Мысли есть причина всех наших поступков, но нам едва ли удастся узнать,
о чём же думает другой человек, предлагая нам помощь.
Покинув квартиру в четырёхэтажном доме стиля яскеровского классицизма, молодая хадаганка слишком поздно поняла, что оставила там своё коричневое пальто, но и возвращаться назад ей тоже не хотелось. Чувство вины всё ещё довольно навязчиво напоминало о себе, едва ли не каждую секунду предлагая всё же с мольбами о прощении вернуться в дом и вернуть фотографию на место, ведь это как-никак воровство. А какой приличный гражданин Империи может совершить такой низкий поступок? Воровство противозаконно, но... Он же не сдаст её? Да и откуда ему знать, что такую незаметную вещицу взяла именно она? Может быть, он сам куда-то её убрал однажды и забыл. И всё же это можно было назвать воровством. Хотя признавать это хадаганка отказывалась, ведь не собиралась забирать фотографию навсегда, просто одолжила на неопределённый срок.
Она плохо понимала, что ей сейчас двигало, но чёткая уверенность, что происходящее требует её вмешательства, давала силы, чтобы забыть и откинуть все остатки логики. Но в голову всё ещё так же настойчиво лезли ненужные мысли, слова и образы сегодняшнего вечера, проведённого в чужой квартире. Щёки пылали то ли от морозца, пробирающего до костей, то ли от застрявшей в мозгу фразы, бессознательно раз за разом прокручиваемой в голове. Она слышала эти слова, а должна ли была? Это едва ли предназначалось ей, но от подобного высказывания даже у неё наполнилась тяжёлым, как страдания астральных демонов, сочувствием душа.
Выудив из кармана фотографию, она ещё раз внимательно всмотрелась в изображение хадаганки примерно её возраста, как могло показаться, с нежными чертами лица, обрамленного витыми кудрями. На щеках играл лёгкий румянец, на коленях лежала толстая тетрадь, больше напоминающая дневник. Ручка плавно скользила по бумаге, выводя что-то смутно напоминающие буквы и закорючки, словно эльфийское письмо. Но таковым оно быть явно не могло, решила девушка, поскольку изображённая является хадаганкой и едва ли ей известны тайны удивительной магической письменности древних эльфов. На устах её сияла тёплая улыбка. В какой-то момент в мыслях идущей по улице проскользнула мгновенная зависть, но она тут же исчезла, тоже скрытая за слабой улыбкой. Улыбка – лучшее из прикрытий. И надежнейшее. Оно способно обмануть даже своего владельца. Запутать так, что он никогда не поймёт, где тут правда, а где кривда.
— Она, вероятно, была очень хорошей служенницей своей страны... Судя по бросающейся в глаза нашивке у неё на рукаве... — прошептала хадаганка, выпуская изо рта клубящийся тёплый воздух, быстро растворяющийся в пространстве и уносившийся на небеса.
Но холод давал о себе знать. А тонкая материя едва ли могла спасти юную особу от ветра да начинающегося дождя, ледяными каплями обжигающего кожу. Недолго думая, девушка спрятала фотографию и достала из кармана несколько джунских монет – ей нужно было срочно воспользоваться порталом, желательно ближайшим, чтобы сэкономить как можно больше времени. Расплатившись с хранителем, она ощутила, как тело медленно окутал холод – казалось бы, чего в этом странного зимой, но все сарнаутцы знали – именно так ощущается магия. Она будто бы окатывает ледяным потоком воздуха, который, касаясь кожи, тает. Вот почему во время летних развлечений и имперцы, и лигийцы так часто пользуются телепортом. Ведь вода на тропическом атолле пускай и прохладная, но ничто не дарит ощущения подобной свежести, какую образует магия.
Уже минут через десять околевшая до самого дальнего уголочка своего существа хадаганка наконец шагнула в тёплую парадную четырёхэтажного серого дома на окраине города, за промзоной, где мало кто из слуг Империи желал бы поселиться... Но не у всех есть выбор.
Тёплый воздух приветливо принял её в свои убаюкивающие объятия. Старенькие двери со слабым скрипом открылись, впуская хадаганку на лестничную клетку первого этажа. На подъем до четвёртого этажа ушло минуты полторы, и вот она уже стояла здесь и смотрела на странное убранство и измалёванные непонятными яркими надписями стены. Удивительно, как кого-то за это ещё не привлекли к ответственности. А впрочем, возможно, дело было и в том, что на этом этаже сейчас жил только один орк, двое же его соседей недавно умерли. Поговаривали, что они не вернулись с Чемпионского Доминиона, наткнувшись случайно на одну из сильнейших гильдий.
Здесь царила атмосфера какого-то уюта, вызываемая то ли мягким жёлтых светом электрических ламп накаливания, окрашивающим все пространство в нежные охровые цвета, то ли этому способствовала частично выставленная в общий коридор домашняя мебель: потёртое большое кресло с бархатной алой обивкой, небольшой, слегка покосившийся чайный столик и фикус в большом глиняном горшке с изображением красной имперский звезды, а также целая свалка из коробок с книгами. Если так подумать, можно было бы решить, что на этаже просто-напросто поселился какой-нибудь домовой, вечерами усаживающийся в жёсткое кресло и листающий пыльные старицы старых выпусков Вестника, которые публиковало здесь ежемесячно местный имперский филиал.
Но это было лишь простой фантазией. И вместо низкорослого персонажа детских сказок на лестничной клетке показался орк средних лет со слегка взлохмаченными кудрями с проседью. Его сосредоточенно-внимательный взгляд скользнул по пространству этажа и задержался на подозрительно легко одетой особе, с любопытством изучающей непонятного рода письмена на стене, едва различимые под слабым освещением временами гаснущей лампочки.
Хмыкнув, имперец негромко окликнул гостью, отчего та сразу же смущённо одернулась и поспешила войти в квартиру, минуя благородно распахнутую ей дверь. Скинув с себя сапоги на коврике у входа, хадаганка уверенным шагом направилась в сторону необходимой ей комнаты, где её уже ждала чашечка ароматного чая с её любимой аммровской ромашкой и кресло с шерстяным пледом, в который хотелось закутаться до самых ушей. Больно уж холодно без пальто оказалось на улице, поэтому сейчас тишина, тепло и помощь верного друга как раз то, в чем молодая хадаганка очень нуждалась.
— Ну, рассказывай, — развязно бросил орк, опускаясь в кресло и устремляя изучающий взгляд на подругу, с явным удовольствием забирающуюся на диван и кутающуюся в тёплый плед.
— Да так... — отстранённо произнесла она, протягивая трясущиеся руки к чашке с горячим чаем и прикладывая обе ладони к стенкам. Тепло постепенно распространяется по всему телу и даже внутри, будто бы согревается сама душа. — Найти информацию по одному сарнаутцу надо...
— Мужчине? — он вопросительно приподнимает брови, на губах играет хитрая ухмылка.
— Мне в тебя подушкой запустить, или сам догадаешься? — проворчало существо, больше напоминающее живую палатку.
— Понял, понял, — рассмеялся хозяин квартиры и даже приподнял руки, как бы признавая своё поражение. — Значит, ищем тайную любовь этого твоего недописателя с сомнительной репутацией, да?
Последние слова, хотя и прозвучали естественно мягко, зацепили гостью. Из-под покрывала показалась голова с ярко отразившемся на её лице недоумением.
— О чём ты говоришь?
— Ты же прекрасно понимаешь, о ком я, — фыркнул друг, и улыбка на мгновение исчезла с его лица. — Не надо разыгрывать меня. Мы всё-таки уже лет десять дружим, и мне бы не хотелось, чтобы какой-то эгоист преклонных лет, на котором ты помешана, разрушил воцарившееся за столь долгое время между нами доверие.
Медовые глаза виновато опустили свой взгляд, а руки лишь сильнее сжали чашку чая. В глубине души хадаганка смутно понимала, что последние дни она слишком мало времени уделяет своим друзьям, они перестали встречаться, вместе ходить куда-нибудь, даже чтобы банально пожаловаться на жизнь.
И ей было до ужаса стыдно за это сейчас, когда она осознала всё в полной мере, ведь негодование так легко читалось на лице собеседника.
— Мы тебя вообще почти не видим, — развёл руками орк, с укором взирая на сидящую фигуру. — Ты будто бы исчезла из нашей жизни. А мы не хотим этого, понимаешь?
Кивок. Но виноватая улыбка так и не коснулась губ юной особы, у неё просто не хватило на это сил.
— Ладно... — со вздохом протянул он, взлохмачивая шевелюру и придвигаясь ближе к ней. — Говори, кого искать будем.
— Могу дать фотографию, и это, если честно, всё, наверное... — неуверенно проговорила гостья, никак не решаясь поднять взгляд на друга, и вновь скрылась под слоем покрывала, почти исчезнув из виду. Лишь на секунду оттуда высунулась рука, протягивающая украденное изображение. Лёгкие шаги, и он ловким движением пальцев изымает фотографию, с пристальным вниманием упираясь в неё взглядом и слегка прикусывая нижнюю губу от нервного напряжения. Затем слышится обречённый вздох и скрип закрывающейся двери комнаты.
Из-за окна доносились слабые, неуверенные аккорды и тихий девичий голос, напевающий какие-то незамысловатые строчки из песни. Видимо, кому-то из соседей не было чуждо искусство. Музыка расслабляла, снимала напряжение. Хадаганка не знала, сколько ей придётся ждать друга и даже точно не могла сказать, куда именно он пошёл. Но вмешиваться в это, она понимала, не стоило. Раз уж она обратилась за помощью, не нужно лишний раз мешать. Надо просто сидеть и послушно ждать. А ещё лучше постараться не думать, чтобы было не так стыдно за свои нелепые действия.
Вскоре хадаганке удалось задремать, проснулась она уже только от голоса друга, раздавшегося вместе со скрипом входной двери, нарушившего идеальное молчание сонной квартиры, в которой теперь уже даже не были слышны и аккорды.
— Я кое-что смог получить, хотя этого не так уж и много, но тебе это явно понравится, — в глазах паренька заиграли озорные огоньки, — Хотя что-то мне подсказывает, что лучше бы тебе в это не лезть...
— Говори, — уверенно кивнула хадаганка. — Я хочу знать.
— Есть некая особа, с которой тебе, возможно, будет интересно поговорить. Они вроде как учились вместе, но, конечно, за стопроцентную достоверность информации не отвечаю. И что ещё важнее, я знаю, где её найти.
— А как ты?.. — шокировано начала хадаганка, но тут поспешила себя прервать и благодарно улыбнулась другу. Перспектива узнать что-то стала потихоньку воплощаться из гипатского призрака в живую плоть и кровь.
__________________
— Зачастую Судьба преподносит нам неожиданные подарки именно тогда, когда мы меньше всего их ожидаем. И не всегда эти подарки то, в чём мы, по-нашему мнению, нуждаемся. Но Судьбе ведь лучше знать. Доверься ей и просто плыви по течению Жизни.
Только не захлебнись в этом бесконечном океане горечи, который сам же для себя зачем-то создал. Ведь так легко пойти ко дну, если ты не осознаёшь последствия...
Рекомендуемые комментарии
Комментариев нет