла быстрым шагом нам навстречу, не глядя по сторонам. Марта, при виде нее, тоже ускорила шаг и теперь едва ли не бежала вперед, как будто собиралась таранить бедную Иасскул Исис. Вид обеих женщин был донельзя серьезен, и у меня в связи с этим появились нехорошие мысли не только насчет своего обеда, но и ужина. Извилина с места в карьер насела на директрису, помахивая у той перед носом своим отчетом и постоянно тыкая в меня пальцем, как в живое доказательство. Она выстреливала слова так быстро, что они, порой, сливались в одно нечленораздельное целое. — Стоп, стоп, стоп, Марта. Я вас поняла… — …этому человеку удалось телепортироваться буквально из своей постели и… — Марта… — …такое замечательное открытие, которое может перевернуть весь наш мир, вы понимаете? Если наши люди смогут телепортироваться практически из любой точки Сарнаута. Да это же… — Я очень хорошо понимаю, Марта! Вы можете хоть немного помолчать? — Да, но, такая замечательная новость. Вы только подумайте, прямо из своей постели… — ЗАМЕЧАТЕЛЬНО, МАРТА! Вы свободны! — Да, да, конечно, мой отчет и так отображает всю картину целиком, я максимально точно описала всю проделанную работу, вы увидите. И там в конце есть несколько выкладок из научных трудов знаменитого… — Во имя Незеба, Марта, я уверена, у вас есть еще масса дел. Я прочту ваш отчет. ИДИТЕ! — Э-э-э… да, ну тогда… я пойду. Доброго вам дня… Вы идете? Последний вопрос был адресован мне, но Иасскул Исис сказала, придержав меня за руку: — А вас, Санников, я попрошу остаться. Извилина смерила нас обоих подозрительным взглядом, но перечить не стала. Уходя, она несколько раз обернулась, как будто очень не хотела оставлять меня с директрисой наедине, словно боялась, что лавры сделанного научного открытия могут каким-то образом обойти ее стороной. Иасскул Исис не произнесла ни слова, пока та не вышла за ворота НИИ. Все это время она очень быстро листала отчет, и у меня создалось впечатление, что директриса буквально фотографирует странницы глазами. — Значит, тайна персонального портала раскрыта. Прекрасно! — Поздравляю, — я постарался изобразить на своем лице радость. — …И раскрыли ее не мои инженеры-конструкторы. Ужасно! — Сочувствую, — старательно изображаемая радость сменилась не менее старательной скорбью. — Однако кое-что от Марты ускользнуло, — она оторвала взгляд от отчета и внимательно посмотрела на меня. — Еще бы! Для того, чтобы разглядеть все возможности этого прибора, мало одного обучения в нашем НИИ! Нет, ты сначала подохни от страшной чумы, проваляйся в могиле пару тысяч лет, воскресни — вот тогда можно будет сказать, что приобретенный опыт стал залогом сверх-интуиции! — М-м-м… Я не совсем вас понимаю… — Рассказываю. Весь мир пронизан древней магией. Начиная с эпохи джунов и по наши дни. Искусство телепортации практиковалось издавна. И следы древних порталов можно отыскать везде. Этот прибор, который Марта именует жутким словом «Телепортатор», называется иначе. В наших разработках он проходит под названием «Камень Путешественника»… Она задумчиво прошлась взад-вперед, перебирая пальцами странницы отчета, но не заглядывая в них. — Мне нужно срочно встретиться с Сарбазом Раймом… И нам еще понадобится ваша помощь, — она остановилась и снова уставилась на меня. — Вы пока что можете вернуться на раскопки. Я разыщу вас там, как только все будет готово. И смотрите, не уходите никуда. Это дело чрезвычайной важности! Я подумал, что дел чрезвычайной важности в последнее время у меня столько, что они уже потеряли всю свою остроту. Я равнодушно пожал плечами — одним важным делом больше, одним меньше, какая разница? — и, засунув руки в карманы и насвистывая себе под нос, неспешным шагом поплелся восвояси. Глава 6 Глава 6. Буйные братья Хадагана — Что-то ты зачастил в НИИ. Агент Комитета Иван Корыстин материализовался из ниоткуда так же неожиданно, как и при первой нашей встрече. Он мельком окинул трактир острым взглядом, слегка задержавшись на единственном, кроме меня, посетителе в дальнем углу — хадаганце в военной форме, который явно страдал от сильного похмелья. Местечко, откровенно говоря, было ниже среднего, но памятуя о наказе не уходить далеко от раскопок, я завернул в первое, что попалось мне на глаза. Кузьму и Михаила нигде не было видно — скорее всего они уже снова спустились в усыпальницу в поисках новых воскрешенцев. — Это все Извилина со своими исследованиями, — ответил я, когда Корыстин придвинул стул и сел напротив меня. — А, — равнодушно махнул рукой агент. — Персональный телепортатор. Ну и как там дела продвигаются? — Похоже, что все получилось, но эксперименты продолжаются. Мне сказали, что я еще понадоблюсь. — Это все замечательно, но есть дела и поважней… — Удалось подслушать что-нибудь любопытное? — с интересом спросил я. — Да! Мы записали важный разговор между двумя учеными. Они тихонько шептались, но, к счастью, стояли как раз возле растения, куда заполз один из «жучков». Говорили об оружии. Том самом, контрабандном. К счастью, речь идет не о государственном заговоре внутри НИИ. Обычные бандитские дела. Оружие предназначалось для шайки Булыги, которая орудует в Изун-городе. — Изун-городе? — В орочьем квартале воинов. Булыга, похоже, все держит там под контролем. — Мне теперь направляться туда? — догадался я. — Именно. Тебе нужно встретиться с нашим связным возле памятника четвертому подвигу Незеба. Это гоблин по прозвищу Шестерка Бри. Пароль: «мы с тобой сегодня одинаково небрежны», ответ: «приговор окончательный и обжалованию не подлежит». Не спрашивай, где здесь логика. Это Бри сам придумал и страшно этим гордится. И парней своих тоже прихвати, пусть покараулят. Насчет раскопок не волнуйся, я предупрежу, кого нужно, чтобы Гром не задавал лишних вопросов. — Хорошо. Но директриса НИИ велела мне никуда не уходить отсюда. — Директриса НИИ… — Корыстин поморщился, как от зубной боли. — С директрисой, конечно, сложнее… Тогда оставайся пока в Научном городке, но постарайся отвязаться от нее как можно скорее. Пусть ученые ищут себе других подопытных крыс, у Комитета и своих дел по горло. Как только разберешься с этим, сразу дуй в Изун-город. Да, и еще. Если явка будет провалена, связной выставит на окно три бизоньих черепа. Конечно, это тоже идея Бри. Если увидишь черепа, отходи огородами и немедленно возвращайся сюда. Все понятно? Удачи! Она тебе понадобится. С этими словами Корыстин резко встал и быстро вышел из трактира, ни разу не обернувшись. Такое внезапное прощание было вполне в его стиле и меня ничуть не удивило. — Вот и очередное не терпящее отлагательств дело, — пробормотал я себе под нос, вяло ковыряя вилкой в слипшихся пельменях. — Здорово, брат, я вижу — ты из наших… Я поднял голову. Передо мной стоял тот самый мучившийся похмельем мужчина. — Георгий Буркин меня звать. Можно, сяду? — спросил он и плюхнулся на стул, не дожидаясь ответа. — Никита Санников. — О-о, моя голова… Перестарался я вчера… День комитетчика отмечали. Я так наотмечался, что даже на утреннее построение опоздал. — Утреннее построение? Ну ты даешь. На часы давно смотрел? Уже обед закончился, — усмехнулся я. — Ох, Гром с меня три шкуры сдерет! У нас сейчас операция проходит в Научном Городке: культисты Тэпа в Застенках засели. Там меня мой командир и дожидается… — Знаю, я сам только оттуда. — Проклятье! Как ему на глаза теперь показаться? — Сочувствую. Может тебе кефирчика взять? Какой-то ты мятый. — Да не, я вот что подумал… Гром же с нами вчера отмечал! И у него голова должна болеть не меньше моей, даром, что орочья. Надо бы ему лекарство принести, глядишь — и подобреет Громушка, не станет меня пороть за самоволку. — Сомневаюсь, что получится, но попробуй, хуже не будет… — Угу, — кивнул Буркин. — Только мне твоя помощь понадобится. Я вот слышал на политинформации, что сейчас крепко решили за контрабандистов взяться. Давай-ка мы к этому хорошему делу тоже руку приложим да не без пользы для себя. Нам политрук рассказывал, что накрыли банду, которая эльфийское вино сюда поставляла. Дорогущее! И редкое. Вот бы бутылочку Грому подарить, а? Это вино здесь из-под полы продают, я это точно знаю. Да только кто ж мне его продаст? — Ну если тебе не продадут, то и мне тогда тоже… — произнес я, не совсем понимая, к чему он клонит. — Так мы и не будем покупать. Вон, видишь того чудилу за прилавком? Прижмем его чутка, сам выложит. Вроде как хорошее дело сделаем… изымать контрабандный товар — это ведь хорошее дело, верно? Помоги, а… Я бы и сам, да только не с моей головой сейчас контрабандистов трясти. Добычу пополам, идет? Трактирщик, низенький лысый мужичок с бегающими глазками, сразу заподозрил неладное, как только двое мужчин в военной форме уверенно направились прямиком к нему. Он выронил тряпку, которой вытирал стол, и попятился назад. — Ох, господа, я так рад видать вас у себя! Не часто мой скромный уголок посещают представители глубокоуважаемой власти, — залебезил он высоким голоском. — Господа все в Новограде живут, — рявкнул Буркин, и трактирщик окончательно спал с лица. — Э-э-э… да, конечно. Надеюсь, вам понравился обед? А я как раз собирался сообщить, что это за счет заведения… Одним прыжком я перемахнул через стойку и оказался рядом с ним. — Запустил я тут, конечно, немножко… — не сдавался трактирщик, сделавшись, однако, еще ниже ростом. — Но я как раз собирался заняться пожарной безопасностью… и еще вызвать этих, как их… санэпидем… Я схватил его за шиворот и приподнял над полом. — И налоги, конечно же, — запищал он совсем тонко. — Я как раз собирался заплатить… Вы не поверите, как трудно спать, когда налоги не уплачены. Такая тяжесть на душе… — А еще ты как раз собирался сдать представителям глубокоуважаемой власти все эльфийское вино, которое ты прячешь, — подсказал Буркин, облокотившись о стол. — Да! — с видом снизошедшего на него озарения, хлопнул себя по лбу трактирщик. — Вот именно, как раз собирался обратиться в компетентные органы! Вон там, в том шкафу… Понятия не имею, как это у меня очутилось. Совсем уже преступность оборзела! Подкидывает контрабанду честным людям… Через пятнадцать минут мы, довольные собой, шли к раскопкам, позвякивая бутылками эльфийского вина. Точнее, позвякивал Буркин, я свое богатство предусмотрительно припрятал в симпатичном пышном кустике между домами, решив вернуться за ним чуть позже. То-то Орел обрадуется… Гром, однако, наши старания не оценил. — Это мне?! — побагровел он, когда горе-взяточник торжественно поставил перед ним презент. — Та-а-к… Слушай меня очень внимательно, Буркин. Я сотрудник Комитета. А Комитет — это холодный ум, горячее сердце и чистые руки! Чистые — запомни! Подкупить настоящего комитетчика нельзя ничем! Никогда! Это кредо нашей организации. Да я… — Помогите! Помогите! Срочно… Кто здесь главный?! Мы обернулись на крик — молоденькая девушка в милицейской форме бежала к раскопкам, размахивая руками и вереща на всю округу. — В чем дело? Я главный, — рявкнул Гром, двинувшись ей на встречу. — Там… там… срочно нужна помощь, — задыхаясь от быстрого бега затараторила она, подойдя ближе и глядя на Грома большими испуганными глазами. — Вот мы вляпались! Мы — это я и мой напарник. Мы курсанты Незебградской школы милиции. Просто патрулировали этот район, когда из подъезда выбежала женщина. Вся в крови, глаза безумные! Ей повезло вырваться из рук маньяка… — Показывай дорогу, а вы оба — за мной, — по-военному быстро сориентировался Гром. — Так что там с маньяком? Девушка бежала впереди, постоянно оборачиваясь, словно боялась, что мы передумаем ей помогать. — То тут, то там находили истерзанные трупы женщин, — на ходу рассказывала она. — Каких только гипотез не было! И сумасшедший огр, и банда злобных гибберлингов-каннибалов, и астральные демоны. Наконец, правда выплыла наружу. Это какой-то спятивший хадаганец. И откуда только такие уроды берутся?! Мы с напарником хотели задержать гада. Сунулись в его квартиру… и тут же сбежали. Опасный противник! Как назло, сейчас никто не может прийти к нам на помощь. Какое-то ЧП случилось, и все силы брошены на ликвидацию его последствий. — Что еще за ЧП? — Не знаю, нам не говорят, но, видно, что-то очень неприятное. Мой напарник остался там, а я побежала за помощью. А вдруг этот маньяк выскочит, набросится на него, а потом пойдет по городу гулять, убивая мирных граждан? Ой, мамочки… Нужна группа захвата, чтобы атаковать безумца… — Отставить истерику! Сами справимся. Если этот маньяк виновен в гибели нескольких женщин, остановить его — наш долг! Здесь? Мы мигом взлетели по лестнице невзрачной на вид серой многоэтажки, где храбро держал оборону молодой курсант, просунув меч в ручку двери, которая ходила ходуном от сильных ударов изнутри. — Открывай! — завопил Гром, но этого не потребовалось — дверь к этому времени сама уже слетела с петель, откинув паренька к стене. Орк с боевым кличем сунулся было внутрь, но тут же вынужден был отпрянуть назад — из дверного проема вылетел топор, едва не раскроивший ему череп. — Ой, ё-ё-ё… — он осел на пол, ошарашено ощупывая свою голову, как будто не верил, что смерть чудом обошла его стороной. Буркин, тем временем, выхватил из-за пояса нож и ловко метнул его в квартиру, я же, крепко сжимая меч, кубарем вкатился следом, но делать мне ничего не пришлось. Лысый мужчина, весь в крови — непонятно, своей или чужой — удивленно смотрел на рукоятку ножа, торчавшую у него из груди, но взгляд его уже остекленел. Он сполз по стене на пол, оставив на светлых обоях красный след. — Так это же Чикатилин! — воскликнул Буркин, забежав следом и уставившись на труп. — Тот самый псих, про которого все газеты писали! За нами в квартиру осторожно вошла милиционерша. Ничуть не пугаясь вида крови, она присела возле тела маньяка и пощупала пульс. — Он мертв… И это правильно! — уверено заявила девушка, не обнаружив никаких признаков жизни. — Наказание за преступления неотвратимо! Вот девиз милиции Незебграда! Оправившийся Гром, тем временем, помог ее напарнику вылезти из-под упавшей на него двери и тоже заглянул в комнату. — Ладно, Буркин, так уж и быть, ты реабилитирован. Возвращайтесь на раскопки оба. А вы, — он посмотрел на молодых курсантов — у паренька шла носом кровь, девушка внешне не пострадала. — Вы… э-э-э… делайте, что у вас там положено в таких случаях… Дальнейшего развития событий я уже не увидел. Поиски в гробницах меня не прельщали, поэтому к раскопкам я шел не спеша, растягивая время и думая о симпатичной милиционерше. Вот если вечером погулять в этом районе, то я наверняка еще встречу ее, патрулирующую улицы. Мало ли, какие маньяки еще будут угрожать ее безопасности, защитить даму — мой долг… Осталось только придумать, как избавиться от напарника. Я уже нарисовал в голове план действий, когда в мои радужные фантазии беспардонно ворвался резкий голос директрисы НИИ. — Санников, ну наконец-то! Я же просила не уходить никуда! Столь горячее внимание к моим перемещениям начало меня откровенно раздражать, но я сумел удержать себя в руках и ничего не ответить на это. Иасскул Исис, нетерпеливо переступая ногами, ждала меня возле раскопок с еще одним восставшим, который представился, как Сарбаз Райм. — Сейчас вы отправитесь в порт, чтобы проверить кое-что… — сказала она. — Мой помощник все объяснит на месте. Отправляйтесь сейчас, комендант порта вас уже ждет. Идите! Я, ничем не выразив свою заинтересованность, молча поплелся вслед за Раймом, мыслями все еще пребывая возле милиционерши. За стенами Незебграда стояла невыносимая жара и дул сухой ветер; в горячем воздухе не хватало кислорода — низкие, корявые деревья были очень редки, а под ногами хрустела выгоревшая трава; расплодившиеся по всей округе термиты довершали неприглядную картину — что и говорить, Империя выбрала для своей столицы не самый райский аллод. Однако в порту, на самом краю земли, где в астрал упирались гигантские шипы причалов, было намного прохладней. Я раньше слышал об этом, точнее, читал в какой-то книге, и всегда хотел увидеть своими глазами: по странной прихоти природы в этом месте всегда было сумеречно, а небо завораживало глубокой синевой с россыпью светящихся точек, похожих на тысячи крохотных солнц. Я неотрывно смотрел, как на место одних кораблей, улетающих в эту сверкающую бесконечность, сразу швартуются другие, как по пирсам снуют рабочие и расхаживает караул. Мне очень хотелось подойти поближе, но комендант порта повел нас в другую сторону, к огражденной металлическим забором площадке на самом краю. — Меня зовут Иасскул Ашшур, — представился он. — Иасскул — распространенное у вас имя? — поинтересовался я и тут же понял, что ляпнул глупость — оба Зэм посмотрели на меня, как на идиота. — Ты не знаешь, что означает «Иасскул»? — спросил комендант. — Это научное звание. «Семеры», «Саранги», «Иаверы» и «Сарбазы» — все это младшие научные сотрудники. А вот звание «Иасскула» надо заслужить. Выше меня только «Негус» и «Номарх». А «Нефер» у нас вообще всего один: Нефер Ур, наш глава! Совсем недавно я провожал корабль, увозящий Нефер Ура на Святую Землю. У него там важная и секретная миссия. Уезжая, Нефер Ур обратил внимание на огромное количество гоблинов: бродяг, карманников, ворюг, наводнивших Незебград. Знаете, что сказал Нефер Ур? — Что? — «Бардак!» — сказал он и уплыл. А раз Нефер Ур так сказал — надо исправлять, только никто и не почешется. Эти мелкие гаденыши развелись по всему городу… Ох, как бы мне хотелось, чтобы, вернувшись, Нефер Ур увидел Незебград очищенным от грязи. Он бы тогда подошел ко мне и сказал: «Молодец… Негус Ашшур!». Вот увидите, когда я заслужу звание «Негуса» и стану правой рукой Нефер Ура, уж я позабочусь о чистоте Незебграда… Вот мы и пришли. Это здесь. Посреди небольшой площадки находилось необычное сооружение — парящая в метре от земли голубая глыба, опоясанная каменным барельефом, который, по всей видимости, и не давал улететь в астрал всей конструкции. Над всем этим, похожий на огонь, полыхал столб света, уходящий в самое небо, и я сначала подумал, что это такой своеобразный маяк. — Не буду вам мешать. Если увидите гоблинов — убейте их! — кровожадно сказал комендант и удалился. — Что это такое? — Это древние руины джунского портала, и они до сих пор наполнены силой магии, — ответил Сарбаз Райм. — Суть в следующем. Камень Путешественника, который теперь на вас настроен, видит древние магические связи между старыми порталами джунов. И способен, используя их силу, перемещать вас через астрал. Правда, недалеко. Проблема быстрого перемещения между близлежащими островами стояла давно. Чего только не предлагалось — мы строили небольшие лодочки, пытались приучить астральных тварей. Все без толку. Пока не нашлось именно это решение. Чтобы вы не пострадали при путешествии по астралу, Камень укроет вас защитной сферой. Испытания ее прошли успешно, безопасность сферы подтвердила сотня испытуемых дворовых собак, из которых пострадало не больше десятка. Так что все будет в порядке. Расспрашивать подробности судьбы пострадавшего десятка я не рискнул. — А… эм… вы уверены, что все получится? — Очень надеюсь на это. Не хотелось бы писать объяснительную о причинах гибели первого испытателя… Вы же не собака все-таки! — Звучит ободряюще, — хмыкнул я. — Еще бы! Вы станете первым астралонавтом, который совершит путешествие по прибрежному астралу! — Ладно, что я должен делать? — То же самое, что делали, когда телепортировались в район Старой Площади. Всего лишь небольшое усилие мысли. Просто возьмите в руки камень и дотроньтесь до этих руин — и сила древней магии протащит вас сквозь астрал до нужного места. Неподалеку отсюда расположен небольшой островок, главной достопримечательностью которого является разрушенные джунские руины портала. Именно они хранят память о древней телепортационной связи. Коснувшись их, вы получите новый магический импульс, который перенесет вас ко мне. И тогда станет ясно, что наши труды по созданию Камня Путешественника наконец-то завершились. — Что ж, вроде бы ничего сложного… Едва я дотронулся до портала, меня окружила прозрачная сфера, как у астральных кораблей, но гораздо меньших размеров — как раз, чтобы в ней поместился человек, затем подняла меня вверх и мягко понесла вперед. Под ногами разверзлась бездна, когда я пролетел над краем аллода, но мне совсем не было страшно, я наслаждался свободным парением, как будто научился летать. Это не было невесомостью в прямом смысле, просто какая-то неведомая сила несла меня через пространство к маленькому клочку земли, отколовшемуся от большого аллода и ставшему его вечным спутником. Сфера вокруг меня исчезла, когда мои ноги коснулись земли. Островок был покрыт такой же жухлой травой, живности не было видно, и только в центре чернели развалины, похожие на бессмысленное нагромождение камней. Но поскольку ничего другого я так и не увидел, то пришлось прикоснуться к ним. К моему легкому разочарованию, возвращение было мгновенным, без полетов через астрал — я просто очутился рядом с Сарбазом Раймом. — Вы здесь! Значит, все получилось. Прекрасно! — обрадовался он. — Нет, нет, Камень Путешественника теперь ваш по праву. Мы собираемся поставить их производство на поток и обеспечить такими артефактами все население Империи. Этот камушек — не роскошь, а средство передвижения. Так что в будущем, возможно, понадобится разработать правила астральной безопасности. Но в любом случае — вы молодец. Первый астралонавт! Уверен, вашим именем когда-нибудь могут и город назвать. Гордитесь этим! — Обязательно, — буркнул я, сжимая свою новую собственность. Было как-то странно осознавать, что теперь этот удивительный прибор, ради которого Лига пошла на столь масштабную диверсию, напав на имперский военный корабль, принадлежит мне. …Вернуться в Незебград под тень заботливо взращенных деревьев было приятно. Теперь город казался мне настоящим оазисом посреди пустыни, и первое, что я сделал, — припал к фонтанчику воды, как обезумевший от жажды странник. Кузьму и Михаила я нашел на поверхности — они как раз поднялась из усыпальницы — и я был рад, что мне не придется спускаться туда снова. — И прибор оставили тебе? А скоро еще и всем остальным раздадут? Вот это здорово! — восторгался Орел, когда я все им рассказал. Грамотин с интересом вертел в руках Камень Путешественника и уважительно цокал языком. — А вы чем занимались? Ковырялись в могилах несчастных мертвяков, мародеры? — хихикнул я. — Угу. Мы, кстати, еще троих нашли! Один, правда, совсем озверел, пришлось его в бессознательном состоянии наверх доставить. Но может отойдет… И еще, гляди, что нашли… Листок бумаги. Вроде бы все буквы знакомые, но понять что-то невозможно. Бандитская малява, написанная на фене! — Учитывая ухудшившуюся криминальную обстановку стране, я считаю, что пренебрегать находкой ни в коем случае нельзя. Записку следует показать Хранителю Правдину, — предложил Михаил. — Отдадим Грому, пусть сам разбирается, у нас есть другие дела. Гром был очень недоволен тем, что у него забирают людей средь бела дня, но противиться не стал, видимо, он уже был предупрежден. Однако, настроение его слегка улучшилось, когда мы передали ему найденный листок бумаги. — Что это такое? Письмо? Дайте взглянуть. Так… Так… Ого! Хм… Любопытно. Надо отдать эту писульку дешифровальщикам — пусть разберутся. Кто знает, что мы узнаем из этой малявы? Может, что-то важное! Ладно, ладно, идите. Не мозольте мне глаза тут… Мы быстро ретировались, пока Гром с энтузиазмом разглядывал письмо, полностью потеряв к нам интерес, и, не теряя зря времени, покинули Научный Городок. Орочий квартал находился совсем рядом, но отличался от остального Незебграда так, будто это был совершенно другой город. Через некоторое время я понял, что дома и улицы здесь точно такие же, как и в соседних районах, только они давно требуют капитального ремонта. Все стены исписаны краской, немногочисленные лавочки поломаны, фонари разбиты. Над головой развевались полинявшие полотна ткани, которые, по-видимому, являлись какими-то знаменами, но представляли весьма удручающее зрелище. Изун-город был грязным и неприятным, но местных жителей это, похоже, ничуть не смущало. Орки небольшими компаниями сидели на ступеньках у подъездов или на редких лавках, взобравшись на них с ногами, пили пиво и щелкали семечки. Никто никуда не спешил, и на улицах не было не то что механизированного транспорта, но даже ездовых животных. Нас местные жители провожали недружелюбными взглядами, правда, никто пока не задирался и не приставал. — Пропал, пропал Незебград! Во что город превратили, изверги! Мы не удержались и подошли ближе к возмущающемуся хадаганцу, рядом с которым стоял растерянный милиционер, что меня поразило — тоже человек. Мне это напомнило бородатую байку про кролика, которого поставили следить за порядком в клетке со львами. — Безобразие! — еще громче запричитал мужчина, когда заметил новых слушателей. — Слышали про программу «Каждому имперцу — отдельную квартиру»? Хорошее начинание, а что получается? Меня, ветерана Великого Астрального Похода, выселяют из своего же дома! Мол, теперь тут будут жить только орки, квартал целиком будет орочьим! — Но вас не могут выселить на улицу, это противозаконно! — вставил всезнающий Грамотин. — Это попадает под статью номер… — Ну ордер мне выдали, — перебил мужчина, — новая квартирка теперь у меня, побольше, чем прежняя. Пусть орки в этих трущобах живут, так им и надо! А я, как ветеран, в новостройку с удобствами переберусь. — Так чем же ты, отец, недоволен? — хмыкнул Орел. — Так ведь набежали эти орки, громилы и отморозки! Никого не слушают, управы на них нет, жаловаться некому! Заняли мою квартиру, даже вещи не дали вынести! Козлы! Ох, все, что нажито непосильным трудом: шинель ветеранская — 2 штуки… портсигар серебряный — 3 штуки… Что же мне теперь делать? — Я туда больше не пойду, — открестился милиционер. — Я на такое не подписывался вообще-то! — Но вы же милиция! Сделайте что-нибудь! — Ну и что, что милиция? Меня, как победителя конкурса милицейской песни, послали в Незебград. На повышение. Только какое это повышение, если меня отправили в самый ужасный квартал Незебграда? Эти сумасшедшие орки отобрали у меня именное оружие — наградной кинжал! Вот отморозки! Главным у них Нагибало — здоровый такой громила, не подступишься. И как тут быть? Своим не расскажешь — засмеют. Надо мной и так все подшучивают, спеть просят. Если еще и про это расскажу… — Постойте-ка, — перебил его неудачливый новосел, разглядывая мое лицо, — а вы не… Вы же Имперец-Который-Выжил! Вы, говорят, один уцелели после схватки с канийским десантом! Может вы, это… — Не советую ходить туда людям, это может плохо кончиться, — немного нараспев произнес кто-то за моей спиной. Я обернулся и обомлел. Орк в одеянии храмовника был настолько невероятным зрелищем, что вся наша компания на некоторое время лишилась дара речи. — Наверное, вам не часто доводилось видеть подобных мне орков. Орков-храмовников! Карателей! — торжественно произнес он, правильно расценив наше молчание. — Да, мы тоже несем Свет Триединой Церкви. К сожалению, мои братья еще очень далеки от него и на меня посматривают косо. Но это дело времени, тем более, что я собираюсь воздвигнуть в этом районе храм, в основу которого положу Реликвию Света — обломок «Стремительного», астрального корабля, погибшего в битве у Портала Джунов. Именно этот корабль сдерживал нападение жуткого Спрутоглава, пока Незеб и Скракан пытались закрыть этот самый портал. Понимаете, какая это святая вещь? Я посмотрел на компанию орков неподалеку, гоготавшую во все горло над новым развлечением — закинуть на дерево пивную бутылку так, чтобы она не упала вниз, что, кажется, пока мало кому удавалось — земля вокруг дерева, ставшего целью, была сплошь усыпана битым стеклом. — Э-э-э… да… храм… Отличная мысль, — скептично промямлил милиционер. — Ох, много еще предстоит сделать, прежде чем свет Триединой Церкви проникнет в сердца моих диких соплеменников! — с невыносимой скорбью сказал храмовник. Он вообще говорил с такой богатой гаммой эмоций в голосе, которой позавидовал бы любой оратор. — Мой последователь и ученик поможет вам в вашей беде. Он один из местных и сможет найти общий язык со всеми. Только после этих слов я заметил еще одного орка, стоящего рядом с храмовником. Он был в военной форме и совсем немаленьких габаритов, так что в обычных условиях не заметить его было бы довольно трудно, просто его «учитель» затмевал своей колоритностью все вокруг. Новосел с радостью побежал указывать дорогу нежданному помощнику, мы же остались ждать на улице — очень уж хотелось увидеть развязку. — Лоб Буйных — громила, каких поискать, — с теплотой в голосе рассказывал тем временем храмовник. — Начинал с вышибалы в каком-то грязном кабаке, когда я его нашел. Научил кое-чему… Характер у него тяжелый, зато здоровый он как бык, подковы в руках ломает. И обучаемый, что самое важное! Я сразу понял, что не совсем еще потерян он для общества, хоть и на голову слегка того… Ну, детство тяжелое, игрушки железные, среда неблагоприятная. Гопник гопником, в общем, зато преданный и честный. Как он говорит, «без кидалова, а то пацаны не поймут». Теперь вот в армию подался. Погодите, он еще всем даст о себе знать… Перспективный ученик храмовника вернулся через двадцать минут, без видимых усилий таща одной рукой сундук, в котором могли поместится по меньшей мере трое взрослых мужчин. Рядом подпрыгивал радостный новосел. — Вот, — Лоб бухнул сундук на землю. — Принес. — Все нормально? — обеспокоенно спросил храмовник. — Угу, тока это… ну… утихомирить одного пришлось… возникал громко, гы. Ну я его слегка… оклемается к завтрему, поди. Лоб Буйных не блистал изяществом речи, как его учитель, но все равно чем-то необъяснимо мне импонировал. — И это… Вот… Этот? — он протянул милиционеру кинжал. — Да, это он! Эх, уже и поцарапать успели, и лезвие затупили. Надеюсь, ни в каком мокром деле мой кинжальчик засветиться не успел. Спасибо вам огромное! Как же мне вас отблагодарить… Хотите, спою? Свою любимую, победную! «Наша служба и опасна, и трудна! И на первый взгляд как будто не видна!..». — Лучше помогите мне донести мои вещи! — прервал музицирование новосел. — Ах, да, конечно. Пойдемте. Они взялись за ручки сундука по бокам и волоком потащили его на новое место дислокации ветерана. — Что привело вас в Изун-город? — спросил храмовник. — Неужели руководство и дальше собирается посылать людей следить за порядком в орочьем квартале? Это не очень разумно… — Нет, — покачал я головой. — Мы тут по своим делам, да и вообще… гуляем. — Лучше будет, если Лоб присмотрит за вами, его для этого сюда и прислали. Людей тут очень мало, здесь для них небезопасно. Да и не заблудитесь вы с ним. — Мы и сами можем присмотреть хоть за кем. А Михей у нас почти местный, так что не заблудимся, — ответил Кузьма. — Вот как? — орк с интересом посмотрел на Грамотина. — Я вижу у вас жезл… вы маг? Родились в Незебграде? — Нет, я из провинции, но я учился здесь, — ответил Михаил, поправив очки. — Закончил Имперскую Магическую Школу, а сейчас пишу диссертацию на тему боевых огненных заклинаний. Я с удивлением посмотрел на Грамотина — наш тихоня-маг не так прост, как кажется. Да и огненные заклинания у него и правда хороши, с этим не поспоришь. — В любом случае, лишняя охрана нам не помешает, — сказал я, решив, что в компании Лба нам, возможно, удастся избежать столкновений с местными. Не то чтобы я боялся их, просто не хотелось терять на это время. — …Процветали города хадаганские, тяжелые пшеничные колосья наливались в полях, звонкие детские голоса оглашали улицы. Но не переставали ковать острые мечи и учить разрушительные заклинания жестокие канийцы. И тогда раскрыл Великий Незеб сердце для святой любви и выбрал орков, сильных, отважных и верных, в братья хадаганцам, и заключил между ними извечный союз, ибо одинокий прутик ломается, а охапка даже не гнется! О братской любви не нужно говорить, ее нужно доказывать. И одарил Солнцеподобный Незеб новых братьев Великим Магом, так появился у орков свой аллод, и сто дней рыдали их шаманы от радости. — Хм… интересно, а Зэм от радости не рыдали, обретя новых братьев? — усмехнулся Орел, слушая смотрителя мемориала, посвященного четвертому подвигу Незеба. — Отделались общими словами благодарности, — ответил я, осматриваясь по сторонам в поисках гоблина или хотя бы каких-нибудь черепов. Несмотря на колкие шутки Кузьмы, этот памятник мне понравился больше всех предыдущих. Это была довольно широкая площадка, выложенная красными плитами, на которую можно было подняться по лестнице, чтобы возложить цветы у подножья мужественной фигуры Незеба и трех орков, преклонивших пред ним колено и присягающих на верность. «Мемориал Братского единения Великому Незебу, даровавшего своему народу братьев, посвящается» — гласила табличка. Постамент был украшен большими и маленькими чашами, наполненными чистой магической энергией, которую поставляла районная мана-станция. Мне до ужаса хотелось протянуть руку и дотронуться до клубящейся голубой субстанции, но я так и не рискнул. — Ник, смотри, — Кузьма незаметно кивнул на суетливого гоблина, только что бочком вылезшего из переулка. — Мы с тобой сегодня одинаково небрежны, — полувопросительно произнес я, подойдя к нему ближе и только теперь осознав всю абсурдность ситуации. Трудно представить себе более «неприметную» парочку возле памятника в центре орочьего квартала, чем дерганый гоблин и хадаганец-военный. — Почему это я небрежен? Разве? Я даже причесался, ага!.. А-а! Ты про это? Как его там… приговор окончательный и… это… не подлежит. Ага! Значит так, слушай сюда. Не смотри на меня только. Любуйся облаками, мы друг друга не знаем, ага. Очень важная информация! Меня вдруг начал разбирать смех. Все это казалось настолько карикатурным и неправдоподобным — особенно гоблин, лысый, зато с бородой — что смахивало на розыгрыш. Но Бри был серьезен. — Булыге, главе клана Буйных, — шепотом выкладывал он, — стало тесно в Изун-городе, тянет он свои волосатые лапы к соседнему району, к Астралцево, ага. А там парни Шквала тоже не дремлют. Беда в том, что Булыга — воин, а Шквал — шаман. У них там это, как его… непреодолимые идеологические противоречия, вот! Но я плохо в этом разбираюсь, ага. Зато пронюхал, что Буйные затарились оружием и планируют вылазку в квартал шаманов. А еще крутолобые, ну эти, как его… возрожденцы из Научного Городка снабдили Буйных амулетами. Что за амулеты — без понятия. Орки выдают их только избранным, ага. А Бри не дадут. Ты посмотри на мои мускулы! Где я, а где орки? Ну все, пока. Я тебя не видел, ты меня тоже. С этим словами он юркнул в проход между домами и скрылся из виду так быстро, будто в него был встроен моторчик для ускорения. Я задумчиво побрел в сторону своей небольшой команды, ожидавшей меня неподалеку. Лоб Буйных стоял там же. — Амулеты? — переспросил он. — Да бес их знает… Я ж это, как в армию пошел, так и не при делах стал. Я ж непредзя… непревз… ничейный короче. — А можешь выяснить? — Дык кто ж мне скажет? Я терь это… чужак больше, чем ты. Обиделись, ишь ты… Но я тебе так скажу — если хочешь втереться в доверие к Буйным, начинать надо с арены. Наши ничего так не уважают, как силу, гы. Мериться силой — это мы умеем, подумал я. Значит так тому и быть. — Ник, ты серьезно? — снова повторил Кузьма, когда я твердым шагом шел к компании пьяных орков, расположившихся в кабаке недалеко от пустой пока арены. — Ты не подумай, что я в тебе сомневаюсь, но здешняя арена — это тебе не драка в подворотне. На арену выходят профессиональные бойцы. — Ничего, я тоже не лаптем щи хлебаю. Лоб кивком указал мне на Булыгу, но я и сам уже догадался — главарь был заметно больше остальных и выглядел довольно устрашающе. Он опустошил свою кружку, размером с ведро, грохнул ее об стол, крякнул и только потом ответил, презрительно смерив меня с головы до ног. — Записаться на арену? Первый раз вижу твою рожу. А кишка не тонка? — Вот и проверим. — Кто потом твои кости по арене собирать будет, мелочь? — осклабился Булыга. — Люди участвовали в боях, — вмешался стоящий рядом Лоб. — И некоторые даже побеждали, гы. От этих слов Булыга почему-то рассвирепел, он поднялся с места, уперевшись кулаками о стол и с бешенством уставившись на Лба. — Ты, щенок, не заговаривайся. Я был молод и пьян, а после того не проиграл ни одного боя! — загремел он на весь кабак, в котором сразу установилась гробовая тишина. Подробности этой старой истории мне были неинтересны, но Лбу явно нравилось дразнить Булыгу, он расхохотался, без страха глядя в налитые кровью глаза главы своего клана. — Если людей допускали к боям, значит и я могу попытаться, — вмешался я, но Булыга даже не посмотрел на меня. — Начало сегодня в полночь. Приходи, глупый хадаганец, — процедил он, не отрывая взгляд от Лба. — На крайняк, парни мои разомнутся! На этом короткая аудиенция завершилась. Не проронивший ни слова Орел потянул меня за плечо, и мы покинули кабак, чувствуя спинами прикованное к себе внимание всего заведения. На улице уже был вечер, и до боев на арене оставалось еще несколько часов. — Тебе нужно отдохнуть и выспаться, — сказал Михаил. Я знал, что он прав, но спать мне совершенно не хотелось. — Эй, хадаганец, — окликнул кто-то. Из кабака, который мы только что покинули, вслед за нами вышел орк, ширина плеч которого была больше его роста. — Здорово, Черный, — поприветствовал его Лоб. — Когда ж ты поперек себя расти-то перестанешь? — Рост — не главное для мужчины, — обиделся орк и посмотрел на меня. — А ты, человек, серьезно собираешься сражаться на арене? — Собираюсь. — Ну и дурак! — припечатал он. — Я вот что скажу: сражение на арене — прошлый век. Бессмысленное членовредительство. — Очень правильная позиция, — одобрил Михаил, — хотя для орка очень не характерная. — Давно пора уже нам, оркам, мыслить в ногу со временем, — горячо сказал Черный. — Накачался, слепил совершенное тело, а потом выходишь на помост огромного стадиона и… Овации, ты освещен яркими факелами, становишься в позу, напрягаешь мышцы — так, а потом так, и еще вот так… И все в отпаде! — Это что-то… типа конкурса красоты что ли? — засмеялся Орел. — Ну… типа того… Это моя мечта! Но над ней надо работать, работать и еще раз работать, как завещал Великий Незеб. — Это он про «учиться» сказал, — поправил Грамотин. — Неважно, — махнул рукой орк. — Я чего сказать то хотел… У меня давеча проблема со штангой была. Серийные модели мне не подходят. Я использую строительные блоки вместо дисков. Но только они быстро крошатся, демоны. Приходиться таскать со стройки, да только так, чтобы за раз побольше стащить — пять, а то и шесть блоков. — Пять-шесть? — недоверчиво повторил Лоб. — Они ж тяжеленные! За раз не поднять ведь… — Ага, я к чему и веду. Зелье одно есть… Во, — он достал из кармана маленький бутылек с мутной жидкостью. — Оно запрещено. Только без него их просто так не поднимешь. Ты, это, Выживший… на арену когда пойдешь — выпей его. Только не показывай никому! Я с сомнением взял у него зелье и быстро спрятал за пазуху. — Зачем ты мне даешь его? — Как зачем? — удивился Черный. — Чтоб ты победил всех! — Он имеет ввиду — зачем тебе это нужно, чтоб он всех победил, — пояснил Орел. — А это чтоб Булыга много на себя не брал, — насупился низкорослый орк. — Засмеял мою идею с конкурсом, зараза… Да и его бойцы тоже правила нарушают, будьте спокойны. — Отличная новость, — проворчал Кузьма. — Короче, лады. Я приду за тебя поболеть, хадаганец, не подведи, гы! Он передернул плечами и, засунув руки в карманы, вернулся назад в кабак. — Как думаешь, ему можно доверять? — спросил я Лба, когда мы отошли подальше. Пить незнакомое варево я особо не рвался, мало ли, чем это может обернуться. — Наверно, — пожал плечами он. — Парняга он нормальный… только придурок слегка. — Понятно. — Ты б это… правда поспал что ли. — Не хочу, лучше пойдемте куда-нибудь, где можно нормально поесть. — И выпить, — поддержал меня Орел. Лоб повел нас в трактир, в котором, по его словам, недурно жарят мясо, и я уже предвкушал вкусный ужин, но по пути мы наткнулись на тренировочную площадку, где высокая, статная орчиха остервенело лупила манекен. Лоб притормозил, засмотревшись на нее. — Раз-два! Раз-два! Ну что носы морщите? Потом от меня несет? Зато гляньте, какой трицепс! Мне не только орки, но и хадаганцы вслед оглядываются! С восхищением, конечно же! А с чем же еще? Раз-два, раз-два! Тело свое надо любить! Холить и лелеять! — Отличный трицепс! Можно пощупать? — радостно поинтересовался Лоб. — Привет, Крепыха. — Только рискни, я ведь тебя завалила на арене! — Всего то один раз! И я поддавался… Покрасневший от смущения орк — зрелище незабываемое. Мы с Орлом прыснули, и даже сдержанный Грамотин заулыбался. — Вы лучше отойдите подальше, я сейчас махи ногами начну делать. Раз-два! Раз-два! Наблюдать за ловкими движениями орчихи было интересно, она, несмотря на свои размеры, была по-своему изящна и грациозна. — А у меня вот дружбан сегодня сражается, — Лоб хлопнул меня своей лапищей по спине и я от неожиданности едва не пропахал носом землю. — Придешь посмотреть? — Человек на арене? Рисково… — уважительно произнесла Крепыха. — Тебе надо хорошенько подкрепиться! Жаль, лавочку нашу бойцовскую временно прикрыли: что-то там с налогами накосячили, чтоб им пусто было. Но тут знающий орк мне сказал, что мясо степных термитов полезно. — Оно богато белками, — снова встрял наш умник. — Ага! Шаришь. Раньше в лавке брали, да и, если честно, белок там в последнее время был не ахти. Гадостью его какой-нибудь, небось, разбавляли. Пора переходить на натуральное питание. Мясо термитов — выбор настоящего бойца! — Мы как раз собирались перекусить, пойдешь с нами? — предложил Орел и Лоб расцвел клыкастой улыбкой. — Не благодари, — шепнул ему Кузьма, когда орчиха согласилась. По совету Крепыхи, в трактире мы заказали по куску хорошенько прожаренного мяса термитов, которое, к моему великому разочарованию, по вкусу напоминало резину. Пить я ничего не стал, но после плотного ужина у меня все равно начали закрываться глаза. Разгоряченный от одной бутылки пива Михаил начал о чем-то рьяно спорить с Кузьмой, Крепыха втолковывала Лбу про правильное питание, но тот смотрел на нее немного осоловевшим взглядом и вряд ли вдумывался в ее слова. Я, смутно припоминая, что сам намеревался погулять вечером по тем улицам, которые патрулировала симпатичная милиционерша, опустил голову на сложенные на столе руки и провалился в сон. Продолжение следует...
  9. Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор пожелал остаться неизвестным Сарнаут оказался больше, чем я думал, сложнее, чем я мог себе представить, и намного опасней, чем я хотел. Подпись: Ваш Ник. Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5. Обитель мертвых По обшарпанному потолку скакали неровные тени — Грамотин читал книгу, подсвечивая себе волшебной палочкой. Он перебрался к нам и занял кровать слева от меня, поближе к окну. Справа посапывал Орел, то улыбаясь, то хмурясь чему-то своему. У меня же сна не было ни в одном глазу, хотя усталость давала о себе знать — болели мышцы, в голове шумело и не было даже сил раздеться и снять обувь. Очень хотелось пить, но я просто лежал обуреваемый жаждой, бездумно глядя в потолок на танец красноватых теней. Вскоре Грамотин захлопнул книгу и погасил свет. В темноте смотреть стало не на что, и я начал перебирать вереницу событий последних дней: мое чудесное спасение, втянувшее меня в битву Империи и Лиги за прибор, который может изменить баланс сил, сместить хрупкое равновесие в пользу той стороны, в чьих руках окажется работающий телепортатор… Я сжал в руке прибор, с котором не расставался ни на минуту, и почувствовал его тепло. Мне пока что не хватало смелости им воспользоваться, и я все оттягивал этот момент, как будто у меня еще были шансы выпутаться из этой истории и остаться в стороне от ее дальнейшего развития. Когда я мечтал вступить в ряды Имперской Армии, я думал о прямых схватках с противником, а не о том, что стану предметом научных исследований. А что, если этот телепортатор расщепит меня в пыль и разнесет по всему Сарнауту? Заканчивать так свой век мне совсем не хотелось — я предпочел бы умереть в схватке лоб в лоб с противником, чем кануть в небытие из-за сбоя в работе чего-то такого, о чем я не имею ни малейшего представления. Хотя Ринат Мишин, хранитель стационарного портала, сказал, что почувствовал какой-то отклик, когда настраивал телепортатор. Вот если просто сжать в руке прибор и представить, что мне очень нужно попасть в здание городского комитета… — Что… Святой Незеб… что это… Откуда, черт побери, вы взялись?! Кто вы такой?! МИЛИ-И-ИЦИЯ!.. Пару секунд я ошарашено озирался по сторонам — по всем признакам я находился в районе Старой Площади, стоял в центре площадки телепорта, а рядом визжал его хранитель, истерично тыча в меня пальцем. — Да тише ты, чего орешь как резаный… Телепортировался я… — Откуда?! Ты не с нашего телепорта… ШПИОН!.. МИЛИ-И… Постой-ка, я тебя знаю… Ты же Имперец-Который-Выжил? — Ну… — Тогда ты… О-о-о! Я понял! Персональный телепортатор! Ты телепортировался не со стационарного телепорта! Верно?! — Угу… мне бы теперь… — Так это же здорово! Нужно немедленно доложить наверх! Такое событие! Что же ты сразу не сказал? — хранитель схватил меня за плечи и начал ощупывать, слово желая убедиться, что я не призрак. — Да я… — Подожди-ка здесь минутку. Это дело не терпит отлагательств! Я свяжусь с Извилиной сейчас же! — Куда… ночь ведь… — Какая ночь? Ты представляешь, как это важно?! Стой здесь! Хранитель исчез в неизвестном направлении, оставив меня одного возле телепорта. Я, будучи безоружным, чувствовал себя голым и беззащитным. Однако, на улице было тихо, и приближение кого бы то ни было я бы услышал. — Ты из портала? — минут через двадцать закричала Извилина на всю улицу, нисколько не смущаясь ночного времени суток. — Или хранитель просто уснул и не заметил, как ты подошел? — Да нет же! — воскликнул тот. — Говорю вам, он телепортировался… как будто из ниоткуда. Ни с одного телепорта не было сигнала… — Я так и знала! — запричитала Марта, тоже схватив меня за плечи и встряхнув. — Ура, получилось! Все-таки я утерла нос этим дохлым занудам. Хадаганские ученые — самые ученые… ученые в мире! На ней был наспех накинутый плащ, распущенные волосы свободно рассыпались по плечам и спине — было видно, что хранитель портала поднял ее с постели, но, надо отдать ей должное, заспанной она совсем не выглядела. — Интересно, это открытие потянет на Государственную премию? Но потом, все потом! Сейчас мне срочно нужно садиться за отчет! Где прибор? Марта забрала у меня телепортатор, внимательно осмотрела со всех сторон, широко улыбаясь и не переставая возносить хвалу ученым. — Отлично! Замечательно! А теперь расскажи мне все в подробностях… Я попытался в деталях передать, что и как я сделал, чтобы попасть в район Старой Площади, но это все равно не заняло много времени — ведь по сути я не сделал ничего особенного. Однако Марта так и сяк пыталась у меня выманить еще какие-нибудь мелочи, которые могли быть важными. Когда она, наконец, оставила меня в покое и унеслась писать свой отчет, моя голова раскалывалась от ее трескотни. Мы остались с хранителем вдвоем. Он смотрел на меня с таким восхищением, как будто я только что самолично повторил все подвиги Незеба. — Я могу телепортировать вас обратно… в каком районе вы были? — спросил он, снова перейдя на «вы». Я хотел было вернуться к Триумфальным Воротам, но мои веки вдруг отяжелели и неимоверно захотелось спать. Я представил, сколько мне еще нужно тащиться от площадки телепорта до дома — сонным, уставшим и безоружным… Ночка была теплой и безветренной, воздух свежим и решение пришло как-то само. — Слушай, я тут у тебя вздремну чуть чуть на лавке… Приглядишь, чтоб милиция не забрала? — последние слова я произнес уже в полудреме…, а может мне приснилось, что я их произнес. Но не успел я окончательно провалиться в сон, как надо мной раздался возмущенный голос Кузьмы: — У тебя совесть есть?! — Нет, — промямлил я и попытался перевернуться на другой бок, за что тут же получил в ухо. — Просыпаемся, тебя нет… Мы уже в милицию собрались идти, да решили лучше к Правдину, вдруг тебя Лигийские шпионы похитили… Вставай! Орел тормошил меня за плечо и через несколько минут я сдался и открыл глаза. К моему великому удивлению, было уже светло, хотя я был уверен, что прошло совсем мало времени. — Как ты тут очутился? Мы даже не слышали, как ты уходил! Мог бы и предупредить… — Я телепортировался. — Но… погоди, персональный телепортатор? Значит… у тебя получилось?! Но почему нас не предупредил? А если бы не получилось? Где бы мы тебя искали?.. — Да прекрати ты кудахтать! Я сам не ожидал, что получится, а потом лень возвращаться было. — Ну, все хорошо, что хорошо кончается, а теперь к делу… Я с удивлением увидел, что начальник таможни тоже здесь. — Нам нужно срочно встретиться с Хранителем Правдиным, — сказал он. — Я подготовил кое-какое донесение, очень секретное. Армия разберется! Думаю, что мы на пороге раскрытия большущего заговора. Но мы спасем Империю! От его пламенных слов я проникся, однако на лице Орла все еще сохранялось недовольстве от того, что ему не дали повозмущаться еще. Грамотин же был абсолютно спокоен, подтянут и всем своим видом показывал образцовую готовность. Здание городского комитета, несмотря на ранний час, уже было наполнено людьми. Мы стояли в вестибюле, в ожидании майора Правдина, за которым отправили шустрого посыльного, и я постоянно ловил себя на мысли, что мне хочется убраться отсюда поскорей, пока на меня не наткнулась Марта Извилина со своим телепортатором. Я очень надеялся, что дальнейшие испытания прибора обойдутся без меня. — Олег Анатольевич! — воскликнул таможенник, едва Правдин вошел в вестибюль. Несколько человек обернулось на его возглас. — Наконец-то, Олег Анатольевич, у меня для вас есть срочное донесение! — Здравия желаю, — по-военному отчеканил Правдин, по очереди пожав нам руки. — Мне передали, дело не терпит отлагательств… Вы нашли что-нибудь, Павел Сергеевич? — Да! Спешу донести, глубокоуважаемый Олег Анатольевич, о своих многолетних наблюдениях. Я долго держал все это в себе, но больше не могу молчать ни дня! Наша горячо любимая Империя прочно опоясана нитями всеобщего эльфо-канийского заговора. Эльфо-канийцы забрасывают нас похабными журналами, нет, я никогда в них, ни разу, клянусь, не заглядывал и только догадываюсь, насколько они похабны и как растлевают нашу молодежь. Эльфо-канийцы наводнили весь район своим контрабандным оружием. И мне стало известно, что уши, а точнее — ноги последних поставок растут из Научного Городка. А не в сговоре ли восставшие Зэм с эльфами?.. — Подождите, подождите… — перебил Правдин. — Давайте-ка отойдем. Они вдвоем отошли в сторону и начали тихо о чем-то переговариваться, хотя время от времени таможенник переставал сдерживаться и до нас долетали обрывки фраз, из которых, правда, ничего не было понятно. Майор хмурил брови, а когда начальник таможни передал ему какие-то бумаги, и вовсе начал нетерпеливо расхаживать взад-вперед. Они общались достаточно долго, и, когда разговор был закончен и они пожали на прощание друг другу руки, таможенник спешно удалился, лишь козырнув нам на прощание. Правдин поманил нас к себе. — М-да… Очень поучительное чтиво… Когда мы подошли, Правдин бегло перелистывал яркие страницы, которые ему передал таможенник. — Вот как влияют на неокрепший мозг наших граждан некоторые контрабандные журналы! Я, честно сказать, большой беды в этих журналах не видел, но благоразумно решил оставить свое мнение при себе. Но Орел был в своем репертуаре: — Ой, ну а что такого? В Империи голых баб, что ли, отродясь не видали? Бред какой-то… Правдин бросил на него острый взгляд, и на секунду мне показалось, что уголки его губ чуть-чуть дернулись вверх. — Однако, во всем этом бреде есть крупица важной информации. Научный Городок, значит… — сказал он. — Как бы то ни было, контрабанда — дело серьезное. И если сведения Вещагина подтвердятся, то кому-то крупно не поздоровится. И есть у меня подозрения, что эти кто-то обитают в Научном Городке. Вечно эти грызуны научного гранита что-то мутят! А если еще принять во внимание недавнее сообщение от одного из агентов… Майор на мгновенье закрыл глаза, а потом, резко выдохнув, сказал: — Вот что. Раз уж вы впутались в это дело по самые уши, ступайте-ка в Научный Городок! Нужно разобраться, что там в очередной раз эти чудики ученые задумали. Безопасность Империи превыше всего! Отправляйтесь немедленно и ждите возле мемориала в честь третьего подвига Незеба. — А… эм… кого же нам ждать? — Не волнуйтесь, агент Комитета сам найдет вас. — …Когда народ хадаганский покинул наконец безводную пустыню, возрадовалась его душа. Но ненадолго. Ибо все пригодные земли уже были заселены канийцами. И не желали алчные канийцы позволить народу хадаганскому возвести свои города, разбить поля и сады. Назад в пустыню, на съедение шакалам мечтали канийцы отбросить хадаганцев, братьев своих по крови человеческой. И тогда раскрыл Великий Незеб сердце для святой справедливости и дал канийцам жестокий бой. По полям и лесам катился их стон, отползли они униженно, побросав пожитки, оставив женщин и стариков. Возвели тогда хадаганцы свои города и начали восхождение к будущей славе. И когда придет время сразиться с Лигой, помните о подвиге Незеба и будьте достойны его славы!.. Эту захватывающую дух историю я уже слушал по четвертому кругу, по мере того, как к памятнику подходили новые туристы. Мы втроем — я, Михаил и Кузьма — находились здесь уже третий час в ожидании агента Комитета, но к нам никто не подходил. Было очень жарко, и даже тень от деревьев, в которой мы коротали время, не спасала от зноя. Грамотин уткнулся в какую-то книгу, Орел курил трубку, я же разглядывал «Мемориал Возмездия Кании Великому Незебу, даровавшему своему народу гордость». — Какая-то нелепица, — произнес я, перечитав табличку в десятый, наверное, раз. Сам памятник, однако, мне нравился — мужественная фигура в развевающемся плаще и гордо поднятой над головой звездой. Внешне Научный Городок мало чем отличался от района Триумфальных Ворот — все те же серые дома, какие-то непонятные промышленные сооружения и гигантские трубы… — Неспокойно что-то в Научном Городке. И самое обидное — отсутствие информации. Я так и подскочил на месте. Когда и как к нам подошел этот неприметный человечек в кепке, никто так и не понял, словно бы он вырос из-под земли. Черты лица у него были абсолютно не запоминающимися, и я подумал, что если бы меня попросили описать его внешность, я бы не смог сказать ничего толкового. — Вы от Правдина? Помощь лишней не бывает… Иван Корыстин, агент Комитета. Пожимая нам руки, он зорко окинул пространство вокруг нас, и у меня не осталось никаких сомнений в том, что он запомнил все до мельчайших деталей. — До недавнего времени мы прослушивали разговоры ученых с помощью специальных «жучков», продолжил он после того, как мы представились. — Это такие маленькие насекомые, которые заползают в щели, усаживаются поудобней и слушают, слушают… А где-то в Башне Яскера сидит взвод адептов, который настроен на ментальные волны этих жучков. Механизм работы понятен? Мы с Кузьмой синхронно кивнули. — А почему до недавнего? — спросил внимательный Михаил. — Потому что все «жучки» вдруг разом умолкли. Это не может быть простой случайностью! «Кто виноват?» — это мы потом разбираться будем, сейчас больше актуален вопрос «Что делать?». — И что же делать? — Все просто: эту коробку с «жучками» нужно отнести к институту и выпустить «жучков» на волю. Да не в одном месте, а в разных, чтобы охват был шире. Клумбы лучше всего подойдут. Ученые любят потрепаться о всяком, стоя на улице, вроде как подальше от возможной прослушки. Ха! Комитет не проведешь! Справитесь? — Но как мы туда попадем? Кто нас пустит?.. — Вам не о чем волноваться, вас там уже ждут. Сейчас в самом разгаре проект «Пробуждение», подробности вам расскажет Иасскул Исис — это директриса столичного филиала НИИ МАНАНАЗЭМ. Скажете, что вас прислали Хранители, им как раз нужна помощь военных. Да смотрите, чтобы она не пронюхала ничего про «жучки»… и чтоб они не разбежались раньше времени. Как и говорил Корыстин — на улице, возле корпусов НИИ действительно было много ученых, абсолютное большинство из которых принадлежало расе Зэм, как будто восставшим из мертвых был так уж необходим свежий воздух. Здоровый орк из охраны проводил нас к директору, не задавая лишних вопросов, как только мы сказали, что нас прислали для проекта «Пробуждение». По дороге нам ловко удалось рассыпать жучков в клумбы, так что, когда мы подошли к директрисе — все уже было сделано. Иасскул Исис тоже находилась на улице. Она стояла у входа в здание с надписью «ХАЭС» и о чем-то разговаривала с еще одним восставшим, тут же, правда, замолчав, едва мы подошли. Удивительно, но меня она не узнала, хотя я уже начал привыкать к тому, что мое лицо знакомо всем. — Имперец-Который-Выжил? В первый раз слышу. — Как? Об этом же писали все газеты, — сказал Кузьма. — Я не читаю имперских газет перед обедом. — Они вышли вчера. — И после обеда тоже. Надеюсь, вы отрываете меня, потому что у вас важное дело? — Нас прислали Хранители, — вступил Михаил. — Отлично, помощь нам не помешает! — тут же сменила гнев на милость директриса. — Нам ничего не рассказывали про проект, — пояснил Грамотин. — Что за «Пробуждение» и в чем заключается наша помощь? — Это очень большой и важный проект! На территории Научного Городка давно ведутся раскопки древнего захоронения народа Зэм. К сожалению, здесь в основном хоронили последователей Тэпа, а они, воскреснув, становятся настроены враждебно не только к нам, своим соплеменникам, но и ко всему живому. Я напряг память, пытаясь вспомнить хоть что-то из истории, но больших успехов не достиг. Кроме того, что это какой-то древний сумасшедший маг, помешанный на бессмертии, в голову больше ничего не пришло, но задавать вопросы, показывая свое невежество, я постеснялся. — Сейчас безопасность у места раскопок обеспечивают ваши люди. Это — Иавер Пеницил, наш лаборант, — директриса указала на восставшего, стоящего рядом, — отправляйтесь вместе с ним на раскопки. Он будет искать все еще упокоенных людей племени Зэм. Не так давно НИИ МАНАНАЗЭМ расконсервировал большую партию Искр в пирамиде Тэпа, и есть большая вероятность, что они уже добрались до этих захоронений и ждут не дождутся, когда же мы поможем их телам обрести новую жизнь. Но только осторожно. Вы можете столкнуться с враждебно настроенными последователями Тэпа. Половина из сказанного мне показалась бессмысленным набором слов. Единственное, что я понял, так это то, что нам нужно защитить лаборанта, пока он будет что-то там искать. В том месте, где нам предстояло встретиться с упомянутыми последователями Тэпа, находился большой разлом. Если бы я не знал, что это всего лишь раскопки древнего захоронения, я бы подумал, что это арена боевых действий, впрочем — я не был слишком далек от истины, судя по приличному количеству военных. Поначалу рабочие пытались отгородить раскопки деревянным забором, но они, как стихийное бедствие, разрослись до таких неимоверных размеров, что это потеряло всякий смысл. Первым делом мы разыскали командующего отрядами военных в Научном Городке. Очень странно было в орочьих лапищах видеть тетрадь и ручку — командир что-то старательно переписывал с кучи металлических табличек на цепочках, которые то и дело приносили ему поднявшиеся из усыпальницы отряды. — Гром Мозговитых! Комитет Незебграда! Я представляю здесь власть. Ты, я вижу, Имперец-Который-Выжил? Надеюсь, тебе разрешено рисковать жизнью! Орел громко фыркнул, всем своим видом давая понять, что риск — наше второе имя. Я его настроя не разделял — восставших в глубине души я недолюбливал и путевка в их гробницу меня не радовала. — Вам уже рассказывали, что среди восставших Зэм оказалось много культистов Тэпа? Мне уже приходилось сталкиваться с этими культистами. Везде одно и то же: пакостят и гадят. Хуже всего, что до сих пор неизвестно, жив ли их повелитель Тэп… Я так считаю, что давно он уже подох. И слава Незебу! Но у него по-прежнему много последователей. Большая часть культистов укрылась в Застенках, но ничего, мы до них еще доберемся! Однако не только они представляют опасность. На некоторые гробницы культистами были наложены могущественные некромантские заклятья, которые превращают нежить в бездумные машины для убийства. Вот, держите… Это святая вода, нужно окропить ею гробницы. Обычно это работает. — А кто-нибудь управляет этими культистами? — поинтересовался Михаил. — Или они действуют разрозненно? — Если бы у них была полная анархия, мы бы давно уже выбили их из Застенков и зачистили катакомбы. Известно, что у них три лидера. И эта информация оплачена кровью моих подчиненных, — при этих словах Гром зарычал, выставив желтые кривые клыки. — Давно пора проучить этих возвращенцев, показать им, кто в доме хозяин. Возможно, гибель главарей будет нам на руку, а может, наоборот, культисты еще больше сплотятся. Но мне плевать! Я должен отомстить за погибших ребятишек. Еще никому не удавалось безнаказанно убивать сотрудников Комитета. И этот случай не будет исключением!.. Но сейчас не об этом. У каждого имперского солдата на шее висит медальон, освященный Триединой Церковью. Негоже, чтобы эти искорки Света попали в кромешную тьму и достались последователям проклятого Тэпа. За каждым из этих медальонов — жизнь имперца и слезы его вдовы. Но их подвиг не будет забыт! Я инстинктивно дотронулся до медальона на своей груди, который мне вручили вместе с нашивками новобранца при выписке из санатория. Мысль, что в случае моей смерти кто-нибудь позаботится об искре — бессмертной частичке, которую я оставлю после себя, согревала. — Потери на войне неизбежны, — проговорил Кузьма. — Но горше всего потери не на линии фронта, а в самом сердце Империи… Я с удивлением посмотрел на него, Кузьма был погружен в какие-то свои тяжелые мысли и, увидев его мрачное лицо, проявлять любопытство я не решился. Мы направились к катакомбам в полном молчании. У меня в ушах звенели последние слова Кузьмы, и настроение было паршивым. У входа в гробницу толкалось много народа — ученые, лаборанты, военные. Были и нововоскрешенные Зэм — их, удивленно таращившихся по сторонам, быстро уводили сотрудники из НИИ. Я был погружен в свои мысли, впрочем, как и Кузьма. Михаил с большим интересом следил за происходящим — предстоящая миссия ему явно была по душе. Лаборант Иавер Пеницил втолковывал что-то про раскопки с несвойственной для Зэм эмоциональностью. — Еще до появления культистов Тэпа я лазил по Застенкам, весь перепачкался, паутина свисала с моего халата, грязь въелась в рукава, а подол облепила плесень… Уставший был, бросил халат на прозекторский стол и спать завалился. Я как раз гнойные раны тогда изучал, а на столе лежал свежий труп, весь в язвах. Из рудников Соленого Дна привезли, там это в порядке вещей. А утром смотрю — вы не поверите — плесень весь труп покрыла! Счищаю ее, глядь — а гнойников как не бывало: чистые, аккуратные синюшные раны. Плесень эта гноем как раз и питается, представляете? — Интересно, — с энтузиазмом поддержал Грамотин. — Тут бы развернуть масштабные исследования… — Вот и я о том же! Да появились в Застенках культисты и все усложнилось… Я это к чему все говорю, если увидите где плесень… ну в общем, мне бы образцы получить… А я вам свою диссертацию потом посвящу. Идет? Я чувствовал себя очень неуютно. Было чувство, что мы находимся в военных окопах, но самое страшное — окопы эти сделаны на кладбище. Тут и там виднелись обломки гробниц, испещренных непонятными иероглифами, и меня бросало в дрожь от того, что я хожу по чьим-то костям. Но самое жуткое было еще впереди, когда мы вошли внутрь. Время почти никак не отразилось на гробнице, во всяком случае обветшалой она не выглядела. Пол, стены и потолок состояли из черных плит, выложенных в странном, но идеально правильном геометрическом рисунке, и подсвечивались мерцающим ядовито-зеленым светом, который лился отовсюду. И свет этот отнюдь не ассоциировался с молодой листвой и не вселял спокойствия. Он был каким-то отталкивающим, холодным и, вопреки своему предназначению, делал помещение еще более мрачным. Я очень остро чувствовал, что нахожусь в сооружении, которое построила другая, чуждая мне цивилизация. Все вокруг было непонятным, непривычным. Чужим. — Застенки — не место для романтичных прогулок, — прокомментировал Михаил, и Кузьма его горячо поддержал. — Это точно! — Итак, будьте осторожны, культисты Тэпа могут появиться неожиданно, надо быть всегда на стреме, — решил еще раз дать ценные указания лаборант. — К гробницам не притрагивайтесь, пока не окропите их святой водой, это может быть очень опасно… Ну и посматривайте по сторонам на предмет плесени… — Может, пойдем уже? — раздраженно произнес Кузьма. — Быстрее начнем, быстрее закончим. — Да, да. Конечно. Пойдемте… Иавер Пеницил искал еще не оживленных соплеменников с помощью хитрого прибора, чему я был очень рад. Я уж было подумал, что нас заставят вскрывать все гробницы подряд. Прежде, чем подойти к ним, мы, как и было велено, поливали их святой водой, чтобы не нарваться на некромантские заклинания. Саркофаги располагались прямо в стенах, довольно высоко от пола, и я пока не представлял, как мы будем извлекать оттуда Зэм, когда найдем его; гробницы были украшены каменными лицами, отчего создавалось впечатление, что за нами следят. Мне было откровенно жутко от множества этих мертвых «взглядов». Мы продвигались вглубь катакомб и проверили уже много гробниц, но пока что нам не везло, и лаборант понемногу начинал жаловаться и причитать. — Что такое?! Детектор не работает? Не может быть. Он не раз уже был испытан и всегда отыскивал наших со стопроцентной вероятностью! Однако, вскоре недовольство его сменилось радостью, когда мы в одном из бесконечных коридоров обнаружили плесень. — Ух ты! То, что надо! Если мои догадки верны, то из этой замечательной плесени я такое лекарство создам! Смерть гангрене! Надо бы имя этой плесени придумать. — Орлов, — тут же вставил Кузьма. — Плесень орлов? — с сомнением протянул лаборант. — Прости, но твое не подойдет, позвучней надо. Может, своим назвать? Плесень Пеницила! А что, звучит… Так, собирая эту мерзость в колбы, мы углублялись все больше, пока не наткнулись на завал. Дорога была перекрыта, но среди камней лежал саркофаг, с виду почти не пострадавший. — Постойте-ка… кажется, здесь… Но не успел он договорить, как над нашими головами пролетел огромный снежный ком и врезался прямо в гробницу, расколов ее надвое. Меня обдало жутким холодом, лицо и руки закоченели и изо рта пошел пар. — МАГ! — закричал лаборант, и мы кинулись врассыпную, так как за первым ледяным комом сразу же последовал второй. Я откатился в соседний коридор и осторожно выглянул из-за угла, готовый сразу же отпрянуть назад. Их было трое, все в балахонах, испещренных уже знакомыми иероглифами — как на входе в усыпальницу, на головы натянуты капюшоны, но по движениям можно было определить, что это представители народа Зэм. — Этот, похоже, один из главарей, — прошептали мне на ухо. Я обернулся и увидел возле себя лаборанта, точно так же жавшегося к стене. Я понятия не имел, как он узнал в одном из восставших главного. Хотя Зэм хранят множество тайн и, может быть, они способны каким-то образом чувствовать друг друга. А может он просто догадался по иероглифам на одеянии культиста, которые могли быть знаками отличия. Я выхватил меч и рванулся было к главарю, но тут же был вынужден вернуться обратно в укрытие, один из противников бросил в меня какой-то зеленой слизью, которая едва капнув на мою одежду, зашипела как кислота, прожгла ее насквозь за доли секунды и попала на кожу. Руку пронзила острая боль и я, задрав рукав, увидел ожог. И это с пары капель! Вся надежда оставалась на Кузьму и Михаила, возможно, они сумеют справиться с культистами издалека, потому что подойти к ним вплотную, чтобы ударить мечом, не представлялось никакой возможности. И только я подумал об этом, как внезапно откуда-то сбоку невидимой волной ударила упругая сила, отбросившая всех на несколько метров. Я на мгновение оглох и потерял координацию, но как только мне удалось немного придти в чувство и едва приподняться, как меня потащило вперед, будто гигантская невидимая рука схватила за шиворот и поволокла словно куклу. И не только меня. Через секунду вся наша группа свалилась друг на друга в одну кучу, причем вместе с культистами. Я совершенно не понимал, что происходит, но упускать такой шанс ради подобных размышлений не стал. Как я и предполагал, грозный противник, виртуозно воюющий на расстоянии, вблизи был совершенно беспомощным. Упал я прямо на волшебника, который начал извиваться, стараясь отползти подальше, но я, придавив его своим весом, не давал ему двинуться. Орудовать громоздким мечом в таком положении было не очень удобно, но небольшой и часто спасавший меня нож был всегда при мне. Одно движение — и Зэм перестал подавать признаки жизни, если так можно сказать о тех, кто и так уже мертв. Другие два тоже не долго страдали в этой куче мале, все произошло за несколько мгновений, и вряд ли они успели понять, что к чему. — Эй, ты что творишь… — заорал было Кузьма, но тут же стих. Я повернулся на звук его голоса, чтобы узнать, что же все-таки происходит. В нашу стычку с культистами явно влез кто-то третий. Увиденное меня поразило. Кузьма, только что чертыхавшийся, пытаясь скинуть с себя Грамотина и лаборанта, сейчас сидел с обезумевшим видом, как-то странно окостенев и неотрывно глядя в одну точку. Одно его веко дергалось, рот был приоткрыт и из уголка потекла слюна. Я обернулся, проследив за его взглядом. Восставших в своей жизни я видел не очень много, но испугавшихся и растерянных Зэм не видел никогда. Он стоял посреди расколовшегося саркофага и затравленно переводил взгляд с одного из нас на другого. — Что это за место? Где я? Кто вы такие? — Спокойно! Спокойно! — проговорил лаборант и медленно, стараясь не делать резких движений, поднялся наконец на ноги. — Не нужно на нас нападать. Мы друзья, мы не сделаем вам ничего плохого. — Помню… помню, как заболел… Мучился… Подыхал. Потом… смерть! Я что — воскрес? Кто-нибудь может мне объяснить, что тут происходит?! Вы… вы служите Тэпу? — Нет, Тэпу служат они, — я пнул одного из мертвых Зэм. — А мы тут как бы тебя спасаем… И он тоже. Я ткнул пальцем в Орла, который все еще пребывал в полной прострации. — Я… я ничего не понимаю. — В этом нет ничего удивительного, — сказал лаборант. — Пойдемте с нами и вам помогут разобраться в происходящем. И добро пожаловать в прекрасное настоящее! — Эй! — возмутился я, когда он взял воскрешенного Зэм под локоть и осторожно повел его на выход. — А как же Орел? — Ах да, — спохватился лаборант и обратился к своему соплеменнику. — Вы… эээ… вы можете вывести его из транса? Этот человек на нашей стороне и тоже не сделает вам ничего плохого. Это замечание было весьма опрометчивым, потому что Кузьма, едва придя в себя, кинулся было на обидчика и только объединенными с Грамотиным усилиями мы сумели удержать его на месте. Наспех обыскав мертвых культистов, мы к своему удивлению обнаружили у них медальоны имперских солдат. — Им, наверное, повезло меньше, чем нам, храни астрал их искры, — пробормотал Кузьма, позабыв о кровожадных планах мести восставшему, так легко загипнотизировавшему его. Я, испытывая определенный трепет, аккуратно завернул медальоны в носовой платок и засунул их себе за пазуху, словно это были настоящие души погибших. — Давайте поторопимся, иначе рискуем остаться здесь одни. Возражений ни у кого не возникло. Может, Зэм и не испытывают здесь дискомфорта, но живому человеку всегда будет не по себе в обители мертвых. — Прекрасно выполненное задание! Вот что бывает, когда мужество и настойчивость подкреплены новейшими достижениями научно-магической мысли… Я, стоя перед Громом Мозговитых, щурился от яркого дневного света, к которому после зеленого искусственного освещения катакомб мои глаза привыкали очень медленно. — Пока ученые пристроят этого нового мертвяка, — он кивнул на воскрешенного Зэм, которого мы вывели из усыпальницы, — у вас есть время отдохнуть и перекусить перед следующим спуском… — Вот ты где! — завизжал кто-то тонким голосом так громко, что орк подпрыгнул на месте и схватился за топор. — Ну наконец-то я тебя нашла! Проморгавшись, я узнал Марту Извилину, которая неуклюже спускалась вниз, то и дело поскальзываясь и запинаясь, что вызывало смешки всех, кто наблюдал за этой картиной. Какой-то солдат подошел к ней и подал руку, помогая преодолеть этот нелегкий для дамы путь. — Ну, держись, герой. А мы обедать, — Орел хлопнул меня по спине и, прихватив с собой Грамотина, ретировался. Я кисло посмотрел ему вслед, догадываясь, что дамочка еще долго не отвяжется от меня со своим телепортатором и поесть мне удастся не скоро. — Вот и ты! Куда ты запропастился? Что за несерьезное отношение к делу? — накинулась она на меня и я слегка оторопел. — Что? — возмутился я. — Вообще-то я тут выполняю приказы командования и… — Ладно, не важно! — перебила она даже не дослушав. — Мой отчет готов. Мы с тобой большие молодцы! Столь резкий переход от обвинений к похвале окончательно сбил меня с толку. Женщины… — Пойдем скорей. Нам нужно немедленно отчитаться в НИИ МАНАНАЗЭМ. Полагаю, ты там еще не был? О, это Научно-Исследовательский Институт МАгии и НАследия НАрода ЗЭМ. Кузница научных кадров Империи. И, хотя он основан возвращенцами и именно они в основном там всем заправляют, о своей стажировке в МАНАНАЗЭМе у меня остались самые приятные воспоминания… Да, было замечательно. Но сейчас нам нужно встретиться с Иасскул Исис. Это директор, очень приятная дама, вот увидишь. Если б у нее еще кожа была. Хи-хи… Все это Марта тараторила без остановки, как пулемет, пока тащила меня за руку прочь от раскопок. Я испытывал смешанные чувства по этому поводу. С одной стороны, находиться рядом с усыпальницей Зэм не доставляло удовольствия, но с другой, компанию до ужаса навязчивой, словно клещ, Извилиной, пылающей маниакальным энтузиазмом, тоже нельзя было назвать привлекательной. На территорию НИИ МАНАНАЗЭМ я вошел с покорным судьбе видом, смирившись, что пообедать мне сегодня уже не удастся. На улице по-прежнему было много ученых, и мне стало интересно, сколько же вообще они проводят времени внутри здания, занимаясь исследованиями? Если они так любят свежий воздух, может, стоит тогда перенести свою работу прямо во двор? Уже знакомая мне директриса шла быстрым шагом нам навстречу, не глядя по сторонам. Марта, при виде нее, тоже ускорила шаг и теперь едва ли не бежала вперед, как будто собиралась таранить бедную Иасскул Исис. Вид обеих женщин был донельзя серьезен, и у меня в связи с этим появились нехорошие мысли не только насчет своего обеда, но и ужина. Извилина с места в карьер насела на директрису, помахивая у той перед носом своим отчетом и постоянно тыкая в меня пальцем, как в живое доказательство. Она выстреливала слова так быстро, что они, порой, сливались в одно нечленораздельное целое. — Стоп, стоп, стоп, Марта. Я вас поняла… — …этому человеку удалось телепортироваться буквально из своей постели и… — Марта… — …такое замечательное открытие, которое может перевернуть весь наш мир, вы понимаете? Если наши люди смогут телепортироваться практически из любой точки Сарнаута. Да это же… — Я очень хорошо понимаю, Марта! Вы можете хоть немного помолчать? — Да, но, такая замечательная новость. Вы только подумайте, прямо из своей постели… — ЗАМЕЧАТЕЛЬНО, МАРТА! Вы свободны! — Да, да, конечно, мой отчет и так отображает всю картину целиком, я максимально точно описала всю проделанную работу, вы увидите. И там в конце есть несколько выкладок из научных трудов знаменитого… — Во имя Незеба, Марта, я уверена, у вас есть еще масса дел. Я прочту ваш отчет. ИДИТЕ! — Э-э-э… да, ну тогда… я пойду. Доброго вам дня… Вы идете? Последний вопрос был адресован мне, но Иасскул Исис сказала, придержав меня за руку: — А вас, Санников, я попрошу остаться. Извилина смерила нас обоих подозрительным взглядом, но перечить не стала. Уходя, она несколько раз обернулась, как будто очень не хотела оставлять меня с директрисой наедине, словно боялась, что лавры сделанного научного открытия могут каким-то образом обойти ее стороной. Иасскул Исис не произнесла ни слова, пока та не вышла за ворота НИИ. Все это время она очень быстро листала отчет, и у меня создалось впечатление, что директриса буквально фотографирует странницы глазами. — Значит, тайна персонального портала раскрыта. Прекрасно! — Поздравляю, — я постарался изобразить на своем лице радость. — …И раскрыли ее не мои инженеры-конструкторы. Ужасно! — Сочувствую, — старательно изображаемая радость сменилась не менее старательной скорбью. — Однако кое-что от Марты ускользнуло, — она оторвала взгляд от отчета и внимательно посмотрела на меня. — Еще бы! Для того, чтобы разглядеть все возможности этого прибора, мало одного обучения в нашем НИИ! Нет, ты сначала подохни от страшной чумы, проваляйся в могиле пару тысяч лет, воскресни — вот тогда можно будет сказать, что приобретенный опыт стал залогом сверх-интуиции! — М-м-м… Я не совсем вас понимаю… — Рассказываю. Весь мир пронизан древней магией. Начиная с эпохи джунов и по наши дни. Искусство телепортации практиковалось издавна. И следы древних порталов можно отыскать везде. Этот прибор, который Марта именует жутким словом «Телепортатор», называется иначе. В наших разработках он проходит под названием «Камень Путешественника»… Она задумчиво прошлась взад-вперед, перебирая пальцами странницы отчета, но не заглядывая в них. — Мне нужно срочно встретиться с Сарбазом Раймом… И нам еще понадобится ваша помощь, — она остановилась и снова уставилась на меня. — Вы пока что можете вернуться на раскопки. Я разыщу вас там, как только все будет готово. И смотрите, не уходите никуда. Это дело чрезвычайной важности! Я подумал, что дел чрезвычайной важности в последнее время у меня столько, что они уже потеряли всю свою остроту. Я равнодушно пожал плечами — одним важным делом больше, одним меньше, какая разница? — и, засунув руки в карманы и насвистывая себе под нос, неспешным шагом поплелся восвояси. Глава 6 Глава 6. Буйные братья Хадагана — Что-то ты зачастил в НИИ. Агент Комитета Иван Корыстин материализовался из ниоткуда так же неожиданно, как и при первой нашей встрече. Он мельком окинул трактир острым взглядом, слегка задержавшись на единственном, кроме меня, посетителе в дальнем углу — хадаганце в военной форме, который явно страдал от сильного похмелья. Местечко, откровенно говоря, было ниже среднего, но памятуя о наказе не уходить далеко от раскопок, я завернул в первое, что попалось мне на глаза. Кузьму и Михаила нигде не было видно — скорее всего они уже снова спустились в усыпальницу в поисках новых воскрешенцев. — Это все Извилина со своими исследованиями, — ответил я, когда Корыстин придвинул стул и сел напротив меня. — А, — равнодушно махнул рукой агент. — Персональный телепортатор. Ну и как там дела продвигаются? — Похоже, что все получилось, но эксперименты продолжаются. Мне сказали, что я еще понадоблюсь. — Это все замечательно, но есть дела и поважней… — Удалось подслушать что-нибудь любопытное? — с интересом спросил я. — Да! Мы записали важный разговор между двумя учеными. Они тихонько шептались, но, к счастью, стояли как раз возле растения, куда заполз один из «жучков». Говорили об оружии. Том самом, контрабандном. К счастью, речь идет не о государственном заговоре внутри НИИ. Обычные бандитские дела. Оружие предназначалось для шайки Булыги, которая орудует в Изун-городе. — Изун-городе? — В орочьем квартале воинов. Булыга, похоже, все держит там под контролем. — Мне теперь направляться туда? — догадался я. — Именно. Тебе нужно встретиться с нашим связным возле памятника четвертому подвигу Незеба. Это гоблин по прозвищу Шестерка Бри. Пароль: «мы с тобой сегодня одинаково небрежны», ответ: «приговор окончательный и обжалованию не подлежит». Не спрашивай, где здесь логика. Это Бри сам придумал и страшно этим гордится. И парней своих тоже прихвати, пусть покараулят. Насчет раскопок не волнуйся, я предупрежу, кого нужно, чтобы Гром не задавал лишних вопросов. — Хорошо. Но директриса НИИ велела мне никуда не уходить отсюда. — Директриса НИИ… — Корыстин поморщился, как от зубной боли. — С директрисой, конечно, сложнее… Тогда оставайся пока в Научном городке, но постарайся отвязаться от нее как можно скорее. Пусть ученые ищут себе других подопытных крыс, у Комитета и своих дел по горло. Как только разберешься с этим, сразу дуй в Изун-город. Да, и еще. Если явка будет провалена, связной выставит на окно три бизоньих черепа. Конечно, это тоже идея Бри. Если увидишь черепа, отходи огородами и немедленно возвращайся сюда. Все понятно? Удачи! Она тебе понадобится. С этими словами Корыстин резко встал и быстро вышел из трактира, ни разу не обернувшись. Такое внезапное прощание было вполне в его стиле и меня ничуть не удивило. — Вот и очередное не терпящее отлагательств дело, — пробормотал я себе под нос, вяло ковыряя вилкой в слипшихся пельменях. — Здорово, брат, я вижу — ты из наших… Я поднял голову. Передо мной стоял тот самый мучившийся похмельем мужчина. — Георгий Буркин меня звать. Можно, сяду? — спросил он и плюхнулся на стул, не дожидаясь ответа. — Никита Санников. — О-о, моя голова… Перестарался я вчера… День комитетчика отмечали. Я так наотмечался, что даже на утреннее построение опоздал. — Утреннее построение? Ну ты даешь. На часы давно смотрел? Уже обед закончился, — усмехнулся я. — Ох, Гром с меня три шкуры сдерет! У нас сейчас операция проходит в Научном Городке: культисты Тэпа в Застенках засели. Там меня мой командир и дожидается… — Знаю, я сам только оттуда. — Проклятье! Как ему на глаза теперь показаться? — Сочувствую. Может тебе кефирчика взять? Какой-то ты мятый. — Да не, я вот что подумал… Гром же с нами вчера отмечал! И у него голова должна болеть не меньше моей, даром, что орочья. Надо бы ему лекарство принести, глядишь — и подобреет Громушка, не станет меня пороть за самоволку. — Сомневаюсь, что получится, но попробуй, хуже не будет… — Угу, — кивнул Буркин. — Только мне твоя помощь понадобится. Я вот слышал на политинформации, что сейчас крепко решили за контрабандистов взяться. Давай-ка мы к этому хорошему делу тоже руку приложим да не без пользы для себя. Нам политрук рассказывал, что накрыли банду, которая эльфийское вино сюда поставляла. Дорогущее! И редкое. Вот бы бутылочку Грому подарить, а? Это вино здесь из-под полы продают, я это точно знаю. Да только кто ж мне его продаст? — Ну если тебе не продадут, то и мне тогда тоже… — произнес я, не совсем понимая, к чему он клонит. — Так мы и не будем покупать. Вон, видишь того чудилу за прилавком? Прижмем его чутка, сам выложит. Вроде как хорошее дело сделаем… изымать контрабандный товар — это ведь хорошее дело, верно? Помоги, а… Я бы и сам, да только не с моей головой сейчас контрабандистов трясти. Добычу пополам, идет? Трактирщик, низенький лысый мужичок с бегающими глазками, сразу заподозрил неладное, как только двое мужчин в военной форме уверенно направились прямиком к нему. Он выронил тряпку, которой вытирал стол, и попятился назад. — Ох, господа, я так рад видать вас у себя! Не часто мой скромный уголок посещают представители глубокоуважаемой власти, — залебезил он высоким голоском. — Господа все в Новограде живут, — рявкнул Буркин, и трактирщик окончательно спал с лица. — Э-э-э… да, конечно. Надеюсь, вам понравился обед? А я как раз собирался сообщить, что это за счет заведения… Одним прыжком я перемахнул через стойку и оказался рядом с ним. — Запустил я тут, конечно, немножко… — не сдавался трактирщик, сделавшись, однако, еще ниже ростом. — Но я как раз собирался заняться пожарной безопасностью… и еще вызвать этих, как их… санэпидем… Я схватил его за шиворот и приподнял над полом. — И налоги, конечно же, — запищал он совсем тонко. — Я как раз собирался заплатить… Вы не поверите, как трудно спать, когда налоги не уплачены. Такая тяжесть на душе… — А еще ты как раз собирался сдать представителям глубокоуважаемой власти все эльфийское вино, которое ты прячешь, — подсказал Буркин, облокотившись о стол. — Да! — с видом снизошедшего на него озарения, хлопнул себя по лбу трактирщик. — Вот именно, как раз собирался обратиться в компетентные органы! Вон там, в том шкафу… Понятия не имею, как это у меня очутилось. Совсем уже преступность оборзела! Подкидывает контрабанду честным людям… Через пятнадцать минут мы, довольные собой, шли к раскопкам, позвякивая бутылками эльфийского вина. Точнее, позвякивал Буркин, я свое богатство предусмотрительно припрятал в симпатичном пышном кустике между домами, решив вернуться за ним чуть позже. То-то Орел обрадуется… Гром, однако, наши старания не оценил. — Это мне?! — побагровел он, когда горе-взяточник торжественно поставил перед ним презент. — Та-а-к… Слушай меня очень внимательно, Буркин. Я сотрудник Комитета. А Комитет — это холодный ум, горячее сердце и чистые руки! Чистые — запомни! Подкупить настоящего комитетчика нельзя ничем! Никогда! Это кредо нашей организации. Да я… — Помогите! Помогите! Срочно… Кто здесь главный?! Мы обернулись на крик — молоденькая девушка в милицейской форме бежала к раскопкам, размахивая руками и вереща на всю округу. — В чем дело? Я главный, — рявкнул Гром, двинувшись ей на встречу. — Там… там… срочно нужна помощь, — задыхаясь от быстрого бега затараторила она, подойдя ближе и глядя на Грома большими испуганными глазами. — Вот мы вляпались! Мы — это я и мой напарник. Мы курсанты Незебградской школы милиции. Просто патрулировали этот район, когда из подъезда выбежала женщина. Вся в крови, глаза безумные! Ей повезло вырваться из рук маньяка… — Показывай дорогу, а вы оба — за мной, — по-военному быстро сориентировался Гром. — Так что там с маньяком? Девушка бежала впереди, постоянно оборачиваясь, словно боялась, что мы передумаем ей помогать. — То тут, то там находили истерзанные трупы женщин, — на ходу рассказывала она. — Каких только гипотез не было! И сумасшедший огр, и банда злобных гибберлингов-каннибалов, и астральные демоны. Наконец, правда выплыла наружу. Это какой-то спятивший хадаганец. И откуда только такие уроды берутся?! Мы с напарником хотели задержать гада. Сунулись в его квартиру… и тут же сбежали. Опасный противник! Как назло, сейчас никто не может прийти к нам на помощь. Какое-то ЧП случилось, и все силы брошены на ликвидацию его последствий. — Что еще за ЧП? — Не знаю, нам не говорят, но, видно, что-то очень неприятное. Мой напарник остался там, а я побежала за помощью. А вдруг этот маньяк выскочит, набросится на него, а потом пойдет по городу гулять, убивая мирных граждан? Ой, мамочки… Нужна группа захвата, чтобы атаковать безумца… — Отставить истерику! Сами справимся. Если этот маньяк виновен в гибели нескольких женщин, остановить его — наш долг! Здесь? Мы мигом взлетели по лестнице невзрачной на вид серой многоэтажки, где храбро держал оборону молодой курсант, просунув меч в ручку двери, которая ходила ходуном от сильных ударов изнутри. — Открывай! — завопил Гром, но этого не потребовалось — дверь к этому времени сама уже слетела с петель, откинув паренька к стене. Орк с боевым кличем сунулся было внутрь, но тут же вынужден был отпрянуть назад — из дверного проема вылетел топор, едва не раскроивший ему череп. — Ой, ё-ё-ё… — он осел на пол, ошарашено ощупывая свою голову, как будто не верил, что смерть чудом обошла его стороной. Буркин, тем временем, выхватил из-за пояса нож и ловко метнул его в квартиру, я же, крепко сжимая меч, кубарем вкатился следом, но делать мне ничего не пришлось. Лысый мужчина, весь в крови — непонятно, своей или чужой — удивленно смотрел на рукоятку ножа, торчавшую у него из груди, но взгляд его уже остекленел. Он сполз по стене на пол, оставив на светлых обоях красный след. — Так это же Чикатилин! — воскликнул Буркин, забежав следом и уставившись на труп. — Тот самый псих, про которого все газеты писали! За нами в квартиру осторожно вошла милиционерша. Ничуть не пугаясь вида крови, она присела возле тела маньяка и пощупала пульс. — Он мертв… И это правильно! — уверено заявила девушка, не обнаружив никаких признаков жизни. — Наказание за преступления неотвратимо! Вот девиз милиции Незебграда! Оправившийся Гром, тем временем, помог ее напарнику вылезти из-под упавшей на него двери и тоже заглянул в комнату. — Ладно, Буркин, так уж и быть, ты реабилитирован. Возвращайтесь на раскопки оба. А вы, — он посмотрел на молодых курсантов — у паренька шла носом кровь, девушка внешне не пострадала. — Вы… э-э-э… делайте, что у вас там положено в таких случаях… Дальнейшего развития событий я уже не увидел. Поиски в гробницах меня не прельщали, поэтому к раскопкам я шел не спеша, растягивая время и думая о симпатичной милиционерше. Вот если вечером погулять в этом районе, то я наверняка еще встречу ее, патрулирующую улицы. Мало ли, какие маньяки еще будут угрожать ее безопасности, защитить даму — мой долг… Осталось только придумать, как избавиться от напарника. Я уже нарисовал в голове план действий, когда в мои радужные фантазии беспардонно ворвался резкий голос директрисы НИИ. — Санников, ну наконец-то! Я же просила не уходить никуда! Столь горячее внимание к моим перемещениям начало меня откровенно раздражать, но я сумел удержать себя в руках и ничего не ответить на это. Иасскул Исис, нетерпеливо переступая ногами, ждала меня возле раскопок с еще одним восставшим, который представился, как Сарбаз Райм. — Сейчас вы отправитесь в порт, чтобы проверить кое-что… — сказала она. — Мой помощник все объяснит на месте. Отправляйтесь сейчас, комендант порта вас уже ждет. Идите! Я, ничем не выразив свою заинтересованность, молча поплелся вслед за Раймом, мыслями все еще пребывая возле милиционерши. За стенами Незебграда стояла невыносимая жара и дул сухой ветер; в горячем воздухе не хватало кислорода — низкие, корявые деревья были очень редки, а под ногами хрустела выгоревшая трава; расплодившиеся по всей округе термиты довершали неприглядную картину — что и говорить, Империя выбрала для своей столицы не самый райский аллод. Однако в порту, на самом краю земли, где в астрал упирались гигантские шипы причалов, было намного прохладней. Я раньше слышал об этом, точнее, читал в какой-то книге, и всегда хотел увидеть своими глазами: по странной прихоти природы в этом месте всегда было сумеречно, а небо завораживало глубокой синевой с россыпью светящихся точек, похожих на тысячи крохотных солнц. Я неотрывно смотрел, как на место одних кораблей, улетающих в эту сверкающую бесконечность, сразу швартуются другие, как по пирсам снуют рабочие и расхаживает караул. Мне очень хотелось подойти поближе, но комендант порта повел нас в другую сторону, к огражденной металлическим забором площадке на самом краю. — Меня зовут Иасскул Ашшур, — представился он. — Иасскул — распространенное у вас имя? — поинтересовался я и тут же понял, что ляпнул глупость — оба Зэм посмотрели на меня, как на идиота. — Ты не знаешь, что означает «Иасскул»? — спросил комендант. — Это научное звание. «Семеры», «Саранги», «Иаверы» и «Сарбазы» — все это младшие научные сотрудники. А вот звание «Иасскула» надо заслужить. Выше меня только «Негус» и «Номарх». А «Нефер» у нас вообще всего один: Нефер Ур, наш глава! Совсем недавно я провожал корабль, увозящий Нефер Ура на Святую Землю. У него там важная и секретная миссия. Уезжая, Нефер Ур обратил внимание на огромное количество гоблинов: бродяг, карманников, ворюг, наводнивших Незебград. Знаете, что сказал Нефер Ур? — Что? — «Бардак!» — сказал он и уплыл. А раз Нефер Ур так сказал — надо исправлять, только никто и не почешется. Эти мелкие гаденыши развелись по всему городу… Ох, как бы мне хотелось, чтобы, вернувшись, Нефер Ур увидел Незебград очищенным от грязи. Он бы тогда подошел ко мне и сказал: «Молодец… Негус Ашшур!». Вот увидите, когда я заслужу звание «Негуса» и стану правой рукой Нефер Ура, уж я позабочусь о чистоте Незебграда… Вот мы и пришли. Это здесь. Посреди небольшой площадки находилось необычное сооружение — парящая в метре от земли голубая глыба, опоясанная каменным барельефом, который, по всей видимости, и не давал улететь в астрал всей конструкции. Над всем этим, похожий на огонь, полыхал столб света, уходящий в самое небо, и я сначала подумал, что это такой своеобразный маяк. — Не буду вам мешать. Если увидите гоблинов — убейте их! — кровожадно сказал комендант и удалился. — Что это такое? — Это древние руины джунского портала, и они до сих пор наполнены силой магии, — ответил Сарбаз Райм. — Суть в следующем. Камень Путешественника, который теперь на вас настроен, видит древние магические связи между старыми порталами джунов. И способен, используя их силу, перемещать вас через астрал. Правда, недалеко. Проблема быстрого перемещения между близлежащими островами стояла давно. Чего только не предлагалось — мы строили небольшие лодочки, пытались приучить астральных тварей. Все без толку. Пока не нашлось именно это решение. Чтобы вы не пострадали при путешествии по астралу, Камень укроет вас защитной сферой. Испытания ее прошли успешно, безопасность сферы подтвердила сотня испытуемых дворовых собак, из которых пострадало не больше десятка. Так что все будет в порядке. Расспрашивать подробности судьбы пострадавшего десятка я не рискнул. — А… эм… вы уверены, что все получится? — Очень надеюсь на это. Не хотелось бы писать объяснительную о причинах гибели первого испытателя… Вы же не собака все-таки! — Звучит ободряюще, — хмыкнул я. — Еще бы! Вы станете первым астралонавтом, который совершит путешествие по прибрежному астралу! — Ладно, что я должен делать? — То же самое, что делали, когда телепортировались в район Старой Площади. Всего лишь небольшое усилие мысли. Просто возьмите в руки камень и дотроньтесь до этих руин — и сила древней магии протащит вас сквозь астрал до нужного места. Неподалеку отсюда расположен небольшой островок, главной достопримечательностью которого является разрушенные джунские руины портала. Именно они хранят память о древней телепортационной связи. Коснувшись их, вы получите новый магический импульс, который перенесет вас ко мне. И тогда станет ясно, что наши труды по созданию Камня Путешественника наконец-то завершились. — Что ж, вроде бы ничего сложного… Едва я дотронулся до портала, меня окружила прозрачная сфера, как у астральных кораблей, но гораздо меньших размеров — как раз, чтобы в ней поместился человек, затем подняла меня вверх и мягко понесла вперед. Под ногами разверзлась бездна, когда я пролетел над краем аллода, но мне совсем не было страшно, я наслаждался свободным парением, как будто научился летать. Это не было невесомостью в прямом смысле, просто какая-то неведомая сила несла меня через пространство к маленькому клочку земли, отколовшемуся от большого аллода и ставшему его вечным спутником. Сфера вокруг меня исчезла, когда мои ноги коснулись земли. Островок был покрыт такой же жухлой травой, живности не было видно, и только в центре чернели развалины, похожие на бессмысленное нагромождение камней. Но поскольку ничего другого я так и не увидел, то пришлось прикоснуться к ним. К моему легкому разочарованию, возвращение было мгновенным, без полетов через астрал — я просто очутился рядом с Сарбазом Раймом. — Вы здесь! Значит, все получилось. Прекрасно! — обрадовался он. — Нет, нет, Камень Путешественника теперь ваш по праву. Мы собираемся поставить их производство на поток и обеспечить такими артефактами все население Империи. Этот камушек — не роскошь, а средство передвижения. Так что в будущем, возможно, понадобится разработать правила астральной безопасности. Но в любом случае — вы молодец. Первый астралонавт! Уверен, вашим именем когда-нибудь могут и город назвать. Гордитесь этим! — Обязательно, — буркнул я, сжимая свою новую собственность. Было как-то странно осознавать, что теперь этот удивительный прибор, ради которого Лига пошла на столь масштабную диверсию, напав на имперский военный корабль, принадлежит мне. …Вернуться в Незебград под тень заботливо взращенных деревьев было приятно. Теперь город казался мне настоящим оазисом посреди пустыни, и первое, что я сделал, — припал к фонтанчику воды, как обезумевший от жажды странник. Кузьму и Михаила я нашел на поверхности — они как раз поднялась из усыпальницы — и я был рад, что мне не придется спускаться туда снова. — И прибор оставили тебе? А скоро еще и всем остальным раздадут? Вот это здорово! — восторгался Орел, когда я все им рассказал. Грамотин с интересом вертел в руках Камень Путешественника и уважительно цокал языком. — А вы чем занимались? Ковырялись в могилах несчастных мертвяков, мародеры? — хихикнул я. — Угу. Мы, кстати, еще троих нашли! Один, правда, совсем озверел, пришлось его в бессознательном состоянии наверх доставить. Но может отойдет… И еще, гляди, что нашли… Листок бумаги. Вроде бы все буквы знакомые, но понять что-то невозможно. Бандитская малява, написанная на фене! — Учитывая ухудшившуюся криминальную обстановку стране, я считаю, что пренебрегать находкой ни в коем случае нельзя. Записку следует показать Хранителю Правдину, — предложил Михаил. — Отдадим Грому, пусть сам разбирается, у нас есть другие дела. Гром был очень недоволен тем, что у него забирают людей средь бела дня, но противиться не стал, видимо, он уже был предупрежден. Однако, настроение его слегка улучшилось, когда мы передали ему найденный листок бумаги. — Что это такое? Письмо? Дайте взглянуть. Так… Так… Ого! Хм… Любопытно. Надо отдать эту писульку дешифровальщикам — пусть разберутся. Кто знает, что мы узнаем из этой малявы? Может, что-то важное! Ладно, ладно, идите. Не мозольте мне глаза тут… Мы быстро ретировались, пока Гром с энтузиазмом разглядывал письмо, полностью потеряв к нам интерес, и, не теряя зря времени, покинули Научный Городок. Орочий квартал находился совсем рядом, но отличался от остального Незебграда так, будто это был совершенно другой город. Через некоторое время я понял, что дома и улицы здесь точно такие же, как и в соседних районах, только они давно требуют капитального ремонта. Все стены исписаны краской, немногочисленные лавочки поломаны, фонари разбиты. Над головой развевались полинявшие полотна ткани, которые, по-видимому, являлись какими-то знаменами, но представляли весьма удручающее зрелище. Изун-город был грязным и неприятным, но местных жителей это, похоже, ничуть не смущало. Орки небольшими компаниями сидели на ступеньках у подъездов или на редких лавках, взобравшись на них с ногами, пили пиво и щелкали семечки. Никто никуда не спешил, и на улицах не было не то что механизированного транспорта, но даже ездовых животных. Нас местные жители провожали недружелюбными взглядами, правда, никто пока не задирался и не приставал. — Пропал, пропал Незебград! Во что город превратили, изверги! Мы не удержались и подошли ближе к возмущающемуся хадаганцу, рядом с которым стоял растерянный милиционер, что меня поразило — тоже человек. Мне это напомнило бородатую байку про кролика, которого поставили следить за порядком в клетке со львами. — Безобразие! — еще громче запричитал мужчина, когда заметил новых слушателей. — Слышали про программу «Каждому имперцу — отдельную квартиру»? Хорошее начинание, а что получается? Меня, ветерана Великого Астрального Похода, выселяют из своего же дома! Мол, теперь тут будут жить только орки, квартал целиком будет орочьим! — Но вас не могут выселить на улицу, это противозаконно! — вставил всезнающий Грамотин. — Это попадает под статью номер… — Ну ордер мне выдали, — перебил мужчина, — новая квартирка теперь у меня, побольше, чем прежняя. Пусть орки в этих трущобах живут, так им и надо! А я, как ветеран, в новостройку с удобствами переберусь. — Так чем же ты, отец, недоволен? — хмыкнул Орел. — Так ведь набежали эти орки, громилы и отморозки! Никого не слушают, управы на них нет, жаловаться некому! Заняли мою квартиру, даже вещи не дали вынести! Козлы! Ох, все, что нажито непосильным трудом: шинель ветеранская — 2 штуки… портсигар серебряный — 3 штуки… Что же мне теперь делать? — Я туда больше не пойду, — открестился милиционер. — Я на такое не подписывался вообще-то! — Но вы же милиция! Сделайте что-нибудь! — Ну и что, что милиция? Меня, как победителя конкурса милицейской песни, послали в Незебград. На повышение. Только какое это повышение, если меня отправили в самый ужасный квартал Незебграда? Эти сумасшедшие орки отобрали у меня именное оружие — наградной кинжал! Вот отморозки! Главным у них Нагибало — здоровый такой громила, не подступишься. И как тут быть? Своим не расскажешь — засмеют. Надо мной и так все подшучивают, спеть просят. Если еще и про это расскажу… — Постойте-ка, — перебил его неудачливый новосел, разглядывая мое лицо, — а вы не… Вы же Имперец-Который-Выжил! Вы, говорят, один уцелели после схватки с канийским десантом! Может вы, это… — Не советую ходить туда людям, это может плохо кончиться, — немного нараспев произнес кто-то за моей спиной. Я обернулся и обомлел. Орк в одеянии храмовника был настолько невероятным зрелищем, что вся наша компания на некоторое время лишилась дара речи. — Наверное, вам не часто доводилось видеть подобных мне орков. Орков-храмовников! Карателей! — торжественно произнес он, правильно расценив наше молчание. — Да, мы тоже несем Свет Триединой Церкви. К сожалению, мои братья еще очень далеки от него и на меня посматривают косо. Но это дело времени, тем более, что я собираюсь воздвигнуть в этом районе храм, в основу которого положу Реликвию Света — обломок «Стремительного», астрального корабля, погибшего в битве у Портала Джунов. Именно этот корабль сдерживал нападение жуткого Спрутоглава, пока Незеб и Скракан пытались закрыть этот самый портал. Понимаете, какая это святая вещь? Я посмотрел на компанию орков неподалеку, гоготавшую во все горло над новым развлечением — закинуть на дерево пивную бутылку так, чтобы она не упала вниз, что, кажется, пока мало кому удавалось — земля вокруг дерева, ставшего целью, была сплошь усыпана битым стеклом. — Э-э-э… да… храм… Отличная мысль, — скептично промямлил милиционер. — Ох, много еще предстоит сделать, прежде чем свет Триединой Церкви проникнет в сердца моих диких соплеменников! — с невыносимой скорбью сказал храмовник. Он вообще говорил с такой богатой гаммой эмоций в голосе, которой позавидовал бы любой оратор. — Мой последователь и ученик поможет вам в вашей беде. Он один из местных и сможет найти общий язык со всеми. Только после этих слов я заметил еще одного орка, стоящего рядом с храмовником. Он был в военной форме и совсем немаленьких габаритов, так что в обычных условиях не заметить его было бы довольно трудно, просто его «учитель» затмевал своей колоритностью все вокруг. Новосел с радостью побежал указывать дорогу нежданному помощнику, мы же остались ждать на улице — очень уж хотелось увидеть развязку. — Лоб Буйных — громила, каких поискать, — с теплотой в голосе рассказывал тем временем храмовник. — Начинал с вышибалы в каком-то грязном кабаке, когда я его нашел. Научил кое-чему… Характер у него тяжелый, зато здоровый он как бык, подковы в руках ломает. И обучаемый, что самое важное! Я сразу понял, что не совсем еще потерян он для общества, хоть и на голову слегка того… Ну, детство тяжелое, игрушки железные, среда неблагоприятная. Гопник гопником, в общем, зато преданный и честный. Как он говорит, «без кидалова, а то пацаны не поймут». Теперь вот в армию подался. Погодите, он еще всем даст о себе знать… Перспективный ученик храмовника вернулся через двадцать минут, без видимых усилий таща одной рукой сундук, в котором могли поместится по меньшей мере трое взрослых мужчин. Рядом подпрыгивал радостный новосел. — Вот, — Лоб бухнул сундук на землю. — Принес. — Все нормально? — обеспокоенно спросил храмовник. — Угу, тока это… ну… утихомирить одного пришлось… возникал громко, гы. Ну я его слегка… оклемается к завтрему, поди. Лоб Буйных не блистал изяществом речи, как его учитель, но все равно чем-то необъяснимо мне импонировал. — И это… Вот… Этот? — он протянул милиционеру кинжал. — Да, это он! Эх, уже и поцарапать успели, и лезвие затупили. Надеюсь, ни в каком мокром деле мой кинжальчик засветиться не успел. Спасибо вам огромное! Как же мне вас отблагодарить… Хотите, спою? Свою любимую, победную! «Наша служба и опасна, и трудна! И на первый взгляд как будто не видна!..». — Лучше помогите мне донести мои вещи! — прервал музицирование новосел. — Ах, да, конечно. Пойдемте. Они взялись за ручки сундука по бокам и волоком потащили его на новое место дислокации ветерана. — Что привело вас в Изун-город? — спросил храмовник. — Неужели руководство и дальше собирается посылать людей следить за порядком в орочьем квартале? Это не очень разумно… — Нет, — покачал я головой. — Мы тут по своим делам, да и вообще… гуляем. — Лучше будет, если Лоб присмотрит за вами, его для этого сюда и прислали. Людей тут очень мало, здесь для них небезопасно. Да и не заблудитесь вы с ним. — Мы и сами можем присмотреть хоть за кем. А Михей у нас почти местный, так что не заблудимся, — ответил Кузьма. — Вот как? — орк с интересом посмотрел на Грамотина. — Я вижу у вас жезл… вы маг? Родились в Незебграде? — Нет, я из провинции, но я учился здесь, — ответил Михаил, поправив очки. — Закончил Имперскую Магическую Школу, а сейчас пишу диссертацию на тему боевых огненных заклинаний. Я с удивлением посмотрел на Грамотина — наш тихоня-маг не так прост, как кажется. Да и огненные заклинания у него и правда хороши, с этим не поспоришь. — В любом случае, лишняя охрана нам не помешает, — сказал я, решив, что в компании Лба нам, возможно, удастся избежать столкновений с местными. Не то чтобы я боялся их, просто не хотелось терять на это время. — …Процветали города хадаганские, тяжелые пшеничные колосья наливались в полях, звонкие детские голоса оглашали улицы. Но не переставали ковать острые мечи и учить разрушительные заклинания жестокие канийцы. И тогда раскрыл Великий Незеб сердце для святой любви и выбрал орков, сильных, отважных и верных, в братья хадаганцам, и заключил между ними извечный союз, ибо одинокий прутик ломается, а охапка даже не гнется! О братской любви не нужно говорить, ее нужно доказывать. И одарил Солнцеподобный Незеб новых братьев Великим Магом, так появился у орков свой аллод, и сто дней рыдали их шаманы от радости. — Хм… интересно, а Зэм от радости не рыдали, обретя новых братьев? — усмехнулся Орел, слушая смотрителя мемориала, посвященного четвертому подвигу Незеба. — Отделались общими словами благодарности, — ответил я, осматриваясь по сторонам в поисках гоблина или хотя бы каких-нибудь черепов. Несмотря на колкие шутки Кузьмы, этот памятник мне понравился больше всех предыдущих. Это была довольно широкая площадка, выложенная красными плитами, на которую можно было подняться по лестнице, чтобы возложить цветы у подножья мужественной фигуры Незеба и трех орков, преклонивших пред ним колено и присягающих на верность. «Мемориал Братского единения Великому Незебу, даровавшего своему народу братьев, посвящается» — гласила табличка. Постамент был украшен большими и маленькими чашами, наполненными чистой магической энергией, которую поставляла районная мана-станция. Мне до ужаса хотелось протянуть руку и дотронуться до клубящейся голубой субстанции, но я так и не рискнул. — Ник, смотри, — Кузьма незаметно кивнул на суетливого гоблина, только что бочком вылезшего из переулка. — Мы с тобой сегодня одинаково небрежны, — полувопросительно произнес я, подойдя к нему ближе и только теперь осознав всю абсурдность ситуации. Трудно представить себе более «неприметную» парочку возле памятника в центре орочьего квартала, чем дерганый гоблин и хадаганец-военный. — Почему это я небрежен? Разве? Я даже причесался, ага!.. А-а! Ты про это? Как его там… приговор окончательный и… это… не подлежит. Ага! Значит так, слушай сюда. Не смотри на меня только. Любуйся облаками, мы друг друга не знаем, ага. Очень важная информация! Меня вдруг начал разбирать смех. Все это казалось настолько карикатурным и неправдоподобным — особенно гоблин, лысый, зато с бородой — что смахивало на розыгрыш. Но Бри был серьезен. — Булыге, главе клана Буйных, — шепотом выкладывал он, — стало тесно в Изун-городе, тянет он свои волосатые лапы к соседнему району, к Астралцево, ага. А там парни Шквала тоже не дремлют. Беда в том, что Булыга — воин, а Шквал — шаман. У них там это, как его… непреодолимые идеологические противоречия, вот! Но я плохо в этом разбираюсь, ага. Зато пронюхал, что Буйные затарились оружием и планируют вылазку в квартал шаманов. А еще крутолобые, ну эти, как его… возрожденцы из Научного Городка снабдили Буйных амулетами. Что за амулеты — без понятия. Орки выдают их только избранным, ага. А Бри не дадут. Ты посмотри на мои мускулы! Где я, а где орки? Ну все, пока. Я тебя не видел, ты меня тоже. С этим словами он юркнул в проход между домами и скрылся из виду так быстро, будто в него был встроен моторчик для ускорения. Я задумчиво побрел в сторону своей небольшой команды, ожидавшей меня неподалеку. Лоб Буйных стоял там же. — Амулеты? — переспросил он. — Да бес их знает… Я ж это, как в армию пошел, так и не при делах стал. Я ж непредзя… непревз… ничейный короче. — А можешь выяснить? — Дык кто ж мне скажет? Я терь это… чужак больше, чем ты. Обиделись, ишь ты… Но я тебе так скажу — если хочешь втереться в доверие к Буйным, начинать надо с арены. Наши ничего так не уважают, как силу, гы. Мериться силой — это мы умеем, подумал я. Значит так тому и быть. — Ник, ты серьезно? — снова повторил Кузьма, когда я твердым шагом шел к компании пьяных орков, расположившихся в кабаке недалеко от пустой пока арены. — Ты не подумай, что я в тебе сомневаюсь, но здешняя арена — это тебе не драка в подворотне. На арену выходят профессиональные бойцы. — Ничего, я тоже не лаптем щи хлебаю. Лоб кивком указал мне на Булыгу, но я и сам уже догадался — главарь был заметно больше остальных и выглядел довольно устрашающе. Он опустошил свою кружку, размером с ведро, грохнул ее об стол, крякнул и только потом ответил, презрительно смерив меня с головы до ног. — Записаться на арену? Первый раз вижу твою рожу. А кишка не тонка? — Вот и проверим. — Кто потом твои кости по арене собирать будет, мелочь? — осклабился Булыга. — Люди участвовали в боях, — вмешался стоящий рядом Лоб. — И некоторые даже побеждали, гы. От этих слов Булыга почему-то рассвирепел, он поднялся с места, уперевшись кулаками о стол и с бешенством уставившись на Лба. — Ты, щенок, не заговаривайся. Я был молод и пьян, а после того не проиграл ни одного боя! — загремел он на весь кабак, в котором сразу установилась гробовая тишина. Подробности этой старой истории мне были неинтересны, но Лбу явно нравилось дразнить Булыгу, он расхохотался, без страха глядя в налитые кровью глаза главы своего клана. — Если людей допускали к боям, значит и я могу попытаться, — вмешался я, но Булыга даже не посмотрел на меня. — Начало сегодня в полночь. Приходи, глупый хадаганец, — процедил он, не отрывая взгляд от Лба. — На крайняк, парни мои разомнутся! На этом короткая аудиенция завершилась. Не проронивший ни слова Орел потянул меня за плечо, и мы покинули кабак, чувствуя спинами прикованное к себе внимание всего заведения. На улице уже был вечер, и до боев на арене оставалось еще несколько часов. — Тебе нужно отдохнуть и выспаться, — сказал Михаил. Я знал, что он прав, но спать мне совершенно не хотелось. — Эй, хадаганец, — окликнул кто-то. Из кабака, который мы только что покинули, вслед за нами вышел орк, ширина плеч которого была больше его роста. — Здорово, Черный, — поприветствовал его Лоб. — Когда ж ты поперек себя расти-то перестанешь? — Рост — не главное для мужчины, — обиделся орк и посмотрел на меня. — А ты, человек, серьезно собираешься сражаться на арене? — Собираюсь. — Ну и дурак! — припечатал он. — Я вот что скажу: сражение на арене — прошлый век. Бессмысленное членовредительство. — Очень правильная позиция, — одобрил Михаил, — хотя для орка очень не характерная. — Давно пора уже нам, оркам, мыслить в ногу со временем, — горячо сказал Черный. — Накачался, слепил совершенное тело, а потом выходишь на помост огромного стадиона и… Овации, ты освещен яркими факелами, становишься в позу, напрягаешь мышцы — так, а потом так, и еще вот так… И все в отпаде! — Это что-то… типа конкурса красоты что ли? — засмеялся Орел. — Ну… типа того… Это моя мечта! Но над ней надо работать, работать и еще раз работать, как завещал Великий Незеб. — Это он про «учиться» сказал, — поправил Грамотин. — Неважно, — махнул рукой орк. — Я чего сказать то хотел… У меня давеча проблема со штангой была. Серийные модели мне не подходят. Я использую строительные блоки вместо дисков. Но только они быстро крошатся, демоны. Приходиться таскать со стройки, да только так, чтобы за раз побольше стащить — пять, а то и шесть блоков. — Пять-шесть? — недоверчиво повторил Лоб. — Они ж тяжеленные! За раз не поднять ведь… — Ага, я к чему и веду. Зелье одно есть… Во, — он достал из кармана маленький бутылек с мутной жидкостью. — Оно запрещено. Только без него их просто так не поднимешь. Ты, это, Выживший… на арену когда пойдешь — выпей его. Только не показывай никому! Я с сомнением взял у него зелье и быстро спрятал за пазуху. — Зачем ты мне даешь его? — Как зачем? — удивился Черный. — Чтоб ты победил всех! — Он имеет ввиду — зачем тебе это нужно, чтоб он всех победил, — пояснил Орел. — А это чтоб Булыга много на себя не брал, — насупился низкорослый орк. — Засмеял мою идею с конкурсом, зараза… Да и его бойцы тоже правила нарушают, будьте спокойны. — Отличная новость, — проворчал Кузьма. — Короче, лады. Я приду за тебя поболеть, хадаганец, не подведи, гы! Он передернул плечами и, засунув руки в карманы, вернулся назад в кабак. — Как думаешь, ему можно доверять? — спросил я Лба, когда мы отошли подальше. Пить незнакомое варево я особо не рвался, мало ли, чем это может обернуться. — Наверно, — пожал плечами он. — Парняга он нормальный… только придурок слегка. — Понятно. — Ты б это… правда поспал что ли. — Не хочу, лучше пойдемте куда-нибудь, где можно нормально поесть. — И выпить, — поддержал меня Орел. Лоб повел нас в трактир, в котором, по его словам, недурно жарят мясо, и я уже предвкушал вкусный ужин, но по пути мы наткнулись на тренировочную площадку, где высокая, статная орчиха остервенело лупила манекен. Лоб притормозил, засмотревшись на нее. — Раз-два! Раз-два! Ну что носы морщите? Потом от меня несет? Зато гляньте, какой трицепс! Мне не только орки, но и хадаганцы вслед оглядываются! С восхищением, конечно же! А с чем же еще? Раз-два, раз-два! Тело свое надо любить! Холить и лелеять! — Отличный трицепс! Можно пощупать? — радостно поинтересовался Лоб. — Привет, Крепыха. — Только рискни, я ведь тебя завалила на арене! — Всего то один раз! И я поддавался… Покрасневший от смущения орк — зрелище незабываемое. Мы с Орлом прыснули, и даже сдержанный Грамотин заулыбался. — Вы лучше отойдите подальше, я сейчас махи ногами начну делать. Раз-два! Раз-два! Наблюдать за ловкими движениями орчихи было интересно, она, несмотря на свои размеры, была по-своему изящна и грациозна. — А у меня вот дружбан сегодня сражается, — Лоб хлопнул меня своей лапищей по спине и я от неожиданности едва не пропахал носом землю. — Придешь посмотреть? — Человек на арене? Рисково… — уважительно произнесла Крепыха. — Тебе надо хорошенько подкрепиться! Жаль, лавочку нашу бойцовскую временно прикрыли: что-то там с налогами накосячили, чтоб им пусто было. Но тут знающий орк мне сказал, что мясо степных термитов полезно. — Оно богато белками, — снова встрял наш умник. — Ага! Шаришь. Раньше в лавке брали, да и, если честно, белок там в последнее время был не ахти. Гадостью его какой-нибудь, небось, разбавляли. Пора переходить на натуральное питание. Мясо термитов — выбор настоящего бойца! — Мы как раз собирались перекусить, пойдешь с нами? — предложил Орел и Лоб расцвел клыкастой улыбкой. — Не благодари, — шепнул ему Кузьма, когда орчиха согласилась. По совету Крепыхи, в трактире мы заказали по куску хорошенько прожаренного мяса термитов, которое, к моему великому разочарованию, по вкусу напоминало резину. Пить я ничего не стал, но после плотного ужина у меня все равно начали закрываться глаза. Разгоряченный от одной бутылки пива Михаил начал о чем-то рьяно спорить с Кузьмой, Крепыха втолковывала Лбу про правильное питание, но тот смотрел на нее немного осоловевшим взглядом и вряд ли вдумывался в ее слова. Я, смутно припоминая, что сам намеревался погулять вечером по тем улицам, которые патрулировала симпатичная милиционерша, опустил голову на сложенные на столе руки и провалился в сон. Продолжение следует... Просмотреть полную запись
  10. Готовящееся обновление 7.0.1 с новым рейд-инcтом, островами и аномальным сектором, завершение зимней творческой Олимпиады, продажа прайденских костюмов и каменного орка, «Хочу MSI!», отключение звука и роспуск Армады, февральские праздники и в очередной раз не приглянувшаяся игрокам девушка Катя – словом, всё то, чем жило сообщество последний месяц. Подошла к концу зимняя творческая Олимпиада, и уже объявлены счастливчики, занявшие призовые места. Победителей литературного конкурса мы уже называли в прошлом номере. Первое место в конкурсе художников заняла работа vallennik Работы двух наших сотрудниц – Dark Fox и Амали – также были отмечены жюри и получили поощрительные призы! Поздравления нашим талантливым девушкам! В конкурсе режиссеров победу одержал ролик «Ной» от Infernumm Также жюри отметило несколько других интересных работ, ознакомиться с которыми вы можете на официальном форуме игры. С 18 по 25 февраля в мировых чатах всех серверов можно было наблюдать сообщение «Хочу MSI!»– именно эта фраза была условием конкурса, где разыгрывались 3 мышки Steel Series Kinzu v3 Gaming Mouse, материнская плата B150M PRO-VD D3 и кристаллы. Победители, выбранные случайным образом из написавших фразу, еще не определены. Компания PROSTO Toys начала принимать заказы на статуэтку орка из искусственного камня, высотой 22см и весом 3,5кг. Мировой тираж составляет всего тысячу экземпляров, из которых на Россию придется лишь 200 штук. Стоимость данного экземпляра 15 000 руб. Для коллекционеров внутриигровых ценностей с 11 по 17 февраля прошла распродажа прайденских «влиятельных» нарядов для тех, кто не успел приобрести их во время ярмарки костюмов. Не обошелся месяц и без казусов. Участившиеся вылеты игрового клиента заставили разработчиков пойти на вынужденные меры и временно отключить звук в игре. Но самой обсуждаемой темой стал взлом аккаунта лидера гильдии Армада, с последующим ее роспуском. Несмотря на то, что официальных комментариев от руководства гильдии не последовало, самой распространенной версией случившегося стал возможный переход ГМа на один из сайтов «двойников», о появлении которых администрация игры предупреждала ранее. Примечательно, что вскоре после роспуска гильдии некоторые расторопные игроки тут же организовали новую «Армаду», куда приглашали всех подряд. Однако, к счастью, несмотря на эти уловки, настоящая Армада была полностью восстановлена под первоначальным названием и со всеми своими достижениями. Остерегайтесь взломщиков! Прошедший месяц отличился тремя хотфиксами, самым важным из которых стал, пожалуй, патч от 11 февраля, куда вошли очень серьезные изменения по всем классам. Ради этого обновления даже был открыт публичный тестовый сервер на одни сутки, чего раньше не практиковалось. Подробней о нововведениях читайте в описании хотфиксов на официальном форуме. Как было объявлено ранее, сезон 7.0 будет разделен на четыре части, и первый его отрезок уже подходит к концу, а значит – самое время рассказать, что же ждет нас раньше. Разработчики приоткрыли завесу тайны над тем, что интересного нас ждет в 7.0.1: на официальном форуме опубликованы две статьи, а так же видеоблог о готовящемся обновлении. Серьезным изменениям подвергнется аномальный сектор, где с 19.00 до 22.00 МСК в случайном порядке будет запускаться один из четырех сценариев: уже знакомый нам спрутоглав, убийство которого обещает нам «вкусный» лут; появление корабля-призрака, чьи трюмы наполнены сокровищами, охраняемыми командой скелетов; открытие демонического портала, где нам предстоит сразиться с огромным количеством астральных демонов; а так же подвергающееся нападениям исследовательское судно, которые необходимо защитить любой ценой. В следующем подсезоне разработчики обещают нам более прозрачную систему подсчета экипировки, о чем игроки просили неоднократно. Так же будет произведен ряд правок в системе поиска группы для посещения островов. Видеоблог разработчиков разочаровал повторным неудачным выбором ведущей, многочисленные претензии к которой были озвучены игроками еще в прошлый раз, но почему-то не были услышаны АТ. Возможно, причиной этому было оперативное удаление соответствующих сообщений из темы – быстрее, чем они доходят до лиц за это ответственных. На данный момент мы не смогли найти ни одного комментария о сложном восприятии ведущей как на слух, так и визуально, хотя об этом писалось едва ли не в каждом втором сообщении. Комментарий редакции: «». Зато в самом ролике можно увидеть новые и старые острова, которые будут добавлены к уже имеющимся – это Истинбул, джунгли Мбоа Мбоа, отражение Зачумленного замка, Ледяной чертог, а также совершенно новые Ирий и Забытый храм, оставившие очень приятное впечатление даже по тем недолгим кадрам из видео. Кроме того, нас ждет продолжение сюжетной и линии и новое рейдовое приключение, тоже выглядящее весьма очаровательно по скринам-фрагментам из ролика. Как и было обещано, разработчики пошли навстречу игрокам, решив отойти от «техногенщины» и вернуться в более привычные «сказочные» Аллоды, так полюбившееся сообществу. В видео так же можно также увидеть обещанную статую победителей МЧД и новые окрасы для «Молнии» и дрейка, которые игроки смогут получить в Смородиновке и Тропическом аттоле соответственно. Прошедший месяц был отмечен различными праздничными мероприятиями. 30 Января вся Лига отмечала День Рождения своего правителя – Айденуса! Наша редакция желает Великому Магу долгих лет жизни, легких побед и мудрых решений! С 7 по 20 февраля состоялись традиционные гуляния по случаю дня святого Валентина, где игрокам необходимо было выполнять уже известные квесты для получения приятных подарков. А с 21 по 23 февраля, в честь Дня Защитника Отечества, а также скорого приближения весны на всех серверах была запущена «улыбка судьбы». Изначально бонус к опыту не планировался, однако посыпавшиеся одна за другой просьбы от сообщества заставили разработчиков пересмотреть это решение. Успейте принять участие в весенних торжествах, которые все еще продолжаются, и получить сувениры и костюмы! Для этого нужно выполнить несложные задания от представителей весеннего приказа. А кто-то, кроме общественных праздников, отмечал еще и персональные. Наша редакция от всей души поздравляет нашу незаменимую опору и поддержку в связях с Allods Team Михаила Фурзикова с прошедшим днем рождения! View full record
  11. ВНИМАНИЕ, КОНКУРС! Дорогие друзья! Редакция нашего журнала поздравляет всех мужчин с прошедшим Днем Защитника Отечества и всех женщин наступающим Международным Женским Днем, и в честь этих праздников с радостью объявляет начало двух творческих конкурсов! Первый конкурс – поэтический. Участникам необходимо сочинить стих на тему 23 февраля либо 8 марта на выбор. Размер – от 8 до 16 строк (2-4 четверостишья). Художники тоже не останутся без призов! Во втором конкурсе нужно нарисовать открытку так же на тему 23 февраля или 8 марта. Три самые лучшие открытки, а так же три лучших стихотворения попадут в следующий выпуск нашего журнала, а их авторы обязательно получат вознаграждение за свои труды! Прием работ продлится до 24 марта включительно. Количество работ от одного автора не ограничено, но призером может стать только одно наиболее интересное, по мнению жюри, авторский поздравление. Конкурсные работы необходимо выкладывать в специальной теме на официальном форуме игры «Конкурс поздравлений». Желаем удачи конкурсантам! View full record
  12. 27 января состоялось открытие сервера Аллодов Онлайн на игровой площадке Steam, получившего название «Новый Порядок». Вот уже месяц новые герои покоряют контент уникального сервера АО, ну а мы в свою очередь, спешим поделиться с вами «вестями с полей». Ваш покорный слуга лично познакомился с «Новым Порядком» и его обитателями. Впервые о подготовке к выходу в Steam было объявлено на официальном форуме игры в мае прошлого года. После голосования в Steam Greenlight игра набрала достаточно голосов, чтобы забраться на четвертое место, обогнав более 1500 претендентов. И вот, наконец, после длительной подготовки, сервер, представляющий актуальную бесплатную версию игры, был запущен! Обратите внимание, что «Новый Порядок» не отображается в общем списке серверов, его необходимо запускать через обновленный до последней версии Steam! Первое, что бросается в глаза, – это не очень высокая активность в главном ПвП АО – доминионе, где, похоже, принимают участие всего семь гильдий на сервере. Впрочем, это, скорее всего, объясняется тем, что далеко не все играющие достигли максимального уровня развития. В Империи гильдией, добившейся самого большого успеха, является «Длань Тьмы» и, едва попав в Незебград, я сразу занялся поисками ее руководства. Особо стараться мне не пришлось – подавляющее большинство персонажей в Оке Мира состоят именно в этой гильдии, и несколько раз пощелкав мышкой, я с помощью аддона сразу нашел лидера и одного из офицеров. Ими оказались Друк и Стужа, представившиеся как Александр и Илья. Я пригласил их в группу, чтобы они ответили мне на несколько вопросов. Ваша гильдия занимает лидирующую позицию в Империи? Стужа: Грубо говоря, наша гильдия единственная в Империи, кто совершает телодвижения в сторону топ-контента. Значит, сервер не очень населенный? С: Увы… По ощущениям, в Лиге больше людей? С: Не думаю, что разница ощутима, в Лиге схожая ситуация. Вы играли в АО до открытия этого сервера? С: Да, мы играем с 1.0, первым был Горн Войны. Играли серьезно, но после открытия Нити Судьбы ушли с концами на подписочный сервер. Что привело сюда? С: Ожидали «другой» сервер. Ожидания оправдались? На первый взгляд сервер идентичен старым «фри». С: На форуме была одна фраза от комьюнити, что сервер имеет отличие, но в чем именно – будет ясно позже. Будем ждать. Пока нам нравится ламповость этого сервера и его курс. В вашей гильдии много новеньких аллодеров, я имею ввиду тех, кто до этого не играл в АО на других серверах? С: Таких, к сожалению, уже нет, а те, что были, ушли, либо не докачались. Большинство в нашей гильдии с Нити Судьбы. Вы посещаете «Фрактал»? С: Да, в данный момент обычная сложность пройдена полностью. «Харду» будем пробовать как окрепнет основной рейд, планка 75500 была взята не так давно. Хотите еще что-нибудь добавить? Может, есть какие-то пожелания? С: Приток новых игроков – единственное желание. Ну и надеемся, что нас обойдут стороной нескончаемые донат-акции. Хорошо. И последний вопрос. Ваш лидер всегда такой молчаливый? С: У нашего лидера много лидерских дел. Местный юмор. Далее, с примерно таким же списком вопросов, я направился в Лигу. Несмотря на заверения офицера «Длани Тьмы», в Новограде находилось заметно больше людей. Кроме того, противоположная фракция оказалась более богата на гильдии. Мне пришлось немного побегать в поисках руководства «Легенд Лиги» – гильдии, занимающей лидирующую позицию на сервере. Зато я почти сразу наткнулся на одного из офицеров «Бесславных Ублюдков»– ГриннВоркс, с которым я также перебросился парой слов. Иван рассказал, что большинство игроков его гильдии тоже пришли с других серверов, а также о причинах такого перехода. Курс в обменнике на 23.02.2016 ГриннВоркс: Сервер новый, хотели создать топ-ги и быть первыми в Лиге. Эти планы еще в силе? ГВ: Конечно. Судя по доминиону, сейчас ваша гильдия занимает вторую строчку в Лиге. ГВ: Да, мы вторые. Почему топ-ги Империи сделала ставку на вас, а не на «Легенд Лиги»? ГВ: Боятся. На вопрос о «Фрактале» Иван ответил, что их гильдия ходила в инстанс несколько раз в сюжетном режиме, но пробовать «хард мод» пока не планирует, так как состав пока еще слишком слаб. Когда мне удалось разыскать лидера гильдии «Легенды Лиги», он отчаянно сражался на «Ведьмином Яру», и мне пришлось еще какое-то время подождать. За это время я немного осмотрелся, заглянул на аукцион и поздоровался с менялой. Курс кристаллов хоть и вызвал у меня легкую ностальгию, но все-таки оказался выше, чем я ожидал, учитывая, что серверу всего месяц. На аукционе дорогостоящие предметы режут глаз исключительно своим отсутствием, и в целом там предложен не очень богатый выбор товаров. Придя в Новоград, я обнаружил еще одну странность, которую не мог зафиксировать в Империи, так как в Оке Мира нельзя находиться верхом. Почти все персонажи, порой даже с зелеными рунами, передвигаются на миражах, чего я не видел ни на одном старом сервере. Правда, эту тайну быстро развеял лидер первой гильдии сервера – Артем, играющий персонажем Омикс. Ваша гильдия-то – первая, как в Лиге, так и на сервере в целом? Омикс: На данный момент лидерство удерживаем мы, но начинали четвертыми или пятыми на сервере. Теперь нашим основными конкурентами является гильдия «Длань Тьмы». А они, похоже, так не считают, ведь они сделали ставку на гильдию ниже вас. О: До этого две недели подряд ставки были обоюдными. Вы знаете, что целью гильдии «Бесславные Ублюдки» является завладение лидирующей позиции в Лиге? О: Мы всегда за здоровую конкуренцию. Чем больше гильдий будет принимать участие в ЧД, тем более разнообразным он будет. Но пока мы особо не замечали их на ЧД. До этого вы играли на других серверах? О: Да. Вообще в Аллодах еще со времен ЗБТ2, потом на ОБТ начинал на сервере Молодая Гвардия, в дальнейшем Сердце Войны. Почему решили перейти сюда? О: Стало интересно начать все с чистого листа, так как там уже все лидирующие позиции распределены и составить какую-либо конкуренцию лидирующим гильдиям нереально. А здесь удалось объединить старых знакомых по игре и вернуть некоторых старых игроков. А есть такие, кто не играл до этого в АО на других серверах? О: Да, в гильдии есть игроки, которые до этого не играли в АО. Значит Steam все-таки привлек новых игроков! Этот сервер отличается чем-нибудь от старых серверов? О: Первое, что сразу бросается в глаза, это контингент игроков. Основная масса – это молодежь. Если сравнивать со старыми серверами, то там более взрослые игроки. Занятное наблюдение. Я смотрю, тут очень много персонажей на миражах, но с невысокими рунами. О: Это акционный мираж на неделю. Пока на этом сервере не проводилось ни одной акции с ларцами. Единственные акции, которые были, так это на костюмчики и ездовых животных. Понятно. Вы посещаете «Фрактал»? О: Да, конечно. В нашей гильдии три рейда ходят во Фрактал, два из них полностью закрыли его в сюжетной сложности. Пробовали «Хард мод»? О: Пока нет. ГС не позволяет. То есть СФК «Нового Порядка» еще впереди. Планируете присвоить? О: Конечно же, хотелось бы. Время покажет. Хотите еще что-нибудь добавить или пожелать? Суровые будни «Нового Порядка» О: Хотелось бы, чтобы на сервере было еще больше игроков, которые заполнили бы другие гильдии и разнообразили игровой процесс в ПвП-направлении. Надеюсь, АТ над этим поработают. И конечно же, интересно, когда и каких акций нам ждать. И главное, хотел бы сказать большое спасибо игрокам Либретто и РасколОрехов, которые помогали и продолжают помогать мне в управлении Гильдией. Реферальная программа игрокам этого сервера, к сожалению, пока не доступна, зато «Новый Порядок» уже подключен к системе рейтингов на официальном форуме игры, где любой желающий может посмотреть достижения игроков. Кроме того, доступна функция создания юзербаров и активации пин-кодов в личном кабинете. Мы продолжим следить за этим сервером и обязательно расскажем вам об их достижениях в следующих выпусках! View full record
  13. Этот человек известен всем активным игрокам в Аллоды Онлайн и в дополнительных представлениях вряд ли нуждается. Мы представляем вам интервью с руководителем проекта – Антоном Турищевым. Здравствуйте, Антон. Спасибо, что согласились на это интервью. В первую очередь, спешим поздравить вас и всю вашу команду с выходом игры в Steam. Аллоды вышли на новый уровень. Каковы ощущения? Привет! Спасибо за поздравления! Это был долгий и тяжёлый путь, но мы справились. Ощущения положительные, изучаем новую для себя площадку, готовимся к следующему прыжку – старту европейской версии Аллодов в Стиме. Мы не будем мучить вас вопросами о геймплее, нам интересно узнать, а также рассказать нашим читателем о людях, занимающихся игрой. Расскажите, в чём заключаются обязанности руководителя проекта – контролировать работу разных отделов? ПМ отвечает всеми частями тела за результаты (время/деньги) проекта, занимается планированием, орг. вопросами и «всем-чем-надо-чтобы-было-хорошо». Мы знаем, что вы начинали художником, а сейчас вы что-нибудь рисуете для игры? Нет, сейчас не рисую. Как вы попали в геймдев? Для этого нужно какое-то специальное образование? Попал на энтузиазме. Местами сильно повезло, подробно можно послушать мой рассказ на GamesNight. (Первая встреча GamesNight в Воронеже, тема «Как попасть в игровую индустрию?».Матёрые участники круглого стола рассказывают все, что они думают о новайсах и отвечают на вопросы участников, прим. ред.) Наверное, любой игрок мечтает стать разработчиком, ведь говорят, что самая лучшая работа – это хобби, за которое ещё и платят. Про вас можно сказать, что вы нашли работу мечты? Ещё говорят, что «осторожнее с мечтами, они могут сбыться». Про хобби не знаю, для меня хобби – это что-то такое расслабляющее и не напрягающее, про нашу работу я такого сказать никак не могу, но она мне этим и нравится. Много времени сами проводите в игре? И на работе, и в свободное время? На работе, как это ни покажется странным, надо работать. Практически всё свободное время стараюсь уделять играм, но после рождения дочки этого «свободного» времени почти нет. Поздравляем с этим радостным событием! Обычные люди играют в игры ради развлечения, но для вас это работа. Есть ли различия между тем, когда вы заходите в игру для работы, и тем, когда хотите просто отдохнуть? Или для вас это всегда одно и то же? Я стараюсь различать, да. Иначе можно никогда не отдохнуть, а только искать, проверять и работать. Когда захожу в игры, чтобы отдохнуть, то стараюсь выключать своего «внутреннего QA» - к сожалению, это не всегда удаётся. Как принимаются важные решения по игре - это всегда результат коллективного обсуждения, или есть кто-то, за кем всегда остаётся «последнее слово»? Может быть, это вы? Разработка игры, особенно такой большой и сложной, – это прежде всего командная работа. Все важные решения у нас принимаются исключительно коллегиально, порой в жарких спорах. Но, конечно же, у нас есть люди, за которыми при необходимости остаётся «последнее слово», если обсуждения заходят в тупик и необходимо разрубить этот «гордиев узел». Если условно разделить создание игры или её составляющих на две стадии: первая - придумать идею, вторая – воплотить идею в жизнь, какая стадия более сложная? Как сказал кто-то умный, «Идея стоит минус количество денег, которые нужно потратить на её воплощение в жизнь». Несмотря на то, что идея крайне важна и от неё зависит многое, воплощение её в жизнь не сравнимо с затратами на её придумывание. Часто приходится отказываться от идей, которые казались вам интересными, но, например, не понравились игрокам? Тяжело ли даются такие решения? Практически постоянно, когда необходимо заработать лишний миллион! (шутка) Приходилось да, крайне тяжело и неприятно. Например, когда в позапрошлом сезоне убирали астральные карты, плакали практически как эта девочка. Вы стараетесь играть всеми классами и участвовать во всех активностях, или всё-таки, как и у всех, – есть любимые, которым отдаёте предпочтение? Есть любимые, да. Люблю играть хилами. Хотя маг вот в начале сезона тоже неплохо заходил, пока не порезали. Обожаю Доминионы. Вы часто читаете форум или узнаёте, о чем говорят игроки, в основном через комьюнити-менеджеров? Просматриваю важные темы форума каждый день практически. Комьюнити-менеджеры отличные отчёты делают каждую неделю о форумной жизни в целом. Внимательно изучаются и все предложенные идеи. Ветераны игры часто говорят о «более зелёной траве», которая была раньше. А вас посещает ностальгия о том, что было в игре когда-то? Хочется иногда что-нибудь вернуть? Ностальгия посещает, конечно, и мы стараемся возвращать положительные моменты из «старых времён», например частичный дроп, но при этом надо понимать, что игра должна постоянно развиваться. И напоследок, хоть мы и обещали не задавать вопросов про геймплей, но все таки - можете открыть нам какой-нибудь секрет? Что-нибудь об игре, чего ещё никто не знает? Честно говоря, это сложно, мы постоянно, так или иначе, рассказываем нашему комьюнити о наших планах и будущих нововведениях, наверняка найдутся внимательные читатели, которые что-то где-то слышали и всё знают. Наша команда продолжает работу над астральным ответвлением от основной игры, и скоро мы уже начнем собирать фокус-группы. Большое спасибо за то, что уделили нам время. Удачи! View full record
  14. Раньше этим занимался я, теперь у меня на это нет времени. Если мы найдем энтузиаста, который займется этим, то пдф версия вернется.
  15. Аллоды онлайн

    Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор пожелал остаться неизвестным Сарнаут оказался больше, чем я думал, сложнее, чем я мог себе представить, и намного опасней, чем я хотел. Подпись: Ваш Ник. Глава 1 Глава 2 Глава 3. Черная Гиена Незебград влюблял в себя с первого взгляда окончательно и бесповоротно. Мы вышли из метрополитена в районе Старой Площади, как гласила табличка, и сразу наткнулись на милиционера, который подозрительно смерил нас с головы до ног, безошибочно распознав гостей. Это неудивительно — мы пялились по сторонам разинув рты. Орел, хоть уже бывал здесь, тоже чувствовал себя явно не в своей тарелке. Вокруг возвышались большие кирпичные дома с красивыми барельефами в виде звезд, повсюду были развешаны красные знамена Империи, и даже цветы на аккуратных, ухоженных балконах выглядели как-то по-особенному торжественно. Где-то совсем рядом играл оркестр, и только когда Орел ткнул пальцем вверх, на угол здания, я сообразил, что музыка льется из рупора громкоговорителя. Было непривычно много людей, орков и восставших — обычных пешеходов и наездников. Милиция следила за тем, чтобы прохожие не стояли на пути оседланных дрессированных животных и странных механизмов, несущихся с неимоверной скоростью. — Разбогатею, куплю «Быстролет», — сказал Орел. — Что? — не понял я. — «Быстролет»… — он ткнул пальцем в пролетевшую мимо чудо-машину. Здание городского комитета мы отыскали очень быстро, в основном благодаря подсказкам милиционеров, показавших нам дорогу. Внутри было прохладно и стоял легкий гул от множества негромких разговоров и эха. Я скользнул взглядом вверх по широкой мраморной лестнице, устланной красной ковровой дорожкой, и вздрогнул — оттуда на меня с огромного портрета сверху вниз строго смотрел Глава Империи — Великий Маг Яскер. Портретов вокруг было много, но именно от его нарисованного взгляда хотелось куда-нибудь спрятаться. Меня посетило странное чувство, будто Яскер на самом деле может смотреть на всех через свой портрет, и не только смотреть, но и словно бы видеть насквозь, читать мысли. Служащие, сновавшие туда-сюда по идеально отполированному паркетному полу, были как на подбор подтянуты, собраны, и мне все время хотелось пригладить волосы на голове и поправить сюртук, чтобы выглядеть соответствующе столь внушительному учреждению и его серьезным работникам. Молоденькая девушка из справочной сообщила нам, что майора Правдина мы можем найти в архиве на первом этаже, и ткнула пальцем в коридор с противоположной стороны. Хотя здание и было большим и просторным, я все равно чувствовал себя слоном в посудной лавке. Деликатно постучав в дверь с табличкой «АРХИВ», ответа я не получил и приоткрыл большую деревянную дверь. Внутри были высокие, забитые до отказа, ряды стеллажей — не удивительно, что моего стука никто не услышал, он попросту затерялся в этом огромном зале. Орел смело вошел внутрь и сразу же твердым шагом направился к единственным присутствующим — двум мужчинам и двум женщинам. Если среди них и был майор Правдин, то это явно тот человек в военной форме. — Здравия желаю, — гаркнул Орел, козырнув. — Мы ищем майора Правдина. Человек в военной форме, лишь мельком взглянув на Кузьму, уставился на меня. — Так вот как выглядит имперец, который выжил… Хм… — он оценивающие осмотрел меня с головы до ног, о чем-то размышляя. Интересно, откуда он меня знает? Мне стало немного не по себе от того, что меня узнают незнакомые люди. Но тут же я подумал про то, что, вероятно, пока я отдыхал в здравнице, руководство уже тщательно ознакомилось с моим личным делом. И, по всей видимости, изучило и фото. — А почему так долго? — продолжил он. — Опять Иасскул Тау затеял тесты и проверки? — Так точно, — хрипло проговорил я, слегка раздосадовавшись, что мой голос не звучит так же звонко и четко, как у Орла. Да и выгляжу я, наверное, как растерянная курица, потерявшая свой курятник. — Ох, нет с ним слада. А дело, между тем, не терпит отлагательств. Нам необходимо разобраться, что все-таки произошло на «Непобедимом». Я оставлю вас ненадолго, — обратился он к своим спутникам, так и не проронившим ни слова при нашем появлении, и повернулся к Кузьме. — А вы, стало быть, Кузьма Орлов? Тоже были на том корабле, насколько я знаю. Отойдем-ка… Втроем мы подошли к окну, через которое улицу было едва видно из-за пурпурных портьер, оставивших между собой лишь маленькую щель. Впрочем, Правдин, едва мы приблизились, отвел рукой штору и выглянул наружу, как будто хотел удостовериться, что за ней никто не стоит и нас не подслушивают. — Буду говорить начистоту. Нападение канийцев на корабль, где был установлен экспериментальный портал, не случайно. Да-да, портал, — кивнул он, заметив мои вздернутые брови. — Именно благодаря ему тебе удалось спастись. Более подробно тебе об этом расскажет Марта Извилина, — он махнул рукой себе за спину, где одна из женщин не сводила с меня пытливого взгляда. — Мое дело — иное и не менее важное. Где-то в самом сердце Империи завелась «крыса». Кто-то же сдал Лиге маршрут и координаты «Непобедимого»! Нам надо эту крысу обнаружить и показательно ликвидировать. Хранители Империи всю ночь совещались и выработали план. Ты — его ключевое звено. Принято решение обнародовать результаты проекта «Спасение». Завтра все средства массовой информации и пропаганды выйдут с передовицами о том, что испытания портала прошли успешно. «Отныне хадаганские матери могут спать спокойно, их сыновья будут спасены, в какой бы точке мира они ни исполняли свой долг…» ну, и так далее. Статья уже написана. А украсит передовицу твой портрет. Мы наконец-то расскажем всю правду о твоем подвиге и отдадим дань уважения экипажу «Непобедимого»… М-да… Жалко ребят… Да примет астрал их искры… Ну, а главным результатом этого информационного взрыва станет то, что тобой обязательно заинтересуется враг. Тот самый, который пытается подорвать силы Империи изнутри. Будь начеку! А выбора-то у тебя, собственно, и нет. Это приказ! Все мы служим Империи, каждый на своем посту. Пока же смешайся с толпой, стань обыкновенным горожанином. А ты, — он повернулся к Кузьме, — приглядывай за ним. И не ходите поодиночке! Да, кстати, все вновь прибывшие на Игш должны зарегистрироваться в Паспортном столе. Разрешаю вам сделать это без очереди. Вопросы? Мы переглянулись с Кузьмой. Вопросов у меня была тьма, но под суровым взглядом майора я будто проглотил язык. — Хорошо, — кивнул Правдин. — Марта! Женщина тут же материализовалась рядом, впившись в меня глазами. У меня возникло чувство, что она еле сдерживает себя, чтобы не начать меня ощупывать, будто я выпрыгнувшее из ниоткуда настоящее чудо. — Я — Марта Извилина, — женщина деловито пожала руку мне и Кузьме. — Дай-ка я на тебя хорошенько посмотрю, «имперец, который выжил»… Хм… В чем же дело? В чем причина твоей уникальности? Да-да, именно уникальности. Ты первый имперец, который выжил при использовании телепортатора. И нам теперь позарез надо понять, почему это произошло. Сейчас в газетах напечатают, что наш проект под названием «Спасение» успешно завершен. Но если быть честным, от успеха нас отделяет пропасть. Вместе с тобой нам необходимо ее преодолеть. Я полагаю, телепортатор сработал из-за того, что ключ активации довольно долго находился рядом с тобой. Он настроился на тебя! Однако для начала нужно подтвердить эту гипотезу. Или опровергнуть. Вот тебе магический артефакт. Это копия того телепортатора и ключа, что вытащили тебя из астрала. Носи это с собой, ведь нужно время, чтобы настроиться на тебя. А на Горком телепортатор уже настроен — это-то дело плевое! Прогуляйся для начала по округе, а потом попытайся активировать телепортатор и вернуться сюда. Вдруг получится… Буду ждать с нетерпением. Если я права и для использования телепортатора необходима длительная настройка, то весь проект может… — она, замолчав, поморщилась. — Лишиться финансирования было бы не очень приятно, да?! — сказал проницательный Кузьма. Марта перевела на него взгляд, но одергивать за нагловатый тон не стала. — Вот именно. Не очень приятно. В паспортном столе, здесь же, в горкоме, нас действительно приняли без очереди. Невысокий суетливый паспортист еле справлялся с натиском посетителей. — Тише, тише, не толкайтесь! До всех дойдет очередь! Помолчите, женщина, ничего же не слышно! А ты куда лезешь? Ах, вас послал Хранитель… Это меняет дело. Документики можно ваши?.. Благодарствую… Так… Все будет сделано в течение трех дней. Все это время вы можете свободно разгуливать по городу, но не более трех суток, запомните! Рекомендую пока ознакомиться с достопримечательностями города… Каждый, прибывающий в самое сердце нашей великой, могучей и нерушимой Империи, должен доказать… Граждане, да тише же!.. доказать свою преданность Империи. В городе пять мемориалов, посвященных подвигам Солнцеподобного Незеба. Точнее, четыре действующих, а пятый вот-вот должен открыться. Вы обязательно должны посетить их! Смотрители каждого мемориала расскажут вам обо всем подробней. И не забудьте вернуться за регистрацией. Следующий! Заверив, что обязательно вернемся за регистрацией не позже, чем через трое суток, мы выкатились из здания горкома на улицу, полностью предоставленные сами себе. Я не ожидал, что меня так просто отпустят и у меня будет куча свободного времени, чтобы погулять по городу. — Ну, пойдем посмотрим на мемориалы? — предложил Орел. — Можно. Но лучше бы найти для начала, где мы остановимся. — Гляди, что это? — Кузьма ткнул пальцем в большую доску объявлений, где, перекрывая все остальное, висел криво исписанный плакат. «Вниманию граждан империи! Как вы заметили, на нашем раене, праходу нет от бандюков. Аднака, взять за жабры их главаря Сутулава, ни как не удается. Кто-то ево крышует. И налоги он, плотит чесно, казел! Вопщем, кто убьет Сутулава и сообщит в ментовку капитану Степану Великанину, получит бальшую награду. Ооочень бальшую! Чтопы найти Сутулава, нада итить на улицу Северную — тама у него малина воровская. Паспешите!!! смерть чернай гиене!» — Это шутка, что ли? — спросил я, перечитав объявление несколько раз. — Школота, — пожал плечами Орел. — А вон, кажется, тот самый мемориал. Видишь? Я проследил за его взглядом и увидел верхушку памятника, который изображал человека, победоносно вскинувшего обеими руками молот над своей головой. Мне стало интересно. — Ладно, давай сходим туда, — согласился я. Но едва мы свернули на соседнюю улицу, как взору предстала неприятная картина: плюгавенький мужичок, кряхтя и постанывая, валялся на земле, а над ним возвышались два бритых бугая, которые брезгливо пинали его в живот. Вокруг странным образом не было ни одного представителя милиции, хотя до этого улица, казалось, ими кишела. Но самое мерзкое было то, что прохожие старательно отводили глаза и ускоряли шаг. Никто не пытался прийти на помощь. — Только не книгу. Я же… только купил… Отдайте… отдайте учебник… — В ремесленники податься решил? — заржал один из нападавших, помахав толстой книгой перед носом бедолаги. — Может это… штанишки мне сошьешь? — Я не портной, я на кузнеца учусь… Меня только в ученики взяли… Пожалуйста… Не забирайте книгу, она же все равно вам не пригодится… — Что? — рявкнул второй. — Ты на че эт намекаешь тут, козявка? Думаешь, мы читать не умеем? — Да нет же, — чуть не заплакал плюгавый, — я не это… я хотел сказать что… Послушайте… — Чужие вещи брать нехорошо. Оба нападавших резко обернулись. Я стоял с мечом на изготовку, но Кузьма с натянутой стрелой, которую он поочередно переводил с одной бритой головы на другую, производил больше впечатления. По его стойке сразу было понятно, что как минимум один человек до рукопашной драки добежать не успеет. Прекрасно осознавая этот печальный для себя факт, тот, который держал в руках книгу, решил таки начать с переговоров. — Шли бы вы отсюда, щеглы, и мы сделаем вид, что ничего не слышали, — нагло сказал он. — Какое совпадение, — в тон ответил я, — это как раз то, что я и хотел вам сказать. — Ты бы не нарывался, пацан… — Еще один шаг, и в гробу будешь лежать без глаза, — предупредил Орел, и направившийся было ко мне бугай остановился. — Ладно. Еще встретимся. Он швырнул книгу прямо в лоб ее хозяину и быстро скрылся со своим дружком в переулке. — Не успели приехать, а нам уже свидание обещают… — посетовал Кузьма. — Ох, стыдно-то как! Я, хадаганец, сын великой Империи… — Что случилось, кто это такие? — перебил я стенания мужичка, поднимая его на ноги. — А вы не знаете? — удивился он. — Сразу видно — не местные… Бандюки это, вот кто! — Ясное дело, что не правоохранительные органы… — Ну и вот! Я-то, как приличный человек, захотел стать Мастером… Тщательно готовился, долго выбирал подходящую профессию и, когда принял решение, попросился в ученики к одному из ремесленников Незебграда. Приняли меня хорошо, рассказали обо всем. Книгу вот купил, обучающую… А тут они… «Черная Гиена», чтоб их… Нигде от них спасу нет… Не переставая стонать и жаловаться, мужик скрылся во дворах. Мы проводили его взглядом и переглянулись. — Черт-те что тут творится, — проговорил Орел оглядываясь по сторонам. — Смотри, а вот и милиция появилась. — Очень вовремя, — ответил я. Дальше до мемориала мы шли без приключений. Памятник Незебу находился посреди широкой площади; он оказался еще выше, чем я предполагал — высоченный постамент поднимал и без того гигантскую фигуру в самое небо. Как выяснилось, изображенный человек не просто держал молот над головой, у его ног распласталась поверженная птица и он замахивался на нее, чтобы нанести последний удар. В целом все это выглядело достаточно впечатляюще. — …И когда Незеб проиграл коварному Тенсесу дуэль Великих Магов, был он изгнан и заброшен в безводную пустыню. И благодать сошла на землю, ибо он обрел свой народ. Мы, хадаганцы, колесили тогда по барханам в скрипучих кибитках. Руки наших женщин растрескались до крови, а младенцы вместо слез плакали песком. Пустынные бури и голодные стервятники уносили одну жизнь за другой. Но нас не покидала надежда. Древнее пророчество гласило, что однажды снизойдет на золотой песок посланник небес, встанет во главе народа и поведет его к владычеству в подлунном мире. И вот Великий Незеб снизошел, встал и повел. Но много еще предстояло испытаний. Однажды на рассвете путь хадаганцев преградили злобные авиаки. Их крылья заслонили солнечный свет, и небо померкло. Их мерзкое карканье наполнило пустыню, и муж не слышал жену, когда та шептала ему на ухо прощальные слова. И тогда Великий Незеб раскрыл сердце для святой ярости и совершил первый подвиг. Ради нас, своих сыновей и дочерей. Ни единого перышка не осталось от авиаков. И хадаганцы продолжили путь к будущей славе. Все это девушка-смотритель рассказывала с таким придыханием, что я невольно проникся историей. У подножья статуи лежали венки, и я вдруг поймал себя на мысли, что тоже хочу как-нибудь отдать дань уважения великому магу, но ничего подходящего случаю мне так и не придумалось. Орел, тем временем, натянул лук и выстрелил в тучу воронья, кружившей над мемориалом. — Двоих одной стрелой, — ухмыльнулся он. — Я почти приобщился к подвигу Незеба… — Прекрати. — Что? Иду по стопам Великих Предков… — Я бы сейчас лучше пошел по стопам какого-нибудь кашевара. Есть очень хочется. А тебе? — Я бы не против… Поищем, где перекусить? — Поищем, где остановимся, там и перекусим, — решил я. Но не успели мы ступить и шага, как где-то неподалеку раздался свисток, и нам навстречу понесся милиционер, ниже меня ростом, но чрезвычайно важного вида. — Стоять! Стоять, я вам говорю! А убирать кто за собой будет?! — сурово вопрошал он, потрясая перед нами двумя дохлыми птицами, ловко сбитыми Кузьмой. Рядом, как назло, не было ни одной урны, так что Орлу пришлось, под грозным взглядом коротышки-милиционера, засунуть птиц себе за пояс. — Ну вот, дичь мы уже раздобыли, проблема с питанием решена, — ухмыльнулся он. — Я пас. Вон там бутерброды продают. — Ну как знаешь… Мы протолкались к бутербродам, попутно попялившись на столичные газеты и журналы в киосках. Трудно было поверить, что скоро, возможно, даже завтра, на этих самых страницах будет мое лицо. — Хэй, подходи, не зевай! На гибберлингов рот разевай! Я обернулся на голос и увидел орка, зазывающего публику к трем пушистым, как будто игрушечным, недомеркам, синхронно, словно они одно целое, но без особого энтузиазма выписывающих танцевальные па. — А ну танцуй, скотина трехголовая! Весели публику! — шумел орк, тыча в пушистиков огромной лапищей. — Это что, правда гибберлинги? — спросил я Орла. — Ну да. Ты что, никогда не видел их раньше? — Откуда? Я подошел ближе, чтобы разглядеть получше представителей расы, о которой только слышал. Несмотря на то, что эти мелкие мохнатые существа больше походили на домашних животных, они, тем не менее, были разумны и, насколько я помнил из уроков истории, как-то были связаны с изобретением астральных кораблей. Трудно было поверить, что совершенно безобидные на первый взгляд гибберлинги, являясь полноправным народом враждебной Лиги, могут представлять реальную угрозу. — Эх, никому эти гибберлинги не интересны, — сокрушался орк. — Сдать их, что ли, нашим, в орочьем квартале — пусть потешатся? Думал я, что гибберлинги здесь, в Незебграде, в новинку будут, народ на них глазеть валом повалит. Фигушки! Демона бы изловить — вот тут был бы навар! Вот что мне теперь с ними делать? — Тапки сшей, — пожал плечами Орел. Я так и не понял, серьезно он это говорил или шутил. — Какие-то они худые совсем, — сказал я, присев перед гибберлингами на корточки. — Так не жрут ничего. Того и гляди, помрут скоро. Чего я им только не предлагал: и крыс, и пауков. Носы свои только воротят. — Воронами попробуй покормить, — не растерялся Орел, и пихнул незадачливому дрессировщику двух трофейных птиц. — А что? — с интересом протянул орк. — Я с голодухи и не на такое способен. Того и гляди, лапы откинут мои питомцы. Разорюсь! Эй… убогие… вот и мясцо… — Так ты зачем сырое им пихаешь? — сказал я. — Они же не дикие. — Пожарить что ли? Хм, странно: гоблины же едят, и ничего. Может, и впрямь приготовить надо… Хоть бы инструкцию какую написали, как с ними обходиться! На Старой Площади было интересно. Мы потолкались среди людей, разглядывая витрины магазинов и киосков; пообсуждали, какие ездовые животные самые лучшие (победил дрейк с роскошным золотистым оперением, от которого мы долго не могли оторвать глаз); оценили вкус столичного кваса, которой особенно удачно пошел в такой жаркий день; и еле отвязались от предсказательницы, все пытавшейся погадать нам на каких-то картах судьбы, однако ничего, кроме того, что будущее наше очень туманно, так и не сказавшей. Но самое главное, что привлекало наше внимание больше всего, это «Око Мира» — центр Незебграда, сердце Империи и обитель ее Главы. Феноменальное по размерам здание, со своим укладом жизни, со своими правилами и законами внутри. Город в городе. Его было видно из любого района, на любой улице, но попасть туда без пропуска мы, к сожалению, не могли. — А ну стоять! Мы так и подпрыгнули на месте. Одноглазый орк, голый по пояс, в кожаных штанах и высоких берцах, поигрывал дубинкой так демонстративно, что у меня моментально возникло желание выбить ему второй глаз. — Вы в курсах, что с экологией в районе беда? Поэтому воздух платный! Вдох — один золотой, выдох — десять. Но так уж и быть, только сегодня и только для вас — есть абонемент. Месячный. Советую как можно скорее отстегнуть «Черной Гиене» золотишко. А то заготовки-то пообломаем. Лук в руках у Кузьмы материализовался совершенно незаметно. Он чуть отступил и уже тянулся за стрелой. — А ты берега не попутал? — спросил я, крепче сжав рукоятку меча. Уж с этим увальнем я справлюсь за несколько секунд, не прилагая больших усилий. Но орк, видимо, понимал, что в одиночку не справится, и в драку не лез, хотя и был отчего-то уверен в своей правоте и безнаказанности. — Меня просили вам обоим горячий привет передать, — продолжил орк. — Не надо было дорогу нашим ребятам переходить. Вас уже внесли в наш списочек и пристально наблюдают, так что советую не тянуть с оплатой, иначе узнаете, что бывает с теми, кто не уважает «Черную Гиену»! И за того доходягу, студента недоделанного, тоже вы заплатите. Компенсация, гы. Сказав это, он спокойно повернулся к нам спиной и пошел прочь. Орел схватил стрелу и натянул тетиву, целя в орка, но в этот момент сзади нас раздалось испуганное «Не надо!». Мы обернулись. Худой попрошайка в лохмотьях, чей пол и возраст было трудно определить из-за слоя грязи на лице и руках, смотрел на нас из-под капюшона большими глазами. — Это же «Черная Гиена». Лучше подайте на пропитание и лечение бывшему работяге, Незеба ради! От зари до зари не отходил от станка. На производстве пострадал! Все отдал родной Империи! Подайте, не проходите мимо! Мы подошли к оборванцу с твердым намерением выяснить, наконец, что это за гиена такая, и почему это она имеет наглость что-то от нас требовать. Я задрал подбородок попрошайки кончиком меча и рявкнул: — Рассказывай. Кто это и что им надо? — Бандиты… Это они меня покалечили… Я отказался покупать абонемент, и видите, что они со мной сделали… Сижу теперь и милостыню выпрашиваю. На лечение. Ах, если бы на лечение… «Черная Гиена» забирает все! Это банда, которая контролирует здешний район. Будет лучше, если вы им заплатите. Тогда сможете свободно ходить по всему городу, и никто вас не тронет. Даже в других районах, где хозяйничают свои банды. Вот такая вот у нас тут столичная жизнь… Мы с Кузьмой переглянулись. — А главный у них некто Сутулый? — спросил Орел. Попрошайка втянул голову в плечи и дико заозирался, будто боялся, что Сутулый стоит у него за спиной. — Тише, тише, что вы… Не надо о нем так громко… — Значит так, — я схватил его за шкирку и приподнял, — тебя как звать? — Паша… Немощин я… только не бейте… — Так вот, Паша Немощин, раз ты местный и все тут знаешь, пригласи-ка нас с другом к себе в гости. Поболтаем о том о сем… Про особенности столичной жизни еще нам расскажешь… Немощин скулил и жаловался безостановочно, но дорогу до дома показывал исправно, вероятно, то, что я подталкивал его в спину мечом, делало его таким уступчивым. Жил он один в каком-то полуподвале, обставленном принесенным со свалки хламом, но я вполне мог обойтись без изысков, мне случалось жить в полевых условиях. Орел по-хозяйски развалился на скрипучем, побитым молью диване, положив под голову свой рюкзак, и сказал: — Ну, а теперь в подробностях. С чувством, с толком, с расстановкой… — Да что рассказывать? — скромно мялся в углу, будто не у себя дома, Немощин. — Тут так, вы либо платите, либо они вас… — Это мы поняли, — перебил я, усевшись на жуткий стул, по виду — старше моей бабушки. — Где они обитают? На улице Северной? Я имею ввиду, логово их главаря. И кто он такой? Ты его знаешь? — Сутулого? Кто ж его не знает. Известная в нашем районе личность. Только в логово его ходить не надо… — Серьезно охраняется? — с интересом спросил Кузьма. — Откуда мне знать? Я туда ходил, что ли? Кто в здравом уме туда сунется? — Ты слышал, Ник? — хохотнул Орел. — Какой-то мелкий карманник возомнил себя местной мафией, сколотил банду таких же крысенышей и так тут всех запугал, что к нему даже сунуться боятся… И чем же доблестная милиция занята? Глупые объявления с просьбами о помощи пишет? Немощин переводил испуганный взгляд с Кузьмы на меня и обратно. — Ох, что вы задумали? Не лезли бы вы в это… — промямлил он. — Тут давно уже так все сложилось… мы уж привыкли… — Ну и тряпки… — закатил глаза Орел. — Что же теперь со мной будет? — запричитал Немощин. — Во что вы меня хотите втянуть? — Успокойся. И сгоняй-ка до магазина… вот тебе денег… и принеси нам чего-нибудь поесть. Да не сбеги, и на выпивку не потрать, а то найду и кишки на стрелы намотаю, понял? — Что вы, что вы, какая выпивка? Да я же вообще… да я ни разу… — Иди! Немощин попятился к двери спиной вперед и вывалился на улицу, так и не отведя от нас взгляда. — Думаешь, вернется? — спросил я. — Плевать, — равнодушно ответил Кузьма. Он вернулся. И даже выполнил, что было велено. Наевшись до отвала вкуснейшим шашлыком и запив его янтарным легким пивом, мы решили немного вздремнуть, так как на ближайшую ночь у нас уже появились планы. Никакого страха перед зарвавшейся шпаной я не испытывал. Когда мы вышли на улицу, было темно и с затянутого тучами неба шел дождь. Улицы опустели, затихло радио, и даже карканье притихших ворон не нарушало ровный шелест барабанящих капель. — Ник, кажется, за нами приглядывают, — Орел кивнул подбородком на две едва различимые за пеленой дождя фигуры. — Снять можешь? — Прикрой… Я, активно размахивая руками и горланя пьяным голосом «Храни, Незеб, Империю», пошел шатающейся походкой по улице, спугнул ворон, с карканьем взлетевших в небо, и налетел на мусорную урну, которая, громыхая, покатилась по тротуару. Орел в это время незаметно шмыгнул между домами и растворился в темноте. Я, чертыхаясь во весь голос, пинками возвращал урну на место, стараясь шуметь как можно больше, чтобы сосредоточить на себе все внимание соглядатаев. Но долго продолжать спектакль одного актера мне не пришлось — через несколько мгновений две темные фигуры с интервалом в полсекунды свалились на землю с глухим стуком. — Дилетанты, — хмыкнул Кузьма, появившись из ниоткуда. — Немощин! А ну иди сюда! Попрошайка вылез из каморки и, дико озираясь и пригибая спину, подошел к нам. — Вы бросили вызов «Черной Гиене?!» Лучше оплатите свой месячный абонемент, мой вам совет! Хотя... уже поздно… Бегите, бегите лучше… — У нас несколько иные планы. Заткнись и покажи нам дорогу к славной улице Северной. Надеюсь, Сутулый не будет против, что мы придем без приглашения? Немощин побледнел так, что стал похож на привидение, но возражать не посмел. До места мы шли обходными путями через дворы и стараясь не попадаться под свет фонарных столбов. — Вон там… вон тот дом, — дрожащей рукой указал попрошайка и уставился на нас круглыми от страха глазами. — Я показал вам, что вы хотели, можно я… можно мне… — Вали, — коротко бросил Орел, и Немощин тут же сорвался с места, будто ему дали пинка, и исчез. — Зря отпустил. Как нам подойти ближе незамеченными? Видишь эту компанию у входа? Нам бы обойти с другой стороны, через те постройки… — Не заблудимся… — уверенно ответил Кузьма. Но на деле у нас выходило не очень успешно. Какой-то недостроенный объект, через который мы решили зайти к интересующему нас дому с другой стороны, оказался гораздо больших размеров, чем мы предполагали. Строительный мусор затруднял движение, и там не было совершенно никакого освещения. — Ну кто так строит? Кто так строит? — злился Орел. — Тихо! — рявкнул я. — Слышишь? Мы замерли на мгновенье, а потом я резко нырнул за груду кирпичей и ловко сцапал паренька, пытающегося незаметно отползти от нас подальше. — Попался! — ААААААА! — Да тихо ты! — я закрыл его рот рукой, но эхо крика еще пару секунд отражалось от голых стен. — Сейчас я уберу руку, только не ори. Хорошо? Вот и славно. Ты кто такой и что тут делаешь? — Я кар… я ка-кар… — Картавый? — Картограф я! Я составляю подробную карту города… — По ночам? — недоверчиво хмыкнул Орел. — Я… я-я-я… моя работа застопорилась: мешают гоблины… — Шпана из «Черной Гиены» что ли? — Причем тут «Черная Гиена»? — отшатнулся паренек. — Мне осталось всего ничего — нанести на карту места строительства к востоку и юго-востоку от Горкома. В будущем тут будут красоваться Общественная Столовая Улучшенного Питания — сокращенно ОСУП — и УНОП — Управление по Надзору за Общественным Порядком. Но пока тут — гоблины… — Никаких гоблинов мы не видели. — Они там, дальше… Эти сволочи совсем оборзели: требуют от меня каких-то «проходных», угрожают. Мне посоветовали обратиться к «Черной Гиене», мол, она может разрешить мою проблему и убрать с территории этих гастролеров. А вы… вы не из… — Нет, мы не из… Продолжай. — Это хорошо. Эти бандиты мало чем отличаются от наших чиновников, лентяи еще те! Ты, говорят, картограф, вот ты и дай нам карту, покажи, где гоблины водятся. С ума сойти! Два района строительства надо исследовать! Мы с Орлом поняли друг друга с полувзгляда. Кузьма схватил парня подмышки и поставил на ноги. — Ну, дружище, считай, фортуна сегодня на твоей стороне. Нам как раз позарез нужно исследовать эти места, и ты покажешь нам дорогу. А с гоблинами мы уж как-нибудь разберемся. С провожатым дело пошло веселей. Картограф Семен хорошо ориентировался на местности, хотя и шарахался от собственной тени. Гоблинов мы действительно увидели, но подойти к нам они отчего-то так и не решились, соблюдая почтительную дистанцию, и разглядеть их мне, к сожалению, не удалось. Единственное, что я увидел, это сгорбленные, низкорослые фигуры с непропорционально большой головой и смешно оттопыренными ушами. В темноте было трудно разобрать, но они казались мне такими же карикатурными и неопасными, как гибберлинги. Семен, постоянно что-то помечая в своем блокноте, довел нас до нужного места довольно быстро. Теперь мы, обойдя полквартала, стояли, скрытые темнотой, почти у самого логова Сутулого, буквально в нескольких шагах от развеселой компании у входа. Они гоготали над какой-то шуткой и совершенно не замечали моего меча, слабо отражавшего свет тусклых фонарей. Двоих я вырубил сразу, еще двое упали рядом со стрелами в горле, пятый по инерции еще продолжал смеяться, хотя улыбка превратилась в гримасу, в глазах мелькнул ужас, а из горла вместо смеха вырвалось хриплое бульканье. Он был единственный, кто успел перед смертью что-то понять. Войдя внутрь, мы очутились на лестничной площадке, со всех сторон доносились музыка и пьяный смех. Мы совершенно не представляли, куда двигаться дальше, но на наше счастье на лестнице появился человек с бутылкой в руках — он нетвердой походкой начал спускаться вниз, что-то напевая себе под нос. Я метнулся вверх, преодолев лестничный пролет буквально в два прыжка… Не надо было ему выходить сюда, тем более одному. Сбив его с ног, повалив на пол и прижав своим весом, я ткнул острием меча ему в бок и прошептал прямо на ухо: — Где Сутулый? Бедняга протрезвел мгновенно. Он, вращая расширенными от ужаса зрачками, ткнул пальцем в дверь на втором этаже. — Сколько их там? Он покорно растопырил три пальца, не пытаясь даже оказать сопротивление. Больше мне от него ничего не было нужно. Я поднялся на ноги, «гиеновец» остался лежать. И только его бутылка, звеня, покатилась по ступеням вниз. Встав по бокам от двери, за которой, если нас не обманули, находился Сутулый, мы с Орлом посмотрели друг на друга, кивнули, давая знак о готовности, и вломились внутрь. Там могло быть что угодно — и большая комната со взводом вооруженных до зубов бойцов, или еще один пустой коридор… Я вкатился в комнату кубарем, в то время как Орел, стоя в дверном проеме, натянул лук поверх моей головы в поисках цели. Цель он нашел быстро. Их действительно было трое, и один сразу упал замертво. Зато остальные среагировали мгновенно. Тот, что повыше, выхватил стул, на котором сидел, так быстро, как будто ждал атаки в любую секунду, и швырнул его за спину даже не оборачиваясь, но, тем не менее, метко попав прямо в Кузьму. Второй отпрыгнул в сторону, уходя из зоны поражения. Я, стараясь держать в поле зрения обоих, сосредоточился на высоком, потому что от него явно исходила наибольшая угроза, я очень четко это почувствовал, хотя он был вооружен всего лишь ножом. Возможно, это и было ошибкой, потому что второй схватил булаву — краем глаза я увидел это — и замахнулся на меня. По опыту зная, что этого нельзя делать ни в коем случае, я, тем не менее, сделав резкое движение, метнул в него мечом. Противника с булавой я, конечно, ликвидировал, но теперь сам остался безоружен. Высокий кинулся на меня, и мне ничего не оставалось, как отступить, стараясь не попасть под нож. Я споткнулся и повалился на спину, и тут же был прижат к полу. Лезвие ножа опасно приблизилось к моему горлу. Я схватился за рукоятку обеими руками, чтобы отдалить его от себя, но тут раздался грохот и давление сразу ослабло. Это подоспел Орел, огрев бандита по голове все тем же злосчастным стулом. — Хорошая тут мебель, — прокомментировал Кузьма. — Крепкая. Я спихнул с себя осоловевшего от удара, но не потерявшего сознание мужика. Орел кинул мне мой меч. — Не раскидывай свои вещи где попало, ты же не лучник… — усмехнулся он. Я склонился над последним живым противником и приставил меч к его горлу. — Мы ищем Сутулого. Он тряхнул головой, пытаясь прийти в себя. — Я Сутулый. Договоримся, — прохрипел он. — В следующий раз не надейся на один только страх перед своим грозным именем и выстави охрану посерьезней. Хотя о чем это я… у тебя ведь не будет следующего раза. Голову ему я отсек одним ударом. — И это все? — разочарованно протянул Орел. — Тоже мне, мафия… Я-то думал, такую веселуху тут замутим… Может, по комнатам пройдемся? — Нет, — твердо сказал я. Риск, конечно, дело благородное, и пощекотать нервы я не прочь, но испытывать судьбу и лезть на рожон лишний раз не хотелось. — Уйдем через окно на всякий случай. Наш картограф послушно ждал нас в том месте, где мы его оставили, все еще ставя какие-то пометки в своем блокноте. — Вот спасибо, вот славно, как раз то, что мне нужно было, я в этом районе, знаете ли, не особо люблю… А что это у вас там в мешке такое круглое?.. — Неважно. Давай топай до милицейского управления, у нас есть радостные новости. Проходя мимо доски объявлений, я сорвал плакат с корявым призывом разобраться с бойцами «Черной Гиены». Мы думали, что в такой поздний час никого не застанем и нам придется вызывать руководство правоохранителей прямо из постели, но, как это ни странно, комендант был на рабочем месте. Уставший и сонный, он, позевывая, толкал нам речь о своей нелегкой службе. — Поддерживать порядок в столице — задачка не для слабых духом. Вот потому я и назначен комендантом: ничего не боюсь, способен принимать правильные решения в критической ситуации и умею внушать подчиненным страх и трепет… Вы, граждане, по какому вопро… Что?! Это… это… Сутулый? Кто его убил? Ты?! Ты в своем уме?! Да еще без головы его оставил? Это же значит, что он никогда уже не воскреснет! Мать честная… Комендант обессилено упал на свой стул и схватился за сердце. Мы ожидали несколько иной реакции. — Что это за объявление? В первый раз слышу! Я не писал его! Вы представляете, что теперь начнется? — Что? — спросил я. — Мы прибили главаря местной банды, что еще тут может начаться? Спокойная жизнь? — Передел сфер влияния! И все из-за вас! И главное, как можно было подумать, что милиция пишет так безграмотно? Я закончил академию! Я прекрасно знаю, что в слове «аднака» последняя буква «о»! Кто написал от моего имени это чудовищное объявление, я выясню. Все дела отложу, всех своих шестерок подниму. И этому «шутнику» не поздоровится. Но первоочередная задача сейчас другая. Нужно, чтобы никто в районе не пронюхал о смерти Сутулого. — Чего? — ошарашено произнес Орел. — Да, да! Вы думали, все так просто? Все районы давно поделены между собой, и смерть Сутулого принесет большие неприятности. Пока он был жив, к нам никто не совался из других районов, а теперь все соседние группировки нагрянут сюда и устроят кровавый беспредел… Что же вы наделали?! — Я не могу в это поверить… Ты слышишь, Ник? Ты тоже слышишь этот бред?.. — Вот что, друзья мои. Ваших рук дело — вам и исправлять! Где-то тут у меня в столе была пачка эмблем «Черной Гиены»… Сейчас найду… На прошлой неделе накрыли подпольную типографию. Сейчас-сейчас… Вот! Сейчас пойдем и будем расклеивать их на фонарях вокруг мемориала Незеба — там всегда много народу. Создадим видимость активной деятельности банды. А то, не приведи Незеб, бандиты других районов пронюхают… — Да пошел ты! — гавкнул Кузьма, со психом пнул ножку стола и вышел за дверь, хлопнув ей так, что та едва не слетела с петель. Когда я вышел на улицу, он стоял на крыльце и курил. — Мы влезли не в свое дело, Орел. Если в районе начнется бойня, это будет по нашей вине… — Что?! Ник, ты сбрендил? Хочешь подыгрывать этому козлу и расклеивать эмблемы на столбах? Я пас… — Милиция, может быть, сможет взять район под свой контроль, но им нужно время. Может я не прав, но я не хочу брать на себя ответственность за гибель невинных людей. Орел молчал всю дорогу, пока я расклеивал с десяток эмблем тут и там, но поучаствовать так и не изъявил желания. Может, он прав, а может, прав комендант… Я же знал лишь одно — больше оставаться я тут не хочу. Рано утром, так и не поспав, мятые и усталые, мы приплелись в горком, едва открылись его двери. Сейчас мы еще больше отличались от аккуратных местных служащих, но мне было уже на это наплевать. — Не очень-то ты быстро! — сказала Марта. — Я ждала, что ты материализуешься из воздуха, а ты на своих двоих… Не сработал телепортатор? Даже не знаю, радоваться или печалиться… Дай-ка я проверю наш прибор. Постой-постой!.. Тебе на корабле телепортом каким-нибудь пользоваться не доводилось? На вражеском борту ты как очутился? Через абордажный портал, верно? Хм, это зацепка… А еще есть второй неучтенный фактор — Астрал! Магическая субстанция! Значит так, в городе с магией проблем нет. По манапроводу огромные запасы магической субстанции, выкачиваемой из Астрала, поступают на ХАЭС — хадаганскую астрально-энергетическую станцию. А оттуда — на манастанции, что расположены в каждом районе. Да, это мы, великие хадаганские ученые, заставили астрал работать на Империю! Возрожденцы Зэм еще немного помогли… Правда, осталось доработать некоторые вопросы безопасности. Вокруг манастанций наблюдаются магические мутации флоры и фауны. Неконтролируемое появление элементалей. Еще бы! Такой поток магии! Сейчас нам это только на руку. Бери свой телепортатор и отправляйся к манастанции у Триумфальных ворот. Вокруг станции навалом магических элементалей! Я свяжусь с Ринатом Мишиным, хранителем портала, тебе нужно будет с ним встретиться и все обсудить… Она тараторила безостановочно, и в какой-то момент я поймал себя на мысли, что просто киваю и поддакиваю, не особо вслушиваясь в то, что мне говорят. Орел неподалеку прислонился к стене и, судя по закрытым глазам, дремал стоя. Кое-как вырвавшись от цепких ручек дамочки из горкома, которая, даже когда мы уходили, все еще раздавала нам в спину ценные указания, мы вышли на улицу с твердым намерением хоть чуть-чуть поспать — но сделать это нужно было где-нибудь подальше отсюда. Глава 4 Глава 4. Бездонная Глотка — …повышает уровень некоторых нейро-медиаторов в мозге, ведущих к головной боли; и, будучи неподвижным, также увеличивается суставная и мышечная ригидность людей с болью в спине или артрит. Поэтому переизбыток сна отнюдь не является положительным фактором и очень часто вредит организму. Я тупо уставился на втолковывающего что-то заумное очкарика, пытаясь понять не столько смысл его слов, сколько то, как он тут оказался и что ему от нас может быть надо. С соседней кровати заспанный Кузьма с видимым усилием сфокусировал взгляд на говорившем, и по его слегка обалдевшему лицу я понял, что он задается теми же вопросами, что и я. Когда он рукой поправил лежащие рядом лук и стрелы, с которыми не расставался и во сне, я заволновался, что Орел решил установить тишину в комнате самым радикальным методом — пустить очкарику стрелу в лоб, чтобы еще немного поспать. Мы поселились в дешевой комнате бывшего общежития какого-то научно-исследовательского института. У нас имелись персональные кухня и балкон, зато туалет тут был единственный на весь этаж. Обстановка более чем скромная — четыре металлические кровати, покосившейся стол, шкаф и три табуретки — четвертая валялась поломанной в шкафу, в который никто из нас не потрудился сложить свои вещи. Зарегистрировавшись по месту пребывания как положено, мы с трудом доползли до своих спартанских апартаментов и отрубились без задних ног. Нельзя сказать, что столь странное пробуждение способствовало моему настроению. — Тытотакой? — еле ворочающимся языком промямлил я. — Я Михаил Грамотин, вы меня не помните? Мы вместе летели на «Непобедимом»… — Маг! — с меня моментально слетела сонливость. — Живой?! — Я был в числе тех немногих, кого удало… — Вот это да! — я вскочил на ноги и схватил Грамотина за плечи. — Еще один счастливчик! — Мое спасение — есть стохастический… — Да заткнись ты уже, — Орел все-таки нашел в себе силы подняться на ноги. — Я не способен в таком состоянии воспринимать столько умных словей разом. — Как ты тут очутился? — спросил я. — Меня прислали из муниципалитета. Вы временно поступаете в распоряжение таможни и должны срочно явиться к начальнику. — Таможни? — переспросил Орел, и мы переглянулись, явно подумав об одном и том же. Неужели нас хотят отправить куда-то на приграничные территории? — Обстановка с контрабандой в городе несколько обострилась в последнее время, и таможня запросила помощь военных, — пояснил Грамотин. — Меня сразу по прибытию определили сюда, но пока что мы только патрулируем городское водохранилище, и я не в курсе подробностей. — Контрабанда какого-нибудь химического оружия, которое, попав в воду, отравит жителей города? — предположил я. — Возможно, — кивнул маг. — Но, насколько я понял, опасность исходит не извне, а изнутри водохранилища. — Неужели дикие русалки по ночам атакуют Незебград? — заржал Орел. — Городское водохранилище — это не лужа на краю города, это гигантское и очень сложное сооружение! — отчего-то оскорбился очкарик, как будто сам принимал участие в его строительстве. — Никаких русалок — ни диких, ни образованных — там не водится. По дороге до управления таможенной службы мы все еще спорили о причинах столь пристального внимания к водохранилищу. Версия про диких русалок была самой интересной, и Орел упрямо настаивал на ней, чтобы позлить Грамотина. День был ясный и безветренный. Горожане, погрузившись в будничную суету, спешили по своим делам, милиционеры вальяжно разгуливали по улицам, цепляясь острым взглядом за прохожих и гоняя вездесущих попрошаек. Мы легко влились в толпу, и я с удивлением понял, что уже не чувствую себя чужаком в этом городе. — Ты и есть Имперец-Который-Выжил? Как же, как же — наслышан! Начальник таможни — представительный мужчина средних лет, с аккуратной бородкой и усами — отложил газету в сторону и уставился на меня с противоположной стороны большого письменного стола пристальным взглядом. Я совсем забыл о том, что именно сегодня во всех газетах должна была выйти статья обо мне, и мое лицо наверняка украсило все первые страницы. Впрочем, никаких привилегий мне это не дало. Через час я уже вместе с остальными проходил краткий инструктаж, которой не внес особой ясности. Нам полагалось явиться к городскому водохранилищу в определенное время, чтобы заступить на некое «дежурство» — но в чем конкретно оно заключалось, нам не пояснили. Тем не менее, мое шестое чувство сразу же подсказало мне, что намечается драка, и по загоревшимся глазам Кузьмы я понял, что он полностью разделяет это мнение. До сбора у нас еще было немного времени для подготовки, и мы решили перекусить. Район Триумфальных Ворот, где мы сейчас находились, был, вопреки своему пафосному названию, не таким красивым, как Старая Площадь — чувствовалось наличие рядом внушительного промышленного сооружения. Серые дома и гигантские трубы, опоясывающие весь район, выглядели мрачновато, но ценителей архитектурного искусства среди нас не оказалось, поэтому никого окружающая обстановка особо не смущала. — Мне нужно найти хранителя районного портала, — сказал я. — Миш, ты давно здесь обитаешь? Где тут местный гуру телепорта? — Портал находится возле памятника Второму Подвигу Незеба, — ответил Михаил. — Вы слышали эту историю? Это очень интересно! — …долго брел народ хадаганский по пустыне, стенки бурдюков давно высохли, и принялись люди пить пот свой и жидкости прочие, вслух не упомянутые. Нахмурился тогда Великий Незеб и приказал копать колодец. Копали сыпучий песок там, где бык бил задней левой ногой, копали там, где упала на землю последняя слезинка умирающего от жажды младенца, но не шла вода. И тогда раскрыл Солнцеподобный Незеб сердце для святой мудрости и увидел влагу в толще бархана, и выкопали там колодец. И пошла вода! Утолили хадаганцы нестерпимую жажду и основали в этом месте город. И назвали его Незебградом во имя своего великого вождя. И первыми построили большие ворота, чтобы смог Великий Незеб через них въехать в свой город… «Мемориал животворящих вод Великому Незебу, даровавшему своему народу надежду» представлял из себя небольшой бассейн чистейшей воды, в центре которого на постаменте стоял закутанный в ниспадающую изящными складками тогу сам Незеб. — Колодец — это, стало быть, бородатый предок городского водохранилища? — спросил я. — Да, — кивнула смотрительница. — Именно отсюда все началось. Невероятно, не правда ли? — Нужно будет не забыть взглянуть на те самые ворота… — Они много раз перестраивались и теперь похожи на те самые Ворота так же, как тот колодец — на современное водохранилище. Портал действительно находился рядом с монументом, и хранителя Рината Мишина искать долго не пришлось — он стоял рядом с телепортом, отправляя желающих во все концы Империи, а возможно — и еще дальше. Путешественники заходили на площадку телепорта и, спустя несколько секунд, исчезали в сверкающем голубом коконе. Иногда кто-то, наоборот, появлялся на площадке, но происходило это без видимых эффектов. В тот момент, когда мы подошли к Мишину, он ругался с каким-то человеком, говорившим с сильным акцентом. — …да поймите вы наконец, я просто отправляю желающих по телепорту! Чего вы от меня хотите? — Так я только что те… теле… короче, понятно. — Ну и?! — Меня Зафиром зовут, торговец я, с Суслангера. — Ринат Мишин, очень приятно, дальше-то что? Вы меня задерживаете! Вы видите, какая за вами уже очередь? — Так я и говорю. Я у себя там на три деревни развернулся, и, когда Салима Грошина разорил, мне наши и говорят: все, Зафирка, теперь тебе в Незебград подаваться надо, высокого ты полета птица, ляжет город к твоим ногам. Во как. Вот я приехал. — НУ И ЧТО? — Что-то тут все неразговорчивые. Здороваться не хотят, косятся странно. А я ж с открытым сердцем! Вот только какие-то местные ребята ко мне подошли и давай угрожать… Боюсь, они хотят мне зла. — Так обратитесь в милицию! — А может это… вы с ними поговорите, пусть отстанут… Я понял, эти люди хотят меня ограбить, да? — О, Великий Незеб! — схватился за голову Мишин. Мне показалось, что он сейчас треснет гостя столицы по лбу. — Но что-то я уже не хочу здесь оставаться. У нас на Суслангере как-то поспокойней… — Отличная идея! — не скрывая радости, воскликнул хранитель портала и, схватив за локоть торговца из Суслангера, чуть ли не силком поволок его к телепорту. — И как мне теперь отсюда назад те… те… лепор… — Вам совершенно не о чем волноваться, я верну вас домой за считанные секунды! — Но, может, мне пока… — Нет, нет, нет, Незебград полон опасностей, категорически не рекомендую оставаться здесь! — Но я… — Счастливого пути! Рад был познакомиться… Ну Слава Незебу, уехал! Куда?! Последний вопрос был адресован нам, и я не сразу понял, что хранитель портала имеет в виду. — Что?.. А, нет, нет. Мы никуда не отправляемся… Я кратко объяснил ему, что мне нужно. — Настроить этот прибор, используя магические эманации стационарного портала? — произнес хранитель с возмущением, как будто это было моей сумасшедшей прихотью. От такого напора я немного растерялся. — Меня прислала Марта Извилина. Разве она не связывалась с вами? Хранитель смерил меня недовольным взглядом с ног до головы. Мне стало неуютно. — Скажу честно, если бы о вас не писали газеты, а просьба не исходила от Марты, которую я хорошо знаю… Я бы сейчас же вызвал комитетчиков, и вам пришлось бы очень долго доказывать, что вы не шпион Лиги. — Шпион Лиги? Да вы спятили! Я сам не напрашивался тестировать ваш прибор! Больно мне надо… — Тише, тише, солдат. Телепортационная сеть Империи — объект не менее важный, чем ХАЭС, и допускать к ней абы кого… Ладно, давайте сюда свой телепортатор. Он взял в руки прибор и подошел к телепорту, который тут же откликнулся на его приближение легким голубым свечением, взмахнул руками… и ничего не произошло. Я, конечно же, и не знал, что именно должно было произойти, но почему-то ожидал каких-то событий. Мишин вернулся ко мне и протянул назад мой прибор. — Не сработало? — разочарованно спросил я. — Почему не сработало? Прибор настроен. Любопытно… Я ощутил явный отклик, когда настраивал телепортатор… Думаю, что он сможет сработать и перенести вас обратно к Марте. М-да… Какими широченными шагами идет наша магическая наука! Еще немного, и я останусь без работы. — А… э-э-э… как мне активировать его? — Сожмите его в руках, вот так… и ясно представьте место, куда нужно переместиться. В вашем случае — это здание городского комитета. Телепортатор подключен к Имперской сети и сам отправит вас на ближайшую площадку телепорта. — Портал на Старой Площади? — Именно, — подтвердил Мишин. — Но… эм… — замялся я, покосившись на Грамотина, — честно говоря, я не слишком понимаю, как это осуществить. У меня ведь нет абсолютно никаких магических способностей… — Они и не нужны, — внезапно вмешался Михаил. — Вся магия здесь, — и постучал длинным пальцем по прибору у меня в руках, тот слегка засветился. Я с интересом посмотрел на мага. Где-то мне доводилось слышать, что маги способны перемещаться без помощи телепортатора, но так ли это на самом деле, я не знал. Надо будет как-нибудь поинтересоваться. Активировать телепортатор сразу я не стал, во-первых — оставалось совсем мало времени до вылазки к городскому водохранилищу, а во-вторых, мне было немного страшновато. От прибора шло тепло, дававшее понять, что он совершенно готов и перенесет меня почти на другой конец города за считанные секунды. Перекусить мы решили прямо на улице котлетами, запивая их квасом. Заходить внутрь душной столовой не особо хотелось, и мы обосновались за столиком под большим зонтом. Но не успели мы приступить ко второй порции, как к нам внезапно привязалась пьяная орчиха. Она, опасно шатаясь, бухнулась за наш стол и, схватив мою кружку с квасом, выпила его до дна одним глотком. — Оле-е-е-оле-оле-оле! Орки, вперед! Здорово! Чего морды такие кислые? Билетов нет? Так надо было заранее думать! — Какие еще билеты?! Ты откуда нарисовалась такая красивая? Это был мой квас вообще-то… — Как это какие билеты? Вы ничего не знаете о чемпионате?! Фу-у, позор! Скоро на орочьем архипелаге, где отстроен новый стадион, будет чемпионат по гоблиноболу! Лучшие команды сойдутся в смертельной схватке! Ох, скорей бы уж! — И причем тут мы? — Да при том, что я — заводила в группе поддержки, — не вполне соблюдая логическую связь с вопросом, ответила орчиха. — Шаманы — в пролете! А воины — в почете! Классная кричалка? Будем болеть за наших, за бойцов! Уж они покажут этим мудрилам-шаманам, кто у орков главней! Одна проблема: по новым правилам болельщикам нельзя проносить на матч ничего острого, колющего, режущего. Мы, конечно, протестовали, но… Говорят, личный указ Самого! — Очень дальновидно, — проворчал Кузьма, отодвигая свою кружку с квасом от заводилы. — Но есть один выход, — заговорщически подмигнула она. — Видите, тут повсюду елки растут? А шишки у них, знаете, какие тяжелые? Смекнули? Знаете, сколько мы их уже собрали? Шаманы в них просто захлебнутся! Ха-ха-ха! И, поскольку Орел заблаговременно позаботился о своем квасе, орчиха схватила кружку Грамотина, осушив ее в один момент, после чего встала и, шатаясь и не прекращая громко хохотать, отправилась восвояси. — Надо не забыть посоветовать милиции включить в список запрещенных предметов еловые шишки. К назначенному часу мы стояли возле городского водохранилища среди других бойцов и ждали дальнейших указаний. Здесь же находился и сам начальник таможни, о чем-то разговаривающий с высоким восставшим, недовольно скрестившим руки на груди и всем своим видом показывающим несогласие. Неподалеку я заприметил лениво бродивших элементалей. Как пояснил Грамотин — они появляются сами в местах высокой концентрации магической энергии. — Итак, — громко сказал таможенник через некоторое время. — Нам нужно прочесать водохранилище на предмет контрабандного товара. Балуются у нас тут в последнее время, особенно по ночам. Целые фейерверки устраивают. Как пить дать, поступила новая партия оружия, и все волшебные палочки уже по рукам разошлись. Как теперь узнать, что к чему? Может, расписки хоть какие сохранились… — Расписки? — переспросил кто-то из солдат. — А ты как думал? У них там бухгалтерия получше нашей. Только «серая». Шмон нужно устроить, контрабандистов потрясти хорошенько. Их тут возле Триумфальных Ворот предостаточно. Окопались в водохранилище, не подступишься. Чуть что — концы в воду. Но учтите: они только в одном случае дадут себя обыскать — в мертвом. Понятна задача? Никто не ответил. — Для поиска их логова разделимся на группы, — продолжил он. — Если что, сразу возвращайтесь за подмогой. Каждой группе будет выделен провожатый из числа рабочего персонала, который будет показывать дорогу. Сооружение очень большое, не ровен час заблудитесь. Ищи вас потом… — Вы лучше мои гайки разыщите, пользы больше будет, — встрял недовольный Зэм. Начальник таможни поморщился, но все-таки представил своего собеседника: — Иавер Мбизи, начальник насосной станции. Любить не прошу, но хотя бы жаловать. Потерял свои гайки и теперь сваливает все на патруль. — Да будет вам известно, что я никогда ничего не теряю! На моей станции всегда все было на своих местах, покуда сюда не пришел ваш горе-патруль, забери его астрал! Вот, казалось бы, у хадаганцев и орков — в отличие от нас — не только из костей и металла руки состоят, но есть еще и мышцы, сухожилия, все это сверху кожей красивенько прикрыто. А толку? Какой во всем этом смысл, если руки все равно растут из того места, что ниже пояса? Отрубить, отрубить, к демонам астральным такие руки! И башку заодно! — Святой Незеб, это всего лишь гайки! — взвизгнул начальник таможни. — У меня тут контрабанда оружия, а ты со своими… — Это не просто «всего лишь гайки», — легко перекричал его Зэм. — Это сверхпрочные гайки! Заказывали их, ждали целый месяц, зарплату задерживали, чтоб за них расплатиться… — Вот и поищи свои гайки получше, небось лежат себе где-нибудь на складе. Да только глаза у тебя от влаги совсем заржавели, давно протезы то менял? — Простите! — возмущенно вмешался неприметный человечек, стоявший возле восставшего. — Я кладовщик, и у меня не может просто так что-то затеряться на складе! — Хорошо, — обреченно вздохнул таможенник и повернулся к бойцам. — Увидите, где гайки, дайте знать. Мы самостоятельно разбились на маленькие отряды. Как я понял, большинство уже бывало здесь, и много времени разгруппирование сил не заняло. Мы с Орлом не сговариваясь решили, что маг нашей компании не повредит, и нам еще выделили провожатого — того самого кладовщика, который все еще стоял с возмущенным видом. — Тут еще вот какое дело нарисовалось… конфиденциальное, — продолжил начальник таможни смущенно и начал переминаться с ноги на ногу. — Милиционеры проводили обыск в одном доме и среди прочего нашли страницу, вырванную из журнала… не нашего, лигийского. На ней эльфийка изображена во весь рост. Да ладно бы просто эльфийка. Она там… страшно сказать… безо всего! — Голая? — обрадовался Кузьма. — Именно! Особенно орки на такое зрелище падки — что с них взять: дети степей! — Э-м-м… а можно нам, так сказать, подробней ознакомиться с материалами дела? — поинтересовался Орел, и все засмеялись. — Нет, показать страницу не могу — начальство на экспертизу забрало. Наше с вами дело ловить контрабандистов, которые всем этим непотребством народу мозги мутят. По слухам, где-то тут есть у них склад этого добра. С этого момента предстоящая работенка мне определенно начала нравиться. Я, конечно, уже и думать забыл о каких-то там контрабандных партиях оружия, сейчас меня волновали только голые эльфийки. — Вот еще одна напасть на мою голову! Ладно бы оружие контрабандное или штаны заморские. Привычное дело! А тут книги какие-то, журналы… — ворчал таможенник. — Прогресс, едрит его налево! Тьфу! Инструктаж еще продолжался минут пятнадцать, пока мы, наконец, не зашли внутрь насосной станции. Здесь было очень сыро и даже как-то склизко. Когда глаза начали привыкать к темноте, я сумел разглядеть, что мы находимся в помещении невероятных размеров, уходившим куда-то под землю так глубоко, что пола не было видно. Мы стояли на самом верху металлической лестницы, гигантской спиралью опоясывающей мерно гудящее сооружение, которое, скорее всего, и являлось насосом. Повсюду были трубы, а от лестницы во все стороны тянулись мостики, уходящие в темноту боковых помещений. — Смотрите под ноги, здесь водятся крысы, а чуть пониже, где посырее, там и змеи попадаются, — предупредил кладовщик, представившийся Тимуром. Мы начали спускаться вниз, а потом свернули в одно из боковых ответвлений и вскоре уже отдалились настолько, что эхо шагов других групп перестало до нас доноситься. Нам действительно то и дело попадались крысы и змеи, и чем дальше мы уходили, тем большего размера они были. — Будь проклят день, когда я согласился стать кладовщиком! — ругался Тимур по дороге. — Жалобы, жалобы, жалобы! Все нынче грамотные, все писать умеют. Вот и пишут. У одного крысы сгрызли любимую бабушкину шапочку, а у другого сожрали весь стратегический запас железа. Ворье! Продал, наверняка, весь свой стратегический запас в Научный Городок, а теперь хочет на крыс все списать. И ведь не возразишь ничего: есть крысы, есть! И жрут, действительно, все, что им на зуб попадет. Вот если бы всем миром навалиться и под корень всех крыс разом истребить! Да если каждый имперец убьет хотя бы по одной крысе, их же не станет совсем! — Да уж, неприятно у вас тут, — поежился Кузьма. — А как тут контрабандисты очутились? — Да кто их знает? Тут же этих коридоров целый лабиринт… в некоторые рабочие месяцами не заглядывают, а в некоторых так и вовсе не бывали никогда. Чего тут только не встретишь… — Работники рассказывают много разных баек про это место, — произнес Михаил. — Страшилки всякие рассказывают, да, — кивнул Тимур. — Самое удивительное, что почти все они — правда. Гигантские крысы-мутанты — правда. Призрак заблудившегося черного водопроводчика — тоже правда. А история о Бездонной Глотке — самая ужасная правда. Бездонная Глотка — это гигантский крокодил, живущий под землей возле водохранилища. Поговаривают, что ему больше тысячи лет. Я бы и сам не поверил в эту историю, если бы не видел эту тварь собственными глазами. — Я слышал об этом, — сказал маг. — Уверен, это всего лишь еще одна жертва магических мутаций… — Это всего лишь еще одно оправдание для бездельников, которые не хотят работать! Страшно, мол, им — жить хотят. Ну сидит он там у себя в логове и пусть сидит… — Тихо! — сказал вдруг Орел, и мы замерли. Где-то капала вода, и этот звук эхом разносился по темным коридорам. Но вместе с этим был слышен какой-то шорох, слишком тихий, чтобы его можно было принять за чьи-то шаги, и слишком громкий для крысиного копошения. Трудно сказать, откуда родилось чувство опасности, может, интуиция, а может, просто на меня так действовала окружающая обстановка — порядком действующая на нервы. — Что… что… что это? — начал заикаться кладовщик. И без того тусклые лампы теперь, казалось, совсем перестали освещать коридор. Шорох как будто приближался, но из-за эха трудно было понять — с какой стороны, что и пугало больше всего. Потом внезапно шум прекратился, и у меня отчего-то сбилось дыхание. Секунду мы стояли в почти полной тишине, если не считать стука капель по чему-то металлическому, но мгновенье спустя жуткий крик — нечеловеческий, животный стон — разорвал пространство. Он был одновременно всюду — и спереди, и сзади, и сверху, и по бокам. В полном ужасе мы рванули с места, не глядя под ноги и не разбирая дороги. Какой-то еле теплившийся огонек разума в моем охваченном паникой сознании подсказывал мне, что мы, возможно, движемся навстречу этому крику, а не удаляемся от него, но я уже не мог заставить себя остановиться. Несколько раз я запинался о металлические перекладины и едва не падал. Сердце в такие моменты екало, и по спине шел мороз. Ноги сами несли вперед: направо, налево, снова направо, по лестнице вниз… Страх толкал в спину, и мы бежали без передышек, вряд ли осознавая, как сильно уже отдалились от насосной станции. Первым, как ни странно, пришел в себя Михаил. — Стойте, СТОЙТЕ! — закричал он. Способность мыслить трезво вернулась ко мне не сразу. Какое-то время мы дико озирались по сторонам, но стучавшая в ушах от быстрого бега кровь не давала ничего расслышать. Я прислонился к стене, пытаясь отдышаться. — Где мы? — Встречный вопрос, кто-нибудь хотя бы пытался запомнить дорогу? — хрипло поинтересовался Орел и посмотрел на кладовщика. — Как нам теперь выбираться отсюда? И что это, Тэп побери, за… Миш? Грамотин стоял возле каких-то стеллажей с коробками и ящиками, внимательно разглядывая их содержимое. До меня постепенно начало доходить, что мы оказались в помещении, похожем на склад, и, заглянув в один из ящиков, я понял — что склад оружейный. — Вот это да! — восхищенно произнес Кузьма, вытащив откуда-то новый, изящный лук. — Похоже, не наш… Неужели канийский? Я прислушался — не считая шума от копающегося в содержимом ящиков кладовщика, было вроде бы тихо. Орел придирчиво рассматривал лук, который явно вознамерился присвоить себе, Грамотин же был занят какими-то журналами, найденными в куче разномастного хлама на письменном столе. — Гайки! — завопил вдруг Тимур и все подпрыгнули на месте. — Сверхпрочные гайки! Вот они, родимые! — Что ж ты, идиот, так орешь? — рявкнул Орел. — Чуть сердце не остановилось. Грамотин подошел к кладовщику и заглянул в ящик. — Выходит, это дело рук контрабандистов? Очевидно, это их склад… — Но зачем им гайки? — Да мало ли… — пожал плечами счастливый кладовщик и снова запустил руки в ящик. Он был так рад найденной пропаже, что причины его мало волновали. — Они сделаны из особого материала. Очень прочного! — задумчиво произнес Михаил, взяв гайку в руки и поднеся ее к глазам. — Он может быть довольно ценен на черном рынке… Но меня больше другое волнует… Вам не кажется странным, что здесь никого нет? Неужели склад никак не охраняется? — Кажется, — кивнул я. — Поэтому быстро осматриваем место и уходим отсюда. Миш, что там на столе? Начальство верует, что у контрабандистов есть бухгалтерский учет… — Да, там бухгалтерские записи… и не только… — ОП-ПАЧ-КИ! — воскликнул Орел, подойдя к столу и схватив какие-то бумаги. — Ник, погляди-ка…, а вечер перестает быть томным… Я подошел ближе и заглянул ему через плечо — это был вырванный из журнала листок с изображением лежащей на диване эльфийки. Ее волосы были рассыпаны на подушке, руки закинуты вверх — лишь только кончики пальцев слегка касались лба. Но самое главное — все, что было на ней надето, это цепочка с кулоном в виде сердечка. На меня напал столбняк. Не то чтобы я раньше никогда не видел обнаженного женского тела, но обнаженное тело с крыльями… да еще безупречных форм и пропорций… — Кхе-кхе… ну все, все, — поспешно сказал кладовщик, вырвав из рук Кузьмы страницу. — Посмотрели и хватит. — Тут еще есть… журнал мод «Канийка», «Острые ушки»… Нет, ну ты глянь, хороши ушки! — Хватит! Прекратите, я вам сказал! Это — растлевающая хадаганские умы пропаганда! — Миш, а это что у тебя? Дай глянуть… «Куда исчезли Джуны? Новый взгляд на старую тайну». Фу-у… Ну ты, умник, даешь! У нас тут такие ушки, а ты про Джунов… Мне же, в отличие от Орла, стало интересно почитать о таинственных Джунах, но время и место не очень располагали к занятиям по расширению кругозора. И кроме того, острый слух Кузьмы уже уловил посторонний шум. Он подал нам знак, и мы в мгновенье ока нырнули за ящики и затаили дыхание. — …такого раньше не было, я тебе говорю! Никогда он по коридорам не шастал! Надо убираться отсюда… Больше я сюда ни ногой! — Ты прав. Они говорили — максимум, кого мы можем тут встретить — это рабочие станции, ну в худшем случае милиция пронюхает…, но на мутантов я лично не подписывался. — Точно! Я… Эй, а чего эти ящики тут открытые стоят? Ты открывал? — Нет. — И я не открывал… Двое вошедших — орк и хадаганец — замерли, прислушиваясь. Они были в меньшинстве, но в любой момент могли появиться и другие, поэтому тянуть время не имело смысла. Мы переглянулись с Орлом, и он натянул лук. Я выпрыгнул из-за ящиков, как черт из табакерки, и одним ударом срезал орка, одновременно с этим острая стрела полетела в хадаганца…, но за долю секунды до этого он слегка отклонился, и стрела только пробила ему плечо. Контрабандист завопил во всю глотку, а в следующее мгновенье упал замертво, окутанный морозным инеем, но эхо его крика, многократно отражаясь от стен, еще какое-то время гуляло по темным коридорам. И самое страшное, что не прошло и полминуты, как в ответ прилетел жуткий рык неизвестного существа. Жезл Грамотина, только что сиявший холодным голубым светом, вдруг раскалился добела, и коридор, откуда пришли контрабандисты, перегородила огненная стена. Это временное препятствие не выглядело надежным, но, может быть, огонь отпугнет неведомую тварь. Мы начали без разбора хватать бумаги со стола, но через секунду снова раздался леденящий кровь стон — уже совсем рядом, а еще через мгновенье человеческий крик. Скорее всего, контрабандистов здесь действительно было больше, чем двое, и кому-то из них очень не повезло. Какое-то время я еще пытался сохранить трезвый рассудок и запоминать дорогу — как будто от этого был толк, ведь как мы попали на склад контрабандистов, я не помнил — но через несколько поворотов в голове все спуталось окончательно. И все же тот факт, что мы заблудились, волновал меня гораздо меньше того, что рычание твари за спиной не стихало. Она преследовала нас — это уже было очевидно! Вскоре мы уже выбежали из закованных в металл коридоров и попали в пещеры, где не было никакого освещения. За спиной снова раздался рык, перешедший в протяжный вой. Возвращаться назад под тусклый свет старых ламп не было ни сил, ни желания. — Миша, …, я сейчас тебе твою палку знаешь куда засуну? — завопил Орел. — Что? — ДАЙ СВЕТА! Жезл Грамотина снова озарился сиянием, и по пещере разлился мерцающий свет от костра. Быть может, это было ошибкой — теперь тварь точно знает, где мы находимся, но с другой стороны — где гарантия, что она не видит в темноте? Однако увиденное заставило нас выкинуть из головы эти размышления. Стало понятно, что это место чудовище найдет в любом случае — с освещением или без. Повсюду были яйца. Огромные, желтые яйца мутировавшей неизвестно во что твари. Мы не сговариваясь развернулись и рванули было назад, но было поздно — чудовище уже стояло у нас за спиной. Это действительно был крокодил, или, как теперь стало ясно, крокодилиха — она занимала собой весь проход. Ее невероятная пасть была таких размеров, что мы спокойно могли поместиться туда все вчетвером. Крокодилиха неотрывно смотрела на нас маленькими глазками и нервно била хвостом по стенам, отчего сверху сыпались камни. Мы медленно, боясь повернуться к ней спиной, попятились назад. — На-наверное, скоро должны вы-вылупиться… де-де-детеныши… — проговорил Грамотин. — Поэтому она такая не… нервная… Вылезла из своего убежища. Она их за-защищает… и у-у-убивает все живое. — Потрясающий анализ ситуации, — прошептал Орел. — И, главное, такой своевременный… Крокодилиха все еще не нападала, видимо, боясь, что мы можем повредить кладку, как вдруг моя нога наткнулась на что-то сзади, я не удержал равновесие и завалился на спину. Подо мной что-то хрустнуло. В абсолютной тишине раздалось на удивление спокойное: — Твою мать, Ник. И в следующий момент тварь, оглушительно взревев, бросилась на меня. Все кинулись врассыпную. Я еле успел откатиться в сторону, как на том месте, где я только что был, клацнула пасть крокодилихи. Орел, отпрыгнув к стене, выпустил несколько стрел, но ее шкура была такой толстой, что тварь, кажется, даже не почувствовала их уколы. Краем глаза я увидел вспышки красного и голубого света — Михаил пытался поразить крокодилиху, но та не реагировала и продолжала переть на меня с неотвратимостью рока. Несмотря на свои размеры и кажущуюся неповоротливость — двигалась она очень быстро, и мне приходилось изворачиваться изо всех сил, чтобы не попасться. Пару раз я умудрился ударить ее мечом, но тоже не достиг успеха — клинок просто чиркнул по ее шкуре, даже не поцарапав. Сначала мне удавалось каким-то чудом уворачиваться от нее, но тварь все больше прижимала меня к стене, не оставляя пространства для маневра. Кузьма и Михаил все еще пытались поразить ее стрелами и магией, но той все было нипочем. В конце концов моя спина уперлась в стену — отступать было уже некуда. В ушах звенело, сердце выпрыгивало из груди, я не мог оторвать глаз от клыкастой зловонной пасти прямо перед собой… И тут я снова наткнулся на что-то ногой. Яйцо! Дальнейшее произошло за пару секунд, и впоследствии я даже не мог понять, как мой охваченный паникой мозг мог так быстро отдавать телу четкие приказы. Впрочем, в критические моменты со мной такое иногда случалось. Как будто включались какие-то скрытые резервы, и я начинал думать и действовать в ускоренном режиме. Ловко подхватив яйцо, я кинул его высоко вверх. Крокодилиха, взревев, инстинктивно потянулась за ним, задрав голову и слегка оторвав передние лапы от земли — ее живот оказался передо мной незащищенным. Я сделал рывок, скользнув между лапами, и со всего маху распорол ей брюхо мечом. Она снова коротко заревела, но на этот раз сдавленно, почти жалобно и, захлебнувшись кровью, перешла на хрип. У меня было лишь одно мгновение, чтобы выкатиться из-под крокодилихи, пока она не раздавила меня своим весом, но мне этого хватило. Она грохнулась на живот с такой силой, что содрогнулись стены, и замерла. Я встал на ноги перемазанный землей, смешанной с кровью твари. — Какие психованные эти мамаши… Орел критически осмотрел меня с ног до головы и, удостоверившись, что крокодилиха не откусила от меня никаких частей, произнес: — Лишь бы теперь папаша не явился мстить за дражайшую супругу. — Надо убираться, — согласился я и посмотрел на кладовщика. — Крокодилы, контрабандисты… Как-то неприветливо у вас тут. — Ты можешь попробовать воспользоваться телепортатором, — напомнил Орел, но я сразу отмел эту идею — не бросать же остальных. — Я примерно представляю, где мы, — сказал Тимур. — Мы можем пройти другой дорогой… Но надо быть осторожными, тут могут быть еще мутировавшие твари, и наверняка контрабандисты тоже где-то неподалеку. Нужно срочно возвращаться и доложить разведданные руководству. Пусть снаряжают людей… — Возьмем с собой несколько яиц, — заявил Грамотин. — Зачем? — Передадим в Комитет. Эти яйца могут представлять для науки огромную ценность! В свете последних научных разрабо… — Ой, ладно! Все! Не начинай, — махнул рукой Орел. — Возьмем пару штук, так и быть. Из любви к науке… Дорога обратно показалась в два раза длинней. Я даже и не знал, что мы настолько удалились в глубь водохранилища. А может, это кладовщик вел нас обходными путями, которые в самом деле заставляли нас делать лишние круги, но зато до самой насосной станции нам больше никто не встретился. Я был уставшим и вымотанным до основания, поэтому, когда нам навстречу вышел патруль, я не испытал никаких эмоций. — Целая стопка расписок! — воскликнул директор таможни, когда мы протянули ему все бумаги, какие смогли унести с собой со склада контрабандистов. — Замечательно! Теперь я все и узнаю: кто, что, кому, сколько. Хм… Похоже, ноги растут не откуда-нибудь, а из Научного Городка… И еще… Ох! Какая мерзость! — произнес он, впившись глазами в «Острые ушки». — М-да… Очень поучительное чтиво. Вот как влияют на неокрепший мозг наших граждан некоторые контрабандные журналы! Это… Это срочно нужно передать наверх и… да… завтра передам. Обязательно! Кладовщик, тем временем, отчитывался перед начальником насосной станции, которого сейчас целиком и полностью занимала мысль, что его драгоценные гайки находятся у контрабандистов, и, насколько я понял, он уже строил планы по немедленному вызволению их оттуда. Я очень надеялся, что эта операция пройдет без моего участия. — Мне нужно срочно отправить наверх отчет об этой работе и найденных материалах, — сказал начальник таможни. — Возможно, потребуется ваше присутствие, как главных свидетелей и очевидцев. Всех троих. Я дам вам знать. Постарайтесь держаться вместе и в пределах досягаемости. Пока можете отдыхать. Я только и ждал этих слов, и когда они прозвучали, устало поднялся на ноги и поплелся домой, не дожидаясь согласия остальных. Глава 5