Вечерний Атолл сулил отдыхающим не только долгожданную прохладу, но и новые развлечения, которые днём были не такими интересными: танцы у костра, театр теней от местных обитателей при участии желающих и красивые фейерверки. При желании отдыхающие могли и в прятки поиграть, но песни и танцы на берегу моря привлекали куда больше.
За весельем внуков в сторонке наблюдал хмурый на вид каниец, размеренно потягивая длинную трубку и, также не торопясь, выдыхая ароматный клубящийся дым. Время от времени мужчина хмурился, потому что прыжки через костёр, которые устроила группа отважных хадаганцев, его вовсе не радовали, особенно когда его внучка Екатерина тоже решила принять участие в этой забаве. Молодые люди веселились, пели песни и плясали под аккомпанемент гитары и трубы, а самые отчаянные с разбегу сигали в пламя ещё больше разгоревшегося костра. Ерёмий понимал, что молодой крови нужно дать закипеть и выплеснуть адреналин, который иногда уж очень не вовремя срывал крышу своим переизбытком. Но сердце сжималось внутри от переживаний за родную кровь.
Спустя несколько минут запыхавшаяся девушка подбежала к деду, и, весело улыбаясь, произнесла:
– Дедуль, ну ты чего? Не хмурься, я лишь разок. Видишь, даже косу не задело, – девушка продемонстрировала кончики волос, которые действительно были ровные и без следов обпаленности. – А Сережка так и не решился, – и девушка махнула в сторону брата, который присоединился к музыкантам.
– Катюш, мы то в своё время также развлекались, да и похлеще бывало, – помолчав, медленно протянул Ерёмий без грубости и злости в голосе. Хитрый взгляд старика дал знать, что вовсе не серчает он, как бы ни казалось на первый взгляд. – Тоскую лишь за младыми летами, упущено было многое, а былого, как говорят, не вернёшь, – Ерёмий тихонько вздохнул и снова закурил трубку.
– Я считаю, что каждый строит свою судьбу сам, и все ошибки рано или поздно можно исправить, – звонко и легко звучал голос молодой канийки, которая то и дело украдкой поглядывала на танцующего рядом с костром высокого эльфа. Тот же в свою очередь вовсе не скрывал симпатию к девушке, постоянно ловя ее взгляд и отвечая яркой улыбкой, от которой Катерина заливалась румянцем.
– Решать тебе, несомненно. Но, бывают такие ситуации, когда попытка исправить свою ошибку приводит к огромным ужасам и ещё худшим событиям, нежели та оплошность, которую хотел исправить… – Ерёмий поглядел вдаль, где тёмная вода мирно плескалась о статуи, возвышавшиеся над побережьем Тропического Атолла. – Видела же во-о-о-он те монументальные сооружения местных?
– Ага, диковинные такие, зачем им это? Разве это красиво? – хохотнула девушка и хлопнула себя по коленке.
– Не всё сооружается во имя красоты, внучка. Так и они – неспроста тут возведены. Давным-давно, ещё нас с тобой не было в этом мире, жила была одна девушка, очень уж похожа была на тебя: красавица, умница, скромная в меру, но и язык остр был на словечки. А главной ее особенностью было то, что обучалась уже много лет, еще с раннего возраста, у могущественного колдуна. И делала уже огромные успехи, поэтому колдун готовил свою ученицу для заключительного экзамена – к испытанию, которое даст ей Великий Совет Магов. Успех гарантировал не только радужные перспективы, но и дальнейшее членство в Великом Совете, а это было очень почётно. И вот перед тем самым испытанием колдун приказал девушке хорошенько отдохнуть, собраться с мыслями и поспать. Жена колдуна заботливо причесала и уложила девушку, ставшую ей за столько лет обучения почти дочерью. Раньше обычного отправились и колдун с супругой спать, а в доме воцарилась тишина. Но сон не шёл к девушке, и решила она ненадолго покинуть дом своего учителя для ночной прогулки по морскому побережью. Свежий воздух, почти полная луна и плеск волн умиротворяли девушку и нагнали долгожданную усталость, а с ней – и сон. Только-только решившая уже возвращаться колдунья услышала окрик. За ней, в десятке метров, шли трое парней. Крики свидетельствовали о довольно большой дозе медовухи в их желудках и желании найти приключений на свою голову. Решившая не контактировать с пьянчужками колдунья бросилась бежать, но это было довольно затруднительно на песке. До заветной травы, которая бы облегчила бег и охладила уставшие ноги, оставалось рукой подать, но вдруг на нее навалился один из кричавших – выпитое не помешало парню утратить сноровку и скорость. А ещё через мгновенье подоспели и его дружки, хохоча и приговаривая о развлечении, которое внезапно подвернулось. Паника охватила разум юной колдуньи, ведь ещё не приходилось ей бывать наедине с мужчиной. А один из парней ради издевательства сорвал с девушки подвеску – тонкую цепочку с жемчужинкой…
Ерёмий закашлялся и потянулся за флягой с водой, которую приберёг рядом на всякий случай – фронтовые привычки просто так не оставишь дома. Вокруг старика собралось уже с десяток молодых людей и даже несколько местных обитателей – кто стоял, кто сидел, но все внимательно слушали рассказ и не смели даже шёпотом переговариваться, боясь упустить любую деталь. Сделав пару глотков, Ерёмий хитро оглядел слушателей и продолжил...
***
Колдунья все же была не простой деревенской девчушкой, которая даст себя в обиду. Собрав волю и прогнав страх, она произнесла несколько простых заклинаний, которые позволили девушке вырваться из цепкой хватки самого буйного нападающего и оглушить по итогу всех троих. Нет, они не потеряли сознание, они видели всё и понимали, просто не могли пошевелиться несколько долгих секунд. За это время колдунья благополучно добежала до ворот дома, где проживала уже многие годы, юркнула в узкий проход и затворила засов как раз в тот момент, когда заклинание прекратило действие. Парни были в бешенстве, ведь ещё ни одной девице не удавалось их проучить, да так мастерски... Наутро под воротами колдуна собралась толпа из местных жителей близлежащей деревни. Они кричали и призывали мужчину выйти и ответить за всё, что тот якобы натворил. Ничего не понимающий колдун отворил ворота и удивлённо слушал, как люди наперебой угрожали ему, но при этом не подступая даже на расстояние вытянутой руки. Его ученица тоже вышла, но лишь на крыльцо. И тихонько охнула, ведь среди толпы был один из тех парней, которых она встретила ночью – под лунным светом она видела лица всех троих, но именно этот юноша ее догнал и удерживал от побега. Его лицо было ужасно изуродовано: глубокие порезы, синяки, а вместо левого глаза – бельмо, от которого начинало бросать в дрожь.
Пытаясь разобраться, колдун все же заставил утихнуть разбушевавшихся громким хлопком в ладоши. Во внезапно наступившей тишине раздался его мягкий голос, который вопрошал присутствующих рассказать толком и по делу: что они требуют и чего так рано пожаловали. Вперёд толпы вышел староста и рассказал, что этой ночью ученица, стоявшая на крыльце, якобы напала на одного из местных парней, который ничего не подозревал и хотел всего лишь порыбачить. А коварная колдунья приворожила юношеское сердце, а затем заманила в пещеру, где практиковала всю ночь на нём злые чары. И теперь судьба парня сломлена, ведь кому нужен такой уродец, какая девка поглядит в его сторону?
Колдун молча повернулся к крыльцу, где стояла, шокированная от услышанного, ученица. Заверив незваных гостей, что он через минуту снова к ним вернётся, колдун зашагал обратно ко входу в свой дом. Взяв за руку девушку, он молча повёл ее в свой кабинет. Также молча закрыл все окна и дверь, а затем зажёг свечу, которая загорелась необычайно синим пламенем. И произнёс заклинание, которое ярким лучом пронзило сердце ученицы, отбилось в зеркале и попало в чашу, стоявшую у ног колдуна. Чаша была не простой посудой, как и многие вещи в доме у волшебника. Он узнал правду, он увидел всё, что происходило. Он видел, что девушка не хотела зла, но допустила одну ошибку: смешала два заклинания, безобидных на первый взгляд, которые вместе дали очень плачевный результат – именно они оставили несколько глубоких порезов на лице и теле парня. Но все остальные увечья были получены уже не от колдуньи. И что послужило потере глаза – он не знал и не мог знать. Ведь на самом деле глаза юноши были целы...
И вот, выйдя к народу, мужчина рассказал о событиях прошлой ночи, не сводя взгляда с «пострадавшего», который из немощного калеки с каждым словом превращался в напуганного, загнанного зверя. Пот ручьем капал с его лица, а руки не хотели слушаться. Одно не осторожное движение – и вот вместо бельма показался здоровый глаз. Обман раскрывался: тесто отлипло, «глубокие» ссадины и порезы внезапно начали искажаться – многие из них оказались нарисованы кровью животного. Колдун попросил старосту поглядеть на пострадавшего, и когда староста обернулся к толпе в поиске изувеченного юноши, его глаза озарило непередаваемое удивление: как же, что же это? Обман?
Парень хотел было броситься бежать, но толпа мужчин и женщин не дали ему совершить побег. И тогда староста, узнавший правду о ночных намереньях юнца, обратился к колдуну с вопросом: как же они могут загладить свою вину? На что колдун ответил, что народ невиновен, виновен лишь один, который хотел не только поиздеваться над невинной девушкой, но и обманом заставил всю деревню поверить в лживую историю. И отвечать посему лишь одному. Подозвав к себе свою ученицу, колдун предложил девушке делать всё, что она хочет и колдовать что угодно. Но девушка было чиста сердцем, а потому она сказала, что прощает юношу.
Многие ахнули, ведь мало кто ожидал такого исхода событий. Колдун же в свою очередь одобрительно кивнул и попросил жителей деревни возвращаться к делам, ведь солнце уже высоко поднялось над морем. На этом и разошлись. Но только с той поры парнишка, которого все начали стыдить, затаил в сердце злобу и желание отомстить девушке и ее учителю. Уже вечером того же дня, когда никто его не видел, пробрался он со своими братьями во двор колдуна и разжёг костёр у дома. Понадобилось вовсе немного – и вот уже одна стена деревянного дома полыхала ярким пламенем.
Дом не удалось спасти, лишь несколько ценных книг с заклинаниями и летописью вынесли из пылающего жилища. Живьем сгорела и девушка, та самая ученица колдуна... Волшебник был в ярости и сердце его охватила неимоверная скорбь о погибшей. Узнал он, кто совершил это деяние, не нужно было и думать долго: юноша был не осторожен и оставил много улик, следов, в том числе и свою шляпу, которую опознали в деревне. В порыве гнева проклят был весь род юноши. С той самой поры все его родственники, дети, внуки и потомки имели рыбью голову и перепончатые пальцы ног, а тело было покрыто наростами да гребнями. И не будет знать его племя покоя, не будет снято заклинание до тех пор, пока не найдут они волшебную ракушку, в которой будет заколдованная жемчужинка, почти такая же, какую носила его ученица. И забросил волшебник ракушку с жемчужиной на самое глубокое дно самого глубокого моря, где не бывала ни одна живая душа.
Годы шли, племя заколдованных водяных выросло и размножилось, даже несмотря на проклятие. И до сих пор они ищут заветную ракушку с волшебной жемчужинкой, даже возвели исполинов, которым поклонялись и молили помочь в поисках. А после большого катаклизма, когда мир раскололся на кусочки, надежда найти жемчужину и вовсе была утрачена, ведь половину мира уничтожил Астрал. Но кто знает, вдруг где-то, на затерянном Атолле лежит на дне моря ракушка и ждёт свой час.
***
Наступила звенящая тишина. Слушали уже все, кто ещё недавно танцевал и плясал у давно погасшего костра.
– Вот такую небылицу знает старик Ерёмий, – усмехнувшись, произнёс мужчина и неспешно приподнялся с лежанки, на которой просидел почти весь вечер. – Правда то или выдумка – решать вам, вы властелины своей жизни. Но помните – всякое деяние имеет своё последствие.
После чего Ерёмий неторопливо зашагал к бунгало, в котором жил вот уже неделю по приезду на курорт. За спиной послышалось тихое обсуждение тех, кто слушал. А Ерёмий перевёл взгляд на стоявшего в стороне водяника, который слышал всю историю от начала и до конца: в его глазах читалась вселенская скорбь и тоска вперемешку с раскаянием. Взглянув на мужчину, водяник легонько поклонился, а затем вздохнул и потопал к воде, в ночь.
Рекомендуемые комментарии
Комментариев нет