Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
Автор: risovalkin
Глава 3. Гипатское подполье
Целый день мы бегали по поручениям призрачных жителей Поселка, желавших в основном, чтобы их избавили от таких же призрачных опасностей — кабанов, волков, гигантских жаб… К вечеру я готов был уже поубивать всех, кто еще отправит меня куда-нибудь с нелепыми просьбами. Зато мы достали кучу Знаков Избранного, хотя и не имели представления, сколько именно их нужно собрать. А пока что все складировали в рюкзаке Лба.
Никаких серьезных угроз перед нами не возникло, пусть окутанный туманом и наполненный духами зверей лес и наводил жути. Впрочем, далеко от Поселка мы не отходили. Все задания крутились в относительной близости. Но все равно пришлось много ходить пешком и все мы порядком вымотались. Жаль, что каждое задание можно выполнить только один раз, иначе мы бы по кругу делали самое простое.
— Послушайте, у вас нет в запасе мирры? А то я всю истратил…
На Гипат уже опускались сумерки. Мы вшестером сидели на деревянных ступенях, вдыхая чистый воздух, пахнущий приближающимся дождем. Проходившего мимо эльфа, обратившегося к нам с вопросом, я не узнал, но Матрена оказалась более внимательной.
— Это вы?! Вас воскресили?
— Простите?
— Вас убили вчера, в лесу!
Только после этих слов, приглядевшись получше, я понял, что это тот самый эльф — первый убитый, которого нашла восставшая Зэм, когда мы направлялись в Поселок. Лоб нес его труп на руках ни один километр!
— А-а-а… вот вы о чем! Да, то прекрасное, но несколько мертвое тело было моим. Как видите, я только что из Чистилища.
— Надеюсь, вы не собираетесь никому за это мстить?
— Нет-нет. Я зла ни на кого не держу, какой в этом смысл? Только если на дракончиков, что объявили тут это псевдо-Перемирие!
— Почему, псев…
— Не можем мы мирно жить! Все молодые, резвые, оружие в руках, на кольчуги столько золота угроблено. И что нам предлагают? За тенями кабаньими гоняться, да летающих пародий на драконов слушать? Неприемлемо! Разумным существам нужно порой пар выпускать.
— Я так не считаю! — упрямо сказала Матрена.
Но я внутренне был не согласен с ней. Напряжение копилось, непонимание происходящего только усиливало его, и мне уже хотелось основательно с кем-нибудь подраться. С кем-нибудь осязаемым. Тренировка — вот что мне нужно! Тяжелая, изматывающая, после которой мышцы налиты свинцом, зато в голове пусто и легко. Мне бы это точно помогло разгрузить мозг. Наверное, что-то такое отразилось на моем лице, и даже скорее всего не только на моем, потому что эльф снисходительно заулыбался.
— Вы ведь понимаете, о чем я? По блеску в глазах вижу, что да. Скажу по секрету, мы организовали нечто вроде подпольной арены недалеко от Поселка, в самой глуши. Только никому! Жителям Поселка ни слова, дракончикам — тем более.
— А как же Путь Избранного?
— Путь Избранного — это главное. Я не собираюсь с него сворачивать. Только не надо лишать нас наших маленьких законных шалостей!
Ну вот — жизнь налаживается! Матрена, правда, открыла рот, чтобы что-то сказать, но поглядев на наши со Лбом повеселевшие лица, махнула рукой, тем более, что Орел, как ни старался изобразить равнодушный вид, тоже расцвел против собственной воли. Естественно, ни она, ни Лиза не изъявили желания побывать на подпольной арене, всем своим видом выражая отношение к подобным авантюрам. Зато Миша к нам присоединился, и мы вместе с эльфом выбрались из Поселка, когда на улице стало уже совсем тихо. Он повел нас в лес, и это было рискованно, так что я все время держал себя на пике сосредоточенности, но никакая засада в кустах не сидела.
Еще издали мы услышали шум и увидели сквозь пелену тумана свет факелов, и вскоре перед нами предстала большая, битком набитая толпой поляна, с огороженной бревнами центральной частью. Множество голосов сливалось в один громкий ор, который, к счастью, поглощал лес, хотя мне все равно казалось, что нас могут услышать.
— О! Новые рожи! Славненько! Больше народу — больше мяса! Эта шавка летучая, ну, дракончик которая, не увязалась за вами, точняк? Не хочется мне, чтобы все тут накрылось.
— Не, все нормально, — заверил эльф, и встретивший нас на подходе к поляне орк посторонился.
— Я тут подумал. Может того, пугал каких вокруг арены расставить? Если вдруг эти крылатые соглядатаи явятся — пугала их напугают. Наверное…
— Сомневаюсь.
— Ну, а если нет, то пока они разглядывать будут, мы успеем по кустам прыснуть. Короче, не должны они нас накрыть! А то еще, чего доброго, Знаки Избранного поотбирают, кто ж тогда захочет на арене драться?
— А сейчас, я гляжу, желающих много, — вставил Орел.
— Ага. Форма того… быстро теряется. Надо срочно тренироваться, гы! Бои пойдут — закачаешься! А может, плюнуть на этот Путь и начать здесь на ставках серебришко загребать? Ну его, Ат-Зако этого! Сдох триста лет назад, а разговоров вокруг — мама не горюй!
— Сам-то драться собираешься, барыга? — хмыкнул эльф.
— Конечно! Так что готовьтесь, малыши, Взмор из Буйных вам накостыляет.
Лоб оценивающе оглядел своего соклановца и фыркнул с непередаваемой артистичностью. Мы с Орлом переглянулись. Это будет интересное зрелище! Да я и сам бы попробовал. Орки — опасные соперники, физически они гораздо сильнее людей, зато медленней. И я как раз знал пару хороших приемов, которые неплохо бы и освежить в памяти.
На подпольной арене было шумно и весело! Я вспомнил орочьи бои в Незебграде, в которых принимал участие, и даже победил, хоть и не без помощи Командора Хранителей, но тем не менее! А сейчас я и вовсе чувствовал, что мои навыки значительно подросли с того времени. В крови бурлил азарт. Мы постоянно спорили, глядя на то, как сражаются другие. Правил не было, только договоренности, поэтому на арену выходили не только подраться на мечах или в рукопашную, маги тоже мерились силами друг с другом, вызывая бурные аплодисменты зрелищными атаками! Хотя битва двух мистиков стала исключением.
— Вот это эпичность, вот это размах, даже кровь стынет в жилах от этой грандиозной схватки! — прокомментировал Орел, глядя, как два мага разума просто стоят. Их бой невидим для глаз.
— Выпните их с арены, ну что такое в самом деле? — завозмущался кто-то. — Пусть в Поселке друг на друга пялятся. Все равно никто даже и не просекет, что они дерутся!
Который из мистиков победил я в итоге так и не понял. Через некоторое время они пожали друг другу руки и молча удалились, хотя, вполне вероятно, что общение между ними шло самое бурное, просто такое же невидимое, как и их сражение.
Орел провел два боя — один голыми руками, другой на кинжалах. Первый проиграл, второй выиграл, чем страшно гордился, потому что все же это не его стезя. Вот в стрельбе он действительно настоящий мастер! Миша прочно занял позицию зрителя, что и к лучшему — еще не хватало, чтобы он спалил тут все своими огненными проклятиями. А вот Лоб рубился на топорах со всеми желающими долго и с удовольствием! Я, полностью погрузившись в царящую вокруг атмосферу, впервые за долгое время ощутил себя свободным от сдавливающей грудную клетку тоски. Все тело горело огнем, руки чесались, и мне не терпелось уже самому схлестнуться с кем-нибудь, хоть на мечах, хоть так. Я заприметил здесь множество очень приличных бойцов, автоматически отмечая их слабые и сильные стороны, придумывая тактику и уже прокручивая в голове свое собственное сражение с ними. Ведь я намеревался остаться победителем этой ночью…
Меня убили в первом же бою. Нет, сам бой я выиграл. Но стихийно созданная арена не предполагала ни правил, ни судей, хотя, справедливости ради, моих обидчиков отправили вслед за мной в Чистилище через несколько секунд после того, как арбалетный болт пробил мое тело насквозь. Но об этом я узнал гораздо позже. А пока я, захлебываясь собственной кровью, пытался сделать вдох, не понимая, что произошло.
Вот только что я вызвался на бой против весьма умелого прайдена. Победил. Тяжело, долго, но выиграл, отправив гигантскую прямоходящую кошку в нокаут.
А потом было рухнувшее на меня чувство опасности. Такое со мной случалось раньше: интуиция взвыла, и, даже не обернувшись, я каким-то образом, каким-то шестым чувством «увидел» летящие в мою голову стрелы. Но на открытом пространстве, где кроме меня и моего поверженного противника больше никого не было, укрыться негде. Чудом я умудрился откатиться в сторону до того, как в моем затылке образовалась пара совсем необязательных дыр. И в то же время я понимал, что уйти с линии огня мне все равно некуда. Нападавших было несколько и последний выстрел достиг цели.
В спину. В безоружного. На арене. Во время чужого боя!
Дружки прайдена заступились за своего. Хорошо, что я не видел стрелявших крыс — разыскал бы и порубил без возможности воскрешения! Грудь раздирало мучительной болью, но агония не длилась долго. На этот раз умер я гораздо быстрее, чем тогда, в Эльджунском озере. Зато куда более обидно. Там я хотя бы демона прихлопнул!
— Я знал, что ты не задержишься среди живых надолго. Есть такой тип людей, да и не только людей, которым прям неймется.
Лысый гоблин пялился на меня своими хитрыми глазенками и беззубо улыбался.
В Чистилище ничего не изменилось, за исключением того, что на мне почему-то оказалась форма рядового Империи, а в ножнах — типовой армейский меч, вместо подаренного Яскером. Сама же комната была такой же: ни стен, ни потолка, одна только чернота, и лишь впереди, из приоткрытых дверей льется яркий свет, а перед ними неподвижная фигура, опирающаяся на свой меч и равнодушная ко всему вокруг. Безмолвный слуга Тенсеса продолжал нести свой дозор. В этот раз подходить я к нему не стал.
— Ну что, воскресать будем, или как?
— А можно?
— Если мирра есть, чего не воскреснуть?
— А если нет?
— А если найду?
— А если втащу?
— Но-но! Ишь ты, грозный какой… Помер, так и нечего на всех злиться! Сам виноват! Вот верну тебя призраком, будешь знать!
— И что, я начну как болванчик повторять один и тот же текст?
— Чаво?
— Ничаво, была у меня где-то мирра с собой… Вот! Возвращай скорее. У меня есть важное дело!
— Хе-хе! Твое важное дело уже в очереди на воскрешение стоит…
— ГДЕ?! — я заозирался, но гоблин гоготнул, и свет стал меркнуть, пока ни наступила окончательная темнота.
Последнее, о чем я успел подумать, было желание втащить всем оптом: и гоблину, и своему убийце, и слуге Тенсеса за компанию, чтоб не стоял там без дела со своим мечом.
— Никита!
Вот оно — самое страшное! Я, едва открыв глаза, сразу снова зажмурился. Надо мной склонилось два женских и очень суровых лица. Может еще не поздно притвориться мертвым? Хотя, возможно, Орлу, Мише и Лбу уже влетело по первое число за мою смерть, и меня буря обойдет стороной?
— Не вздумай придуриваться, я знаю, что ты живой, я сама лично тебя воскресила!
Нет, не обойдет…
— Он пытается придумать, как просочиться сквозь доски на первый этаж.
И ничего я не пытаюсь! Лежу себе, выздоравливаю… Ай, да кого я обманываю?! Если б все мое тело не ломило от боли, я бы наверное попытался нащупать персональный телепортатор, чтобы уйти в подполье где-нибудь на задворках Империи. И это не позорное бегство, а тактическое отступление перед лицом особой опасности! Не удивлюсь, если Миша с Орлом так и сделали.
Из-за моей смерти в итоге мы потеряли два дня. Точнее — я потерял. Один день я валялся мертвым, второй — приходил в себя. Остальные периодически убегали выполнять поручения призраков, но со мной постоянно кто-то оставался на всякий случай. У меня еще ныло в груди и ужасно чесалась кожа под бинтами, но к вечеру я, устав лежать, поднялся на ноги, пока Матрена не видит. Со мной был Миша, и вдвоем мы вышли на улицу. Теплый ветерок приятно обдул лицо, и я даже почувствовал прилив сил.
— Люди! Сегодня великий день для нашего Поселка! Все мы помним легенду об Избранном, который появится в Священных Развалинах…
— Как же он мне надоел, — поморщился я. — Давай пройдемся.
— Если ты надеешься отыскать своих убийц, то за тебя уже отомстили. Не лезь зря на рожон, Ник!
— Ничего я не собираюсь, — сказал я, старательно вглядываясь в каждого прайдена. Встречу — убью! — Просто мышцы уже затекли, надо размяться.
Мы неспешно поплелись вдоль маленьких домиков, мимо призрачных жителей, улыбающихся нам, как лучшим друзьям. Эрфар-Краснобай был не единственным, кто без конца повторял свою кричалку, нам иногда попадались и другие зазывалы.
— …но все мы видим необычную одежду Избранного, его смелое лицо, а главное — у него есть настоящий металлический нож! Такого нет даже у меня. Это явный знак, что перед нами Избранный! Пусть покажет этот нож всем и пусть сам о себе расскажет!
— Кто-нибудь пытался их, я не знаю… припугнуть? — спросил я, глядя на то, как очередной призрак выдает медальки выполнившим его задание.
— Пугали, уговаривали, обещали золотые горы… Они просто повторяют одно и то же. Им ведь ничего особо не сделаешь — они же призраки! Бесплотная субстанция. Лиза все еще уверена, что это действительно духи людей, но они словно не понимают, что с ними что-то не так. Не понимают, что они мертвы.
— При этом они могут держать в руках настоящие, твердые предметы — Знаки Избранного, например.
— Я уже думал об этом. Знаки зачарованы. Но главное даже не это! Откуда они появляются? При себе у призраков нет никаких Знаков, иначе понаехавшие «Избранные» разжились бы ими более простым и коротким способом. Возможно, какое-то сильное заклятие невидимости, или телепортация… Трудно сказать. Но так или иначе, тот, кто все это устроил, обладает колоссальными возможностями.
— Понятно. А что-нибудь слышно про сам аллод? Насколько он большой? Те, кто давно уже здесь, наверняка облазили его вдоль и поперек.
— Не совсем. Южная часть известна, уже даже первые карты появились. А вот что находится севернее — непонятно. Визуально там горы, но подойти к ним не получается, тех, кто пытался, убило электрическими разрядами. Там вообще опасно. Даже относительно недалеко от Поселка лучше не сходить с тропинок. Молнии бьют без промаха и сразу насмерть.
— Вот тебе и спокойный, мирный аллод…
— Кстати! Здесь солнца нет.
Я невольно задрал голову и посмотрел на затянутое белыми облаками небо. Сегодня их было больше, чем в тот день, когда мы только прибыли, но в просветах все равно виднелись насыщенные голубизной лоскуты. Хотя с севера уже тянулись набухающие дождем серые тучи.
— Можешь не искать, — сказал Миша. — Я наблюдаю каждый день, но так и не могу понять, где источник света. Облаков становится то больше, то меньше, но они не исчезают совсем. Тени не смещаются. Они всегда размыты и статичны. Как-будто свет льется сразу отовсюду.
— Какие-то шутки астрала, — пожал плечами я. — На некоторых аллодах видно сразу несколько солнц.
— Да, астрал искажает восприятие. Само по себе это может и не так важно, просто еще один занятный факт в копилку Гипата. В лесу постоянно туман, он не исчезает. А ночью туманом заволакивает весь аллод — по крайней мере ту часть, которая нам известна.
— А на первый взгляд все выглядело так мило…
— Да, чем дольше тут находишься, тем больше замечаешь деталей. И все уже далеко не так радостно.
— Я бы даже сказал, все как-то грустно, — ответил я, почему-то вспомнив про художницу на руинах, прекрасно видевшую за красивой оберткой что-то более глубокое и трагичное. — Надеюсь, не придется просить у Твердолобина амулет храбрости. Смотри, вон тот какой-то недовольный. Подойдем?
Хмурый призрак мужчины с густой шевелюрой и такими же пышными усами стоял возле кузни со скрещенными на груди руками. Он отличался от остальных своим неприветливым видом, и нам стало любопытно.
— Ишь ты! Избранный пожаловал. Небось, все бесплатно требовать будешь? Так я сразу скажу: кто бы ты ни был, а задарма ничего не получишь! И вообще! Отбери сначала мои вещи и верни мне!
— У кого отобрать?
— Да у них! У «вольных охотников», как их староста называет. Говорит, это, мол, наши друзья — а они меня обокрали. Если ты меня спросишь, я тебя прямо скажу: разбойники они, а никакие не охотники! Мой подмастерье их увидел, попытался остановить — так его так избили, что два дня работать не мог!
— А что унесли?
— Много всего, но главное — мои любимые инструменты: шило и резак. Пока Бабуру не вернут украденное, Бабур ничего делать не будет! Инструменты-то мои были железные! Таких вообще больше нигде не найти. А теперь моим, значит, шилом толстуха Атаманша чинит сапоги! А сам Атаман резак зацапал…
Понятно. Очередное задание. Наверняка нужно развеять призраки каких-то там охотников. Вечером, когда все вернулись, выяснилось, что наши уже выполняли это задание и получили за него причитающиеся Знаки Избранного. Хорошо, значит нам с Мишей не придется искать, где находятся эти самые охотники. Чувствовал я себя значительно лучше и уже готов был заняться насущными делами.
Матрена, тем временем, изъявила желание вернуться в Незебград. Она уже истратила много медикаментов и теперь хотела пополнить свои запасы. Орел решил отправиться вместе с ней, так что на ближайшие день-два мы остаемся вчетвером. Удостоверившись, что я жив и почти уже здоров, а также строго-настрого запретив нам всем появляться на подпольной арене, она телепортировалась следующим утром. Орел исчез следом. Мы же отправились на поиски инструментов кузнеца Бабура, которого все называли «скрягой».
Идти пришлось в самом опасном направлении — на север, и во избежание неприятностей шагали мы строго по тропинке. По бокам шелестели листвой карагачи, или, как их называют канийцы, — вязы, цвел боярышник, а чуть дальше стали попадаться сосны и кедры, пропитавшие воздух запахом хвои и напомнившие мне о доме. Лес как всегда кутался в туман, но тропинка была чистой. Где-то рядом журчала река, а вскоре мы прошли мимо небольшого озера. Возле него и расположился лагерь охотников. Палатки, вещи, костер — все было настоящим. И только хозяева мерцали призрачным светом.
— Вот они, — сказала Лиза. — Они не опасны. Инструменты появятся, если развеять вон ту разбойницу, у костра.
Призраки бросились на меня, едва я подошел ближе, но мне не было до них дела. Я махнул мечом, но еще до того, как указанная Лизой женщина исчезла, заметил рядом небольшой деревянный ящик с инструментами — обычный, осязаемый, ничем не примечательный. Забрал его и с чистой совестью уступил дорогу Мише.
— Тут уже есть какие-то инструменты! — крикнул он.
— Бери их и пошли!
На все про все у нас ушло меньше двух часов. Мы вернулись в Поселок тем же путем и сразу зашагали к Бабуру. Миша отдал инструменты, первым получив Знак Избранного от обрадовавшегося кузнеца. Через секунду инструменты исчезли из его рук и он вновь стал чернее тучи, словно ничего не произошло.
— Пока Бабуру не вернут украденное, Бабур ничего делать не будет! Инструменты-то мои были железные! Таких вообще больше нигде не найти. А теперь моим, значит, шилом толстуха Атаманша чинит сапоги! А сам Атаман резак зацапал…
— Вот твои инструменты, — сказал я, протянув кузнецу ящик.
Бабур хотел было взять его, но ящик скользнул сквозь его руки и бухнулся на землю. Я растерялся. Ведь только что Миша подал ему похожий ящик и Бабур спокойно забрал его!
— Это разве мое шило? Это не мое! И резак тоже не мой! Э-э… Ишь ты! Избранный пожаловал. Небось, все бесплатно требовать будешь? Толстуха Атаманша чинит сапоги! Инструменты-то мои были железные! А сам Атаман резак зацапал. Говорит, это, мол, наши друзья — а они меня обокрали. Ишь ты! Избранный пожаловал, а толстуха Атаманша чинит сапоги… сапоги… сапоги… сапоги…
С призраком стало происходить что-то странное. Он то становился совсем прозрачным, то появлялся вновь, лицо его задергалось, язык начал заплетаться, а текст заедать, как на испорченной пластинке. Потом он вдруг замер, уставившись стеклянным взглядом в пространство.
— Э-э-э… — только и смог протянуть я.
Ни Лиза, ни даже Миша не нашлись, что сказать, так же растерянно глядя на остолбеневшего призрака.
— Кажись, сломался, — почесал Лоб затылок. — И че терь делать?
— Что вы наделали?! — зазвенел прямо в ухо появившийся дракончик. — Мастер Бабур в уме повредился. И все из-за вас!
— Можно подумать, до этого с ним все было в порядке, — сказал я, но дракончик не обратил на мои слова внимания.
— Как только вам пришло это в голову? Подсунуть ему подделку!
— В смысле — подделку? Я отнял эти инструменты у атаманши!
— Да? Странно… Значит… кто-то выкрал настоящие инструменты и подсунул фальшивые! Ты видишь, темные силы пытаются сбить тебя с Пути Избранного! Воришки наверняка где-то в Поселке. И я даже кое-кого подозреваю. Ох уж эти гибберлинги! Везде носы свои суют! Попытайся найти настоящие инструменты, а я пока займусь Бабуром.
Мы отошли от призрака и порхающего вокруг него дракончика. И пока я размышлял, стоит ли попробовать выполнить задание еще раз, может быть я сумею получить настоящие инструменты, а может они и вовсе остались лежать возле костра призрачных разбойников, как рядом раздалось хихиканье. Троица гибберлингов веселилась, наблюдая за дракончиком и «вышедшим из строя» кузнецом.
— Эй! — крикнул я.
— Тсс! Один готов! Хе-хе…
— Это вы подсунули мне фальшивые инструменты?
— Ну не конкретно тебе, кто ж знал, что именно ты сунешься, — ехидно ухмыльнулся один из гибберлингов. — Нам не принципиально!
— Зачем вы это делаете?
— А вам не надоело таскаться по предгорьям и повторять подвиги Ат-Зако? Был бы он хотя бы гибберлингом… Да расслабьтесь вы! Глядите, как классно все вышло: Бабур бредит, дракончики суетятся. Вот это веселуха!
Хоть я лишился законного Знака Избранного, но на самом деле мысль сорвать это идиотское представление мне понравилась. Таинственный Режиссер может крутить нам мозги сколь угодно долго, но если призраков и впрямь можно «сломать», то возможно так мы быстрее узнаем, что тут вообще происходит.
— Вас вообще не смущает все это? — продолжили гибберлинги. — Удивительно разросшиеся развалины, призрачные жители твердят одни те же фразы… Кто-то держит нас всех за дурней. И зря! Кстати, мы тут видели орка. Совсем даже не призрачного, а очень даже во плоти и в шерсти! Сначала подумали — имперец, а то, что полуголый, — подумаешь, искупаться в ручье решил. А потом присмотрелись: нет, что-то все-таки не то… Не имперец он, похоже. Дикий какой-то.
— Может, торговец, или наемник…
— Да демон его знает! Мы вовремя в кусты юркнули и дело с концом… Вот только сдается нам на Гипате есть не только призрачные обитатели, но и очень даже реальные. И им не по нраву наше здесь пребывание.
Пока я размышлял над сказанным, гибберлинги куда-то ушмыгнули. Пока что из «реальных» существ мы видели на Гипате только маленьких дракончиков, но это вовсе не говорит о том, что других живых обитателей здесь нет. Кто знает, что скрывает та часть аллода, куда пока никто не смог попасть из-за смертоносной магии? Быть может, местные жители защищают себя таким образом от любопытных туристов, вставших на «Путь Избранного»? И быть может, именно там и находится Вероника?
— Ох, как это не вовремя!
Из раздумий меня вывел эльф весьма почтенного вида, страшно расстроившийся из-за того, что кузнец Бабур не может ничего сказать. Вившийся рядом дракончик не смог дать ответа, когда призрак вернется в строй, чем разочаровал эльфа еще больше.
— Выполняйте пока другие задания, о Избранный…
— Но, любезнейший, меня не интересуют задания! — эльф всплеснул руками и, заметив нас неподалеку, зашагал в нашу сторону. — Прошу прощения, вы уже разговаривали с призраком Бабура кузнеца? Вас не затруднит воспроизвести его речь? Как можно ближе к оригиналу, если можно!
— Призрак сам должен выдать вам задание, иначе вы не получите Знак, — покачал головой Миша, но эльф замахал руками.
— О, нет, я вовсе не собираю Знаки, тут и без меня Избранных больше, чем лесных зверей!
— А зачем вам слова Бабура?
— Меня зовут Светоний ди Близар, — чуть поклонился эльф. — Я Историк, и всю жизнь собираю легенды об Ат-Зако, но даже мечтать не мог, что однажды окажусь в такой вот обстановке — мифы оживают на глазах. Это потрясающе! Теперь меня интересует одно — как же тут все устроено… И первым делом я хочу проверить, действительно ли легенды воплощаются дословно. Я даже пнул призрачную свинью!
— Что, простите?!
— Да-да, по легенде именно так поступил Ат-Зако. Но, думаю, он сделал это не со зла — он был хороший человек. Ах, какое это счастье для историка — повернуть время вспять и побывать в том месте, о котором лишь читал. А ведь я совсем иначе представлял себе Поселок! Любая фантазия меркнет перед реальностью. Так вы можете повторить речь Бабура? А то, боюсь, я еще не скоро смогу его послушать.
Лиза наморщила лоб, вытаскивая из памяти услышанное, и повторила то, что говорил кузнец — на мой взгляд очень точно.
— О, благодарю вас! Разговор немного отличается от того, что приводится в биографиях Ат-Зако, но это и не удивительно. Собранные образцы различных материалов я уже отправил на экспертизу. А свинья… ну, она и на Гипате свинья. Хоть и призрачная. Все эти доказательства я отошлю Найану — пусть разбирается. А у меня тут есть чем еще заняться.
Нас эльф крайне заинтересовал. Мы представились, и он с энтузиазмом принялся рассказывать, какие еще расхождения с легендой об Ат-Зако он нашел. Все они не казались мне такими уж значительными, но некоторые мысли Историка все же заставляли задуматься.
— Меня очень интересует природа призраков. Я всегда был сторонником гипотезы Зосимы Воисветова. «Искра, дарующая нам жизнь и составляющая суть Дара Тенсеса, не имеет никакого отношения к так называемым призракам, кои есть создания магические и церковной юрисдикции не подлежащие…» — так говорил Зосима. Значит, круг наших поисков существенно сужается. Магия! Ее изучить легче. Я — Историк, а не священник, поэтому хорошо, что призраки — не души. Искры разумных существ — объекты малоизученные. И каждый раз, умирая, я лично боюсь сгинуть насовсем где-нибудь по пути в Чистилище. Кто знает, что там? Магия — это проще, магия — это понятней.
— Осталось только выяснить, что это за магия…
— Уже! — радостно оповестил ди Близар. — Я проанализировал эманации магии на призрачных волках, кабанах и жабах. Жителей Поселка трогать не стал: не хочу ничем побеспокоить их, мне так нравится этот Спектакль. Да и дракончики неизвестно как к моим опытам отнесутся. Но результаты, я вам скажу, поразительные!
Эльф замолчал, выдерживая театральную паузу. Я приготовился услышать что-то невероятное, хотя трудно себе представлял, что меня может поразить, ведь в магии я ни демона не смыслю.
— Это магия Света! — торжественно провозгласил Историк, и уставился на нас, оценивая степень произведенного эффекта. — Эти призраки созданы магией Света, святой магией, силу в которой черпает сама Церковь!
— Ну-у-у… это ведь неплохо? — с сомнением произнес я. — Если это святая магия, значит ничего страшного не происходит. Она же не может навредить, верно? Она лечит, воскрешает, защищает…
— Это так. Однако призванных магией Света призраков я лично вижу впервые. Но я знаю, что надо делать. У меня есть артефакт с плато Коба. Если быть точным, не совсем с плато, но его создали маги не без помощи тамошних артефактов Тьмы.
— Разве их не уничтожили лигийцы? — быстро спросил я. Историки на плато Коба проявили тогда себя не с лучшей стороны, и мы уставились на ди Близара с подозрением.
— Уничтожили почти все. Это уже перехваченные пиратами останки… Не волнуйтесь, я не сторонник Гурлухсора! Так вот, этот предмет нивелирует магию Света, — эльф достал черный кристалл, сияющий изнутри, и продемонстрировал нам. — Хотелось бы испробовать его на разумном существе, с которым затем можно было бы вступить в контакт. Но в Поселке делать этого нельзя. Может попробовать на тех разбойниках, что стащили инструменты у Бабура?
— И какого эффекта вы ожидаете?
— Это просто призраки, в худшем случае они просто исчезнут, когда поддерживающая их магия ослабнет. Но вдруг все гораздо глубже, чем кажется?
— Что вы имеете в виду?
— Пока не знаю. Нужно проверить…
Надо ли говорить, что мы, заразившись энтузиазмом, отправились обратно к разбойникам в Предгорье вместе с Историком? Призраки по-прежнему крутились возле палаток вокруг костра, пока что желающих отобрать у них ворованные инструменты не появилось, что и неудивительно — «сломанный» Бабур никого за ними и не посылал.
— Давайте вон на той, — я ткнул пальцем в ближайшего к нам призрака — девушку, но ди Близар замотал головой.
— Нет, только не на разбойницах! У меня к женщинам… очень трепетное отношение! — произнес он, и направил свой взгляд на двоих мужчин.
Одного из них пришлось развеять, чтобы не мешал, а вот на второго Историк направил темный луч из кристалла. Какое-то время ничего не происходило, и призрак, отыгрывая свою роль, вроде бы пытался напасть на нас, а потом он вдруг замерцал, став еще более прозрачным, почти невидимым, и вдруг упал на колени.
— А-а-а-а-а-а-а… — завопил он, но звук его голоса был приглушенным и доносился откуда-то издалека. — Спасите… Спасите меня!
Мы оторопело уставились на него, не зная, что предпринять. Как можно спасти призрака? От чего?
— Освободите меня! Освободите мою душу! Молю, освободите! Мол-л-ю-у-у-у…
Он становился все прозрачней, его голос тише, и вскоре на том месте, где он стоял, не осталось ничего. Наступила тишина.
— Это… это чего это… — пробормотал Лоб.
У меня мысль тоже не формулировалась во что-то более складное, и я продолжал молчать, глядя на то место, где был призрак, словно ждал, что он еще вернется и все объяснит.
— Значит, магия Света ослабла, и из призрачного кокона показалась… душа, — в конце концов произнес ди Близар.
— И эта душа взывала о помощи! — добавил Миша.
— Что же происходит на этом аллоде? Как великая, святая магия Света может мучить души, заключая их в магические темницы? Никогда не слышал ни о чем подобном! Я в полном смятении!
— Может… может… мы что-то не так поняли? — проговорил я.
— Нет, я не могу идти дальше. Это вне моей компетенции, это превосходит все мои знания… — затряс головой Историк. — И я, честно сказать, боюсь, что моя вера… пошатнется. Полагаю, пришло время обратиться к служителям Церкви.
— Думаете, священник тут поможет?
— Но мы хотя бы попытаемся!
Возвращались в Поселок мы под впечатлением и разговаривали мало. Я и не заметил, как быстро пролетела дорога. Мне хотелось еще раз прокрутить в памяти все случившееся и осмыслить: Тенсес не является источником Святой магии, эту тайну он поведал мне, преждем чем его Искра исчезла, и об этом я никогда никому не рассказывал, старательно поддерживая общепринятую версию. Но одно было неопровержимым — магия Света не причиняла вреда. Благодаря ей лекари лечили даже самые тяжелые раны, более того — с ее помощью воскрешали умерших! Может, Светоний ди Близар что-то напутал, и призраков удерживает вовсе не магия Света? Никаких подтверждений его слов у нас не было!
Первым же священником, встреченным нами, оказалась лигийская жрица церкви Света. Ди Близар сразу же окликнул ее, едва мы вошли в Поселок. К тому моменту я уже успел убедить себя, что Историк ошибается, но все равно остановился, чтобы послушать, что скажет жрица Серафима — дородная женщина с румяным лицом, светлыми волосами и добрыми глазами, раздающая мирру всем желающим и благословляющая путников вне зависимости от их гражданства.
— Нет, это совершенно невозможно! — воскликнула она с возмущением, когда ди Близар ей поведал обо всем. — Магия Света не предназначена для того, чтобы порабощать Искры и держать их в заточении!
— Но ведь…
— Вы всего лишь Историк, искатель приключений. Негоже вмешиваться в то, что выше вашего разумения! — отрезала Серафима и зашагала от нас прочь с гордым видом.
Историк сник, растеряв весь свой лоск. Сгорбившись, он рассеянно забормотал что-то себе под нос и побрел по Поселку, забыв с нами попрощаться. Мы молча проводили его глазами. Интересно, что бы Матрена сказала на все это?
Не придумав ничего лучше, мы снова отправились выполнять задания — подходили к призрачным жителям, которые просили нас с кем-нибудь расправиться или найти что-то потерянное, а взамен давали Знаки Избранного. И даже несмотря на всю странность происходящего, это вскоре стало казаться рутиной. Так продолжалось до тех пор, пока мы, уже ближе к вечеру, не наткнулись на ругающегося авиака.
— У каждый земля есть заклятый враг. Где-то медведь, где-то рысь, где-то птиц. На осколок Гипата самый страшный враг быть орк. Дикий-дикий орк. Совсем злой, дурной орк. Законов не признавать, на перемирие чхать, Избранный убивать.
— Опять кто-то с кем-то рассорился? — усмехнулся я, проходя мимо и направляясь к очередному призраку. Мы только что развеяли по два десятка кабанов каждый и теперь шли забирать свои честно заработанные Знаки.
— Или на арене пришил, — добавил Лоб.
— Зачем, арене? За лес, за река! На Гипате главный ценность — прошлое. Я под камень смотреть, под куст смотреть, в река нырять — везде интересный вещь искать. Кому-то глупый булыжник, но для настоящий краевед — подлинный сокровище! А орки мешать! Глупые орки и их древний традиция быть!
Авиак, гортанно клекоча и размахивая крыльями, отчего во все стороны летели перья, унесся за ворота, а я притормозил.
— О чем это он?
— Не знаю. Какие-то орки на него вроде напали…
Но меня что-то кольнуло в словах авиака. Орки «за лес, за река»? Я подумал про гибберлингов, подсунувших мне не те инструменты. Они тоже уверяли, что видели на Гипате орка, которого по каким-то своим соображениям посчитали местным. Мой взгляд упал на пушистую троицу, пробегающую мимо. Как же они все похожи друг на друга! И где теперь искать нужных?
— Эй, это не вы инструменты Бабура подменили? — крикнул я первое, что пришло в голову.
— Какая еще Бабура? — запищали гибберлинги, шарахнувшись от нас в сторону. — Вам чего надо? Думаете, если большие, то обижать всех можете? Идите на гоблинах свою злость срывайте!
— Извините, мы ищем гибберлингов, которые видели местного орка… — начал объяснить Миша.
— А, орки! Мы к ним с самыми добрыми намерениями, а они… Мало того, что они нам по шеям хорошенько наваляли, так эти дикари еще и отобрали все, что можно было. Мы еле ноги унесли!
— Какие дикари? Где?!
— Дак, к востоку отсюдова. Вдоль реки если долго идти… Вы вот историю Зака этого прославленного хорошо знаете?
— Ну-у…
— Вот и мы не очень-то. А вроде бы прославленный герой был. Был да сплыл, впрочем, а вот его сокровища…
— Сокровища?
— Где герои, там всегда сокровища! Факт. Но вот беда, мы уже все, что могли, обшарили, почти даже до края аллода дошли, куда еще никто не совался, мимо молний прошмыгнули, но ничего примечательного так и не отыскали! Только орков. Обидно, да?
— На восток вдоль реки… Вы можете показать дорогу?
— Э, не! Что-то дракончики за нами последнее время слишком пристально наблюдают! Аж не по себе становится… Надо сделать серьезный и ничем не занятой вид!
— Такое впечатление, что про местных орков знают все, кроме нас, — произнесла Лиза, когда гибберлинги ретировались. — Кажется, мы забегались с этими Знаками и что-то пропустили.
Однако, все остальные встречные, кого бы мы ни спрашивали о таинственных орках, смотрели на нас, как на идиотов. Никто больше не видел здесь живых местных, но мысль отправиться вдоль реки на восток уже крепла в моей голове. Может гибберлинги и соврали, но продолжать просто выполнять задания призраков мне лично стало невмоготу. В конце концов, когда мы совсем отчаялись, устало усевшись на деревянные ступени, к нам снова подкатили гибберлинги, и я снова не смог отличить их от других. Сумерки уже сгустились, суета на улицах постепенно успокаивалась и на Поселок опускалась тишина.
— Это вы про живых орков спрашивали?
— Ну, допустим, мы.
— Что, интересно стало, да? А мы вам говорили!
— У вас есть что сказать по делу? — строго спросила Лиза.
— Слухайте сюда! — заговорщицки зашептал один из гибберлингов, пока двое других судорожно оглядывались по сторонам. — Многие отказываются плясать под дудку дракончиков. Мы не марионетки — нас нельзя дергать за веревочки! Мы отказываемся играть в этом дешевом спектакле! Мы свободные граждане Лиги и… Империи! В общем, не одни мы тут такие. Вместе мы основали подполье. Хотим во всем разобраться: что это за призраки, что за живые орки? Как-то все очень подозрительно.
— Тихо! Кажется, дракончик летит, глянь вверх…
— Не, показалось.
— Так вот, живые орки на Гипате и правда есть! И скоро мы тут выведем всех на чистую воду!
-
1
Рекомендуемые комментарии