Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
Автор: risovalkin
Глава 20. Предсказание Имхотена
Лигийский корабль я видел не в первый раз — однажды мне уже довелось побывать на подобном, когда я гнался за канийским витязем, похитившим телепортатор. Тогда у меня не было времени все рассмотреть, зато сейчас я отметил, как сильно «Рука Тенсеса» отличается от привычных имперских судов. Первое, что меня поразило, — лигийский корабль оказался почти полностью из дерева! Трудно было даже представить, сколько лесов уходит на постройку их флота. В Империи древесина — материал не из дешевых, но в Лиге, видимо, дело обстоит несколько иначе. Вторым удивительным открытием стало то, что вместо сравнительно небольших лопастей над кораблем раздувались настоящие паруса, вызвавшие во мне противоречивые чувства. Хоть это и было еще одним доказательством отсталости лигийской науки, я не мог не отметить, что в том, как от порывов астрального ветра синхронно вздымаются гигантские полотна, есть что-то необычайно притягательное. Прямые, вытянутые имперские корабли, с изящными лопастями на корме, вызывали ассоциации со стрелой. Лигийский корабль с округлыми бортами и высоко поднятыми парусами казался мне похожим на шарик. Но он был все-таки красив, как я ни пытался убедить себя в обратном.
— Это какое-то сумасшествие! Надо дождаться помощи и захватить лигийцев без потерь с нашей стороны…
— На корабле адмирал, голова которого напичкана важными сведениями. Мы должны схватить его раньше, чем он заберет их с собой в астрал, — сказал я.
— Надеюсь, эти сведения того стоят… Посмотри, сколько убитых! — Матрена полным отчаяния взглядом окинула берег возле корабля, где бездыханные тела имперских солдат лежали вперемешку с лигийскими. Имперцев, правда, было больше.
— Их оживят. Жрецы Триеди… — слова застряли в горле, когда я увидел орка с отрубленной головой. Ему уже не поможет Триединая Церковь, надежды на воскрешение больше нет.
Мне нужно было со всеми остальными продвигаться к кораблю, но я, не в силах оторваться от убитого, сделал шаг к нему и присел на корточки. Неужели он показался десантникам Лиги таким опасным противником, что они отрезали ему голову? Я протянул руку к солдатскому жетону, валяющемуся рядом с телом. На нем было выгравировано имя — Вихрь Степных.
— Это же потомок Легендарного Орка! — вырвалось у меня.
Бедняга, так и не успел добраться до Незебграда — его бросили в котел войны, где он и сгинул навсегда.
Наши солдаты к тому времени сумели прорваться на корабль, и там завязался бой. Когда я ступил на деревянную палубу, в моей памяти ожил «Непобедимый» и все те, кто так и не долетел на нем до Незебграда. В тот раз мне не пришлось спускаться вниз, и я не видел лигийский корабль изнутри. Но сейчас, быстро промчавшись мимо сражающихся, я в несколько прыжков преодолел деревянную лестницу с красивыми, резными перилами. Здесь тоже было шумно — штурмовики, спустившиеся раньше меня, начали выламывать все двери, но натолкнулись на серьезное сопротивление и уже пятились назад, теснимые лигийскими диверсантами. Я нырнул в боковой коридор и, толком не имея представления, куда идти, просто побежал вперед. За мной кто-то кинулся следом, заставив меня резко обернуться и отпрянуть в сторону, но это были свои.
— Надо найти капитанский мостик! — крикнул хадаганец из Синих и тут же упал замертво — его пронзила стрела.
Из комнаты за высокими красивыми дверями — конечно же, из дерева — высыпалась группа лигийцев, и хотя я твердо вознамерился не ввязываться лишний раз в бой, а целенаправленно искать вражеского командира, мне пришлось обороняться. Нас оказалось немного больше, но мы уступали мастерству опытных лигийских вояк. Сначала я, активно орудуя мечом, не обратил внимания на высокого канийца в сияющих, как золото, доспехах со знаками отличия. А вот он, похоже, сразу заметил меня. Сделав несколько шагов назад, он вернулся в комнату, из которой вышел со своими сподвижниками, и оттуда в упор смотрел на меня. Поймав мой взгляд, каниец качнул головой, как будто приглашая войти вслед за ним. Это было похоже на вызов. И я его принял.
Проскользнув мимо сражающихся, я забежал в комнату и захлопнул дверь. Шум боя сразу стих.
— Адмирал, — утвердительно произнес я.
— Мне знаком этот меч. Далеко не каждый его достоин, — ответил он и что-то мне кинул.
Я рефлекторно протянул руку и поймал ключ, тут же мысленно отругав себя за глупость, ведь Галсов мог кинуть в меня что угодно! Но ничего в моей руке не взорвалось, и на коже не появились ожоги от яда. Это был просто тяжелый дверной ключ с витиеватым рисунком на головке и стержне. Я молча повернулся к двери и закрыл ее на замок. Буквально через секунду на нее с той стороны обрушился град ударов, но открывать я и не подумал. Это могли быть как свои, так и чужие, да и честный бой один на один казался мне куда более справедливым.
Меч канийца тоже выглядел впечатляюще, и его красота полностью соответствовала мастерству владельца. Галсов был самым искусным мечником из всех, что я видел. Он не делал опрометчивых выпадов, не тратил энергию на лишние движения, замечал все мои уловки и парировал атаки, плавно переходя в наступление.
Мне еще ни разу не приходилось вести бой мечом так долго, все мои предыдущие соперники умирали гораздо быстрее. Но самое удивительное, что я не чувствовал никакого переутомления от тяжелого оружия, которое нельзя было опустить ни на секунду. Наоборот, я ощутил небывалую взаимосвязь с ним, будто меч стал продолжением меня самого. Я контролировал его движения так, как если бы родился с мечом в руках и больше не выпускал никогда. От рукояти в ладони лилась энергия и с каждой секундой во мне только прибавлялась уверенность в своих силах.
В дверь из коридора уже не просто ломились, судя по звукам, ее организовано пытались вынести тараном, но та пока держалась. Я ждал, что она сломается или слетит с петель в любой момент и старался отойти подальше, но Галсов, похоже, считал ее достаточно крепкой и не обращал на нее внимания. Поэтому, когда створки с грохотом распахнулись в языках пламени и внутрь ворвался черный дым, я был к этому готов. Галсова взрыв не задел, и он не моргнул и глазом, но доли секунды его замешательства мне хватило, чтобы нанести смертельный удар.
Первым я увидел Грамотина, выглядевшего весьма устрашающе с сияющим жезлом, в центре прогремевшего взрыва, и только тогда опустил меч. Свои.
— Галсов! Это же Галсов! Скорее, контейнер сюда!!! — заверещал кто-то из коридора, когда Миша шагнул ко мне.
— Живой, — констатировал он.
— Ты удивлен, да? — ухмыльнулся я. — Как там наверху?
— Бой еще идет, но сопротивляться уже практически некому. Подкрепление прибыло — восемь наших кораблей здесь…
— Быстрее! — забежавший внутрь Зэм нес на вытянутых руках металлический ящик со светящимися зелеными иероглифами. — Руби ему голову, пока клетки мозга еще живы!
Я перевел взгляд на убитого адмирала, стараясь загнать поглубже зашевелившийся внутри меня протест. Это был достойный противник, но на войне как на войне.
Голова Галсова как раз умещалась в ящике Зэм, как будто с нее снимали мерки. Я убеждал себя, что адмирала не смогут оживить, а только лишь извлекут какую-то важную информацию…
— Вот теперь мозг в сохранности. Но у контейнера маленький заряд, поэтому надо спешить! — Зэм вручил мне тяжелый ящик и, глядя на мое недоуменное лицо, рявкнул: — Телепортатор! У тебя есть персональный телепортатор, сейчас же в Незебград к Негус Хекет!
Я посмотрел на Грамотина, но тот лишь пожал плечами. Пользоваться телепортатором было страшновато, хоть я и перемещался с его помощью уже дважды. Напрягая память в попытке представить конечную цель, я сжал в ладони сразу нагревшийся прибор, окутавший меня голубоватой сферой и перенесший на телепортационную площадку Ока Мира. В большом зале, где я оказался, шелестело множество разговоров и вещало радио, но после шума боя мне казалось, что здесь стоит оглушительная тишина. Перемазанный грязью и кровью, в разодранной и подпаленной форме, с дикими глазами, я разительно отличался от всех присутствующих. Очутившись вдруг в чистоте и спокойствии, трудно было даже поверить, что только что, совсем недалеко отсюда, шла ожесточенная битва с Лигой.
— Надеюсь, это у тебя не бомба, приятель, — хадаганец в форме Ястреба Яскера подозрительно косился на ящик в моих руках.
— Мне надо к Негус Хекет – и быстро!
— Она, вероятно, у себя. Показать дорогу?
— Я знаю.
Промчавшись по нескольким коридорам и лестницам, распугивая встречных и ловя на себе возмущенные взгляды, я едва не сбил с ног Главу Совета Ученых Советов.
— Мне уже сообщили о вашем прибытии. Давайте ее скорее сюда!
Негус Хекет, с горящими, как два зеленых семафора, глазами, буквально выдернула у меня из рук контейнер с головой лигийского адмирала и, развив необычайную скорость, унеслась в неизвестном направлении, не сказав более ни слова. Я остался стоять один в пустом, похожем на гробницу Зэм, коридоре. Возвращаться на Дозорный остров? Но туда уже прибыло подкрепление и, наверное, всех солдат из ИВО уже отправляют назад.
В легкой растерянности я поплелся обратно к телепорту, все еще соображая, что мне делать дальше. Когда я уже шагнул на телепортационную площадку, меня схватил за руку незнакомый Зэм.
— Глава Совета Ученых Советов Негус Хекет убедительно просит вас пока не покидать Око Мира, товарищ Санников.
— Я не подчиняюсь Главе Совета Ученых Советов, — ответил я.
— Все вопросы с вашим командованием будут улажены. Вы получите соответствующее распоряжение в ближайшее время.
Формулировка «ближайшее время» была довольно размытой и могла включать в себя от нескольких часов до нескольких дней, но Зэм, больше ничего не добавив и так и не представившись, уже растворился в толпе. Я решил, что задержусь здесь на один час, и если не получу никакой информации от Хранителей, вернусь в ИВО.
Хотя мой внешний вид не очень подходил для прогулок по Оку Мира, я не стал тратить появившееся время, отсиживаясь в темном углу. Больше всего на свете мне не хотелось быть вестником плохих новостей, но чувство долга заставило отправиться на поиски Верховного Шамана орков. Дорога до его обители была запутанной, но мне удалось не заблудиться и дойти с первого раза.
С моего предыдущего визита мало что изменилось: все так же горел костер и удушающе пахло различными травами. Сам Коловрат прятался за клубами белого дыма, но о моем приходе, видимо, уже знал, потому что, едва я шагнул в большой круглый зал, как с другого его конца донесся низкий, хриплый голос:
— Что-то вид у тебя невеселый. Да и знамение мне вчера было дурное. Говори, не тяни кота за хвост!
Я молча подошел к шаману и протянул ему запятнанный в крови армейский медальон. Коловрат быстро глянул на надпись и, прикрыв глаза, сжал его в кулаке.
— Когда?
— Только что. На ИВО напала Лига… Вихрь был убит последней смертью.
Я ожидал любой реакции Верховного Шамана, но он, помолчав немного, лишь кивнул.
— Павшим героям — вечная память. Вихрь мертв, это печально, но мы не опустим руки. У Легендарного Орка должны быть еще потомки. Повезло один раз, повезет еще! А Вихрю — светлая память.
С этими словами он сунул мне под нос огромную, похожую на ведро, кружку с чем-то дымящимся. От едкого запаха у меня заслезились глаза, но отказывать Верховному Шаману я не стал, и мы не чокаясь выпили за упокой Искры Вихря Степных. Внутренности обожгло неизвестным напитком, но через секунду по телу разлилось тепло, и скованные напряжением мышцы расслабились.
Прапорщик Хранителей разыскал меня, когда я уже допивал шаманское пойло. К моему удивлению, в голове, несмотря на выпитое, было ясно, и тело не шатало из стороны в сторону. Наоборот, я чувствовал прилив сил. Хранитель передал мне письменное распоряжение от самого Штурма Бешеных, в соответствии с которым я должен оставаться в Оке Мира в ожидании дальнейших указаний. И судя по тому, что мне выделили персональную комнату с отдельным душем, ждать этих указаний придется долго. Этим же вечером мне доставили новенькую, с иголочки, форму, и долгожданные офицерские погоны.
Покидать Око Мира запрещалось, зато передвигаться внутри здания я мог совершенно свободно, чем и собирался воспользоваться на полную катушку. Было невероятно приятно козырять своим новым званием, видеть, как мне отдают честь Ястребы Яскера и другие Хранители, и салютовать им в ответ. Само Око потрясало размерами и убранством. Здесь находилось множество мастерских — оружейников, портных, кожевников, ювелиров; магазинов, где хитро улыбающиеся гоблины пытались продавать товар по заоблачным ценам; столовых и кафе с обширными меню, от которых текли слюнки; библиотек, заполненных таким количеством книг, что и не счесть; парикмахерских, в одной из которых я не преминул подстричься и сбрить изрядно отросшую щетину; лабораторий, куда меня, конечно, не пустили; и еще бесчисленное количество каких-то коридоров, лестниц, комнат, заведений, до которых я так и не дошел. Зато я умудрился забрести в ЗАГС, где похожая на ангела девушка Валерия, едва узнав, что я просто заблудился и нет у меня никакой невесты, с таким призывом стала мне строить глазки, что я решил от греха подальше не подниматься больше на этот этаж. Местные посоветовали посетить аукцион, где можно завести полезные знакомства и разжиться интересными и редкими вещами, но там было так шумно и сутолочно, что я быстро ретировался. А вот наведаться в банк, в котором мне, как начинающему защитнику Родины, полагался хоть и маленький, но лестный одним только своим существованием, счет, было приятно.
И все-таки, несмотря на множество интересных мест и занятий, я все время возвращался мыслями на Дозорный остров. Наверняка я знал, что все хорошо только с Мишей, которого видел прежде, чем телепортироваться с лигийского корабля, и с Кузьмой, оставшимся на учебном полигоне ждать лекарей. Что со Лбом, Матреной и Лизой, мне было неизвестно. Время шло, но ни в этот день, ни на следующий со мной так никто и не вышел на связь, и я по-прежнему оставался предоставлен сам себе. В газетах лишь один раз появилась маленькая, скомканная заметка об инциденте, которая не давала практически никакой информации читающим.
Когда на третий день, измаявшись от безвестности, я уже твердо решил отправиться прямиком к Командору Хранителей, за мной явился посыльный от Негус Хекет. Идти в неприятное крыло Зэм не очень хотелось, но выбирать не приходилось. Глава Советов Ученых Советов ждала меня в своем кабинете, где на большом столе, сплошь заставленном каким-то хитрыми светящимися приборами, находился ящик, похожий на тот, в котором я доставил в Око Мира голову лигийского адмирала.
— Доброе утро, лейтенант. Поздравляю с новым званием.
Я молча отсалютовал, стараясь не смотреть на контейнер.
— Вы знаете, лейтенант, в руководстве за вас развернулась небольшая борьба… И я победила.
— Простите, я вас не понимаю.
— Распределение выпускников ИВО закончено и вы, вместе со своим отрядом, временно поступаете в мое распоряжение, — пояснила Зэм. — Вот соответствующий приказ.
Пробежав глазами протянутый листок, я поднял голову и мой взгляд снова уперся в контейнер.
— Это голова адмирала? — не сдержался я.
— Верно. Наш сотрудник доставит ее в НИИ МАНАНАЗЭМ для дальнейшего изучения. Вы будете его сопровождать. И далее… выполнять все поручения руководства института.
Из кабинета Негус Хекет я вышел с твердой уверенностью, что худшего распределения и быть не могло. Лучше бы меня отправили прямо на передовую!
Была и приятная новость, в столовой, недалеко от места, где я поселился, меня ждали мои друзья. Кузьма, Миша, Лоб, Матрена и Лиза – живые и здоровые, в форме выпускников ИВО – сидели за столиком, оживленно разговаривая. Зато вокруг них находилась как будто зона отчуждения: эльфийка в военной имперской форме парализовала работу заведения. Она, спокойно расправив крылья, ничуть не смущалась десятков прикованных к себе взглядов.
— Как же я рад, что вы все живы! — с нескрываемым облегчением выдохнул я.
— А уж мы то как рады, начальник, — улыбнулся Орел, пожимая мне руку. — Только вчера были призывниками, а теперь вот сидим в Оке Мира… Какое же оно здоровое!
Я попросил в подробностях рассказать обо всем, что случилось после того, как я телепортировался с лигийского корабля.
— Рассказывать особо нечего, подкрепление уже прибыло, и нас сразу отправили назад в казармы, — сказал Михаил. — Есть несколько безвозвратно погибших, как со стороны Красных, так и Синих, поэтому все празднования по случаю выпуска были отменены, и церемония распределения прошла без торжественной части. Зато погляди на это…
Он вынул из кармана знакомый мне телепортатор, или «Камень Путешественника», как называли его Зэм. Точно такой же я носил с собой с самого прибытия в Незебград. Когда-то он спас мне жизнь.
— Прибор уже поступил в массовое производство, и теперь им в обязательном порядке снабжают всех военных!
— Неплохо…
— А еще, Ник, смотри, что у меня есть! — похвасталась Лиза, демонстрируя мне жезл замысловатой формы. — Я, правда, не имею права пользоваться им на гражданской территории, даже для самозащиты…
— Не понятно, кстати, почему, — проворчал Михаил, убирая телепортатор.
— Лизе дали гражданство, — пояснила Матрена. — Но ее права все равно очень ограничены. Она обязана каждый день отмечаться в территориальном отделении Комитета, не может без разрешения перемещаться по имперским аллодам…
— Это неважно! Главное, что у меня наконец-то снова есть хорошее оружие, — сказала Лиза, любовно глядя на свой жезл.
— А что толку, если им отлупить никого нельзя? — крякнул Лоб.
— Уверен, там, куда нас направят, можно будет, — весело ответил Кузьма.
— Не думаю, — покачал головой я. — Нас определили в НИИ МАНАНАЗЭМ. Я не знаю, как это расшифровывается, но вряд ли это место боевых действий.
— Научно-исследовательский институт Магии и Наследства Народа Зэм, — сказал Миша. — Не подумайте, что я расстроен этим фактом, но… почему туда?
Ответа на этот вопрос у меня не было. Через два часа мы стояли на площадке телепорта вместе со специальным агентом Комитета по имени Давид Прошин, прижимающим к себе контейнер, как родное дитя.
— Адриан Галсов явно переоценил свои силы, когда направил свой корабль к Игшу, — ворчал он безостановочно. — Так этой Лиге и надо! Нечего на нашу землю десанты высаживать. Агрессоры! Надеюсь, голова адмирала не пострадает при перевозке… Мы отправляемся или нет?
— Да-да… одну секунду… прошу прощения… раз уж вы в НИИ… — Хранитель портала — восставший Зэм — порывшись в карманах, вынул запечатанный конверт и смущенно протянул мне. — Вы не могли бы оказать мне услугу? Дело в том, что мне надо доставить важные документы в НИИ МАНАНАЗЭМ. Важные… для меня лично, и я хотел бы передать их из рук в руки директору Негусу Тоту.
Я подумал, что это несколько странно — передавать важные документы с первыми встречными, но просьба была не обременительной, и я, пожав плечами, взял письмо.
— Институт Магии и Наследства Народа Зэм… Миша, это ведь не склеп? — успел произнести я, прежде чем нас окутала голубоватая сфера телепорта.
— Э-э-э… как тебе сказать… — откликнулся Грамотин, когда мы уже перенеслись.
Я вдруг осознал, что крепко зажмурился при телепортации, и когда открыл глаза, мои самые худшие ожидания оправдались.
— Это пирамида, — констатировала Матрена.
Только после того, как она это произнесла, я понял, что невероятное строение передо мной действительно имеет форму пирамиды. Это было сооружение, занимающее всю площадь аллода, кроме маленького кусочка земли перед входом. Его темные, каменные стены симметрично украшали иероглифы и рисунки правильной геометрической формы, между которыми пульсировало ядовито-зеленое освещение.
Спустя время, когда мне наконец удалось оторвать ошарашенный взгляд от здания НИИ, я заметил, что вокруг нас парят на разной высоте еще несколько островов меньших размеров.
— Какова, а? Я про Пирамиду. Величественное зрелище! — произнес местный хранитель портала, заметив нашу реакцию.
— Институт располагается на всем архипелаге? — спросил Миша.
— Да, — кивнул Зэм. — Там после Катаклизма тоже сохранились некоторые сооружения, пригодные для использования.
— После Катаклизма? — переспросил я. — То есть это не имперская постройка?
— Нет, конечно. Это же Пирамида Тэпа, ей почти три тысячи лет. Тогда Сарнаут еще был целой планетой, а не разбросанными по астралу клочками земли…
Я смутно себе представлял, что значит «целая планета». Из школьной программы вспоминалось что-то про шар… Мне же Сарнаут виделся просто одним большим аллодом, который Катаклизм расколол на куски.
— Именно такие Пирамиды Тэпа стали причиной нашей смерти, и они же даровали нам новую жизнь. Гримасы судьбы! — продолжил хранитель.
Похоже, он мог часами восхищаться творением безумного мага прошлого, и мне пришлось прервать его излияния:
— Извините, мы спешим.
— Тогда прослушайте официальную информацию. На территории НИИ введен карантин, во многие части Пирамиды доступ закрыт.
— Какова причина? — быстро произнес агент Комитета, помахав красным удостоверением.
— Не уверен, что могу ее назвать. Отправляйтесь к начальству, там лучше меня знают, что вам можно рассказать, а что нет.
Внутри институт был таким же, как и снаружи, и действовал на меня угнетающе. Вдоль длинных коридоров с холодным зеленым освещением тянулись какие-то провода, трубы, непонятного назначения механизмы. Пирамида тихо гудела, будто была живой, и от этого гула у меня шел мороз по коже. Людей нам попадалось очень мало, в основном лишь восставшие Зэм, углубившиеся в свои научные размышления. До кабинета директора НИИ Негуса Тота пришлось подниматься на лифте. Никаких приемных с секретаршами здесь не оказалось, а сам кабинет больше походил на лабораторию, сплошь заставленную разными приборами.
— Да-да, говорите. Только очень быстро, у нас тут столько дел, столько дел! Голова кругом! — произнес Негус Тот без всякого приветствия и даже не обернувшись, когда мы вошли.
Прошин коротко рассказал о цели визита и представил нас. Зэм, оставив наконец свой смахивающий на микроскоп прибор, подошел ближе, выхватил из рук комитетчика контейнер и сразу открыл.
— Превосходно, голова в идеальном состоянии! Мозг не поврежден, нам остается только извлечь из него информацию.
— Эта голова может оказаться важнее десяти выигранных сражений. Комитет не забудет этой услуги. Слава Империи! — откликнулся Прошин.
Они кивнули друг другу, после чего Прошин молча пожал мне руку и вышел из кабинета. Мы вшестером остались наедине с директором НИИ.
— Я рад приветствовать вас в НИИ МАНАНАЗЭМ. Хранители здесь нечастые гости.
— Институту грозит какая-то опасность? — спросил я.
— Трудно сказать. Ваше нахождение здесь связано с деятельностью… весьма бурной деятельностью заведующего отделом ЧП Номарха Имхотена.
— Что такое ЧП?
— Чудовищные Предзнаменования! Нам пока трудно оценить степень опасности… но отряд Хранителей точно будет не лишним. Сейчас в НИИ введено чрезвычайное положение, связанное с включением Пирамиды. В принципе, поводов для беспокойства нет, ситуация под контролем. Да, долгие годы Пирамида считалась мертвой, как и сама память о Тэпе. Но что есть смерть? Разве не сон? Вот Пирамида и проснулась. Но у Номарха Имхотена есть свое мнение на этот счет. Поговорите с ним.
— А что значит «проснулась»?
— Хорошо, что вы задаете вопросы. Главное, чтобы у меня были ответы. Мы здесь, собственно, тем и заняты — даем ответы на вопросы. Иногда правильные, — Негус Тот подошел к заваленному бумагами столу и уселся за него, указав нам рукой на свободные стулья. — Пожалуйста, присаживайтесь. Вы знаете, что из себя представляют Искры?
— В общих чертах, — ответил я.
— Искры — это сущность человека, орка, зверя — неважно — которая является основой жизни. Природа их пока мало изучена. Известно, что именно Искры должны были стать для Тэпа основой его бессмертия, и эта его Пирамида — одно из хранилищ Искр моего народа. Здесь содержится огромный запас накопленных Тэпом Искр. Потихонечку их изучали, иногда выпускали на свободу, хотя пока нет способа точно определить, какой Искре какое тело соответствует, и не было гарантии, что отпущенные Искры найдут свое прежнее тело. И вот теперь множество Искр оказалось выпущено на свободу. Они роятся по всему архипелагу, а ведь это души людей племени Зэм! Сейчас наши сотрудники заняты возвращением Искр обратно в хранилище до того момента, когда будет решена проблема нахождения их тел. Столько лет прошло, создатель Пирамиды давно канул в небытие… Неудивительно, что она, очнувшись, ведет себя не совсем так, как следовало ожидать: не аккумулирует Искры, а наоборот — извергает их из себя. Все отделы усиленно работают над анализом причин и поиском выхода из ситуации.
— Искры способны причинять какой-то вред?
— Нет. Но нам важна каждая, каждая Искра! Ведь не так много Восставших осталось на аллодах. Проблема еще в том, что многие тела не сохранились… колесо истории хорошенько по ним прошлось: от иных и горстки тлена не наберется. Их Искры никогда не возродятся. Они кружат тут, алчут своего тела. А его нет… Поэтому все, у кого свободны руки, сейчас отлавливают Искры.
— Каким образом? — заинтересовался Грамотин, поправив очки и подавшись вперед. Я был уверен, что он получает колоссальное удовольствие от нахождения здесь.
— Вот это — уникальная разработка нашего НИИ: посох-искросос. Он как раз предназначен для решения этой ситуации.
— С его помощью можно собирать бесхозные Искры? — Миша взял в руки замысловатый прибор и начал осматривать его со всех сторон.
— Именно. Искросос питается энергией Пирамиды и, к сожалению, работает только рядом с ней, иначе… только представьте: можно было бы отлавливать вражеские Искры, и Лига пала бы в течение считанных месяцев! Мечты-мечты…
— То есть Пирамида начала выпускать на волю хранящиеся в ней Искры? Это вы подразумеваете под ее «включением»? — решил уточнить я.
— Не только. Пробудились некоторые из древних артефактов Тэпа, ранее спавших мертвым сном, — например, телепортаторы. Мы уже знаем, как ими пользоваться, вот только одна беда: порталы включились, но как-то странно… Они отправляют туда, куда им самим заблагорассудится. Вот еще одна загадка Пирамиды. И мы работаем над ее решением. Но вы не волнуйтесь, здесь есть еще Джунские порталы. С их помощью можно перемещаться даже через прибрежный астрал. Всех Хранителей, насколько мне известно, уже снабдили Камнем Путешественника. Наша разработка! — не упустил случая похвастать Негус Тот. Я не стал говорить ему, что был первым человеком, испытавшим такой метод перемещения между ближайшими аллодами. — У нас тут даже есть несколько этих Джунских руин. Специально их сюда привезли, опыты на них ставили. Работают. Удобно! Так что теперь пользуемся достижениями вымершей цивилизации и современной науки! Я сам иногда путешествую туда-сюда, туда-сюда. Помогает сосредоточиться! Рекомендую!
— Где нам найти заведующего отделом ЧП Номарха… э-э-э…
— Имхотена. Чудовищные Предзнаменования находятся там же, где отдел Жизни После Смерти, на соседнем острове. Но сначала вам нужно устроиться. Мой лаборант проводит вас.
Лаборант — конечно же, Зэм — вырос за спиной Негуса Тота в мгновенье ока. Я поднялся на ноги.
— И вот еще что… Хранитель портала в Незебграде просил передать вам это.
— А-а, еще одно письмо! С тех пор как эта Пирамида заработала, все мои соплеменники просто с ума сошли! Каждый надеется, что Искра именно его жены, мужа, сестры, матери, злейшего врага освободилась и скоро отыщет свое тело… Увы, пока мы мало можем влиять на этот процесс.
Попрощавшись с директором НИИ, мы отправились длинными витиеватыми коридорами за лаборантом.
— Что это у вас в руках? — спросила его Матрена, ткнув пальцем в небольшой полупрозрачный контейнер, в котором барахталось что-то до ужаса напоминающее…
— Это пауки… Мумифицированные.
— Зачем? — спросила Лиза, сморщившись от отвращения и отодвинувшись от лаборанта подальше.
— В НИИ сейчас неспокойно и тяжелей всего приходится отделу Жизни После Смерти. Они загружены больше всех, а тут еще и нашествие крыс. Этих пауков мы сами развели когда-то, потому что крысы и пауки — исконные враги и на территорию друг друга обычно не суются. Однако привезли трупы, и крысы как с цепи сорвались, так что паучки в ужасе жмутся по углам. Приходится самим раскладывать мумии пауков в склепах у саркофагов. Крысы своим умишком с горошек думают, что вдовы захватили эту территорию, и разбегаются. Одно хорошо — не приходится проводить мумификацию по старинным рецептам: ну там, вымачивать тело в соде семьдесят дней, мозг крючком вынимать через ноздри…
Слегка побледневшие Матрена и Лиза не решились расспрашивать дальше, и оставшийся путь мы преодолели в молчании.
— Ну вот мы и на месте. Это общежитие для гостей и сотрудников НИИ. Вам сюда, а вам чуть дальше по коридору…
Я даже не сомневался, что жить придется в точно такой же обстановке, какая царила, похоже, во всем институте, — жутковатые барельефы на темных, каменных стенах и этот раздражающий зеленый свет…
— Надеюсь, он хотя бы выключается, — прокомментировал Орел, скептически осмотрев довольно большую и неуютную комнату. — Не уверен, что смогу уснуть, глядя на это.
Решив не задерживаться и едва побросав свои вещи, мы сразу отправились на поиски заведующего отделом Чудовищных Предзнаменований Номарха Имхотена. Мне не терпелось услышать его версию происходящих событий. Пользоваться родными порталами Пирамиды мы не стали, раз уж их работа все еще не настроена как следует. К тому же освежить в памяти те эмоции, которые я испытал, впервые пролетев в прозрачной сфере сквозь астрал с помощью старых Джунских технологий, – дело, несомненно, приятное.
Соседний остров был полностью песчаным. Высокие барханы казались разноцветными из-за того, что астрал над головой переливался всеми цветами радуги, скрашивая унылый пейзаж. Здесь остатки строений, прилегающих к Пирамиде, не так хорошо сохранились, и сразу становилось понятно, что это очень старые сооружения. А может, они просто не реставрировались, как главное здание.
— Все через ЖПС!
— Что?
— Я говорю, все это шандарахнуло именно по ЖПС!
Табличек нигде не было, поэтому мы заглянули в первую же попавшуюся лабораторию. Там, стоя между характерной формы ящиков, напоминающих гробы, громко ругался Зэм:
— Ох, такой аврал! Мой отдел всегда отлично справлялся! Пяти-шести Искрам в квартал мы подбирали тела. И это цифра, я вам скажу! Я не стану кивать на другие отделы, вроде Чудовищных Предзнаменований, которые только проедают ресурсы. А что сейчас?! Сотни Искр вокруг. Сотни! И где я им выну и положу тела? Повсюду выкапываются саркофаги и свозятся в Пирамиду. Добрались даже до тех, которые значились в планах на следующую пятилетку. А штат прежний! Естественно, он не справляется! Тела лежат штабелями прямо в коридорах и… тут как тут — крысы-трупоеды. Что? Скормить с таким трудом обнаруженные тела крысам?! Ох, как я тоскую по армии! Там такого беспредела отродясь не было!
— Похоже, это отдел Жизни После Смерти, — прошептала Матрена.
Вставить хоть одно слово в непрекращающуюся тираду восставшего было невозможно и мы, решив поискать кого-нибудь поспокойней, выкатились обратно в коридор и пошли дальше.
— Ну наконец-то, где ты шля… — начал было Зэм, стоя к нам спиной в следующей лаборатории, но обернувшись к вошедшим, запнулся. — Ох, обознался! Простите. Вы не видели моего дубля?
— Кто это — дубль?
— Копия материальной оболочки, только на лице у него, конечно, нет такого, как у меня, отпечатка интеллекта и груза забот, мозгов ему дается ровно столько, чтобы выполнил задание и… не зазнавался. Я послал его замерять активность астрала — это же несложное задание! Не понимаю, куда он запропастился…
— Нет, не видели. Мы ищем отдел Чудовищных Предзнаменований.
— Это не в этом здании. Вам нужно пройти чуть дальше…
Выйдя на улицу мы столкнулись с восставшей, с трудом волочащей по земле большой ящик.
— Охо-хо… Ох… Лежать бы самой сейчас в саркофаге… Когда же это кончится?! И опять все на женские плечи взвалили… А ты попробуй подними — руки отрываются.
— Вам помочь?
— Было бы неплохо. Только осторожно! Это саркофаг с нашим братом или сестрой! Его нужно перенести вон туда… А я пока дух переведу.
Лоб легко, как пушинку, взвалил саркофаг на плечо и понес в указанном направлении.
— Огромное вам спасибо! А то если Семер Чума вдруг увидит, что никто не носит саркофаги, опять будет грозиться меня на гауптвахту отправить. Вы, кстати, не знаете, что это такое? Судя по выражению его глаз, что-то пострашнее жизни в смертном теле…
— Семер Чума — это глава отдела Жизни После Смерти? Похоже, он был Хранителем когда-то.
— Я не знаю. Но он часто вспоминает армию…
— И почему-то не любит отдел ЧП.
— Их никто не любит. Сборище сумасшедших… И зачем только тут держат этот цирк?
После этих слов желание искать Номарха Имхотена резко поубавилось. Да и передвигаться по горячему песку, быстро набившемуся в обувь, было неприятно. Мы отошли совсем немного от отдела ЖПС, как Лоб воскликнул:
— Смотрите, кто это там? Никак сброситься в астрал хочет, — он ткнул пальцем в темный силуэт на краю аллода.
— О, нет! — воскликнула Матрена. — Надо его остановить!
Мы бросились к самоубийце со всех ног. Он стоял совершенно спокойно, и мы, подбежав ближе, притормозили на небольшом расстоянии, побоявшись спугнуть его.
— Эй, друг, ты там это… не дури давай, — выкрикнул Лоб, пока все остальные тщательно пытались подобрать нужные слова.
Стоявший на краю земли Зэм обернулся и мы увидели сотрудника НИИ, потерявшего своего дубля.
— Ох… Снимать показания… Рисковать своей жизнью на краю аллода ради какой-то непонятной цели… Дудки! Я разумное существо и больше не намерен бегать по аллодам, убивать невинных существ, собирать всяческую дребедень или снимать показания каких-то сумасшедших приборов! Я хочу жить полноценной жизнью — влюбляться, общаться, ходить на вечеринки! Вот только… Астрал! Он так прекрасен! Я часами могу стоять на берегу и любоваться им.
— Ага, ты только это… пару шагов назад отмерь… на всякий случай.
— Ах, оставьте меня! Я сам не знаю, чего хочу!
Восставший снова отвернулся от нас и уставился в астрал.
— Это ведь дубль, но… — произнес Миша. — У него, кажется, есть… интеллект?!
Вероятно, это было что-то из ряда вон выходящее, потому что у Грамотина был донельзя пораженный вид.
— И что будем с ним делать? — спросил Орел.
— Давайте я отволоку его в ЖПС! — предложил Лоб.
— Не надо, — покачал головой я. — Пусть стоит, если ему так нравится.
Нужный отдел мы нашли не сразу, пришлось немного поплутать по барханам. Мне уже начало сильно припекать голову и перед глазами стало темнеть, когда нам встретился восставший Зэм, ведущий на длинном поводке необычное крылатое существо.
— Постойте, — крикнула Матрена, замахав руками. — Из какого вы отдела?
— Э-э… — почему-то растерялся восставший. — Как бы это сказать… Ладно… так и скажу. Из Чудовищных Предзнаменований.
— Отлично! — выдохнул Орел, тоже порядком утомленный жарой. — Вот вы нам и нужны.
— Серьезно?! — удивился Зэм. — Странно… Кому ни признаешься, что ты из ЧП, начинают пальцем у виска крутить.
— Мы ищем начальника вашего отдела — Номарха Имхотена, вы можете нам помочь?
— Да, конечно, идемте со мной.
— А это… чего это у тебя такое… раздетое? — спросил Лоб.
Все разом посмотрели на зависшее на некотором отдалении существо, которое вел за собой Зэм. Мой рот открылся непроизвольно. Это была женщина — абсолютно голая! Как я мог не заметить этого сразу?!
— Хватит пялиться! — отчего-то разозлилась Матрена. — Это же просто гарпия!
Немного придя в себя, я все-таки сумел охватить взглядом существо целиком и понять, что передо мной не человек. У женщины были когтистые, покрытые рыжими перьями лапы вместо рук и ног, мощные, кожистые крылья, длинный, тонкий хвост, а в лице что-то звериное и птичье одновременно. Но само тело выглядело абсолютно человеческим! И на нем не было ничего! Я смутился и отвел взгляд.
— Чем вы занимаетесь? — спросил Миша. Он глядел на гарпию совершенно спокойно, как будто перед ним находилась занимательная книга.
— Каким-то бредом, если честно… — понурил плечи восставший. — В смысле, новым направлением в науке, я хотел сказать. Гаданием по поведению полуразумных существ. Если с утра сумрачная гарпия встанет на левое крыло, то Империя победит в войне с Лигой, а если на правое, то… тоже победит, но чуть позже. Но это все пока сухая теория. Как ты понаблюдаешь за гарпиями, если эти жуткие монстры никого к себе не подпускают?
— Эта гарпия не кажется дикой…
— Она прирученная. Это Номарх Имхотен распорядился, а Иаверу Маду — крутись как хочешь. Я долго бился, что бы такое придумать. И тут меня осенило: приворотная магия. А почему нет? Если уж разумных существ можно заставить себя полюбить, то уж гарпий и подавно.
— Вы что, ее приворотным зельем напоили? — захохотала Лиза. — А совесть не мучает? Она же в вас теперь влюблена! Ха-ха. Вы в ответе за того, кого приручили.
— Вообще-то я хотел заниматься немного другим… Восставшим редко снятся сны, но я недавно видел сон. Приснился мне ОМУТ… Я имею в виду отдел Основ Магического Учения Тэпа. Так вот, приснилось мне, что иду я по пескам ОМУТа и вижу…
— Что? — спросил я, потому что Зэм замолчал.
— Неважно, не берите в голову. Вдруг, у меня дар есть. Вещий! Разберут еще на части — для опытов…
Мы переглянулись за его спиной. Похоже, в этом отделе и правда все немного больные на голову.
— Вот наш отдел. Ищите Номарха Имхотена в лаборатории…
Перед нами находилось огромное каменное лицо, открытый рот которого служил входом.
— Таблички «Добро пожаловать» не хватает, — буркнул Орел.
Внутри было пустовато, и после пяти минут скитаний по коридорам, мы наткнулись на самого главу отдела. Он с совершенно безумным видом сидел на полу, обложенный дохлыми скорпионами. Первым моим желанием было развернуться и уйти, но я поборол его.
— Я это предвидел! Предвидел! — заявил он, когда мы представились и сообщили о цели визита. — Я, Великий Имхотен, предсказал, что Пирамида проснется. Предсказал! В точности! Все мои недоброжелатели, жалкие слепцы, посрамлены! Они думают, Имхотен — шарлатан! Особенно этот вояка и бездарь, Семер Чума, начальник отдела ЖПС!
— Он вам тоже симпатизирует…
— Что вообще бывший кровавый убийца, сподвижник Гурлухсора, делает в науке? За что ему целый отдел? А мне с ним еще приходится один остров делить. Мне! Великому Имхотену! Они мне всегда говорят: «А где были ваши пророки, когда Тэп напустил чуму?!» А я им: «А там и были!». Они предсказали его появление, конечно же! Но жалкая, презренная толпа им не поверила. Как всегда! Но Имхотен теперь отомстил! Отомстил за всех провидцев, предсказателей, звездочетов, оракулов и гадалок вместе взятых! Я предрек пробуждение Пирамиды! Всего лишь по узорам на скорпионьих панцирях.
— А что еще они вам говорят… панцири… — осторожно спросил я. Имхотен производил впечатление умалишенного.
— Я только что вышел из транса, и мне было новое видение! Они не посмеют больше насмехаться над отделом ЧП и Имхотеном. О, вечная ночь! О, ужас! Империя содрогнется! Черная ночь грядет! Великая черная ночь! Этот тиран! Тэп! Он грядет! Грядет сюда, к Пирамиде! Так говорит Имхотен!
Рекомендуемые комментарии