Прятки гибберлингов

— Раз-два-три-четыре-пять! — заверещал во всю глотку пятилетний гибберлинг Сёма, — Я иду тебя искать! — и так же громко, чтобы слышали абсолютно все дворовые, добавил. — Кто не спрятался, я не виноват!

Умойрская деревня жила своей привычной, спокойной и размеренной, жизнью, радовалась солнечному погожему дню и урожайному году. Приближалась пора сбора урожая, из-за чего все были в явно приподнятом настроении. Не стало исключением и дружное семейство гибберлингов, живущее в одном из самых хороших домов, где многие так мечтали жить, а потому так часто ходили в гости, напрашиваясь на обед или ужин. 

Дети играли во дворе. Они прятались за холмами, камнями и деревьями. Младшая гибберлинг, Солнышко, спряталась за вывешенным на улицу сушиться, только что тщательно выстиранным, постельным бельём. Только её мохнатый маленький хвостик торчал из-за кремовой в цветочек, а именно ромашку, простыни. Она тихонько хихикала и старательно прикрывала рот обеими лапками с цепкими тёмными коготочками. Громогласно отсчитав считалочку, Сёма шёл искать своих сестёр. Мать их тем временем стряпала на кухне. Она месила свежее тесто для хлеба, пока в котле варилась, булькая, уха, и запах от неё распространялся ещё на несколько дворов. Так что соседские аж пускали слюни и начинали подумывать о том, что бы и им такое вкусненькое приготовить, чтобы подкрепиться перед сном после обеда, который является здесь давней традицией. Быть может, в этом и есть секрет долгожития местного населения.

Сёма внимательно оглядывался по сторонам и двигался практически на цыпочках, насколько это только мог делать пухлый гибберлинг. Он старательно вслушивался в привычный шум деревни и разговор природы, надеясь вычленить оттуда хмыканья или тихие смешки, которые могли выдать спрятавшихся с поличным, но пока он так никого и не нашёл. Его старшая сестра — Соня — была лучшей в прятках. Её обычно никто не мог найти, как бы ни старался. Вот и в этот раз она спряталась так, что у Сёмы не было практически и шанса её отыскать. Она забралась на дерево, не очень высокое, но зато с какой густой листвой! Эти листья полностью скрывали её из виду проходящих мимо. Да и кто только мог подумать, что гибберлинг додумается залезть на дерево? Это ведь им совсем не привычно. Такие существа, как они, слишком толстые для таких подвигов да и тушкосложение у них точно не для лазания по стволам. Однако Соне удалось совершить этот нелёгкий подвиг, который она лично для себя считала победой. Не зря ведь гибберлинг так долго этому училась. Цепляться коготками за кору не так сложно, как потом на них удержаться, не упав.

— Сооооняяяя, — раздалось достаточно далеко, но вполне отчётливо. — Я тебя виииижуууу!

«Ага, конечно», — про себя посмеялась гибберлинг, никак не ведясь на хитрую уловку брата. Она была готова поспорить, что Солнышко бы точно клюнула и уже показала свою мордочкц из-за кустов, но нет, не Соня, она не такая. Она умная и, как говорили соседи её матери, очень смышлёная для своих-то лет. Гибберлинг плохо понимала, что значит слово «смышлёная», имела лишь смутное представление о его сути, но была до глубины души горда такой похвалой и старалась, на интуитивном уровне, соответствовать ожиданиям окружающих. От их мнения она была практически зависима, чего, впрочем, не любила показывать, так как считала это своим единственным слабым местом.

— Сооолныыышкооо, мама зовёт обедаааать, — проорал Сёма, не оставлявший своих попыток методом обмана победить в этой игре. Вообще у гибберлингов прятки – это больше о смекалке, хитрости и соображалке и меньше об умении затаиться, оставшись незамеченным.

— Да? — удивлённо воскликнула Солнышко, вываливаясь шариком на лапках из-за прикрывавшей её простыни, — Скажи ей, что я уже иду! — попросила она, но тут же увидела гримасничающего Сёму, который показывал ей язык и, воодушевлённый своим успехом, приплясывал, размахивая лапами.

— Повелась! Повелась! — довольно повторял он, заливаясь смехом. 

— А где мама? — не поняла Солнышко и серьёзно обратилась к брату. — Ты же сказал, что она зовёт кушать. 

— Я? Сказал? — по-настоящему удивился Сёма. — Да я пошутил, глупая! А ты повелась! Повелась! И теперь я тебя нашёл! 

— А как же обед? Ты сказал, что мы идём обедать! — возмутилась маленькая гибберлинг и от обиды аж притопнула такой же маленькой ножкой в кожаных ботиночках на шнуровке. 

— Да чего ты заладила... Обед... Обед... — передразнил её брат. — Пойдём лучше Соню вместе искать! Спорим, я найду её первый? 

— А вот и нет! Я буду первая! — тут же возразила ему Солнышко, и брат с сестрой отправились на поиски Сони, внимательно вслушивающейся в их удаляющиеся голоса. На её лице засияла улыбка. Они никогда не догадаются, где она спряталась. А это значит, что она победила. Осталось всего лишь дождаться когда они оставят свои попытки её отыскать и прокричал заветное «Соня, выходи! Мы сдаёмся!». 

Но время шло, ветер играл с листвой невысокого деревца, в траве копошились белочки, изредка прицокивая, а брата с сестрой она так больше ни разу и не слышала. Быть может, они уши искать Рожка — их общего друга, который тоже играл с ними в прятки? Неужели они забыли о ней? Да нет... Быть такого не может! Они же семья! А что, если мама и в самом деле позвала их обедать, а Соня вот так и осталась без вкуснейшей на свете ухи и свежего тёплого пшеничного хлеба? Но разве мама не заинтересовалась бы, где пропадает её дочка? Конечно, она бы заинтересовалась... Но Сёма... Этот хитрый хомяк мог наплести, что угодно. Например, что Соня пошла в гости к подруге или захотела подремать на солнышке в тишине. А Солнышко просто поддакнула ему! 

Возмутившись до глубины души этим фактом, Соня зашелестела листьями и, хрустнув какой-то веткой, спустилась с дерева. Отряхнувшись, она быстрым шагом направилась прямиком к дому. Перепутать дорогу было просто невозможно не только из-за того, что она здесь прожила всю свою жизнь до сегодняшнего дня, но и потому, что аромат ухи манил, сводя с ума, а шёл он в определённом направлении.

— Соня! Соня! — раздалось совсем рядом, и гибберлинг встала как вкопанная, ей показалось, что она услышала голос матери.

Тут из-за большого разросшегося дуба показалась мать семейства, за ней быстро семенили Сёма и Солнышко. Завидев прямо по курсу Соню, они облегчённо вздохнули и тут же радостно заулыбались.

— Соня, пора обедать, — строго сообщила мама.

— Мы тебя совсем потеряли! — взволнованно воскликнула Солнышко.

— Ну ты и мастер прятаться, конечно! Как обычно! — в очередной раз поразился Сёма.

Соня довольно улыбнулась, и семейство уже дружно зашагало в направлении дома.