Аллоды Онлайн, ч.63

Оригинальный сюжет игры (Империя) в авторской обработке
Автор: risovalkin

К ОГЛАВЛЕНИЮ

Глава 32. Единая рать

       Сердце колотилось у самого горла, звуки вернулись и замедлившееся было время снова побежало с привычной скоростью. Я, спешившись и откинувшись спиной на кусок металла, старался отдышаться, придерживая Старика. У него было порвано крыло и он рвался за это отомстить. Схватка еще продолжалась, но даже до пылающего боевым азартом сознания доходило, что демонов слишком много. По опыту я знал, что долгая передышка влечет за собой выгорание и усталость, после которых вернуться в бой с прежним запалом сложно, но мне нужна была пауза.
      Наш отряд из двух групп во главе с майором Бывалиным намеревался проверить восточный берег. Тринадцать Хранителей — число не самое счастливое, в очередной раз подтвердившее свою плохую репутацию. Всего лишь шестеро демонопоклонников неожиданно дали достойный отпор, призвав целую орду демонов, с которыми мы не справлялись. Они успешно давили нас количеством, заставляя отступать и прятаться среди металлических обломков, бывших, как я предполагал, разбившемся Имперским кораблем, и остатков старых строений, не переживших Ночи Астральных Порталов.
      Грохот, похожий на взрыв, перекрыл завывание ветра, земля под ногами затряслась, и я почувствовал толчок ударной волны. Вряд ли это можно было списать на особо удачный огненный залп Мишиной магии. За первым взрывом последовали новые, и я, стараясь подгадать момент, высунулся из укрытия, чтобы оценить обстановку.
      Крупные, огненные снаряды летели от чернеющего вдалеке искореженного остова и падали прямо среди демонов, заполонивших берег. Пушечный залп трудно спутать с чем-либо другим. Должно быть, оружие с разбившегося корабля оказалось достаточно прочным и еще сохраняло какую-то энергию, потому как реактор вряд ли остался целым. Лупить из пушек по демонам все равно, что стрелять ими по воробьям, но все же астральным тварям пришлось отступить. Они разбегались, как тараканы, кто куда, спеша скрыться от взрывающихся снарядов. Конечно, на совсем их разогнать не получится, но по крайней мере они отстанут от нас на время!
      Когда залпы поутихли, и я снова решился высунуться из укрытия, берег уже был практически пуст, а от корабля, точнее — груды металлолома, в которую он превратился, кто-то сигнализировал фонариком. Я не сомневался, что этот отчаянный прорыв совершил Зэм с непроизносимым именем, который ныл всю дорогу до берега, что он артиллерист, а не разведчик, чем крайне бесил всех. Но выходит, взяли его все же не зря.
      Настороженно оглядываясь по сторонам и не опуская оружия, отряд быстрыми перебежками добрался до корабельных останков, с которых велся обстрел. Нырнув внутрь и кое как затащив туда же питомцев, мы первым делом услышали нытье восставшего, истерично заламывающего свои металлические пальцы.
      — Бедная, бедная моя «Касаточка»! Что с ней стало, вы только посмотрите!
      — Это «Касатка-186»?
      — Я ее иначе, чем «Касаточкой» не называю. Теперь от моей лапочки остались одни обломки… сердце кровью обливается!
      — Какой еще кровью, болезненный? У тебя крови уже пару тысяч лет как нет…
      — Отставить! — гаркнул майор Бывалин, и все замолчали.
      Дружелюбный и словоохотливый майор, еще пару дней назад делившийся с нами историями о Великом Астральном Походе, сегодня был погружен в себя и выглядел чернее тучи. Он много курил по дороге и сейчас снова полез за сигаретой.
      — Все здесь? Раненые есть?
      Выяснилось, что убитых среди нас каким-то чудом не было. Зато раненых оказалось трое: Лоб, Лиза и еще один хадаганец из второй группы — его задело сильнее всего, и им уже занялся второй лекарь. Лоб, лицо которого заливала кровь, сердито отмахнулся, и Матрена склонилась над повисшей плетью рукой Лизы.
      — Вроде ничего страшного… Это я смогу вылечить.
      Второй лекарь тоже обнадежил, что смертельной опасности нет. Если бы не корабельные пушки и не пробравшийся к ним артиллерист, так легко бы мы не отделались!
      — Товарищ майор, я заметил в астрале гигантского спрутоглава, прямо тут, недалеко от берега.
      Все разом посмотрели в пробоину, сквозь которую был виден астрал.
      — Где?
      — Вон там, смотрите…
      Восставший обогнул искореженную, торчащую во все стороны арматуру и выглянул наружу. Все стоявшие на ногах последовали его примеру. Кусок оружейной палубы с сохранившимися пушками балансировал у самого края аллода, и когда я высунул голову в пробоину — взгляду предстала бездна.
      — Там что-то вроде воронки внизу, видите?
      — Наверное, астральный вихрь… А вон спрутоглав!
      Жуткое чудовище размером больше корабля действительно лениво перемещалось не так уж и далеко от берега в окружении мелких демонов.
      — Это очень редкий экземпляр…
      — Ничего себе — редкий! — возмутился Орел. — Я такими темпами скоро уже специалистом по спрутоглавам стану!
      Бывалин молчал, и отличившийся артиллерист продолжил:
      — Эскадра Империи все ближе. Корабли могли бы напасть на врага с тылу. Маневр, разворот, выстрел! Бац-бац! — и от врагов остались одни рога! Но спрутоглав может спутать нам все карты!
      — Эскадра Империи все ближе… — эхом повторил майор, думая о чем-то своем.
      — Скорей бы, скорей бы! Я уже весь ржой покрылся от безделья!
      — Вот и наслаждайся тогда прогулкой, — снова вклинился Орел.
      — Я не пехотинец! Я один из лучших артиллеристов! У меня зрение острее, чем у вас всех вместе взятых, руки привыкли наводить корабельные пушки на цели, а вестибулярный аппарат способен справиться с любой качкой…
      — Ты стреляешь из пушки взрывающимся снарядом по гигантскому кораблю! Тут даже Миша без очков не промахнется! — заявил Орел, крайне оскорбленным тем, что кто-то усомнился в его поистине орлином зрении и меткости.
      — Какое дилетантское суждение… Да, кстати, я тут еще пленников разглядел!
      — Что?! Каких еще пленников? — наконец очнулся майор и вытаращился на артиллериста.
      — М-м-м… этих фанатиков, наверное. Вон они, за кораблем, связанные сидят.
      — С этого надо было начать! — рявкнул Бывалин и тут же спрыгнул с палубы на землю.
      Я, поколебавшись, прыгнул следом.
      — Так там одни лигийцы, товарищ майор… — донеслось из-за спины.
      Эльф, каниец и трое гибберлингов глядели на приближающихся имперцев глазами обреченных. Связанные по рукам и ногам, они ждали своей участи у края земли, невольно наталкивая на мысль, что сбросить их в астрал быстрее, чем отрубать головы. Бывалин однако, приблизившись, вынул кляп изо рта одного из гибберлингов.
      — А-а-а! Не убивайте нас!
      — Как вы тут очутились?
      — Нас послали на разведку к центральной башне, но гадкие демонопоклонники нас сцапали! А потом притащили сюда!
      — Зачем?
      — Они бросают пленников в астрал, распевая молитвы какому-то своему божку и взывая к «силе астрала». Совсем чокнулись!
      Мы переглянулись. Зачем демонопоклонникам тащить пленников через весь аллод и сбрасывать в астрал? Почему бы просто не убить на месте?
      — Освободите нас! На Язесе у нас общий враг, и мы должны помогать друг другу! — залепетал гибберлинг, глядя на нас поочередно.
      Я покосился на майора Бывалина. Приказ командования звучал достаточно однозначно: казнить без возможности воскрешения. Но майор медлил.
      — Нужно освободить их, — в конце концов произнес он.
      — Товарищ майор…
      — Выполнять!
      Пятеро изможденных, безоружных лигийцев, трое из которых — крохотные гибберлинги, угрозы для нас никакой не представляли, но вот так просто взять и отпустить врагов…
      Бывалин принялся разрезать веревки, и я, повинуясь приказу, тоже достал перочинный нож.
      — Расскажите обо всем увиденном в своем лагере. Если демонопоклонники приносят жертвы астралу и действительно получают оттуда помощь… Ничего хорошо для нас в этом нет.
      Лигийцы, кажется, не верили, что обрели свободу и их и впрямь отпускают восвояси. Они без конца оборачивались, вероятно ожидая удара в спину, пока не скрылись из виду. Наверное их шансы дойти до своего лагеря не так уж и велики… Но они есть!
      Подстраховывающие нас с обломка корабля Хранители выглядели озадаченными, когда мы вернулись на борт. На их глазах произошло слишком явное нарушение, грозящее трибуналом ответственному за него, но майор полностью проигнорировал вопросительные лица.
      — Товарищ майор, — неуверенно начал артиллерист. — Спрутоглав находится на расстоянии выстрела. Торпедные аппараты все еще заряжены… Убить, не убьем, но может отгоним?
      — Да, попробовать можно, — неожиданно согласился Бывалин, словно хотел поскорее закрыть тему с освобождением лигийцев. — Думаю, нам стоит разделиться. Вы останетесь здесь и попробуете атаковать спрутоглава торпедами, а мы пройдемся вдоль берега. Посмотрим, что там и как…
      Лиза уже сносно шевелила рукой, и рану на голове Лба Матрена тоже закрыла, так что честь сопровождать майора Бывалина выпала мне и моей группе. Я окончательно перестал понимать, что происходит. Берег кишит демонами, от которых мы чудом отбились, демонопоклонники производят какие-то ритуалы, скидывая пленников в астрал, в самом астрале завис спрутоглав, и все это значит, что нужно срочно возвращаться и доложить обо всем… но мы продолжаем продвигаться на север, да еще и разделившись? Приказ показался мне настолько абсурдным, что в какой-то момент захотелось не подчиниться, но выучка взяла свое, и мы покорно потащились за майором и его виверной.
      Осколок Язеса производил впечатление истерзанного, отравленного существа, умирающего в болезненных конвульсиях. Повсюду попадались строения, разрушенные настолько, что угадать в них ни хадаганскую архитектуру, ни какую-либо еще не представлялось возможным. Жуткие астральные клыки, словно вышедшие из ночного кошмара, продолжали вгрызаться в земную твердь, как хищник в свою добычу. Но мы уже почти не брезговали ступать по синюшным, пульсирующим пятнам вокруг них — какое бы сильное отвращение они ни вызывали, их было слишком много. Обычной земли почти не осталось! Кроме того, повсюду зияли глубокие трещины, сквозь которые наверняка можно упасть в астрал, и возвышались каменистые завалы такой величины, что преодолеть их верхом невозможно. Все это сильно осложняло путь, заставляя нас петлять по местности, ведь мы еще старались избегать скопления демонов, которые населили Язес полчищами.
      И все же, несмотря на столь извилистый маршрут, я все равно почувствовал, что мы слишком забираем к западу, хотя должны продвигаться на север. Поскольку я был старшим в своей группе и уже привык прокладывать дорогу, то и теперь, когда нас вел Бывалин, все равно непроизвольно анализировал направление.
      — Товарищ майор, мы сильно отклонились на запад.
      Из-за ветра приходилось повышать голос и чуть ли не кричать. Бывалин обернулся, хмуро покосившись на нас, и сказал что-то насчет логова демонов, которое лучше обойти. Но через полчаса, когда направление не изменилось и мы все еще двигались к центру острова, я догнал майора и, поравнявшись с ним, уже напрямую задал вопрос в лоб:
      — Куда мы идем?
      Бывалин дернул поводья, остановившись, спешился с виверны, сплюнул и, достав сигарету, попытался ее зажечь. Но ветер сбивал огонь, так что покурить у него не получилось. Он спрятал сигареты и произнес:
      — А вы молодцы! Такие, как вы, были на вес метеоритного железа во время Великого Астрального Похода. Вот только почти все они погибли… Надеюсь, вас ждет лучшая участь.
      Я продолжал взирать на майора, всем своим видом показывая, что эта похвала не уведет меня в сторону от заданного вопроса. Все остальные подошли ближе и остановились рядом.
      — Ладно, хватит нам языком чесать. Моя дочь Тамара служит вместе со мной. Она отличный диверсант, на хорошем счету. И вот… пропала.
      — Что произошло? — спросила Матрена.
      — Ее отправили на разведку к стенам Города Демонов. Кроме того, она должна была выполнить и кое-какое мое поручение… Я очень волнуюсь. И за нее, и за наше общее дело. Отцовское сердце подсказывает мне, что Тамара жива. Но боевой опыт кричит об обратном…
      — Значит, мы идем к Городу Демонов, — заключил я, чувствуя, как внутри все закипает.
      — Ради дочери, ради всех нас я должен пойти на этот риск!
      — Ради всех нас?! — воскликнула Лиза, задрав брови. — То есть мы, вопреки приказу командования, идем в самое пекло искать вашу дочь «ради всех нас»?
      — Нет, это не так, скоро вы это поймете. Мы идем не к Городу Демонов. Меня ждет встреча…
      — С кем? — спросил я, но взор майора уже был устремлен куда-то поверх моей головы, и я обернулся.
      Шестеро всадников глядели на нас с возвышенности, и пятеро из них недвусмысленно целились из луков. Их принадлежность к Лиге легко узнавалась по штандарту и плащам.
      — Спокойно! Спокойно! Мы здесь для переговоров! — быстро заговорил майор.
      — Тогда может быть они опустят оружие?!
      Лигийцы действительно опустили оружие, как будто услышали нас, и двинулись навстречу. Их оказалось не шесть, а восемь, потому что на шестой лошади восседало сразу трое гибберлингов. Они же и двигались первыми. Несмотря на протесты Бывалина, я достал меч. Лоб тоже держал топор наготове, а Орел наложил стрелу на лук. Я инстинктивно оглядел местность на предмет укрытия. Лучники — это почти так же плохо, как маги! Хорошо, что у нас есть Лиза и Миша, а вокруг полно каменных, не до конца еще рассыпавшихся стен.
      — Слава Нити! — воскликнул один из гибберлингов, спрыгнув с лошади и выйдя вперед.
      Остальные лигийцы — то ли эльфы, то ли канийцы, укутанные в плащи и капюшоны — оставались чуть позади. Пространство вокруг прямо-таки наэлектризовалась, но ни гибберлинги, ни Бывалин этого как будто не замечали.
      — Какие новости? — спросил майор.
      — Наши захватили твою дочурку, держат в лагере. Но не волнуйся. Сварог тайно общается с ней, помогает, подкармливает.
      Лицо Бывалина сразу разгладилось и он выдохнул с облегчением, впервые за все время слегка улыбнувшись.
      — Теперь самое главное. Сварог считает, что пришла пора нам заявить о себе. «Единая рать» должна сбросить покров конспирации! Хватит нам прятаться! Ну, что скажешь?
      — Это может стоить нам жизней, — произнес майор, но при этом крепко задумался.
      — Мы и так все погибнем, если не объединим усилия! — вступил в разговор еще один гибберлинг, а третий усиленно закивал головой. — Враг-то совсем распоясался! Смотри, как их много вокруг! Повылазили из своего города! Но мы прижмем их к ногтю, мало не покажется! Только представь: Лига и Империя вместе! Заодно! Как сорок лет назад!
      — Что ж, раз выхода нет… Значит будем воевать вместе.
      — Ура! Уж мы навоюем! — обрадовались гибберлинги, начав чуть ли не пританцовывать на месте, что, учитывая окружающую обстановку, казалось до невозможности неуместным.
      — Если свои не казнят, — не разделил их энтузиазма Бывалин.
      — Надо постараться! Надеюсь, скоро мы услышим от вас хорошие новости.
      — И мы!
      Сказав это, гибберлинги ловко залезли на свою лошадь, и вся их компания так же быстро, как и пришла, двинула прочь. Я невольно отметил, что лигийцы не побоялись повернуться к нам спинами, хоть мы и держали оружие наготове на протяжении этого короткого и очень странного разговора. В голове роилось много вопросов, и я, собравшись с мыслями, сформулировал главный:
      — Что еще за «Единая рать»?!
      Бывалин дождался, когда лигийцы скроются из вида, и повернулся к нам.
      — Тайная организация, созданная ветеранами Лиги и Империи. Когда стало ясно, что демоническая угроза не ликвидирована, мы…
      — Мы?!
      — Мы — старые солдаты — решили, что пора объединить усилия наших армий для борьбы с общим врагом! Вместе мы сила, а порознь пропадем. Демоны просто разобьют нас, и не останется ни Лиги, ни Империи. Жаль, что наши руководители этого до сих пор не понимают.
      — Скоро наш флот… — начал было Миша, но майор его перебил.
      — Посмотрите вокруг — ни один корабль не сможет даже приблизиться к Язесу! Всех их ждет участь «Касатки». Вы глупцы, если верите, что подкрепление вот-вот прибудет!
      Все замолчали и посмотрели наверх — непроглядная, черная масса все еще окутывала аллод. Сверкали молнии. Выл ветер, который там, сверху, превращался в настоящий шторм. Нет, кораблям не преодолеть это…
      Конечно, все видели обстановку вокруг и в глубине души прекрасно понимали, что флоту такой буйный астрал не по зубам, но услышать это вот так прямо и без обиняков отчего-то было грустно и обидно.
      — Нас всех обвинят в предательстве и прилюдно казнят перед строем без права воскрешения, — сделал неутешительный прогноз Орел и посмотрел на майора с таким видом, как будто хотел казнить его прямо здесь и сейчас.
      — Вас не казнят, вы исполняли мой приказ.
      — А вы? — едва слышно прошептала Матрена, наверное единственная, на чьем лице не отображались кровожадные в отношении Бывалина мысли.
      — Будь как будет. Зато совесть моя чиста! «Единая рать» — наш единственный шанс выжить. Мы должны вступить в союз с Лигой. Как когда-то Незеб заключил союз со Скраканом!
      — Товарищ майор, при всем уважении к вашим заслугам и опыту… вы сообщите обо всем генералу Верховину сразу же, как мы вернемся в лагерь. Или сообщим мы, — твердо сказал я, внутренне готовый к сопротивлению и агрессии. Но их не последовало.
      — Да, — со смешком кивнул майор, — пора выбираться из подполья.
      Назад ехали каждый пребывая в глубоких раздумьях, и поэтому чуть не проворонили нападение. Улепетывать пришлось по развалинам домов, где Старик порвал второе крыло об торчащую арматуру. Унылый пейзаж разрушенного города, пораженного астральной напастью, действовал так угнетающе, что порой приходилось заставлять себя бороться с ощущением всеобъемлющей безнадеги и двигаться дальше. К счастью, на демонопоклонников мы не наткнулись, и к обломку корабля, где оставшаяся часть отряда уже разрядила все пушки, мы сумели вернуться хоть и уставшими, но зато без потерь.
      Здесь тоже было совсем не весело. Спрутоглав никуда не делся. Жуткая воронка снизу аллода все еще закручивала черные тучи спиралью. А у раненого хадаганца началась лихорадка.
      — Мы все умрем на этом проклятом аллоде, — прошептал он и прикрыл покрасневшие глаза.
      — Никто не умрет, — твердо сказал майор. — Мы вернемся в лагерь и там тебя подлатают!
      — Мы все умрем… никто из нас не выберется с Язеса…
      — Отставить панику! Демонический портал все еще работает, и в крайнем случае мы просто телепортируемся назад!
      — Вы что, не понимаете? Мы пушечное мясо… Нас бросили на амбразуру, чтобы мы умерли, но сдержали наступление, пока Империя готовит удар… Никто не телепортирует нас отсюда!
      — Хватит ныть, солдат! Мы все клялись умереть, если потребуется, — рявкнул Бывалин. — Давайте, грузите его в седло, пора возвращаться.
      — Мы все умрем…
      Остаток пути до лагеря преодолели под это зловещее предсказание, которое раненый хадаганец постоянно повторял в полубреду. Демоны опять потихоньку начали собираться вдоль берега, так что приходилось соблюдать крайнюю осторожность, и дорога заняла много времени. Я думал обо всем произошедшем и пытался определить наши шансы выбраться с Язеса, но никак не мог собрать мысли в кучу — они постоянно уходили в сторону: то на Орла, когда-то считавшего, что единственный достойный враг — это Лига, и, очевидно, ошибавшегося; то на Михаила, все еще пытающегося писать свою диссертацию о прикладной огненной магии; то на Лба, оставившего неказистый путь вышибалы ради армии и дороги храмовника; то на Матрену — простого лекаря, решившего доказать всем и прежде всего самой себе свою храбрость; то на Лизу — эльфийку, нашедшую свой дом по другую сторону баррикад. Интересно, оказались бы они все здесь, если б судьба не свела их в свое время со мной?
      А еще я подумал о Веронике, дочке трактирщика с плато Коба. Уродливая кукла Зэм, которую она мне оставила, все еще лежала в моем внутреннем кармане, как талисман. Что, если осколок Язеса и правда станет последним моим местом назначения? Мне вдруг до боли захотелось, чтобы кто-нибудь нашел эту куклу и вернул Веронике — как доказательство того, что я не выбросил ее из своих мыслей и думал о ней даже перед самым концом. Жаль, что это невозможно.
      — Магическое давление ослабло!
      Иавер Кадифа — заклинатель, поддерживающий демонический портал, буквально накинулся на нас, едва мы преодолели все заграждения и ступили на территорию лагеря. Выяснилось, что магам стало немного проще контролировать этот портал, и теперь Зэм пытался вытрясти из нас, не могли ли мы как-то повлиять на этот процесс. Я сомневался, что тут есть какая-то взаимосвязь, но Кадифа очень внимательно выслушал историю о том, как мы сорвали ритуал демонопоклонников на берегу.
      — Ага… Судя по всему, эти сумасшедшие привлекли к своей магической операции какое-то неизвестное… божество? Ну, по крайней мере, они так считают. Я же думаю, что астрал каким-то образом впитывает Искры и наделяет демонопоклонников силой, — задумчиво протянул он. — Да, именно так наука смотрит на этот вопрос!
      Я, чувствовавший себя слишком уставшим и голодным, согласился с наукой целиком и полностью и уже предвкушал свою законную чашку горячего супа, потому что съеденный в дороге сухой паек стоял поперек горла. Но даже этой маленькой радости меня лишили. Майор Бывалин по прибытию, как и обещал, отправился к генералу Верховину, и едва я успел расседлать Старика, как меня вызвали туда же. Допроса с пристрастием избежать не удалось. И хоть иголки под ногти никто не засовывал, я не сомневался, что как только весть доедет до Комитета — а она обязательно до него дойдет — то пух и перья полетят во все стороны.
      — Что тебе известно о «Единой рати», капитан? — сухо спросил генерал, постукивая пальцами по столу.
      Я покосился на присутствующего здесь же Бывалина. Он едва заметно кивнул, как бы подбадривая меня, но я все равно ощущал себя попавшимся преступником.
      — Это союз ветеранов Великого Астрального Похода, товарищ генерал.
      — Союз ветеранов Лиги и Империи, — многозначительно уточнил он.
      — Так точно, товарищ генерал.
      — Когда ты о нем узнал?
      — Сегодня, товарищ генерал.
      — А до этого слышал об этом?
      — Никак нет, товарищ генерал.
      — А кто-нибудь из твоей группы?
      — Никак нет, товарищ генерал.
      — Ручаешься?
      — Так точно, товарищ генерал…
      Верховин сверлил меня взглядом, но я не позволил себе дрогнуть. Да и нечего мне было скрывать! Я быстро и твердо отвечал на вопросы, ничего не утаивая и нигде не привирая, пока Верховин не дошел до главного, на что мне отвечать не хотелось, — до моего собственного мнения. На этот раз мой голос уже не звучал так уверенно, ведь я сам не до конца определился, как отношусь к «Единой рати». Разум подсказывал, что союз с Лигой в сложившихся условиях необходим, но душа не лежала к такому исходу.
      — Нужно дождаться прибытия флота, — осторожно ответил я. — Если они смогут преодолеть шторм, то помощь Лиги нам не потребуется.
      — Если… — повторил Верховин, выделив самое ключевое.
      От этого «если» будет зависеть все! Верховин вышел из-за стола и прошелся туда-сюда со сложенными назад руками.
      — Когда об этом узнают комитетчики, то арестуют всех ветеранов.
      — Товарищ генерал, к вам они прислушаются, — подал голос Бывалин. — К тому же, ситуация становится безвыходной.
      — Хм… Меня обвинят в государственной измене, если я начну переговоры с врагом. С другой стороны, демоны вот-вот хлынут через портал, а наши волшебники едва сдерживают их натиск.
      Генерал снова замолчал, на этот раз надолго, и нам с майором только и оставалось, что переглядываться в ожидании какого-то решения.
      — Свободен, капитан, — наконец произнес он. — И никому ни слова о «Единой рати»! И ребятам своим скажи, чтоб помалкивали!
      О чем они дальше разговаривали с майором, я не знал, хотя мне, признаться, было любопытно, сколько же ветеранов всего втянуто в эту историю.
      Прошло два суматошных дня, когда нас почти непрерывно атаковали черные дрейки, один из которых был очень близок к тому, чтобы откусить мне голову. Но в самом лагере ничего не поменялось: никого не арестовали за предательство, и даже никаких разговоров о случившемся я не слышал. Мы тоже это не обсуждали, боясь лишних ушей. С майором Бывалиным попадать в один дозор нам больше не довелось, хотя я видел его мельком.
      На третий день меня снова вызвал к себе генерал, и на этот раз разговор шел тет-а-тет.
      — Я готов согласиться на сотрудничество с Лигой, — сообщил он, и я с удивлением понял, что вопреки всему все же испытал некоторое облегчение от этого решения. — Лигийцы прислали мне депешу. Предлагают во имя сотрудничества произвести для начала обмен пленными.
      — Это… хорошее начало, — осторожно произнес я.
      — Да. Мы выбрали местом встречи побережье между нашими лагерями. Там еще неподалеку разрушенное святилище. Надеюсь, Лига не решится осквернить освященную землю. Руководить обменом с нашей стороны будет капитан Снежных. Он тертый калач. Ты со своими тоже будешь присутствовать в качестве наблюдателя. Но ни во что не вмешивайтесь! Если Лига нас предаст, сразу отступайте, и бегом назад!
      Такой план меня мало устраивал. Мало того, что меня, как офицера, не привлекли к обсуждению операции, к которой я имею непосредственное отношение, и даже не пригласили на совещание, а просто поставили перед фактом, так у меня и моей группы еще и нелепая роль декорации. Ни во что не вмешиваться, в случае опасности — ретироваться. Похоже, ветераны вместе с этим капитаном Снежных решили не давать мне голоса. Но тогда зачем я вообще им там нужен? Вот и обменивались бы пленными сами!
      Естественно, свое возмущение генералу я не озвучил.
      Узнав о предстоящем мероприятии, Миша прояснил ситуацию.
      — Все ясно! — кивнул он и, сняв очки, принялся натирать стекла с такой интенсивностью, словно хотел стереть их до дыр. — Они все надеются, что Яскер будет более снисходителен, когда узнает, что мы тоже принимали участие в операции. Ты — точнее. Ни для кого же не секрет, что нас сюда телепортировали по особому распоряжению.
      — Прими позу героической ширмы, Ник, тобой прикрываются, — фыркнул Орел.
      — На самом деле, это не лишено смысла, — продолжил Миша. — Если ты поддержишь… это движение, то у него больше шансов стать легитимным.
      — Либо это станет для Яскера последней каплей и он наконец отдаст Ника Комитету, — вставила Лиза.
      — Представляю, какие мечты в отношении меня лелеет товарищ Рысина, — пробормотал я. — Это будет самое пылкое признание в любви: с раскаленными щипцами, цепями, колюще-режущими предметами… Уверен, ее фантазия не имеет границ.
      — Не льсти себе. Признаваться в любви от лица товарища Рысиной тебе будет парочка ее палачей.
      — Вот вечно ты оборвешь на самом интересном!
      В назначенный день ураган стал совсем лютым. Казалось, что он усиливается с каждым днем. Старик больше не раскрывал крыльев, плотно прижимая их к телу, иначе его просто сносил ветер. Но больше всех страдала крохотная лошадка Матрены, которая могла передвигаться только прячась за носорогом Лба. Наша процессия снова состояла из тринадцати Хранителей, правда с собой мы еще везли шестерых пленников — пятерых канийцев и одного прайдена, всю дорогу спавшего свернувшись клубочком и спрятав лицо за пушистым хвостом. Возможно это бы и вызывало умиление и улыбку, но все мы слишком хорошо знали, что прайден, эта прямоходящая двухметровая кошка, может в одно мгновение распрямиться, как сжатая пружина, и нанести смертельный удар. Хорошо, что все пленники были связаны. Я надеялся, что в этот раз несчастливое число не скажется на операции.
      На место обмена мы прибыли заранее, надеясь быть первыми, но лигийцы уже нас поджидали. Это была прямоугольная площадка, выложенная квадратными плитами, вокруг которой еще сопротивлялись ветру и времени толстые, каменные стены. Капитан Снежных, орк, на чьем лице постоянно сохранялось недовольное выражение, при виде лигийцев и вовсе состряпал такую кислую мину, что меня самого слегка перекосило от его вида, как от лимона.
      — Эльф там главный, что ли? — заворчал он, спешиваясь. — Глядите, стоит! Напыщенный весь, угрюмый… Где-то я его уже видел! Впрочем, эльфы все друг на друга похожи.
      Я невольно обернулся и поймал сардонический взгляд Лизы, для которой орки тоже наверняка мало чем отличались друг от друга.
      Лигийцев было ровно столько же, сколько и нас. Если, конечно, никто не прятался где-то рядом, чего тоже нельзя исключать. Мы остановились на другом конце площадки, кидая косые взгляды на лигийцев с противоположной стороны. Нас разделяло добрых полсотни метров, но почему-то я ощущал их нервозность почти так же ясно, как и тех, кто был рядом. Или мне так только казалось.
      Лигийцы выставили вперед своих пленников, и капитан Снежных приказал сделать точно так же.
      — Признаться, не люблю я эльфов, — закряхтел он, пока Хранители развязывали ноги пленникам, чтобы они могли идти сами. — Помню, когда служил на передовой, взяли мы одного в плен — такого же заносчивого, отстраненного. Так наше командование хотело его обменять у Лиги на десять пленных орков! Представляете? Одного такого франта на десять настоящих воинов! Что же в них такого особенного, хотел бы я знать.
      — По крайней мере сейчас у нас равное количество пленников, — произнес я. — Каковы наши шансы на успешный исход?
      — Лично я вообще никому не доверяю. И эта история с «Единой ратью» кажется мне подозрительной. Лиге очень не хочется, чтобы мы одержали победу над демонами, и чтобы этого не случилось, они могут пойти на любой обман! На месте Верховина я бы с ними не сотрудничал. Ну у меня приказ!
      — Да, товарищ капитан… приказ есть приказ… — вздохнул я, подумав, что до победы над демонами нам еще очень далеко.
      — Вот именно! А значит, мы будем стоять здесь и ждать, пока не закончится обмен. Но надо быть настороже, от них всего ожидать можно! Особенно от этого наглого эльфа!
      Несмотря на нашу обоюдную капитанскую недоверчивость, все шло как положено: пленники — шестеро с нашей стороны, шестеро со стороны Лиги — не спеша вышли навстречу друг другу, безмолвно пересекли площадку под всеобщими напряженными взглядами и спокойно подошли к своим. Им сразу же принялись освобождать руки. Это было драматично, но все же никто на нас не напал, небо не разверзлось, земля тоже, и все закончилось быстрее, чем я ожидал.
      — Тамара! Слава астралу! Твой отец места себе не находит…
      — Фух, живы, я уж и не верил!
      — С вами хорошо обращались?
      — Ну, кормили нормально…
      — Что ж, все прошло удачно. Какая трогательная встреча, гы! — капитан Снежных передернул плечами и покосился на свой топор, словно стесняясь того, что все еще держит его в руках. — Ладно! Похоже, что «Единая рать» не блеф! А если так, то и мне придется вступить в нее. Ох, кто бы мог подумать, что я стану сражаться вместе с Лигой против общего врага! Батя мне просто не поверит.
      — Давайте поскорее вернемся. Не по себе мне тут…
      Я оседлал Старика со смешанным чувством удовлетворения от несостоявшейся драки и одновременно раздражения по этой же причине. Теперь от союза с Лигой точно никуда не деться, но, несмотря на вроде бы положительный исход, я все еще не мог представить себя стоящим с лигийцами плечом к плечу. Слишком много всего было пережито на Святой Земле, чтобы все взять и просто перечеркнуть. Я помнил, как таскал мертвые тела на берегу Асээ-Тэпх, помнил схватку на Паучьем склоне, помнил смех партизанки Майи и ее отчаянных друзей, которым отрубили головы. И я не забыл, кто все это сотворил.
      Нет, никогда лигийцы не станут мне друзьями. Никогда!
      На обратном пути разговаривать совсем не хотелось, хотя я слышал за спиной веселые голоса освобожденных пленников, взахлеб рассказывающих о своих приключениях. Я, набыченный, ехал первым, радуясь лишь тому, что ко мне никто не лезет.
      На пропускном пункте мы вызвали настоящий ажиотаж! Но я не стал останавливаться и сразу направился к командирскому шатру вместе с капитаном Снежных, так что в пересказывании истории с обменом пленных мы не приняли участия. Наверняка эта в общем-то спокойная встреча с Лигой обрастет небылицами и эпическими подробностями, как это всегда бывало. Генерал Верховин, в свою очередь, ждет максимально точного отчета, и очень хорошо, что докладывать буду не я. Все, что от меня требовалось, это подтвердить слова капитана Снежных. Что я и сделал. На лице Верховина после новостей сразу отразилось облегчение.
      — До последнего думал, что Лига нас обманет и подставит.
      — Все в порядке, товарищ генерал. Мы бы не позволили себя провести!
      Генерал уже привычно забарабанил пальцами по столу, явно просчитывая открывшиеся перспективы.
      — Итак, «Единая рать» в самом деле существует. Наши ветераны объединились с ветеранами Лиги ради общего дела… Если смотреть на происходящее с этой стороны, то все не так уж и плохо. Быть может, мы продолжили дело Великого Незеба!
      — Лишь бы теперь в Комитете рассудили точно так же, — не удержался я, но генерал был в хорошем расположении духа и не посчитал комментарий слишком дерзким.
      — Им пока сообщать рано, — произнес он. — Есть у меня одна мысль… Этот Рокот, орк, которого прислали Охотники на демонов…
      — Хвастливый дурак! — припечатал капитан Снежных безапелляционно.
      — Говорят, он один из лучших… М-да, кто бы мог подумать, что он будет моим консультантом. Но в борьбе с демонами хороши все средства! Так вот, разведчики донесли, что перед вратами Города Демонов — я имею в виду, той завесы, которую мы не можем преодолеть… Словом, они нашли еще один демонический портал.
      — Как?!
      — Да. Так что всего порталов три, а не два, как мы думали! Один у нас, второй у лигийцев и третий торчит посреди аллода. И вот его-то никто не контролирует! Что, как вы понимаете, нас не радует.
      — И каков наш план?
      — Пока мы можем только наблюдать — сил для атаки на портал у нас недостаточно. Но и наблюдать можно по-разному. Мы сделаем это правильно, используя один из охотничьих приборов. Рокот называет его детектором демонической активности. Мы установим один возле портала, второй — возле магической завесы. Не знаю, будет ли польза от этих детекторов, но это хороший вариант для первой совместной с Лигой операции. Дело достаточно серьезное, чтобы показать нашу заинтересованность в сотрудничестве, но не столько, чтобы в случае провала мы понесли большие потери.
      Нам с капитаном оставалось молчаливо согласиться. Распространяться о «Единой рати» все еще было запрещено, но оба — и генерал Верховин, и даже капитан Снежных — возлагали на нее большие надежды. Это было заметно.
      Моя угрюмость не ускользнула от глаз генерала. Когда мы попрощались с ним и направились к выходу, он окликнул:
      — Санников…
      Я обернулся.
      — Поверь, я знаю, что ты чувствуешь. Ты не единственный, кто воевал с Лигой на Святой Земле. Все через это прошли, — произнес Верховин и, помолчав, добавил: — И все кого-то теряли.
      Я не стал ничего на это отвечать и, кивнув, вышел из палатки.

Глава 33