Аллоды онлайн, ч.21-22

Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
Автор: risovalkin

К ОГЛАВЛЕНИЮ

Глава 21. Диверсия в НИИ

      — Цивилизация расы Зэм существовала задолго до Катаклизма и до появления Кании и Хадагана. Зэм были соседями джунов, хотя и находились в их тени. Их государство называлось Хикут, и вся его история — это история поисков бессмертия. Страшная и почти мгновенная гибель джунов стала для Зэм поводом для магических изысканий именно в этой области. Некромантия была важнейшей магической дисциплиной, широкое развитие получило искусство бальзамирования: считалось, что в будущем, когда секрет бессмертия будет раскрыт, некроманты Зэм найдут возможность вернуть к жизни умерших…
      — Миш, ты нам учебник по истории зачитываешь? — перебил Орел. — Давай сокращенную версию.
      — Версия из учебника и так не изобилует подробностями, — отбрил Грамотин.
      — Зэм занимались поиском бессмертия и поэтому повсюду их склепы с мумиями, это я понял. Отчего они погибли? — вернул я разговор в нужное русло.
      — Тэп уничтожил свой народ, — вмешалась Лиза. — Он нашел способ продлевать свою жизнь с помощью чужих Искр и наслал на Хикут страшную болезнь, которая и погубила эту цивилизацию. Так преподавали нам.
      — А эти его Пирамиды — это хранилища Искр, — подытожил Кузьма.
      — Да, — кивнула Матрена. — Люди умирали, Пирамиды наполнялись Искрами, Тэп продлевал свою жизнь. Это чудовищно! Последние представители народа атаковали Пирамиду, в которой укрылся Тэп. Они погибли, но Тэп заразился своей же чумой.
      — И что… он умер? — спросил я.
      — Э-э-э… наверное, — неуверенно сказала Матрена и растерянно посмотрела на Мишу, но тот молчал. — Когда случился Катаклизм, несколько Пирамид Тэпа разрушились, и хранившиеся в них Искры вырвались на свободу и вернулись в свои тела. Хотя я не совсем понимаю, как все-таки Зэм воскресли. Без Триединой Церкви…
      — Возможно, магия Пирамиды, — задумчиво произнес Михаил. — Тэп, по всей видимости, был величайшим магом. До сих пор неизвестно, как Пирамиды притягивали Искры погибших, как с их помощью Тэп продлевал себе жизнь…
      — Когда Зэм стали повсеместно воскресать, — добавила Лиза, — Лига, не разобравшись, приняла их за нежить и устроила геноцид на своих территориях. Кто знает, как бы все обернулось, если б восставшие примкнули к Кании, а не к Хадагану…
      — Мы бы не выстояли в войне, — ответил я. — Но тебе лучше не распространяться на эту тему.
      — Империя тоже не сразу приняла Зэм, — сказал Михаил. — Нефер Ур, глава восставших, добился от Незеба запрета использовать свой народ в качестве рабов, но только при Яскере Зэм получили такие же права, как хадаганцы и орки. Так Империя стала союзом трех народов.
      — Охренеть история, — вынес вердикт Лоб, и мы с Орлом молча с ним согласились.
      К этому времени мы уже вернулись к джунскому порталу. На улице стремительно темнело, правда, удивительное, красочное сияние над головой никуда не делось, наоборот, на фоне почерневшего неба оно стало лишь ярче.
      — Краси-и-иво, — протянул Лоб, задрав голову.
      — Прекрасное тебе не чуждо, — ухмыльнулась Лиза.
      У портала о чем-то разговаривали двое Зэм, одним из которых был ученый, потерявший дубля.
      — Закономерность определенно должна быть! Определенно! Согласно моей схеме… где-то в двадцати четырех процентах случаев меня забрасывало в ЖПС, столько же в ЧП, столько же в ТиПО и столько же в АД.
      — Какой вывод мы можем из этого сделать?
      — Я всего два раза попадал в ОМУТ! Но, если честно, я это и сам заметил… без схемы. А вот в какой последовательности порталы перекидывали меня между имеющимися точками? Хм…
      — О, это вы! Вы не видели…
      — Видели, — перебил я. — Ваш дубль отказывается выполнять поручения. Он считает себя свободной личностью и собирается наслаждаться жизнью!
      — Что?! Дубль отказывается? У него появился… интеллект? Тлен и прах! Что к демону происходит?.. Конечно, как же снимать какие-то там показания, когда у тебя теперь интеллект!
      — Но как это возможно? — спросил Михаил.
      — Понятия не имею. Какой-то сбой, вероятно, не берите в голову. Без Искры он неполноценная личность, точнее… вообще не личность и не просуществует долго.
      Я хотел было возразить, что восставшие чересчур категорично определяют, кто является личностью, а кто нет, но Зэм, схватившись за голову, уже бежал в сторону своего отдела.
      — Постойте, а схема… — воскликнул его собеседник. — Ну вот, ушел. А как же моя работа?
      — Что за работа?
      — Ох, и не спрашивайте! Мне поручили исследовать работу порталов Пирамиды, которые вдруг активировались. И вот я мотаюсь туда-сюда и пытаюсь отыскать некую призрачную закономерность! Я пересекал портал более ста раз и набросал схему. Вы не могли бы отдать ее хранителю портала с той стороны? Я не уверен, что хочу при этом видеть его лицо.
      Хранитель портала результат работы своего коллеги принял без энтузиазма.
      — Что это? Изображение какой-то очень запутанной паутины, сплетенной безумным, слепым и хромым на две пары ног пауком? Ах, это схема телепортации… ее набросал Сарбаз Мшай… Ясно, что ничего не ясно. Выходит, системы никакой нет. Вывод: порталами пользоваться невозможно.
      — Мы сожалеем, — вежливо сказал я, хотя никакого дела до порталов Пирамиды мне не было.
      Мое внимание привлек специальный агент Комитета Давид Прошин, с которым мы прибыли в НИИ. Он тоже заметил нас и решил подойти.
      — Ну, как обстановочка? Узнали что-нибудь? — спросил он.
      — О Чудовищных Предзнаменованиях? Предвещают возвращение Тэпа.
      — Номарх Имхотен… своеобразный товарищ.
      — Вы не верите в эти предсказания? — поинтересовался я.
      — Предпочитаю занимать скептически-выжидательную позицию, — ответил Прошин. — Предзнаменования — это слишком нестабильная, плохо изученная область науки. Не стоит брать за истину все, что говорят сотрудники ЧП.
      — А как дела с головой адмирала?
      — Скоро оттает, и можно будет начать процесс извлечения информации. Я уже сделал заказ на все необходимые инструменты в отдел Технического и Продовольственного Обеспечения. Оживляющий бальзам, магический обруч, пыточные щипцы… Хм, а зачем щипцы? Эх, по привычке заказал! Они мне не понадобятся. Слышал, кстати, там у них в ТиПО что-то стряслось. Какие-то нелепицы рассказывают про летающие лезвия, дохлых, но оживших яков. Чушь всякая, в общем.
      — Товарищи Хранители! Товарищи Хранители!!!
      — О, легок на помине. Это их заведующий, Семер Каменвати, — сказал Прошин, кивнув на бегущего к нам со всех ног восставшего. — Наверное, и впрямь дело серьезное.
      — Товарищи Хранители, ну наконец-то!
      — Что случилось?
      — Что случилось? Случилось… все! И сразу! То эти лаборанты! Все у них в руках горит, все рвется, пачкается и приходит в негодность! Только месяц назад получили партию специальных скатертей для рабочих поверхностей. И вот у меня на руках уже два десятка заявок на новые! А где я их возьму?! Столы-то нам выделили из горкома, дубовые, с полировкой, лаком покрытые… А с меня потом за каждое пятно от реактивов, за каждую царапинку спросят! Так мало того, теперь еще эти яки! Такого позора я не переживу! В ТиПО! Отделе, где все отродясь по полочкам было разложено и краны никогда не текли, все пошло верх дном! А все потому, что какие-то умники раздобыли где-то древние технологии Тэпа, не к ночи он будет помянут! И пошло-поехало! Испытали в ИВО, создали какого-то жуткого носорога. На этом бы и успокоиться! Так нет, решили продолжать эксперименты и сделали некрояков! И теперь я отвечаю за сохранность каждого экземпляра! Да от одного их вида плохо становится: все в пятнах разложения, в язвах и потеках. Тьфу!
      — Простите, что прерываю, но чем вам могут помочь Храни…
      — Но и это еще не все! Пробудилась эта проклятая Пирамида, и неизвестно откуда появились эти странные летающие лезвия! Режут по живому и мертвому! Лаборанты в панике… Неужели это моя вина? Где я недоглядел? Да я каждую ночь трижды поднимаюсь, чтобы все коридоры Пирамиды обойти! Я уже написал заявление об уходе, все подробно изложил и про скатерти, и про лезвия, и про яков. Но Негус Тот его отклонил! Пишу новое, более подробное.
      — Э-э-э… — наполнил я о себе, когда Семер Каменвати наконец выговорился.
      — Кхм-кхм… так вот, — взяв себя в руки, продолжил он более спокойным тоном. — Сотрудники отказываются выполнять свои обязанности, пока по территории ТиПО летают лезвия! Вы же Хранители, вы обязаны нас защищать, немедленно разберитесь с этой проблемой!
      Зэм скрестил руки на груди и с вызовом уставился на нас, как будто ждал возражений и готовился парировать.
      — Хорошо, — пожал плечами я. — Показывайте дорогу.
      — Да? — Семер Каменвати даже растерялся от отсутствия сопротивления с нашей стороны. — Э-э-э… ну хорошо… я уж думал, к Негусу Тоту придется идти, чтобы он официально распорядился. Одну минуту. Туда сейчас направляется мой лаборант, его необходимо проводить до места…
      Он обернулся к восставшему Зэм за своей спиной, нервно переминающегося с ноги на ногу. Весь вид лаборанта говорил о том, что он не в восторге от предстоящего путешествия в свой отдел. Аллод ТиПО отличался от острова, на котором находились отделы ЖПС и ЧП, только меньшими размерами. В остальном — это был тот же песок под ногами, тот же красочный астрал над головой, и те же побитые временем строения Тэпа.
      — Вон там, у входа… посмотрите… Они еще летают? Ну… лезвия.
      — Пока никого не…
      Договорить я не успел. Из-под ног, веером взметнув песок во все стороны, выскочило нечто, напоминающее металлического осьминога. Шар размером с голову гоблина, с острыми лезвиями по оси, быстро вращался с противным жужжащим звуком. Существо пыталось нас атаковать, и я ударил его мечом. Оно упало на землю и, дернув тремя металлическими ножками, замерло.
      — Вот-вот-вот-вот видите… Их тут много таких. И они такие быстрые! Не ровен час отрежут голову кому-нибудь! Как работать в таких условиях? — сразу завыл лаборант. — Я специально попросился сюда в загон, за животными ухаживать, от войны и крови подальше. Альтернативная служба, так сказать. Я считаю, одной смерти с меня хватит. Мы, мертвые, не должны нести смерть. Я не трус, я — пацифист. Но она и тут меня нашла — летающие лезвия! И откуда они только взялись?!
      Возле самого входа в отдел ТиПО нам попалось еще пять лезвий. Мы быстро с ними расправились, но я отдавал себе отчет в том, что если их будет много, то это станет серьезной проблемой даже для нас. Лезвия были очень быстрыми, юркими и нападали внезапно, так что все время приходилось быть начеку.
      — Здесь они тоже летают? — спросил я, когда мы вошли внутрь.
      — Нет, но… проводите меня до загона, на всякий случай, — восставший смущенно улыбнулся.
      Мы прошли через несколько коридоров и лабораторий, но все было спокойно. Сотрудников мы тоже не встретили, и я подумал, что, возможно, из-за напряженной обстановки сюда никто не сует и носа.
      — А это… это что?
      Я проследил за ошарашенным взглядом Орла и увидел, как за стеклом одной из лабораторий, в большом прозрачном сосуде, наполненным зеленоватой жидкостью, плавает безвольное тело Зэм. Вокруг него кружили устройства, похожие на металлические руки, которые вводили восставшему какие-то препараты и ковырялись в механических частях его тела. Выглядело это очень жутко, и я почувствовал, как мои волосы встали дыбом.
      — А-а-а… это капсула реконструкции. Мне бы тоже пора, левая рука начала немного ржаветь, а нам как раз подвезли удачные образцы…
      Оставшийся путь до загона мы шли, стараясь не смотреть по сторонам. Но и там нас ожидало мало приятное зрелище: некрояки были именно такими, как их описал начальник отдела ТиПО — отвратительные, разлагающиеся трупы, каким-то чудом передвигающиеся на собственных ногах.
      — Эти животные предназначены для опытов, и мы не слишком заботились об эстетической стороне, — оправдываясь за их ужасающий вид, сказал лаборант.
      — Давайте уйдем отсюда, а то меня стошнит, — жалобно проскулила Матрена.
      Никто возражать не стал. Оставив лаборанта наедине с его обожаемой работой, мы покинули остров ТиПО, в глубине души надеясь больше никогда сюда не вернуться.
      Первым делом, несмотря на поздний час, мы направились к директору НИИ Негусу Тоту, чтобы доложить об опасности летающих лезвий. Его мы застали в компании смутно знакомого Зэм, увлеченно крутящего в руках необычный предмет — множество маленьких кубиков с иероглифами, объединенных в один большой куб. Насколько я помнил, суть игрушки состояла в том, чтобы собрать на каждой стороне куба одинаковые картинки.
      — Да, я уже получил отчет от заведующего отделом… вместе с заявлением об увольнении, — произнес Негус Тот, когда я в двух словах описал происходящее в ТиПО. Он повернулся к своему коллеге: — Что ты об этом думаешь?
      Тот не спеша отложил игрушку, откинулся на спинку стула, потрогал металлические суставы на своих пальцах, побарабанил ими по столу, оглядев по очереди каждого из нас, снова взял игрушку в руки, и только потом размеренно произнес:
      — Жив Тэп или не жив — вот в чем вопрос!
      Негус Тот ухитрился произвести почти живой вздох и повернулся к нам.
      — Это начальник отдела Основ Магического Учения Тэпа — Семер Кафири.
      Я открыл рот, чтобы спросить, не виделись ли мы ранее, но Кафири меня опередил, заговорив таким же, отвлеченным, негромким голосом:
      — Что вообще значит «жив» по отношению к нам, восставшим? Есть бытие и есть небытие. Бытие — это существование сущего. Взять, к примеру, нежить… Она — это сущее? Сущее. Существует? Существует. Значит, нежить, безусловно, принадлежит к области бытия. Смотри, как диалектично: они «живы», но смертны, причем внезапно смертны, мы «мертвы», но живы, причем вечно живы. Какой вывод? Восставшие — это квинтэссенция бытия!
      — Не удаляйся от темы, — поторопил его директор НИИ.
      — Принадлежит Тэп к бытию или к небытию? Да, Тэп напустил чуму на свой народ, сам заразился и «умер». Но как «умер»? В какой форме духа или материи он сейчас пребывает?
      — Дорогой Кафири, я бы подискутировал с тобой на эту увлекательнейшую тему, но… сейчас не до того.
      — Недавно к нам в НИИ из столицы доставили скрижали Тэпа — какие-то герои с риском для жизни отыскали их где-то под Незебградом.
      — Некоторые из этих героев сейчас перед тобой, — вставил Негус Тот. — Ты не мог бы перейти к сути дела?
      — Там есть любопытнейшие трактаты по некромантии… В одном из них повествуется о переселении Искр… в неодушевленные предметы. Подозреваю, что появление странных летающих лезвий в НИИ как-то с этим связано.
      — То есть, ты считаешь…
      — Я считаю, что в эти лезвия вселились Искры из Пирамиды. А я редко когда ошибаюсь…
      Начальник отдела ОМУТ замолчал, и со стороны казалось, что его внимание полностью поглощено занимательной игрушкой в руках.
      — Скрижали Тэпа утверждают, что Искры, заключенные в неживые предметы, вырвавшись на свободу, могут представлять большую опасность… — задумчиво произнес директор НИИ. — Хм, а ведь это хорошая новость! Большую опасность для кого? Для того, кто надругался над ними!
      — Может быть, может быть… — протянул Семер Кафири.
      Негус Тот о чем-то крепко задумался. Я выждал несколько минут, прежде чем напомнить о нашем присутствии:
      — Что делать нам? Возвращаться в ТиПО и искать лезвия?
      — А вам идти спать…
      — Но сотрудники НИИ находятся в опасности, пока…
      — …а завтра с утра быть в моем кабинете отдохнувшими и полными сил. Можете быть свободны.
      Спал я плохо. Мне снились лаборатории, заполненные капсулами реконструкции, из которых лезли ожившие трупы животных с лезвиями вместо голов. Я просыпался в поту и долго глядел на тускло освещенные зеленым светом барельефы на стенах. Они наводили мысли о склепах Зэм, и мне хотелось провалиться сквозь пол.
      На следующее утро я стоял в кабинете директора НИИ разбитым и злым, стараясь не обращать внимания на шум вокруг. Кроме нас здесь находилось не менее дюжины восставших, среди которых уже знакомые мне начальники различных отделов института.
      — Кто видел Семера Джабари? Сколько можно его ждать?! Отдел Астральных Достижений, конечно, ключевой отдел, и у его заведующего сейчас дел навалом, включая особые проекты. Но заседание Совета! — громко возмущались они. — Нам многое нужно обсудить. Среди сотрудников НИИ разброд и шатание: все напуганы происходящим, никто не знает, что делать… Мы должны разобраться, выработать план действий, наметить пути дальнейших исследований. А Семера Джабири все нет! Это неслыханно! За ним посылали уже двух почтовых скелетов… И где он? Наверняка все еще сидит в своем любимом склепе!
      Негус Тот терпеливо ждал, когда все успокоятся, затем обратился ко мне:
      — В отделе АД — Астральных Достижений — неспокойно. Оттуда поступают сообщения о выходе из-под контроля некоторых образцов… там срочно нужна помощь Хранителей, сами они не справятся. Так что отправляйтесь туда. И передайте начальнику отдела Семеру Джабари, что без него Совет не начнется!
      — А как же мой отдел?! — выкрикнул Семер Каменвати, которого, по всей видимости, так и не уволили. — Нам тоже нужна помощь Хранителей. По ТиПО летают лезвия, а никому и дела нет! Мало мне было скатертей и некрояков, так теперь еще мои сотрудники боятся выходить на работу! Кто будет всем этим заниматься? Может вы?! Да это же полнейшее безобра…
      — Лейтенант, я прошу вас выделить кого-нибудь для охраны сотрудников отдела Технического и Продовольственного Обеспечения, — перебил его Негус Тот.
      Я кивнул и мы, отсалютовав, вышли из кабинета директора.
      — Интересно, что за вышедшие из-под контроля образцы? — с интересом произнес Орел.
      Я догадывался, о чем идет речь, но вслух произносить ничего не стал. Выходка в «НекроИнкубаторе» мне пока ничего не стоила, хотя я был уверен, что все это уже подробно описано в моем личном деле и где-нибудь обязательно всплывет. В ТиПО на защиту лаборантов отправился Лоб. С летающими лезвиями мог справится любой из нас, но мы решили, что в компании здорового орка ученые будут чувствовать себя спокойней. Отдел Астральных Достижений также находился на отдельном островке, встретившем нас зноем и сильным ветром с пылью и песком. Шел всего лишь второй день нашего пребывания в НИИ, но я уже успел соскучиться по деревьям, которые здесь никто не спешил выращивать.
      Сотрудники АД сновали по коридорам с очень деловым видом, и на нас никто не обращал внимания. Это был самый большой отдел из тех, что мы видели в НИИ.
      — Смотрите, воздушные элементали!
      Матрена указала на панорамное окно, за которым был виден большой манеж. Там, сверкая электрическими разрядами, бродили уже знакомые нам полупрозрачные магические существа. Над манежем гудели какие-то механизмы со множеством трубок и проводов. Нам стало интересно, и мы остановились, чтобы понаблюдать за происходящим.
      — Похоже, их здесь специально разводят, — сказал я. — Только зачем?
      — Солдатам в ИВО нервы потрепать, — откликнулся Кузьма.
      — Вообще-то, элементали — это энергия. А энергии мало не бывает, — вставил Михаил.
      — Все верно!
      Мы обернулись на голос и увидели восставшую Зэм, с таким триумфом глядевшую на нас, как будто мы только что стали свидетелями какого-то ее невероятного достижения.
      — Все для фронта, все для победы! Астрал — это мощь Империи. И я горда тем, что попала в АД. Впрочем, любой гражданин нашей страны должен испытывать гордость, помогая науке. А я часть науки. Не так ли?
      Она явно ждала от нас интереса к своей работе, и мы не стали ее разочаровывать, хотя и не без выгоды для себя.
      — Как интересно! Вы не могли бы нас проводить к начальнику отдела, а по дороге как раз расскажете, чем же вы занимаетесь, — предложила Зизи, обаятельно улыбаясь.
      — С удовольствием. Это новейшая разработка! Энергию для нужд Империи следует изыскивать повсюду. И я подумала: элементали! И мою инициативу, между прочим, поддержали на самом верху! Смерть элементаля сопровождается выбросом энергии, и мы разработали специальную энергетическую ловушку, которая поглощает ее. Мое имя будет вписано в анналы имперской науки!
      Она тараторила про свои ловушки всю дорогу, и я не всегда понимал смысл ее слов, но Грамотин слушал очень внимательно и даже задавал какие-то вопросы, суть которых от меня тоже ускользала.
      — Мы на месте. Это Семер Джабари, но он очень занят и не любит, когда его отвлекают.
      — Учтем, — кивнул я и направился прямиком к Зэм, склонившемуся с отверткой над каким-то прибором.
      — Какой Совет, о чем вы? — воскликнул он, когда я передал ему слова директора НИИ. — Я тут делом занят! Мне некогда кости на лавках протирать. Тем более, у меня тут такое творится!
      — Нам сказали о выходе из-под контроля образцов…
      — Да, это здесь, пойдемте. Только поскорее! Каждое впустую потраченное мной мгновение обходится имперскому бюджету слишком дорого! Прорыв Империи — это заслуга даже не НИИ, а конкретно нашего отдела — АДа! Астральные корабли — это наша разработка. А сколько мы всего сделали, о чем я даже жене не могу признаться, так как это засекречено на девять тысяч девятьсот девяносто девять лет! И тут какая-то тупая нежить… вставляет нам палки в колеса!
      Пройдя немного по коридору мы вышли на улицу, где находился небольшой, огороженный высоким забором дворик. Бродившие по нему скелеты вряд ли являлись нашими военнопленными — слишком уж дряхлый у них был вид. Они погибли в каких-то древних войнах, от неизвестных потомкам болезней или от старости, и имена их давно стерло время. Аллоды усыпаны костями полузабытых народов, которым некроманты Лиги и Империи не дают покоя, поднимая из могил себе на службу. Но как показывает опыт, не все предтечи готовы служить новым хозяевам.
      — Вообще-то это секретный проект, и я не могу много распространяться. Вам достаточно знать только то, что зомби, на которых мы ставили опыты, сошли с ума. Сначала они как будто начали пропадать, но я не сильно беспокоился, может, ошибка в документах, мало ли… Но теперь они вдруг стали проявлять агрессивность. Утихомиривать их нет ни сил, ни средств… проще призвать новых. А этих ликвидировать.
      — Какие же они ужасные, — сморщив точеный носик, произнесла Лиза.
      — Но самое главное — мне нужны амулеты, которые болтаются на их гнилых шеях. Видите? В них вся суть эксперимента!
      «БУМ!»
      Меч оказался в моих руках быстрее, чем я сообразил, что происходит. Точно так же отреагировали все, кроме Семера Джабари.
      — Не беспокойтесь, это наша лаборантка Саранг Теорсис проводит опыт на берегу, — спокойно сказал он.
      Амулеты зомби сразу показались мне смутно знакомыми, и когда Лиза ввела в транс ближайшего скелета и я подошел ближе, чтобы отрубить ему голову, в моей памяти всплыла шайка Булыги, доверие которой мне пришлось завоевывать с боем. Главарь клана воинов выдал мне точно такой же за победу на арене орков в Изун-городе.
      — Ник! Это же те самые амулеты… — начал Михаил.
      — Про которые нам настоятельно советовали забыть, — подтвердил я. — Почему-то я был уверен, что мы о них еще услышим.
      Зачистка двора от агрессивных скелетов сопровождалась регулярным «БУМ!», от которого я каждый раз вздрагивал. Вглядевшись в ту сторону, откуда раздавался звук, я сумел различить силуэт Зэм, крутящийся вокруг чего-то, отдаленно напоминающего громоздкую пушку. Мое любопытство только возрастало, и, когда в загоне не осталось ни одного зомби, я предложил сходить туда и посмотреть, что же там происходит.
      Зрение меня не подвело, восставшая Зэм действительно бегала вокруг настоящей пушки, устремленной в астрал.
      — Вы тут что, от Лиги отстреливаетесь? — хохотнул Орел.
      — Это не бомбарда! Точнее, это была астральная бомбарда, а теперь это прибор, с помощью которого мы добываем астральные кристаллы! Да-да, берем первое, что попадет под руку, и преобразуем в необходимое. В этом, кстати, и состоит принцип магии. Это заказ, исходящий напрямую от самого Яскера!
      — Какой у него принцип работы? — не упустил случая пополнить свои знания Михаил.
      — Смотрите. Запускаем несколько Искр в искроуловитель… вот так… не волнуйтесь, им это ничем не грозит… включаем… и наслаждаемся прекрасным видом, как мощный заряд пронзает астрал и… — в этот момент пушка выстрелила, и сгусток энергии кометой улетел в искрящуюся бездну, оставив за собой яркий след, — …и возвращается к нам в виде астрального кристалла.
      Я едва успел увернуться от прилетевшего камня, сияющего гладкими, синими гранями.
      — Здорово, да?
      — Можно попробовать? — спросил Михаил.
      Он встал к бомбарде, и, следуя указаниям Зэм, повторил всю процедуру. Однако вместо кристалла из астрала внезапно выпал маленький демон, тут же попытавшийся вцепиться острыми зубками нам в ноги.
      — Ой. Я не помню, я предупредила, что в исключительных случаях вместо кристалла заряд может «подхватить» астрального демона?
      — Нет, — ответил Миша, превратив существо в пылающий шар. Верещащий демон откатился к краю аллода и упал вниз.
      — Ну неважно. Ничего страшного ведь не произошло.
      — Смотрите, Искра несколько видоизменилась… — Лиза кивнула на искроуловитель. — Это нормально или нет?
      — Э-э-э… не знаю, — растерялась лаборантка, посмотрев туда же. — На всякий случай следует поставить Семера Джабари в известность.
      Начальника отдела АД мы застали над тем же прибором и всё с той же отверткой в руках.
      — Амулеты у вас? — спросил он, не поднимая головы.
      — Да, и они нам знакомы.
      — Думаю, вы ошибаетесь… Ой, что это? Посмотрите! Не может быть! — закричал он, взяв в руки амулеты.
      — Что?
      — Они пусты! В них было заклинание, такое длинное и многосоставное, внедрять его заново — это же месяцы работы! Куда оно делось? Теперь это бессмысленные бабские побрякушки, а не экспериментальные амулеты! Да что ж такое?! Последнее время в институте творится демоны знают что!
      — Кстати, насчет демонов, — вставил Орел. — Там у вашей лаборантки вместо астральных кристаллов астральные демоны на головы падают! И Искра как-то изменилась…
      — О, неужели получилось… Долгожданное известие! Хм, это тянет на государственную премию, о которой, как обычно, никому не расскажешь. Я должен лично все проверить. Все, не отвлекайте меня! Передайте Негусу Тоту этот амулет и скажите, что я вряд ли появлюсь на Совете в ближайшие сто лет! — с этими словами он, сунув мне в руку один из амулетов, вылетел из лаборатории.
      Когда мы направились к порталу, намереваясь вернуться к директору НИИ, нас внезапно окликнул орк, увешанный с ног до головы различными оберегами, из чего я сделал вывод, что это шаман.
      — А ну, стоять! — крикнул он.
      — Ого, — хмыкнул Орел. — А я думал, Лоб единственный орк, ступивший на эту землю за все время существования института.
      — Да, — подтвердил Зэм, подошедший к нам вместе с шаманом. — Количество орков на территории НИИ в данный момент превышает привычное значение. Обычно их здесь не больше нуля.
      — Так! У кого тут из вас нет Покровителя?! — грозно спросил шаман, уперев руки в бока.
      — У меня есть, — сразу сказал я.
      — И у меня…
      — У нас у всех есть. А что? — спросил Миша.
      — Жаль, — разочаровался орк. — Нам нужно на ком-нибудь провести обряд инициации. Эти возвращенцы все подвергают сомнению. Даже силу двенадцати великомучеников! На святое замахнулись! Все хотят проверить, пощупать… А надо верить, просто верить!
      Зэм хмыкнул и скрестил руки на груди.
      — Мы ученые, мы не можем «просто верить»…
      — Еще бы, ведь источник этой силы не в этих ваших механических штуках! Это сила двенадцати Великих, отдавших свою жизнь за то, чтобы мы могли ходить по тверди, дышать воздухом. И… что? Правильно! Бить демонов!
      Когда мы отошли от восставшего и орка, между которыми разгорелся яростный спор о Покровителях, я поинтересовался мнением Михаила на этот счет, рассчитывая на его широкий кругозор и непредвзятость.
      — В целом, сомнения ученых обоснованы, — ответил он. — Астральных волн-приливов, обладающих силой, которой можно воспользоваться, действительно двенадцать. Это научно подтвержденный факт. Версия о двенадцати великомучениках самая распространенная, но неопровержимых доказательств этому так и не было представлено.
      — Может быть, шаман прав, нужно просто верить? — серьезно произнесла Матрена.
      Михаил ничего не ответил, а у меня не было однозначного мнения по этому поводу. В минуты опасности мне искренне хотелось верить, что меня защищает Святой Плам… но когда угрозы нет, в голову упорно закрадывались скептические мысли, и вера в своего Покровителя переставала быть такой уж непоколебимой.
      В кабинете директора НИИ находились всё те же лица и было очень шумно. Ученые громко спорили друг с другом, и Негусу Тоту пришлось выйти в коридор, чтобы поговорить с нами.
      — Да как он посмел?! — воскликнул он, когда я передал ему слова начальника отдела АД. — Регулярное посещение заседаний Совета — второй пункт должностной инструкции…
      — Он просил отдать вам это. Кажется из амулетов исчезла магия…
      — О… гм… да… это уважительная причина… Это ужас. Это провал!
      Мое представление о том, что Зэм всегда спокойны и замкнуты в себе, давно развеялось. Я уже видел множество эмоций восставших, но это только помогало мне справиться со своей антипатией к ним. Зэм точно так же могли радоваться чему-то, огорчаться, гордиться своими достижениями и переживать за неудачи, и в моих глазах это именно то, что и делало их по-настоящему живыми. Негус Тот несколько минут нервно расхаживал перед нами, сжав в руке амулет и о чем-то размышляя. Затем остановился, будто только что вспомнил о нашем присутствии.
      — Да… Вас искал Саранг Чигару, хранитель порталов, ему нужна помощь. И… спасибо за работу, — он вернулся в кабинет, где по прежнему велась горячая дискуссия и, кажется, никто не заметил отсутствие директора.
      Когда мы, не без помощи пробегающих мимо лаборантов, нашли Саранга Чигару возле конструкции, над которой в хаотичном, на первый взгляд, порядке перемещались ярко светящиеся иероглифы, он не стал тратить попусту время и сразу начал вводить нас в курс дела.
      — Смотрите, это и есть родной портал Пирамиды…
      — Впечатляет!
      — Да. Как только мы оставили надежду найти закономерность в поведении этих порталов, мне сразу стало легче. Чинить их бесполезно. Попробуем настроить с нуля. Обидно, конечно, но могло быть и хуже. К счастью, технология имеется, моей личной разработки. Я установил здесь регулятор поля. Он должен был скорректировать работу, как это и указано в технической документации. И знаете, что я узнал? Почему, вы думаете, порталы вдруг взбесились? Случайный сбой? Системная проблема? А вот нет! Это диверсия! Отсюда вылезло лезвие и напало на меня. Я так и знал, что это вредительство!
      — Но кто мог такое устроить? — спросил Михаил. — У Лиги такой техники нет и быть не может. Неужели кто-то из наших?
      — А вдруг это… — начал было Зэм, но оборвал сам себя. — Нет, нет, не может быть… М-да… ну неважно! В общем, я хочу, чтобы вы установили эти регуляторы на всех порталах, потому что сотрудники НИИ отказываются к ним даже подходить… Сами понимаете, никто не хочет отбиваться от лезвий. Вы, конечно, не ученые, но здесь и дилетант справится! Просто берете прибор и подключаете… вот так… к порталу. Видите? Ничего сложного!
      Выглядело и впрямь довольно просто, и мы, чтобы ускорить процесс, решили разделиться.
      Кузьма отправился в ТиПО, клятвенно пообещав проведать Лба, Миша вернулся в АД, вероятно надеясь узнать про еще какие-нибудь интересные научные исследования, Лизе нельзя было самостоятельно, без сопровождения, передвигаться по аллодам, и поэтому они вдвоем с Матреной перенеслись на остров ЧП и ЖПС. Мне же достался аллод отдела ОМУТ — Основ Магического Учения Тэпа, где мы еще ни разу не были. Поскольку портал Пирамиды, возле которого мы находились, был уже отрегулирован хранителем, возвращаться к Джунским руинам не пришлось, и отправлялись мы прямо отсюда. Сама телепортация мало чем отличалась от той, к которой все привыкли, разве что окутывающая путешественников сфера была чуть зеленоватой, а не голубой, как обычно.
      — А-А-А!!! Не убивайте!
      Восставшая Зэм в ужасе попятилась от меня, едва я переместился. Немало удивившись такому приветствию, я вскинул руки и произнес:
      — Что вы, я не собираюсь вас убивать.
      — О! Офицер! Неужто портал заработал? Слава Ни… э-э-э… Незебу! Хоть кто-то прибыл к нам на помощь! Джунский портал не работает, с острова никуда не деться! Беда!
      — Что случилось?
      — Берегитесь!!!
      Но я уже и так выхватил меч и отбил пикирующее сверху лезвие. Сразу же за ним нас атаковало еще несколько. Одному мне было бы гораздо проще обороняться, но рядом находилась верещащая, словно сирена, Зэм, и приходилось прикрывать не только себя, но и ее. Лезвий становилось все больше, и они как будто старались оттеснить нас от портала Пирамиды. Поначалу я довольно успешно отбивался, но когда передо мной вырос гигантский огненный элементаль, мне уже ничего не оставалось, как отступить. Восставшая от страха вцепилась мне в спину и завопила так, что у меня в ушах едва не лопнули барабанные перепонки.
      — Скорее, туда… там можно укрыться…
      Прорываться обратно к порталу не имело смысла, пока на мне практически висела Зэм, сковывающая мои движения. Она тянула меня куда-то в сторону, и я, стараясь не подпускать к себе лезвия, позволил ей себя вести.
      — Сюда! — крикнула она. — Открывайте, это я!
      Мы сбежали по засыпанной песком лестнице вниз, и Зэм забарабанила кулаками в дверь, со скрипом уехавшую вверх. Очутившись в небольшом помещении, где толпилось несколько восставших, я наконец опустил меч.
      — Что у вас здесь происходит?
      — На нас напали!.. Повсюду были эти лезвия… И пламенники!.. Это же огонь! Испепеляющий огонь!.. Они хотели сжечь наши тела, чтобы Искрам некуда было вернуться… Это самое ужасное… Умереть, воскреснуть и потом умереть вновь — и уже навсегда!
      — Подождите, — перекричал я хор голосов. — Давайте по порядку: кто напал, когда, откуда взялись огненные элементали, что с Джунским порталом…
      — Они прибыли на астральном корабле, — быстро заговорила Зэм, которая привела меня сюда. — Высадились на северном берегу. Они призвали огненных элементалей и натравили их на нас. Несколько лаборантов погибло… Но что самое ужасное — уничтожены наши архивы! Сожжены! Итоги всей нашей работы на протяжении десятилетий, все, что нам известно о Тэпе! Великий астрал…
      — Да кто они?! — начал закипать я.
      — Кто «они»? Культисты Тэпа, конечно! — вмешался другой ученый. — Кто же еще?! Убегая, мы пытались спасти архивы. Но что мы можем против огнедышащего элементаля? Я, пока тут сидел, тысячу раз представил себе, как моя плоть сгорает… окончательно. Страшное зрелище, можете мне поверить!
      — Среди них был заклинатель! Это он призвал элементалей. Он командовал остальными культистами Тэпа. И что самое страшное — таинственные лезвия подчинялись ему, слушались его, повиновались его воле.
      — Мы хотели телепортироваться, но Джунский портал оказался уничтожен, и пришлось забаррикадироваться здесь, — снова продолжила моя нечаянная спутница дрожащим голосом. — А ведь в Склепе Совета до сих пор ничего не знают о нападении! Когда стало тихо, я вышла посмотреть, что происходит, и увидела их! Слуг Тэпа! С огромным саркофагом! Я спряталась за барханом… А они подошли к порталу Пирамиды и исчезли. Я побежала за ними – и тут как раз вы. Нужно срочно предупредить директора, срочно! Грядёт что-то страшное!
      — Подождите… Вы увидели слуг Тэпа с саркофагом? — переспросил я, чувствуя, как в груди все похолодело. — Что за саркофаг?
      Наступила гробовая тишина.
      — Я не знаю, — растеряно произнесла Зэм, но все и так поняли, что это может значить.
      — Только подумать, что, изучая наследие Тэпа, я начала испытывать к нему симпатию. Но если во всем случившемся виноват именно он… О-о-о! Ненавижу!
      — Так, — выдохнул я. — Вы оставайтесь здесь и ни в коем случае не выходите наружу, пока не прибудет помощь! Я попытаюсь прорваться к порталу Пирамиды.
      — Заклинаю вас именем ужасного Ниха, будьте осторожны! — заламывая руки взмолилась Зэм. — Кто-то должен рассказать Совету правду!
      Размышлять о том, кто такой «ужасный Них», было некогда, летающие лезвия все еще кружили рядом, и мне пришлось немало помахать мечом, отбиваясь от них. А в самом конце, у портала, меня уже ждал огненный элементаль. Справиться с ним, пока вокруг роятся лезвия, было непросто, и когда он рухнул на песок горой тлеющих углей, моя форма была изрезана и подпалена со всех сторон, хотя серьезных ранений я не получил.
      Установить регулятор поля на портал Пирамиды, находясь под прицелом надоедливых, как мухи, лезвий, тоже оказалось задачей не из легких. Но и с этим я как-то умудрился справиться.
      — Наконец-то, Ник. Почему ты так долго? Мы уже хотели отправиться… Что с тобой? Ты же весь…
      — На ОМУТ напали! — выкрикнул я на ходу и со всех ног помчался к кабинету директора НИИ, где проходил Совет.
      Времени на церемонии не было, и я беспардонно вломился в кабинет, заслужив множество возмущенных взглядов.
      — В ОМУТе только что были культисты Тэпа! — завопил я с порога. — Они несли саркофаг!
      — Что? — соскочил с места Негус Тот. — Слуги Тэпа вот так вот запросто разгуливают по моему НИИ?! Где они? Почему вы их не убили?!
      — Я их не видел. Они ушли через портал Пирамиды, Джунский портал не работает. Сотрудники отдела забаррикадировались внутри одной из лабораторий. Есть погибшие.
      — Культисты Тэпа несли саркофаг? — переспросил начальник отдела ОМУТ Семер Кафири, и я снова подумал, что он мне откуда-то знаком. — Боюсь, я знаю, куда и зачем они пришли…
      — И куда? — услышал я орчий бас.
      Оказалось, что Лоб, Кузьма, Миша, Лиза и Матрена, а также хранитель портала Саранг Чигару побежали за мной следом и теперь стояли у меня спиной. Негус Тот рухнул на свой стул, обхватив голову руками.
      — Над нами, над Склепом Совета, есть еще одно помещение… Запретная камера. Она защищена магическим полем. И… ни один сотрудник института ни разу там не был. Боюсь, именно туда направились культисты Тэпа. Все это, конечно, имеет отношение к секретному проекту «Мирный астрал», который находится под личным контролем Яскера. Лучшие силы АДа брошены на него. Мы начали с изучения существ, живущих в астрале и рядом с ним. Или, например, возле манастанций Незебграда. Наконец, создали экспериментальные амулеты, испытали их на столичных орках… Все шло по плану! Мы почти получили контроль над астральными мутациями! Мы ставили целью найти способ свободно путешествовать по астралу! И вдруг… Почему амулеты разрядились именно сейчас, когда сторонники Тэпа ворвались в Пирамиду? Где сам Тэп? Что за саркофаг? — он резко вскинул голову и посмотрел на меня. — Вы должны проникнуть в Запретную камеру!
      — Как? Если вы не смогли преодолеть магическое поле за столько времени, то вряд ли мы это сумеем сделать за несколько минут.
      — Как попасть в Запретную камеру… Как?.. — забормотал Негус Тот и мне казалось, что я даже слышу, как в его голове крутятся винтики, ускоряя работу мозга. — Погодите-ка! Вы говорите, что культисты Тэпа воспользовались порталом Пирамиды? Уверен, есть еще один портал внутри Запретной камеры! ЧИГАРУ!!!
      — Я здесь, — вышел из-за моей спины хранитель порталов.
      — Когда уже порталы Пирамиды будут настроены? Сколько можно с этим возиться?!
      — Они настроены, — обиделся тот. — Все известные мне порталы уже работают как надо… Только что закончили! Секретный портал… Хм… Ну, вообще-то, я заметил утечку магической энергии… Быть может, она и ведет в этот самый портал.
      — Делай, что хочешь, но найди способ отправиться туда! — загремел директор. — Иначе… иначе я сконструирую самый мощный в мире искросос! Специально для тебя!!!
      — Я могу попробовать отправить кого-нибудь в направлении утечки, но ни за что не ручаюсь! Может, она утекает в никуда…
      Его последняя фраза звенела в моей голове похоронным набатом, когда через две минуты я стоял у портала Пирамиды, готовый отправиться в неизвестном направлении. Что будет со мной, если утечка магии никуда не ведет? Я останусь на месте? Или мое тело расщепиться в пыль, которую растащит по всему астралу?
      — Готов?
      — Да.
      Сигнал тревоги был отправлен в Незебград, и в НИИ уже спешила помощь. Но ждать ее было некогда. Когда хранитель активировал портал, я инстинктивно зажмурил глаза в ожидании смерти, после которой уже не воскресну. Но этого не случилось. Я оказался в начале длинного коридора внутри Пирамиды и сразу побежал вперед, вытащив меч из ножен. Все коридоры были абсолютно одинаковыми, и я не имел представления, где нахожусь, но внутренний голос подсказывал, что это именно то, что мы искали.
      Культистов Тэпа я увидел еще издали. И они заметили меня, преградив вход в помещение, откуда лились разноцветные отблески света и слышались голоса, произносившие заклинания. Культисты были вооружены, но действовали не очень умело. К счастью, мага, о котором рассказывали сотрудники АДа, среди них не было. Возможно, он внутри, проводит какой-то ритуал!
      Пока я пытался разделаться с противниками, на помощь уже подоспела моя группа, телепортировавшаяся за мной. Вместе мы быстро сломили сопротивление и прорвались внутрь. Краем глаза я успел заметить саркофаг и темный силуэт над ним, но тут же яркая вспышка ослепила глаза, и нам пришлось убраться обратно в коридор. Михаил наотмашь метнул в дверной проем сгусток огня, и там что-то взорвалось. Когда я снова обрел способность видеть, то кинулся следом. Внутри было дымно и трудно было что-то разглядеть, но я все равно чувствовал движение рядом с собой. Навстречу выскочил культист Тэпа и, чтобы не тратить на него время, я просто двинул ему кулаком по лицу и рванул к тому месту, где видел чей-то силуэт. Дым уже рассеивался, мое сердце колотилось как бешеное от того, что сейчас я увижу разгадку… Но в самом центре комнаты остался стоять лишь пустой саркофаг, на дне которого лежал маленький черный камень.
      Откуда-то сбоку раздался хохот. Я обернулся. Это культист Тэпа, которого я ударил, сидел на полу у стены с помятой, съехавшей набок маской на лице и громко смеялся, глядя на пустой саркофаг. Я подошел к нему и навсегда прервал его мерзкий смех ударом меча. В его убийстве не было никакого смысла, скорее наоборот — Комитет мог вытащить из культиста какие-нибудь важные сведения. Это был всего лишь жест моего отчаяния…

Глава 22

Глава 22. Рай под куполом

      Запретная камера кишела сотрудниками НИИ, сующими свой любопытный нос в каждую щель. То ли из-за устроенного Грамотиным взрыва, то ли еще по какой-то причине магический барьер, отделяющий эту часть Пирамиды, пал, и теперь проход сюда был открыт. Заведующий отделом Основ Магического Учения Тэпа Семер Кафири, осматривая саркофаг, залез в него чуть ли не целиком. Негус Тот не разделял всеобщей суеты. Он стоял возле саркофага с опущенной головой и поникшими плечами. Со стороны казалось, что из директора НИИ выкачали всю энергию, и теперь он не в силах сделать даже шага.
      — Столько мы мучились в догадках, жив Тэп или нет. И вот ответ получен… — прошептал он. — Судя по тому, что вы видели и слышали, Тэп получил новое тело, обладающее ужасающими возможностями. Он опять нас опередил.
      Я стоял рядом, не говоря ни слова. В НИИ уже прибыли отряды Хранителей, которые сейчас прочесывали все аллоды института, но я не сомневался, что они никого не найдут.
      — Наш проект… «Мирный астрал»… похоже, что Тэп все это время следил за ходом работ. Этот камень, — Негус Тот сжал в руках найденный мной в саркофаге черный обломок, — прямое тому доказательство. Я чувствую в нем силу наших же заклятий, тех самых, что мы использовали для зарядки амулетов! А какова была цель? Астральные мутации! Стремление сделать астрал родной стихией. Но если мы были только в начале пути, то Тэп, похоже, завершил его… Страшно представить, во что он теперь превратился. Его новое тело… Несомненно, это именно он активировал Пирамиду, единственную Пирамиду, полностью уцелевшую после Катаклизма! Умело манипулируя подвластными ему Искрами, он посеял панику в наших рядах. Он активировал древние порталы, натравил на нас свои жуткие лезвия, а его приспешники пронесли в Пирамиду саркофаг с новым телом. Телом, скорее всего, подвергшимся астральным мутациям. И он воскрес! Воскрес в очередной раз!
      — Я толком его не видел, — осторожно произнес я.
      — Он получил, что хотел, и исчез. Улетел прямо сквозь астрал. Не переживайте: если бы вам довелось встретиться с ним, мы бы сейчас не разговаривали…
      — Я уже думала, что меня ничто не способно удивить… Вот это новости!
      Мы оба обернулись, и даже Семер Кафири высунул нос из саркофага. Перед нами стояла глава Советов Ученых Советов Негус Хекет, а чуть позади нее, оглядывая все вокруг цепким взглядом, сама Елизавета Рысина. В присутствии начальницы Комитета лаборанты, до этого бодро сновавшие туда-сюда, боязливо потянулись к выходу.
      — Расскажите все, что вы видели, — обратилась ко мне Негус Хекет.
      Я снова, стараясь припомнить все детали, пересказал все произошедшее.
      — Тэп жив! Я всегда это подозревала… — склонившись над саркофагом произнесла она, когда я закончил. — Но теперь у нас есть точные доказательства! И мало того, он, как и тысячи лет назад, идет впереди нас! Его успехи в изучении астрала на голову превосходят наши жалкие потуги подчинить себе хотя бы…
      — Кхм-кхм, — кашлянула Рысина за ее спиной.
      — Впрочем, для вас это закрытая информация, — сразу поправилась Хекет. — Нам всем нужно помалкивать обо всем, что теперь стало известно. Информацию о Тэпе нельзя вываливать на головы соплеменников сразу, не подготовив их. Иначе… Трудно представить, как они на все это отреагируют.
      — Ох, сколько еще предстоит сделать, прежде чем мы вновь сможем вернуться к нормальной работе, — покачал головой Негус Тот. — Жаль, что с нами нет Нефера Ура… Он бы быстренько разобрался, что к чему!
      — Во всем этом есть и хорошая сторона! — решил подать голос Семер Кафири. — То, что удалось Тэпу, может, удастся и нам. Раз он использовал наши же наработки, значит, мы на правильном пути! Надо немедленно приступить к изучению этого камня. И саркофага!
      Трое восставших Зэм синхронно уставились на саркофаг, о чём-то размышляя. Рысина легонько хлопнула меня по плечу и кивнула к выходу, призывая идти с ней. Я уже сделал шаг, но потом остановился, обернувшись к заведующему отделом ОМУТ.
      — Я вспомнил, где видел вас. Вы были со мной на «Непобедимом», экспериментировали с телепортатором!
      — Камнем Путешественника, — поправил меня Семер Кафири. — Тогда я был еще Сарангом… Но, благодаря вам, моя карьера резко пошла вверх.
      Рысина хмыкнула и, развернувшись на каблуках, пошла прочь. Я коротко отсалютовал ученым и двинулся за ней.
      — Похоже, ситуация с Пирамидой разрешилась. Тэп получил, что хотел, — произнесла она, когда я ее догнал.
      — Вы поэтому здесь? — спросил я.
      — В том числе, — уклончиво ответила глава Комитета. — А ты молодец… Где бы что ни происходило в последнее время, там обязательно ты.
      Это не было похоже на комплимент, скорее наоборот, и я промолчал. Тем более, что нам навстречу уже шел специальный агент Комитета Давид Прошин с красной папкой в руках.
      — Товарищ Рысина, товарищ Санников, — сухим, официальным тоном произнес он, пожав нам руки.
      — Протокол дознания готов? — спросила у него Рысина.
      — Да, — кивнул он и протянул ей красную папку. — Это действительно очень ценная голова! Столько интересного…
      — Ну что ж, посмотрим. Надеюсь, НИИ не ударил в грязь своим костлявым лицом… Так… что нам тут хочет поведать лигийский адмирал… Дома-корабли… для путешествия по астралу… Ого! Эльфам из Дома Ди Дусер удалось провести некий странный ритуал, основанный на магической природе астрала и… магии смерти. В результате они стали… хм, какое странное слово… вампирами… теперь не могут жить без крови… Ха… А когда эльфы без нее могли? Считают себя полубогами, а остальные расы — отбросами… кровопийцы трудового народа! — ее глаза быстро бегали по листкам бумаги, но выражение лица было каменным. — М-да… Империя и Лига идут ноздря в ноздрю… Хотела бы я знать, что им известно о наших успехах… Почему-то секретные исследования всегда являются секретными для кого угодно, кроме вражеских шпионов и ученых… Спасибо за информацию, товарищ Прошин.
      Прошин кивнул и быстро удалился, оставив нас с Рысиной вдвоем.
      — А вы, товарищ Санников, кстати, как себя чувствуете? Может, усталость накопилась, отдохнуть хочется? Я могу помочь.
      Она ждала от меня ответа, но я не совсем понимал, к чему она клонит, и поэтому молчал.
      — За ваши заслуги перед Империей вас стоит отправить в небольшой отпуск. В одно очень любопытное место. Речь идет о лечебно-оздоровительном санатории «Седьмое дно». Он действительно расположен на дне — на дне Мертвого моря, которое когда-то омывало восточные берега Империи. Съездите отдохните, расслабьтесь, а? Жалеть не будете — обещаю.
      Я окончательно запутался. Из ИВО я выпустился несколько дней назад и на линии фронта не воевал… Ни о каком отпуске не могло идти и речи. У Рысиной были какие-то свои планы, но говорить о них прямо она не собиралась. И эта таинственность выводила меня из себя!
      — Только не пугайся, когда окажешься там. В этом пустынном и неприветливом краю скрывается одна из жемчужин нашей великой Империи. Магический купол укрывает от любопытных глаз территорию санатория, и немногие знают о его существовании. Теперь ты и твои друзья будут в их числе, даже эта… эльфийка. Видишь, как мы тебе доверяем? Выдаю тебе направление от Хранителей и «медальоны отпускников». Это пропуск в наш небольшой рай. О секретности, надеюсь, напоминать не надо?
      — Куда же вы без секретности…
      — Наглеешь прямо на глазах. Не задирай высоко нос, а то не ровен час споткнешься… герой, — сказала она надменно и, не прощаясь, зашагала в обратном направлении.
      Я, сжав в руках шесть «медальонов отпускников», поплелся на выход, соображая, где мне искать свой отряд. Насколько я знал, они вместе с остальными Хранителями прочесывают территорию в поисках культистов Тэпа. Едва я вышел на улицу, мой взгляд уткнулся в того, кого я меньше всего ожидал здесь увидеть. Колоритная фигура верховного шамана орков Коловрата Северных приковывала к себе всеобщее внимание. Здоровый, с огненно рыжей бородой, в аляповатом одеянии из кожи и меха, с головы до ног увешанный амулетами и клыками животных, он настолько выпадал из окружающей обстановки, что казался существом из другого мира.
      — У меня сегодня что, вечер встреч? — пробормотал я себе под нос, когда Коловрат замахал мне рукой.
      — Ну здравствуй, Избранный, — пробасил он, когда я подошел.
      — Здравия желаю. Не знал, что орки интересуются работой НИИ.
      — Я пришел за тобой, — просто ответил Коловрат. — Ты наша надежда, даже если тебя тяготит это бремя.
      — И что вы от меня хотите?
      — За эти несколько дней мы тщательно проследили родословную Вихря Степных. Оказывается, у него есть… сестра. Кличут ее Жалом. Да, не орк, а орчиха, не наследник, а наследница… И мы не должны ее упустить ни в коем случае! Согласно последним сведениям, она нанялась на работу в метеоритную шахту… Ты же понимаешь, какой это опасный труд. Обвалы, затопления — все может случиться с шахтером.
      — Простите, — прервал я Верховного шамана, — но я не могу отправиться на ее поиски. Я военнослужащий. Вы знаете, что я себе не принадлежу.
      — Понимаю, — протянул Коловрат и закурил, мгновенно окутавшись белым дымом. — Но ты Избранный…
      — Я не забыл и, поверьте, хотел бы вам помочь найти Великого орка. Но меня отправляют к Мертвому морю!
      Коловрат молча смотрел на меня, выпуская в небо замысловатые белые кольца дыма.
      — Я не могу проигнорировать приказ командования, — раздраженно добавил я, так и не дождавшись его ответа.
      — Метеоритная шахта находится на дне Мертвого моря, — наконец произнес он, и теперь замолчал я. — И да пребудет с тобой сила и мудрость всех орочьих шаманов!
      Коловрат ободряюще стукнул меня огромной рукой по плечу и направился к площадке телепорта, с которой только что сошли Кузьма, Михаил, Лоб, Матрена и Лиза, проводившие шамана удивленными взглядами.
      — Нам сказали срочно явиться сюда и искать тебя. Что-то еще случилось?
      — Передислокация. Нас заждались в раю.
      Я коротко пересказал разговор и с Рысиной, и с Коловратом.
      — Не понимаю, — помотал головой Орел. — Комитет отправляет нас в санаторий на Мертвом море, чтобы ты нашел в местных шахтах мага орков?!
      — Понятия не имею, — задумчиво откликнулся я. — Комитет как раз заинтересован в том, чтобы я никого не искал. Я сначала даже думал, что меня специально определили в НИИ МАНАНАЗЭМ, потому что здесь нет орков и шансы встретить их мага сведены к нулю.
      — Ну что ж, в случайные совпадения я не верю, поэтому считаю, что варианта два, — произнес Михаил. — Либо Комитет действительно хочет, чтобы ты разыскал потомка Великого орка. Либо они ничего не знают о Жале Степных и ты на самом деле Избранный. Я имею ввиду, что тебе просто суждено встретиться с ней, и Комитет, сам того не подозревая, посылает тебя именно туда, где она и находится.
      — Тогда осталось выяснить, какие цели преследует Комитет, — буркнул я. — Никто же не подумал, что они правда хотят устроить нам отпуск?
      НИИ мы покинули на следующий день, ни с кем не прощаясь. Никто меня ни в чем не обвинял, но я чувствовал ответственность за то, что не успел предотвратить ритуал воскрешения. На душе скребли кошки, и надеяться на то, что санаторий «Седьмое дно» развеет мою тоску, не приходилось. Комитет как всегда плетет свои интриги, и я снова оказался в них втянут.
      Мертвое море находилось на краю Игша недалеко от ИВО. Воздух здесь был пропитан солью, под ногами сплошным ковром, насколько хватало глаз, лежал желтый песок, а небо радовало пронзительной голубизной. Тут и там попадались окаменевшие кораллы и выбеленные солнцем кости гигантских рыб. До санатория мы добирались верхом от самого Незебграда, и дорога заняла почти весь день.
      — Эк, куда вас занесло! Добро пожаловать на самые задворки Игша, — поприветствовал нас хадаганец, открывая ворота на территорию крошечного поселка в несколько домов, куда мы заехали, чтобы перекусить и немного отдохнуть.
      — Что значит «Сухие воды»? — спросил Михаил, кивнув на табличку с названием поселка.
      — Здесь, как видите, когда-то плескалось море, — охотно ответил местный служащий. — Очень давно — мы с вами еще не родились. А после Катаклизма — кирдык! Слилось море прямо в астрал. Только его и видели! Песок здесь забивается в рот, а соль разъедает обувь. Дно моря — дно жизни. Сброда полно всякого — будьте осторожней! Ну и, само собой, остерегайтесь гадов летучих, ползучих и прочих. Их тут тоже достаточно — куда ж без них. Скорпионы-пустырники — здешняя беда. Ложишься спать и не знаешь, проснешься утром или эта тварь ядовитая к тебе ночью подползет и как… всадит жало. Брр-р… Или гиены. Пришли, понимаешь, сюда из степей ИВО и прекрасно себя чувствуют. Размножаются, нарушают этот… экологический баланс! Я даже вожака их видел — крупный зверь, матерый… Опять вы?
      — Поверьте, я и сам не рад тут находиться! — воскликнул подошедший к воротам Зэм. — Но что же мне делать?
      — Я не могу вас пропустить без документов!
      — Нет, вы это слышали? — возмутился восставший, повернувшись к нам.
      — Что случилось? — спросила сердобольная Матрена.
      — Я тут застрял, разрази меня Тэп! Я прибыл сюда для участия в раскопках Баладурского порта. И… отвлекся на пару часиков у корабельного обломка. Смотрю, а экспедиции уже и след простыл! А потом на меня налетели грифы. Пришлось убегать. Самое неприятное — я выронил по пути свою дорожную сумку. А в ней все: мои дипломы, грамоты, рекомендации… А главное — удостоверение! Теперь меня тут за ученого не считают! К своим не пускают, назад — тоже. Будь проклят тот день, когда я согласился отправиться в экспедицию! Мой родной склеп… Как вспомню его: сухо, сумрачно, мышь пищит в углу, лампа горит, книги, книги, книги — от пола до потолка… Я всегда говорил: самые великие открытия делаются в кабинетах! Но только не в археологии, нет, к сожалению…
      — Я же сказал, — раздраженно принялся объяснять хадаганец с КПП, — дождитесь лейтенанта Бодрина, он тут у нас главный, вот пусть и решает, как с вами быть. А мое дело маленькое: есть документы — добро пожаловать, нет — извините!
      — А если он надолго уехал? Сколько мне тут его ждать?
      — Никуда он не уехал! Наверняка у магического купола крутится, все надеется раскрыть его тайну. Скоро будет!
      — Что за купол? — спросил я. Мне было интересно, какую байку среди местного населения поддерживает Комитет для того, чтобы скрыть санаторий «Седьмое дно».
      — Ха! Да любой на дне моря знает, что ученые Зэм укрыли там астральный провал, образовавшийся во время прокладки манапровода! Тоже мне тайна!
      — И что мне теперь, тут весь день торчать на солнцепеке? — не сдавался восставший.
      — Ну хорошо, — сжалился хадаганец. — Посидите у меня в дежурке до возвращения лейтенанта Бодрина.
      Судя по местному трактиру, туристы в «Сухих водах» были редкими гостями: заведение не выглядело процветающим, и нам пришлось довольствоваться скромной обстановкой и непритязательным меню, что ожидаемо вызвало бурю негодования у Лизы. Правда, пик ее возмущений я не застал — мой дрейк как всегда не подпускал к себе никого, и мне пришлось задержаться в загоне, чтобы самостоятельно расседлать его и покормить. Было жарко, и я разделся по пояс, мечтая о душе с холодной водой.
      — Кхе-кхе… Братишка, соли не найдется?
      Ко мне бочком подошел болезненного вида орк, воровато оглядываясь по сторонам.
      — Соли? — удивился я вопросу, придвинувшись ближе к лежавшему на моей форме мечу. Обычно гопота просит прикурить.
      — А-а-а, не местный… Тоже, небось, за длинным золотым гонишься? Оно и понятно: на дне Мертвого моря «пустынные» платят за вредность, стаж идет — год за три. Кто ж не позарится? Я вот свое уже отпахал.
      — Где?
      — Разве по мне не видно? В забое! К детишкам возвращаюсь с целым мешком денег.
      — Шахтер, значит…
      — Угу, хочешь, протекцию тебе устрою?
      Я молча кивнул на свою лежавшую в стороне форму, и орк, заметив погоны, сделал шаг назад.
      — Так ты Хранитель, — пробормотал он.
      — Хранитель. А про какую соль ты спрашивал?
      — Дык это… Подхватил я какую-то заразу. Видишь, кашляю. Кхе-кхе… Не боись, это не заразно и лечится быстро. Солью… На кораллах ее много…
      — Что за болезнь?
      — Очень редкая! Кхе-кхе… Кто ее знает, как называется. И только соль меня спасает. Вот поправлюсь — и сразу домой, — произнося это орк все время пятился от меня, как будто болел я, а не он, и достигнув выхода, быстро выскочил на улицу.
      — Странные дела, — произнес я вслух.
      Дорога до магического купола, укрывшего от посторонних глаз санаторий, лежала вдоль манапровода. Какое-то время мы двигались в его тени, и это спасало нас от палящего солнца, но я все равно был вымотан жарой до предела, и когда перед нами вырос купол, я даже засомневался, не мираж ли это.
      Встречал нас лейтенант, представившийся Родионом Бодриным.
      — Вы из «Сухих вод»? Вас там потерявшийся ученый ищет… — сказал я, пожав ему руку.
      — Это подождет. Мне сообщили о вашем приходе. Медальоны с вами? Хорошо. Давайте сюда — я их активирую и вы сможете преодолеть барьер и попасть в Малый купол.
      — А у вас тут еще и Большой есть?
      — Не перепутайте на свою голову! Санаторий находится здесь, приятного вам отдыха!
      — В «Сухих водах» думают, что вы здесь пытаетесь тайну купола разгадать.
      — Вот и пусть думают! Это засекреченное место, и я практически единственный человек по эту сторону, кто вообще что-то знает о нем.
      — Вы были внутри? — спросил Михаил.
      — Нет, увы… — вздохнул Бодрин. — Согласно приказу могу только пропустить тех, кому разрешено, а сам — ни-ни! Эх, хоть бы одним глазком взглянуть… «Седьмое дно» — это рай посреди соленых песков. Особенно меня интересует, водятся ли там гурии. Представьте: проводишь с ними ночь, со всеми сразу, а наутро — бах, они опять девы! Верите, что такое возможно?
      — Нет.
      — И я нет. Но вдруг… В общем вот ваши медальоны, теперь вы можете пройти сквозь купол. Как окажетесь внутри — доложитесь директору Михаилу Корнилину, он обеспечит вам культурную программу! А я пойду проверю, что там за ученый потерялся. Небось с Баладурских раскопок… Как же они мне надоели!
      Купол был похож на поверхность воды, и, когда я проходил сквозь него, мне казалось, будто я ныряю в реку. Внутри в лицо сразу пахнуло желанной прохладой. Санаторий «Седьмое дно» — скрытый от посторонних глаз оазис посреди пустыни — был гораздо меньших размеров, чем здравница «Небесная». Густыми кронами шумели деревья, вдоль выложенных камнем тропинок журчали прозрачные, как слеза, ручьи, в некоторых местах столь широкие и глубокие, что в них можно было искупаться, аккуратно подстриженные газоны зеленели под окнами красивых каменных зданий, купол не пропускал внутрь лучи палящего солнца, было сумеречно, и мягкий желтый свет фонарей дарил ощущение уюта.
      — Наконец-то мы в нормальных условиях! — выдохнула Лиза. — Я уже забыла, что такое — комфорт.
      Директор санатория, Михаил Корнилин, дышал воздухом на улице возле главного здания. Завидев нас, он приветливо улыбнулся и замахал руками.
      — А-а-а, новые гости! Добро пожаловать в наш санаторий! Только самые приближенные к… то есть, я хотел сказать, достойные граждане Империи, могут получить путевки сюда.
      — Интересно, за какие подвиги здесь оказались мы, — проворчал я.
      — Уверен, за самые выдающиеся! — бодро ответил Корнилин. — Расслабляйтесь, загорайте, любуйтесь зеленью. Это же рай!
      — Скажите нам сразу — где гурии, — прервал его Кузьма.
      — Гурии? Нет, гурий мы не держим. И кто только эти сплетни распускает?! С массовиками-затейниками, если честно, у нас тоже напряженка. Но скучно вам не будет, обещаю. Ведь всегда можно погулять вокруг, обрести новых друзей, разделить их райские заботы… Здесь можно порыбачить и поохотиться…
      — Внутри? — удивился я. — На кого?
      — Нам снаружи вместе с землей завезли змеиные яйца. Не то чтобы меня сильно заботили расплодившиеся под куполом гады… Это же рай! Но ведь змея — это именно то, из-за чего рая как раз можно лишиться. Поэтому мы придумали для гостей новое развлечение: если есть настроение поразмяться, поохотиться, то наши райские гадюки — прекрасная цель.
      — И много желающих? — с сомнением произнес Кузьма.
      — Отбоя нет! — похвастался Корнилин.
      — Вот что значит — правильно преподнести информацию! — хмыкнула Лиза. — Помнится, в ИВО нас заставляли охотиться на змей, и ничего приятного в этом не было! Но стоит назвать змей райскими и объявить охоту на них веселым развлечением, как от желающих уже нет отбоя.
      — Рай — это то, что мы сами, сообща, своими руками создаем. В этом и мораль, — назидательно сказал Корнилин.
      Я был уверен, что Лиза обязательно съязвит про то, как в Империи обожают морализировать, но она ничего не ответила.
      — Мы расположим вас в нашем лучшем корпусе! — продолжил Корнилин. — С вопросами можете обращаться к любому сотруднику санатория. А если вам наскучит внутри, как любой уважающий себя рай, он же санаторий, мы предлагаем отдыхающим обширную экскурсионную программу. Что вы скажете насчет развалин древнего хадаганского порта? Тысячу лет назад там бурлила жизнь, к причалам подходили корабли, скрипели сваи, портовые грузчики упражнялись в изобретении все более и более витиеватых языковых конструкций… Грузчиков тех давно уже нет, а вот на остовы кораблей можно полюбоваться и сегодня. Интересует? А неподалеку от порта расположилась археологическая экспедиция. К ним тоже стоит прогуляться. Я слышал, у них там водятся призраки моряков, но общаться с ними сложно. Разница менталитета, видимо. Шутка ли, тысяча лет прошло… Напоминаю: если завернете к археологам, не говорите им, что вы из санатория — никто ничего не знает о куполе!
      По большим, одноместным номерам повышенной комфортности, в которых мы поселились, я понял, что обычные граждане Империи в этот санаторий не попадают. Все это выглядело слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но я решил воспользоваться подвернувшемся случаем на полную катушку и, после поистине королевского ужина из нескольких блюд в местной столовой, отправился отсыпаться, твердо уверенный, что и Комитет, и шаманы орков смогут прожить без меня какое-то время. Что-то мне подсказывало, что эта сказка долго длиться не будет.
      — Поднимайся, начальник, хватит дрыхнуть, когда подчиненные уже на ногах!
      Орел без зазрения совести скинул меня с кровати.
      — Как ты разговариваешь с офицером? — проворчал я с пола, пытаясь спросонок выпутаться из одеяла.
      — Вставай, офицер! Мы погулять хотим!
      — И что, вы без меня боитесь? Думаете, на вас дикие постояльцы нападать начнут?
      — А вдруг.
      — Уверен, они все привитые, — ответил я, залезая обратно на кровать, чтобы досмотреть сон.
      — Встава-а-ай! — Кузьма начал меня тормошить. — Мы же здесь явно из-за тебя. Надо осмотреться!
      — Давай я его в ручье искупаю? — послышался голос Лба. — Тогда он точно проснется.
      Смирившись, что поспать мне уже не дадут, я оторвал голову от подушки.
      — Я вас всех под трибунал отдам…
      За завтраком я сидел с напускной суровостью, хотя на самом деле чувствовал себя отдохнувшим и выспавшимся. Из-за сумерек на улице казалось, что уже вечер, а не раннее утро. Работников в санатории находилось немного, а отдыхающих еще меньше, и можно было гулять по аллеям, вообще никого не встретив. Больше всех радовалась Лиза, снявшая, наконец, плащ, скрывавший крылья. Если кто и удивлялся присутствию в санатории эльфийки, то не подавал виду.
      — Смотрите, портал! — воскликнул Орел, разглядев за деревьями знакомую площадку.
      Хранитель портала — восставшая Зэм — читала сидя на лавочке рядом с порталом.
      — Зачем нужно тащиться по пустыне в такую даль, если сюда можно просто телепортироваться?
      — Что вы, — Зэм отложила книгу, — это же секретный объект, местным порталом мы пользуемся только в экстренных случаях. Большинство проводников даже не знает о его существовании! Мы уже подали заявку на древнего Стража, который охранял бы этот портал…
      — Древнего Стража? — заинтересовался Михаил.
      — Да. Раньше порталы охраняли могущественные Стражи, и воспользоваться порталом можно было, только утолив голод Стража живыми существами. Но не столь давно Историки обнаружили древние записи…
      — Я слышала об этом, — вставила Лиза. — Кажется, записи были даже не джунские — эльфийские!
      — Именно! Знания, записанные на заре этого мира, позабытые самими эльфами. Большинство манускриптов оказалось ценно исключительно с исторической точки зрения, но несколько свитков содержали записи о создании порталов и управлении Стражами, так что теперь Стражи исполняют свои изначальные обязанности — хранят порталы от разрушения. И без всяких жертв!
      Хранительница портала, Михаил и Лиза пустились в обсуждение найденных манускриптов, их принадлежности и ценности. Постояв немного рядом, мы оставили их втроем дискутировать на тему последних научных достижений и степени участия в них эльфов.
      — Миша и Зизи такие разные, но при этом у них так много общего… Странно, как это бывает, да? — произнесла Матрена чему-то улыбаясь.
      — Маги всегда странные, — пожал плечами я, и по выражению ее лица сразу понял, что опять сказал что-то не то.
      Бесцельно гуляя по извилистыми тропинкам, мы набрели до места охоты на змей, оборудованного под тир. Здесь можно было взять напрокат луки и стрелы, и стоя у специального ограждения, вдоволь пострелять в ползающих среди кустов змей. Мы устроили небольшое соревнование, в котором Кузьма предсказуемо лидировал с гигантским отрывом. Он мог убить двух, а то и больше, змей одной стрелой, и пытаться его обыграть было бесполезно. Когда нам наскучило стрелять (и проигрывать), я, Лоб и Матрена пошли дальше, оставив Орла тренировать меткость в одиночестве.
      — Привет! Отдыхаете, прохлаждаетесь? — орк-охранник, несший в руках целую охапку каких-то приборов, остановился, с подозрением глядя на нас.
      — Отдыхаем…
      — А в карманах посторонние предметы имеются?
      Мы переглянулись.
      — Что вы имеете ввиду? — спросил я недоуменно.
      — Яйца змей, например!
      — Да вроде нет…
      — Вроде! — орк свалил приборы из своих рук на лавочку. — Как же я не люблю эту всенародную безалаберность!
      — А в чем, собственно, дело?
      — В змеях, будь они неладны! Может их отдыхающие в карманах приносят? А шумиху-то подняли!
      — Э-э-э…
      — Да вы не пугайтесь, это я так, ворчу потихоньку… Я Щит Кочевников, начальник охраны. Вообще-то моя задача — следить за куполом, его исправностью и, в целом, наличием. Тут подходит ко мне Саранг Еше и заявляет: змеи, видите ли, проползают извне внутрь купола! А мое какое дело? Купол есть? Есть! Исправен? Исправен! А почему змеи проползают — это инженера надо спросить, который этот купол проектировал. Не знаю, кто был этот халтурщик, но его еще, небось, к государственной премии представили. Тьфу ты!.. В одном убежден: это был человек. Уж орк бы змей точно предусмотрел, а Зэм — даже и кротов.
      Я усомнился в том, что орк смог бы спроектировать хоть что-то, но вслух, конечно, этого не сказал.
      — Короче, проносить змей или их яйца в санаторий строго настрого запрещено! Если ситуация не улучшится, придется обыскивать отдыхающих. Я бы еще жалобу на инженера в столицу накатал. Но мое дело — сторона.
      Мы клятвенно заверили начальника охраны, что никакие живые организмы носить в санаторий не будем.
      — А ты, малой, не из Буйных ли? — спросил Щит Кочевников, глядя на Лба.
      Я невольно ухмыльнулся от определения «малой», примененного к здоровому орку.
      — Из Буйных.
      — Храмовник… уважаю! Мой помощник — тоже из ваших. Хороший парнишка. Учу его генераторы купола подзаряжать самостоятельно, — Щит кивнул на искрящиеся приборы на лавке. — Если генераторы вовремя не подзарядить, купол исчезнет, и тогда не только песок сюда снаружи попадет, но и нечто похуже: скорпионы, змеи, шушера всякая местная. Накроется тогда наш рай медным тазом или еще чем-нибудь. Боюсь пока помощнику это дело доверять, силушки в руках у него много, а мозгов в черепной коробке — не очень. Но воин умелый. Айда, познакомлю…
      Когда они вдвоем ушли, я остался с Матреной наедине и вдруг почувствовал дискомфорт. Мы двинулись вперед по аллее, закручивающейся спиралью. Повисло тягостное молчание.
      — Э-э-эм… Ну как тебе тут? — спросил я просто для того, чтобы хоть что-то сказать.
      — О, здесь очень здорово! — улыбнулась она. — Никогда не была в таких местах… хотя в церковной обители мне тоже нравилось.
      — Ты была жрицей Триединой Церкви?
      — Конечно. Я же лекарь. Магия Света — основа врачевания.
      — Но ты ведь не маг…
      — Нет. Жрецы не могут сами творить магию как настоящие маги, но могут ею пользоваться.
      — Непонятно, — честно сказал я.
      — Сарнаут переполнен магией, и ее могут использовать даже те, кто ей не обладает сам, — принялась объяснять Матрена. — Это как… приборы Зэм, ты не можешь их создать, но пользоваться ими умеешь. Мы лечим пациентов магией Света. Или, например, шаманы орков — они ведь не маги, но способны проводить магические ритуалы.
      — Тоже магия Света?
      — Нет, они пользуются магией природы.
      — Как все сложно…
      — На самом деле нет, если начать разбираться, — засмеялась она.
      — А в церкви ты… хм… воскрешала кого-нибудь?
      — Конечно. Воскрешение погибших входит в базовый курс.
      — Это сложно?
      — Это… страшно немного.
      Тропинка привела нас к центру купола, где раскинулось огромное, развесистое дерево. Под ним стояла восставшая Зэм и что-то старательно соскребала со ствола.
      — Устроились тут по-райски, понимаешь. Под надежным куполом, в зелени и прохладе. Ох уж мне этот эгоизм живых! Наш долг — создать подходящие условия для существования всего: и живого, и мертвого. Но, по-моему, это одну меня заботит…
      — Что вы делаете?
      — Я хочу победить здешний соленый зной. И вся надежда на этого малыша. Все выгадают, если мы превратим Мертвое Море в цветущий сад!
      — Это что… Великое Древо? — округлила глаза Матрена.
      Восставшая кивнула.
      — Что за Великое Древо? — заинтересовался я.
      — Древо, способное удерживать аллоды от разрушения! — восторженно ответила Матрена.
      — Как маги? — я с уважением посмотрел на дерево.
      — Да, — подтвердила Зэм. — Но оно еще небольшое. И каково ему расти в тонюсеньком искусственном слое чернозема, в окружении песка и соли? Совсем даже не рай, если хотите знать мое мнение.
      — Может запустить в землю у его корней дождевых червей? — сказала Матрена, присев возле дерева и водя рукой по его коре. — Они разрыхлят почву, что облегчит дереву рост.
      — Я тоже об этом думала. Где-то у меня была банка с червями, никак не могу найти… Вы садовница?
      — Нет, я лекарь. Матрена Коновалова.
      — О, тогда может вы подскажете… Я Саранг Еше, ученый из НИИ, очень приятно! Посмотрите вот тут… я заметила на коже… то есть на коре, странные соляные наросты — участки, куда въелась соль. А что если она будет проникать все дальше и дальше, прямо ему в сердце… Как моя сердцевина неспокойна! Ой, то есть, ему в сердцевину, а неспокойно мое мертвое сердце. Не знаю, что и делать, местные лекари только разводят руками…
      — Э-э-э… ну я вообще-то тоже не очень умею лечить растения. Сюда бы шамана… Вы пробовали просто удалять эти наросты?
      — Да, я как раз сейчас этим занимаюсь. Ствол малыша я уже почти обработала. Но где гарантия, что эта напасть не повторится?
      Женщины начали увлеченно ощупывать ствол дерева, и я почувствовал себя лишним. Моего ухода они не заметили. После того, как все разбрелись по своим интересам, я решил было вернуться в номер и еще поспать, но ноги сами несли дальше по аллее. На улице было не жарко, в лицо дул приятный ветерок, пахло зеленью и несуществующим морем. Впрочем, вскоре я набрел на небольшое озеро, на берегу которого сидел рыбак с удочкой — хадаганец в возрасте, но хорошо следящий за собой. Крепкий и подтянутый, даже в потертых штанах и выцветшей матроске он походил на военного.
      — Капитан, капитан, улыбнитесь… Ведь улыбка — это флаг корабля…
      — Рыбу не боитесь распугать песнями?
      — Здорово, Санников!
      — Знакомы?
      — Наслышан я о тебе. Это ведь ты лигийскому адмиралу уши надрал? Я капитан Алексей Зеницын, командир «Неотразимого», в газетах про мои подвиги писали. Не доводилось читать? Или ты только о себе читаешь? — хохотнул капитан, обменявшись со мной рукопожатием. — Сейчас вот, как и ты, заслуженную награду вкушаю. Вот это заварушка была, как вспомню — так вздрогну! Ну, ты скажи, чем эти канийские генералы думали? На Игш замахнулись, болваны! Конечно, мы им накостыляли по самое «не хочу». Один только корабль ускользнул… «Рука Тенсеса», хитер адмирал…
      Я уселся рядом с говорливым капитаном и, разувшись, опустил ноги в воду.
      — Хорошо здесь клюет?
      — Угу. Одно слово — рай. Вот только наживка закончилась. Тут у меня банка с червями, я ее… нашел. Но их там только на дне было, все уже вышли. Слушай, а ты не собираешься наружу? Говорят, здешний карп неплохо ловится на лапки сороконожек. Хотя они и тощие в этой пустыне. Попробуем?
      Я не считал себя большим любителем рыбалки, но капитану Зеницыну удалось заразить меня своим энтузиазмом. Удочку можно было взять напрокат в санатории, а вот за наживкой пришлось выйти за пределы купола. Окрестности кишели ядовитыми сороконожками, но собирать их все равно было сложно. Однажды именно такая тварь цапнула меня за руку, и я провалялся в военном госпитале ИВО всю боевую подготовку, так что теперь я решил соблюдать осторожность. Правда, когда мы по очереди отпили из фляги капитана, где был отнюдь не компот, дело пошло веселей, и мы в кратчайшие сроки и даже без потерь для собственного здоровья насобирали полную банку.
      — Поразительно! Идет карп на сороконожку, как миленький, — радовался Зеницын. — Жалко только, что здесь всего-то одно это озерцо. Ах, какая рыба водилась в море! Что вы, сухопутные крысы, в этом понимаете! В Мертвом, кстати, пока оно еще было живое, тоже очень интересные экземпляры водились. Я набрел как-то на остов огромной кистеперой рыбины, но, увы, вокруг змей кишмя кишело, а одна была, не поверишь, точь-в-точь из моего кошмарного сна. Я ж их с детства до дрожи боюсь!
      Рыбачить с капитаном было интересно, тем более, что наша рыбалка сдабривалась приличной порцией алкоголя. Ничего спиртного в санатории не продавалось, но у Зеницына оказались припрятаны свои заначки. Он травил бородатые байки, причем некоторые по нескольку раз, и с каждым новым пересказом истории обрастали все более невероятными подробностями. Рыба ловилась, мы хмелели, и настроение было прекрасным.
      В конце концов мы предсказуемо дошли до той кондиции, когда сидеть на одном месте становится невозможно. Нас потянуло на подвиги. Поразмыслив, каких приключений нам не хватает, мы вспомнили, что находимся на дне моря, и тут же решили отправиться на поиски жемчуга.
      — Морской жемчуг… — говорил заплетающимся языком Зеницын, когда мы вышли в пустыню, на которую уже опускалась ночь. — Сейчас, когда в мире осталось так мало… этих… как их… морей — во! — эта драгоценность особо ценится! Здесь, на дне, до сих пор можно найти скелеты ныряльщиков за жемчугом.
      — Да ладно!
      — Угу! Эти бесстрашные люди добывали его. Прям вот тут… Спускались на дно моря без хитроумных приспособлений ученых Зэм. На поверхность возвращались не все… и жемчужины, добытые ими, так и остались с ними…
      Ночью в пустыне становилось очень холодно, да и в темноте не было видно ни зги. Но нас, уже хорошенько поддатых, это нисколько не смущало. К тому же вскоре мы забыли, зачем собственно шли, и теперь просто восхищались пейзажами, которые на трезвую голову и при дневном свете казались мне невзрачными и унылыми. Под парами алкоголя даже темнота выглядела восхитительно.
      — Мертвое море… красиво звучит, правда, товарищ? — сказал Зеницын, по-отечески обняв меня за плечи и уставившись в черную пелену перед нами, в которой смутно угадывались очертания окаменевших кораллов. — Пропитанная солью пустыня, образовавшаяся на дне высохшего моря, иначе называться и не может. Жизнь здесь нелегка — суровый климат и агрессивные обитатели отобьют любое желание узнать эту местность поближе…
      — Не-не-не… не отобьют… — возразил я.
      — Не отобьют? — удивленно переспросил капитан и вдруг пожал мне руку. — Похвально, похвально…
      По пустыне мы шатались долго, восхваляли Империю и пугали местную живность. В какой-то момент я обнаружил себя в обнимку с гигантскими костями, которые мы с Зеницыным куда-то упрямо тащили. Объяснение этому факту я вспомнить не мог, поэтому спросил у капитана прямо:
      — Что это?
      — Голова кистеперой рыбы!
      — И куда мы ее несем?
      — В санаторий! Вернусь на корабль, украшу ей капитанский мостик, весь имперский флот до последнего ботика обзавидуется. Рассказывают, что у капитана «Незеба» в рубке тоже висела голова кистеперой рыбины, но однажды по пьяни в нее табуреткой запустили — так она возьми и расколись! Из гипса оказалась! Каналья этот капитан! А я настоящую раздобыл.
      — Вот это образина…
      — Ага. Мы с тобой первые разумные существа на аллодах, которые так близко ее видят. Это точно.
      Дальше память снова выключилась и судьба головы кистеперой рыбы так и осталась для меня загадкой, равно как и то, как мы с Зеницыным добрались до санатория. Проснулся я в своей кровати, с раскладывающейся головой и дикой жаждой.
      — Ты серьезно где-то надрался без меня? — было первое, что я услышал.
      — У тебя теперь традиция — каждое утро заваливаться ко мне в номер? — проворчал я, разыскивая глазами графин с водой. — Ты не блондинка с пышной грудью, так что оставь это дело, Орел.
      — Утро? — усмехнулся Кузьма. — Уже обед закончился, алкоголик! Поднимайся, у нас созрел план…

Глава 23