Скоро Зима

Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 13. Армейские будни Степная жара выматывала не хуже тяжелого, затяжного боя. Ветер от взмаха крыльев Старика — так я назвал дрейка — немного улучшал мое положение, иначе я бы просто свалился на землю от перегрева. Взлететь по-настоящему он не мог и делал длинные, затяжные прыжки, так что мое сердце периодически замирало от свободного падения. Недалеко от стен Незебграда мы наткнулись на группу охотников, и одна орчиха, представившаяся Пикой, согласилась показать нам дорогу до Военного Округа, чтобы мы не блуждали целый день по пеклу. — Тут так то недалеко, если по прямой, — рассказывала она, — только на диких гиен нарваться можно. — Ты сама откуда будешь? — спросил Лоб. — Я из диких. — Первый раз слышу о таком клане. — Это не клан. Это образ жизни. Кто не хочет становиться бойцами или шаманами, или, блин, — Пика покосилась на щит Лба, — карателями, становятся головорезами. Вольными охотниками. Вот и я решила… Душно мне в городе — не могу! — Душно в городе? — переспросил я, едва ли не теряя сознания от жары. — Там хотя бы деревья есть. — Ну и что, что деревья? Душа просит простора, степного раздолья, разгуляева! Эх! А тут мы сами себе хозяева. Куда хотим, туда идем, на кого хотим — на того работаем. Я, например, работаю на ГСО — городскую службу очистки. Работа веселая, что ни день — тренировка. Вот меня сюда послали грифов бить. Чтобы в город не проникли. А мне — только того и надо. Здесь, на природе, охотясь на этих стервятников, сразу начинаешь дышать полной грудью. — Да уж… — проворчал я, наглотавшись пыли и закашлявшись. — А завтра, может, сорвусь отсюда и куда-нибудь свалю. Тигров в джунглях Святой земли бить, или еще куда подальше. Мне такая житуха по душе! А давайте к нам, а? — Очень заманчиво, но я пас. — Жаль, жаль. А вот и ваш военкомат, вам сюда. Ну, покедова. Когда мы прошли через КПП, где придирчивый орк мучительно долго проверял наши документы, я сразу плюхнулся на газон в тени дерева, не обращая внимания на удивленные взгляды. Холодные, заснеженные аллоды в Империи были редкостью, практически экзотикой, но меня угораздило родиться и вырасти именно на таком. Старик лениво принялся щипать травку неподалеку. — Немедленно привяжите своих животных у входа! — завопил какой-то Зэм, возмущенно уставившись на моего дрейка. — Новобранцы? Вам нужно к комиссару Петлициной! В большом, двухэтажном здании военкомата комиссар ИВО Марианна Петлицина принимала нас по одному в порядке алфавитной очереди, и я оказался последним. — Санников, Никита… С личной рекомендацией Штурма? Впечатляет… Я скромно пожал плечами. — Служба в армии — почетная обязанность каждого гражданина Империи, — пафосно начала вещать привычную речь комиссар Петлицинна. — И мы нуждаемся в хороших солдатах. Согласно уставу, каждый новобранец начинает службу рядовым, продвигаясь от звания к званию. Впрочем, если у тебя в покровителях сам Штурм Бешеных, погоны офицера — дело наживное. А пока я могу дать тебе только солдатские. Как быстро на них зажгутся новые звездочки — зависит только от тебя! — И много ли солдат до офицеров дослуживается? — Ммм… нет. По правде говоря, не все граждане Империи горят желанием сделать карьеру в рядах нашей доблестной армии. Позор! Уверена, это происки Лиги. Это они растлевают неокрепшие умы! Подрывают боеспособность великой Империи! Если так будет продолжаться, то через несколько лет враг захватит нас голыми руками. А тут нам еще недавно циркуляр новый пришел. Об альтернативной службе. Мол, если не всем имперцам нравится в армии служить, но заслужить репутацию все-таки хочется, так для них надо придумать что-то взамен. Ересь какая! Как это, в армии не служить? У меня в голове просто не укладывается! — А что за альтернативная служба?.. Мне просто так, для расширения кругозора, — быстро добавил я, потому что Петлицина пронзила меня острым взглядом, сурово сдвинув брови. — Если знаком с кузнечным делом, или медицинским, можно устроится подмастерьем в ИгшПромСталь, или послужить в военном госпитале. — И что же в этом плохого? — нахмурился я. — На войне нужны и доспехи, и медики… — На войне, — перебила меня Петлицина, так резко вздернув указательный палец к потолку, что я невольно посмотрел вверх, — все должны уметь сражаться! — Несомненно, — покорно согласился я, оставшись, однако, при своем мнении. — Значит так. У меня мало времени, поэтому объясняю кратко, — перешла Петлицина к делу. — В нашем Округе базируются два батальона — Красный и Синий. Названия, как ты понимаешь, условные. Батальоны постоянно соперничают между собой — это помогает поддерживать боевой и командный дух. Ты по разнарядке отправишься к Красным, ваш знак — Лев. Знак Синих — Гиена. И помни: мы тут не в игрушки играем! Хочешь сделать карьеру в армии — добивайся победы своего батальона! — Где пакет с информацией?! Женщина Зэм ворвалась в кабинет так стремительно, будто за ней кто-то гнался. Петлицина гневно соскочила со своего стула. — Многоуважаемая Саранг Сагира-Нэби… — с закипающей яростью в голосе начала она. — Я не могу терять ни минуты. Вы принесли его?! Я, чувствуя зарождающийся скандал между двумя женщинами, быстро достал пакет и, приложив все усилия, чтобы не содрогнуться, вложил его в протянутую металлическую ладонь. — Хм, любопытные материалы, — произнесла Саранг, сразу же вынув из пакета документы и быстро их пролистнув. — Я уверена, что мы найдем им применение. Благодарю за содействие! — Кхм-кхм, — напомнила о себе Петлицина, все так же стоявшая на ногах и гневно сверлившая нежданную гостью яростным взглядом. Та, не обращая на нее никакого внимания, положила мне руку на плечо (по моему телу прошел холодок), и торжественно произнесла: — Филиал нашего НИИ «НекроИнкубатор», занятый решением задач армии, нуждается в надежных помощниках, и ваше присутствие здесь как нельзя кстати. Ждите нашего вызова, ваша помощь может понадобиться. После чего гордо удалилась, так и не удостоив онемевшую от такой наглости Петлицину взглядом. Когда я вышел на улицу, было немного пасмурно, из-за чего казалось, что день уже клонится к вечеру. Моя маленькая команда ждала меня у входа, остальных новобранцев не было видно. — Их распределили к Синим, они уже ушли в свои казармы, — пояснил Грамотин. Я повернулся к Матрене. — А ты будешь проходить службу в госпитале? — Нет, — покачала головой она. — Хочу научиться… постоять за себя. — В госпиталь отправлюсь я, — надменно произнесла Лиза. — Надеюсь, там не будет слишком убого. В любом случае, это лучше, чем ползать с солдатней по окопам… — Отлично. Я сломаю себе обе ноги, чтобы посмотреть, как ты чистишь медицинские утки, — хохотнул Орел. — Могу помочь по-братски, — радостно предложил Лоб и хрустнул костяшками пальцев. Все засмеялись, кроме Лизы, стоявшей с открытым ртом. — Привет, салаги! Из-за угла выглядывала группа молодых парней, заговорщицки нам подмигивая. Самый высокий поманил нас рукой, оглядываясь украдкой. Они как-будто от кого-то прятались. Мне их поведение не понравилось, но любопытство взяло верх. — Стойте здесь, — сказал я Матрене и Лизе. — Никита, не надо, это же Синие… — предостерегла Коновалова, но я уже уверенно шел за угол. — Чего вам? — строго спросил я, глядя на синие нашивки. Тот, что махал нам рукой, добродушно рассмеялся, проследив за моим взглядом. — Да вы не бойтесь! Красные, Синие — это же только игра. Мы все свои — товарищи по оружию и все такое прочее! Скоро этот детский сад закончится — вместе будем сражаться, бок о бок! Будем одна фронтовая семья и все такое! Степан. — Очень правильное отношение! — одобрил Михаил и едва заметное алое свечение, окутавшее его посох, рассеялось. Зато Лоб и Кузьма явно огорчились, поняв, что драки не будет. Мы коротко представились, обменявшись со всеми рукопожатиями. Похоже, что противостояние Красных и Синих на самом деле очень условное. — Слушайте, ребят, надо бы выпить за знакомство! Как считаете? — Здесь можно достать спиртное? — воспрял Орел. — Интендант здешний выпивку держит. Вы ведь должны сейчас идти к нему получать знаки отличия Красных? Вот и перехватите у него сколько получится… Только надо ему в обмен что-нибудь принести. — И какого рожна ему надо? — спросил Лоб. — Не боись, все продумано! — произнес Степан и торжественно, словно это ценнейшая реликвия, протянул нам какие-то коряги. — Вот. Оленьи рога! Этот болван похваляться любит, что великий охотник, а сам — трус и бабник. Ха-ха! Возвращались мы в приподнятом настроении… Кроме Михаила, который был не в восторге от затеи, что в свою очередь, веселило Кузьму: — Это потому, что речь идет о попойке. Если бы они предложили подкупить библиотекаря и тайком устроить массовые чтения, ты бы ни на секунду не усомнился в искренности их намерений. Рассказывать девушкам о предполагаемой сделке мы, разумеется, не стали. В меленьком зданьице, где сидел интендант, было душно, пыльно и стоял тяжелый запах, и поэтому наши девушки, едва получив все необходимое, сразу же вышли наружу ко всеобщей радости. Интендант — хмурый, среднего возраста мужик со всклоченными темными волосами — не промолвил и слова, кроме нечленораздельного приветственного бурчания в самом начале. Когда нам выдали красные нашивки, я кивнул остальным — подобные дела лучше обстраивать с глазу на глаз — и Кузьма, Михаил и Лоб вышли вслед за девушками. Я открыл было рот, чтобы узнать насчет спиртного, как интендант внезапно заговорил первым: — То, что ты из «наших», не означает, что мы теперь с тобой станем обниматься и горланить армейские песни. Я закрыл рот. — Я Сергей Шрамин. Рысина тебе говорила обо мне. — А… да… Посохи не ломаются, — с трудом вспомнил я правильную фразу. — Слушай меня внимательно, второй раз повторять не стану. Один из наших агентов — Яков Бондин — ведет наблюдение за мастером-оружейником Одионом в оружейной мастерской «ИгшПромСталь»… Полагаю, ты понимаешь, что говорить тебе надо именно с Яковом, а не с Одионом. И только не надо, пожалуйста, прямо сейчас бежать к Якову. Займись своими делами. Рано или поздно ты окажешься в тех краях. И Яков сам тебя найдет. — Я понял. Выпивка есть? — Донесли уже… Нету! — А если подумать? — Нет, я сказал! Нету, мамой клянусь! Я достал из-за пазухи оленьи рога и вывалил их на стол перед Шраминым. — Осторожно! — воскликнул он. — И откуда у тебя только руки растут?! Ладно… Давай-ка их сюда. А это тебе. И сразу спрячь! А то ходят тут всякие… Он протянул мне бутылку какой-то мутной жидкости, которую я быстро сунул за пазуху. — И проваливай давай, пока никто не увидел. На улицу я вышел довольный, сразу давая понять, что все прошло успешно. — Ну что, спросим у кого-нибудь, где казармы Красных и госпиталь? — хлопнул в ладоши Орел. — Нет. Я не пойду в госпиталь, — заявила Зизи. — Как нет? — Так нет! Я передумала. Ведите меня в эти свои… казармы. Орел расплылся в широкой улыбке и уже собрался сострить по этому поводу, но я пихнул его локтем в бок, чтобы он заткнулся, хотя сам едва сдерживался от смеха. Чтобы добраться до казарм, нам снова пришлось выйти в выжженную солнцем степь. Когда мы отвязывали своих животных, к воротам подошел орк, небрежно тащивший за спиной гигантский мешок с бренчавшим внутри оружием. — О! Очередные салаги! — приветствовал он, косясь на Лизу. — И эта тут. С утра сплетни ходили, что крылатую доставят. Не врали, значит. Эльфийка окинула орка холодным взглядом, но ответа не удостоила. — Интересный способ транспортировки, — протянул Орел, глядя на столь варварское отношение к оружию. Орк звякнул мешком, слегка подбросив его кверху без всяких усилий. — Некогда мне с каждой зубочисткой возиться. Целыми днями по всему округу хожу собираю! Это самый ценный ресурс в армии. Постоянная нехватка. А почему? Потому что молодые салаги, заполучив в руки меч или топор, сразу бросаются на все, что движется. Чаще всего неуспешно. Так и гибнет дурачье. А Шраму потом ходи и собирай казенное добро. — Постойте… вы — Шрам Лесных? Краевед? — спросил я, вспомнив напутствие Коловрата. Орк опустил на землю мешок с оружием. — Ну я. Дело, небось, ко мне какое? Я коротко рассказал ему о том, как неожиданно для самого себя стал надеждой орков, и что Верховный Шаман поручил мне встретиться с Шипом Змееловом и передать ему посылку. — Так… Ясно. И ты, и Коловрат можете на меня рассчитывать. Шипа я отыщу, все ему передам. Так что, когда ты до него доберешься, он к разговору с тобой будет готов. А то, знаешь ли, он — орк старой закалки, может сначала оглоблей по башке стукнуть. И лишь потом разговоры разговаривать. В мыслях о том, что могу огрести за то, что пытаюсь кому-то помочь, я оседлал Старика, и мы двинулись вперед. Однако отойти далеко нам не удалось: буквально в нескольких шагах от ворот, нас остановил Зэм, выросший как-будто из-под земли. Вокруг была голая степь, и я не представлял, как мы могли его не заметить сразу. — А ну стоять! Спешиться всем. Я прапорщик Синих Сарбаз Бий-Кируни, несу тут постовую службу. А говоря по-простому — слежу за такими салагами, как вы! — А че мы? Идем себе в казармы, — пожал плечами Лоб, грузно спрыгивая с носорога. — У вас сразу несколько нарушений: браконьерство, подкуп должностного лица и пронос спиртного в расположение военкомата. — Что? — оторопел я. — Что слышал. Быстро доставай, что обменял у Шрамина на оленьи рога. И даже не вздумай отнекиваться! Сейчас кучу свидетелей притащу. — Что вы такое говорите?! — возмущенно начала Матрена, но прапорщик Синих смотрел на меня в упор, и мне пришлось подчиниться. Под удивленными взорами я достал бутыль и протянул ее Сабразу Бий Кируни. — Вообще-то, это ваши попросили, Синие, и рога тоже от них. Никаким браконьерством мы не промышляли. — Так я тебе и поверил! Попался и валишь все на невиновных? Все вы, Красные, такие! Лживые, трусливые и тупые! — Что… когда вы успели? — Матрена от возмущения стала краснее помидора, Лиза просто закатила глаза к небу, всем своим видом выражая презрение к нашей компании. — Значит, так. За свои проступки придется отвечать! — самодовольно сказал прапорщик. — Доложите о нарушении своему офицеру и получите взыскание. И не вздумайте смолчать — лично проверю! Дальнейший путь до казарм мы преодолели хоть и без приключений, но в тягостном молчании. Лиза и Матрена ехали чуть впереди и пришпоривали животных, как только мы пытались с ними поравняться. Они даже о чем-то шушукались, хотя до этого игнорировали друг друга. — Знаете, как начинается самая крепкая женская дружба? С разговора о том, какие мужики козлы, — прокомментировал Орел. Лейтенант Красных Майя Шинелина — миловидная, хрупкая девушка с большими темными глазами — чуть не расплакалась, когда мы доложили ей о своей провинности. И это заставило меня устыдиться и пожалеть о содеянном гораздо сильней, чем если бы нам устроил выволочку какой-нибудь грозный орк. Мы стояли на плацу, окруженном красными знаменами и стендами с патриотическими лозунгами. Как и территория военкомата, казармы были отгорожены от степи высокой бетонной стеной. Здесь росли деревья, ветер не сыпал в глаза песком и было чуть попрохладней. — Что же с вами, новобранцами, творится! Не успеваете прибыть в расположение части, а уже замечания. Согласно Уставу я обязана отреагировать. Ладно… об этом потом. А пока — располагайтесь. Мальчики налево, девочки направо, животные в загон. Это туда… — А где у вас тут еду раздают? — задал Лоб насущный вопрос. — Столовая вон там. Территорию без приказа не покидать! Все понятно?! После того, как мы расседлали и покормили животных (мой Старик ограничился только водой, отворотив нос от сена), нам представилась возможность ознакомиться с нехитрым бытом имперских призывников. Возможно, женские казармы выглядели куда более уютно, мужские же отличала максимально скромная обстановка: железные кровати с колючими покрывалами, маленькие деревянные тумбочки и высокие стеллажи для брони и оружия. Казармы пустовали, день был в разгаре, и все находились на учебном полигоне. Зато в столовой мы обнаружили держащегося за разбитую голову орка-почтальона. — Голова кружится, блин! Сволочи… — Что случилось? — спросил я, усаживаясь рядом с орком. — На меня напали и стукнули тупым предметом. Прям по затылку. Упал, потерял сознание, очнулся… Сумку сперли с письмами! — Кто? — Да дембеля Синих, кто же еще! Тут у нас поединки не запрещены — это, типа, закаляет бойцов. Вот и взяли моду — на почтальона нападать! На святое замахнулись, ироды! Солдаты ждут весточки из дома, поцелуи от любимых, сплетни там всякие. Если не принесу, они ж меня на десяток маленьких орков разорвут. Я раньше думал, что почтальоном быть легко. Как бы не так! Нам, связистам, если хотите знать, молоко должны за вредность давать. Почтальон со смешным именем — Бич Кочевников немного обрисовал нам ситуацию в военном округе, пока мы уплетали кашу с котлетами. Чем дольше он говорил, тем сильнее я чувствовал себя дураком из-за того, что повелся на глупый развод Синих с их оленьими рогами. Ни о какой совместной попойке даже речи не могло идти! Здесь, вдали от войны с Лигой, шло свое, порой довольно суровое противостояние. Матрены и Лизы с нами не было, они ушли в женские казармы и пока не появлялись. Я начал беспокоиться. Все-таки эльфийка в святая святых Империи — событие из ряда вон выходящее. Скорее всего за ней тайком приглядывают и Комитет, и Хранители, но я все равно не мог отделаться от мысли, что кто-нибудь из солдат захочет по-своему поквитаться с выходцем из Лиги. Почти у всех имперцев есть кто-то погибший на фронтах нашей не прекращающейся войны. В то же время, мне было интересно, что на уме у самой Лизы. Ждать от нее преданности Империи вряд ли стоит, но на захваченной ХАЭС лояльность к своей родине она тоже не проявила. Я высказал опасения, по поводу долгого отсутствия Матрены и Лизы, вслух. — Так они, поди, в Красном Уголке, — успокоил меня Бич. — Рядом с женскими казармами Красный Уголок есть, девок туда как магнитом тянет. У нас там львята растут. Талисман, гы! Почтальон оказался прав. Так сильно непохожие друг на друга Матрена и Зизи щебетали в унисон, восторженно прыгая вокруг трех маленьких львят, которых ефрейтор выгуливал на лужайке недалеко от столовой. — А-а, еще пополнение… Здорово! — добродушно сказал он. — Я тоже за красных служил. Оттрубил свое — скоро уж домой, на Изун свалю. Эх, горько мне! Проиграли мы Синим! А эти сволочи обрадовались, озверели. — Представляете, они хотели отравить наших львят! — доложила Лиза, теребя за ухом одного котенка. Похоже, умильные животные помогли ей очень быстро почувствовать свою принадлежность к одной и соперничавших сторон. — Угу, — покивал ефрейтор, немного осоловевшими глазами поглядывая на эльфийку. — Даже малышей не жалеют. Гады синерылые! Ну ничего… Я знаю, как с львятами обходиться. У меня ко львам с детства особое отношение, потому и просился за красных служить. Я им заместо матери буду: выкормлю, выращу, воспитаю. Я ж тоже сирота. Сын полка, можно сказать! Мы могли бы глазеть на львят до самого вечера, но разыскавший нас прапорщик Щит Меднолобых прервал эту идиллию. — И чего вы тут расселись как на именинах? — рявкнул он. — Вы в армии или где? Оружие держать доводилось? Нам тут слабаки не нужны — Синие и так обнаглели. — Доводилось! Мы принимали участие в штурме ХАЭС, — гордо заявил приосанившийся Орел. — И что мне, плясать теперь прикажешь от радости? На последних Учениях мы продули Синим. Реванш — вот что нам нужно! Вы теперь одни из нас, Красных! Надеюсь, я не должен разжевывать, что это значит? Мы молча переглянулись. Похоже, прапорщику хотелось на кого-нибудь поорать, и тут очень кстати подвернулась группа новобранцев. — Значит так! Впечатления дисциплинированных новобранцев вы не производите. Ничего, мы сделаем из вас настоящих бойцов! Начнем с главного — формы, содержание не так важно. Посмотрите на себя! У тебя пуговицы болтаются, а у тебя в ботинках я даже не отражаюсь. Бардак! А это что? Ремень?! Ты где такой взял? Как можно жить в таком ремне? Глаза Лба начали наливаться кровью, Кузьма сжал руки в кулаки, сгорая от желания схватить лук, Лиза смотрела на прапорщика с непередаваемым высокомерием, и только Матрена и Михаил почувствовали смущение. — Короче, вам нужно главное солдатское обмундирование — нормальные ремни! А лучшие ремни делаются из чего? — Из чего? — Из змеиных шкур! А шкуры добываются где? — Где? — В степи! А добывать их должен кто? — Кто? — Вы! Ох и тупые новобранцы пошли… В общем, так! Сейчас дружно, строевым шагом, идете и зачищаете территорию вокруг казарм. Выполнять беспрекословно! Не приведи Астрал — узнаю об обратном! А то развелось тут всякое и нагло ползает… — Что? — возмутилась Лиза. — Вы хотите сказать, что мы должны идти собирать змей? — А ты, мамзелька лигийская, змей боишься, что ли? Ты лучше меня бойся, в гневе я страшен! Вряд ли кто-то из нас испугался бы этого прапорщика в гневе, но у нас уже было одно взыскание, и нарываться на второе не стоило. Со змеями, прямо скажем, отношения у меня были не очень. Я видел их впервые и не имел ни малейшего представления, как ловить этих быстрых, изворотливых гадов, все время норовящих если не ускользнуть, то хотя бы ужалить за руку. Я не знал, действительно ли из них будут делать ремни, но на всякий случай старался не портить серые, пятнистые шкурки. Лучше всего работа шла, как ни странно, у Лба, который никак не реагировал на ядовитые укусы, и потому хватал змей охапками и сворачивал им головы. Матрена и Лиза принять активное участие в ловле боялись, и хотя в армии все равны, мы, пока не видит начальство, решили, что охота на змей — не женское дело, и на помощи дам не настаивали. Лиза сразу заняла наблюдательную позицию издали, Матрена же все-таки попыталась внести свою лепту и даже оглушила одну змею, но взять ее в руки так и не смогла. Из-за жары мои руки вспотели, и удержать извивающихся змей было очень сложно. Лиза сходила в столовую за водой, которая благодаря одному взмаху посоха Михаила стала ледяной. Я один выпил половину фляги, но напиться не смог и отправил эльфийку за добавкой. — Постарайся не лопнуть, — сказала она, протягивая мне вторую флягу. — Надеюсь, не отравлено, — хмыкнул я. — Не смешно. — А с чего ты взяла, что я хотел тебя рассмешить? Она замолчала на некоторое время и я пожалел о своих словах. — Если бы я хотела вас убить, я бы уже это сделала, вы давали мне много удобных моментов. — Извини. Просто твое нахождение здесь… — У меня не было выбора, — пожала плечами Лиза. — У тебя был выбор на ХАЭС, но ты приняла странное решение, — возразил я. Она снова замолчала, опустив глаза. Ее длинные ресницы подрагивали и мне на секунду показалось, что она плачет, но когда она подняла на меня взгляд, глаза ее были сухими. Хотя я уже начал к ней привыкать и мои колени почти не дрожали в ее присутствии, я все равно отвернулся, чтобы не поддаваться ее чарам. — Ты говорила, что тебя насильно удерживали в притоне. Почему же на ХАЭС ты помогла нам, а не Лиге? Личные счеты? — На ХАЭС был лигийский отряд самоубийц. Вне зависимости оттого, добились бы они своей цели или нет, никто из них не вернулся бы домой. Я пока не готова подписывать себе смертный приговор. — Не увиливай. Ты сражалась на нашей стороне, так что смертный приговор ты себе уже подписала. Если у тебя на родине узнают, что ты внесла посильный вклад в провал той операции, Айденус лично озаботится твоей судьбой. — Мне все равно. Я отреклась от них… — тихо сказала она, и прозвучало это так искренне, что я не на секунду не усомнился в правдивости ее слов. Она резко подняла голову и с вызовом спросила: — Ты считаешь меня предательницей? — Ты выбрала мою сторону, так что не мне тебя обвинять, — осторожно произнес я. Лиза хотела еще что-то сказать и уже открыла рот, но потом передумала и, молча развернувшись, пошла прочь. Я смотрел ей вслед — ее тонкая фигурка мягко плыла над высохшей травой, прозрачные крылья быстро трепетали, но они были слишком слабы, чтобы эльфы могли по-настоящему летать. Зизи подошла к Грамотину, и через некоторое время их тандем стал самым успешным: Лиза легко могла загипнотизировать змею, после чего поймать ее не составляло труда. Когда явился Щит Меднолобых с проверкой, мы уже наловили целую гору змей, и тот не нашел к чему придраться. К тому же пришел прапорщик не один, а с лейтенантом Шинелиной, сообщившей, что мы должны успеть отбыть наказание до того, как начнется наше обучение, и неизвестным гоблином, от которого одуряюще несло канализацией. — Ну и каков будет наш приговор? Сильно мы нагрешили? — спросил Орел, с отвращением косясь на гоблина. — Достаточно, чтобы отправиться к сточным ямам. Там гоблины работают ассенизаторами — собирают продукты нашей жизнедеятельности. Вот знакомьтесь, это Томар, старший ассенизатор, — Шинелина кивнула на гоблина. — Рапортует насчет слизняков. Эти твари расплодились и мешают утилизации фекалий. — Да, да, да, — быстро закивал ушастой головой гоблин. — Эти слизняки меня уже достали, из-за них работа встала намертво, ага. — В общем, еще немного, и все это добро потечет к нам назад. Или к Синим, они свое тоже в эти ямы сливают. Смекаете? С этим срочно нужно что-то делать! Надеюсь, у вас хватит соображалки понять, как использовать ситуацию… с максимальной пользой для Красных, — сказала Шинелина понизив голос и обвела нас внимательный взглядом, пытаясь удостовериться, что мы поняли все нюансы предстоящей работы. Не обращая внимания на ошарашенные лица Матрены, Кузьмы и совершенно убитый взгляд Зизи, я, усмехнувшись, кивнул. — Официальное наказание таково: избавиться от слизняков. В остальном — на месте разберетесь. — Сначала змеи, теперь еще и это, ну у вас и армия, — возмущалась Лиза всю дорогу до сточных ям. — Вы не могли бы держаться от меня подальше? Ваш запах сводит меня с ума. Гоблин, от которого она шарахнулась в сторону, беззубо заулыбался. — Запах от меня известно какой — по профессии, ага! И от вас такой будет, — пообещал гоблин. — Там вот какое дело — в выгребной яме больно здоровенные слизняки эти! Нужно их, стало быть, замочить в сортире! Только этого мало: слизняки размножаются почкованием, а значит, из трупов могут полезть новые особи. — У вас есть идеи, как этого не допустить? — спросил Грамотин. — Дык это… Надо «Отвердителем» оприходовать тушки. Тогда они сразу окаменеют, ага. — Что за «Отвердитель»? — Прислали для испытаний. Я с его помощью топливные брикеты делаю, ага. — Из чего, из чего вы делаете топливные брикеты? — ужаснулась Зизи. — Ну, а что? Классная штука! Последнее слово науки! — Великий Тенсес… я больше не хочу ничего слышать о передовой Имперской науке. Сточные ямы мы почувствовали задолго до того, как увидели их. К горлу сразу подступило все то, что мы съели в столовой. — Я не могу, — простонала Лиза, — еще шаг и я упаду в обморок. Матрена, хоть и старалась держаться молодцом и не жаловаться, тоже заметно позеленела. — Да уж ладно, сидите тут, ждите. Без вас разберемся, — с видом великомученика сказал Орел, хотя ни Лиза, ни Матрена не были виноваты в том, за что нас наказали. А дальше начался ад. Несмотря на то, что во второй половине дня жара пошла на спад, запах от нечистот был таким невообразимым, что я согласился бы проработать на раскаленной сковороде, лишь бы не в таком амбре. Слизняки были повсюду! Они плодились в отвратительной жиже, вытекающей из сточных труб, и расползались по всей округе. Мы израсходовали, казалось, целую тонну отвердителя, но конца и края работе не предвиделось: слизни выползали и выползали, и я уже не мог с уверенностью сказать, от чего меня воротит сильнее — от запаха или от их склизких тушек. Свою лепту вносил и безостановочно тараторящий гоблин, которого мне хотелось зацементировать живьем. — Еще немного — и хлынули бы все нечистоты назад к солдатам. А там уж не миновать мне трибунала! На постоянную работу не хотите к нам устроиться? Здесь льготы хорошие. Нет? Ну, как знаете! А я с армией ни за что не расстанусь, ага! Эй-эй-эй… вы осторожней там с отвердителем возле трубы, а то закупорите еще. Куда тогда фекалии потекут? Правильно — обратно в казармы. Вам это надо? Именно это нам и надо было. И возможный трибунал, который может грозить гоблину, меня только сильнее подстегивал. После истории с нападением на «Непобедимый» и захватом энергостанции, я ненавидел гоблинов всей душой и не понимал, почему их всех до сих пор не схватили и не пересажали в тюрьмы. Предварительно удостоверившись, какая труба идет из казарм Синих, и дождавшись, когда гоблин отвернется, мы старательно загребли туда обильно политых отвердителем слизней. Скоро труба переполнится, и все отходы хлынут назад. После сделанной пакости я почувствовал моральное удовлетворение, и работать дальше стало легче. Но очень скоро даже эта мелкая радость рассеялась. Закончили работу мы, когда на улице стемнело. К этому времени я уже устал так, словно в одиночку пропахал весь Игш. Постояв десять минут под струей холодной воды, чтобы смыть с себя пот и грязь прежде, чем вернуться в казарму, я почувствовал себя немного лучше, но все равно почти не ощущал рук и ног. Кое-как дотащившись обратно до своих казарм, нам всем хотелось только одного — лечь в кровать и уснуть. Встречала нас лично Шинелина. — Проблема решена?! — обрадовалась она. — Да, солдаты, военная служба — это не только медали и парады! Иногда приходится ковыряться во всякой гадости. Итак, со слизняками покончено. Мы сделали все, что могли. А если кому-то что-то не нравится, то пусть сами со своим… вопросом разбираются. Правильно я говорю? Она подмигнула нам и расхохоталась. Я нашел в себе силы лишь вяло улыбнуться. — А вы молодцы, соображаете! Можете сходить поесть и отправляйтесь спать, завтра у вас будет тяжелый день. — Как жаль, что сегодняшняя лафа уже подошла к концу, — заплетающимся языком произнес Орел. Я был зверски голоден, но заставить себя дойти до столовой так и не смог. И Миша, и Кузьма, и даже, как ни странно, Лоб, разделяли мое мнение. Поэтому, попрощавшись с Матреной и Лизой, мы вчетвером сразу отправились в казарму. Остальные солдаты тоже вернулись с учений и уже крепко спали в своих кроватях. Не обращая внимания на голод и жажду, я, в предвкушении долгожданного отдыха, рухнул на подушку и мгновенно уснул. Но не прошло и пяти минут, как тишину разодрал вой серены и чей-то голос заорал прямо в ухо: — Рота, ПОДЪЕ-Е-ЕМ! С этого дня началась моя армейская жизнь. Мне казалось, что я совсем не спал, но было уже ранее утро, и все солдаты довольно резво повскакивали со своих мест. Прилагая нечеловеческие усилия, я заставил себя сползти с кровати, стараясь не уснуть на ходу. Впрочем, недосып стал моим постоянным спутником на ближайшие дни, счет которым я потерял очень быстро — все они были абсолютно одинаковыми и слились для меня в один бесконечный кошмар. Как выяснилось позже, лучше встать как можно скорей и заправить постель, иначе — взыскание. Далее — утренний смотр, где нужно изо всех сил стараться выглядеть бодрым и подтянутым, потому что за неугодный командованию внешний вид тоже можно заработать взыскание. На завтрак отводилось ровно пятнадцать минут, если кто-то не успел (а кто-то не успевал постоянно, столовая просто не могла обслужить всех за столь короткое время), то это были его личные проблемы. Затем нас отводили на учебно-тренировочный полигон, где и начиналось самое интересное. Вся моя прошлая жизнь, включая незабываемые часы возле сточных ям, вскоре стала казаться мне отдыхом на курорте. Возвращались в казармы мы очень поздно, без сил падали на кровать, чтобы проснуться через несколько часов и прожить еще один точно такой же день. Я и думать забыл про Посох, надежду орков-шаманов, месть Синим, и вообще про все. Единственные занимавшие меня мысли крутились только вокруг сна и еды, причем именно в таком порядке, ни для чего другого в чугунной голове просто не было места. Даже непробиваемые орки еле выдерживали такой сумасшедший темп. Каждый вечер я думал, что на следующее утро точно не смогу уже подняться, но каждый раз каким-то чудом находил в себе силы вставать и идти на учения, поражаясь скрытым человеческим резервам. Сами учения касались физической подготовки. Нас приводили на специально оборудованные площадки, где с утра и до позднего вечера мы бегали, прыгали, ползали, преодолевали какие-то препятствия, перелезали через преграды, подтягивались, отжимались, и снова куда-то бежали. Никаких спаррингов между бойцами не было, и единственным противником, с которым приходилось сражаться, была местная, измененная магией астрала, фауна, которая вела себя довольно нагло и даже агрессивно. Моя ненависть ко всем этим отвратительным, мутировавшим тварям возросла во сто крат, ведь пробежать, перепрыгнуть, перелезть и проползти необходимо за определенное время, чему всячески мешала степная живность. Личного времени у нас не было совсем, поэтому мы почти не разговаривали с Орлом, Мишей и Лбом в эти дни, не говоря уже о том, чтобы познакомиться с кем-то еще. Женские учения проходили отдельно от нас, и я только мельком видел Лизу и Матрену на утреннем построении и в столовой. Матрена выглядела такой же вымотанной, но каждый раз улыбалась мне и махала уркой. Лица Лизы я не видел, потому что на ее голове всегда был низко натянут капюшон от длинного, скрывающего крылья, плаща. Через некоторое время я с удивлением начал замечать, что мои мышцы перестали ныть от боли, хотя нагрузки нисколько не снизились. Я по-прежнему чувствовал себя дико уставшим и невыспавшимся, но вставать и переносить ежедневные испытания стало легче. Вероятно, нечто подобное происходило не только со мной. К Кузьме вернулось чувство юмора, Миша перестал смахивать на ожившего зомби, а Лбу хватало сил дойти до столовой после отбоя, и стащить там еды. Контрольная сдача нормативов физподготовки приближалась, и впервые во мне поселилась уверенность, что я все-таки до нее доживу. О том, что меня ждет, когда начнется боевая подготовка, я предпочитал пока не думать. Глава 14 Глава 14. Задание Шипа Змеелова — Теперь, когда ясно, что вы здесь не зря и на вас можно положиться, спрос будет жестче. Солдаты Империи должны уметь справляться с любыми препятствиями, и пришла пора проверить, насколько хорошо вы усвоили уроки. Это обязательный этап подготовки каждого защитника Родины, потому что все мы — орки, хадаганцы и восставшие Зэм — должны помнить, что… Длинная речь политрука перед сдачей нормативов была наполнена пафосными лозунгами и призывами к патриотизму. По лицам стоящих рядом орков я понял, что они понимают не все слова, которыми очень эмоционально сыпал с трибуны молодой хадаганец. Впрочем, вскоре я и сам перестал улавливать мысль политрука, потому что слушать его было очень скучно. Вновь навострил я уши, только когда услышал имя Шипа Змеелова — орка, который и будет определять нашу пригодность к дальнейшему обучению. — Это опытный вояка, через лапищи которого прошел каждый армеец. Бойцы не раз вспоминали добрым словом старого зануду, когда его наука спасала им жизнь. — Так вот кому мы обязаны столь насыщенной культурной программой на полигоне, — прошептал Орел. По счастью, день был немного пасмурным, и это давало мне уверенность, что я сдам нормативы, не умерев от теплового удара. Когда мы строевым шагом и бодро горланя армейские песни добрались до полигона, Шип Змеелов нас уже ждал. Он был одет в традиционный для шаманов кожаный балахон без рукавов, опоясан тяжеленным металлическим ремнем, а на голове у него красовался скальп какого-то рогатого животного. Его суровый внешний вид немного диссонировал с слишком высоким, для орка, голосом. У меня Шип почему-то вызывал прочную ассоциацию с мясником. — Новобранцы нынче слабые пошли: в нормативы не укладываются, пауков боятся. Что с вами будет на поле боя — боюсь даже представить! — сварливо хрипел он, расхаживая вдоль строя. — Учтите: я не собираюсь учить вас сражаться. Я буду учить вас убивать. У меня здесь три площадки с разными противниками. Так что придется попотеть! По рядам прокатилось оживление. Впрочем, на женской половине, которая впервые присутствовала на полигоне вместе с мужской, энтузиазма было заметно меньше. Я попытался поискать глазами Матрену и Лизу, но за широкими плечами орчих никого не было видно. Для зачета мы разбились на маленькие группы. Мне было интересно, о каких трех площадках говорил Шип, ведь до этого мы проходили только набившую оскомину полосу препятствий — именно она и стала первой площадкой. Этот этап проходил довольно быстро: вслед за первой группой сразу же выдвигалась следующая без задержек. И поскольку значительная часть новобранцев отсеялась еще на этапах тренировок и ко дню зачета наши ряды заметно поредели, оставшиеся самые стойкие солдаты уверенно справлялись со своей задачей. Поэтому хоть наша группа была в числе последних, очередь подошла быстро. — Пауков не боитесь? Мы специально разводим здесь этих тварей. Салагам на погибель, ха-ха! Вам предстоит перебраться через три забора-преграды. Если, конечно, позволят пауки. Они у меня отборные, высший сорт! Жирные, мерзкие и злобные. Специально для вас, гы! Рекомендую перебить их всех. И действуйте быстро — на их место очень скоро придут другие. Коснетесь финишного камня, который стоит на самой верхней площадке. И помните, у вас мало времени. Готовы? Понесла-а-ась! Шип дунул в свисток, и я рванул вперед что есть мочи. Пауков я не боялся, даже таких огромных, и мои руки орудовали мечом почти в автономном режиме. Я был сосредоточен на первой стене, уже замаячившей впереди. Слева от меня свою полосу препятствий преодолевал Михаил, и яркие вспышки от его заклинаний, которыми он расчищал себе дорогу, то и дело слепили мне глаза. Справа с грацией носорога двигался Лоб, вообще не замечающий никаких пауков, они сами при столкновении с ним отлетали в стороны как кегли, и именно это позволяло неповоротливому орку не отставать от нас. У меня даже появилась мысль, что Лоб не станет заморачиваться и со стеной, а просто пробьет ее насквозь. Кузьма сдавал зачет на следующей за Лбом площадке, и я не видел, как дела обстоят у него, но не сомневался, что уж он то точно коснется финишного камня первым в нашей группе, а может и во всем взводе. Я надеялся, что у меня будет возможность посмотреть, как сдает нормативы женская половина, но, похоже, командование старалось изо всех сил, чтобы мы пересекались как можно меньше. Когда все три стены были позади и я, наконец, коснулся финишного камня, чтобы зафиксировать свое время, Орел уже спокойно убирал лук за спину. Следом, буквально через несколько секунд после меня, полосу преодолел Грамотин. Еще секунд через двадцать до финиша добрался Лоб, я невольно окинул взглядом препятствия за его спиной на предмет их целостности. Последняя стена была частично разрушена сверху, а сам Лоб, недовольно фыркая, отплевывался от рыжей кирпичной крошки, осевшей на нем плотным слоем. — Ну не допрыгнул чутка в конце и че? Успел же! — ответил он на наши ухмылки. — Так, с пауками и заборами вы справились. Ставим галочку о прохождении, — приговаривал Шип, выводя карандашом в своем блокноте какие-то каракули. — Разрешите обратиться! Орк кинул на меня раздраженный взгляд и снова уткнулся в блокнот. — Ох, с этими новобранцами у меня башка идет кругом. У одного аллергия на паучьи укусы, другой привидений боится. А у тебя что? — А у меня для вас мешок, — отрапортовал я. Теперь Шип посмотрел на меня уже с куда большим интересом. — Значит, это о тебе говорил Шрам… И это тебе суждено найти потомков Легендарного Орка… Круто! Я, когда был маленьким, надеялся, что это я — Избранный! Но обломался. Посмотрим, как получится у тебя, — он сделал пару шагов назад, чтобы осмотреть меня с ног до головы. На его лице было написано сомнение. — Но это потом. Сейчас надо покончить с нормативами. После того, как последние группы завершили сдачу, нас снова построили. — Итак, товарищи солдаты! Нормативы сданы, полоса препятствий пройдена. Очень хорошо.Тяжело в учении — легко в бою! Хорошо сказал, правда? — Все оказалось не так уж и сложно, да? — с сомнением прошептал Орел, не поворачивая головы. — Что-то мне подсказывает, что это еще не конец, — протянул я. — Ну, а теперь, мое любимое испытание — призраки! — тем временем провозгласил Шип и довольно оглядел строй, ожидая реакции. Судя по его хитрому лицу, ничего хорошего это испытание нам не сулило. По рядам прокатилась волна недоумения, ведь все это время мы только и делали, что проходили различные полосы препятствий. Ни с какими призраками иметь дело нам не доводилось. — Враг хитер и коварен, — продолжил Шип. — А уж если речь идет о трусах из Лиги… Эти сволочи, как только почувствуют, что дело — швах, сразу линяют в кусты. Какая задача в такой ситуации стоит перед имперским воином? Правильно — не дать врагу скрыться, добить сволоту! Вот этому вы сейчас и будете обучаться. Призрак способен очень быстро сбежать с поля боя. Моргнул — и нет его. Все немного опешили. Бороться с призраками? Солдаты начали переглядываться. Я до последнего был уверен, что нам просто не до конца разъяснили суть задания. И даже когда нас вывели в открытую степь, где кроме колючего ветра, шевелящего засохшую траву, не было никакого движения, я думал, что это будет что-то вроде поиска затаившегося врага на большой территории. Но тут я внезапно увидел его… Прозрачный человеческий силуэт несколько секунд сиял в лучах выглянувшего из-за туч солнца, а затем вдруг бесследно исчез, заставив сомневаться в реальности увиденного. — Я… я же не один это видел? — по-собачьи затряс головой Лоб. — Нет, не один, — подтвердил наши самые худшие опасения Шип. — Не бойтесь призраков, смело нападайте. Помните, что вы солдаты Империи, а потому должны уметь действовать быстро и безжалостно. — Но как с ними бороться, они же… бесплотные! — я обернулся к Шипу, пытаясь понять, в чем тут подвох. Но никакого подвоха не было. Через десять минут мы разбрелись по всей округе, в поисках самых настоящих призраков. Я посмотрел на остальных солдат — все ли они чувствуют себя так же по-идиотски, как и я? Нам было приказано отдалиться друг от друга, чтобы проходить испытание самостоятельно, и хотя я старался не упускать из вида Кузьму, Михаила и Лба, вскоре в поле моего зрения остались лишь какой-то орк, а чуть позади — высокий, худой хадаганец. Я достал меч и огляделся. Никого. — Ну и что мне теперь делать? — вслух спросил я. Несмотря на облачность, было изнуряюще душно, хотелось пить, а еще лучше — нырнуть в ледяную воду с головой. Я медленно побрел вперед, украдкой поглядывая по сторонам. Орк почесал затылок, уселся на землю и закурил — искать призраков он явно не собирался, а может надеялся, что они сами выскочат перед его носом. Мы переглянулись с худым хадаганцем, решая, стоит ли последовать его примеру. Худой пожал плечами и, неуклюже размахивая парой кинжалов впереди себя, поплелся в противоположную от меня сторону. Мне показалось, что я бездумно тащился не разбирая дороги уже несколько часов, когда рядом мелькнула неясная тень. Я резко повернул голову. Дурман, которым окутала меня жара, моментально слетел. — Кто здесь? — глупо спросил я. Но ответом мне была тишина. Померещилось? — Ты сходишь с ума, Ник, — проговорил я. — Твои мозги расплавились. Ищешь призраков, разговариваешь сам с собой… На этот раз что-то мелькнуло у меня за спиной. Я даже почувствовал легкое дуновение в затылок, но когда обернулся, там уже никого не было. Следующие десять минут мое внимание находилось в предельной концентрации, зрение и слух обострились, и сам я превратился в пружину на взводе. Но как бы я не старался уловить хоть что-то необычное, вокруг простиралась лишь голая степь. Я опустил меч. — Я точно схожу с ума. После этого мне еще несколько раз чудилось, что я что-то вижу. Я резко оборачивался, взмахнув мечом, разрубающим лишь пустоту, несколько минут искал хоть какое-нибудь шевеление, и каждый раз не находил ничего. Усталость и раздражение росли с каждой минутой. Призрак — если он не был плодом моего больного разума — будто играл со мной, появляясь лишь когда я терял бдительность, и исчезая, как только я его замечал. — Ты что, издеваешься надо мной? Я отчаянно замахал мечом вокруг себя, топчась на одном месте. Наверное, со стороны я казался настоящим психом, воюющим с невидимкой, но я был зол до такой степени, что мне стало все равно, что подумают обо мне возможные наблюдатели. Даже если это повлияет на мое дальнейшее пребывание в ИВО! Выдохся я очень быстро. Безумная пляска с тяжелым оружием в руках не способствовала приливу сил. Я устало опустил меч и уставился себе под ноги. На улице начало темнеть и шансов разглядеть едва заметного призрака, становилось все меньше. — Проклятье. Я закрыл глаза и прислушался к биению своего сердца, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Быстрый, рваный ритм в груди постепенно успокоился, и я еще какое-то время продолжал его слушать, немного покачиваясь в такт и сосредоточив на нем все свое внимание. Посторонние звуки перестали доноситься до моего сознания, и уходящее за край аллода солнце уже не слепило глаза сквозь закрытые веки. Я ощущал только себя… и еще нечто, сгущающееся за моей спиной. Призрак появился как раз в тот момент, когда мой меч уже рассекал пространство в том месте, где он стоял. Я не почувствовал никакого сопротивления, будто рубил воздух, но прозрачный силуэт на долю секунды засветился ярче — по клинку пробежал ослепительный блик — и тут же рассыпался прахом. Ветер подхватил было сверкающие пылинки, но они быстро погасли, и от призрака не осталось следа. — Ловко ты его! Эй-эй… выдохни, парень, это свои, — сбавил шаг приближающийся ко мне Шип, когда я замахнулся мечом. — Ты отлично справился, сейчас я у себя помечу. — Как вы тут очутились? Вас здесь не было… — Приглядывал за тобой неподалеку, — отмахнулся Шип, не вдаваясь в подробности. — Так и думал, что ты сможешь развеять призрака с первого раза. — С первого? — переспросил я, вспомнив, каких усилий мне это стоило. — В первый же день, — поправился он. — Это редкость? — В целом… да. У некоторых магов иногда получается… у мистиков и некромантов. Но ведь у тебя нет способностей к магии? Я отрицательно покачал головой. Шип задумчиво глядел на меня в упор несколько мгновений, затем перевел взгляд на мой меч. — Красивое оружие. — Мне никто не верит, что это подарок Яскера. Шип ухмыльнулся: — Я бы тоже не поверил, если бы не знал наверняка. Ну да ладно, не важно. Принеси мне завтра посылку от Коловрата. Пока остальные будут учиться бороться с призраками, мы с тобой проверим кое-что. С полигона мы вернулись раньше, чем обычно, и нам даже впервые дали время посидеть в столовой подольше, и что самое приятное — накормили сверх привычной нормы. Все делились впечатлениями о прошедшем дне, точнее — о борьбе с призраками, бег с препятствиями мало кого волновал. Выяснилось, что я действительно был единственным, кому удалось развеять призрака, и теперь у меня выспрашивали подробности. Поначалу мне льстило всеобщее внимание — я делал «мудрое», как мне казалось, лицо и загадочно улыбался, но вскоре шумиха вокруг начала утомлять. Я встал из-за стола и направился в казарму. Возможно мне впервые за все время пребывания в ИВО удастся нормально выспаться. Я уже вышел на улицу, как меня кто-то окликнул шепотом. — Никита… В ярко освещенном прямоугольнике дверного проема стояла женская фигура. На улице было совсем темно, а свет из столовой бил прямо в глаза, так что я не сразу узнал Матрену. — Привет. Давненько не виделись. Тебя не хватятся? — Все слишком заняты разработкой правильной стратегии для завтрашних учений с призраками, — махнула рукой она. — Я улизнула, пока наш командир не видит… Но лучше бы нам не стоять здесь. Я кивнул и мы отошли подальше от крыльца в темноту. — Это бред, что нам не дают нормально… — В армии нужно думать о другом! — воздела указательный палец к небу Матрена и тут же засмеялась. — Но мне хотелось тебя услышать. — Да… мне тоже. Я рад, что ты все еще здесь. А как там Лиза? — Нормально, — дернула плечами Матрена. — Поначалу нам всем было трудно, но мы уже привыкли. Сейчас служба уже не кажется такой тяжелой. Эти учения… А правда, что ты сумел развеять призрака? Она схватила меня за руку, будто боялась, что я убегу, оставив ее без ответа. — Правда. Только не спрашивай как. — Ни-и-ик… — притворно возмутилась Матрена, дергая меня за рукав. Глаза ее по-детски горели любопытством, и я невольно заулыбался. — Случайность, наверное. Но все думают, что я открыл какой-то секрет, — ответил я. — Шип говорил, что сильные мистики и некроманты способны на такое. Но я же не маг… А как прошла Лиза? У нее ведь есть дар. Матрена отпустила мою руку. — У нее не получилось, и она очень злится. — Жаль… — покачал я головой, — она очень способная. — Да, — кивнула Матрена и добавила: — отлично подходит Мише. — Э-э-э… — Неважно… Не обращай внимания, — Матрена снова заулыбалась. — Лучше расскажи, как дела у тебя? Ваша программа отличается от нашей, она намного сложнее. — Это логично. Но мы пока справляемся. — Не дрались с Синими? — Нет… Не смотри на меня так! Клянусь — нет! Но у нас все еще впереди, когда начнутся совместные Учения. — Зная тебя и твоих дружков, уверена, что все случится гораздо раньше, — ухмыльнулась Матрена. Я состряпал невинно-оскорбленную мину, и она захохотала в голос. — Но вообще-то я думаю, что Синие будут проявлять больше внимания к женской части батальона, — уже серьезно сказал я. — Пусть только попробуют. У нас такие кадры есть, что эта встреча им запомнится надолго, — махнула рукой она, а затем, подумав, добавила: — Или ты про Лизу? — Я опасаюсь за нее. Матрена помолчала немного, а потом вдруг спросила: — А за меня? Я немного растерялся и не нашел ничего лучше, чем ляпнуть: — Ты же не из Лиги. — Да… — вздохнула она и опустила глаза. — Я имею в виду, что… кто-то может захотеть поквитаться с ней или… — зачем-то начал оправдываться я. — Я понимаю. С ней все хорошо. Знаешь, мне кажется, за ней очень пристально наблюдают… Комитет или Хранители, не знаю, но за нами точно следят… за ней, точнее. Вряд ли ей угрожает какая-то опасность со стороны хоть Красных, хоть Синих. И сама она… может постоять за себя, — Матрена подняла голову, заглядывая мне в глаза. — Она и правда очень талантливая. Если бы ей выдали оружие посильней той ржавой палки, с которой она ходит сейчас, она бы точно справилась с призраком… И тогда вас было бы двое. Я услышал в ее словах горечь и поспешил утешить. — Ну-у-у… Это ведь не так уж и важно, кто с какой попытки прошел испытание. Скоро многие научатся это делать. — Да, ты прав. Мне пора возвращаться, пока нас не заметили, а то у нас обоих будут неприятности. Она развернулась и направилась обратно в столовую. — Пока. Надеюсь еще сможем… — крикнул я ей вслед, но она уже скрылась внутри, — поболтать. Я остался стоять на темной улице в одиночестве, испытывая непонятно откуда взявшееся чувство вины. — Что-то явно пошло не так. — Что не так, где не так? У меня все по совести! Чистота, порядок… Обернувшись, я увидел гоблина, катившего перед собой тележку с мусором. Он остановился, приняв мою фразу на свой счет. — Ушастый, у тебя там нигде не завалялось пособия о том, на что обижаются женщины? — Нет, но я еще не все урны почистил. Я обязательно поищу и дам вам знать, ага! На следующий день, когда все ушли на неравную борьбу с призраками, я в компании Шипа Змеелова разглядывал карту полигона. В мешке, который я ему передал, оказались гладкие камни, исписанные непонятными символами. Шип аккуратно разложил их по карте. — Итак, приступим. Вот на этих площадках установлены шаманские тотемы, настроенные на эманации высшей магии. Если кто-то из солдат обладает магическими способностями, тотем это засечет. Обычно это хадаганцы или Зэм… но если ты правда избранный, то мы сможем найти орка! — И что я должен делать? — Вот это, — он постучал пальцем по камню, — заряды для тотема. Старые уже выдохлись, в них не осталось магии, их уже пора заменить! Коловрат присылает мне новые, я всегда меняю их сам, но сейчас это сделаешь ты. Проверим твою избранность! Если духи не врали про тебя, то есть все шансы, что обход не будет напрасным. — Надеюсь, на этот раз обойдемся без злых духов? — сказал я, вспомнив свое первое знакомство с шаманским тотемом. — Возможно, но будь настороже. Работа оказалась несложной — просто достать из большого, разукрашенного шаманскими каракулями валуна маленький камешек и вставить на его место другой — тяжелей было передвигаться по аллоду, потому что тотемы располагались вокруг полигона на достаточно большом расстоянии друг от друга. Впрочем, мой дрейк, уже успевший заскучать за все то время, пока томился без дела, скрасил эту прогулку. Сначала он недовольно фыркал и отворачивал морду, когда я пытался его погладить, но все-таки позволил себя оседлать. — Не обижайся, Старик, это армия. Здесь мы делаем только то, что нам говорят. Управился я всего за несколько часов, не встретив никаких препятствий, и когда вернулся к Шипу Змеелову, тот уже сиял, как звезда на вершине Ока Мира. — Счастливый день! Тотемы засекли магические эманации и знаешь что? — Что? — Число магов в ИВО по бумагам расходится с тем, что говорят тотемы. На территории есть кто-то с незарегистрированной способностью к Высшей магии! Мне нужно срочно с этим разобраться… Голову даю на отсечение — это орк! — Откуда вы знаете? — А как же иначе? Одно могу сказать точно — это не ты. В тебе нет абсолютно никаких магических способностей, я проверил. — Да, круг поисков значительно сузился, — хмыкнул я. — Не расстраивайся, не всем дано. — Я, в общем, и не возлагал надежд. А как вы будете его искать? — Считывать данные с тотемов и сверяться с бумагами. Рано или поздно я найду его! — Шип яростно стукнул кулаком по ладони. Следующие несколько дней меня мучили сомнения, правильно ли я делаю, помогая оркам отыскать своего собственного Великого Мага, способного удерживать аллод от разрушительной силы астрала. Мое первоначальное любопытство уже переросло во вполне сформировавшееся желание довести это дело до конца, но одновременно с этим, чем дальше я заходил, тем сильнее меня терзала мысль, что я совершаю роковую ошибку. Пока эта воинственная раса зависит от людей и восставших, наш тройственный союз кажется непобедимым в войне с Лигой… Но долго ли орки будут отстаивать интересы Империи, если перестанут нуждаться в помощи ее Великих Магов? Я мог бы отказаться нести бремя «Избранного» и предоставить оркам самим разбираться со своими проблемами, тем самым лишив их последней надежды, зато обезопасив свою страну от возможного раскола. В конце концов, я клялся защищать Империю до последнего вздоха… однако я не предполагал, что для этого мне придется совершать сделку с совестью. Я не стал делиться своими мыслями ни с кем, потому что, несмотря на уже принятое решение, я все еще не был уверен в его правильности и боялся, что кто-нибудь меня отговорит. Впрочем, Орел привык жить сегодняшним днем и не заглядывать так далеко, так что эти поиски его скорее веселили, чем вызывали опасения. Лбу эта тема на удивление была мало интересна, хоть и касалась его непосредственно. Как представитель клана воинов, он не разделял взглядов своих правящих собратьев — шаманов. Зато Михаил все прекрасно понимал и, хоть он и не озвучивал своей позиции, выражение его лица говорило о том, что моего решения он не одобряет. И все-таки я был благодарен ему за то, что он не стал вступать со мной в дискуссию. Передо мной стоял сложный выбор, и я должен был сделать его сам, без постороннего вмешательства. Шипа Змеелова я увидел только спустя неделю, когда он сам разыскал меня на полигоне. В тот день те, кто сумел достичь успехов в борьбе с призраками, пытались разобраться с новым противником. — Это испытание — самое сложное, гы. Враги нередко ходят группами и в бою помогают друг другу. Но это не проблема для военнослужащих Империи, верно? У Миши, который сумел развеять призрака на следующий же день после меня, загорелись глаза. Лоб и Кузьма, едва-едва справившееся с этой нелегкой задачей, были уже вымотаны до предела и энтузиазма Грамотина не разделяли. — Случалось видеть бродячий фингус? Это особое растение — умеет ползать, нападать и, что интересно, лечить! С ним вместе обычно сосуществует… сейчас слово умное вспомню… во — в симбиозе! — мантис. Фингус ему силы восстанавливает, а мантис защищает слабый фингус. Как вы понимаете, фингус нужно убить первым, тогда и с мантисом без труда расправитесь. Вопросы? — Что такое — мантис? — спросил Лоб. — Сейчас увидите, — заверил прапорщик и глаза его недобро блеснули. Это были отвратительного вида богомолы-переростки, возле которых копошились ползающие растения с крупными хищными цветами. Я никогда не видел ничего подобного и несколько минут оторопело пялился на этот странный тандем. Фингусы прятались в тени своих защитников, обвивая их лапы своими ростками-щупальцами, чтобы не отстать. — Ну и гадость, — поморщился Орел, и я был с ним полностью солидарен. Было что-то в этих парочках невероятно омерзительное. Справиться с задачей оказалось гораздо сложнее, чем можно было подумать сначала. Силы мантисов казались бесконечными, пока живы их цветущие союзники, так что совет разделаться сначала с фингусами был дельным. Однако приблизиться к растениям было почти невозможно, пока их защищали гигантские насекомые. Мне пришлось изрядно постараться, прежде чем разорвать этот замкнутый круг. — Я же объяснял: сначала распотрошите фингус, а затем беритесь за проклятого мантиса! Все просто! — ругался прапорщик. Будто в отместку за то, что я первым сумел победить призрака, мантиса я зарубил самым последним из тех, кто приступил к этому испытанию вместе со мной. Кроме меня и Лба, на площадке были только маги, включая Грамотина, пара лучников, включая Орла, и один орк-шаман — все они относительно легко разобрались с новым противником. Кузьма метко выстрелил сначала в растение, попав с первого раза, вторая стрела в мантиса довершила дело. Михаил и вовсе поджёг обоих одним заклинанием. Мне же пришлось повозиться, чтобы выцепить мечом юркий цветок из-под брюха гигантской твари и не попасть при этом в ее зазубренные хитиновые лапы. Толстокожий Лоб, которому тоже пришлось орудовать вблизи, не слишком опасался ударов мантиса, хоть и поплатился за это изодранной формой. Для него это задание также не стало проблемой: наплевав на правильную последовательность, он просто свернул голову мантису и тот рухнул прямо на фингуса. Немного подумав, Лоб приподнял огромную тушу, достал из-под нее цветок и на всякий случай разодрал его на части. Спустя некоторое время остальные солдаты уже стояли в стороне, травили байки и подбадривали меня, показывающего чудеса акробатики. Я вертелся как юла, стараясь достать цветок, вымок до нитки и был ужасно зол то ли на себя, то ли на мантиса, то ли на свою группу поддержки. — Я не сомневался, что ты справишься. Чистая работа! — сказал прапорщик, когда я в конце концов пробил панцирь мантиса. — Пусть вся флора и фауна дрожит перед армией Империи! Если все новобранцы будут такими, как ты, то считай — победа у нас в руках! Едва я присел, чтобы перевести дух, как на площадке появился Шип Змеелов, махавший мне руками. Пришлось подниматься и идти ему навстречу. — Вот ты где. Как испытания, сдал? — и тут же, не дожидаясь ответа, продолжил. — Я нашел его! Это орк! Орк!!! Понимаешь?! Новобранец из батальона Синих. Имя — Вихрь Степных. Немедленно отправляйся к Синим и найди его как можно скорее. У меня какое-то дурное предчувствие… — А почему бы вам просто не вызвать его к себе? — Э-э-э нет. Ты избранный, вот ты его и приведи лично, чтобы уж наверняка… — Но как я… — А, проклятье, ты же из Красных! Будет непросто. Ладно, сейчас я что-нибудь придумаю… — Шип принялся ходить передо мной взад-вперед, сложив руки за спиной. — Я сначала подумал на дружка твоего, Буйного. Очень уж резво призрака поймал. Орки редко справляются с этим заданием, разве что шаманы… — Лоб учился у церковника, — вставил я. — Наверное, в этом дело. — Возможно. Надо приглядеться повнимательнее к храмовникам на ближайших учениях… Стоп! Придумал. Жди меня здесь, — воскликнул Шип, как будто я мог куда-то уйти с полигона без разрешения командования, и быстро удалился. Ожидание не затянулось надолго. Мой честно заработанный перекур закончился, и я уже был готов вступить в схватку с новом мантисом и его мелким спутником, как на полигоне снова появился Шип Змеелов, на этот раз в сопровождении лейтенанта Мышкиной. — Рядовой Санников, — гаркнула она в своей привычной манере и ткнула мне длинным ногтем в грудь. — Вы знаете, что на носу Большие Учения, и мы вновь сойдемся в поединке с Синими? Вопрос был риторическим — все вокруг только и говорили о предстоящей схватке с Синими, но Мышкина сверлила меня суровым взглядом, ожидая ответа. — Так точно, — не стал вредничать я. — По условиям Учений между нами есть договоренность об обмене парламентерами, — продолжила она. — Они присылают несколько своих солдат к нам и наоборот. Шип мне тебя рекомендовал, так что эту миссию я поручу тебе. Задача парламентеров — раздобыть секретные документы о силах врага. Документы, естественно, надежно спрятаны. — А Синие будут в курсе моей задачи? — Естественно! И постараются помешать. Однако, согласно условиям, напасть на тебя они не могут. Правда, этот пункт часто нарушается… Одним словом, выбирай себе помощников из числа Красных и отправляйтесь в казармы Синих. Доложите о своем прибытии их лейтенанту, она обязана дать зацепки, которые могут привести к документам. Если ты, конечно, проявишь мужество и воинскую смекалку. Где искать врага, знаешь? — Теоретически. — Значит, разберешься. Вперед, солдат, вас уже ждут. С распростертыми объятиями! С этими словами Мышкина козырнула, развернулась на каблуках и оставила нас со Змееловом вдвоем. Шип, проводив лейтенанта взглядом, повернулся ко мне. — Найди способ втереться в доверие к ним. Я бы начал с местного прапорщика — прощелыга еще тот! — А я не могу просто сказать им, что вы срочно вызываете рядового Степных к себе? — Можешь. Но ты из Красных, и они обязательно найдут сотню причин помешать тебе выполнить приказ. А мне очень важно, чтобы именно ты привел его, понимаешь? Я с сомнением кивнул. — Кого ты возьмешь в помощники? — А кого можно? — Кого хочешь из рекрутов Красных. — Тогда Кузьму Орлова, Михаила Грамотина и Лба Буйных, — сразу определился я. — Возьми политрука. Рекомендация добровольно-принудительного характера. И я бы еще посоветовал мистика прихватить. Мозговитые они… — Женщин можно? — Да. — Тогда Матрена Коновалова и Лиза ди Вевр. — Эльфийка… — неодобрительно покачал головой Шип. — Ну дело твое. Я распоряжусь. И выдвигайтесь немедленно! Прапорщик Красных, проводивший испытание с мантисами, был недоволен, что я не кромсаю противника вместе с остальными. — Эй, Санников, ты там не переутомился с начальством языком чесать? А ну упасть! Отжаться десять раз! Выполнять! Я подчинился. — Гы… Как я тебя, а? Я шутки разговаривать люблю, я такой! А теперь шагом марш во-о-он к тому мантису, да поживее… Чего ты там бормочешь? Сначала он рассердился, но услышав, что мы отправляемся к Синим, сменил гнев на милость. — Эх… ненавижу гиен! Обнаглевшие твари. И морды у всех как на подбор бандитские, — припечатал прапорщик, сжав в руках украшенные черепами кастеты. — У нас тут на юго-востоке… постой, рукой покажу. Во-он там, значит… Так вот, там — Мертвое Море. Паскудное местечко! Лоботрясы Синих туда в самоволку ходили. Нашли куда ходить, идиоты! Я их лично задержал. А пока к Петлициной конвоировал, они все просили их отпустить, взамен обещая сокровище Мертвого Моря. Только я им не поверил! Довел до военкомата и сдал, как манатару! Сокровище… Гы… Нет, расположение начальства и соблюдение Устава важней всех сокровищ мира! Медлить с вылазкой в лагерь Синих мы не стали, как того и хотел Шип. Когда по его приказу Матрена и Лиза вернулись с полигона в казармы, наши ездовые животные уже были оседланы и готовы отправиться в путь. Я с удивлением для себя обнаружил, что рад этой неожиданной прогулке в компании, уже успевшей стать «своей». Матрена, вопреки моим опасениям, больше не дулась, либо делала вид, что не обижена. Она улыбалась и всю дорогу рассказывала, как у них проходили учения. Лиза была менее многословна, но что тоже весьма неожиданно, в приподнятом настроении. Я ожидал, что как только мы встретимся, она разразится гневной тирадой про жуткие условия, в которых ей приходиться жить, непомерно суровые испытания, выпавшие на ее эльфийскую долю, а также эмпирически докажет полную никчемность Имперской армии. Однако Зизи лишь тепло нас поприветствовала, и я мог дать голову на отсечение, что она тоже рада. Мы толком не виделись уже довольно давно, и ее внешний облик претерпел изменения: одета она была в очень строгую серую форму большего размера, чем это было необходимо, без всяких знаков отличия, крылья скрывал длинный коричневый плащ, коротко подстриженные волосы приобрели мышиный цвет, в ушах не было сережек, а на пальцах колец. Кто-то очень старался сделать эльфийку менее броской, но больших успехов не достиг — даже в таком виде Лиза все равно была красива и привлекала внимание. Казармы Синих мало чем отличались от наших: за бетонным забором виднелись такие же приземистые, неуклюжие зданьица, разве что вместо красных знамен повсюду висели синие. Хотя мы находились на территории имперского военного округа, я все равно чувствовал себя так, будто попал в стан настоящего врага, и мне было немного не по себе. Впрочем, внутрь нас и не пустили, остановив на КПП. Немногословные орки придирчиво осмотрели нас с головы до ног, задержавшись взглядами на красных нашивках. — Парламентеры значит. Вам нужна лейтенант Иавер Хагар-Феми. Ждите здесь, — буркнул один из них и потопал внутрь. Мы остались стоять у входа под наблюдением второго орка, не сводившего с нас своих маленьких подозрительных глаз. — Давайте постараемся вести себя потише, не будем нарываться, — прошептала Матрена и почему-то посмотрела на меня, как-будто в нашей компании я был главным задирой. — Эй, Красные! Что-то вы слишком свободно здесь прогуливаетесь! Совсем страх потеряли? — Начинается… К нам вальяжно приближалась группа Синих. Они были на своей территории и превышали нас численностью, и поэтому чувствовали себя в полной безопасности. — Прежде чем вы продолжите свою мысль, спешу сообщить, что мы — парламентеры от Красных, и в соответствии с правилами… — начал объяснять Михаил. — Эх, если бы не эта затея с парламентерами, мы бы из вас все кишки повытрясли. Вы это понимаете? Или думаете, что круче тучи? Я разрывался между здравым смыслом и желанием кулаками подправить лица Синим. — Вы не можете нам ничего сделать, — после минутной внутренней борьбы сказал я. — Еще бы! Стоите тут такие все из себя гости… С бабами пришли, подкаблучники что, ли? Тот, который говорил, и видимо считающий себя главным, искал, к чему бы придраться, чтобы вывести нас из себя и спровоцировать драку. Немного сторонясь Лба, он осмотрел меня, затем обошел Кузьму и в конце концов решил обратиться к Грамотину, сочтя его самым безобидным. — Слышь, четырехглазый, а ты без своих телескопов видишь что-нибудь? — Прошу вас не нарушать мое личное пространство, — сказал Михаил отступив назад, когда тот попытался стащить с него очки. — Это может быть небезопасно. — Да ладно, че ты, я только посмотреть… А-А-АЙ!!! — солдат Синих резко отдернул руку, едва коснувшись очков, и начал дуть на обожженные пальцы. — Я прошу прощения, — спокойно сказал Миша. — М-м-маги… чтоб вас… — Сказано же — не трогать, зачем лезешь? — прорычал Лоб. Больше Синий не решился нарываться, зато осмелел стоящий за его спиной орк — он сделал шаг вперед, глядя на Лизу. — А эта чаво стоит в капюшоне по самые си… — Но-но… — предостерег я. — Не, ну, а че она там скрывает? Такая страшная, что показаться боится? — орк сделал еще один шаг и поднял руку, чтобы стянуть с головы Лизы плащ, но на его пути встал Михаил. — Не надо к ней приближаться, — с несвойственной ему лаконичностью и угрозой в голосе сказал он. Со стороны это выглядело комично: не отличающийся внушительной комплекцией Грамотин рядом со здоровым орком и вовсе казался карликом. Тем не менее, он бесстрашно смотрел в глаза противнику и тот немного занервничал. — Ты мне тут не угрожай, очкарик, я эти ваши волшебные штучки не очень то боюсь, — произнес орк, но в голосе его было слышно сомнение. — Ты давай убери свою палку, и посмотрим тогда — кто кого! Не боись, мы честно деремся — один на один. Ну, принимаешь вызов? — В рукопашную с магом — губа не дура. Я принимаю вызов, — сказал я. — Но если я выиграю, вы окажете мне услугу. — Ха-ха… Услугу! И что же это за услуга такая? — Я ищу одного орка, зовут — Вихрь Степных. Он из Синих. — Победишь — будет тебе Вихрь, проиграешь — пойдете отсюда без подсказок. Лады? — тут же предложил орк. — Договорились, — кивнул я, отстегнув ножны от пояса и протянув свое оружие Кузьме. — Здесь? — Отойдем подальше. Мы, оставив ездовых животных у КПП, прошли вдоль забора и завернули за угол. — Давай тут. Сейчас я наваляю тебе по самое не балуйся! Поглядим, как будет смотреться красная кровь на форме Красных, ха-ха! Наша короткая стычка один на один продлилась всего несколько минут, в течении которых болельщики азартно подбадривали свою сторону. И только Матрена нервно переступала с ноги на ногу и закусывала губу, когда огромный кулак орка приближался ко мне на опасное расстояние. Однако бойцом мой противник оказался ниже среднего и никакой угрозы для меня не представлял. Единственным его плюсом было то, что удары он выносил довольно легко даже для толстокожего представителя своей расы, и от болезненного хука в челюсть, ставшего финальным, лишь пошатнулся. Сплюнув на землю кровь с парой выбитых зубов, он произнес: — Ладно, все, все! Хорош! Я все усвоил, больше не полезу. Давай лучше выпьем вместе. Мир, дружба… и еда, гы! Я, растирая ноющую руку, покачал головой: — У нас был уговор. — А, да… Нету Вихря, прапор его того… отправил куда-то. С него и спрашивай. — И где его искать, прапора вашего? — спросил я раздраженно. — Гы-гы… знамо где — с оленями хороводы водит за казармами. Там и ищи. Компания Синих громко загоготала, и смех их не утихал всю обратную дорогу до КПП. Мы шли позади и на нас они не обращали никакого внимания. — Сильно болит? — спросила Матрена, кивнув на мою руку. — Как будто чугунную стену колошматил. — Дай-ка мне… — она взяла в свои ладони мою кисть и мягко провела по ней пальцами. Через несколько мгновений я почувствовал, что боль начала утихать. — Спасибо. — Ты всегда с кем-то дерешься, да? — Я не специально! Шедшая рядом Лиза громко фыркнула, но от комментария воздержалась. На КПП нас уже ждала лейтенант Синих. Недовольно смерив нас взглядом, она процедила: — Мне что, вас тут сутками караулить? И кого тут нам прислали?! Ха, лучше идите и поваляйтесь на травке! Все равно ничего у вас не выйдет! Я посмотрел на иссохшиеся колючие листья редкой травы. — Мы попробуем найти документы. Согласно условиям игры, вы обязаны дать нам несколько подсказок. — Верно. Вот только сумеете вы ими воспользоваться или нет — это уже ваши проблемы. — Мне кажется, целесообразно перейти сразу к сути, — поторопил ее Миша. — Ладно, вот первая подсказка. Как вам известно, наш тотем — Гиена. Я-то сама во все эти шаманские бредни не верю, но тотем объединяет солдат, и они относятся к нему более чем серьезно. Попробуйте только тронуть наших гиен — и убедитесь в этом лично! Хагар-Феми замолчала. Мы ждали продолжения. — Что глаза вылупили? Это все! Больше я вам ничего говорить не обязана — информации достаточно, чтобы попытаться найти вторую подсказку. С этими словами она развернулась и скрылась в казармах, оставив нас стоять в недоумении у входа. — Ну что ж… тогда по коням, — произнес я и запрыгнул на своего Старика. Глава 15 Просмотреть полную запись

Недавно разработчики объявили о своем намерении слить серверы, и на этот раз объединению могут подвергнуться не два, а сразу три сервера: «Сумерки Богов», «Владыки Астрала» и уже дважды перерождавшееся «Возрождение». В соответствующих ветках форума были созданы темы с голосованием, где игрокам предлагается определиться со своим выбором. Возрождение Владыки Астрала Сумерки Богов Слияние традиционно вызывает споры среди игроков. Яростные противники кивают на ухудшение работы клиентского приложения из-за большого притока людей, а также на появление «троллей», которых по каким-то неведомым причинам объединение манит как магнит. Стремление стать главным неадекватом сервера появляется у такого огромного количества игроков, что остальные начинают требовать расширить лист игнора, потому что он очень скоро становится заполненным под завязку. Кроме того, приход новых сильных персонажей и гильдий пугает тех, кто занимает средние строчки доминиона, ведь тогда их результат опустится еще ниже. Некоторые гильдии и вовсе исчезают, так как игроки переходят в более сильные. Но есть и очевидные плюсы слияния, особенно для серверов, где играет мало людей и практически отсутствует конкуренция. В любом случае, судя по результатам голосования, объединения хочет подавляющее число игроков. Однако своего окончательного решения разработчики еще не вынесли. А пока идет обсуждение, вспомним, как это было на других серверах. На момент первого объединения существовало 10 серверов: Вечный Зов Владыки Астрала Горн Войны Грань Мироздания Молодая Гвардия Наследие Джунов Последний Рубеж Сумерки Богов Раскол Нить Судьбы (подписочный сервер) Первое слияние произошло 27 ноября 2013 года, сразу по окончании межсерверного доминиона, но до того, как было установлено глобальное обновление 5.0 «Сердце Мира». Напомню, что в начале этого же года (15 января 2013) появился первый подписочный сервер «Нить Судьбы». Первопроходцами стали «Наследие Джунов» и «Последний Рубеж». Интересно, что разработчики сначала объявили о планах слить серверы, но какие именно — было решено позже. Новость об объединении появилась всего за две недели до знаменательного события. Одновременно с этим на официальном форуме создали отдельную тему, где игроки предлагали названия для нового сервера, но в самом выборе они не принимали участия. Несмотря на самый популярный среди игроков вариант «Джунский Рубеж», разработчикам больше всего приглянулся «Авангард» от Keilwerth. Вот как сам автор обосновал свое предложение: Так как данные серверы будут являться первопроходцами в объединении серверов, и имеют прямое отношение к игровому военному делу, предлагаю назвать консолидированные сервера "Авангард". Статья из Википедии: Аванга́рд (фр. avant-garde, дословно: avant — впереди; garde — стража; передовая или головная охрана) в вооружённых силах (армии и на флоте) — название отряда, который выдвигается вперёд по движению войска или флота, с целью ограждения последнего от разведки или неожиданного нападения противника. Победитель получил за это название 5000 кристаллов, а сервер «Авангард» существует и по сей день, являясь в игре крепким середняком. На следующий год было объявлено об открытии нового сервера и объединении двух старых. В этот раз разработчики решили слить серверы «Молодая Гвардия» и «Горн Войны», которые и без того были не самыми маленькими. Это было необходимо, чтобы выровнять межфракционное противостояние — Лига «Молодой Гвардии» получила достойного соперника в лице Империи с «Горна Войны». На форуме появились сразу две темы, где можно предложить варианты названий, из которых разработчики впоследствии выбрали по пять для каждого сервера. Для объединенного сервера: Триумф Ковчег Сердце Войны Абордаж Зеркало Душ Для нового сервера: Астральный Шторм Горизонт Откровение Штурм Лукоморье На этот раз во избежание недовольств игрокам предстояло самостоятельно, методом голосования, определить победителя. Голосовать могли все желающие. Самыми популярными стали варианты «Сердце войны» для объединенного сервера и «Горизонт» для нового, а первыми, кто их предложил, были 03region и Mihan12, они же и получили по 5000 кристаллов каждый. «Горизонт» открылся 29 апреля 2014 года, а «Сердце Войны» чуть позже — 14 мая. И если история нового сервера была не очень долгой, то второй объединенный сервер на сегодняшний день является самым успешным и густонаселенным, именно туда стремятся попасть все амбициозные игроки. «Сердце войны» полностью оправдало свое название, выиграв все межсерверные доминионы. Главными фаворитами и соперниками соревнования по сей день являются гильдии «Последний Легион Кании» (образована в Лиге на «Молодой Гвардии») и «Армада» (образована в Империи на «Горне Войны»). В свою очередь, населенность «Горизонта», пережившего первоначальный наплыв игроков (в большей степени из-за того, что среди первопроходцев разыгрывались призы), пошла на спад. Однако тех, кто искал спокойной, неспешной игры на маленьком сервере, это только радовало. Третье по счету слияние серверов стало самым неоднозначным и вылилось в итоге в драматический сериал. Давно ждавшие объединения игроки небольшого сервера «Грань Мироздания» были немало удивлены тем, что слить их решили не со старым сервером, а с только что открывшимся «Горизонтом». Разочарование было обоюдным — в отличие от «Грани Мироздания», игроки «Горизонта», едва начавшие свой путь на молодом сервере, в большинстве своем вообще не хотели слияния. Однако возмущение обеих сторон администрация проекта оставила без внимания, и 11 сентября 2014 года появился третий объединенный сервер. С названием тоже вышло не все гладко. Традиционно открыли тему на форуме, где любой желающий мог предложить свои варианты. Из всех вариантов названий разработчики выбрали целую десятку лучших (на их взгляд): Меридиан Перепутье Миров Чертог Времени Северное Сияние Перекрёсток Миров Зеркало Судьбы Ветер Перемен Мираж Созвездие Край Света Летопись Веков Голосовать могли все, и наибольшее количество голосов набрал вариант «Край Света», предложенный KITAKAT. Как и при любом другом голосовании, ожидаемо осталось множество недовольных таким результатом. Но если на остальных новосозданных серверах выбранные названия в конце концов прижились, то жители «Края света», в свою очередь, расценили этот вариант как насмешку и, кажется, так и не смирились с новым именем своего дома, которое им навязали игроки других серверов. Даже спустя длительное время продолжали звучать недовольства о том, что название «Край Света» для двух самых малочисленных серверов хоть и отражает действительность, но все таки выглядит весьма обидным «троллингом» со стороны как разработчиков, так и других игроков. В итоге, несмотря на слияние, сервер так и остался в числе аутсайдеров. Очень скоро сокращение КС с чьей-то легкой подачи стало расшифровываться игроками как «Какой-то Сервер». Однако на этом его история не закончилась, но об этом чуть позже. Не прошло и месяца, как разработчики объявили о новом слиянии. 9 октября 2014 года встретились игроки серверов «Раскол» и «Вечный Зов». Аналогично предыдущим объединениям, названия в специальной теме предлагали игроки. Разработчики в свою очередь выбрали следующие варианты из предложенных: Зеркало Судьбы Созвездие Завеса Тайны Зов Предков Кровь Драконов Ожившие Легенды Окончательный вариант выбирали участники форума с помощью голосования. С небольшим отрывом выиграло название «Ожившие Легенды», тут же ставшее среди игроков просто Олей. Его предложил kaktu547, заслужив причитающуюся награду. На данный момент сервер достаточно привлекателен для активных игроков, так как является вторым по населенности после «Сердца Войны». На последнем межсерверном доминионе лигийской гильдии «Братство Сумеречного Леса» пророчили выход в финал. Хотя этого и не произошло, гильдия показала себя как очень сильный, достойный соперник, оказав серьезное сопротивление игрокам с «Сердца Войны». На этом череда объединений на некоторое время приостановилась. На следующий 2015 год, 22 мая, появилась новость, что игра Аллоды Онлайн вскоре появится на популярной игровой площадке Steam. И уже 27 января 2016 года было объявлено о появлении нового Steam-сервера, получившего название «Новый Порядок», по аналогии с недавно установленным обновлением 7.0. Тем временем неудачно объединенный «Край Света» вновь дал о себе знать. Весной 2016 года игроки сервера устроили массовую забастовку, требуя нового слияния и призывая присоединиться к акции игроков необъединенных «Сумерек Богов» и «Владык Астрала». Последние, впрочем, идею не поддержали, и «Край Света» остался бастовать в гордом одиночестве. Трудно сказать, повлияло ли каким-нибудь образом письмо игроков к администрации на дальнейшее развитие событий, но уже летом было объявлено о новом объединении. Тем не менее, большой радости бастующим новость не принесла, так как было принято решение опять объединить их с только открывшимся слабым Steam-сервером «Новый Порядок». Вскоре появилась очередная тема с вариантами названий от игроков, и разработчики выбрали следующие девять: Жемчужина Астрала Астральный Шторм Кровь Драконов Родина Героев Тайный Чертог Душа Сарнаута Петля Времени Наследие Тенсеса Шкатулка Нихаза Этап итогового голосования был изменен. Памятуя о прошлом неудачном опыте с «Краем Света», на этот раз администрация разрешила делать выбор игрокам только с объединяемых серверов. Голос в соответствующей теме могли оставить лидеры или офицеры гильдий не менее 20 уровня с серверов «Край Света» и «Новый Порядок». Сами игроки, в свою очередь, приняли решение проигнорировать предложенные 9 вариантов, и выдвинули десятый: «Возрождение», за который и проголосовали большинством, таким образом полностью исключив участие разработчиков в выборе. Впрочем, автор победившего названия artem12003 все-таки получил свою награду в 5000 кристаллов. Кроме того, администрация решила поощрить призом в 1000 кристаллов и своего фаворита zaychiksn, предложившего вариант «Петля Времени», которое по итогам голосования заняло второе место после самопровозглашенного «Возрождения». Хотя сервер уже дважды подвергался слиянию, ощутимых изменений ввиду изначальной малочисленности объединения не принесли. На сегодняшний день это объединение пока является последним. Не так давно, 23 марта 2017 года, запущен новый сервер «Фронтир», что породило волну шуток о его скором вливании в «Возрождение», удел которого поглощать новосозданные сервера. Отчасти шутки были пророческими, хотя «Фронтира» это, по всей видимости, не коснется. На данный момент речь идет о слиянии еще не знавших объединения «Сумерек Богов» и «Владык Астрала», а также многострадального «Возрождения», которое произойдет вместе с установкой обновления 8.0.2. Мы будем следить за развитием событий. Просмотреть полную запись

Ответ автора:

Человек даже зарегистрироваться не поленился, чтобы это написать. P.S. Я понимаю, что ты сотрудник 101ХР. И понимаю цель твоих постов... но такой эпичный фейл не выдерживает никаких оправданий.

Можете выдвинуть свою кандидатуру и смыть этот позор с нашего журнала!

Канализация есть и сейчас в сюжетной линии Империи.

Орфография и пунктуация авторов сохранены (прим. ред.) Авангард Возрождение Ожившие Легенды Сумерки богов Авангард На Авангарде продолжается затишье и совсем не перед бурей. Вновь появилась тенденция к смене игровых имен, что и породило первоначально слух об уходе некоторых топовых персонажей, в частности, так называемой «пати Богов» из гильдии «Хадаганская Сечь». Путем нехитрых вычислений «папку» удалось обнаружить в новых замысловатых неймах. Взволновала сервер и другая информация, просочившаяся в массы: Была предложена версия о переходе НежногоТворожка на сервер «Сердце Войны» (куда же еще уходить?), однако голос разума опроверг это. И настоящим триумфом стало возвращение на минувшем доминионе гильдии «Апология» на первое место рейтинга, что злые языки тут же списали на излишнюю везучесть многострадальной гильдии. В целом, жизнь на сервере перешла в вялотекущий режим, где игроки уже весьма лениво попинывают все, что возможно вообще пинать. Возрождение За последний месяц мало чего изменилось в жизни «возрожденцев», но все же немного новостей удалось набрать. Итак, в гильдии «Вендетта» сменился лидер. До этого много лет руководивший БлэкЪ передал полномочия игроку с ником Нервишки (интервью с данным игроком можно прочесть в прошлом номере «Вестника», тогда еще он занимал пост Офицера). По поводу офицерского состава говорить ничего не будем — это дело приходяще-уходящее. А вот в гильдии «Экспансия» за последние дни прошла волна весеннего швального ветра, что даже некоторых игроков сдуло в слак. Ниже — комментарии происходящего с официального Форума игры. Из гильдии «Эквиллибриум» также ушла конста, но уже не в слак, а в иную гильдию. Коллективную заявку на официальном сайте «Вендетты» одобрили почти 2 недели назад, после чего в рядах Офицеров «Эквиллибриума» добавились новые лица. Несмотря на все, ребята продолжают активно одеваться, хотя это уже больше похоже на день Сурка (с). Активно обсуждают тактики убийства последнего босса «Обсерватории» — Талоса. Статистика одетости: топ-10 игроков по гирскору (любой желающий так же может ознакомиться самостоятельно с данными рейтингов на официальном сайте Аллодов). И напоследок, в качестве рекламы. Ожившие Легенды Фарм Царства стихий – ТОПы гильдии Ультиматум не ботоводы? В течение нескольких месяцев уже идет спор, являются ли участники гильдии Ультиматум ботоводами или активными пользователями макросов? В ходе независимого расследования было выяснено: Основные места для добычи престижа Ордена – это жерло вулкана, в центре аллода и остров Гулкая гряда. Основные действующие лица, которых можно увидеть там практически ежедневно немного – это мамамия, АПума, эльШАМАХ, КрамЪ, все члены гильдии Ультиматум, и, быть может, поэтому им так просто договориться о едином времени, когда они ходят на ЦС. Механика появления мобов такова: после их убийства их на одном месте они потом начинают оживать чуть в стороне. Стройность системы фарма такой малой группой заключается в том, что они встают на местах появления монстров, и таким образом обеспечивают их постоянную ротацию между собой. Во время фарма используется 2-3 умения, при этом игроки стоят неподвижно, но стоит начать забирать у них монстров или напасть на них тут же оживают и дают отпор. Можно ли назвать постоянные действия на одном месте ботоводством и использованием макросов, сложно сказать, но то, что данные игроки постоянно присутствуют перед монитором – это факт, так как они адекватно реагируют на агрессию в их сторону. СВОИ против Ангелов Со стороны могло показаться, что это самое эпичное превозмогание месяца. Собравшись с силами, Ангелы решили ответить на постоянный фарм их позиции на РЧД и сделали ответную ставку на СВОИх, но что-то не получилось либо лидер гильдии переоценил силы, и все в итоге закончилось грандиозным пшиком…буквально 10% не хватило на то, чтобы ограбить СВОИх, и это была лучшая попытка Ангелов. Получится ли у обескровленной гильдии вновь взять реванш или они так и останутся донорами реальгара для СВОИх? ВФК Огнеяра гильдией Ультиматум Эпичная баллада или просто ржака — про нее все знают, но пруфов нет, увы. Игроки лиги по-прежнему мешают членам гильдии Ультиматум вырываться на лидирующие позиции в рейтинге Орденов, преследуя их где только можно. Так получилось и в начале месяца, в течение нескольких часов шло упорное противостояние двух групп Имперцев против рейда Лиги, который не давал им убить Огнеяра. Упорство, с которым КрамЪ хотел убить мирового босса, вызвало много насмешек на форуме, благодаря чему это событие так запомнилось всем жителям Оживших легенд. Распад Ангелов Ходят упорные слухи, что после ухода ряда хорошо одетых персонажей и постоянных сливов гильдии СВОИ, лидер Ангелов оставил свой пост и взвалил управление на своего казначея Занами. В результате такого демарша ее согильдийцы разбежались по Инкам и Ультам. По инсайдерской информации, Занами предложил всем членам гильдии покинуть Ангелы и перейти в Триарии. Сможет ли Занами удержать гильдию от развала, покажет время, а мы будем за этим внимательно следить. Статистика по гильдиям • Лига – 72 млн. очков ГС; • Империя – 50 млн. очков ГС. Таким образом, мы видим, что по количеству одетых персонажей лидирует Лига, причем с отрывом практически в 50%. Можно заметить, что и составы Лигийских гильдий сильнее, чем в Империи. Но благодаря своему боевому настрою чаще всего топовые позиции занимают Имперцы, возможно, в ближайшее время лидеры Лиги возьмут реванш. Сильнейшие гильдии Лиги С недавнего времени значительное усиление получила гильдия Камелот, обогнав по ГС гильдию СВОИ. Посмотрим? как это отразится в будущем на занимаемые места. КаМеЛоТ С.В.О.И. ALT+F4 -ATLANTIS GoldLegion ЧЕРНОЕ СОЛНЦЕ Астральные Странники Антанта Легион Элитный Легион Кании Легион Проклятых Душ Эллада Фантом PhoenixOrlandino's Сакура Брага НОЧЬ SilverDragons Полет Фантазии Альянс Ольма Братство Иллюминатов Титан 13482 8008 6686 5013 4612 4585 4365 4278 2073 1871 1475 1203 1063 984 965 949 856 841 740 595 493 464 Сильнейшие гильдии Империи Как мы видим, после ухода лидера гильдии Ангелы игроки ушли в Ультиматум и Инквизиторы. Ультиматум Инквизиторы Ангелы Ренессанс Первый Легион Хранители Небес тьма Шадолу Боги Империи Страшный Крушитель Дикое Племя СУДЬИ Темные Властелины Защитники Авалона InfectedMinds Милосердие Забвения Нормальные Герои 10782 6002 5460 3742 3462 3100 2087 1986 1856 1409 1222 1064 977 963 955 839 368 Сумерки Богов По факту особых новостей и подвижек в жизни сервера нет, ситуация все так же постепенно усугубляется. Гильдия Evil последние 3 недели занимала места 3-4 места в гильдейской таблице доминиона. И только в последнюю неделю заняла свое 2-е место опять, к слову, в последний понедельник апреля и ставок-то не было от большинства гильдий. Отток игроков с каждым месяцем становится более явным. И неясны перспективы сервера после сезонного оттока игроков. Прошел слух, что сервер хотят покинуть некоторые из межсерверных торговцев, по причине «тухлости» обстановки. Также по слухам, недавно в гильдии Evil появился некий кидала, который вошел в доверие большей части гильдии и взял значительные суммы кристаллов в долг. После чего пропал. В остальном новостей нет, скорее мы ждем новостей от разработчиков. Просмотреть полную запись

Вертыш катит свои воды Сквозь заснеженную даль... И течет на край аллода, В неизведанный астрал. Посреди просторов диких, Возле льдистых берегов. Мы выходим на Асыку, Отбиваясь от врагов. Но силен вожак у орков, Впятером не одолеть! И придется, как ни горько, Вновь в Чистилище лететь. Друль кричит нам: - Ждите! Буду в свою гильдию звонить! И с холмов как в Голливуде: Кавалерия спешит. Из морозного тумана, Появился как во сне: Хай с горящими крылами, На огромном скакуне. Плюнул молнией лениво, Тут Асыке и конец. - Всем отметилось? - спросил он. - Да, конечно, СПС! Вот бы гильдию такую Мне хорошую найти, Что б друг друга выручали, Проще было бы идти! Ирина Иванова (ЕнотикЗадротик, Ожившие Легенды) Просмотреть полную запись

Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 11. Секретный портал Утро выдалось пасмурным и холодным, впрочем, меня это только радовало. Зато Кузьма и Михаил, привыкшие к жаре, зябко ежились, Лоб, казалось, вообще не ощущал разницы, а Лизы и Матрены с нами не было. Я немного волновался за эльфийку, потому что не имел ни малейшего представления, где она провела ночь. После того, как мы нашли вход в Зэмово Городище, нас отправили отдыхать. Лизу куда-то увели люди из Комитета, но Илья Чекин заверил нас, что с ней все будет хорошо. Где бы эльфийка ни была сейчас, она находится под надежной охраной и мне только оставалось надеяться, что с ней обращаются нормально. Своим ночным столкновением с Лигой мы наделали много шума и вскоре на место происшествия сбежалась куча народу. Тем не менее, несмотря на смерть нескольких лигийских офицеров, наше командование приняло решение не показывать вида возможным наблюдателям, что мы нашли вход. Всю ночь вокруг ХАЭС солдатами продолжали вестись «поиски». Хранителям нужно было время, чтобы разработать план. — Как поспали? Хорошо позавтракали? Нормально себя чувствуете? — поинтересовался Чекин — уставший, помятый и явно не спавший, не завтракавший и чувствующий себя отвратительно. — Вот и хорошо. А плохо то, что за время вашего отсутствия количество проблем увеличилось. Диверсанты выдвинули свои требования. Губа не дура, следует признать. Здесь и освобождение пленных, и снятие осады с Храма Тенсеса, и сундук золота, и много чего еще. Увы, все это не пустое бахвальство. Разумеется, как только враги проникли на ХАЭС, мы тут же перекрыли манапровод. Но на самой станции имеются огромные запасы магической энергии, и, если все это рванет… не только от нашего штаба камня на камне не останется — весь Незебград взлетит на воздух! Мы переглянулись. — И что вы решили? — осторожно спросил я. — Яскер распорядился не вступать в переговоры с диверсантами. Предстоит очень тонкая секретная операция. Я молча ждал продолжения. Даже если бы операция не была «тонкой и секретной», вряд ли до нее допустят зеленых новобранцев, вроде нас. Это дело опытных бойцов… Но ведь Чекин зачем-то рассказывает нам об этом! — Дело предстоит нешуточное. А теперь отойдем подальше. То, что скажу, предназначено только для твоих ушей. Я, оглянувшись на Лба, Кузьму и Михаила, стоявших с озадаченными лицами, пошел вслед за комитетчиком. Мы отдалились ото всех на приличное расстояние, когда Чекин остановился и протянул мне сигарету. — Не курю. Он кивнул и закурил сам. — Вот что я тебе скажу, Санников… Посох Незеба, диверсанты, спасение города — все это третьестепенно. Да, и не делай такие глаза. Почему, ты думаешь, ХАЭС — это засекреченный объект? Просто большая энергетическая станция? Нет! Дело совсем не в этом. В самом центре станции находится некий артефакт. Что это — не твое дело, да и не мое тоже. Но цель всей операции — спасти его. Ясно? — Зачем вы мне это рассказываете? — напрямик спросил я. — Затем, что ты тоже будешь принимать в этом участие. Не скажу, что я сильно удивился. Несмотря на все свои сомнения, я уже понял, что не останусь в стороне. — Основная ударная сила — это Ястребы Яскера, — продолжил Чекин. — Но мы решили, что тебя тоже стоит привлечь. — Спасибо за доверие… — Не за что. Тебя определят в одну из шести штурмовых групп, так что пойдешь с опытными ребятами… — А можно мне пойти со своими? Понятия не имею, зачем я об этом попросил. Умом я понимал, что лучше, да и безопасней идти с профессионалами, но слова сами слетели с языка. Чекин какое-то время молча меня разглядывал и я подумал, что он конечно откажет. — Да. Можешь взять своих. Вот теперь я был по настоящему поражен. Несмотря на небольшую шумиху, связанную с моим именем, я прекрасно осознавал, что каких-то особых заслуг перед Империей за мной пока не водится. — Хочешь спросить, почему именно ты? Я молчал. — Вокруг тебя происходит слишком много событий, ты не находишь? Так много случайностей и совпадений, что они уже стали закономерностью. Верить в карму — не наш метод, но когда речь идет о таком важном деле, даже подобным вариантом не стоит пренебрегать. Признаться, с этого неожиданного угла ситуацию я не рассматривал, и теперь не знал, что и сказать. Чекин выбросил недокуренную сигарету, подошел ко мне ближе и положил руку на плечо. — В тебе есть что-то необычное, Ник. Кто знает, может быть ты тот, кому… хм… — он замолчал, подбирая слово, — предначертано. — Что предначертано? Но комитетчик, ничего больше не добавив, развернулся и пошел обратно к штабу. Новость о том, что мы будем принимать участие в операции, была встречена моей маленькой командой с энтузиазмом, а вскоре к нам присоединились и Матрена с Лизой, хотя на их присутствии я как раз и не настаивал. Лекарь Коновалова выглядела подтянутой, хотя и все еще немного смущалась за свое не самое удачное боевое крещение. Она коротко кивнула нам, отводя глаза в сторону, но инструкции полковника Праведных впитывала с очень решительным видом, вознамерившись взять реванш. Эльфийка Зизи, напротив, демонстрировала минимальную заинтересованность, зевала и больше разглядывала свои ногти, чем смотрела на план ХАЭС, изрисованный красными стрелками, указывающими, куда и в каком порядке мы будем двигаться, но по крайней мере, она была цела и невредима. Интересоваться подробностями, когда вокруг толпа Хранителей и представителей Комитета, было не очень удобно, поэтому я лишь коротко спросил: — С тобой все нормально? — Нет! Я ночевала в какой-то клоаке, где мне даже не дали искупаться, покормили невозможной гадостью и вручили этот ужасающий наряд. Я хочу спать, плакать и халвы! — Халвы? — переспросил я. — Кондитерское изделие суслангерского происхождения, изготавливаемое из орехов и… — в своем репертуаре начал Грамотин. — Спасибо, Миша, я знаю, что такое халва, — перебил я. Зизи скрестила руки на груди и капризно надула губы. — Похоже, ты не особенно страдала в своем притоне, — поддел Кузьма. Лоб загоготал. — Тихо, тихо, вы что?! — замахала руками Матрена, потому что Око Праведных недовольно поднял голову от карты станции и уставился на нас сдвинув брови. Мы сразу же изобразили на своих лицах максимальное внимание. — Диверсанты угрожают взорвать ХАЭС, если мы не выполним их условий. Надо помешать им, товарищ Санников, — сказал полковник. — Ведь ты — Имперец-Который-Выжил! Придется тебе выжить еще раз, ничего другого не остается. — Есть! — После того, как вы проникнете на территорию ХАЭС через Зэмово Городище, займетесь поисками магических мин, установленных диверсантами. Я уже открыл рот, чтобы поинтересоваться, каким образом должен разминировать мины, о которых не имею ни малейшего представления, но полковник меня опередил, словно прочитав мои мысли: — У тебя в группе есть квалифицированный маг. Их этому учили. Грамотин с готовностью кивнул и я замолчал. — Наши мистики сообщают, что мин всего шесть. Их точное местоположение определить невозможно, но примерный ареал… Полковник снова уткнулся в карту станции, водя по ней указательным пальцем. По плану, разработанному Хранителями и одобренному Комитетом, шесть штурмовых групп должны проникнуть на территорию и обезвредить установленные мины — на каждую группу по одной. Та, которую предстояло обезвредить нам, находилась ближе всех. — Ни на что больше не отвлекаетесь. Ищете мины и деактивируете их, в бой без необходимости не вступать, на рожон не лезть. Захват неприятеля начнем только после того, как все мины будут обезврежены. Понятно?! Мы синхронно кивнули, позабыв о надлежащем «Так точно!», но полковник не стал обращать на это внимание. — Разминировать их не сложно, — шепнул Миша. — Сложно найти. — Давай покороче и без заумных слов, — попросил Орел. — На таких минах всегда очень сильный отпечаток магии, который сразу заметен, — пояснил Грамотин. — И в чем тогда проблема? — спросил я. — Проблема в самой ХАЭС, — вмешалась Матрена. — Там повсюду магия. Ну что ж, по крайней мере мы хотя бы примерно знаем, где искать, подумал я. Остается только надеяться, что наши мыслители не ошиблись. — Сейчас нет задачи важней, чем разрешение кризиса на ХАЭС… — продолжал полковник, расхаживая перед нами взад-вперед со сложенными за спиной руками. — Ар-ргх! Проклятая должность! Как бы мне хотелось самому ворваться на станцию и разметать этих канийских ублюдков! — Прошу прощения, что вмешиваюсь, отвлекаю от важных дел… Око Праведных остановился и с таким удивлением посмотрел на невысокого, смущенного переминающегося с ноги на ногу, хадаганца, как будто это был сам глава Лиги — Айденус. — Товарищ Ступин, — наконец произнес полковник. — Это директор ХАЭС, — шепнул нам всезнающий Миша. Ступин мало походил на главу такого большого серьезного предприятия. Бледный и взъерошенный, в грязной рубашке, нервно выдергивающий волосы из своей бородки, он находился в крайней степени отчаянья. — Кругом такая неразбериха, никому нет дела до моей проблемы. А между тем, последствия могут быть очень печальными. — Нет дела? — возмутился полковник. — А мы по вашему сейчас чем тут занимаемся, как не вашей драгоценной станцией? — Эээ… да… спасибо, — растерянно произнес Ступин и его борода лишилась целого клочка волос. — Но я не об этом. Речь идет о чертежах планируемой модернизации ХАЭС. Дело в том, что магической мощности уже не хватает, потребности города растут… Я сам стал готовить предложение по перестройке ХАЭС, готовясь выступить с рацпредложением. Ничего удивительного, что мне понадобились чертежи, которые, м-м-м… могут многое рассказать врагу о принципах проектирования ХАЭС. — Так. Дальше, — сбавил тон Праведных. — Чертежи захватил один из шпионов Лиги. Или то был лазутчик… Я видел, как он сгреб всю стопку бумаг с моего стола. Имени его я не знаю — он не представился, а мне было м-м-м… не до того. Если вдруг в процессе решения возникших проблем будет возможность м-м-м… отыскать эти чертежи… — Бойцы по возможности будут осматривать тела противников на предмет каких-либо документов. — Спасибо, товарищ Хранитель. Моя благодарность не будет знать границ! Жена уже вся извелась, знаете ли… У меня ведь могут быть м-м-м… определенные неприятности, если чертежи попадут в руки врага. Добираться до входа в усыпальницу Зэм штурмовым группам предстояло по отдельности и наша шла последней. Око Праведных как-то совсем по отечески стучал по спине каждого бойца, прежде чем тот отправлялся к месту назначения. Это несколько разнилось с теми суровыми взглядами, которые бросала на нас представитель Совета Ученных Номарх Кахотеп. — Это так несправедливо, что в руины Зэм, которые простояли нетронутыми почти три тысячелетия, первыми спускаются не ученые! — сокрушалась она. — А ведь это наша история! — Сейчас не самое подходящее время, — заметил полковник. — Можно попросить ваших подопечных осторожнее ступать по древним плитам, чтобы ни одна песчинка не шелохнулась, — не успокаивалась та. — Прах и тлен! Я представляю себе, что они там устроят сейчас… — Этого не избежать. Всему городу грозит опасность. — Я это понимаю, но прошу хотя бы быть аккуратнее и не нарушить скрижали Тэпа. Они очень важны для нас. Сама Негус Хекет, наместница Нефера Ура, хочет видеть эти скрижали. Кто знает, быть может, с их помощью мы наконец сможем дать ответ на главный вопрос — жив ли он? Жив ли Тэп, наш создатель и наше проклятье! — Я бы на вашем месте помолчал, товарищ ученый, — прорычал Праведных, — учитывая, что гробница сейчас кишит его последователями, с которыми моим подопечным еще предстоит столкнуться. Номарх Кахотеп действительно замолчала на некоторое время, а потом тихо произнесла: — Поверьте, нам, добропорядочным гражданам Империи, стыдно за сумасшедших сторонников Тэпа. Когда-то его могущество разделило наш народ на два лагеря. Прошли тысячи лет и… ничего не изменилось. Услышав это, я в который раз словил себя на мысли, что стоит все-таки почитать учебник по истории. Око Праведных, тем временем, сжал на несколько секунд мое плечо, что немного отличалось от того короткого напутствия, которое получили от него все остальные, но так ничего и не сказал. Последнее, что мы услышали, когда ступили на оцепленную территорию, были слова Номарх Кахотеп: — Представляю, во что превратятся катакомбы нежити после операции. Там же камня на камне не останется. Все погибнет, все! И главное — погибнут бесценные скрижали Тэпа, хранящие в себе все величие и все безумие Его! Заброшенный подвал тускло освещался несколькими лампами. В одном месте кирпичная стена обрушилась и в зияющей дыре виднелась узкая пещера. Нависающая над головой толща земли действовала на нервы и я с большим удивлением для самого себя даже почувствовал облегчение, когда в конце туннеля показался ядовито-зеленый свет гробницы Зэм. Мы не ошиблись, это был действительно вход в Зэмово Городище. Эта усыпальница если и отличалась чем-то от той, в которую мы спускались в Научном Городке, то я этой разницы не заметил. Для меня, не особо разбирающегося в таких вещах, они были абсолютно идентичны. Штурмовые группы, которые шли впереди нас, зачищали дорогу, поэтому живых культистов Тэпа мы не встретили, так как замыкали шествие. Лигийцев в гробнице не оказалось совсем, они, судя по всему, охраняли проход уже на самой станции, и на выходе нас наверняка ждет «теплый» прием. Мы были уже почти у самого выхода, когда Миша присел возле небольшой стелы и провел рукой по покрытым паутиной иероглифам. — Вот они, скрижали Тэпа. Надеюсь, они попадут к ученым в первозданном виде. — Вы и в самом деле не знаете, жив ли он? — спросила Зизи. — Этого никто не знает. Эльфийке было интересно ходить по гробнице. Недовольное выражение исчезло с ее лица, когда она вертела головой во все стороны, разглядывая склеп. Возможно, если бы я не знал, что вокруг меня гигантское захоронение, то я бы согласился, что в этих причудливых узорах есть своя красота. — Кажется, мы пришли, — произнес Кузьма. Через секунду я услышал звуки потасовки впереди, а еще через пару мгновений мы снова очутились в туннеле, который вывел нас прямо на станцию. Остальные группы уже рассредоточились, и я попытался восстановить в памяти испещренную стрелками карту полковника Праведных. — Кажется, нам ту… — начал было я, но внезапно меня перебила Лиза: — Там кто-то есть, — произнесла она напряженно вглядываясь куда-то в сторону. Я проследил за ее взглядом и увидел только тупик, где к стенам жались нагромождения ящиков и арматуры. Но Лиза упорно не сводила оттуда глаз. Нам нельзя было отставать от других групп и я прекрасно понимал, что нарушаю инструкцию, но, тем не менее, осторожно двинулся туда, чтобы рассмотреть все поближе. Только подойдя почти вплотную, я обнаружил узкий зазор между ящиками и стеной, которого не было видно издалека. Слух улавливал малейшие шорохи, мышцы сводило от напряжения, я боялся даже моргнуть, когда протискивался в проход, крепко сжимая свой меч. — Не подходи, сволочь! Живым не дамся!.. Лезвие не достигло своей цели, остановившись от лица буквально на расстоянии одного мизинца, но я вовремя спохватился, опустив оружие и сделав шаг назад — передо мной был молодой орк в измазанной в крови спецовке. Вероятно, работник станции. — Ой, да ты наш, имперский! — произнес он, тяжело откинувшись на ящики. — Ты откуда? Есть еще с тобой орки? Или хотя бы люди? В это время за мной уже протиснулись Кузьма, Миша и Матрена, избавив меня от ответа. Зизи и Лоб остались снаружи. Эльфийка, по всей вероятности, просто не захотела лезть в грязный узкий проход, а орку это сделать, скорее всего, не позволили его внушительные габариты. С той стороны послышался его напряженный голос: — Эй, вы там живые? Отзовитесь… — Да. Постой на шухере! — крикнул в ответ Орел. Матрена, тем временем, склонилась над рабочим, осторожно сняв с него куртку и осмотрев рану. — А меня, блин, поранило хорошо! Отполз сюда, подыхать уже собрался, а тут вы… Значит, рано мне еще… Сейчас я этим гадам покажу, как орки умеют умирать! Он попытался встать, но сильно сморщился от боли и мы общими усилиями усадили его обратно. — Не двигайтесь, пожалуйста, — сказала Матрена. — Я сумею подлечить ваши раны, так что вашей жизни ничего не угрожает, но вы должны остаться здесь и дождаться эвакуации. Вам нужно в госпиталь. — Проклятье, — ругнулся орк. — А вы, значит, по их лигийские душонки… Их там не очень много. Часть мы с ребятами положить успели. Но и на вашу долю остались. Убейте их всех! Всех! Убейте и сообщите нашим, что месть свершилась! — Обязательно, только не дергайтесь, — сказала Матрена, помахивая над орком лампадой, от которой шел одуряющие-сладкий запах мирры. — Каждая капля крови орка должна быть оплачена литрами вражеской! — стукнул орк кулаком по земле. — Ого… Это я хорошо загнул. Надо запомнить. — Матрена, долго еще? Нам надо спешить, мы уже очень сильно отстали, — проговорил я, поглядывая на часы. Я хотел оставить ее здесь и идти дальше впятером, но она уже поднялась на ноги и сообщила: — Первую помощь я оказала, но товарищу все равно нужно показаться врачу. — Погодите! — воскликнул орк. — Вдруг я отсюда не выберусь. У меня к вам личная просьба… Звать эту просьбу Грум Хмурняга, он инженер ХАЭС. Ох, помню, как он в инженеры выбился, как героем стал! В газетах писали, мол, даже гоблин в нашей стране может стать инженером на важнейшем объекте страны. А я никогда ему не доверял. Он же гоблин, какой из него инженер?! Показуха, тьфу! И я оказался прав! Он предатель главный и есть. Пригрели змеюку у себя на груди! А она — возьми и цапни! Наказать его надо. Окончательно. Чтобы другим неповадно было. — Мы тебя поняли, — кивнул я. — Жди здесь и не высовывайся. Все что мог, ты уже сделал. — Эх, неладно что-то в Хадаганской Империи, раз под самым носом у нас диверсанты орудуют! Ох, неладно… — бормотал орк, когда мы протискивались обратно. — Ну наконец-то! Почему так долго? Мы уже устали вас ждать! — тут же начала возмущаться Лиза. — Там раненый рабочий. Как ты его обнаружила? — спросил я. — Он очень громко… думает, — ответила она, пожав плечами. Я не совсем понял, что она имела ввиду, но уточнять не стал, лишь коротко поинтересовавшись на всякий случай: — А мину обнаружить сможешь? — Как? Она же не живая! — фыркнула Зизи. — Значит, приближение живых почувствуешь? — Я постараюсь, но без магического жезла или скипетра ничего обещать не могу. Я, между прочим, безоружна… — Ну и правильно, — вставил Орел. — Мало ли чем ты зафиндилишь нам в спину, если жезл получишь! — Уж тебе я смогу зафиндилить и без жезла… Они тихо препирались всю дорогу, пока мы пробирались через складские помещения в сторону главного здания. — Где-то здесь… — бормотал я. — Она должна быть где-то здесь. — Ну ни фига себе! — вырвалось у Лба и я резко обернулся, решив, что он обнаружил мину, но это было не так. Перед нами наконец предстала сама станция! Если не считать Ока Мира, то это было самое невероятное сооружение из всех, что мне приходилось видеть: на самой вершине находилась конструкция, вокруг которой то и дело сверкали разряды молний, бросавшиих голубые блики на гигантскую табличку с надписью «ХАЭС1», по четырем углам возвышались башни, заканчивающиеся дымящими трубами, но больше всего меня поразило быстро крутящееся исполинское колесо, в котором бурлила и искрилась чистая мана. Уставившись на здание станции с разинутыми ртами, мы почти позабыли о безопасности: гоблины-предатели обнаружили нас раньше, чем мы их. Они выскочили словно из-под земли и с дикими воплями бросились на нас, размахивая маленькими, но острыми кинжалами. Они не обладали большим ростом, да и вояками их не назовешь, но их было десятка два и этого вполне бы хватило, чтобы задавить нас количеством. Я, отмахиваясь мечом от мелких тварей, отступал, но они лезли на меня с маниакальным упорством и были достаточно верткими, чтобы не попасться. Один гоблин повис на спине Кузьмы и вцепился в лук мертвой хваткой, не давая стрелять, на Лбе висело сразу четыре гоблина, и тот неуклюже крутился на месте, пытаясь сбросить их с себя. У остальных дело обстояло несколько лучше: Михаил ожидаемо запустил в противников огнем, и те шарахнулись от него во все стороны, на Лизу напало двое гоблинов, но один, не двигаясь, остекленелыми глазами смотрел куда-то в пространство, второй же наоборот — весьма активно нападал на пустое место рядом с эльфийкой, будто дрался с невидимкой. Но самыми результативными оказались действия Матрены: — Глаза! — крикнула она, вскинув свой жезл. Я каким-то шестым чувством понял, что она имела ввиду, и, несмотря на наступающую на меня кучку гоблинов, крепко зажмурился, но даже сквозь закрытые веки увидел яркую вспышку света, от которой стало больно глазам. Ослепшие гоблины были беспомощны, как котята, и справиться с ними не составляло труда, но тут я увидел, как один из них, самый крупный, улепетывает от нас что есть мочи, и рванул за ним. Через мгновение я понял, что он не пытался убежать — гоблин остановился возле какого-то сооружения и сердце мое укатилось в пятки… Я никогда не видел магической мины, но почему-то сразу понял, что это она. — Орел! — закричал я не своим голосом в надежде, что он успеет поразить гоблина стрелой до того, как тот активирует мину, потому что сам я добежать до него уже не успею. Я уже видел зажженный фитиль и, несмотря на холодную погоду, в один момент вспотел с головы до ног. Стрела Кузьмы действительно поразила гоблина, но уже после того, как какая-то невидимая сила парализовала его маленькое, угловатое тельце точно так же, как и Костыля на очистных. В это же мгновение мина исчезла под рухнувшим на нее сверху сугробом. Я, преодолев разделяющее нас расстояние в три скачка и не обращая внимания на мертвого гоблина под ногами, тут же смахнул рукой снег с мины, чтобы удостовериться, что фитиль погас, хоть в этом и не было необходимости — взрыв прогремел бы раньше, чем я успел добежать. — Все… все кончено! Мы пропали! Я вздрогнул и схватился за меч, отругав себя за невнимательность. В самом углу, среди ящиков, забился позеленевший от страха гоблин, которого я не заметил. — Я не виноват, нет! Это мои продажные родичи, это Грум всех сбил с толку, а я всегда был верен Империи! Ага! — гоблин ткнул пальцем в своего мертвого собрата, лежащего у меня под ногами. Я перевел на него взгляд — значит это и есть тот самый инженер-предатель. Вот и поквитались. — Быстро рассказывай все, что знаешь, — строго сказал подошедший Орел, ткнув для убедительности кончиком стрелы в длинный гоблинский нос. — Ой! Только не бейте… Диверсанты пробрались сюда… и они… они восстановили его, восстановили Посох! Главный у них — канийский чародей… Убийца! Они смогли зарядить посох Незеба! Теперь это смертельное оружие — даже Яскер ничего не сможет сделать! Здесь столько магии, злой, разрушительной… — Ничего не понимаю… — Они собираются воспользоваться порталом, который ведет прямо в покои Яскера. — Каким порталом? Что ты несешь? Откуда здесь портал в покои Яскера? — я легонько стукнул гоблина кулаком по голове, чтобы он перестал говорить чушь. — Они… они создали портал… с помощью Посоха! Я растерянно посмотрел на Грамотина, обезвреживающего мину. — Они могут подключиться к нашей сети телепортов? — Она не ваша, ее построили Джуны, — вмешалась Зизи. — И Лига тоже пользуется ей на своих территориях. — У диверсантов в руках реликвия, в теории обладающая колоссальной силой, — медленно проговорил Миша с сомнением в голосе, — и очень много магической энергии. Это ведь самая большая станция в Империи. — Они хотят убить нашего великого Вождя!.. — взвыл гоблин. — А вдруг… уже… Аа-а! Наверное, лучше было бы вернуться в штаб и передать новые сведения командованию, но шестое чувство подсказывало мне, что на это уже нет времени. — Ты знаешь, где диверсанты создают портал? — Нет… Ответ был слишком поспешным, чтобы быть правдой. Я снова стукнул гоблина кулаком по голове. — А ну не ври! Быстро говори, где они, иначе мы тебя разберем на сувениры. — Аа-а-а… только не бейте! Они в аккумуляторной… там и засели с Посохом… — Веди. Стонущий гоблин покорно, прижимая уши, повел нас к центральному зданию, где мы неожиданно наткнулись на другую штурмовую группу — их тела лежали почти у самого входа. Два высоких памятника по обеим сторонам от парадной лестницы сурово взирали на последствия схватки, произошедшей у их подножья, и походили на надгробия. Стало очевидно, что вход охраняет Лига, и высовываться на открытое пространство настоящее безрассудство. — Миша, ты можешь их поджечь?.. То ли потому, что воздух был пропитан магией, то ли на Грамотина снизошло вдохновение, но языки пламени, вспыхнувшего у самого входа, доставали чуть ли не до самой верхушки станции. Небольшую площадь возле главного здания сразу заволокло дымом. Не тратя ни секунды, я рванул в самое пекло и вдруг почувствовал, как в лицо ударил сильный ветер, а еще через мгновение мне стало холодно. Ветер был ледяным. Он как бритва резал кожу, мышцы сразу окоченели и двигаться стало тяжело. Снежная вьюга разметала пламя по всей площади, превратив его в десятки маленьких костерков. У противника тоже был маг! Дым быстро рассеивался и хотя я уже преодолел половину ступеней, положение мое становилось отчаянным, потому что каждый шаг давался все трудней и трудней и я рисковал вскоре оказаться перед противником как на ладони. Стерла, просвистевшая возле моего уха, четко дала понять, что этот момент уже близко. — Стой… куда… — рычал Лоб где-то за моей спиной, пытаясь догнать меня и закрыть щитом, но тоже угодивший в ледяной шторм. На меня начала накатывать паника. Даже в самых сложных ситуациях, в самых тяжелых боях, я всегда знал, что исход зависит только от меня. Но сейчас я, абсолютно беспомощный, скованный вражеской магией, не мог за себя постоять. Впереди меня снова вспыхнуло пламя — Миша продолжал вести огонь по невидимому противнику — но теплее мне не стало. Ледяной вихрь гигантской воронкой поднимался в небо прямо посреди бушующего огня — я бы, наверное, даже оценил, насколько абсурдно и одновременно красиво это зрелище, если бы не находился в эпицентре этого стихийного безумия. Мой страх уже почти стал неконтролируемым, когда вокруг вдруг появилась странная вуаль — прозрачная и сияющая, словно сотканная из солнечных лучей. Она магическим щитом укрыла меня от вьюги, и хотя ветер по прежнему бил в лицо и было очень холодно, я по крайней мере смог двигаться! — Бегите! — услышал я голос Матрены. Ее защита рассеялась через несколько секунд, но мне их хватило, чтобы ворваться внутрь станции. За мной следом ввалился Лоб и тут же размашисто вмазал своим огромным щитом сразу двоим воинам, попытавшимся меня атаковать. Я, не снижая скорости, ударил по кому-то мечом и уже замахнулся на следующую жертву, но та упала сама, пронзенная стрелой прямо в голову — Орел уже где-то был неподалеку. Однако, несмотря на то, что нам каким-то чудом удалось прорваться на станцию, мне сразу стало понятно, что на этом полоса успеха завершится. Противников оказалось слишком много и наших сил не хватало, чтобы пробить их оборону. Лоб отвлекал на себя основное внимание, стараясь прикрыть Кузьму и Михаила, которые вдвоем помещались за его широченной орчьей спиной. Они отстреливались стрелами и сгустками огня, внося в ряды противника достаточно сумятицы. Матрену я не видел, но время от времени меня обволакивала светящаяся «вуаль», отводившая в сторону чужую магию и стрелы. Лиза тоже оказалась за пределами моего зрения и я был слишком занят, отбиваясь от наступающих стеной лигийцев, чтобы посмотреть, не сбежала ли она. От вражеских мечей и когтей пикирующего боевого орла мне удавалось уворачиваться, но укрыться от магии было гораздо сложней. Острый ледяной шип, нацеленный мне в лоб, не достиг своей цели только благодаря Матрене, которая немного «отвела» его в сторону, и стрела лигийского мага лишь распорола мне щеку, едва не задев правый глаз. А вот Лбу повезло меньше: кусок льда буквально вонзился ему в плечо, пробив доспех насквозь. Орк выронил щит и пошатнулся, но сумел устоять на ногах. — Этот гад в меня сосулькой кинул! — возмущенно воскликнул он с такой обидой в голосе, как-будто эта была игра и команда соперника бессовестно нарушила ее правила, затем схватил рукой ледяной обломок и с силой выдернул его из своего тела, взвыв от боли. Противник, пользуясь моментом, обошел толстокожего Лба, чтобы атаковать Михаила. Маг попятился, пытаясь наколдовать огонь на ходу, но, неудачно увернувшись от меча, упал на спину. Ближний бой — не самая сильная черта Грамотина, но тут вдруг сверкнула фиолетовая вспышка и двое нависших над ним врагов отлетели назад как от ударной волны. И тогда я наконец увидел Лизу — ее лицо было искажено яростью, а по кончикам тонких пальцев перебегали фиолетовые искры. И все-таки мы отступали назад, к выходу. Туда, где одна из наших групп уже встретила свой конец. Справиться с превосходящим нас противником нам помогло бы только чудо… И оно случилось. Заварушку, которую мы устроили у входа на лестнице, было заметно издали и подкрепление не заставило себя долго ждать. Ястребы Яскера ворвались на станцию и одним резким броском сразу же оттеснили Лигу назад. Я не сдержал вздоха облегчения. В другое время мне бы очень хотелось понаблюдать за профессионалами, за их точно выверенными и слаженными, будто они один организм, действиями, но сейчас было не до этого. — Жив? — коротко спросил я поднявшегося на ноги Грамотина. — Не корректно сформулированный вопрос. Повреждений, угрожающих физическому здоровью, у меня нет, если ты это имел ввиду. — Естественно это. Про твое умственное здоровье нам давно все понятно, — вставил Орел. — Нам нужно найти диверсантов, пока они не создали портал, — сказал я. — Этот ушастый недомерок, я полагаю, сбежал? — Никуда он не сбежал, я об этом позаботилась, — ответила Лиза. — Он на улице. — Ты его загипнотизировала? — спросил Орел. — Об умственном здоровье стоит позаботиться кому-то другому! Как я могу держать его под гипнозом столько времени, находясь здесь? Я огрела его трубой по голове, он без сознания. Гоблин и впрямь валялся без сознания и нам понадобилось некоторое время, чтобы привести его в чувство. Но это было необходимо — без него мы можем часами бродить по гигантской станции в поисках какой-то «аккумуляторной». Ястребы Яскера уже практически взяли ситуацию на входе под свой контроль и мы, справедливо рассудив, что они справятся и без нашего участия, не останавливаясь рванули дальше. Немного окосевший от удара по голове гоблин мог из вредности завести нас куда угодно в этом переплетении коридоров и металлических лестниц, опутывающих бесконечные ряды непонятных устройств и механизмов. Внутри станции стоял сильный гул, от которого закладывало уши, и я боялся не услышать нападения. Когда мы снова столкнулись с лигийцами, я понял, что гоблин не обманул. За нашими спинами неожиданно показались Ястребы Яскера, решившие последовать за нами. Я не знал, были ли у них какие-то указания на этот счет, но очень порадовался, что не пришлось тратить время на объяснения. Снова закипел бой. Из аккумуляторной, куда я рвался с упорством умалишенного, высыпала целая армия, и мы остались в меньшинстве. Но мы были у самой цели! Я это чувствовал, и одновременно внутри меня будто тикали часы, отмеряя последние секунды, когда еще можно успеть предотвратить катастрофу. И я шел напролом. Сражение вокруг меня ушло на второй план, казалось смазанным и почти не отложилось в моей памяти. Я инстинктивно уворачивался от магии, отбивал чьи-то атаки и прорывался вперед, не особо глядя по сторонам. Вражеский маг запустил в меня смертоносный ледяной ком, когда я был у самого входа в аккумуляторную, и мне пришлось вкатиться туда кубарем, чтобы не попасть под удар. Это оказалось огромное помещение с теряющимся где-то в темноте потолком. Именно здесь находилась внутренняя сторона вращающегося колеса с маной, которое мы видели снаружи. Его центр соединялся с другим таким же колесом сверкающими в темноте электрическими разрядами. Я отпрыгнул в сторону от входного проема, уходя с линии огня, и на меня тут же напал элементаль, одновременно с этим я снова почувствовал сильный холод — где-то рядом находился еще один маг. Грамотин смел элементаля огненным залпом, а Лоб всей своей неподъемной тушей прыгнул на меня растопырив руки, и мы вдвоем выкатились из снежного вихря, который уже начал связывать мое тело. К моему несчастью, на нашем пути оказалась лестница вниз, с которой мы оба тут же свалились. Ступени были металлическими, и как я не пытался сгруппироваться, этот болезненный полет едва не вышиб из меня дух. В глазах потемнело и я старался изо всех сил не потерять сознание. Я сфокусировал взгляд на каком-то человеке впереди меня и в голове немного прояснилось. Это был маг. Меч я выронил, когда катился с лестницы, поэтому просто двинул лигийцу кулаком, тот отлетел к стене и остался там лежать неподвижным. — Ник… Кто-то дернул меня за руку и я, плохо соображая что происходит, резко развернулся, снова замахиваясь на кого-то позади себя. — Ник, это я… — отпрянул от меня Грамотин. — Смотри! Он указывал на нечто, смахивающее на острый камень неправильной формы, возле которого крутился лигийский маг. — Я не знаю, что это такое, но чувствую какую-то силу в этом предмете… Постой, не надо! Но я уже протянул руку и схватил каменный обломок. Он был черным, холодным и никакой силы в нем не ощущалось. Однако, причин не доверять Михаилу у меня не было. В аккумуляторную забежало несколько Ястребов, и судя по всему, их очень сильно зажимали снаружи, потому что следом за ними появились и лигийцы. Я заозирался в поисках если не меча, то хотя бы чего-то такого, чем можно было воспользоваться, как оружием, и внезапно увидел Посох. Он находился в центре прозрачной голубоватой полусферы, в которой я безошибочно узнал портал. Не долго думая, я рванул прямо к нему. Работает он, или же лигийский маг не успел создать проход с помощью неисчерпаемой энергии ХАЭС и Посоха Незеба, но в любом случае, диверсанты не должны телепортироваться со станции! Я в несколько прыжков преодолел расстояние до портала и схватил Посох, прижав его к себе. Краем глаза я еще успел заметить, что магическая полусфера исчезла, но сработавший портал уже затянул меня в свою воронку и через мгновение я очутился в просторном светлом помещении. Правда рассмотреть, что это за место, мне не удалось. Пара болезненных ударов, и через секунду я лежал лицом вниз с заломанными за спиной пустыми руками. Меня, не особо церемонясь и ткнув для острастки носом в каменный пол, моментально обыскали, выпотрошив содержание карманов, отобрав припрятанную пару ножей и даже содрав освещенный медальон с моей шеи. Следом из портала никто больше не появился, что вполне понятно — без Посоха он не работал, а Посох перенесся вместе со мной. Это значит, что проход уничтожен. Но куда попал я сам? Неужели в руки к лигийцам? Их было много, но поднять голову и посмотреть, я не мог. Меня больно ткнули в бок острием меча. — Ты кто такой? — проорал чей-то голос прямо в ухо. — Никита Санников, — прохрипел я, чувствуя во рту вкус крови. Человек схватил меня за волосы и снова ощутимо приложил об пол. — Не нужно, — негромко произнес другой голос и меня внезапно пробрало до костей. Хватка ослабла и я сумел немного поднять голову. Вокруг были Ястребы Яскера, которые быстро отступили в стороны, давая дорогу какому-то человеку. Когда я увидел его, мои мышцы одеревенели, а язык намертво прирос к небу. Гоблин не соврал о планах Лиги. Передо мной стоял Вождь Империи — Яскер. Глава 12 Глава 12. Сердце Империи Яскер был высок, статен и выглядел очень молодо, он походил скорее на воина, привыкшего орудовать тяжелым мечом, чем на мага. Одет он был в темную шинель и длинный бордовый плащ с золотым галуном и аксельбантами. Слабо светящийся Посох в его руках бросал на смуглое лицо с аккуратно подстриженными бородкой и усами тусклые блики. — Посох Незеба… Восстановленный в своей мощи! Величайшее оружие аллодов! У Главы Империи оказался глубокий, низкий голос. Разговаривал он негромко, но каждое его слово будто молотком вбивалось в мой мозг. Яскер оторвался от созерцания Посоха и перевел взгляд на черный обломок, в котором, если верить Грамотину, сокрыта какая-то сила, несколько секунд неотрывно смотрел на него, а потом повернулся ко мне, по-прежнему придавленному к полу его Ястребами. Я, не выдержав его взгляда, опустил глаза, ругая себя за нелепую, мальчишескую восторженность. — Подойди сюда! Имперец, который выжил… Имперец, который победил… Меня отпустили еще до того, как он закончил говорить, но вскочить на ноги и вытянуться по струнке, как того требовала ситуация, у меня не получилось. Неуклюже поднявшись, я сделал шаг вперед, стараясь не морщиться от боли. Мы находились в очень красивом круглом зале с высоким потолком, с которого свисала тяжелая люстра, со стен сурово взирали высеченные из камня воины с щитами и мечами, на полу блестел начищенный паркет. — Имперец, который выжил… Наслышан. Что же ты хочешь рассказать мне? Не успел я открыть и рта, как Яскер подошел ко мне почти вплотную и посмотрел прямо в глаза. А дальше произошло что-то странное. Мы стояли лицом к лицу — молодой, бесшабашный разгильдяй в поисках приключений и вождь огромной державы, Великий Маг, наводящий страх и на своих граждан, и на любых врагов. Мои зрачки словно приклеились к его лицу и я не мог оторвать глаз, даже если бы очень захотел. Трудно было сказать, сколько прошло времени, когда он наконец-то отвернулся от меня и отошел. Голова страшно гудела, мысли путались, к физической боли и усталости добавилась моральная опустошенность внутри. Я пошатнулся и закрыл глаза. Не такой я представлял себе встречу с первым лицом государства. — Так вот оно что… Меня хотели убить, я — цель всей этой операции… Лестно. Великий Незеб, похоже, я почти сравнялся с тобой, раз Айденус дал санкцию на эту диверсию… Яскер, сложив руки за спиной, не спеша направился к высоким дверям. Молодая девушка, которую я не заметил с самого начала, сосредоточив все внимание на Главе Империи, легонько толкнула меня в плечо и прошептала: — Он не сказал, что аудиенция окончена. Идите за ним. Я покорно поплелся за Яскером, соблюдая почтительное расстояние. За большими резными дверями оказался просторный кабинет. По середине тянулся широкий, прямоугольный стол со множеством стульев, обитых пурпурным бархатом, к нему был приставлен еще один стол — очевидно, рабочее место самого Яскера, вдоль высоких окон-арок висели красные знамена, на полу лежал мягкий ковер, дальнюю стену украшал внушительный барельеф с изображением имперского герба. Напыщенная, демонстративная торжественность. Но, надо признать, она делала свое дело — находясь посреди этой помпезной обстановки, я невольно испытывал трепет и благоговение перед своей великой Родиной. — А ты, значит, мой спаситель. Хм, неплохое начало карьеры, можно только позавидовать! Я молчал, не зная, что ответить. Яскер, положив перед собой Посох и камень, уселся на свой, похожий на трон, стул, и уставился на меня. — Беспокоишься о своих друзьях? Напрасно. Мне докладывают, что они забаррикадировались в реакторной. Их скоро вызволят. После этих слов я пришел в окончательное замешательство. Телепортировавшись из реакторной несколько минут назад, я сразу предстал перед Яскером — за это время никто ничего ему не докладывал… Но у Главы Имперского государства свои способы получения информации, недоступные простым смертным. Его, наверное, забавляла моя растерянность — он внимательно следил за выражением моего лица, снисходительно улыбаясь. Возможно даже, он ждал от меня вопросов, задать которые я так и не посмел. Наступила пауза. Я чувствовал себя очень неловко. Но в этот момент в дверь за моей спиной постучали и я выдохнул с облегчением. Женщина, которая вошла в кабинет, производила сильное впечатление. На первый взгляд могло показаться, что это молоденькая, едва окончившая школу, девушка, по нелепой случайности одетая в вычурную военную форму. Но движения ее были слишком резки, взгляд слишком колок, а голос слишком тверд, чтобы поверить в это. Вскоре становилось понятно, что она намного старше, чем кажется, во сто крат умнее легкомысленной школьной выпускницы, и на столько же опасней. Женщина была красива, ее густые каштановые волосы блестели в свете люстр, и от этого у нее на голове словно горел нимб. Однако, непонятно почему, я испытывал сильный дискомфорт в ее присутствии. Несколько секунд она просто смотрела на Яскера, затем перевела взгляд на лежащие перед ним осколок и Посох, и только потом повернулась ко мне. — Слава Незебу! Камень упал с моего сердца! Мне внезапно пришло в голову, что объектом ее беспокойства является именно осколок, хотя я не мог с уверенностью сказать, с чего я это взял. — Но самое главное — никому ни слова про этот артефакт! — продолжила она, будто прочитала мои мысли. — Забудь, что слышал о нем, что держал его в руках! На наше счастье, Лига еще ничего не знает о наших изысканиях, иначе бы диверсанты уже захватили его. Глупцы! Затеяли грандиозную операцию с посохом Незеба, а источник еще большего могущества прошляпили! Я продолжал стоять немым истуканом, не зная, куда деть свои руки. — Что касается Посоха… — женщина снова посмотрела на Яскера, и до меня вдруг дошло, что между ними идет беззвучный диалог. Через несколько мгновений она задумчиво протянула: — Похоже, мы серьезно ошибались насчет этого артефакта, полагая, что Посох навсегда утратил силу. Лига доказала, что это не так. Мы не знаем, почему оплошали наши эксперты, и каким образом враг получил информацию о Посохе… Яскер хмыкнул, сдвинув брови, и женщина смутилась и даже немного покраснела. — Пойдем со мной, — обратилась она ко мне и, повернувшись к Яскеру, добавила: — Если будет позволено… Он молча кивнул, все еще сердито глядя на нее, и та поспешила на выход. Я снова почувствовал себя дураком, не зная, идти мне за ней или ждать распоряжений. — Санников, — произнес Яскер, выходя из-за стола. — Нельзя терять свой меч. Твое оружие — часть тебя самого. Он подошел к длинному, резному шкафу, за стеклянными дверками которого начищенный до зеркального блеска покоился целый арсенал, и достал оттуда великолепный меч. — Это тебе, из моих рук. Надеюсь, к нему ты будешь относиться с большим пиететом. Когда я взял в руки оружие, на меня вдруг обрушилось понимание всей масштабности того, что со мной происходит. Я стою в Оке Мира, в самом сердце Империи, и беру из рук ее Главы самый лучший меч из всех, что я когда-либо видел. — Я знаю, что мы еще встретимся с тобой. Мой язык окончательно прирос к небу, но к счастью Яскер уже кивнул мне на дверь и отвернулся, возвращаясь за свой стол. Я, так и не сказав вслух ни слова, пошел к выходу, неся на вытянутых руках свой новый меч, как самую драгоценную в мире реликвию. Таинственная женщина с каштановыми волосами ждала меня за дверью. Ястребы Яскера стояли вдоль стен круглого зала по стойке смирно и были похожи на изваяния, они даже не шелохнулись при моем появлении. — Отличный меч, — сказала она, кивком головы приказывая следовать за ней. — Тебе оказано большое доверие… Ты знаешь, почему? — Нет, — честно сказал я. — А если подумать? — Наверное, благодарность за доставленные Посох и… артефакт. Женщина резко остановилась и я, шедший чуть позади, едва не врезался в нее. Она была почти на голову ниже меня ростом, но при этом все равно ухитрялась смотреть свысока. — Ты знаешь, кто я? — Нет, — повторил я снова. — Меня зовут Елизавета Рысина, я Глава Комитета Незеба. Вернувшийся было ко мне дар речи опять пропал. — Ты думаешь, Яскер награждает оружием из личной коллекции любого отличившегося юнца? — продолжила она, впившись в меня глазами. Я отрицательно покачал головой. — Лично я не вижу в тебе ничего выдающегося, Санников. Я знала людей и поумнее, и посильнее, и поопытнее тебя. — Не сомневаюсь, — откликнулся я уязвленно. — Я внимательно за тобой наблюдала все это время и скажу начистоту — ты хороший боец. Даже очень. У тебя есть талант. И ты бы даже смог сделать неплохую карьеру… Но вряд ли сделаешь, потому что несешься в бой очертя голову, не думая о последствиях, не слушая ничьих советов. Я видела много таких бойцов как ты — талантливых, самоуверенных, считающих, что вокруг нет достойных противников. И каждая твоя победа будет только укреплять тебя в этом мнении. Но рано или поздно… скорее даже рано, чем поздно… ты обязательно наткнешься на кого-то, кто окажется сильнее. И ты проиграешь. Наступила пауза. — Яскер считает, что мы с ним еще встретимся, — медленно проговорил я. Рысина наконец отвернулась от меня и продолжила путь. Я двинулся следом. — Яскер — величайший маг из ныне живущих, — сказала она. — И он что-то в тебе разглядел. Как по мне, так ты просто еще один новобранец. Способный, но слишком бестолковый, чтобы делать на тебя ставку… Но Яскер никогда не ошибается. — Не всегда побеждают самые умные и сильные, — ответил я, и Рысина, не останавливаясь, обернулась ко мне, скептично вскинув брови. — Иногда выигрывает тот, кому просто повезло. — Это точно, — ухмыльнулась она и голос ее впервые прозвучал не так холодно. — Ты знал, что Яскер лично распорядился о твоем участии в штурме ХАЭС? — Нет. — Мне это не понравилось… но я не могу перечить Главе Государства. И надо же было случиться так, что именно ты сейчас находишься здесь… Яскер никогда не ошибается, — снова повторила она. Тем временем мы, пройдя через еще один большой торжественный зал, оказались на застланном ковровой дорожкой балконе-галерее, выходившем в центральный холл, в который могла поместиться вся электростанция целиком. — Впечатляет, не правда ли? — сказала Рысина, заметив мое восхищение. Я выглянул через через широкое арочное окно, убранное тяжелыми красными портьерами, в холл. Со сводчатого потолка свисала люстра размером с астральный корабль, заливавшая зал мягким, желтоватым светом, повсюду была красивая лепнина, внизу журчали небольшие фонтаны, к которым периодически кто-нибудь подходил, чтобы сбрызнуть лицо водой, вдоль стен тянулись ряды красных кресел и кадок с растениями. Око Мира походило на дворец. — Внимание, внимание! Незебградцы и гости столицы! Будьте добры и внимательный друг к другу. Оказывайте помощь и поддержку! Помните, что единство и братство — то, чем отличаемся от загнивающей Лиги. В этом наша сила! — громко вещал какой-то голос. Мы спустились по длинной лестнице на первый этаж. Я не мог заставить себя не вертеться по сторонам. Здесь было много людей, много орков, много восставших Зэм и даже… я потер глаза, чтобы удостовериться — не показалось ли мне. Мимо нас в военной форме прошел кот-переросток с недовольным лицом — его длинный пушистый хвост нервно метался из стороны в сторону, от чего красный плащ смешно подпрыгивал. — Год без увольнительной! Сколько можно-то? Прайден. Я обернулся, глядя ему в след. Никогда раньше не видел представителя этой расы. Часть и без того немногочисленного народа поддержала Империю, а другая — Лигу. Когда мы проходили мимо фонтана, я зачерпнул воду рукой и умыл лицо, чтобы хоть немного стереть с него кровь и грязь. Мы спустились еще по одной лестнице и я подумал, что без проводника ориентироваться в этом здании-городе будет очень не просто. Рысина привела меня в помещение, похожее на читальный зал библиотеки. — Жди меня здесь. Никуда не уходи. Она быстро вышла и я, оглядевшись, сел за ближайший стол, обтянутый зеленым сукном. В зале я был не один, но на меня никто не обращал внимания. Было жарко, тихо журчали разговоры, время тянулось неимоверно медленно. Я устало опустил голову на сложенные на столе руки и неожиданно для самого себя провалился в сон. — Ник, Ник! — Рысина тормошила меня за плечо, сев со мной рядом за стол. — Просыпайся! Я вздрогнул и резко поднял голову. В зале мало что изменилось и я не мог с уверенностью сказать, сколько прошло времени. — Сколько я уже здесь? — Два часа. Мне пришлось немного задержаться. Но ты будешь рад услышать, что операция на ХАЭС успешно завершена. — Моя группа… — начал я, немного разочарованный, что все закончилось без меня. — На сколько мне известно, в твоей группе никто не пострадал. Командор Хранителей уже тебя ждет. Но прежде — у меня есть одно дело. В твоем пребывании в Незебграде больше нет необходимости, и тебя, как и всех новобранцев, наверняка отправят в Игшиский Военный Округ. Я кивнул. Записавшись в Имперскую Армию, я отправился на столичный аллод, чтобы пройти обучение в ИВО. Но нападение лигийцев на наш корабль внесло в эти планы свои коррективы. И вот, наконец, все становится на места. — Как ты уже понял, мы прошляпили информацию об истинной силе Посоха Незеба, — продолжила Рысина. — В Игшском Военном Округе находится единственный уцелевший эксперт из тех, кто обследовал Посох. Это мастер-оружейник Одион. Мы уже внедрили в его окружение своего агента. Тебе нужно встретиться с нашим человеком в Военкомате, прежде чем браться за самого оружейника. Запомни имя — Сергей Шрамин. Он наш агент, а по совместительству — хадаганский интендант. Передашь ему следующие слова: «Посохи не ломаются!». Смотри, ничего не перепутай! А то он и говорить с тобой не станет. — Где мне его искать? — Тебе не надо его искать. Вы встретитесь в любом случае. Все понятно? Я неуверенно кивнул. — Вот и отлично. Если ты и впрямь такой удачливый, постарайся сделать так, чтобы фортуна не отвернулась от тебя в самый неподходящий момент. Иди. Штаб Хранителей на этом же этаже, не заблудишься. Блуждать я не стал, а сразу спросил дорогу у многочисленной охраны. Это было странно — идти по Оку Мира на встречу с главнокомандующим Хранителей, знаменитым Штурмом Бешеных, но сегодняшний день и так был богат на сюрпризы, поэтому я уже ничему не удивлялся, и даже почти не волновался. — Он там, — охранник указал на двустворчатую дверь в конце коридора. — Но у них там сейчас… В этот момент дверь распахнулась и в корридор вышла целая дюжина Хранителей в генеральских погонах. Я никогда не видел столько руководства сразу. Хранители прошли мимо, о чем-то тихо переговариваясь и не обратив на меня, прижавшегося к стене и вытянувшегося во фрунт, никакого внимания. — Иди. Командор там, — дал добро часовой. — Ужас! Какие у тебя грязные сапоги! Как-будто ты из казармы Лиги! Я, оставив это высказывание без внимания, осторожно стукнул в створку двери и заглянул во внутрь. Это был зал, похожий на тот, где я разговаривал с Рысиной, только здесь обстановка оказалась более скромной. За простыми столами, выставленными в ряды, никто не сидел, лишь в противоположном конце, у доски, исчерченной красными стрелками, спиной ко мне стоял орк. Собравшись с духом я подошел ближе и прокашлялся. Штурм Бешеных был легендой, хоть его портреты и не висели повсюду, как портреты Яскера. Мне хотелось узнать, какой он на самом деле. — Командор… Орк повернулся и я остолбенел. — Вы?! Передо мной стоял тот самый орк, с которым я впервые встретился в здравнице «Небесная». А после мы дрались на арене в Изун-городе, и он поддался мне в финале, чтобы я стал чемпионом и завоевал доверие у Буйных. На этот раз на нем оказались тяжелые доспехи, делавшие его шире раза в два. От удивления я забыл, что там должен был сказать по Уставу. Штурм оценивающие осмотрел меня с ног до головы — у него был умный взгляд старого, повидавшего виды, солдата. — Ты неважно выглядишь, — заключил он и, усмехнувшись, добавил: — Тяжелый выдался денек? — Тяжелый, — согласился я. От переизбытка эмоций я уже успел позабыть о боли, но когда Штурм напомнил о ней, у меня снова заныло все тело от весьма чувствительного падения с металлической лестницы, и загудела голова от того, как меня несколько раз приложили лбом об пол охранники Яскера. — Эй там, на входе… слетай-ка за Негус Хекет, — крикнул командор часовому и тот, коротко козырнув, мгновенно умчался.— Полагаю, ты уже знаешь, что операция на ХАЭС завершилась. Станция зачищена, диверсанты обезврежены, Посох возвращен… хотя вашей задачей было только разминирование мин. Ну да ладно, победителей не судят. В данный момент на станции еще ведутся поисково-спасательные работы, но завтра она уже будет снова запущена. — Командор… — Да, из твоей группы никто не пострадал. — Спасибо. — А все из-за этих мелких засранцев. Кто бы мог подумать, что гоблины способны на предательство. — Их подбил на это инженер ХАЭС. Грум… — Хмурняга, — кивнул Штурм. — Мне уже доложили. Помню его. Пришлось даже с ним здоровкаться за лапку его поганую на каком-то митинге. — Он не ушел от наказания. — Вот это по-имперски. Все-таки в какой справедливой стране мы все живем! Мы обменялись ухмылками. Штурм Бешеных, несмотря на свой устрашающий облик, располагал к себе гораздо больше, чем смазливая Елизавета Рысина. В нем не было ни грамма напыщенности и высокомерия. — Там, на арене… в Изун-городе… я думал, что вы из Комитета, — признался я. Штурм внимательно на меня посмотрел, прищурив глаза. — Хранители тесно связаны с Комитетом. Я не всегда согласен с их методами, но вместе мы делаем все для защиты нашего государства, — произнес он. — Амулеты Буйных настолько опасны, что угрожают всему государству? — удивился я. Наверное, это было нарушение субординации, но Штурм не разозлился. — А тебе разве не сказали, что это не твоего ума дело? — беззлобно ответил вопросом на вопрос командор. — Мне говорят это постоянно, — пожал плечами я и Штурм хохотнул. — Лично мне, помимо всего прочего, не хотелось, чтобы чемпион Буйных стер тебя в порошок. Ты неплохой боец и я надеялся, что хотя бы до ИВО ты доживешь. Учти — я говорю это не каждому. За сегодняшний день уже два высокопоставленных лица сообщили мне, что я неплохой боец, но при этом проживу недолго. Невеселая тенденция. — Что ж, тобой уже сделано немало для блага Империи. Ну, а теперь… Каждый солдат Имперской Армии, вне зависимости от расы, пола, вероисповедания и… хм, всего остального, должен пройти службу в Игшском Военном Округе. Враг не дремлет, и, если что случится, любой имперец должен знать, с какой стороны браться за топор или жезл. Не кривись. Ты думаешь, что уже все знаешь и умеешь? Скоро ты убедишься, что это не так. — Тебя опять беспокоит колено, Штурм? Я говорила, что давно пора залечить старые раны, иначе будет хуже! К нам подошла высокая женщина с металлическими руками и маской на лице. На ней было странное длинное одеяние, светящееся зеленым светом, а из-за спины торчал необычный посох с вращающимся наконечником из трех зубьев. Я уже начал немного привыкать к такому количеству восставших вокруг, но мне все равно было не по себе, когда они находились так близко. — Колено подождет, — покачал головой Штурм. — Ты просила надежного курьера, чтобы доставил в ИВО пакет с документами. Вот, парнишку как раз снаряжаю. Никита Санников, может слышала? — Тот самый? — с интересом посмотрела на меня женщина. — Именно. Это Негус Хекет, глава Совета Ученых Советов, — обратился ко мне командор. — Ну и видок, — произнесла Хекет. Она взяла в руки свой посох и сделала резкий выпад в мою сторону — острые, как бритва, зубья клацнули в сантиметре от моего лица. Я рефлекторно схватился за меч, но Хекет не собиралась нападать. Меня окутало еле заметное сияние и через секунду я с удивлением почувствовал себе лучше. — Это временный эффект. Тебе нужно отдохнуть, — сказала она. — Я слышала, на ХАЭС было жарко. — Скорее холодно, — ответил я, вспомнив лигийских магов. — Вы спускались в захоронение Зэм… Ты видел там скрижали? В каком они состоянии? — Ну… если это те каменюки с каракулями, то когда я их видел — на них не было ни царапины. — Отлично! — с облегчением выдохнула женщина. — Но мы там были не одни. — Культисты… Как жаль, как жаль… они могли бы быть на нашей стороне, но предпочли Тэпа! — И что ты обо всем этом думаешь? — поинтересовался Штурм. — За ними и правда стоит Тэп или они действуют самостоятельно? — Пока у нас нет доказательств того, что Тэп жив, но деятельность его культистов внушает опасения, — сказала Негус Хекет и повернулась ко мне. — Когда ты отправляешься в ИВО? — Завтра утром, — ответил за меня Шутрм. — Быть к шести утра возле Ока Мира как штык. Опоздаешь — шкуру спущу, и не посмотрю на все твои заслуги. — Я подготовлю документы к этому времени, — кивнула женщина. — Свободен, Санников. Мне ужасно хотелось еще походить по Оку Мира, по этому невероятному средоточию имперской власти, но мысли о своей группе не давали мне покоя, поэтому, оставив командора Бешеных и Негус Хекет, я отправился на поиски телепорта. Вернувшись в центральный холл, я сразу заприметил телепортационную плащадку, возле которой уже столпилась очередь, но как только я подошел ближе, меня одернули за руку. — Ник Санников? Это был невысокий — для своей расы, конечно, — орк, обвешанный бусами и амулетами с головы до ног. — Пойдем со мной. — Куда? Ты кто такой? — Пойдем. Не бойся. Тебя ждут. Я подумал, что в Оке Мира мне вряд ли может что-то угрожать, а вот разжиться новой информацией всегда полезно. Орк провел меня несколькими лестницами и коридорами, но на все вопросы за время длинного пути отвечал уклончиво. Наконец мы дошли до крыла, выглядевшего в этом здании-дворце инородным телом. Еще издали я почувствовал запах дыма и каких-то трав, и не ошибся — посреди зала, куда мы вошли, горел настоящий костер, стоявший рядом здоровый лысый орк с пышными рыжими усами и бородой подкидывал в огонь сухие листья. Повсюду на стенах висели черепа и шкуры животных. Портрет Яскера, который во всех остальных помещениях, где я бывал, висел на самом видном, почетном месте, здесь был небрежно задвинут за конструкцию, которая служила оркам чем-то вроде герба. — Подойди ближе, избранный, — медленно проговорил рыжебородый и кинул в огонь пучок листьев Белый дым взметнулся к потолку и у меня закружилась голова от дурманящего пряного запаха, заполнившего весь зал. Я понял, кто передо мной стоит еще до того, как орк представился. — Я — Коловрат Северных, Верховный Шаман орков, — протянул он, подтвердив мои мысли. Голос у него был очень низким и хриплым даже для орка, но из-за его манеры растягивать слова, речь Коловрата напоминала на довольное урчание льва. В погоне за Посохом я совсем забыл и про Шквала, и про поиски потомка Легендарного Орка, который, если верить легенде, обладает достаточно сильными магическими способностями, чтобы самостоятельно, без помощи людей и восставших, удерживать целый аллод, защищая его от астрала. — Расскажи мне, Никита… расскажи мне все, — «проурчал» Коловрат прикрыв глаза. — Если вы о том ритуале, то я мало что понял. Я дотронулся до тотема и вместо одного духа, вылезло сразу четыре, вот и все. — Вот и все… — эхом повторил орк. — Знал бы ты, что это значит для нас. — Я понимаю. — Чтобы это понять, надо быть орком. Мы сильный, гордый народ, который проклятый астрал сделал зависимым от других рас. Воин, не способный защитить свои земли, уже не воин. — Без орков Имперская Армия долго бы не выстояла, — осторожно возразил я. — Да и… — Шквал сказал, что духи подтвердили твое предназначение, — перебил меня Коловрат. — Потомки Легендарного Орка где-то среди нас, и мы должны найти их. Твоя помощь будет не только своевременна, но и освящена благословением духов! Куда ты направляешься сейчас? — В ИВО. Приказ Командора Бешеных. — Ну что ж, — кивнул шаман и пригладил рукой свою рыжую бороду. — Все орки Империи проходят подготовку в Игшском Военном Округе. И это нам на руку. Один из наших шаманов — Шип Змеелов — работает на Учебно-тренировочном полигоне. Знаешь, что это? Это сито, через которое отсеивают не только слабаков и трусов, но и — благодаря возможностям шаманов — тех, кто обладает способностями к высшей магии. — Я знаю об этом. Знаменитое место. — Это хорошо, что ты не боишься. — Способностей к магии у меня нет, но вот пересчитать ребра вручную я точно сумею. Борода Коловрата дернулась, когда он оскалился в ухмылке. — Вот что: как окажешься в военкомате, поговори со Шрамом Лесных, местным краеведом. Он тоже из наших, из шаманов. Он Шипу весточку о тебе передаст, подготовит его к твоему приходу. Поможешь нам — я в долгу не останусь. С этими словами Коловрат высыпал в костер всю засохшую охапку листьев, что была у него в руках, и столб белого дыма скрыл его от моих глаз. Возвращаться обратно к порталу пришлось с провожатым, которого выделил мне Верховный Шаман, иначе сам бы я обязательно заблудился. Где сейчас находится моя группа, я не имел представления, но раз операция закончилась и никто сильно не пострадал, то они наверняка заливают синяки и царапины пивом в каком-нибудь кабаке. Я решил для верности сначала заскочить домой, а потом отправиться к ХАЭС, чтобы разведать обстановку. С момента моей телепортации в покои Яскера прошло уже очень много времени, но наверняка в районе станции все еще куча военных и комитетчиков. Однако, к своему удивлению, дома я застал взбудораженного Кузьму, мерившего шагами расстояние от двери до поломанной тумбочки. — Наконец-то! — воскликнул он, когда я вошел. — Ты где был, олух? Что за мания, вечно куда-то пропадать? Спер Посох и по тапкам… — Орел, я был в Оке Мира, представляешь? — похвастал я, оцепив с пояса тяжелый меч и с удовольствием упав на кровать. — И я видел Яскера! Даже разговаривал с ним… ну как разговаривал, говорил он, а я только… Ладно, не важно. Где остальные? — Что за меч? Лигийский?! — Нет, подарок Яскера. Орел, что с остальными? — Подарок Яскера?! — Кузьма схватил меч и, вытащив его из ножен, восхищенно уставился на клинок. — Орел! — А… да. Мы не знали, где тебя искать, поэтому Лоб торчит у ХАЭС в Котельном Стане, Миша возле Горкома на Старой Площади, а я жду тут. Все живы. — А Лиза с Матреной? — Где Матрена, не знаю, но с ней все в порядке. А Лизу комитетчики увели, и жезл трофейный отобрали… Но ты бы видел, какого она жару задала, когда ты свинтил с веселья. Ух! — Кому задала? Нам или Лиге? — Лиге… странно, да? — Более чем. Как думаешь, что с ней теперь будет? — Да какая мне разница? Лучше скажи, что было в Оке Мира, ты туда телепортировался из реакторной? — Да, только давай для начала найдем Мишу и Лба, не хочу повторять историю дважды. Как выяснилось, после моего исчезновения оставшиеся штурмовые группы забаррикадировались в реакторной, где успешно дождались подкрепления. Все мины к этому времени были обезврежены, а я с Посохом Незеба и таинственным артефактом надежно прибит охранниками Яскера к полу Ока Мира, поэтому Хранители уверенно выдвинулись на территорию ХАЭС и превосходящими силами быстро и без особых потерь разобрались с диверсантами. Я в свою очередь рассказал все, что произошло со мной в Оке Мира, а так же про распоряжение отправляться на службу в ИВО, поэтому, когда поздно вечером посыльный принес нам повестки из военкомата, в которых говорилось, что нам всем необходимо в назначенный час находиться у входа в Око, никто не удивился. Последний день в Незебграде мы решили хорошенько отметить, и тут я очень кстати вспомнил про припрятанное контрабандное эльфийское вино, которое я на пару с мучившимся от похмелья солдатом когда-то конфисковал у трактирщика в Научном Городке. Лоб напиток не оценил, назвав кислятиной, и сразу приступил к самопальному пойлу, от запаха которого у меня слезились глаза. Впрочем, когда эльфийское вино закончилось, а байки, которые мы травили друг другу, окончательно потеряли хоть какую-то правдоподобность, пойло Лба уже не казалось мне таким отвратительным. Несколько раз я порывался пойти и разыскать милиционершу, которой когда-то помогал обезвреживать преступника, но дойдя шатающейся походкой до двери забывал, куда иду, и возвращался на место. Михаил отключился еще на стадии эльфийского вина и тихо сопел на своей кровати. Лоб, допив до дна очередную кружку, вытер рот ладонью и крякнул: — Бабу бы. Затем встал, вышел за дверь и до утра уже не возвращался. Мы остались вдвоем с Орлом. — Ты отличный стрелок, Кузьма, я рад, что мы встретились, — пробормотал я заплетающимся языком. — Ты тоже ничего, Ник. Не так крут, как я, конечно, но тоже сойдет. — За «Непобедимый» и всех, кто там был, — произнес я и мы выпили не чокаясь. — Я вот думаю, зачем нам эти ясли? — спросил Орел. — Ясли? — ИВО. Мы уже доказали, что в состоянии разбивать Лиге лица, — он стукнул кулаком по столу. — Почему бы сразу не послать нас на передовую? — А ты не из робких. Я еще на корабле заметил… Не боишься, что Лига разобьет лицо тебе? — Лучше Лига, чем… Я хочу сказать, что смерть в бою — это ведь достойно. — Говоришь, как орк. Орел замолчал, задумавшись о чем-то своем, и я решил, что паузу нужно заполнить новым тостом, но Кузьма вдруг медленно заговорил, все еще пребывая в своих невеселых мыслях: — Вся моя семья погибла не от рук Лиги. Я замер с поднятой кружкой. — Разбойники. Обычные грабители. Напали на наш поселок, когда все спали, всех под корень вырезали. Моих родителей, братьев, друзей… Один я живой остался… на охоту ушел. Вернулся, а от домов одни угли тлеющие остались… И я поклялся отомстить убийцам. Он снова замолчал. — Отомстил? — осторожно спросил я. — Да, — сказал Орел и залпом выпил все, что оставалось в его кружке. — Мне потребовался один год. Всех до одного выследил и перестрелял. Он сказал это так, что я сразу понял — из всех сегодняшних невероятных историй, которые прозвучали в этих стенах, именно эта является правдой. С меня даже слетел хмель. — Ты говорил, что я хороший стрелок… У меня была хорошая практика. Один выстрел — один труп. А потом уж было с собой покончить хотел. Я уже стоял на мосту с камнем на шее… интересное чувство. — И почему не прыгнул? — спросил я, окончательно протрезвев. Орел перевел взгляд на меня. — Решил, что не умру… так. Я погибну как настоящий боец, на войне, от руки стоящего врага, а не шайки бандитов, и уж тем более не от собственной руки. — И ты решил записаться в Армию? — Да. Лига — единственный достойный враг. Ты думаешь, что я несу бред? — Нет, — серьезно сказал я и подлил Кузьме еще. За это надо было выпить. На следующее утро я предсказуемо чувствовал себя разбитым и не выспавшимся. Орел немногим от меня отличался, как впрочем и Лоб. Однако, судя по довольной физиономии последнего, для него ночь прошла куда интереснее. И только Михаил мог похвастаться образцово-показательным видом. Когда мы подошли к Оку Мира, там уже собралась целая группа: четверо орков и трое хадаганцев, среди которых и Матрена Коновалова, а рядом с ней, недовольно сморщив точеный носик, стояла Лиза ди Вевр. Ее крылья ослепительно сияли в лучах утреннего солнца, приковав к себе взгляды всех присутствующих. — Кхе-кхе… вы кто? Фамилии, — громко крикнул один из орков, как-будто разговаривал с глухими. — Чего?! А?! Говорите громче, ничего не слышу! Контузило меня! — Санников, Орлов, Грамотин, Буйных! — проорал я ему в ухо. — Ага. Теперь все в сборе, — ответил тот, сверясь со списком в руках. — А тебе, Санников, приказано явится к Негус Хекет за каким-то пакетом. У тебя десять минут. Иди. Тебя пропустят. Прошел я без препятствий и даже Негус Хекет мне помогли разыскать очень быстро охранники Ока. Правда несколько неприятных минут мне все-таки пришлось пережить — отдел Совета Ученых выглядел полной копией усыпальницы Зэм: тот же режущий глаз ядовито-зеленый свет и инсталляции саркофагов на стенах. К счастью, Негус Хекет не стала меня задерживать надолго. — Доброе утро, а видок у тебя по-прежнему так себе. Я не стал никак комментировать свой внешний вид и просто кивнул в знак приветствия. — У меня радостная весть, вчера доставили скрижали Тэпа из Зэмова Городища, и они почти все целы! — Поздравляю, — кисло сказал я. — Среди них есть описание любопытных некромагических технологий. Пакет с ними доставь в военкомат Игшского Военного Округа. Сотрудница НИИ МАНАНАЗЭМ, откомандированная в ИВО, будет ждать тебя там. И будь осторожен! Возможно, изучив эти скрижали, мы сможем ответить на главный вопрос — вопрос о судьбе Тэпа. Но даже если этого не произойдет — изучение его наследия будет не лишним. — Я все понял. Доставлю в целости и сохранности! — Это еще не все. У меня тут срочный заказ от Коловрата Северных. С визой самого Яскера: «Оказывать всяческое содействие!» Видно, дело важное. Вот этот мешок нужно доставить в ИВО некому Шипу Змееловову. Мне это ни о чем не говорит, но Коловрат сказал, что ты разберешься. Я снова кивнул. Если я все правильно понял, Шип Змеелов — это шаман орков, который помогает определить наличие магических способностей у проходящих службу в ИВО новобранцев. В мешок я заглядывать не стал, хотя меня и раздирало любопытство. — Посылку получил? — завопил контуженный орк, когда я вернулся. — А теперь, внимание! Новобранцу Имперсокй Армии полагается: форма, оружие на выбор — это вы уже получили… Лиза громко фыркнула — в отличии от всех нас, она по-прежнему была безоружна. — А тебе пока рано, крылатая, не заслужила еще. Так вот, форма, оружие… и что еще? — Скакун! — послушно гаркнули мы хором. — Не обязательно. Это уж вы сами выберете, скакун или не скакун. Давайте-давайте, построились, организованно, друг за дружкой, парами, за руки можно не браться, не в детском саду, и-и-и… шагом марш за мной! Все это орк орал с такой силой, что его наверняка слышал весь Незебград. — Почему ты здесь? — тихо спросил я у Лизы, как только мы двинулись следом за орком. — Кто же меня теперь отпустит? С оружием я одна стою четверых! — гордо ответила та. — Мне дали на выбор два варианта: либо Имперская Армия, либо имперская тюрьма. Я выбрала первое. — Это будет интересно — эльфийка в ИВО. Такого никогда еще не было, — вставил Орел. — Армия — это настоящая школа жизни! Тому, кто в армии свое не отпахал, я руки не подам! — громогласно вещал тем временем орк. — Вот мы и пришли… Эй! Колосин, давай сюда, у нас тут пополнение! Мы подошли к загону, где за деревянной оградой мирно гуляли ездовые животные. Коневод Колосин — крепкий хадаганец с рыжими волосами — подошел к нам. — Вот, новобранцев привел. Надо бы по седлам рассадить! — Да когда уже ты орать так перестанешь, Перст, всех зверей мне распугаешь. Я завороженно смотрел на животных. Ни один из этих красавцев не шел ни в какое сравнение с моей старой кобылкой, на которой я учился верховой езде, и я очень ждал, когда уже получу причитающегося мне скакуна. — Мчащийся во весь опор скакун — самое прекрасное зрелище! Я эту красоту каждый день вижу! Так то! — с улыбкой произнес Колосин. — И кого можно взять? — спросил я. — Кого хотите. Разные они! Обычно, конечно, лошади. Красивые, статные… Но есть и более экзотические варианты — львы, волки, грифоны. А завтра, может, еще кого приручат, оседлают… Скакун нынче не роскошь, а средство передвижения! Но все равно — красивое средство. Я перемахнул через ограду, чтобы подойти ближе к животным, и выбрать среди них своего. Однако, это оказалось не так уж и просто, они все были прекрасны, и остановиться на ком-то одном не представлялось возможным. Через двадцать минут вся остальная группа уже определилась с выбором. Помощники Колосина принялись седлать выведенных из загона животных, которые обрели своих новых хозяев. Я обернулся посмотреть на выбор остальных. Лоб довольно похлопывал по бокам огромного носорога со светящимися оранжевыми глазами. Хороший выбор, наверное носорог единственный, кто сможет выдержать вес Лба вместе с его доспехами и неподъемным щитом. Михаил уже оседлал какое-то исчадие ада, отдаленно напоминающее лошадь. Создавалось впечатление, что животное горит изнутри, и я не был уверен, сможет ли кто-нибудь еще, кроме мага, усидеть на этой горе тлеющих углей. Выбор Орла казался более понятным — его матерый, рыжий волк грозно рычал и скреб когтями по земле, ему явно не терпелось размять мощные лапы. Матрена ласково гладила низкое, похожее на пони, животное с длинными, заячьими ушами и роскошными хвостом и гривой, которые блестели как расплавленное золото. Лиза своим выбором меня тоже не разочаровала: она держала за поводья коня, глядя на которого я невольно вспоминал о призраках — вокруг зверя клубилась синяя дымка, а за спиной мягко развевались бесплотные крылья. Я снова повернулся к животным — мне приглянулся белоснежный лев, и огромная виверна, а можно было взять вон того роскошного коня черной масти… Но тут я увидел его. В самом дальнем конце загона, в углу, поджав лапы, сидел дрейк, внимательно наблюдая за мной зелеными глазами. Его длинный, как у ящерицы, язык был направлен в мою сторону — он изучал меня. — Нет, погоди, этого не бери, — остановил меня Колосин. — Дикий он совсем, не поддается дрессировке, никого не подпускает… спишем скорее всего, как неликвид. Но я уже неотрывно глядел в глаза дрейку, а он так же, не мигая, смотрел на меня. Я подошел ближе. — Ты, говорят, капризный, — прошептал я и протянул руку. — С ума сошел? Без руки останешься… — завопил Колосин, но я не обратил на него внимания. Дрейк вытянул шею и дотронулся кончиком своего шершавого языка до моей ладони. Костлявый, тускло мерцающий зеленоватым светом, с жуткими, перепончатыми крыльями — он был похож на оживший скелет. Чудовищная, уродливая красота. — Пойдешь со мной? — серьезно спросил я, как-будто дрейк мог понять человеческую речь. Он медленно поднялся на ноги и расправил крылья, его сильный, длинный хвост бил по ограде, едва не опрокидывая ее. — Он тебя слушает… невероятно… похоже, он и впрямь тебя слушает! — оторопел Колосин. Я похлопал дрейка по загривку. Какой бы темной магией не был порожден этот зверь — теперь он мой. — Так… выбрали значит… Ну теперь все! По коням и вперед, вас ждут эти… как их… великие дела, во! — объявил контуженный. — Езжайте через эти ворота, прямо по дороге. — Как? Сами? — спросила Матрена. — А вы думали, вас мамочка за ручку проводить придет? Конечно сами. Никуда не сворачивайте, в аккурат к военкомату и попадете. Есть такая профессия — Родину защищать. Вот и пришла пора вам ее освоить. Что вы таращитесь на меня? Напутственное слово я сказал, можете проваливать. Мы, недоуменно переглянувшись, потянулись в указанном направлении. Имперская Армия начинается с ИВО, пришла пора и мне стать настоящим солдатом. Я запрыгнул на своего нового питомца (седлать пришлось самому, помощники конюха боялись подходить к моему дрейку), легонько пришпорил его и тот послушно пошел вперед. Глава 13 Открыть запись

В этом выпуске мы опять лишились корректора, который минимизирует ошибки в статьях, поэтому в этом номере, к сожалению, их действительно может быть многовато. Мы находимся в поисках того, кто возьмется за эту работу.

В этом нет ничего странного. Топ 10 - вещь субъективная, основанная на вкусовых пристрастиях автора. Возможно автору просто не нравится белый пушистый кот. Раньше эту рубрику писал я, теперь ее действительно ведет девушка. Однако вот эта мысль: мне понравилась.

Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке Автор: risovalkin К ОГЛАВЛЕНИЮ Глава 9. По следам реликвии Парк Победы производил впечатление. Это было сплошное переплетение тенистых аллей, аккуратных газонов и клумб, где тихо журчали фонтаны и разноцветные флаги развевались на легком, теплом ветру. В самом центре этого великолепия находился памятник Пятому Подвигу Незеба — высокая арка, с одной стороны которой возвышался астральный демон, а с другой сам Незеб с поднятым каменным посохом — если верить слухам, точной копией посоха настоящего. Всю эту кажущуюся идиллию нарушала суета вокруг и связанное с ней напряжение, которым был пропитан воздух. Повсюду бегали милиционеры и люди без отличительных знаков, по движениям которых становилось понятно, что это не просто прохожие. — С ума все сошли, что ли? — ругался садовник. — Только открыли парк, только отзвучали трубы праздничного оркестра, как набежала толпа следователей из Комитета и стала рыскать по всему парку, измерять посох статуи Незеба, что-то вынюхивать, выслеживать. А что случилось, из-за чего весь сыр-бор — не говорят. Хм, ну да ладно. Не моего ума это дело. Моя забота — чтобы парк цвел, благоухал и глаз радовал. Да вот только после всех этих следственно-розыскных мероприятий на парк смотреть больно. Все кусты переломали! А потом еще… А ты что делаешь? Вот здесь, вот здесь подвязывай! Ну что за напасть на мою голову! Он выписал подзатыльник гоблину-дворнику, который, аккуратно подвязав надломленный розовый куст, тут же сломал другие два за своей спиной. — Смотри, куда наступаешь, бестолочь! Последнее доломаешь… А какой субботник был перед открытием! Красота! Весь город вышел и стройными рядами высаживал кустики. Сердце радовалось! — и он снова треснул по голове бедного гоблина. Мы наблюдали за этой картиной, попивая квас под навесом местной таверны. Гоблин, активно машущий метлой рядом с нами, начал мести с удвоенной скоростью, бормоча себе под нос: — Ходят тут всякие, бумажки разбрасывают, песни поют блатные, газоны топчут. Нет, чтоб по дорожкам маршировать стройными рядами с замыкающим и размыкающим и речевки горланить… Эх! Мечта дворника, ага! — А это что? — завизжал садовник и гоблин с метлой подпрыгнул на месте. — Как? Опять?! Причину его негодования мы увидели сразу — садовник схватил огнетушитель и рванул к одному из деревьев, ветви которого занялись веселым пламенем, грозившем перекинуться на близ стоящую беседку. — Эй, метелка, — окликнул Орел гоблина, который, замерев, глядел на борющегося с огнем начальника. — Что это там? — Дык элементаль же, — ответил тот, вздрогнув. — Огненный! — Откуда он здесь взялся? — удивился я, вспомнив диверсию Лигийцев на «Непобедимом». — Городское начальство порешило, ага. Прислали нам в помощь бытовых огненных элементалей. Шоб им пусто было! Хотели, как лучше, а получилось… Они вместе с мусором в первый же день сожгли три скамейки и другой ценный деревянный инвентарь, ага. Среди них туалет переносной. Даже два! А сегодня принялись за деревья. Не парк у нас скоро будет, а степь да степь кругом. И мы еще боремся за звание Парка высокой культуры! Тьфу! Глаза б мои их не видели… — Что… что за гадость? Гоблин с метлой стушевался и втянул голову в плечи, оглядываясь по сторонам. Видимо, он полагал, что фраза была обращена к нему, но кричавшая женщина за соседним столиком с отвращением смотрела в свою тарелку. — Да это же ухо! Ухо гиены! В моем шашлыке! Караул! Где повар?! На ее крик выбежал хозяин заведения и попытался успокоить, но та только заводилась еще пуще — она топала ногами, тыча пальцем в шашлык. — Да вас до конца жизни упекут! Вот же на ценнике написано: «Нежнейшая свинина, взращенная специально для вас в экологически чистом горном районе Суслангера». А может, это вовсе и не свинина, а? Почему она отдает местной свалкой? Я вас спрашиваю! Мили-и-иция! Вставить слово посетительница никому не давала. Она звала милицию, которая, впрочем, не слишком спешила на ее зов. — Сейчас мы докопаемся до истины! Я тридцать лет от звонка до звонка швеей-мотористкой отпахала! Да где же милиция? Не дозовешься ее, когда надо! Я знаю, что вы вместо свинины мясо гиен с Очистных подсовываете! А отнесу-ка я ваш шашлык на санстанцию, пусть проверят. Уж я-то выведу вас, сволочей, на чистую воду! С этими словами она вбежала из таверны, прихватив с собой шашлык. — И даже не расплатилась, — проговорил хозяин, глядя в след скандальной клиентке и тут же выместил зло на гоблине. — А ты чего смотришь, подметай давай! Тот, забыв про работу, наблюдал за этой сценой, но получив причитающийся подзатыльник, снова принялся мести, обижено приговаривая: — Когда-нибудь и мы, гоблины, тоже станем гражданами Империи, ага. Ну чем мы хуже орков и восставших? Две руки, две ноги и голова. Мы очень похожи, ага. Вот только не берут нас в Империю… На Очистные берут, квартиры красить, улицы подметать берут, а в граждане не пускают. А все почему? — Почему? — заинтересовался я. — Потому что среди нас много несознательных элементов, ага. Работать не хотят, разбойничают, грабют. Слышали о гоблине по кличке Черный Властелин? Жуткий и злобный он, ага. Все гоблины его боятся. И даже некоторые имперцы. Он командует всеми плохими гоблинами в городе. Они ему носят добычу, а он ее себе забирает. И пока в мире есть такие гоблины, Империя останется для нас мачехой… — Даже у дворников есть своя мафия, — хмыкнул Орел. — Ну и дела! — Нет никому до нас дела, — понурил узкие плечи гоблин и опустил метлу. — Милиция и знать ничего не желает, не расследует… Кому это нужно — защищать народ, не имеющий прав, ага. А вдруг Черный Властелин вынашивает жуткие планы по захвату Империи? — Ну это вряд ли, — сказал я. — Милиции бы со своими бандюками разобраться, а уж потом браться за ваших. — А давайте вы его убьете? — с детской непосредственностью предложил гоблин. — Умрет Черный Властелин, и всем-всем станет жить лучше. Особенно гоблинам, ага. А я напишу письмо в горком, что гоблины теперь хорошие. Пусть нас в граждане примут, ага. Мне на самом деле было очень жаль этого бедного дворника, но история с Сутулым, когда я тоже хотел всего лишь избавить местных жителей от распоясавшейся шайки, была еще свежа в моей памяти. Да и вряд ли можно спасти народ, если сам он не прилагает никаких усилий к своему спасению. В это время Лоб, которого мы ждали уже несколько часов, наконец-то зашел в таверну и направился прямиком к нам. — Извини, братишка, как-нибудь в другой раз, — сказал я гоблину, когда Лоб плюхнулся на стул и припал к квасу прямо из бутылки, проигнорировав стоящую рядом кружку. — Эх, никому мы не нужны… — разочаровано пробормотал гоблин и снова принялся мести улицу. Я нетерпеливо ждал, когда Лоб напьется и расскажет, что узнал, но он не оторвался от бутыли, пока та не опустела. — В общем так, — крякнул Лоб, довольно вытерев губы ладонью. — Кой-чего поспрашал у своих в Изун-городе. Дело темное. Про посох никто не обмолвился, но разговоры идут, будто что-то ценное у Яскера сперли. Типа, утерли нос Комитету, гы. Кто конкретно спер и как — не знаю… — Нам это и не важно, — перебил я. — Важно, у кого посох сейчас. — А вот тут уже интересно… Ребята говорили, вчерась один по пьяни в кабаке хвастался, якобы проучил ментов, мол надолго они его запомнят и все такое… Может врал. — Кто такой? — быстро спросил Орел. — Да есть тут один, Рылом кличут. Из Сосновых. Раньше со своей бандой в Изун-городе промышлял, но ему там быстро накостыляли. Вот он сюда и перебрался. Вроде где-то у памятника Незебу околачивается. — Местная гопота, значит, — кивнул я. — Вряд ли эта мелочь причастна к похищению, но ему может быть многое известно, если он варится в этой среде. У памятника Незебу, говоришь… Возле «Мемориала Астральной угрозы Великому Незебу, даровавшему своему народу мир» стояла смотрительница с красными глазами. Она, постоянно всхлипывая и теребя в руках носовой платок, отстранено наблюдала за суетой вокруг. — Я могу вам чем-нибудь помочь? — участливо спросил я, дотронувшись до ее плеча. — Вы Имперец-Который-Выжил? — она подняла на меня взгляд и покачала головой. — Правдин говорил о вас. Ох… Вы, должно быть, все знаете. — Про посох? Да. Девушка не выдержала и снова разрыдалась. — Не могу остановиться, все плачу и плачу. Как же так? Посох Великого Незеба! Да у кого могла рука подняться? Я только текст закончила учить, очень красивый, о том, как Солнцеподобный Незеб возглавил борьбу с демонами и победил их. И тут такое! О, Великий Незеб, где же ты? У меня такое чувство, будто весь мир рушится… Я открыл уже рот, чтобы сказать ей что-нибудь утешительное, как Лоб пихнул меня в бок и указал кивком головы на орка в кожаной кепочке, щелкавшего семечки и цепко зыркавшего по сторонам. Он заметил это движение Лба, смерил меня взглядом и, на секунду задумавшись, все-таки решил убраться. Мы направились за ним. Рыло Сосновых, поняв, что его не собираются отпускать, спешно свернул во дворы, где сорвался на бег, но скорость — не самая сильная черта орков, так что он не успел добежать до соседней улицы, как мы его уже догнали. — А-а, не бей! Ты че, шнырь рваный, ваще попутался?!.. Что ты зыришь? А? Зыркалки повыколоть? Что, уже нельзя с братками у мемориала потусить? Наезжаешь, да? На нормальных пацанов наезжаешь?! — завопил Рыло. — Рот закрой и отвечай строго по команде, — гавкнул я, ткнув ему мечом под ребра. — Что ты знаешь о краже в Парке Победы? Говори! — Сказал же, ведать ниче не ведаю. Ты ушами вааще слушаешь или только хлопаешь? Рыло за базар отвечает! — А кто в кабаке вчера язык распускал? — Ну я, ну и че? Мало ли что я там брякнул. Хочешь что выведать — к Костылю иди! Лясы точить — это с Костылем! Он у нас мозг! А я знать ниче не знаю… — Какой еще Костыль? Где его искать? — Костыль где? Знамо где — на Очистных. На запах иди, где вонь — там и Костыль. Там у нас лагерь у южной границы свалки. Там тебя и прикопают, гы! — Ладно, проваливай, пока мы тебя не прикопали. Но учти — соврал, из-под земли достану, — Лоб выписал своему собрату увесистого пинка для ускорения и тот мигом испарился во дворах. — Очистные — это за пределами города, — сказал Михаил. Снова выходить за стены Незебграда, где царит невыносимый зной, желания, конечно, не было — особенно у меня, привыкшего к холодам на родном аллоде. Гораздо приятней было прохлаждаться в городском парке, попивая квас. Но выбора у нас не было: никаких других зацепок, кроме наводки Рыло, мы не нашли, и поэтому нам ничего не оставалась, как направиться к очистным. Я думал, что нам придется возвращаться к Триумфальным Воротам, чтобы выйти из города, но оказалось, что есть путь ближе — между Парком Победы и Астралцево. Однако, у самых ворот дорогу нам преградил хлюпенький мужичок, неопределенного возраста. — Стойте! Стойте!!! Вы что… вы собрались… т-т-туда? Орел насторожился, потянувшись за стрелой и луком, посох Грамотина засиял алым, и только на Лба взволнованный голос незнакомца не произвел никакого впечатления — Ты чего, юродивый? Думаешь, там за стеной эльфы уже в окопах залегли? — хохотнул он. — Нет, но там же… эти… ну… пауки, — почти шепотом закончил тот и втянул голову в плечи. — Ну и что? — не понял Орел. — Они там уже сто лет ползают, что с того? — Ну как… неужели вы их это… не боитесь? — Да они сами тебя боятся, — засмеялся Кузьма. — Тебе куда? Давай мы проводим. Как звать тебя? — Ох, нет, спасибо, — вздохнул мужчина. — Мое имя — мое проклятье! Мои родители — настоящие патриоты Империи — нарекли меня в честь великого вождя Незеба. Естественно, от хадаганца с таким именем ждут великих подвигов. Тем более, после гибели моего великого тезки — да славится его имя! — я стал учиться на волшебника, постигать магию. И тут Яскер, да славится и он тоже, издал «Декрет о закрытии школ стихийной магии для хадаганцев». Мол, это теперь прерогатива восставших Зэм! Потом, правда, передумал… «В государственных интересах», так сказать… Да только поздно мне уже в школу ходить! Вот так и появился я — Незеб, но не маг, председатель, но не великой Империи, а всего лишь Домового Комитета. — Постой… Яскер запретил обучать хадаганцев магии? — переспросил я. — Но как… он ведь сам… — Такой запрет действительно был долгое время, — перебил меня Михаил. — Но давайте не будем обсуждать приказы Главы Империи… тем более здесь. Я покорно замолчал. — Вот, вот! У всех имена как имена — Роман, Семен, Георгий. А я — Незеб! Как с этим жить? — продолжал жаловаться незадачливый тезка вождя, но я его уже почти не слушал, погруженный в свои мысли. — А спрашивают с меня как с Самого! Вот появились в окрестностях Незебграда пустынные пауки. Кто решит проблему? Не Комитет, не Хранители! Незеб Проскурин! А то, что они опасные, до этого никому дела нет! Иди и сделай! А я даже выйти за городские стены не решаюсь… — А ты имя сменить не пробовал? — предложил Орел. — Да я уж думал. Хотел начать свою жизнь сначала, взять новое имя, сесть в порту на первый проходящий корабль и рвануть в дальние дали… Вот только стоит мне обратиться в паспортный стол с просьбой о смене имени, потащат в Комитет! «А что это вам, товарищ бывший Незеб, не нравится имя нашего великого вождя?!». Что на это ответишь?.. — Действительно, — согласился Кузьма. — Не хорошо как-то… Ну ладно, пойдем мы. Бывай, Незеб. Он ободряюще хлопнул мужика по плечу и мы двинулись на выход из города. Я продолжал размышлять о странном запрете Яскера, Кузьма со Лбом обсуждали все плюсы и минусы знаменитого имени, Михаил шел чуть впереди нас, указывая дорогу. За стенами Незебграда было все так же жарко, сухо и неприятно. Горячий ветер ударил в лицо, едва мы вышли за ворота, в глаза сразу стала набиваться пыль и на зубах мерзко заскрипел песок. Однако, чем ближе мы подходили к очистным, тем влажнее становился воздух, но никакого облегчения это не приносило, потому что сопровождалось отвратительным запахом, который только усиливался. Вскоре к унылому пейзажу под стенами Незебграда добавились разбросанные тут и там ржавые трубы и арматура, гнилые доски, остатки разрушенных конструкций непонятного назначения. Административное здание, за которым виднелись очистные сооружения, тоже выглядело довольно удручающе. Внутри мы внезапно обнаружили посетительницу из трактира, заподозрившую в своем шашлыке мясо гиен. Она кричала и топала ногами на орчиху, которая флегматично щелкала семечки и, казалось, даже не вслушивалась в суть претензий. — Нет, это не свинина, — равнодушно протянула она наконец. — И в самом деле, гиенина! Причем, местная гиенина. Зараженная кишечной палочкой. Сейчас я составлю заключение и положу его вот в эту стопку. Она не спеша взяла заявление из руки возмущенной посетительницы, вяло пробежала глазами и что-то дописала снизу. Потом размеренно разгладила его углы и переложила в высокую стопку точно таких же бумаг. — Так, заключение номер три тысячи пятьсот шестьдесят семь. Возможно, ему даже дадут ход в текущем году. Спасибо за бдительность! — Как… это все? — растерялась женщина. — Ну да. А вы чего хотели? Видите, сколько запросов? Потерпите, и до вашего очередь дойдет. — И долго она доходить будет? — насмешливо поинтересовался Орел, разглядывая внушительную кипу запросов. — Сколько надо, столько и будет. У нас запросы никогда не теряются. Вот были жалобы на клопов, так мы всех извели в округе! Ну ладно, хорошо, в одном доме. Но извели же! А у меня вот тут очередь уже до заключения номер тысяча триста сорок семь дошла. Это по поводу слизней на очистных. Жалуются рабочие манастанции, что слизни хотя и небольшие, но быстро размножаются, всю растительность погрызли и главное — столько слизи испускают, что уже три хадаганца и один орк лежат в больнице с переломами: очень, мол, скользко стало. Давно-о было сделано это заключение. — Пострадавшие уже и из больницы, наверное, выписались, — вставил Кузьма. — Конечно, — спокойно кивнула орчиха. — Год уже прошел, только слизни вряд ли расползлись сами собой. Дождешься от них! Да и, вполне возможно, подросли они с тех пор. — Оперативно работаете. — А что я могу? У меня не сто рук, за всем не поспеваю. А вы, собственно, по какому вопросу, граждане? — Костыля ищем, — с места в карьер бухнул Лоб. — Знаем, что где-то тут эта шпана прячется. — Ка-ка-какая еще шпана? — впервые обнаружила эмоции орчиха. — Что это вы такое говорите? У нас тут, конечно, жалобы не так уж быстро рассматриваются, но чтобы шпана… Слизни максимум, ну клопы может быть. Хотя в одном доме мы их полностью вывели, а если там опять их нашли, так это они уже из соседних снова поналезли значит. Ну и вот… Слизни были, клопы были, шпаны — не было! Это я вам точно говорю, а если и видели шпану, то это… — Тоже из соседних домов поналезло… — Да! — гаркнула орчиха. — С манастанции и поналезли! Тут манапровод строят как раз, неподалеку. С прораба и спрашивайте, его молодчики тут шастают с утра до ночи, трубы, понимаешь, красят… глаза мозолят. А мне заключения обрабатывать надо! Ишь ты, ходят тут всякие, от работы отвлекают… Она еще долго возмущалась нам в след, и даже когда мы вышли на улицу, я все еще слышал ее ворчание из-за двери. — Уверен, она что-то знает, но не говорит, — сказал Кузьма. — И не скажет, — ответил я. — А вот молодчиков прораба с манастанции я бы порасспрашивал. — Или самого прораба, — добавил Михаил. Упомянутых работницей очистных «молодчиков прораба» искать долго не пришлось. Самой манастанции мы не видели, но длинные, толстые трубы, тянувшиеся до города, лежали неподалеку и по покрывавшему их ржавому налету становилось понятно, что строительство станции несколько затянулось. Рабочие, однако, старательно пытались исправить это ржавое недоразумение — покраска труб шла полным ходом, и к отвратительному запаху канализации добавился еще и острый запах химикатов. — О, вот и пополнение, — крикнул кто-то. — Давайте, давайте, нечего рты разевать, вот вам краска, кисти — и вперед. Рядом со мной материализовался орк с огненно рыжими волосами и, не обращая внимания на военную форму, ловко пихнул мне в руки ведро с краской, затем свалил на руки Лбу кучу больших, как метелки, потрепанных кистей и начал подталкивать нас в спины: — Ну же, что встали, окаянные, идемте, я покажу, где красить… — Подождите, мы вообще-то… — начал было Михаил, но орк перебил его. — Потом, потом, все разговоры. Идемте же! Он так суетился вокруг нас, так отчаянно тащил нас за руки, что мы невольно последовали за ним. — К нам сюда вскоре должна прибыть проверка. Яскер намерен лично осмотреть построенный манапровод, ну и, естественно, начальство перестраховывается. Хотят, чтобы к его визиту тут все было чинно и благородно. — Это на Очистных то?! — Угу. Хуже всего, что они просят нас покрасить трубы манапровода! Мы уже столько бумаг наверх послали, чтобы нам солдат прислали, бюрократы демоновы! — Солдат? — переспросил Грамотин. — Зачем? — Так ведь на Очистных сейчас столько всяких гадов развелось, что рабочими рисковать никто не хочет! Хоть заноси отдельным пунктом в резюме для рабочих — «наличие боевого опыта». А как иначе выполнять распоряжения начальства? Год собирали дельную команду, никто не пьет, не халтурит. У нас образцово-показательная бригада! Давайте-ка вот сюда… — Послушайте, мы здесь не за этим, — сказал я. — Меня сюда… — Как же, узнал я тебя, Имперец-Который-Выжил, в газетах о тебе пишут. Вот и оправдывай свою славу! — перекричал меня орк. Мне все это казалось каким-то спектаклем, и дальше я уже шел молча и не сопротивляясь. Орк не останавливался, пока не отвел нас подальше от посторонних глаз и ушей. Мы зашли за сваленные в кучу ненужные трубы, местами проржавевшие насквозь, и только тогда он отцепился от моей руки и посмотрел на меня спокойно и без суеты. — Знаешь, чем отличается агент Комитета Незеба от всех остальных? — спросил он совсем другим тоном. Я нисколько не удивился. У Комитета везде есть глаза и уши. — Чем? — Тем, что умеет видеть скрытое! Это особая способность, которую можно приобрести только годами длительных тренировок! Гы, расслабься! Шучу я! Все не так сложно. Главное — это не терять бдительности и уметь все подмечать. Уметь находить то, что другие хотят скрыть. — И много ты уже нашел? — ухмыльнулся Орел. — Достаточно. Вряд ли Имперца-Который-Выжил прислали сюда красить трубы, вы здесь из-за контрабандистов, верно? — Комитету уже известно про Костыля? — поразился я. — Конечно, — кивнул орк. — А ради чего я здесь, по-вашему? Давно уже их выслеживаем, скоро будем брать эту банду… или вы не про это? — Не совсем. Мы про ЧП в Парке Победы, — шепотом произнес Грамотин, как будто боялся, что и у ржавых труб могут быть уши. Это известие произвело на орка впечатление. Он долго смотрел на Михаила, не произнося ни слова, затем по-собачьи помотал головой. — Не может быть… Это Костыль? Я… хм… Зовите меня Рыск, — наконец решил представиться он. — Михаил, Лоб, а я Орел, — коротко проинформировал Кузьма и выжидательно уставился на комитетчика. Тот стоял с немного ошалевшим видом и что-то просчитывал в уме. — Про похищенный посох я знаю, но вот уж не думал, что… Значит, ситуация следующая: если за кражей посоха стоят гопники Костыля… хм… Кто бы мог подумать: простые гопники, а ввязались в политику. Вот дурни! Уверен, что никто из этих тупарей сам бы до такого не додумался. Да и сам Костыль умом не блещет, даром, что из Зэм. Так что кто-то за этим стоит. И надо разобраться, что это за шавка. Вот что! — Рыск хлопнул себя ладонью по лбу. — Тянуть больше нельзя. Будем брать! Мы хотели еще последить за контрабандистами, информацию пособирать, но раз уж речь идет о посохе… Как же это мы его проглядели? — Вообще-то это только догадка, Костыль может и не иметь отношения к похищению… — начал было я, но Рыску уже было не до моих возражений. — Рисковать не будем! Слишком многое поставлено на карту. Рыск, не желая больше ничего слушать, решительным жестом отодвинул меня в сторону и, чеканя шаг, направился прямиком к рабочим. А я так остался стоять на месте в недоумении и с ведром краски в руках. Дальнейшие события закрутились стремительно, но к моему разочарованию, практически без нашего участия. Группа захвата была организована очень быстро — из красильщиков труб, которые, едва Рыск подал им знак, тут же побросали кисти и сгруппировались вокруг него. Глядя на слаженность их действий и уверенность, которую излучали их лица, до меня вдруг дошло, что это не просто рабочие. Точнее — это никакие не рабочие. Наверняка, эта акция по захвату банды планировалась уже давно, тщательно разрабатывалась и только ждала своего часа. Мне показалось, что Рыск очень долго ждал этого момента и решил использовать первую же возможность, чтобы наконец-то начать штурм. Хоть он и служил Комитету, но все же оставался орком и явно предпочитал тайной слежке и интригам прямое столкновение с противником. Его глаза горели азартом, голос звенел, когда он отдавал приказы, и сам он будто бы сделался выше ростом и шире в плечах. Район очистных был оцеплен за считанные минуты. Нас оттеснили от основных действий подальше, чтобы мы не мешались под ногами, и я не видел, где именно располагалось логово контрабандистов, много ли там соучастников и что вообще происходит. До нашего наблюдательного пункта — возле административного здания — лишь изредка долетали грозные: «Всем лечь на землю!» и «Бросить оружие!». Я изнывал от безделья и неизвестности. — Давайте подойдем поближе… — Нет, — затряс головой Грамотин. — Нам велено оставаться здесь, мы можем помешать операции… — Отличная мысль, Ник, идем! — перебил Орел. — Лоб, ты с нами? — Что вы делаете, нам же приказано… А вдруг мы сорвем… — не унимался Михаил. — Конечно с вами! — рявкнул Лоб, взяв в руки топор. — Отлично, тогда через те трубы и… — Вы сошли с ума, нам нельзя вмешиваться, когда идет спланированная операция… Вы куда? Подождите меня!.. Быстро зайти с нужной стороны нам не удалось. Теперь я понял, о чем говорил Рыск — мутировавшие слизни ползали повсюду, сами они не были опасны, но из-за них под ногами было настолько скользко, будто мы шли по льду. Лоб падал на каждом шагу и безостановочно ругался, Михаил предвещал нам кучу неприятностей и только Орел, сцепив зубы, показывал чудеса выдержки. — Назад! Назад, волки позорные!!! Мы подоспели как раз вовремя. Посреди разбросанных труб и стройматериалов группа захвата уже взяла в кольцо восставшего, укутанного проводами, с непонятной конструкцией на груди. Он медленно отступал, но никто его не пытался задержать — наоборот, все немного пятились назад, освобождая ему путь. Первым понял, в чем дело, Грамотин: — У него бомба. По моей спине прошел холодок. — Я выстрелю ему в голову, он не успеет ничего… — Орел натянул было стрелу и прицелился, но я остановил его. — Не надо, это слишком рискованно… Все подорвемся. — А ну назад! Думали, взяли Костыля?! А вот фиг вам, волки позорные! Сейчас всем хана придет. Кому говорю, назад… Рыск медлил, не решаясь ни на какие действия, мы тоже замерли за спинами военных, хоть Орел и теребил нервно свой лук, но стрелять было опасно. Пауза затянулась. Костыль пятился подальше от стен города и, когда Лоб прошептал: «Уйдет», Рыск вдруг рванул вперед. Осознание того, что он не успеет, пришло ко мне мгновенно, и я инстинктивно зажмурился, ожидая взрыва. Взрыва не произошло. Я открыл глаза и увидел, как к Костылю, замершему в странной, неестественной позе, уже подбежало несколько солдат, осторожно снимая бомбу. Контрабандист никак на них не реагировал, продолжая стоять истуканом. — Что это с ним такое? — спросил Лоб. — Похоже на транс, — проговорил Михаил. — Но кто… — Быстрее снимайте, я долго не удержу! Я обернулся на женский голос и увидел красивую девушку с короткими темными волосами с зеленоватым оттенком. Она стояла чуть поодаль, напряженно вытянув руку в направлении Костыля и растопырив пальцы, от которых исходило едва заметное фиолетовое свечение. По всей видимости, эта магия вытягивала из нее много сил, потому что девушка бледнела прямо на глазах и заметно шаталась, будто ей было тяжело стоять на ногах. — Давайте, давайте, пошевеливайтесь!.. — завопил Рыск. Но солдаты и так спешили изо всех сил, и вскоре один из них сорвался с места, неся на вытянутых руках взрывной механизм. Он побежал подальше от города, к краю аллода, с целью выбросить бомбу в астрал. Как только он исчез из виду, девушка опустила руку и устало опустилась на землю. Остолбеневший Зэм сразу пришел в себя и начал вырываться из рук державших его военных, оглашая всю окрестность своими воплями: — Волки позорные! Отпустите… Рыск самолично начал связывать ему руки за спиной, пнув Костыля для острастки, от чего тот заскулил еще громче. Пока все внимание было сосредоточено на контрабандисте, я, не веря своим глазам, подошел к девушке. — Зизи? Откуда ты взялась? — Я увидела вас, когда вы вышли из города, и пошла за вами. — Зачем? Почему ты все еще здесь? — А куда мне идти? — вопросом на вопрос ответила она. — Это же не провинциальный аллод, с Игша так просто не улететь: на каждом шагу требуют документы, а я даже плащ снять не могу… — Так ты бы волосы еще в красный покрасила, — сказал Орел. — Отличный способ затеряться… Или думаешь так отвлечь внимание от крыльев? — Гоблин-продавец пообещал мне, что это будет радикально черный цвет… барыга, — надулась Зизи и пнула мешок, лежавший у ее ног. — Всю контрабанду делают на Малой Арнаутской улице. А все что… — со знанием дела начал Лоб, но я его перебил. — Это что? — спросил я и указал на мешок. — А это он и есть. Как его… Черный Властелин, что ли. Какой-то воришка, как я поняла, заправляет гоблинами в округе. — И ты убила его? Сама?! — не поверил я. Это ангельское создание не то что никак не ассоциировалось у меня с настоящим убийством, но даже малейшего опасения не вызывало. Хотя если учесть, как ловко она наложила чары на Костыля, то я явно ее недооценил. Внешность обманчива — это будет мне уроком. — Ну да, — сказала Зизи. — Он меня обманул, а я, между прочим, отдала ему все деньги, что вы мне дали… Если я сдам его голову вашей милиции, меня отпустят? Я снова вспомнил о Сутулом и покачал головой. — Не уверен. Хотя знаю одного дворника, который будет точно рад. Зизи открыла рот, чтобы что-то сказать, но тут подошел Рыск. — Во, глядите, — сказал он. — Амулеты! Знаете, как контрабандисты своих отличают? Благодаря таким вот амулетикам, которые демонстрируют только коллегам, так сказать. Мол, типа я в деле, все пучком, одно дело делаем и все такое. Отыскать такой амулет — сложно. Для неподготовленного агента — нереально. Контрабандисты хорошо его прячут… А вы, гражданочка, кто будете? Если бы не вы, собирали бы потом наши руки-ноги по всей округе… Я начал лихорадочно придумывать что бы соврать, но Зизи внезапно скинула с себя плащ и расправила изящные крылья, мягко мерцающие серебром. Несмотря на то, что на ней оказалось несколько больше одежды, чем когда мы увидели ее впервые, эффект все равно был впечатляющим. Рыск, завопив: «Эльфийка!», схватился за меч, точно так же поступили и остальные, начисто позабыв про Костыля, и мне пришлось прикрыть девушку собой, иначе ее порубили бы прямо на месте. — Стойте, стойте, СТОП! — закричал я. — Эта эльфийка только что спасла нас всех! Рыск немного опустил меч, недоверчиво глядя на Зизи, но отступать явно не собирался. — Предала своих, значит, — процедил он. — Ну ничего, сейчас я вас снова породню… — Стой! Она не совершала никаких преступлений, — мне пришлось чуть ли не грудью броситься на меч Рыска, чтобы защитить девушку. — Даже наоборот, вон — с гоблинским главарем расправилась. — Да кому они нужны, эти гоблины, — сплюнул на землю Рыск. — Она эльфийка, враг, и ее надо повесить… — Это не тебе решать! — вступился Орел. — Занимайся лучше своими контрабандистами, а с эльфийкой мы как-нибудь сами… — Этим я как раз и занимаюсь! Мы только что порубили одного из них, — не унимался Рыск. — Среди контрабандистов был эльф! Она явно с ними заодно… — Отведем ее к майору Правдину, он разберется, что с ней делать, — рассудительно произнес Михаил. — Гораздо безопасней для всех разобраться с ней прямо здесь и… — Слышь, да! Сказано тебе — баба с нами, вот и отвянь! — неожиданно гаркнул Лоб и почему-то все разом сочли тему закрытой. Рыск пожал плечами и спрятал меч, за ним и все остальные убрали оружие и отступили от крылатой девушки, хотя и продолжали кидать на нее взгляды. Я немного опасался за реакцию Лба на эльфийку, но он, казалось, уделял ей не больше внимания, чем ползающим под ногами слизнякам. Она благодарственно улыбнулась ему — от ее улыбки у меня подкосились ноги — но на Лба это не произвело никакого впечатления, и он равнодушно отвернулся. Костыль, тем временем, орал не переставая. — Ну чего пялитесь? Да, укатали Костыля, волки позорные, за решетку хотите засунуть?! Ниче, выберусь, всем наваляю по самое не балуй. Гады… Было очень странно слышать из уст Зэм подобную речь, тем более в столь эмоциональной подаче, но в столице Империи можно было встретить и не такое, и я постепенно стал привыкать к подобным вещам. Костыль лежал связанный на земле, вокруг него столпились солдаты, попеременно отвешивая ему оплеухи, чтоб он замолчал, но это только распаляло его еще больше. Я подошел ближе и присел на корточки, чтобы видеть его металлическое лицо. Каким бы ни был Костыль, восставшим свойственна прагматичность, поэтому я спокойно предложил: — Расскажи все, что знаешь о Посохе, и твой приговор может смягчиться. — Ох, поплатился я за свою недальновидность! — тут же разразился стенаниями тот. — Конечно, хотелось авторитет укрепить, дело расширить… Только ради этого связался я с контрабандистами. Да они сами на меня вышли! Через гоблинов… И как я только в это дерьмо влез! Я же не знал! Ничегошеньки не знал! Я — с понятием, я — свой! И с ментурой общий язык всегда можно найти, и люди мои — гопники безобидные. — Хватит ныть! Не отвлекайся. — Почуял я неладное, только когда контрабандисты украли Посох Великого Незеба. Я его как увидел — все, думаю, труба тебе, Костыль, отковылял свое! Но я ж не знал! Клянусь! Вечностью клянусь! Как можно на святое руку поднимать? Это Лига виновата, за всем стоит Лига! Я здесь ни при чем! Ты расскажешь об этом Хранителям? Заступишься за меня? Я — честный бандит! Я за Империю! Это дом мой родной! Я поднялся на ноги. Значит, все-таки Лига! Зизи стояла где-то у меня за спиной — я видел блики от ее крыльев у себя под ногами, но я заставил себя не оборачиваться. Если бы она была как-то к этому причастна, вряд ли бы показалась нам на глаза добровольно. Да и трудно быть замешанной в похищении Имперской реликвии, будучи запертой в притоне на другом конце города. Костыля, тем временем, подняли на ноги и поволокли прочь, как нам объяснил Рыск — на допрос с пристрастием. Я не сомневался, что Комитет выбьет у незадачливого вора все подробности и, возможно, реликвию еще не поздно вернуть. Мне, конечно, до ужаса хотелось послушать, что скажет Костыль, и поучаствовать в дальнейших поисках посоха, но Рыск ясно дал понять, что моя роль закончилась, не успев начаться. Зато теперь у меня появилась новая, или, если быть точным, вернулась старая головная боль в виде эльфийки. — Лучше бы ей не соваться в город, — тихонько заметил Рыск. — Ястребы Яскера с ней церемониться не станут. — Я поговорю с Правдиным, может, он что-нибудь придумает… — я сомневался, что он может что-нибудь придумать, но никаких других идей у меня не родилось. — Сдал бы ты ее милиции и не мучился, не твое это дело… Хотя, как знаешь. Вот, возьми, какие-то бумажки нашли, на эльфийском вроде, вдруг что-то важное. Передай это Немощину. И мой пламенный агентурный привет тоже передай. Да бабе этой смотри не показывай! Умеют они, твари крылатые, мозги нормальным мужикам пудрить, — Рыск, залихватски подмигнул и хлопнул меня напоследок своей лапищей по плечу. — Ну, бывай. Немного посовещавшись между собой, мы решили, что Рыск в чем-то прав, показываться в Незебграде Зизи все же не стоит. Договорившись о месте встречи за стенами города, я велел ей ждать нас завтра в это же время, от всей души надеясь, что она больше никуда не вляпается. Я даже хотел оставить с ней Михаила или Кузьму, но Зизи отказалась. — Я не маленькая и могу о себе позаботиться одни сутки! — Вот и отлично! Тогда до завтра. — Постойте. А если ваш Правдин прикажет меня убить? — Я сделаю все, чтобы этого не случилось, — заверил я и у же собирался уходить, как Зизи снова меня окликнула: — Ник… — Что еще? — Моя имя… Ты спрашивал мое имя… — И? Ты созрела до того, чтобы его назвать? — произнес я, поглядывая на часы, мне уже не терпелось встретиться с Правдиным. Эльфийка немного надменно вскинула голову и расправила плечи, ее крылья при этом затрепетали и засветились чуть сильнее. — Меня зовут Лиза ди Вевр. Глава 10 Глава 10. ЧП на ХАЭС День клонился к вечеру, но солнце по прежнему разливало по Игшу невыносимый зной и с каждым шагом дышать обжигающим легкие воздухом становилось все сложней. Мне казалось, что от жары плавится мой мозг, и я никак не мог собрать мысли в кучу. В голове бессвязно крутились обрывки произошедших со мной событий, не желающих собираться в общую картину. Я старался аккуратно выстроить логическую цепочку, но солнце слепило мои глаза, пот стекал по спине, и цепочка все время рассыпалась на отдельные звенья. Когда мы вошли в Незебград, в лицо пахнуло желанной прохладой, запахом листвы и еще чем-то необъяснимым, чем-то таким, что заставляет чувствовать себя защищенным. Несмотря на распоясавшихся бандитов, несмотря на вездесущих шпионов, несмотря на войну с Лигой, здесь, в сердце страны, любой имперец — у себя дома. Трудно было с уверенностью сказать, что именно внушает это странное чувство неуязвимости: высокие стены старого города, окутавшие его толстые трубы мана-провода или гигантское здание в самом центре — Око Мира, увенчанное алой звездой на макушке, царапающей самый астрал. Я вдруг понял, что обязательно туда попаду. Рано или поздно моя дорога приведет меня в эту неприступную крепость и тогда я по настоящему увижу Империю «изнутри». — Ник, нам надо спешить, — сказал Орел, и я внезапно обнаружил себя сидящем на газоне возле ворот и безумно пялющимся на Око Мира. — Да, я просто… мне нужно время, чтобы привыкнуть к жаре, — произнес я, поднимаясь на ноги. Миша хотел было что-то наколдовать — его посох окутался голубоватым сиянием — но он передумал. И правильно! Если этот очкарик только попробует когда-нибудь засунуть меня в сугроб, ему не поздоровится. Мы направились к ближайшему телепорту, чтобы попасть к горкому кротчайшим путем. — Слушайте, я тут подумал… как-то все странно, не находите? — сказал я, на ходу зачерпнув рукой воду из фонтата и брызнув себе на лицо. — Сначала Лига нападает на наш корабль, чтобы украсть телепортатор, или камень путешественника, как его называет Иаскул Исис. — Это что еще за кикимора? — поинтересовался Лоб. — Это знаменитый на всю Империю ученый, причастный к таким великим открытиям, как… — вдохновенно начал Грамотин. — Директриса городского НИИ, — перебил Орел, предчувствуя долгое перечисление заслуг Исис. — А что за штука такая — этот телепортатор — тебе не интересно? — Фиговина, которая типа переносит куда надо хороших пацанов из любой точки, во! Я это… в газете читал, — добавил Лоб, почесав затылок. — Напутал, что ли? — Нет, все верно, — немного ошарашено пробормотал Орел. Кто бы мог подумать, что наш неотесанный увалень не только умеет читать, но еще и в курсе горячих новостей страны. — Меня учитель заставлял. Читай, говорит, Лоб газеты, да книги! Негоже храмовнику темным неучем быть, гы. — И много ты книг уже прочел? — не удержался я. — Ну я с книгами пока не очень, — смутился Лоб. — Читал вот недавно одну. Не понравилась. Про орка глухонемого. Вроде ничего мужик по началу был, с понятиями. А потом — все! Жизнь под откос пошла! Баба евойная замуж за другого вышла, начальница лютая досталась, к собачке его цеплялась, дура набитая. Так он нет чтобы дать им обеим лопатой по мордасам, чтоб место свое знали, взял, да утопил животину. Ну не дурак?! Ни у кого из нас троих не нашлось что ответить на это красочное описание истории. Я счел нужным лишь согласно покивать, потому что упертые в бока кулачищи Лба и его строго сдвинутые брови ясно давали понять, что с теми, кто не разделит его литературные пристрастия, разговор будет коротким. — Ладно, вернемся к делу. Правдин сказал, что в Империи завелась крыса, которая «слила» Лиге маршрут «Непобедимого», и он считал, что предатель обязательно заинтересуется мной, если повсюду раструбить о том, что мне удалось телепортироваться с помощью прибора. — Но он ошибся, — задумчиво вставил Грамотин. Я напряг память, пытаясь вспомнить, расспрашивал ли меня кто-нибудь о телепортаторе. После того, как статья обо мне появилась в газетах, многие стали узнавать меня, но подозрительного любопытства по поводу прибора никто не проявлял, кроме, разумеется, Марты и директрисы НИИ, к которой меня привела сама Марта. — Да, — вынужден был согласиться я. — Видимо, я предателю не так интересен, как сам прибор. — Но ведь камень сейчас у тебя! — не согласился Кузьма. — В текущей ситуации это уже не имеет принципиального значения, — ответил Миша, поправив очки. — Исследования телепортатора завершены, он уже поступил в массовое производство и, вероятно, скоро будет у всех. Я нащупал в нагрудном кармане маленький прибор, которым еще пока побаивался пользоваться, предпочитая надежные площадки телепортов. — Значит, предателю удалось остаться в тени. К этому времени мы уже подошли к ближайшему телепорту, возле которого, по счастью, не было очереди, поэтому до Старой Площади мы добрались без проволочек. Первым, на кого мы наткнулись в горкоме, был Немощин, который преградил нам дорогу лучезарно улыбаясь, что показалось мне несколько неуместным. Орел поморщился и, демонстративно обойдя комитетчика стороной, замер неподалеку. — Мне уже сообщили об операции на очистных, — не обращая на него внимания, сказал Немощин. — У вас для меня что-нибудь есть? — А ты не боишься так открыто тут появляться? — поинтересовался я, протягивая ему письмо. — На повышение иду. Не век же мне штаны на площади протирать! Так, что тут у нас… Ага, документик. На эльфийском языке! Надо разобраться. Эх, давно я уже в эльфийском не упражнялся. Говорил мне политрук: учи, Паша, язык, учи! А я сачковал… Ничего, прорвемся! — вскользь пробежав глазами по письму, Немощин мотнул головой себе за спину. — А вас ваш куратор уже ждет, просил не задерживать и направить к нему сразу, как только появитесь. Хотя я, как и Орел, не испытывал никаких симпатий к Немощину, тем не менее, старался не показывать этого открыто, но как только комитетчик потерял ко мне всякий интерес, я ретировался в ту же секунду. В кабинете на втором этаже Правдин находился не один и нас попросили подождать за дверью. В здании было прохладно, поэтому ожидание не казалось утомительным. Мы уселись в маленьких неудобных креслах в коридоре и я тихонько продолжил прерванный разговор. — А как на счет контрабандистов и посоха Незеба? Предатель, сливший координаты «Непобедимого», может быть замешан в похищении? — Комитет подозревает Хранителей, — медленно проговорил Грамотин и нервно огляделся по сторонам. В коридоре кроме нас никого не было, но это ничего не значило — достаточно вспомнить о жучках в НИИ, чтобы понять: Комитет может слушать разговоры где угодно и когда угодно. — Это звучит неправдоподобно, — уверенно покачал головой я. — Военные обыскивали водохранилище. Сами подумайте, если бы контрабандистам помогали Хранители, зачем им посылать своих же солдат патрулировать логово преступников? — Может, их заставил Комитет? — предположил Орел. Я задумался, пытаясь восстановить в памяти все, что произошло, и собрать это в единое целое. — Мы наткнулись на логово контрабандистов в водохранилище и вынесли оттуда какие-то документы, которые каким-то образом указывали на Научный Городок — так сказал начальник насосной станции. Так? — произнес я, закрыв глаза и потирая виски. — Правдин тут же отправил нас туда, на встречу с агентом Комитета, что вроде бы говорит о заинтересованности Хранителей докопаться до истины. Вместе с документами в водохранилище мы нашли лигийские журналы и Правдин решил, что речь идет о государственной измене ученых из НИИ. Однако, то, что Комитет подслушал при помощи рассыпанных там жучков, указывало лишь на то, что контрабандное оружие предназначалось для шайки Булыги — вождя орков-воинов. — Булыге оружие нужно было чтобы сместить шаманов… — кивнул Кузьма. — Вот только не пойму, какой в этом интерес для Зэм? Им то что до разборок между орками? Мы одновременно посмотрели на Лба, но тот лишь пожал могучими плечами. — Может быть и ничего, — сказал Михаил. — Если они предоставляли им оружие в обмен на что-то. — Например, на помощь в похищении посоха Незеба? — предположил Орел. — Нет, это уж слишком, — покачал головой я. — Вы думаете, это Булыга со своими ребятами сумел стащить посох из-под носа Комитета? Как? — Гадать бессмысленно, — вздохнул Грамотин, — мы не знаем деталей похищения, в это нас не сочли нужным посвятить. — Так или иначе, — продолжил я. — посох попал в руки контрабандистам, а дальше — если верить Костылю — к Лиге. Вот бы послушать, что он скажет на допросе в Комитете. Тогда, наверное, многое стало бы понятно. — А помните, Рыск сказал, что контрабандисты отличают друг друга по амулетам? — спросил вдруг Кузьма. — Это случайно не те же побрякушки, которые Булыга приближенным раздавал? Все замолчали, обдумывая сказанное. Я снова напряг память, пытаясь вспомнить, как выглядел амулет в руках Рыска. — Нет, это не тот, — в конце концов произнес я. — Они совсем разные. В этот момент дверь одного из кабинетов на этаже открылась и оттуда высунулся Правдин, кивком головы пригласивший нас зайти. Едва войдя внутрь мы все замерли, вытянувшись по струнке, потому что там, сцепив руки за спиной, из угла в угол тесной комнаты ходил полковник Хранителей, полностью погруженный в свои мысли и никак не отреагировавший на наше появление. — Полковник Око Праведных! Хмурый орк даже не повернул головы, когда мы хором гаркнули приветствие. Правдин нетерпеливо махнул рукой, призывая сразу переходить к делу. — Вижу по глазам — у вас важные новости! Выкладывайте, не томите! Я вкратце рассказал обо всем, что случилось на отчистных. — Ох, мать… — схватился за голову Правдин. — Итак, Посох Незеба в руках Лиги. — Посох Незеба… — эхом повторил полковник. — Зачем же им еще Посох? Еще одна загадка! Правдин сокрушенно покачал головой. — Самая «черная» новость за последние десять минут! А перед этим еще хуже весточку принесли… Куда мир катится! Полковник фыркнул, но ничего не сказал, замерев у окна. Мы переглянулись. Еще хуже?! — Ну и чего там еще? — проворчал Лоб. — Погодите! Прежде, чем мы продолжим расследование, есть еще одно срочное дело. Санников, помнишь амулет, который тебе пришлось добывать с боем на арене у Буйных? Экспертиза завершена, но… но я не могу ничего вам рассказать. — Как? — возмутился Орел. — Разве Ник не имеет права знать, что за… — Увы, — строго перебил его Правдин. — Кто-то из ученых проболтался. На деле появился гриф «Совершенно секретно», со всех взята подписка о неразглашении. Со всех, кроме вас. И мы сейчас должны исправить эту оплошность. Инициатива исходит от Самого! Так что выбора нет, подписывайте. И молчание ваше, конечно же, будет вознаграждено. Но если проболтаетесь, двадцать пять лет без права переписки. В лучшем случае. — Хорошо, нам нельзя знать, что за амулеты настряпали ученые для Буйных, но вы можете хотя бы сказать, зачем они вообще ввязались в дела орков? — не успокаивался Кузьма, и я понял, что он перегнул палку. Око Праведных повернулся к нам, оторвавшись от созерцания улицы за окном, и хрипло произнес: — Это не ваше дело! Этим вопросом занимаются компетентные органы, так что подписывайте без лишних разговоров и забудьте, что вообще когда-то видели какие-то амулеты. Перечить полковнику никто не посмел и мы по очереди взялись за перо. Орел оставил витиеватый росчерк на пол-страницы. Подпись Михаила представляла из себя просто его фамилию без дополнительных изысков, Лоб же и того скромнее — накорябал что-то вроде плюса. Последним поставил свою завитушку я и вернул документ о неразглашении куратору. — Так, замечательно! Вот теперь, когда все оформлено надлежащим образом, можем и продолжить… Тем более, что дело — архиважное! Кажется, все — черная полоса, чернее быть уже не может. Ан нет! Поистине, тьма бескрайна! Что, казалось, может быть ужаснее пропажи Посоха? Ничего! А как насчет проникновения врага в закрытый сектор? На ХАЭС! — Что?! — вырвалось у Михаила. — Да, да! Астральная энергетическая станция захвачена! Конечно же, это дело рук Лиги. И никто не знает, что там происходит. И похоже, что эта дерзкая акция и пропажа Посоха — звенья одной цепи. — И вы по прежнему не хотите ничего нам рассказать про амулеты, — вполголоса пробормотал упрямый Кузьма. — Забудьте про амулеты! Шайка Булыги не имеет отношения к пропаже посоха, — раздраженно ответил Правдин. — А кто имеет? — не удержался я. — Мы не будем обсуждать это… — полковник обвел взглядом маленький неуютный кабинет и выразительно добавил: — здесь. Сразу стало понятно, что он имел ввиду не кабинет, а все здание городского Комитета, и у меня не осталось сомнений, что здесь прослушивается каждый угол. Правдин открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут в дверь постучали и в следующую секунду, не дожидаясь приглашения, вошел Немощин. Я остро почувствовал сгустившееся вокруг напряжение. Полковник снова отвернулся к окну, всем своим видом показывая презрение к вошедшему. Правдин, однако, с большим вниманием уставился на комитетчика в ожидании новостей. — Товарищи, — торжественно произнес тот. — Наша любимая Родина в опасности! — Это нам известно, — вежливо ответил Правдин, единственный, кто не выглядел так, будто проглотил лимон, конечно не считая полковника, выражение лица которого мы не видели. Немощин оглянулся на меня: — Та записка, которую ты мне передал… — Уже перевел? — спросил я. — Продрался через эльфийское словоблудие, перевел. Пишет некто — Филипп ди Плюи, храни меня Астрал… Две новости: плохая и хорошая. Плохая состоит в следующем: Лига плетет заговор против Империи, и, увы, эта отрава проникла очень глубоко. У них тут целая культурная экспансия! Слушайте, что пишет этот вислокрылый: «…в таком тоталитарном обществе, как Империя, нет необходимости городить гигантский заговор, подкупать чиновников и прочее. Информационный голод настолько велик, что жители Империи готовы обманывать сами себя, предавать свои идеалы, лишь бы насытить его. Тупые орки готовы забыть о войне ради порножурналов с эльфийками, ученым Зэм плевать, откуда они получают информацию, необходимую для исследований, а хадаганки продадут мать родную за новую выкройку изящного платьица…». — Во гад! — сквозь зубы процедил полковник не оборачиваясь. — Хорошая новость меркнет на этом фоне, — продолжил Немощин. — Комитет ошибался: Хранители неповинны в государственной измене. По крайней мере, не больше, чем мы все… На этот раз даже Правдин не сумел сохранить на лице невозмутимость, он на секунду прикрыл глаза, но все-таки взял себя в руки и никак не прокомментировал заявление. Зато полковник резко развернулся и отойдя от окна сделал пару шагов на встречу комитетчику. Лицо его пылало бешенством и мне показалось, что он сейчас заедет Немощину кулаком по голове. — Товарищ полковник! — воскликнул комитетчик. — Не забывайте, мы делаем общее дело! Око Праведных шумно выдохнул, остановившись по среди комнаты и немного раскачиваясь. — Так вот. Самое интересное другое. Про посох! Покойный эльф недоволен готовящейся операцией с посохом! Считает, что сейчас «не время и не место». Пишет, что «вся эта затея с посохом и ХАЭС может помешать его культурной миссии». — Жаль, что его не послушались… — пробормотал Правдин. — Да, жаль. Однако, энергетическая станция захвачена, такие дела. Это ЧП государственного масштаба. Еще одно! Голова идет кругом. Сформирован Чрезвычайный Комитет, он базируется неподалеку, в Котельном Стане. — И ваши там уже нарисовались, — прошипел Праведных. — Естественно, товарищ полковник! — спокойно кивнул Немощин. — И у нас есть важная информация. — Неужели? — Именно! — не обратив внимания на ехидный тон Праведных, кивнул комитетчик. — Сколько гоблина не корми, а он все равно в лес смотрит. Мы построили могучую цивилизацию, сильную страну, а такую простую мысль, которую вывели еще наши далекие предки, подзабыли — позор нам! — И к чему это? — подал голос Орел. — Да к тому, что гоблины-рабочие со станции, это они… Они продали Империю! Каким-то особо внимательными солдатами была найдена бандисткая малява. Расшифровав ее, мы узнали, что гоблины вступили в сговор с Лигой, выступили посредниками между ними и культистами Тэпа. И пропустили диверсантов на секретный объект! Какое-то время мы переваривали услышанное. У меня в голове словно загорелась лампочка: ведь и Костыль упоминал о гоблинах, когда рассказывал о похищении посоха и причастности к этому делу Лиги. Тихие прислужники, угнетенные своими хозяевами — Империя уже привыкла не замечать этот маленький народ, мешающийся под ногами… Но между тем, гоблины повсюду — возможно, они слышат и видят даже больше, чем Комитет и Хранители вместе взятые. Они работают чуть ли не на всех важных объектах… в том числе и на астральных кораблях. — К счастью, какой-то добропорядочный гражданин уже разделался с гоблинским главарем. Жаль правда, что опоздал немного, вот если бы чуть пораньше, возможно диверсию удалось бы предотвратить… — сокрушенно покачал головой Немощин. Самое время было замолвить слово о Лизе, ожидающей нашего возвращения за стенами города, но говорить об эльфийке в присутствии комитетчика мне не хотелось. — А между прочим, мы, Хранители, изначально выступали против того, чтобы привлекать гоблинов к работам на ХАЭС. Но Яскер послушал Комитет, — заметил полковник. — Внутренние дела — это наша юрисдикция, — холодно ответил Немощин. — Как же, как же! И вот результат: все по уши… на Очистных! — Давайте вернемся к делу: из расшифрованной малявы следует, что под ХАЭС находится еще одно захоронение племени Зэм. И именно через него прошли диверсанты. Полковник Праведных сжал кулаки. — Надо отыскать вход, ведь как-то они туда проникли! Будем вести поиски по всему периметру. Я немедленно отправляюсь туда и… кстати, кто обнаружил эту маляву? — Мы, — подал голос молчавший все это время Грамотин. — Когда спускались в гробницу Зэм по проекту «Пробуждение». — Вы, похоже, всегда оказываетесь в эпицентре событий… — Это не мы там оказываемся, — воскликнул Орел, — это вы нас все время туда посылаете! — Ладно, — хлопнул себя по бокам полковник, — тогда не будем нарушать традицию! Я немедленно отправляюсь на место происшествия и вы пойдете со мной. С этими словами он уверено направился к выходу, и мы, переглянувшись, двинулись следом. — Одну минуточку, товарищ Санников, — остановил меня Немощин. — Можно вас на пару слов? Он, схватив меня под локоть, вывел в коридор и отвел в сторонку. — Сейчас возле ХАЭС разбит экстренный штаб, Комитет там представляет Илья Чекин — расскажи ему все, что знаешь. Все понятно? Я молча кивнул. — Отлично. Тогда не заставляй ждать нашего нервного полковника. Хадаганская астральная энергетическая станция была оцеплена со всеми близлежащими территориями. Местные жители эвакуированы. По всему периметру спешно возводились баррикады, за которыми, цепко следя за любым движением, засели сами Ястребы Яскера, привлеченные к операции. Илья Чекин, представитель Комитета, подошел ко мне сам, пока полковник Праведных о чем-то переговаривался с другими представителями экстренно созданной комиссии, занимающейся ЧП. Я рассказал Чекину все, что было известно мне, но по непроницаемому лицу комитетчика так и не понял, узнал ли тот из моих слов что-то новое для себя. Миша, Кузьма и Лоб стояли неподалеку, слушая наш разговор, но не вмешивались. Чекин, в свою очередь, счел нужным ввести нас в курс дела. — Обстановка такова: враг проник на ХАЭС, захватил все ключевые точки и перекрыл поступление магической энергии в город. Ты вообще себе представляешь, что такое ХАЭС? — Не очень, — честно сказал я, решив, что сейчас не время строить из себя умника. — Темнота! По трубе магическая энергия из астрала поступает на эту станцию. И уже отсюда — в город, даруя его жителям свет, тепло и уверенность в завтрашнем дне. А если энергии нет, то какая тут уверенность? Теперь ты понимаешь, что это — стратегически важный объект. Скоро штурм, будем выкуривать диверсантов. Хотя я бы не торопился. Цели их непонятны, силы неизвестны. Все это похоже на ловушку. Штурмовать или не штурмовать? Вот в чем вопрос… А еще по всему Котельному Стану рыщут лазутчики и шпионы Лиги. — Именно! Мы обернулись. За нашими спинами стоял полковник Праведных. — Стоит признать, что атака на ХАЭС была продумана отменно, — сказал он. — Лига тщательно подготовилась к нападению, и, чтобы помешать врагу, нам надо приложить немало усилий. Разведчики доносят, что в юго-восточном углу Котельного Стана расположен небольшой лагерь диверсантов Лиги. Его охраняют группы гибберлингов. Уверен, что эти пушистые создания, разорви их астрал, самые злостные вредители! Кроме того, в самом лагере замечены десятники Лиги. — Десятники? — переспросил я. — Ополченец, ветеран, десятник, командир, сотник, войт, атаман, голова и воевода. Вот все звания Войска Лиги. Рекомендую запомнить! Согласно канийскому табелю о рангах, мы имеем дело с младшими офицерами Войска Лиги. Старшие, понятное дело, на ХАЭС… Но и эти десятники — достойные враги, подлежащие ликвидации. С этими словами полковник в упор уставился на меня. — Это наше задание? — решил уточнить я на всякий случай. Прежде, чем ответить, Праведных внимательно осмотрел меня с головы до ног и я невольно поежился под его взглядом. — Мне тут кое-что сейчас доложили… — протянул он. — Нехорошо, Санников, заставлять ждать иностранного гражданина целые сутки за городом на жаре. Тем более — даму! Я растерялся от такой резкой смены темы, хотя и готовил себя к тому, что долго удерживать в тайне Лизу ди Вевр все равно не удастся. — Товарищ полковник, — выступил вперед Грамотин, прокашлявшись и поправив свои очки. — Эта девушка… — Я уже знаю о ее подвигах при штурме банды контрабандистов, — перебил Праведных. — Держала, значит, в трансе того камикадзе, пока с него бомбу снимали… Неплохо! Как, говорите, ее зовут? — Лиза ди Вевр. Товарищ полковник, она должна нас ждать в условленном месте завтра… — Не думаю, — снова перебил полковник, кивнув куда-то в бок. Мы разом повернулись в ту сторону. Зизи держали двое Ястребов Яскера, но та стояла спокойно и не вырывалась, хотя и выглядела испуганной. Ее крылья нервно подрагивали. Она заметила нас и попыталась помахать рукой, но конвой не позволил ей этого сделать, крепко вцепившись эльфийке в запястья. — Вот так так… — произнес комитетчик Чекин, вся еще находившийся рядом и впитывающий все происходящее словно губка. — Товарищ полковник, она здесь не при чем… — Можете не утруждать себя объяснениями, Санников, девушку уже допросили. Нам все известно. — Что с ней теперь будет? — осторожно спросил Орел. — Это зависит только от нее. Ее дар может быть нам очень полезен, так что ей будет предоставлен шанс доказать свою непричастность. Она пойдет с вами, вы ведь хотели за нее поручиться? — Да но… — протянул я. Одно дело ручаться за то, что эльфийка не причинит никому вреда, если ее просто отпустят домой в Лигу, и совсем другое — идти вместе с ней в бой против ее же собратьев. В подобной ситуации я бы предпочел, чтобы мою спину прикрывали коренные имперцы. — Вы можете отказаться, — сказал полковник, — и тогда она точно не выйдет из тюремных застенков никогда, потому что больше поручиться за нее некому. Я оглянулся на Михаила, Кузьму и Лба, ведь речь шла о наших жизнях и принимать подобные решения в одиночку я бы не рискнул. — Не ну, а че, — пожал плечами Лоб. — Нас четверо, ежели попробует задурить кого, остальные успеют ей крылья пообламывать. — Я не против, — коротко сообщил Орел, хотя смотрел на Зизи с сомнением на лице. — Тщательно взвешивая все факты, — сказал Михаил, привычным жестом поправив очки, — я пришел к неутешительному заключению, что гражданке ди Вевр нет смысла оказывать нам посильную помощь. Ведь в таком случае она станет изгоем в Лиге и возвращаться ей уже будет некуда. Поэтому, проанализировав сложившуюся ситуацию, я считаю, что с большой долей вероятности при первой же возможности Лиза ди Вевр переметнется к лигийским диверсантам в обмен на возможность вернуться домой, если таковая, конечно, вообще существует. — То есть, ты против? — подвел итог я. — Нет, — покачал головой Миша. — Учитывая тот факт, что в случае нашего отказа предположительно невиновное лицо может оказаться в тюрьме, что резко противоречит моим устоявшимся моральным ценностям, я вынужден согласиться на нахождение Лизы ди Вевр в составе нашей группы. — А мог бы просто кивнуть, — хмыкнул Кузьма. — Единственное, чем я могу вам помочь, это выделить лекаря, — сказал полковник и помахал кому-то рукой. — Коновалова! Шагом марш сюда! — Зачем нам лекарь? — Положено! — отрезал полковник. — Сейчас солдаты в составе небольших групп по шесть человек прочесывают район. Ваш участок — Котельный Стан. Хоть на карачках его излазьте, а вход в Зэмово Городище отыщите! Приказ понятен? — Так точно! — Вот, знакомьтесь, товарищ Коновалова, молодой специалист. Товарищ Коновалова была пышногрудой блондинкой, с голубыми глазами, румяными щеками и пухлыми губками. Она больше походила на канийку, чем на хадаганку. — Матрена, — скромно представилась девушка. На ответную вежливость Око Праведных времени нам не дал: — Вам пора выдвигаться. Не забывайте об осторожности! Пусть внешний вид гибберлингов, которые кажутся маленькими, милыми и безобидными существами, не введет вас в заблуждение. Это враги, и опасные враги! Они — ловкие и смертоносные разведчики, способные на любую подлость. К тому же ходят по трое. Вредители, одним словом. Если напоретесь на десятников — убейте на месте! Пленных не брать! Только так, каленым железом, мы выжжем всю заразу на имперской зем… А это еще что такое? Он оторопело уставился за баррикады, где по оцепленной территории бродили какие-то ученые в халатах и со странными приборами в руках. — Кто? — завопил орк. — Кто пустил туда этих идиотов? Здесь же идет спецоперация! Немедленно очистить территорию от гражданских! Полковник так разнервничался, что его страшный по началу вопль перешел на визг. — Нет, нет, подождите! — высокая женщина с металлическим лицом поспешила к нам. — Они же делают очень важное дело! — Вы кто? — рявкнул Праведных. — Я — наблюдатель от Совета Ученых Советов при экстренном штабе на месте ЧП Номарх Кахотеп. — И зачем вы нам здесь нужны? — ХАЭС — одно из достижений научно-магической мысли НИИ МАНАНАЗЭМ, так что ничего удивительно в том, что судьба этого проекта нас очень волнует! — Дамочка! Вы понимаете, что можете сорвать нам опера… — Я все понимаю, но и вы поймите, товарищ Хранитель. Ситуация, сложившаяся в результате диверсии Лиги, уникальна. Местные крысы довольно долго подвергались воздействию магии и обладают очень устойчивыми мутациями. Но сейчас поступление магической энергии по манапроводу остановлено, станция не работает. Как это отразится на крысах — вот что интересно! Ученые сейчас снимают показания при помощи дозиметра у мутировавших крыс. Нас интересует нынешний уровень мутации. Это так интересно, неправда ли? Полковник молча уставился на Номарх Кахотеп. Его левый глаз начал немного дергаться. — Наука ни секунды не должна стоять на месте, — вдохновенно продолжила женщина. — Сила Империи — это наука, прогресс и, конечно же, стремление познать вечность! — Немедленно… сейчас же… сию же секунду… уберите своих подопечных с вверенной мне территории! — загрохотал полковник. От его вопля, должно быть, сдохли все крысы в округе, во всяком случае вооруженные странными приборами ученные тут же потянулись на выход. Когда мы ступили на оцепленную территорию, неожиданно пошел дождь. Я и не заметил, как небо затянуло тучами и стало пасмурно. Шедшая позади меня эльфийка поежилась, Лоб по-собачьи затряс головой, Орел накинул на голову капюшон, лекарь Матрена Коновалова наоборот, подставила лицо дождю, Михаил же никак не отреагировал на изменение погоды. — Мы ищем вход в гробницу Зэм, — повторил я еще раз. — Будьте осторожны, если увидите какое-то движение, здесь полно лигийцев, но не нападайте сразу, это могут оказаться свои… — Да поняли мы все, — произнес Кузьма, нервно оглядываясь по сторонам. — Своим помогать, чужих убивать, искать пристанище трупняков по ходу пьесы. До сектора, который нам предстояло обыскать на предмет входа в гробницу, мы добрались не встретив диверсантов, зато пару раз наткнувшись на другие группы, прочесывающие территорию. К счастью, крылья Лизы были спрятаны под плащом и нас не приняли за лигийских террористов, спокойно дав пройти. Мы все сосредоточенно молчали, боясь не услышать приближение врага, и только Матрена изредка шептала: — Вот он — момент Истины, момент Веры! Только бы найти это Городище… Если не считать Лизы, то больше всего я боялся мелких вредителей — гибберлингов, которые могли залезть в любую щель и доставить нам кучу неприятностей. Наш участок располагался вдоль высокой бетонной стены, опоясывающей ХАЭС. Мы ощупывали ее руками, стучали, прислушивались к возможным звукам, доносящимся изнутри, но та оставалась глухим, непреступным монолитом. Когда весь вверенный нам отрезок стены был осмотрен от края до края, пришлось признать, что попасть таким образом на станцию невозможно. Мы решили немного отойти и оглядеться. Саму станцию практически не было видно из-за стены, лишь только густые клубы дыма поднимались в небо сквозь необычное, голубое мерцание. Вокруг находилось множество небольших складских помещений, навесов, непонятного назначения сооружений и, конечно же, вездесущих труб — коротких и длинных, блестящих новизной и покрытых ржавчиной, всевозможных диаметров и невероятных изгибов — чтобы осмотреть их все не хватит и целой жизни. В течении нескольких часов мы в почти полном молчании безрезультатно заглядывали во все помещения, ворошили какие-то ящики, укрытые навесами, выгребали старый мусор из всех темных углов, до которых могли дотянуться, но ничего похожего на вход в Зэмово Городище так и не нашли. Солнце пряталось за затянувшими небо тучами и было трудно определить, сколько времени, но когда мы вышли на улицу из очередного полузаброшенного склада со спертым воздухом, стало уже совсем темно — на город опустилась ночь. Дождь закончился, но было свежо и прохладно — именно так, как мне нравилось больше всего. — Надо возвращаться, — произнес Кузьма. — Вы как хотите, а я не могу обходится без хорошего, зажаренного куска мяса хотя бы пару раз в день! После этих слов я почувствовал ужасный голод и вспомнил, что со всей этой суматохой мы ели в последний раз еще утром, сидя в таверне Парка Победы. — Да, нехорошо как-то вышло, — согласился Лоб, больше всех страдающий от отсутствия нормального пропитания. — Но мы так ничего и не нашли, — разочарованно протянула Матрена. — Может вход находится не на нашем участке, — резонно заметил Орел. — Хоть на Лигу не наткнулись, уже хоро… — ААААААА! Первая стрела просвистела в сантиметре от лица Матрены, слегка задев ее волосы. Она закричала, присев на корточки и прикрывая голову руками. Вторая стрела, почти мгновенно вылетевшая вслед за первой, была направлена то ли в меня, то ли в Зизи. Я оттолкнул эльфийку с линии огня, немного не рассчитав силу — девушка налетела на кучу картонных коробок, посыпавшихся на нее сверху, и скрылась из виду, взметнув кучу пыли. Однако быстро сориентировавшийся Лоб «словил» стрелу своим щитом, прикрыв нас от обстрела. Михаил метнул огненный шар в темноту, не столько для того, чтобы кого-нибудь задеть, сколько просто отвлечь внимание. Кузьма в это время подхватил под мышки запаниковавшую Матрену, затаскивая ее в укрытие. Я, упав на землю, откатился к стене, пытаясь понять, где засел враг… Меч я вскинул скорее инстинктивно — тот звонко лязгнул, встретившись с чужим оружием. Через несколько секунд возле меня просвистела еще одна стрела — вражеский лучник продолжал вести огонь, что сильно осложняло мое положение. Высокий, широкоплечий каниец, с огненно рыжими усами и бородой снова замахнулся на меня, и если бы я не опасался быть проткнутым лигийской стрелой, то не только уклонился бы от его меча более изящно, но и сумел дать сдачи. Вместо этого я снова откатился в сторону, боясь подниматься на ноги под прицелом вражеского снайпера. Краем глаза я увидел выскочившего Орла, уже нацелившего свой лук куда-то в темноту. Вероятно, враг сразу переключился на него, так как в широкий щит Лба, прикрывающего собой Кузьму, гулко застучали стрелы. Мишу я не видел, но вспышки яркого света, то и дело освещающие пространство, говорили о том, что и врагу, уворачивающемуся от атак мага, тоже приходится не сладко. Пока вражеский лучник отвлекся от меня, я воспользовался моментом, чтобы разобраться с канийцем. Но тут в то место, где стояли Лоб и Орел, ударила ослепительная молния. Я находился на некотором отдалении, но даже у меня перед глазами заскакали белые пятна. Орел упал на колени, закрыв лицо руками: — Мои глаза… я ничего не вижу… мои глаза!.. Невидимый лучник все еще вел обстрел и Лбу пришлось волоком оттаскивать ослепшего Кузьму в укрытие, прикрываясь щитом. Матрена, как обезумевшая, не переставая голосила где-то за пределами видимости. Михаил продолжал швырять горящими шарами наугад. Улица впереди меня расплывалась и я плохо видел своего противника, наблюдая лишь за отблесками огня, которые отражал его меч. — Лиза! — завопил я во все горло. Вся эта схватка длилась лишь пару минут, но за это время эльфийка должна была уже выбраться из-за коробок и хотя бы попытаться помочь. Впрочем, в глубине души я разделял мнение Грамотина — Зизи не станет помогать нам, глупо было на это даже надеяться. — Я застряла, Ник! — пискнула она откуда-то из темноты. Ну да, конечно, застряла она! Но хотя бы то, что она не стала бить нам в спину, а предпочла отсидеться в стороне, уже можно считать почти подвигом. Замешательство и растерянность, появившиеся из-за внезапного нападения, уступили место холодной расчетливости. Я, сделав обманный маневр, немного отступил назад и закрыл глаза. Все равно мне не удается толком ничего разглядеть. Все остальные чувства обострились и я, ощущая движения противника едва ли не по движению воздуха, отклонился в сторону — до моего слуха долетел звук рассекаемого острым лезвием пространства — и сделал резкий выпад, не глядя проткнув канийца своим плохо сбалансированным армейским мечом. К этому времени Михаил, по всей видимости, умудрился таки расправится с остальными противниками. Я потер закрытые веки пальцами, сильно надавив на глазницы — очертания улицы сразу стали четче — и огляделся. К Кузьме уже частично вернулось зрение, во всяком случае он самостоятельно выбежал из укрытия и направился ко Лбу и Мише, склонившимся над какими-то трубами. Я подошел ближе. Первое, что я увидел — это крылья эльфийки и мне на мгновенье показалось, что это Зизи, но в следующую секунду я понял, что у лежащей на земле девушки длинные белокурые локоны. Она была красивой даже несмотря на то, что лицо ее одеревенело, губы стали синими, а волосы и ресницы покрылись морозной коркой. — Капелан, — произнес Михаил, — вот почему я никак не мог достать лучников. Она защищала их своей магией. Только после этих слов я увидел три белых пушистых комка, с твердой, обледеневшей шерстью. Мне бы наверное стало жалко этих мелких, забавных недорослей, если бы минуту назад они не старались наделать во мне лишних дырок. — Миш, может тебе диссертацию по ледяной магии писать, а не огненной? — спросил Орел, потрогав замерзший нос одного из гибберлингов. — Ловко у тебя выходит. — Такой вариант маловероятен, но не исключен. — А где эти две кадры? — спросил Лоб, как будто только что осознал, что мы не в полном составе. — Как и положено дамам, отсиживаются в укрытии, когда мужчины сражаются, — пожал плечами Орел. Матрена с расширенными от ужаса глазами сидела на том же месте, куда ее оттащил Кузьма. По ее румяным щекам катились слезы. — Простите меня, — прошептала она. — Простите. Я… я должна была… помочь. — Да все нормально, первый раз всегда страшно, — Орел галантно накинул ей на плечи сюртук, потому что Матрена дрожала с головы до ног. — Первый раз столкнулась с Лигой? — Да, — кивнула она и разрыдалась еще сильней. — Я знала, что будет не просто, но на учениях… Я так хорошо всегда… такие высокие результаты. А на самом деле, я такая… такая трусиха… — Ну-ну, не переживай. Такое со всеми бывает, — Кузьма участливо похлопал ее по плечу. — Эй! А обо мне еще кто-нибудь помнит? — крикнула Лиза. Я пошел на ее голос и заглянул за кучу коробок, где она так и просидела всю схватку с противником. — Почему ты нам не помогла? — накинулся я на нее, хотя прекрасно осознавал, что на ее месте поступил бы точно так же. — Говорю же, я застряла! — возмутилась она. Я открыл рот, чтобы сказать что-нибудь колкое, но мой взгляд уже упал на ее ногу, по щиколотку провалившуюся в полуоткрытый квадратный люк, из-под которого шел свет. Подошедшие Миша и Кузьма хотели отодвинуть крышку в сторону, но усилий одного Лба оказалось достаточно. Освободившаяся эльфийка стала растирать покрасневшую ногу, а мы все с интересом заглянули внутрь подвального помещения. Несмотря на пыль и паутину, было видно, что помещением пользовались совсем недавно. Сзади подошла заплаканная Матрена и, вытянув шею, осторожно заглянула в люк через наши головы. — Это же он… вход! Мы нашли его!!! Глава 11 Просмотреть полную запись

Дайджест написан разными игроками, прислать материал для дайджеста может любой желающий (большая зеленая кнопка на главной сайта или на manager@igrograd.net). Оглавление: Авангард Владыки Астрала Возрождение - раз и два Ожившие Легенды Сумерки богов Авангард На Авангарде, как и на других серверах, относительное спокойствие и затишье. Начало сезона ознаменовалось возвращением игроков, иногда даже целых конст в топовые и нетоповые гильдии, однако спустя 2 месяца ажиотаж поутих. Игроки стали разбегаться по гильдиям, менять имена так, что узнать можно было только в лицо или при помощи аддона. В конце февраля-марте начался стремительный отток игроков из лидирующей в лиге гильдии «Апология». Игроков исключали и принимали обратно по самым разным причинам, в результате появились наемники на чемпионские доминионы. Одним из запомнившихся исключений из Апологии стало исключение игрока ДонКот, которого приняли и через несколько часов исключили из гильдии «Знамя Апологии» (напомним, что данная гильдия не является академкой «Апологии»). Такого удара игрок не ожидал, что и вылилось в очередной выплеск в мир-чат в виде «благодарностей» и оскорблений, а также прощальной речи в связи с уходом из игры вообще. В середине марта на форуме в обсуждении игры на «Авангарде» появилось недовольное сообщение от опять же исключенного из «Апологии» игрока под форумным ником Dionisikson. Приводим ниже: На что и получил ожидаемый в таких случаях ответ со стороны Империи: Что потом и вылилось в обсуждение компетентности самого игрока: В имперскую гильдию «Хадаганская Сечь», что уже несколько недель стабильно и с большим отрывком удерживает первое место в рейтинге доминиона (832 у ХС и 547 ретинга у второго места перед обновлением), был значительный приток игроков из почти распавшейся гильдии «Рейдеры», в результате чего свободное место в рейтинговой таблице смогла занять окрепшая гильдия «Тайное Общество Гильотина». Активизировались ставки на РЧД в последние две недели перед выходом обновления, причем в защиту и нападение одновременно. Надеемся, что вновь сформированные пати на ЧД изменят статистику доминиона и откроют возможности для более интересных и непредсказуемых ПвП-баталий. Владыки Астрала Прошедший месяц очередной раз доказывает, что успех или не успех гильдии на 90% зависит от ее руководства. Где гильдией занимаются, там она показывает хорошие результаты. Если же средь лидера и офицеров — разброд и шатание, то и остальное начинает сыпаться. Имперский лидер предыдущего сезона — гильдия «Мертвые Души», в которой из игры ушло руководство, постепенно теряет свои позиции, уступив первое место «Иностранному Легиону». Конфликт? случившийся в Золотой Орде между одной констой и лидером, привел к переходу части игроков в Аксиос, что позволило тем заметно укрепить свои позиции. Такие же старички, как Мистраль и Странники, держатся в десятке силами нескольких человек, почти растеряв весь состав. Чуть более уверено чувствует себя -=Русь=-, а вот относительные новички — Серая Стая — временами показывают неплохие результаты. В Империи ситуация примерно такая же: Виспы продолжают балансировать, нынче конкурируя с МД за второе место в Империи. А Shadow Guardians и Покорители Астрала выглядят очень бледными тенями тех гильдий, которыми они были несколько лет назад. Возрождение Ничем особенно не отличаются будни на Возрождении. Днем – шаром покати. И если Вы думали отлетать ключи, то можете спокойно нажимать «эскейп», включать любимый сериал и наслаждаться игрой… Но вовсе не в Аллодах, а игрой любимых актёров. Так как группу собирать приходится очень долго, особенно если рассчитываешь пройти остров быстро. Под вечер ситуация улучшается, но тоже не всегда – если у тебя в друзьях нет хотя бы парочки танков и хилов, то будь добр, покричи в мир. И не всегда пару минут. В выходной день проще – там и рейды, и астрал, и доминион. Просто галопом по… Аллодам. Небольшой интерес в жизнь вносит разнообразие мелких гильдий – бодаются между собой, нарабатывают опыт в рейдовых пвп. Только одно жаль – все больше и больше одетых, продоначенных и хоть каким-то образом умеющих играть уходит либо в другие проекты, либо в реальную жизнь насовсем. Не называя ник-неймы, могу смело сказать – в империи стало минус один мини-рейд, в лиге чуть меньше. И это только за пару месяцев. Бесславные Ублюдки немного повоевали с Вендеттой, Экспансия профитно продолжает грабить нижние позиции рейтинга доминиона, Эквилибриум показывает себя двояко – иногда хватает сил дать отпор Стиксам, а порою и невмоготу пободаться с Олимпом. Что касается местных видео-блогеров, то тут все стабильно. Съемка только эпичных боев, публикация доминионов… Ссылки периодически пополняют форум, а сами блогеры таким образом напоминают, что еще живы и творят. Жаль лишь, что бодаться приходится с одними и теми же гильдиями. По поводу миграций игроков: ну, это явление привычное (возможно, цитирую не одного человека). И не только в большие гильдии – кому-то конфликтовать нравится, кто-то не попадает в рейды (да, это тоже служит причиной ухода) – слишком мало мест, как и самих рейдеров. А кто-то привык быть в мелкой гильдии – издержки мелкого сервера. В последнее время Стиксы стали покидать свои ряды и расходиться по местным кланам. Фениксы также не сидят на месте – приход и уход тут в норме. Эквилибриум наполнен дублёрами, а Независимые – выходцами из Вендетты и Вторжения. Сказать, что кто-то «развалился» или «умер» – слишком громко. На фоне мелких разногласий и конфликтов народ ждет и надеется. Но только на что?.. Напоследок хотелось бы рассказать еще о байке, которая ходит уже неделю на сервере. Объединят ли Возрождение с Фронтиром – тем самым новым сервером, запуск которого готовится с обновлением 8.1. Мнения расходятся, кто-то даже скептически шутит на этот счет. А как уж там дальше будет – поглядим. Отдельно хочу выразить благодарность авторам тех изречений, которые были использованы в этом мини-обзоре последних событий. Реальные истории Лиги автор: Only_truth Последнее время потухающий сервер Возрождение богат на гильдейские перевороты. Версию о жизни имперских гильдий мы узнали, а что же происходит у фракции под руководством седобородого старца? Давайте узнаем. За прошедший месяц некоторые гильдии Лиги сдали позиции в таблице доминиона, и единственная причина тому — отток людей. Одна из топ-патек Экспансии ушла или в слак, или на более лакомые места на другом сервере. Скорее всего второе. И это сразу же подкосило положение Экспы на доминионе. Вот уже 5 недель когда-то безоговорочный лидер таблицы мечется с 4-го места на 2-ое. Возможно, был бы это другой сервер, более населенный, уход всего лишь шести человек, не был бы так заметен, но мы же говорим о Возрождении, где каждая душа на вес золота. Сложившейся ситуацией не преминули воспользоваться офицеры гильдии Бесславные Ублюдки и начали активно зазывать экспансовцев в свои ряды. Видимо, БУ-шкам не очень нравится сидеть на 4-5 месте после фееричных выступлений в сезоне 7.02. Насколько известно вашему покорному слуге, агитация БУ ни к чему не привела. Ребята огорчились и решили пойти войной на ослабевшую Экспу. Отхватили по ушам, не ограбив при этом Эквиллибриум, остались у разбитого корыта и сами же начали терять людей. Гильдия Стикс не так давно поразила многих, «выстрелив» на второе место в рейтинге доминиона. Не успела лига возложить лавры новой топ-ги фракции, как из Стиксов ушли, по самым скромным подсчетам, две пати в Экспансию. Кто-то говорит, что причина была в том, что большинство стиксов ходит в рейды с ребятами из Экспы, также есть версия, что ГМ Стикса решил уйти в слак на пике славы и передал регалии власти не самому удачному кандидату. Как бы там ни было, Экспансия укрепила свои позиции парочкой тринадцатирунных китайцев, что, однако, не даёт ей снова стать лидером в рейтинге доминиона. Пока топ-гильдии фракции хомяков и субтильных крылатых юношей обмениваются косыми взглядами, ребята поскромнее потихоньку откусывают себе по кусочку от всех. Одна из старейших гильдий — Феникс — занимает вполне достойное место в таблице доминиона. Ребята так же страдали от нехватки кадров, но в последнее время их ряды пополнились несколькими старыми и вполне неплохими игроками, не так давно вернувшимися в игру, что заметно усилило их коллектив. Когда-то тихий Олимп уже несколько недель уверенно держит позиции в топ 10 рейтинга доминиона. Наверное, многие помнят, как жители Олимпа ограбили несколько ослабевшую Вендетту, чем вызвали настоящий фурор. Вполне возможно, что олимповцы только притворяются безобидными, и в ближайшее время мы снова увидим, на что на самом деле они способны. Ведь всем известно, кто водится в тихом омуте… Возрождающаяся гильдия Небесный Орден начала активную агитацию в свои ряды. Руководство данного сообщества когда-то ушло в слак и растеряло практически весь состав. Сейчас же ребята медленно, но верно пытаются вскарабкаться на прежние позиции, посредством возврата когда-то утерянных кадров. И добиваются на этом поприще определенных успехов. Что ж, могу пожелать им только терпения и удачи. Все события не вымышлены, любые совпадения не случайны. Ожившие Легенды Картинка для привлечения внимания, от Lupizdrik Здравствуй, дорогой дружочек! Вот и настал конец мини-сезона, и пока папки уходят в слак, ты можешь немного побожить над раками, которые думают о себе не бог весть что. Чем же отличился прошедший месяц? Конечно, банами, спорами и горючими слезами. Как началась история с банами? По слухам, после исхода БСЛ осталось очень много задоначеных персонажей, которые были передарены другим людям, и так получилось, что большая их часть осела в СВОИХ и Ангелах, а их покупателями были бывшие топы из СВ. После череды взаимных банов, нашелся и тот, кто это все заварил, —по слухам, это был небезызвестный Аластар, который таким образом хотел с одной стороны расчистить себе дорожку, ведь по замыслу злого гения наши сервера ждет объединение, с другой стороны — выместить обиду на своих бывших согильдийцев, ушедших на вольные хлеба со СВОИми блэк-джеком и эльфами. Чему нас всех это учит? Из года в год есть те, кого банят и кого не банят, чаще всего банят персонажей с других серверов, меньше всего с СВ, а конкретнее из АРМАДЫ и ПЛК, а они в свою очередь любят писать тикеты на баны других. Так и живем, есть бояре, которым все позволено, и есть простые смертные, дружочек, терпи и не говори, что в царстве светлых эльфов и БДСМ Зэм все по чесноку и справедливости. Что сейчас происходит на сервере? Гильдия СВОИ и золотой легион — божат, в спину им дышат Инквизиторы и Ультиматум, при этом они регулярно ноют, что играть не с кем, ну правильно, что на истории со взаимными банами, что вы хотели, ведь поднять такой донат очень дорого. На вершине пищевой цепочки находится ожидаемо СВОИ и Ангелы, за ними Золотой легион, Ультиматум и Атлантис, золотую восьмёрку замыкают Астральные странники, Антанта и Камелот. Не, ну вы серьезно? Сколько может продолжаться этот цирк инвалидов? Бодрые свои гнут Золотой легион, ульты в очередной раз занимают третье место, а дальше идут зомби из старых ВЗшных гильдий, игрокам из которых не позволяет только спесь перейти в другие гильдии. Так и мечутся Между Камелотом и Отлантезом. В целом кажется, что все лигийские гильдии Оли стали донорами для СВОИХ, которые, собирая пенку, довольно причмокивают и тыкают во всех пальцем как бы говоря «ну а чо, они сами пришли». Средний уровень одетости сервера продолжает подниматься, и если для того что бы быть в топе, достаточно пересечь отметку в 97к, то чуть ниже средний класс — это 90-93к, многие из которых перестали летать, ведь и так норм, пора копить кри на новый сезон, опять-таки карты скоро, и обновление, по слухам, месяца через полтора, ждем-ждем. Сумерки богов После исхода имперских гильдий на другие сервера особых событий нет. Все как обычно, на сервере осталось несколько гильдий, при этом две сильнейшие из них так же испытывают огромный кадровый голод, собрать 3 группы на рейтинговый домик — уже событие. При этом всем, как Вы понимаете, второго рейда ни у одной, ни у второй нет, т.е. при ставках друг на друга наблюдаем очень скудную ситуацию. Как следствие, ставки друг на друга прекратились, и пошел планомерный прессинг гильдий пониже. Новый подсезон, как всегда, кого-то да не устраивает, потому, как всегда, идет потеря игроков. Из последних событий, которые хоть как-то выделялись, было то, что некая часть людей из гильдии Предтечи перешла в гильдию смерш. По слухам, конфликт внутри гильдии давно тлел и вспыхнул, наконец. Имперская фракция все так же планомерно вымирает, по ощущениям, текущее соотношение империи к лиге 1 к 4, а может даже к 5. На этом фоне некоторые имперцы активно ищут кукол или свободных персов в лиге. Борьба за Палача в рейтинговых сражениях практически закончилась в номинации 6х6, лидирующую позицию по силе занимает группа гильдии смерш, которая была собрана совсем недавно, буквально полторы недели как. Второе место с переменным успехом берет группа из гильдии Евил, хотя сейчас они сильно потеряли в силе. Но, как и в прошлых сезонах, данную ситуацию нарушает группа из империи, которая с помощью абуза добывает себе титулы. Может быть, данную ситуацию исправят после патча, меры к этому приняты по части дырки в системе, но договорные матчи по-прежнему имеют место. В отношении 3х3 ситуация такая же. В целом, еще год назад мы очень ждали объединения, сейчас же ситуация зашла слишком далеко, тех, кто ушел на другие сервера, уже не вернуть, те же, кто ждал объединения, чтобы вернуться, уже отчаялись. Просмотреть полную запись

View full record

Страж 9-ого уровня. Автор Инна Кузнецова. Ярцева Полина, 17 лет Рагхия, Край Света View full record

Герой Рекрут. Склон Паучий. Страх. Асээ-Тэпх. Эль Джун. Кирах. Бой. Раненье. Подвиг. Плен. Перемирие. Обмен. Комитет. Допрос. Огонь. Кровь. Признанье. Подпись. Стон. Приговор. Ошибка! Стой! Яскер. Орден. Дом. Герой. de_JaZZ ___ Я люблю свою виверну! Буду я виверне верной. Буду ездить лишь на ней. Презираю я коней! Лишь одно на свете верно: Всех милей моя виверна! И не променяю я Мою радость на коня! Оседлаю я виверну Вознесусь под облака Буду счастлива безмерно Прокричав земле: "Пока!" Ksenata Олег не спал четыре года Менял одну броню другой Умел контролить, бафать, хилить Ногой Анжела знает толк в салате, Ей не нужны морковь и лук. А надо крепко задонатить и 10 в круг О жизни много я не знал Пока попав в гоблинобол Читать отряда чат я стал Забив в свои ворота гол Virus6290 View full record

Евгений. Художник, арт-директор «Аллодов Онлайн» и добрейшей души человек. Ирина любит улыбаться, никогда не повышает голос и пишет замечательные тексты новостей для официального сайта Skyforge. Антон. Этого человека представлять не требуется: вы много раз видели его в видеоблогах «Аллодов Онлайн». Оксана. Игровой Аналитик. Королева статистики, знаток тайн бытия и позитивный человек с хорошим чувством юмора. Валера. Повелитель звука и гений ритма. Успел поработать и с "Аллодами Онлайн" и на Skyforge. Приготовили полное собрание сочинений. Разыграем на сходке. С ПИН-кодами. View full record

Автор пожелал остаться анонимным. Орфография и пунктуация сохранены. Все нижесказанное всего лишь мое виденье сложившейся ситуации, здесь будет очень мало конструктива, зато будет много воды, один сплошной поток пространных размышлений на тему Аллодов Онлайн. Однажды, несколько лет назад я от нечего делать скачал первую попавшуюся мне на глаза игру, чтобы скоротать часок другой... и с тех пор из игры я уже не уходил никуда. Аллоды захватили меня сразу, в буквальном смысле - с мелодии и заставки, а чуть позже и сюжетом. На локациях было полно игроков, мир-чат пестрел приглашениями в гильдии и трудно было поверить, что когда-нибудь все это уйдет в небытие. Искать какую-то конкретную причину случившемуся не имеет смысла - у каждого ушедшего игрока она своя. Я же расскажу, чего не хватает именно мне. Мне не хватает эмоций. Тут читателю самое время закатить глаза и сказать что-то про “раньше и трава зеленее...”, и, вероятно, читатель будет отчасти прав. Никогда ты не испытаешь тех же эмоций от повторного просмотра интересного фильма, какие испытал увидев его впервые. Первое впечатление - самое яркое, самое сильное и никогда уже не повторится, это мне прекрасно известно. Теперь я просто захожу в игру, на автомате делаю какие-то ежедневные дела, не совсем понимая для чего мне это нужно, ведь никаких эмоций - ни положительных, ни отрицательных - я почти уже не испытываю. Это уже как привычка, ритуал, ставший рутиной - зайти, сделать ги-квесты, слетать на пару островов или сходить на бг. И уйти. Но чем больше я об этом думаю, тем больше меня мучают сомнения - а только ли дело во мне? Перебирая в уме изменения в Аллодах, я все больше убеждаюсь, что эмоций игру лишают ее же создатели. Начнем с самого простого, с того, что создает то самое первое впечатление - с картинки. Я по сей день считаю, что визуальная часть игры - самая сильная сторона АО, это лучшее, что у нее есть, и меня немного смущает тот факт, что сами разработчики как-будто не осознают, на сколько красив этот нарисованный мир, и иногда даже стесняются его и пытаются спрятать. Художники нарисовали фантастически красивые локации, но мы пробегаем большинство из них за несколько часов, чтобы не вернуться туда больше никогда. А с вводом Ковчега даже и этих часов можно полностью избежать. Мне, честно, даже немного жаль таких людей, не читавших сюжета и не видевших многообразие и глубину мира АО. Художники нарисовали больше тысячи разнообразных костюмов, но мы наслаждаемся тремя цветовыми схемами брони, ведь она мастхевная для топ-игрока. Я тоже хожу в броне - она дает слишком уж ощутимое преимущество, которое, к моему стыду и сожалению, оказалось сильнее моего чувства прекрасного. Художники нарисовали десятки сказочных ездовых питомцев, но мы хотим Мираж и Молнию, потому что они более профитны, а замечательные медведи, грифоны, львы и носороги с кучей отличных окрасов, лишь пылятся в стойле у коллекционеров. И даже те, кто еще не накопил на “батл-маунт”, катаются максимум на двух-трех видах петов с последних карт. Все остальное безнадежно устарело и никому не нужно. Художники нарисовали потрясающие корабли, но нам некуда на них летать, их даже и строить уже не обязательно. Астрал - фишка игры - стал фикцией, он вроде бы есть, но на деле мы его наличие не особо ощущаем. И наши корабли стоят в ангаре, из которого и вылетать не обязательно, чтобы попасть на остров. Вы можете сказать, что все это - капля в море, незначительная мелочь. Но разве не эти мелочи создают ту самую неповторимую атмосферу? Конечно мы задвигаем “красивости” на второй план, когда речь идет о “профитности”, и я не исключение. Я катаюсь на мираже, хожу в броне и никогда не заглядываю на свое любимое Жемчужное Кольцо, потому что мне там нечего делать. Но доволен ли я этим? Нет, вряд ли. Испортить даже самую удачную работу художников просто. Для этого существуют две крайности и обе завязаны на профите. Например, Врата - огромный инст на четырех локациях. Туда ходить и ходить, но опять таки - отсутствие профита свело все старания художников на нет. А есть еще Дикие Земли, мастхевность которых с самого первого их появления в игре не оставляет никаких сомнений. Это довольно большие и разнообразные локации, и практически все лично мне визуально понравились более чем... но, боже, как же они меня достали! Тут противоположная крайность, ДЗ сделали необходимыми настолько, что видеть их уже не хватает никаких нервов, не смотря на всю их красоту. Часы битья одних и тех же мобов в одних и тех же декорациях как-то притупляют желание любоваться пейзажами. Глядя на это, мне даже становится обидно за художников, за их труд. За их талант, в конце концов, к которому в Аллодах относятся с непонятным мне пренебрежением. Верните мне волков и медведей! Верните мне полеты на кораблях! Верните мне костюмы! Верните меня во Врата!!! Скольких эмоций меня лишили, забрав у меня возможность любоваться всем этим? И это только малая часть. Не для кого не секрет, что АТ взяли курс на упрощение всего и вся. По началу я тоже этому очень радовался - вот ведь, как все легко и удобно становится! Но со временем оптимизм пошел на убыль. Разработчики идут на поводу у игроков, требующих комфорта. Они дают им этот комфорт, упрощая классы, статы, острова. Ушли в прошлое секретные билды, а чтобы отлетать ключи не нужно подбирать билды и состав пати. Все пролетается с кем угодно, как угодно, и даже если не с первого раза, то 40+ смертей не дадут вам повода сильно расстроится. Все стало слишком хорошо. Так хорошо, что на луну выть со скуки хочется. Я швырял мышкой об стену и ругал разрабов на чем свет стоит, вайпая острова... Но это были эмоции! А что я испытываю сейчас, пробегая за считанное время недельный лимит ключей? Ничего. Но ведь я хотел, чтобы стало проще? Хотел. Так почему же сейчас я снова недоволен? Вопрос риторический. Бойтесь желаний своих! Когда все достигается слишком просто, пропадает само стремление достигать. Нет азарта, а в игре азарт - самое главное. АТ слишком увлеклись стремясь преврать Аллоды в утопию. Это принесло игрокам отнюдь не радость, легкость породила равнодушие. Я уже не кидаюсь мышками об стену, но и удовлетворения от зафармленного острова не испытываю. Ну остров, ну зафармлили... ничего особенного. Этого кусочка эмоций меня тоже лишили. И самое главное! ПвП. Нет, я не буду ныть о дисбалансе классов, об этом и так много сказано. Я хочу сказать про фракции и их внезапно установившуюся полу-дружбу. Зачем это было сделано?! Я тешу себя мыслью, что был задуман хитрый поворот сюжета, но это не отменяет того факта, что игра в тот памятный день введения смешанных бг изменилась для меня безвозвратно. Я могу ошибаться, но мне кажется, что она тогда изменилась для подавляющего числа игроков, хотя они сами этого не осознают и продолжают задаваться вопросом, ну почему же, ПОЧЕМУ раньше было интересней? Как сказал кто-то из АТ - зачем воевать, мы все люди, игра есть игра, и те, кто сидит в противоположной фракции, в жизни мало чем отличаются от тебя самого. С этим трудно спорить. Он может быть моим соседом или даже братом в реальной жизни. Но в игре он мой враг! Это условный мир, заходя в который я принимаю его правила. Выйдя из-за компьютера, я не пойду искать того человека из противоположной фракции за то, что он убил меня в игре. Я не злой человек и всячески против войны и любой агрессии, но в игру то я зашел не для того, что бы выращивать в ней розы и дарить миру мир! Я пришел пощекотать нервы, спустить пар, испытать то, что в реальной жизни, надеюсь, со мной не случится. Я пришел в поисках эмоций. Я пришел поиграть в войну! А на войне должен быть враг. Враг, который другом стать не может по определению! Иначе вся игра теряет смысл. И какая мне разница, что мой виртуальный враг в реале такой же как я? Я не собираюсь пересекаться с ним в реале! В реале у меня работа, жена, дети и отпуск на носу. А в игре я холостой орк, который ходит с кровавым топором и хочет тапки из гибберлингов! Я не знаю, что будет в 7.0, но сейчас АО это что-то вроде книги, где нет злого героя, нет врага, и все счастливы. Сплошной флаф. То есть враг вроде бы есть - в ПвЕ. Но ведь это совсем не то! Где мой враг на бг? Не искусственный, а настоящий, живой враг! По сути на бг ничего не изменилось - есть твой рейд и есть чужой рейд, задача ясна. Но все же... Я не знаю, кто такие все эти оооКрошкаТанЯооо и хВасяНогебатоРх, я выиграл и ладно, но восприятие победы другое, другое где-то на уровне подсознания. В следующем бою оооКрошкаТанЯооо и хВасяНогебатоРх окажутся в моей команде, значит я не выиграл у них ничего. Эмоциональный фон на бг другой. Трудно объяснить это словами. Нет той остроты, нет того послевкусия, как бывает, когда выигрываешь действительно у своего противника - постоянного, неизменного - врага, которого ты обязан победить, сегодня, вчера, завтра и всегда. Вы чувствуете разницу, между словами - война и соревнование? Раньше была война, а теперь соревнование - ведь назвать войной бг, где в противоположном рейде твои союзники, а в твоем наоборот враги - нельзя. В условиях игры эти понятия мало чем отличаются, согласен, ведь правила бг не поменялись, но у этих понятий разный эмоциональный окрас. И ощущения от победы тоже разные. Раньше была какая-то злость что ли. Но злость правильная, азартная. Нагни противоположную фракцию, докажи - что твоя круче! Но сейчас этого не осталось. Получается, что каждый сам за себя. Вот люди любят доминион. Почему? Потому что это война гильдий, другими словами - это война одной группы людей - у которых есть свое название, символ, какие-то порядки и устои - против другой такой же группы людей. Это не война - один против всех со случайным противником, который через минуту может стать другом и союзником, это война стенка на стенку, где враг всегда остается врагом. И ты защищаешь интересы не самого себя, а своей стороны (в данном случае гильдии), своего герба (символа, флага, чего хотите, суть одна и та же). Это сидит внутри каждого человека в той или иной степени - защитить свое. В формате гильдий это еще осталось, но в формате фракции нас этого лишили. Не стало врага, не стало противоположной стороны, значит и твоя сторона тоже перестала существовать. Понятие "фракция" изжило себя. Если не против кого воевать, значит и защищать тоже нечего. Были фракции с гильдиями, теперь остались только гильдии и война между ними. Последняя война, которая сохранилась в Аллодах, в которой еще есть какие-то эмоции, и которая рождает все те сообщения на форуме, про единственную интересную активность в игре, ради которой стоит играть. И это уже не просто кусочек потерянных эмоций, это огромная оторванная часть, выброшенная в никуда. Я наговорил тут много разных слов, и никаких предложений по делу, но это были только мои размышления и ничего больше. Не поймите неправильно, я не хейтер, я не критикую ради критики. Я люблю эту игру и хочу играть в нее долго и с удовольствием, и конечно желаю ей удачи и процветания. Но для этого ей нужны изменения. Ей нужны эмоции. Нам нужны эмоции! PS: А еще я очень люблю музыку в АО, всегда слушал с удовольствием, она отлично дополняет игру, создает правильную атмосферу... Но когда у меня начались вылеты, в саппорте сказали отключить звук. Так и не знаю, поправили этот баг или нет, с того дня, как мне это посоветовали, я играю без музыки. View full record

Этим номером мы открываем новую постоянную рубрику "Топ-10", где будем составлять список лучших из лучших, по мнению редакции, и сегодня наш выбор пал на средства передвижения Аллодов Онлайн, именуемых в народе маунтами. Оценивать мы их будем, конечно, не по техническим характеристикам, ведь и так понятно, какие изобретения гейм-дизайнеров окажутся на первых местах. Свой список мы составили, ориентируясь исключительно на внешнюю привлекательность наших незаменимых помощников на бескрайних просторах Сарнаута. 10 место И открывает нашу десятку крохотный, но невероятно харизматичный Рогалик с единственной на сегодняшний день цветовой схемой "Рожки да ножки". Этот очаровательный козлик пришел к нам с евро-сервера АО этой зимой и сразу завоевал всеобщие симпатии. В отличие от своих пафосных "коллег", Рогалик не может похвастаться ни размерами, ни роскошными окрасами, ни особыми умениями, но это нисколько не мешает ему взрывать мимиметр игроков своей умильной мордашкой и занимать десятую строчку нашего хит-парада. 9 место На девятом месте обосновалась Ступа – традиционное средство передвижения исконно русских Гермион, и редакторы журнала недоумевают, почему с ее появлением в Аллодах так сильно затянули. Впрочем, ради такого результата стоило и подождать. Сопутствующая атрибутика – привязанная к ступе сушеная рука, пучки каких-то трав, мухоморы, летающий над ступой черный ворон, ну и, конечно, метла (куда же без нее?) – создает непередаваемую атмосферу. Окрас называется "Ведьмины тайны" и пока что остается единственным у этого маунта. 8 место Коты захватили интернет. И даже Сарнаут не избежал этой напасти – не включить в наш список Котофея было просто невозможно, ведь даже умение, которым обладает маунт, особое – "Погладь кота", оно заставляет противника подбежать и начать гладить животное. Никто не может устоять перед обаянием кошек! После долгих размышлений мы все-таки решили остановиться на окрасе "Ночные джунгли". Как нам кажется, он наиболее точно отражает озорной темперамент наших усатых любимцев. Но и другие окрасы котофея тоже очень удачные, можно только поздравить обладателей полной коллекции. 7 место А на седьмом месте еще один "неживой" маунт – Ковер-самолет с окрасом "Сокровища Востока". Помимо этого окраса, есть еще два, более поздних, но именно первый дает почувствовать себя настоящим султаном. Антураж располагает скорее к отдыху, чем к схваткам с врагом, но это ничуть не умаляет достоинств маунта. Согласитесь, приятно путешествовать, удобно развалившись на мягких подушках, попивая вино и поедая фрукты. За спиной симпатичный ларец, наверняка с сокровищами, а над головой два волшебных веера обещают прохладу разомлевшему путнику... 6 место Шестое место занимает Сказочный конь с новогодним окрасом "Вечная метелица". Торжественность внешнего вида этого удивительного коня зашкаливает – ярко-алый, с золотыми разводами и ледяными шестеренками внутри – он влюбляет в себя с первого взгляда. Справедливости ради стоит отметить, что у этого маунта есть и другие интересные окрасы, которые тоже могли бы украсить наш хит-парад: "Мать Сыра Земля", "Былины" или полюбившийся многим игрокам "Мор", но механический красавец все-таки сумел одержать победу в горячей борьбе за попадание в топ-10. 5 место Пятерку лидеров замыкает один из самых актуальных и, соответственно, желанных маунтов в игре – Мираж, но в нашем списке он появился не из-за своих боевых качеств, а благодаря элегантности, изяществу линий и, конечно, прелестным крыльям. Все-таки умеют эльфы делать красивые вещи. Окрас мы выбрали самый последний, появившийся совсем недавно – "Шершень", заслуживший много положительных откликов. Правда, чем обосновано такое название, у нас в редакции так никто и не понял. Версию, что Евгений Лащев, который очень красиво рисует (прим. Velranni), и, по слухам, добрейшей души человек, никогда не видел, как выглядят шершни, мы сразу отмели. Если кто знает – поделитесь. 4 место На четвертом месте расположилась Виверна и ее лучший на сегодняшний день окрас "Дубрава", похожий на ожившее цветущее дерево. Несмотря на то, что это не единственный ящероподобный маунт в игре, не говоря уже о крылатых зверюшках, способных прыгать на большие расстояния, есть в Виверне что-то особенное, необъяснимо чарующее, отличающее ее от всех остальных. Виной этому, возможно, совершенно сюрреалистические передние лапы-крылья. А в данной цветовой схеме маунт умудряется выглядеть брутально и мило одновременно, за что художникам хочется сказать отдельное спасибо! 3 место Тройку лидеров открывает старый добрый Грифон. Сразу отметим, что этот маунт является абсолютным лидером по количеству замечательных окрасов, достойных попадания в наш список. Маунт хорош сам по себе: в его горделивой осанке льва и роскошных орлиных крыльях – мощь и сила. И разработчики не поскупились на цветовые схемы для такого удачного ездового питомца. Впечатляет все: и "Ледяной ветер", и "Самум", и "Око бури", и "Повелитель неба", и "Муссон", да, пожалуй, любой из имеющихся окрасов мог оказаться в нашем топе, но остановиться мы решили на "Астральном смерче", из-за необычного сочетания цветов. 2 место Совсем чуть-чуть не дотянул до победы Мишка косолапый с единственным окрасом "Хозяин чащобы". Если вы любите Аллоды Онлайн, значит, вам совершенно точно нравится этот маунт – олицетворение русского фольклора, которым пронизана и сама игра. И даже если кто-то и сумел устоять перед его волшебным коробом с балалайкой и сушками, то стоит медведю сесть у пенька и затянуть песню, как тают даже самые стойкие. Анимация заслуживает самых высоких похвал – если бы мы составляли список самых душевных маунтов, то мишка безоговорочно занял бы в нем первое место. 1 место И победителем сегодняшнего топа становится... Дредноут со своим удивительным окрасом "Ярость астрала"! Ярко-красные, "огненные" маунты всегда производят сильное впечатление, будь то лютоволк или волшебная лошадь. Но фантастический трон в виде пылающей головы демона, чья голографическая проекция, словно корона, венчает всю конструкцию – действует гипнотически. Сидеть на таком маунте – одно удовольствие, не говоря уже о том, что враги добровольно должны преклонять колени перед таким шедевром! Если бы все великие правители могли выбирать, то они бы обязательно выбрали для себя именно такой трон. View full record