Аллоды онлайн, ч.56-57

Глава 25. Приглашенные эксперты

      Как и лигийские церковники, и охотники на демонов, имперские ученые расположились за пределами шахтерского поселка, не желая пересекаться друг с другом. Перед нами встал вопрос, как добраться до своих по глубокому снегу, учитывая, что мы прибыли без ездовых животных. Одна только Фея преданно сопровождала меня. Прохиндей, оказывающий нам содействие не только на словах, пообещал предоставить транспорт.
      — Это нам э-э-эльфы подогнали. Странная штука, но со временем привыка-а-аешь.
      «Странная штука» называлась «Мираж» и была аналогом старых, добрых имперских быстролетов, на которых в основном рассекала Незебградская милиция. Ну и те, кто мог себе позволить столь дорогой для простых граждан агрегат. У Миража, в отличие от быстролета, манабатареи не были спрятаны в турбины по бокам. Две светящиеся голубые сферы удерживались лишь тонкими металлическими осями, закрепленными на двух дугообразных стержнях, похожих на торчащие вперед рога. Эти стержни стабилизировали энергетическое поле, которое, в свою очередь, удерживало Мираж на лету — это не я додумался, это Миша пояснил, заинтересовано осмотрев наш новый транспорт со всех сторон.
      — А крылья, насколько я понимаю, помогают сохранить равновесие и гасят инерцию.
      Четыре полупрозрачных трепещущих крыла находились сзади, и именно по ним сразу становилось понятно, что это творение эльфов. В целом Мираж чем-то неуловимо напоминал стрекозу. Я бы, если честно, предпочел быстролет, потому что он выглядел массивней и надежней, чем хрупкий с виду Мираж, но лучше так, чем пешком. Глава наемников, охраняющих Прохиндея и его остров, минотавр Суровотур показал, как управлять этим транспортом.
      — Я видел здесь водятся дикие рыси. Их стоит опасаться?
      — Опасаться стоит о-о-огров, сожрут и твоим же оружием в зубах поковыряются. Му-у-у-чение одно! Никак мы с ними справиться не можем. Особенно теперь, когда у нас такой бардак! Я дам вам проводника из ребят понадежней, чтоб проводил вас. Опа-а-асно здесь, особенно если не знать окрестностей.
      — А эти… цверги, часто они берут кого-то в плен?
      — Клянусь рогами, эти мелкие недоноски еще получат свое! Гаденыши! Му-у-у, ненавижу! Мы с ними раньше немножко воевали: думали, что там, в горах, где они живут, метеоритное железо есть. Но потом инженеры сказали, что железа нет, и войну мы сразу прекратили. Мы же не зве-е-ери! Одним словом, с цвергами замирились и перестали обращать на них внимание. И тут на-а-а тебе! На днях они ни с того, ни с сего напали на поселок всем скопом. Мы, конечно, атаку отбили, но уве-е-ерен, что они еще нападут. Честно говоря, не хотелось бы мне воевать с ними снова. Дерутся они неважно, но горы свои назубок знают и ловушки ставить мастера-а-а! Я в их горах в свое время трех лучших наемников потерял. А теперь еще и нежить лезет.
      — Я думал, нежить только в шахте.
      — Нежить пасется и вокруг нее, и ждет, когда какой-нибудь дурак забредет на обе-е-ед. Хуже всего, что мертвецы и сюда заглядывают. Поэтому мы все время настороже! Думаю, надо не ждать сложа копыта, а нанести удар по шахте! Хотя… Мы пытались как-то прорваться внутрь. Скажу так: не му-у-у-дрое это было решение! И знаешь, что самое странное? Нежить быстро пополняет свои ряды. Не могу только понять, откуда же берутся эти новые мертвецы. Мы хорошо изучили этот аллод, пока воевали с горными цвергами. Здесь нет больших кладбищ, а сле-е-едовательно и нежити взяться неоткуда. Загадка!
      Суровотур отправился за нашим проводником, а мы остались ждать их возвращения, оглядывая небольшое поселение. Народу здесь было не сказать, что много. Мое внимание привлекла плачущая орчиха и трое прыгающих вокруг нее гибберлингов. Выглядело это необычно, и я невольно заинтересовался разговором.
      — Не хочу жить! Когда мертвецы двинулись к шахте, разве не я первой встретила их своей дубиной?! Гнилые черепушки так и летели во все стороны…
      — Ты очень храбрая! И сильная! Давай к нам, а? На шахте все равно сейчас делать нечего, а мы тебе хорошо заплатим!
      — Не-е-ет… Я труси-и-иха… я вдруг испугалась: нежити было слишком много! Я бросила оружие и… бежала, бежала так быстро, как только могла. Это значит, что я больше не воин, я не орк… Я — никто! Р-р-р!
      — Ну что ты! Ты отличный воин! А мы — прославленные охотники на белых медведей. Нас Сигурд специально с Новой Земли сюда зазвал, чтобы с белыми медведями разобраться. Только мы не справляемся. Много их, и злые они. Поможешь нам, а? А то вся наша слава бывалых полярных охотников растает, как прошлогодний снег…
      — Я знаю, кто мне поможет! Мне нужен Курган!
      — Шаман? А разве воины не держались всегда подальше от шаманов?
      — Да, шаманы слабые, шаманы хитрые, шаманы не настоящие орки… Но сейчас только шаман может спасти меня! Может, Курган найдет средство? Может, поможет мне пережить позор и преодолеть страх?
      — Э-э-э… но ты про медведей все равно подумай, ладно? В миг про нежить позабудешь! И никакой шаман не понадобится…
      Завывания орчихи и уговоры гибберлингов продолжались еще несколько минут, и наверняка не закончились бы еще долго, но тут появился орк — весь в амулетах, шкурах и с черепом рогатого животного на голове. Он нес в руках не меньше дюжины тушек мертвых рысей.
      — Опять ты?! — воскликнул он, завидев орчиху, и нахмурился.
      Та вскочила на ноги и разревелась еще сильней.
      — Ладно, не реви! Помогу я тебе.
      — Спа… спасибо, Курган… — всхлипнула она.
      — Веками орки шли к шаманам за помощью: мы исцеляли, изгоняли злых духов, заклинали оружие и проклинали врагов! Разве я могу отказать в помощи своей сестре?! Есть один древний ритуал — Ритуал Силы Духа. Он должен вернуть тебе уверенность в себе. Но мне понадобится помощь.
      — Все, что угодно!
      — Для ритуала нужны звериные души. Не Искры, а души! Разницу понимаешь?
      — Нет.
      — Я, честно говоря, тоже не очень… Может, ее и нет. Только я, знаешь ли, привык называть вещи своими именами, и все эти новомодные рассуждения про Искры, жертвы Тенсеса, Незеба и Скракана — мне все это по барабану! — заворчал Курган, раскладывая рысей на снегу и осматривая их со всех сторон. — Лучше всего подойдут души рысей. Просто идеально подойдут!
      — Для чего? — заинтересованно спросила орчиха, перестав плакать.
      — Этот аллод не так уж и велик, но я не могу обследовать его в одиночку. Слишком много опасных тварей развелось на Хладберге. Здесь есть уголки, куда даже охотники на демонов не решаются заглядывать, а эти ребята всякое повидали и ко всему готовы!
      — А что нужно найти?
      — Скоро узнаешь, очень скоро! Души рысей будут нашими верными разведчицами! Мы выпустим их возле шаманских стел… Знаешь, где они?
      — Знаю!
      — Захваченные души покинут тела и отправятся на разведку. Они смогут проникнуть туда, куда никто не осмелится сунуться, и найти то, что нам нужно! Отнеси-ка пока этих рысей в мой дом.
      Орчиха с энтузиазмом подскочила, схватила тушки и исчезла в ближайшем деревянном домике. Я, Курган и трое гибберлингов проводили ее взглядами.
      — Прекрасно! Скоро решится судьба всех шаманов, более того — всех орков! — вдохновенно произнес Курган и оскалился в довольной улыбке.
      У меня появились смутные подозрения.
      — Чего-чего решится? — переспросил один из гибберлингов.
      — У меня хорошее предчувствие, и сон сегодня ночью снился добрый! Словно я стою перед Великим Шаманом и держу за руку орчиху, а у нее над головой горит яркая звезда! Это очень хороший сон, он предвещает удачу!
      — Что за орчиха, к чему этот сон? — не унимались любопытные гибберлинги, но орк махнул рукой и зашагал в дом.
      — Вы ищете орка, владеющего магией?
      Курган обернулся и посмотрел на меня.
      — Да, по велению Коловрата Северных, Верховного Шамана орков, я участвую в поисках последнего потомка Легендарного Орка. От этого зависит будущее моего народа. Согласно легенде, он должен обладать способностями к высшей Магии, он сумеет удержать любой аллод от поглощения астралом. А значит, орки не будут зависеть от Империи! — сказал он с вызовом.
      Я тихо выругался сквозь зубы. Похоже, призрак Легендарного Орка будет преследовать меня вечно!
      — Мы докажем остальным оркам, что были правы! Что мы можем быть свободными и в этом расколотом мире!
      — Рад за вас, — буркнул я и отвернулся.
      Пусть Курган ищет, кого хочет. Я лишь надеялся, что меня его поиски обойдут стороной, хотя в глубине души был уверен в обратном.
      Вскоре вернулся Суровотур с еще одним наемником, тоже минотавром, и мы сразу же, не теряя времени, отправились в путь, поскольку день на Хладберге был коротким и темнело очень быстро. Отъехали от шахтерского поселка мы не слишком далеко, когда я заметил ставку из нескольких палаток, над которыми развевался голубой флаг с двуглавым орлом. Прохиндей уверял, что мы можем поговорить со всеми вызванными им экспертами. Даже с лигийскими церковниками. На одной чаше весов находилась моя вполне закономерная неприязнь к врагу своего государства, на другой — любопытство. Мне было интересно узнать их версию происходящего. Я жестом показал остальным, что хочу заехать в лигийский лагерь, и развернул Мираж.
      Первым нас встретил орк-наемник, приставленный сюда Суровотуром для охраны. Прохиндей заботился о безопасности своих гостей, чем невольно вызывал у меня уважение.
      — Здорово! Хорошо, что вы тут — хоть есть с кем потрепаться. А то с этими священниками…
      — Что, грешить не позволяют? — усмехнулся Орел.
      — Угу… Мало того, что я орк, а значит потенциальный враг, так для них я еще заблудшая душа, которую надо наставить на путь истинный. Запарили мне мозг своими проповедями — ничего не соображаю! Вернусь — набью бычью морду Суровотуру за то, что отправил меня сюда.
      — Здесь опасно? — спросила Матрена.
      — Ну как сказать… Я здесь из-за огров. Головы у них пусты, как их котлы! Только одно на уме — жрать и жрать. Мы с ними давно воюем, но никак не выведем подчистую — плодовитые, гады! Раньше они то и дело нападали на шахту и уносили наших рабочих. А теперь на шахте ловить некого, там одни мертвецы бродят. На них не разжиреешь — кожа да кости… В общем, огры звереют, того и гляди сюда придут. Потому я тут.
      Наемник проводил нас к главному у церковников, им оказался священник Никифор Скрижалов — рыжеволосый, бородатый дед чудаковатого вида, отчаянно чихвостивший какого-то эльфа в тот момент, как мы подошли.
      — …отступники и нечестивцы! Вместо того, чтобы покаяться и вернуться к истинной вере, вы смеете нести эту ересь?! Я накладываю на вас епитимью!
      — Но…
      — Немедленно удалитесь и проведите остаток дня в молитвах!
      Эльф фыркнул и возмущенно скрестил руки на груди, но Скрижалов не стал дальше его слушать и обратил на нас свой горящий праведным гневом взор. Мне было немного не по себе от того, что я — Хранитель — должен обратиться к лигийцу, с которыми у нас вообще-то война. Правда это всего лишь священник, а не солдат, но с другой стороны, религия — это тоже один из краеугольных камней нашего конфликта.
      — Здравия желаю! Я капитан Хранителей Импе…
      — Если еще и вы мне скажете, что демоны захватили шахту, накажу! — перебив меня, гаркнул священник. — Эх, если бы не метеоритное железо, и вас, и этого Прохиндея давно пора было бы предать анафеме! Мало того, что он торгует метеоритным железом со всеми, так еще и выдвигает еретические теории! А вы потакаете ему, разносите ересь по Сарнауту, умы смущаете! Еретики и ослушники! За распространение панических слухов я накладываю на вас епитимью!
      — Мы просто хотели разобраться, что здесь происходит… — начала было Матрена.
      — Есть догмат Церкви Света, который гласит, что с демоническим нашествием было покончено, когда Незеб и Скракан заперли Врата джунов! Те демоны, что появляются здесь, — неорганизованные бродяги. Поэтому ни о каком «заговоре» не может идти и речи! Мы должны сохранять спокойствие и верить. Это главное! А посему приказываю вам смиренно очищать Искру молитвами два дня! — безапелляционно заявил Скрижалов и отвернулся к своем подопечным, прямо на наших глазах раздав еще штук пять епитимий.
      Вот и поговорили. Я растерянно повернулся к друзьям.
      — Лигийский священник приказал нам молиться два дня… если я доложу об этом в штаб, Штурм лопнет от смеха.
      — По крайней мере он не приказал нам смиренно взойти на костер и сжечь себя во имя Церкви Света, — хмыкнул Орел, а Лиза кивнула на эльфа, которому тоже досталось от Скрижалова:
      — Может, поговорим с ним?
      Эльф с надутым видом проверял крепления седла на виверне и кажется бормотал проклятия себе под нос.
      — Вы тоже фанатики Света, поборники чистоты и нравственности? Будете читать мне очередную проповедь? — заметив краем глаза наше приближение, сказал эльф, но повернувшись, осекся. — Ох, Империя… Это хорошо, а то, признаться, я уже на грани!
      — Вы ведь не церковник, — проницательно сказал Миша.
      — Я охотник на демонов. Густав ди Ардер, к вашим услугам. Берлогин отправил меня сюда, чтобы я попытался наладить контакт с экспертами Церкви Света, но я с самого начала подозревал, что это тухлое дело. Охотники для церковников как бельмо на глазу. Еще бы! Ведь это мы боремся с демонами, а не они! Мы очищаем мир, а не насаждаем веру и смирение! И вот, вместо того, чтобы заниматься делом, я вынужден сидеть здесь. Проклятье! Наверное, у Саранга Угуна дела обстоят получше?
      — Не имею понятия, — пожал плечами я.
      — Я думал, вы из имперского лагеря ученых.
      — Нет, мы только что прибыли и пытаемся понять, что тут происходит.
      Как нам объяснил Густав, группа охотников на демонов, под предводительством Тимура Берлогина, попыталась установить контакт со всеми прибывшими экспертами на Хладберг по приглашению Прохиндея. Как обстоят дела у второго «дипломата», отправившегося к нашим ученым, эльф не знал, а вот с лигийскими церковниками разговор не заладился.
      — А между тем, мы пытаемся проникнуть в стойбище огров и проверить, как там обстоят дела. Есть ли там эти жуткие Клыки, появились ли там демоны? Вот чем я должен заниматься, а не выслушивать истерики Скрижалова!
      — Вы уже видели на Хладберге демонов? — спросила Лиза.
      — Видели, как огры разодрали одного из них на берегу. Выходит, примитивные и тупые твари расправляются с демонами, в то время как Церковь Света не способна ни на что, кроме борьбы с еретиками. Так и передам Берлогину! — возмущался Густав, и злорадно добавил: — Вот бы еще пустить слушок по аллодам, что огры Хладберга обставили церковников в борьбе с демонами.
      — Тогда вам вовек не очистить Искру никакими епитимьями. Я бы хотел поговорить с вашим командиром, Берлогиным. Где вы остановились?
      Густав открыл было рот, но вдруг уставился куда-то нам за спины и замолчал. Мы обернулись. К лагерю приближались трое канийцев: двое мужчин и женщина, которые тоже заметили нас. Я бы не обратил на них внимания, но в отличие от других церковников — эти были вооружены. В общем-то, в этом не было ничего удивительного, ходить невооруженным по такой опасной местности глупо, и все же мне пришлось приложить усилие, чтобы не дернуться к мечу и сохранить если не доброжелательный, то хотя бы нейтральный вид. Канийцы тоже пока не проявляли агрессии, но спешившись, направились прямо к нам с очень вопросительными лицами.
      — Что вы здесь делаете? — спросила женщина, приблизившись.
      — Епитимью отбываем, — не растерялся Орел. — А вы?
      Все невольно усмехнулись, потому что в этот момент от одной из палаток послышался звонкий голос Скрижалова — он снова кого-то отчитывал и приказывал неистово молиться. Окружившее нас напряжение немного спало.
      — Ох уж этот Скрижалов! Ортодокс — вот он кто! — сказала женщина уже менее воинственно. — Заставил нас освящать берег святой водой. Давнишняя практика, обычно помогает против демонов.
      — Помогло?
      — Не в этот раз. Если вы здесь по просьбе Прохиндея…
      — Да, у него пропала партия метеоритного железа, готовая к отправке, и он считает, что к этому напрямую причастны демоны или демонопоклонники.
      — А вы как считаете?
      — Никак. Мы только прибыли и еще не разговаривали с нашими учеными из НИИ.
      — Тогда вам будет интересно, что мы узнали.
      Она позвала нас за собой, махнув рукой, и мы снова зашагали к Скрижалову. Охотник на демонов Густав тоже заинтересованно последовал за канийцами. Признаться, я был несколько удивлен такой благосклонностью. Интересно, если бы лигийские военные пожаловали к нашим жрецам Триединой Церкви, как бы их встретили? 
      — Вы уже освободили берег от астральной нечисти? Имейте в виду, я не потерплю никаких отговорок в борьбе за истинную веру в Свет! Мы должны избавить Сарнаут от остатков зла, кои еще водятся в астрале. На каждого, кто недобросовестно относится к нашему правому делу, я наложу епитимью! И можете сердиться на меня сколько хотите.
      — Мы освятили берег, — терпеливо произнесла канийка. — Только там, прямо посреди тверди, выскочили эти жуткие клыки. Во славу Света мы окропили святой водой и их, только на нас сразу напали демоны. А вместе с ними и нежить!
      — Что значит — вместе с ними? — озадаченно спросил Густав.
      — То и значит! — впервые подал голос один из спутников канийки. — Они действовали сообща!
      Скрижалов сдулся прямо на глазах, в момент растеряв благочестивый лоск.
      — Как сообща? Это точно?
      — Абсолютно! Те, кого мы считали паникерами и еретиками… были правы! Демоны не просто бродят по астралу, они нашли себе союзников — нежить!
      — Не может быть… этого не может быть… Нежить и демоны действуют вместе?! Неужели я ошибался?
      — Похоже на то! — раздраженно сказал Густав. — Пока вы здесь разглагольствуете, глупые огры уже вовсю воюют с демонами и нежитью! Мне кажется, пришло время действовать, а не бороться за чистоту веры.
      — Возможно, Прохиндей прав… мы не будем отметать эту версию… — забормотал Скрижалов. — Тем более что речь идет о защите шахты и метеоритного железа. Ошибка может нам дорого стоить, и я готов на время забыть о догматах… Прохиндей просит помощи? Что ж, он ее получит! Церковь Света готова помочь ему в борьбе за шахту! Вместе мы выступим против демонов и нежити и уничтожим всех врагов Света!
      Он, впав в религиозный экстаз, снова начал сыпать лозунгами и грозиться наказать тех, кто откажется от благого дела, а мы, не став прощаться, зашагали к своим Миражам, которые с флегматичным видом охранял сопровождавший нас минотавр, болтая о чем-то с наемником-орком. Скрижалов, кажется, даже не заметил, что мы ушли.
      — Вы хотели поговорить с Берлогиным, — сказал Густав.
      — Да, но сначала нам нужно добраться до имперских ученых…
      — Ваши ученые забрались в самую глушь в горах… уж не знаю, что они там изучают. А лагерь охотников здесь рядом, вам все равно по пути.
      Что ж, так даже лучше. Проехав небольшой, редкий лесок, мы увидели множественные проплешины, где не было ни снега, ни растений — только отравленная, мертвая земля. Жуткие клыки вылезали из этих ран, понемногу, шаг за шагом, разрушая аллод. Нам пришлось преодолеть полосу изуродованной земли, чтобы добраться до подножия гор, возле которых обосновались охотники на демонов. Путь занял всего около часа.
      Тимур Берлогин, руководитель экспедиции охотников на Хладберге, оказался смуглым, коренастым бородачом с очень хмурым выражением лица, которое не менялось ни на миг за все время нашего общения. При этом он был вполне дружелюбен и открыт для диалога.
      — Мы уже знаем, что демоны действуют заодно с нежитью. Для нас это не сюрприз, — произнес он, когда Густав пересказал все, что мы услышали от лигийских церковников. — Сначала я думал, что это какой-то новый вид нежити, что демоны вывели себе помощников, но… Мы применили наше старое проверенное оружие — антидемонический репеллент, отпугивающий астральных гадов, но оно не сработало. Нежить, в отличие от демонов, не стала разбегаться от репеллента как угорелая! Тогда мы проверили еще одну нашу разработку на основе метеоритного железа. Железо, как известно, отталкивает астрал и все, что с ним связано.
      — Дай догадаюсь, нежить не испугалась метеоритного железа, — заключил Густав.
      — Нет, не испугалась. Это значит, что нежить легко сможет уничтожить метеоритное железо в шахте, а это железо — единственное, что удерживает Хладберг от поглощения астралом!
      — Прохиндей уже не досчитался целой партии, готовой к отправке, — вставил я.
      — Проклятье! Здесь, на Хладберге, нет Великого Мага. Только метеоритное железо в шахте спасает остров и отпугивает демонов. Обычная нежить не боится железа и может уничтожить его запасы… Тогда аллоду придет конец! Нужно помочь Прохиндею освободить шахту.
      — Кхм-кхм… — деликатно прокашлялась девушка, скромно стоявшая за спиной Берлогина. — Если позволите…
      — Да, Милена.
      — С нежитью я встречалась, еще когда служила во флоте Лиги. Работенка была еще та — не всякий мужик выдержит! Так вот, помню, занесло нас как-то в Сиверию, мы там следы Ермолая-первопроходца искали. Нежити в Сиверии хватало, но мы справлялись! Помогала магия: из ледяных элементалей мы добывали вековую изморозь. Она разит мертвецов на раз-два!
      — Здесь водится много элементалей, — задумчиво протянул Берлогин. — Это можно использовать с пользой.
      — В Сиверии было так же холодно, как здесь. Нет, пожалуй, все-таки холоднее! Там много захоронений народа Зэм. Стоит пристать к берегу, как мертвецы начинают собираться возле корабля, и совсем не для того, чтобы продать сувениры… Но местные хрустальные элементали мощнее, чем в Сиверии!
      — Что ж, нам это возможно только на руку! Придется поохотиться не только на демонов… Кстати, на счет охоты. Ерши все еще не вернулись в лагерь? — спохватился вдруг Берлогин, но Милена отрицательно покачала головой. — Демоны их задери, куда же они могли подеваться? Ох и раздолбаи, и минуты на месте усидеть не могут.
      — Небось опять на охоту отправились, даже разрешения не спросив. Ну и попадет им, когда в лагерь вернутся! На цепь посажу! Пусть не обижаются потом, негодяи.
      Клятвенно пообещав, что если встретим семейку Ершей — охочих до приключений гибберлингвв — то обязательно передадим приказ возвращаться, мы наконец-то отправились до места расположения наших ученых. День начинал тускнеть, и я заволновался, что ехать придется по темноте.
      Холодный воздух, бьющий в лицо, больно кусал нос и щеки, так что пришлось продвигаться с куда меньшей скоростью, чем могли предложить Миражи. Фея, сидевшая с самого нашего прибытия на Хладберг у меня за пазухой, возмущенно каркнула, потому что кататься ей понравилось, и снижение скорости она восприняла так, словно сломался ее любимый аттракцион.
      — Не каркать! А то надену каску и посажу на руль! — пригрозил я.
      Сорока примолкла.
      Нам пришлось проехать извилистой дорожкой между заснеженных скал и поблуждать в небольшом лесу, пока мы не выбрались к берегу.
      — Эй, Ник! — крикнул Орел. — Кажется, я вижу пропажу!
      И поскольку в его зоркости сомневаться не приходилось, а данные обещания нужно держать, пришлось свернуть с пути и последовать за Кузьмой. Он не ошибся. На небольшом ледяном уступе среди сугробов засели гибберлинги, высматривая что-то или кого-то на берегу. При виде нас они втроем радостно замахали руками, будто встретили старых друзей. Это и впрямь оказалась семейка Ершей.
      — Что? Нас Милена обещала на цепь посадить? Ха! Она только грозиться и может!
      — Берлогин настоятельно рекомендовал вернуться в лагерь охотников как можно скорее…
      — Да это ладно, вы лучше посмотрите, что мы обнаружили! Нет, вы гляньте, гляньте! Видите демонов? Эти гнусные твари так и кишат в астрале! Явно что-то замышляют. Как и мы, ха-ха!
      — Что-то и правда многовато, — протянул я, глядя на стайку мелких демонов в прибрежном астрале.
      — Это потому, что мы тут занимались астральной рыбалкой! — пояснили гибберлинги разом в три голоса. — Раскладываешь приманку на берегу и ждешь, пока демон на нее клюнет!
      — А что используется в качестве приманки? — заинтересовался Миша.
      — Животные с аллодов. Демоны чуют кровь на огромном расстоянии! Они так до нее спешат добраться, что никого не замечают. Слетаются, как мухи на мед! И обратно в астрал не убегают, даже если понимают, что попали в засаду. Самоуверенные, ишь ты, думают, ничего ты им не сделаешь! Хах! Правда дразнить их не самое безопасное занятие, поэтому Берлогин рыбачить нам обычно запрещает! Здесь сноровка требуется, внимание, реакция. И сила. Да. Мы недавно одного втроем лупили, а он знай себе кровь лижет и на нас внимания вообще не обращает. Даже как-то обидно стало…
      — Ладно, это все очень интересно, но мы вообще-то спешим, — перебил я этот галдеж.
      — Эй, погодите. Самое-то главное вы не узнали! Мы бросили сердце здорового быка возле вон того клыка. Подумали, что так веселей будет. И знаете, кто вылез?!
      — Полагаю, не Скракан, Незеб и Тенсес.
      — Чудовище, какого мы никогда раньше не видели! Страшно подумать, сколько различных тварей таится в астрале.
      — Это был демон? — на всякий случай уточнил я.
      — Похож, но только больше и страшнее! В наших учебниках о таких ничего не говорится… Мы не врем, у нас пятерки по теории! Видно, это какой-то новый вид…
      — Да уж, новость. Нам, в общем-то, и старых вполне хватало.
      — Угу. Что-то мы уже слышали о таком… На Святой Земле, говорят, встречали каких-то новых, невиданных демонов… Нужно сообщить о нем Берлогину. Ух, и вставит он нам за самовольство по самое небалуй!
      «Невиданных демонов» на Святой Земле мы видели своими глазами, и все же сказанное Ершами давало пищу для размышлений. Все эти новые виды как-то слишком уж откровенно намекали на то, что считать демоническую угрозу незначительной было весьма наивно.
      Как ни странно, но до ученых из НИИ мы добрались еще засветло, на что я уже почти не рассчитывал. Нашему появлению никто не был удивлен. Скорее даже нас уже ждали. Лаборантка НИИ Анфиса Думина буднично поздоровалась с нами и указала место, где можно оставить Миражи, чтобы они никому не мешали.
      — Это было вопросом времени. Комитет не любит, когда кто-то что-то делает без их ведома, — произнесла она. — Хотя я удивлена, что за нами прислали Хранителей.
      — Нам сказали, что от вас не было никаких вестей.
      — Мы как раз собирались отправить отчет о ходе нашей работы на Хладбереге. Могли бы и раньше, но во-первых со связью здесь не очень, а во-вторых, не сказать, что мы сильно продвинулись.
      — Вы поддерживаете связь с лигийскими церковниками и охотниками на демонов?
      — С Лигой — нет, а охотники присылали к нам связного. Они считают, что нежить в шахте действует заодно с демонами.
      — Похоже, что они правы.
      — Ну… мы здесь все придерживаемся теории Номарха Низамара о культистах Тэпа, — пожала плечами лаборантка. — Как вы понимаете, никому не хочется спорить с академиком! Однако возникает один вопрос.
      Она вдруг резко остановилась у самой большой палатки и обернулась. Я вздернул брови.
      — Некроманты создают нежить из останков павших, и мы не можем понять, откуда они взяли здесь столько трупов! Конечно, они могли использовать останки шахтеров… Но этого все равно недостаточно! Низамар считает, что на Хладберге есть кладбище народа Зэм, которое и послужило источником материала для культистов. Вот только мы уже обшарили весь аллод, но кладбища так и не нашли. Правда, осталось еще пара мест, куда мы не рискнули заглянуть из-за того, что там водятся тролли.
      — Тролли, огры, цверги, нежить, демоны… Приветливый остров, — хмыкнул Кузьма.
      — Как и большинство в Сарнауте, — кивнула лаборантка и, жестом пригласив меня следовать за ней, вошла в палатку.
      Я тоже шагнул внутрь. Освещение здесь было очень тусклым и глаза не сразу привыкли к темноте. Я слепо сощурился и завертел головой по сторонам.
      — А-а-а, Хранители! А я думал, Комитет Ястребов Яскера за нами пришлет.
      — Вряд ли в этом есть необходимость. Хотя Неферу Уру наверняка придется объясниться перед Комитетом за деятельность сотрудников НИИ. Я капитан Санников.
      — Номарх Низамар. Нефер Ур — величина! Чтобы заставить его объясняться, Комитету понадобятся более веские основания, чем научная командировка кучки ученых.
      К тому моменту мои глаза уже достаточно освоились, и я различил восставшего Зэм, колдовавшего над столом, на котором был разложен скелет.
      — Прохиндей просит поторопиться с помощью в освобождении шахты. Там пропала партия метеоритного железа.
      — О какой помощи может идти речь, когда нет согласия между экспертами?! Когда враг не ясен?! — фыркнул Низамар. — Охотники гнут свою линию, а Церковь Лиги — свою. И никто не хочет признать, что в том, что происходит на Хладберге, замешаны культисты Тэпа!
      — Вы в этом уверены?
      — Посудите сами: кто преуспел в некромантии больше, чем они?
      — А как же появление демонов и клыков, которые разрушают аллод? — вопросом на вопрос ответил я.
      — Да, я знаю, что здесь замешаны демоны, но это ничего не меняет! Культисты Тэпа вполне могли заключить с демонопоклонниками союз!
      — Доказательства этому есть?
      — Я как раз пытаюсь их добыть! — заявил Низамар и многозначительно обвел взглядом лежащий перед ним скелет. — Исследуя кости, я смогу определить магический почерк призвавшего нежить. Уверен, мы наткнемся на следы древних ритуалов магии смерти, которые до сих пор практикуют культисты Тэпа, закосневшие в своей приверженности его учению. Собственно, я не сомневаюсь в своей правоте, но наука требует точности!
      Он склонился над скелетом, рассматривая его сквозь линзу замысловатого аппарата и проводя какие-то магические манипуляции. И судя по всему — увиденное ему не нравилось. Ученый пыхтел, недовольно фыркал и все ниже склонял голову над объектом исследования, будто старался разглядеть что-то незамеченное ранее.
      — Ну что? — не выдержал я.
      — Нет, не может быть! А где характерные для древних ритуалов следы посмертного разложения?
      — Их нет?
      — Э-м-м… кхм… н-да… Этого мертвеца призвали не культисты Тэпа… Некромант, поднявший эту нежить, наш современник! Хотя… может, какой-то новообращенный культист?
      — По-моему, вы начинаете за уши притягивать факты к удобной вам версии, — сухо отрезал я. — Никто не видел на Хладберге культистов Тэпа, зато здесь полно демонов.
      Низамар хотел что-то ответить, но тут с улицы послышалась ругань и мы выскочили наружу. Восставший Зэм громко возмущался и махал руками, привлекая к себе всеобщее внимание.
      — Это Саранг Угун, охотник на демонов, — шепнула мне лаборантка. — Думала, он уже не вернется сюда…
      — В чем дело, товарищ?
      — Ну наконец-то! Хранители! Сами боги послали вас сюда! Простите, но эти ваши ученые похоже тупее даже местных троллей!
      — Я попрошу без оскорблений! — рявкнул Низамар, и мне даже пришлось встать между двумя восставшими, иначе между ними вспыхнула бы драка.
      — Пока вы носитесь со своей идеей про культистов Тэпа и ничего не видите дальше собственного хромированного носа, я сходил на разведку к стойбищу троллей! И знаете, что я там нашел?
      — М-м-м… троллей?
      — Не смешно! Там на берегу лежит разбитый корабль. Хадаганский, между прочим! Он полон ожившими мертвецами. Целая армия!
      — Мертвецов больше, чем живых. Так всегда было и будет, — протянул Назимар. — Но нежить не сама восстает из праха — кто-то ей здесь помогает.
      — Знать бы кто! — откликнулся я и посмотрел на охотника. — Покажете нам это место?
      — Да, но пробраться туда трудно. Вступать в бой с троллями очень сложно, их слишком много. Мне пришлось ползти буквально на брюхе!
      — Ничего, проползем.
      Хотя Номарх Низамар и еще несколько ученых изъявили желание самолично взглянуть на хадаганский корабль, я эту идею сразу же отмел. Если место действительно опасное, то присутствие ученых очень сильно усложнит задачу. Вместо них с нами увязалось еще трое наемников Прохиндея — гибберлинги. Причем женского пола!
      — Да, гибберлинги тоже могут быть наемниками. И гибберлинги-девочки — тоже! И между нами, девочками, говоря, Суровотур нас очень ценит.
      Вообще, опыт мне подсказывал, что из гибберлингов получаются отличные лучники, не говоря уже о том, что их раса предрасположена к магии. И особенно к магии разума! Так что пренебрегать такой боевой единицей, точнее — тремя единицами, не стоило. Но все равно было странно полагаться на мелкие пушистые комки с тоненькими голосами. Как выяснилось, эта троица с троллями уже имела дело, так что от помощи отказываться я не стал.
      — Здесь водятся черные тролли — дикий народ, дети гор! Они нам вечно досаждали еще до того, как началась вся эта катавасия с демонами и нежитью. А теперь тролли и вовсе спятили — нападают почти каждый день. Наверное, решили, что аллод скоро исчезнет и нужно оттянуться на всю катушку, пока они еще живы.
      — Возможно, в чем-то они и правы, — вставил Орел.
      — Скорее всего они так же, как и цверги, считают нас виноватыми в том, что аллод разрушается, — сказал Миша. — Коренные народы этого острова пытаются защитить свою землю, как могут.
      Эти слова вертелись в моей голове всю дорогу до небольшой лесной полосы, где мы оставили Миражи. Дальше пришлось осторожно красться на своих двоих, и поскольку в местные сугробы можно было провалиться с головой, все мысли занимали отчаянные попытки этого не допустить.
      Черные тролли оказались гораздо крупнее, чем те, что мне доводилось видеть до этого. Мы старались пробираться так, чтобы остаться незамеченными, и гибберлинги нам в этом здорово помогли. Задача с одной стороны усложнялась тем, что троллей было много, с другой — упрощалась отсутствием у них ума. И все же мне было понятно, почему никто не горел желанием исследовать эту территорию — толпа тупых великанов с дубинками, вечно голодных и злых, не вдохновляла на подвиги. Мы, изо всех сил стараясь слиться с местностью, буквально просочились по краю берега вдоль гор, где располагались пещеры. Один тролль все-таки нас заметил, но Лиза ввела его в транс, так что боя удалось избежать. С ним одним мы бы конечно справились, но на шум бы сбежались остальные.
      До цели добрались уставшими, хотя путь не сказать, что был таким уж большим. Но глубокий снег и постоянное напряжение высосали все силы. И когда Саранг Угун указал нам на темнеющий остов на краю земли, я даже выдохнул с облегчением. Подбираться слишком близко мы не стали, заняв удачную позицию на небольшой возвышенности, чтобы хорошо все разглядеть.
      — Так близко я не подходил, — произнес Саранг Угун. — Смотрите, какая куча костей! Теперь ясно, откуда на Хладберге столько нежити! Из этих останков опытный некромант без труда смастерит целую армию живых мертвецов.
      — Интересно, где он сейчас?
      — Наверняка сидит в каком-нибудь безопасном укрытии на аллоде. Найти бы этого негодяя и шкуру с него спустить!
      Мертвецов и впрямь было много. И сразу становилось очевидно, что это не просто погибшая команда имперского корабля. Кто-то целенаправленно привез сюда гору трупов. Сам корабль по всей видимости давно вышел из строя — побитый и проржавевший, он точно уже не мог летать, так что прибыл сюда явно не своим ходом.
      — Тележка с трупами? — сказал Орел, когда я озвучил свои мысли. — А где тот корабль, что притаранил сюда эту махину?
      — Возможно, летает дальше по аллодам и собирает материал, — ответил я, сам внутренне содрогнувшись от такой формулировки.
      — Судя по всему — по Имперским аллодам, — добавил Миша. — Тела человеческие и орочьи.
      Я еще раз внимательно посмотрел на нежить. Этот важный нюанс ускользнул от меня при первом осмотре. И если отсутствие гибберлингов можно было объяснить тем, что их тела слишком малы, чтобы представлять угрозу, то отсутствие эльфов вызывало вопросы.
      — Может у них просто крылья отсохли? — предложил Лоб. — Чем еще эльфы от людей отличаются?
      — Эльфийские скелеты выше и тоньше, — пояснил Миша. — Кроме того, эльфийской расе характерно особое строение черепа с высоким лбом и надбровными дугами, которые…
      — Все-все, я понял. Эльфов тут нет, — быстро согласился Лоб.
      Я продолжал скользить взглядом по нежити, стараясь отыскать хоть что-то, что определило бы, кто все эти существа и откуда. На многих были видны остатки одежды, но они почернели и трудно идентифицировались, так что никакой информации это не давало. И все же я вынужден был согласиться, что скорее всего этих мертвецов привезли с имперских аллодов, и если бы Зэм хоронили своих людей не в склепах, а на простых кладбищах, то наверняка мы бы увидели здесь и их.
      — Значит, на Хладберге действует могущественный некромант, и если он прибыл с какого-то имперского аллода… — начал Саранг Угун и оборвал себя на полуслове, покосившись на нас.
      Я мог понять его опасения. Что, если это ни что иное, как попытка Империи отжать у Прохиндея аллод, полный метеоритного железа?
      Возвращались обратно в задумчивом молчании. При чем едва добрались до лагеря ученых, как Саранг Угун сразу покинул нас, решив ретироваться к своим. Я не сомневался, что версия о руке Империи быстро распространится среди охотников на демонов, и даже, наверное, станет основной.
      — Хадаганский корабль, полный трупов людей и орков? — Номарх Незимар потарабанил пальцами по столу, на котором еще недавно лежал скелет. — М-да… Выступления нежити на других аллодах обычно были связаны с культистами Тэпа — эти мерзавцы в последнее время активизировались! Но здесь, кажется, мы действительно имеем дело с каким-то иным противником.
      — У вас есть какие-то мысли на этот счет?
      — Где-то здесь есть сильный некромант, и возможно это подданный Империи…
      — На плато Коба, в аномалиях, я видел множество нежити, которой не управлял никто. На сколько я понял, она поднималась из-за выбросов темной магии…
      — Вот только на Хладберге нет аномалий, как на плато Коба! Если не считать таковыми демоническую отраву, которая распространяется по земле. Нет, здесь совершенно точно действует маг…
      — Вы думаете, он в шахте?
      — М-м-м… я думаю, что вам надо поспать, а мне переосмыслить все. Поговорим утром, уже слишком поздно.
      Предложение мне показалось разумным, правда утром все пошло совсем не так, как я предполагал. Несмотря на холод, выспался я прекрасно, и мне даже снился приятный сон о родном доме. Однако едва я выполз из палатки, вдыхая утренний, морозный воздух и подставляя лицо ослепительному солнцу, как взору предстал хаос, всегда сопутствующий скорому сворачиванию лагеря.
      — Мы немедленно возвращаемся в Империю! — объявил нам Незимар.
      — Я думал, вы собирались помочь Прохиндею вернуть шахту под его контроль, — озадаченно произнес я. — Что-то случилось?
      — Случилось то, товарищи Хранители, что мы с вами рискуем сильно вляпаться. Корабль с нежитью — Имперский, понимаете?
      — Ну и что?
      — Вы уверены, что Комитет Незеба никак не причастен к тому, что происходит на Хладберге?
      — По-моему, еще вчера вы не сильно боялись реакции Комитета на свою деятельность. Как там… Нефер Ур — велична!
      — Не валяйте дурака! Одно дело не посвятить Комитет в свои планы, и совсем другое — напрямую перейти ему дорогу! — Незимар помолчал немного, а потом вдруг произнес: — Знаете, капитан Никита Санников, я ведь слышал о вас.
      — Вам наврали.
      — Не шутите, товарищ. Я слышал о вас… слухами Сарнаут полнится. Вы тот самый капитан под протекторатом самого высшего руководства. Вероятно, вы можете себе позволить быть смелым и свысока смотреть на тех, кому не так повезло. У меня таких привилегий нет.
      С этими словами Незимар развернулся и зашагал прочь, оставив меня пребывать в глубокой задумчивости. В чем-то он был прав, с этим трудно не согласиться. Пока Яскер проявляет ко мне интерес, Рысина вряд ли решится на радикальные меры, но стоит ему отвернуть от меня свой взор, Комитет сотрет в пыль даже память обо мне.
      — Лицемеры! Обещали помочь, а сами эвакуируются со своей научной экспедицией! Позор! Академик боится Комитета Незеба! Думаете, я ничего не понимаю? Как выяснилось, что корабль хадаганский, так сразу и струхнул. Решил, что это комитетчики собираются наложить лапу на мою шахту. А с Рысиной ему бороться не с руки.
      Я даже и не предполагал, что от одного гибберлинга может быть столько шума. Прохиндей бушевал так, что тряслись стены его круглого жилища. Номарх Незимар со своими сотрудниками даже не посчитал нужным попрощаться, прибыв в порт и сразу поднявшись на борт ближайшего имперского корабля.
      — От лигийцев и охотников на демонов есть вести? — спросил я.
      — Церковники могут говорить только высокие и громкие слова! Вот только за ними ничего нет! Единственное, чем Скрижалов готов помочь, — это благословением. Прислал какой-то ковчег со святой землей из разрушенной столицы Лиги. Это его личная святыня! Скрижалов уверяет, что здесь какая-то магия, которая отпугивает демонов. С паршивой овцы хоть шерсти клок!
      — А охотники?
      — Думаете, они поспешат ко мне на помощь, как обещали? Как бы не так!
      — Чем они это мотивируют?
      — Морозный пик атакуют демоны, и поэтому они не могут никого выделить мне для зачистки шахты. Не хотят распылять силы, Охотнички! Скорее всего, тоже думают, что нежить в шахте — это дело рук Империи, и не хотят вмешиваться! «Мы вне политики!» — передразнил Прохиндей. — Лицемеры! Метеоритное железо нужно всем, а как запахло жареным — так все от меня сразу отвернулись!!!
      — Не все, — произнес я. — Кажется, у меня есть план.

Глава 26

Глава 26. Атака местных жителей

    Это была уже не первая битва, за которой мне приходилось наблюдать со стороны, хоть и в непосредственной близости. Для осуществления моего безумного плана нужны были мистики и некроманты, и если с первыми вопрос решился легко, то нехватка вторых ощущалась остро. Но даже в условиях дефицита нам удалось сыграть на желании местных жителей спасти разрушающийся аллод: приманками в виде нежити, гипнозом, танцами и бубнами, но мы все же сумели затащить толпу троллей, огров, цвергов, и даже белых медведей с рысями в шахты. Кто бы ни призвал на Хладберг демонов, и кто бы ни поднял всю эту нежить, он, должно быть, не ожидал такой массированной атаки сразу со всех сторон.
      Организовать это было и легко, и сложно одновременно. Огры жили довольно близко к шахтам, так что нескольких мертвецов, маячивших у них перед носом как назойливые мухи, хватило, чтобы они бросились за ними до самой шахты всем скопом. Троллей пришлось вести от самых гор, и это задача оказалась непростой, потому что спускаться они не очень-то хотели даже ради того, чтобы объяснить наглым пришельцам, кто тут настоящий хозяин острова. Пришлось их хорошенько позлить, потом удирать от них со всех ног, а затем еще заставить спуститься в шахту, для чего дразнящих мертвецов было недостаточно. Хорошо, что их вожак легко поддавался гипнозу.
      С цвергами каким-то немыслимым способом удалось просто договориться, но все же получить именно это подкрепление было самым тяжелым. Мелкие, дикие и злые, они практически не вели диалогов ни с какими народами, хотя владели языком и даже имели что-то вроде собственной культуры. Но вероятно Прохиндей как-то исхитрился донеси до них мысль, что все зло, постигшее их аллод, идет из шахты. И их помощь неожиданно оказалась чуть ли не самой действенной, потому что медведей и рысей заманили под землю именно они.
      Несколько волн разъяренных диких зверей, нападающих на все, что движется, здорово облегчили нам задачу. Точнее не нам, а троллям и ограм, которые отправились за ними следом добивать все, что двигалось менее усердно и осталось незамеченным. Нам же оставалось только тащиться позади, укрываясь за этим живым щитом, и стараться не попадать воющим сторонам под руку. Тактика может и не очень геройская, но война на Святой земле способствовала ускоренному взрослению и расставанию с иллюзиями о славных подвигах на поле брани. Нас было слишком мало, чтобы справиться с нежитью и демонами без посторонней помощи. А после того, как мы втянули в битву за шахту всю живность Хладберга, нам самим уже и не осталось места, потому что тролли и огры дрались не только с «правильным» противником, но и между собой. Нас бы они и вовсе затоптали. С другой стороны, как философски заметил Орел, здесь столько рысей и медведей, что данное мероприятие можно считать удачной охотой с обилием дичи, так что тролли и огры еще должны быть нам благодарны. Не то, чтобы я был с ним согласен, но мысль мне понравилась.
      Сейчас мы вдвоем удобно сидели за вагонетками в одной из штолен шахты, откинувшись спинами о мерзлую стену и лениво поглядывая за боем огров и нежити в большой пещере. По-началу, едва спустившись вниз, мы конечно вели себя куда более скромно: осторожно передвигались по холодным, темным коридорам, внимательно следя за происходящим и по возможности контролируя процесс. Я не выпускал из рук меч и каждую секунду был готов кинуться в бой, но теперь воюющие стороны были разъярены и заняты друг другом настолько, что справлялись и без нашего участия. Это было похоже на все больше разгорающийся пожар от простой спички, брошенной в сухую траву. Ни мы, ни наемники даже не пытались вмешаться — все просто старались подыскать себе удобное место для наблюдения и не привлекать к себе внимания, благо, очередная стычка произошла не в узком тоннеле.
      Лиза с Мишей взобрались на высокий каменный выступ и азартно швырялись сверху проклятиями в самую гущу боя. Я даже подумал, а не залезть ли мне туда же? Магией я не владею, но хоть камешками вниз покидаюсь, но потом решил не нарушать их волшебную идиллию. Орел экономил стрелы, да и видимость, несмотря на огненные вспышки магии, была слабоватой. Матрена где-то позади оказывала помощь минотавру, умудрившемуя огрести от медведя. Лоб и вовсе уселся за каменной насыпью играть с наемниками в карты, периодически вытягивая шею и выглядывая из укрытия, чтобы узнать, как там дела на передовой.
      — О тяжелой Хладбергской битве, где мы героически сражались за шахту не жалея себя, будут слагать легенды! Наш подвиг останется в веках…
      — Шутки шутками, Орел, но Суровотур уже просил не рассказывать никому, как мы тут страдаем за дело Прохиндея. Кажется, наемники хотят стрясти с него приличную плату за свой «подвиг».
      — Интересно, а мы стрясем какую-нибудь медальку со своего командования?
      — Сомневаюсь. Нам только выговор с занесением в личное дело… Особенно, если Прохиндей решит сворачивать удочки и поставки метеоритного железа в Империю прекратятся. «Я всего лишь одинокий торговец и не умею воевать!» — передразнил я гибберлинга тоненьким голоском.
      — Я думал он распускал слухи об эвакуации в надежде, что Империя или Лига придут на помощь.
      — Да. Только на словах все готовы помочь, а в результате откупаются святынями! Хотя… Лигийские церковники передали какой-то там артефакт с магией Света. Он и в самом деле помог отпугнуть демонов от шахты. А охотники на демонов сейчас борются с нашествием у Морозного пика — прикрывают нас от удара в спину.
      — Ну, а от лица Империи здесь торчим мы. Что ж, каждый внес свою лепту.
      — Честно сказать, меньше всего мне хочется находиться здесь, — произнес я задумчиво, и Орел поглядел на меня, удивленно задрав брови.
      — Из-за того шамана, который потомка Великого Орка ищет? Как там его…
      — Курган.
      — Я видел, что вы разговаривали сегодня утром. Что он тебе сказал? Опять пел, что ты «избранный» и должен спасти их народ?
      — Спасение их народа может дорого обойтись Империи.
      — Раньше ты считал по-другому.
      — Я был молод и глуп.
      — Хорошо, что сейчас твои виски покрыла седина, а в глазах плескается мудрость прожитых лет.
      Я ухмыльнулся, но все же задумался о том, как все-таки сильно война меняет ориентиры. Полночи мы разрабатывали план спасения шахты и поспал я совсем мало, поэтому радостные откровения Кургана с утра пораньше оказались на редкость неуместными. Но он весь горел от возбуждения, так что мне пришлось его выслушать.
      — Сколько времени было потрачено на поиски! Надежда то угасала, то вновь разгоралась. Мы нашли трех потомков Легендарного Орка. Двое из них погибли, но одна — Жало Степных — исчезла. Именно ее мы и искали! А ведь она демонстрировала удивительные для орчихи способности к некромантии! Верховный Шаман лично поручил мне найти ее, и я пошел по следу, который привел меня на Хладберг. И вот она найдена! Мой сон оказался вещим! Я был избран духами Великих Предков, чтобы разыскать ее! Сколько препятствий пришлось преодолеть на пути к цели… Империя ставила нам палки в колеса и настраивала против нас остальных орков. Они отвернулись от шаманов, стали считать нас фантазерами и смутьянами. Но мы знали, что только потомок Легендарного Орка сможет помочь нам обрести независимость. Мы не сдавались, и вот она — заслуженная награда!
      Я тряхнул головой, чтобы развеять образ шамана перед глазами. Курган напросился с нами, но всю дорогу я старался держаться от него подальше. В свободу орков я не верил. И эта карма «избранного», которая похоже все еще преследовала меня, начала здорово тяготить.
      — Помнишь ту орчиху с шахты на дне Мертвого моря, которая подняла нежить, чтобы защититься от нализавшихся соли шахтеров? Жало Степных.
      — Помню… Не-е-ет, нет-нет-нет, только не говори мне, что вот это вот все — ее рук дело!
      Я пожал плечами.
      — Не знаю. Но Курган утверждает, что она сейчас где-то здесь — так сказали ему души рысей. Ну знаешь, эти их шаманские ритуалы…
      — Да ну… бред какой-то. Зачем ей это? Да и откуда у нее столько силы? Здесь же целая армия! Орчиха на такое не способна.
      — А вот Курган с тобой не согласен. У него есть письмо для нее от Верховного Шамана. Он думает, что это изменит ее судьбу. Изменит судьбу мира!
      — Поэтому Курган поплелся с нами? Надеется ее найти?
      — Ага, — кивнул я. — И у меня есть нехорошее предчувствие, что я ему в этом невольно помогу. Эти потомки Великого орка ко мне как приклеились! Сидел бы лучше Курган дома и думал, как помочь собратьям не терять духа перед лицом опасности.
      — Это ты про ту наемницу, которая струсила и сбежала с шахты? — хохотнул Кузьма. — Можешь за нее не переживать, Лоб сегодня полночи возвращал ей веру в себя. Видал, довольный какой сидит?!
      Я вытянул шею и посмотрел на Лба, правда увидел только его сгорбленную над импровизированным столом спину.
      — По-моему, он там позорит честь мундира и проигрывает.
      — Ну все правильно, кому в любви везет, тот в карты уже не побеждает.
      Я снова ухмыльнулся. Правда тут же погрустнел, подумав о Веронике. Следуя этой логике, я бы наверное сейчас мог стать карточным чемпионом.
      — Какая она? — вдруг спросил Орел.
      — Кто?
      — Ну та, по которой ты сохнешь?
      — С чего ты взял?
      — Да ладно, у тебя на морде лица все написано. Ты после «Приюта Старателя» сам не свой… Красивая кладоискательница? Стройная фигура, длинные волосы, шоколадные глаза, пухлые губы, загар…
      — Зеленые. У нее зеленые глаза. Пора заканчивать привал, нежить отступает вглубь шахты.
      Под организованным натиском жителей Хладберга нежить устоять не могла. Так, практически не прилагая усилий, мы продвигались все глубже, однако подземные коридоры разветвлялись, и нам приходилось разделяться, что мне очень не нравилось. Упустить некроманта не хотелось, но и встретиться с ним без поддержки — тоже. В конце концов с нами осталось всего двое наемников, остальные свернули в другие тоннели.
      Теперь мы уже продвигались со всеми мерами предосторожности. Я крепко сжимал в руках меч и прислушивался к звукам. Где-то впереди дрались огры, создавая много шума, разлетевшегося эхом по лабиринту шахты, но мы все равно не упустили момента, как на нас напали сначала медведи, которые правда быстро ретировались в сторону выхода, а потом и нежить. Мертвяков было не слишком много, но после того, как мы с ними разобрались, установилась подозрительная тишина. То ли огры ушли так далеко вперед, что мы перестали их слышать, то ли их кто-то остановил.
      С этого момента мы не просто крались вглубь. Мы ползли, как партизаны в окружении врагов. Когда Лиза прошептала, что «слышит» мысли неизвестного мага, я не удивился.
      — И он о нас знает, — добавила она уже в полный голос и поднялась на ноги, потому что скрываться дальше не было смысла.
      Я, набрав в грудь побольше воздуха, шагнул вперед первым. Длинный темный тоннель закончился еще одной пещерой, по стенам которой как солнечные зайчики скакали голубые блики — свисающие сверху сталактиты из-за них казались живыми, извивающимися змеями. Это светилось метеоритное железо, которого здесь было действительно много. Богатая шахта. Но больше всего меня поразила нежить, которая не нападала на нас. Мертвецы старательно орудовали кирками, отколупывая светящийся минерал и складируя его в центре пещеры. При нашем появлении своего занятия они не прекратили.
      — Товарищи Хранители, какая встреча! Кажется, мы уже виделись с вами, лейтенант?
      — Капитан, — сухо поправил я. — И я велел тебе сидеть в Сухих Водах и ждать моего возвращения, Жало.
      — Чтобы отвести меня к Коловрату? Ха!
      Она изменилась. Ее сложный наряд из кожи, украшенный множеством металлических подвесок, светящихся изнутри зеленым светом, больше походил на одеяния Зэм, магический посох в ее руках явно был сделан искусным мастером. Да и в целом она уже не производила того впечатления легкомысленной девицы, перепуганной восстанием на шахте. Передо мной была орчиха, уверенная в своей силе и правоте.
      — Зачем ты это делаешь?
      — Я всегда чувствовала, что мне уготована великая цель. И вот однажды настал день, когда я узрела истину.
      — Какую еще истину? Ты в своем уме?!
      — Она проста — Сарнаут должен быть уничтожен! Теперь это в моих силах! Мой Учитель не только открыл мне глаза, но и обучил своему искусству Высшей Магии!
      — Ты больна, Жало. Тебе нужна помощь. Прикажи нежити отступить, и я помогу тебе. Здесь находится шаман орков, который давно тебя ищет, у него письмо от Коловрата…
      — Я вижу, что ты считаешь меня безумной, как считаешь безумными и моих соратников. Но поверь: во всем Сарнауте нет никого разумнее нас. Ты даже не представляешь, что за сила стоит за мной!
      — Тогда расскажи мне, мы как раз никуда не торопимся…
      — Очень скоро нежить уничтожит все метеоритное железо в шахте, и Хладбергу придет конец! И это только проверка моих возможностей. Близок день, когда астральные клыки пронзят твердь всех аллодов. А армии мертвецов будут плясать на ваших могилах. Любые обещания Коловрата в письме — это пыль, грязь! Можешь порвать его на клочки! Как вскоре будет разорван на клочки весь этот лживый мир. А начну я с того, что порву в клочья тебя — как любого наглеца, что осмелится бросить мне вызов!
      И в этот момент вся нежить бросилась на нас. Какую-то часть смел Миша огненным шаром, кого-то отшвырнула Лиза, Орел принялся стрелять с такой скоростью, что за движением его рук невозможно было уследить, Лоб таранил наступающих противников своим щитом, наемники махали топорами, я — мечом, а Матрена укутала нас магией Света. И все же мертвецов было слишком много. А их тупость компенсировалось не только количеством, но еще и тем, что они не чувствовали боли, так что если мне удавалось отрубить мечом какую-нибудь часть тела противнику, это вовсе не значило, что его атака сразу же прекращалась. Нас зажимали в угол, лишая пространства для маневра и отступления.
      — Держитесь, помощь уже близко! — крикнула Лиза.
      Держаться, однако, становилось все тяжелее. Нескончаемая толпа нежити перла на нас с убийственной неотвратимостью и деться от нее было некуда: позади щетинилась острыми гранями каменистая стена. Мы огрызались, как могли, но перевес был не на нашей стороне. Я старался сохранить холодный рассудок и придумать, как добраться до спасительного тоннеля. Нужен был какой-то отвлекающий маневр, но хохот Жало, разносящийся над головами, выводил меня из себя и мешал сосредоточиться. Я уже готов был предложить Михаилу шарахнуть проклятием по потолку, чтобы обрушить его, невзирая на то, что это слишком для нас опасно, как вдруг смех орчихи перешел в визг. А вот и обещанная Лизой помощь.
      Слишком занятая нами, Жало не заметила, как из бокового тоннеля вывалились потерянные нами огры. И хотя нежить сразу бросилась на защиту хозяйки, сделать она уже ничего не успела: один взмах дубинкой, и от последнего потомка Великого Орка осталось лишь кровавое месиво, размазанное по камням. В эту же секунду вся нежить рухнула, как подкошенная и стало очень тихо. Даже огры растерянно замерли, не понимая, почему противник улегся на землю и перестал оказывать сопротивление.
      — Тихо, спокойно отступаем без резких движений… — произнес я, отгоняя мысли о Жале. Сейчас было не до нее.
      Лиза загипнотизировала самого здорового огра, который по всей видимости был вожаком — во всяком случае диаметр его брюха поражал даже самое богатое воображение. Мы попятились прочь из пещеры и, едва оказавшись в тоннеле, рванули из шахты со всех ног, молясь, чтобы нам на встречу не выскочили все те, кого удалось сюда с таким трудом затащить. После того, как нежить пала, взбешенные тролли и огры наверняка обратят свой взор на нас.
      От кинувшихся за нами убийц Жало Степных сбежать удалось. Зато мы снова нарвались на медведей. К счастью, почти сразу показались и тролли, так что медведи из охотников тут же превратились в жертву. Мы, как более мелкая добыча, были троллям не так интересны, так что, получив шанс ретироваться под шумок, радостно им воспользовались.
      — Что ты там говорил о тяжелой Хладбергской битве за шахту? — крикнул я Орлу, запыхавшись от быстрого бега. — Наш подвиг останется в веках?
      — Ага, если о нем будет кому рассказывать потомкам.
      Тоннели стали казаться совсем нескончаемыми. Они словно бы удлинились в несколько раз! Эхо скакало между стен, и невозможно было понять, наши это шаги, или чьи-то еще. Конечно, где-то в боковых коридорах есть еще другие наемники, которые тоже наверняка поспешили на выход после произошедшей смены обстановки в шахте, но с тем же успехом нас снова могли настигнуть и менее дружественные товарищи. И когда вдалеке наконец забрезжил свет, я даже на секунду не замедлил шага — так хотелось покинуть это место.
      Не передать словами, как было приятно выбраться из затхлых подземных коридоров на свежий воздух, под яркие лучи солнца! Глаза сразу начали болеть и слезиться от ослепительной белизны вокруг. Нас встретили наемники, оставшиеся охранять вход, и вместе с ними мы залезли на высокую насыпь отработанной руды и, радостно вдыхая жгучий мороз полной грудью, принялись наблюдать за шахтой.
      — Кабы теперь не пришлось оттуда выкуривать огров и троллей, — посетовал один из наемников.
      — Вряд ли вам это понадобится, — не разделил его горестей Миша. — Эти виды не живут под землей, так что наверняка вскоре сами вернутся в свои жилища.
      — Они не живут под землей, потому что там им жрать нечего. А сейчас в шахте полно мяса медведей и рысей!
      Все дружно начали спорить о том, кого придется выгонять из драгоценных владений Прохиндея, а кто уйдет добровольно. Мои же мысли занимала лишь Жало Степных и то, что она сказала перед смертью, но обсудить это с друзьями я не мог, пока рядом находились посторонние уши. С нами теперь еще и оказалась та самая орчиха, испугавшаяся нежити и искавшая помощи у Кургана. Я бы ее не узнал, если б она не принялась тут же строить глазки Лбу.
      Первыми из шахты вылетела группа наемников во главе с Суровотуром, преследуемая троллями. Смотреть с безопасного места, как бодро они удирают, было где-то даже азартно. Мы повскакивали с мест, махая им руками и призывая к нам. Следом за ними сразу показался Курган в сопровождении двух больших рысей, которые на него почему-то не нападали. Я уже понимал, что от разговора с ним мне не отвертеться. Третий и последний потомок Великого Орка мертв, и я снова стану тем, кто сообщит эту печальную для шаманов весть. Меня тяготило это, но прятаться от Кургана, избегая встречи, я не собирался.
      — Вся нежить пала! Разом! Это означает, что поднявший ее некромант мертв! — воскликнул он, едва взобравшись на наш наблюдательный пост и вперив острый взгляд именно в меня. — Скажите мне правду!
      — Да, он мертв, — сказал я.
      Суровотур удовлетворенно кивнул, а Курган шагнул ко мне, и на секунду показалось, что он хочет схватить меня за плечи и хорошенько встряхнуть.
      — Здесь, на Хладберге, должны сбыться мечты моего народа!..
      — Мечты вашего народа так и останутся мечтами, — сказал я не без сочувствия. — Вы были правы, нежить подняла Жало Степных. Но огры оставили от нее лишь мокрое место. Все произошло очень быстро.
      — Не может быть…
      — Мне жаль, но она не собиралась присоединяться к вам. Я сказал ей про письмо от Коловрата, но…
      — Как же так? Ведь был же сон, Духи Предков шептали мне об удаче! Поиски были закончены, и сердце мое пело… Я не могу поверить… Надо вернуться назад, я должен увидеть ее тело… должен удостовериться… — забормотал Курган.
      Я не стал спорить, все равно Кургана не переубедить — он пойдет ее искать в любом случае. На него было жалко смотреть. Орк как будто постарел за несколько секунд на пару десятков лет, которые тяжелым грузом легли на его плечи. Сгорбившись и ссутулившись, он уставился пустым взглядом перед собой.
      — Горе шаманам! Горе всем оркам! Наши надежды снова разбиты… — причитал он, выдергивая клоки волос из своей бороды.
      — Как и мои! Когда ты займешься моей просьбой? — встряла орчиха, оторвавшись наконец от Лба. — Ты обещал провести ритуал Силы Духа!
      — Ритуал, — поморщился Курган и с раздражением посмотрел на наемницу, будто она помешала ему заниматься каким-то очень важным делом. — Доверчивым простакам иногда достаточно внушить, что колдовство поможет! Потрясти бубном, прокричать непонятные слова… Я мог бы одурачить и тебя, но не хочу! Настроения нет с тобой возиться.
      — Но…
      — Что твои жалкие проблемы по сравнению с горем, которое постигло всех орков? Просто найди себе мужа и успокойся! — рявкнул он и, круто развернувшись, зашагал в сторону поселка шахтеров в гордом одиночестве.
      — Выходит, правду говорят: «Не верь шаману! Шаман правды не скажет!». Не орки вы, а волки позорные! И бесчестие мое останется теперь со мной на всю жизнь! — завопила наемница ему вслед, но тот даже не обернулся.
      — Ты бы крича-а-ала об этом поменьше, никто бы и не знал, — метко вставил Суровотур.
      — Я знаю — и этого достаточно! Что же мне делать? Остается только кровью смыть позор! Да, это самый верный выход — пойду и буду бить нежить, пока не лягу костьми!
      — Нежить пала вместе с некромантом, но ты можешь отправиться бить троллей и огров…
      Через два часа из шахты все еще появились не все наемники, и Суровотур принял решение отправиться на их поиски после небольшого отдыха. Но мы — я и мои друзья — уже не будем принимать в этом участия. Свой долг мы выполнили, остальное нас не касалось.
      Сигурд Прохиндей, едва заметил нас издали, лично выскочил встречать, смешно проваливаясь в снег своими маленькими ножками.
      — Ну что? Что творится в шахте? Мне праздновать победу или собирать вещи? — вопил он прямо на бегу. — Если нежить победила, нам остается только бежать!
      — Нежити там больше нет, — заверил я. — По крайней мере — пока. Поднявший ее некромант — мертв, и цели его остались неясными, так что метеоритное железо, можно сказать, в безопасности. Я сообщу своему командованию об имперском корабле, полном мертвых людей и орков. Они должны быть возвращены на родину и похоронены как положено. Очень прошу не предпринимать попыток избавиться от них самостоятельно!
      — Надеюсь, их заберут как можно скорее, пока сюда не прибыл еще какой-нибудь некромант! — с волнением ответил Прохиндей. — Нежить покушалась на железо, от которого зависит не только мое благосостояние. Благодаря ему аллод еще не поглощен астралом! А держать своего Великого мага не по карману даже мне…
      — Империя позаботится о своих гражданах, можете не беспокоиться.
      — Ох, наконец-то шахта очищена… Шахтеры вернутся под землю, поставки железа возобновятся, и я снова начну получать свои денежки! Ура! Просто не верится, что жизнь вернется в прежнее русло. Еще осталось разобраться с этими клыками, но думаю, что охотники на демонов справятся.
      — От них есть вести?
      — Да! Они отогнали этих мерзких астральных тварей от моих берегов! Не знаю, правда, надолго ли… Но главное, что шахта снова начнет работать! Все складывается просто чудесно! Я напишу благодарственное письмо Елизавете Рысиной за оказанное мне внимание!
      Я не стал говорить, что мы относимся к другой структуре, и просто кивнул. Вряд ли Командору Бешеных нужны благодарности от Прохиндея.
      Назад в Империю мы возвращались в этот же день поздним вечером. Я словил себя на мысли, что покидаю Хладберг с некоторым сожалением. Командировка на этот холодный аллод получилось короткой, но насыщенной событиями, и все же мне понравилось рассекать на Мираже по сугробам и наслаждаться настоящей зимой. Так что я был не против задержаться здесь еще. Но долг не ждет.
      Подробный отчет о случившимся я отправил в Незебград сразу же, едва корабль пересек границу Империи. Дожидаться, пока он пришвартуется к какому-нибудь аллоду, мы не стали, ведь у нас были персональные телепортаторы, а национальная телепортационная сеть работала практически на всей территории государства. Попрощавшись с командой грузового судна, мы отправились в столицу прямо с его борта, и через секунду очутились среди старой, доброй Незебградской жары.
      Я наивно надеялся, что мне придется держать ответ перед своим командованием. Но нет. Не успел я сойти с площадки телепорта, как мне вручили повестку, согласно которой я должен явиться в Незебград очам главы Комитета Незеба. При чем времени на подготовку у меня оставалось не очень много — Рысина ждать не изволила.
      По Оку Мира соскучиться не успел. Казалось, что только недавно я покинул его стены, как снова сердце страны встречало меня своей извечной суетой и торжественностью. До отделения Комитета долетел максимально быстро, внутренне готовя себя к тому, что меня все равно остановит посыльный Верховного Шамана орков. Но Коловрат и этот мой визит оставил без внимания.
      Елизавета Рысина ждала меня в той же большой комнате, похожей на читальный зал библиотеки, где я когда-то разговаривал с ней о Посохе Незеба, впервые попав в Око. Сейчас здесь было пусто, лампы горели вполсилы, так что помещение находилось в полумраке и казалось сонным.
      — Я ознакомилась с благодарственным письмом от Прохиндея, — донесся ее голос сразу, как только я вошел.
      — Здравия желаю, — поздоровался я, отыскав ее глазами — Рысина сидела за одним из столов вполоборота, постукивая пальцами по пустой столешнице.
      — Он очень тебя хвалит, — продолжила она, не ответив на приветствие. — А ко мне вчера поступила докладная записка от Номарха Низамара. Он также отмечает твои заслуги. Хотя я так и не поняла, почему он решил свернуть экспедицию на Хладберге.
      — По-моему, он испугался неких планов, о которых ему неведомо, — сказал я, подойдя ближе и замерев перед ней.
      — Ох уж эти ученые — всюду им чудятся происки нашего Комитета! Впрочем, теперь это уже неважно! Главное, что Хладберг свободен от нежити и поставки метеоритного железа возобновились. Но праздновать рано. Мы уже отправили туда корабли, чтобы забрать и упокоить своих граждан. Однако эта история требует отдельного расследования… Хм… Орчиха-некромантша? Полагаю, вы, капитан, сообщили нам не все.
      — Это была Жало Степных.
      Рысина тихо выругалась сквозь зубы, и ее пальцы начали отстукивать по столу более быстрый ритм.
      — Я так и знала! Она точно мертва?
      — Да, и огры позаботились, чтобы ее невозможно было воскресить… Последний потомок Великого Орка. Угроза, я так понимаю, полностью сошла на нет.
      — Хоть одна хорошая новость, — фыркнула Рысина.
      Я помолчал немного, борясь сам с собой, но все же произнес:
      — Вихря Степных убили вы?
      — Его убили лигийцы, когда десантировались на остров Дозорный, — не повела она и бровью. — Вы же служили вместе. И вы тоже были там, когда к острову пришвартовался подбитый лигийский корабль. Так что все произошло на ваших глазах.
      — Да, тогда погибли наши ребята… но только один Вихрь оказался с отрубленной головой.
      — Очень печальное стечение обстоятельств, — пожала плечами она. И если это действительно Комитет под шумок лишил Вихря возможности воскреснуть, то Рысина никаких угрызений совести по этому поводу явно не испытывала. — Давайте-ка лучше вернемся к Жало. Меня несколько смущают ее последние слова, если, конечно, вы точно их передали. О каком учителе она говорила? Что за сила за ней стоит? И зачем этой силе уничтожать Сарнаут?
      — Этим она с нами не поделилась.
      — Сам как считаешь?
      — Может, она имела в виду Гурлухсора? — предположил я. — Он мог научить ее многому, пока еще был жив. Ее нежить действовала заодно с демонами, а он возглавлял демонопоклонников на Святой земле, все сходится.
      — Гурлухсор хотел подчинить Искру Тенсеса и лишить нас бессмертия. Это еще укладывается в рамки логики… Но уничтожать аллоды?! Это безумие.
      — Возможно, они и есть безумцы. Во всяком случае Жало производила именно такое впечатление.
      — А вдруг у всего этого есть какой-то более глубинный смысл, которого мы пока не понимаем? — протянула Рысина. — Но может быть историки прольют свет на происходящее.
      — Вы их всех уже переловили?
      — Большинство смылось в неизвестном направлении. Но операция Комитета по поиску этих мятежников успешно завершена. Моим сотрудникам удалось выйти на одного из них — библиотекаря из народа Зэм. От него мы получили точную информацию о том, где скрываются оставшиеся члены фракции. Далеко же их занесло! Их аллод расположен вдали от обычных астральных путей. Отличное убежище. Историки вряд ли ожидали, что мы сможем найти его. Но Комитет Незеба знает свое дело.
      — И… вы полетите за ними?
      — Конечно. Они скрываются на аллоде Авилон, где живет племя авиаков — это такой странный крылатый народ. Вообще-то, мы уже послали туда судебных исполнителей с санкцией на арест. Однако корабль пропал, и я опасаюсь, что с ним что-то случилось. Командор Бешеных собирается отправить туда три военных корабля с пятью отрядами Хранителей, если никто не выйдет с нами на связь до завтра.
      — За пропавшими учеными из НИИ на Хладберг вы отправили одну группу грузовым судном, — удивился я столь решительным мерам.
      — В отличии от ученых из НИИ, которые просто не посчитали нужным подавать признаки жизни, судебные приставы обязаны выходить с нами на связь. И если этого не происходит, значит произошло худшее. Этим делом занимается Командор, но вряд ли я ошибусь, если скажу, что вы окажетесь в числе спасателей. Штурм не оставит без дела своего любимчика.
      Рысина не ошиблась. После разговора с ней никто больше не ждал меня на аудиенцию, и я спокойно покинул Око Мира, но по месту временной прописки меня уже ждал приказ из военкомата — сидеть на стреме и быть готовым в любой момент выдвинуться на новое место дислокации. Куда, указано не было, но я знал, что речь идет об Авилоне. И эта командировка обещала быть более жесткой, чем Хладбергская. Это же подтверждали весьма агрессивный вид трех ощетинившихся оружием, как ежик иголками, кораблей, готовых к вылету, и хмурые лица пяти отрядов Хранителей, как и мы явившихся на следующее утро в Незебградский порт согласно новому приказу командования. Это означало, что корабль судебных исполнителей так и не вышел на связь. А ведь он тоже был военным и мог дать достойный отпор в случае атаки! Оставалось надеяться, что трех кораблей хватит, чтобы справиться с проблемой, которая оказалась не по зубам одному судну, и наш полет — это не дорога в один конец.

Глава 27